Тепло, которое Дженнифер чувствовала ранее, теперь бросилось ей в лицо. И она желала забрать назад свое идиотское признание. Хотя она хотела попробовать его на вкус.
После его сумасшедшего, страстного поцелуя, она хотела больше, чем его вкус. Она хотела его всего... глубоко внутри себя. - Со мной ты не в опасности, - заверила она его. - Я не имела ввиду то, как это прозвучало.
- Ты не хотела укусить мою шею?
Простой вопрос, заданный им, заставил ее клыки удлиниться, но она плотнее сжала губы и покачала головой. - Я не... делаю это...
- Ты на самом деле отрицаешь это.
- Отрицаю? Знает ли он, что она лгала? То, что она не была удовлетворена только облизыванием его солено-сладкой кожи?
- Ты отрицаешь то, кем ты являешься, - уточнил он. - Почему ты стала одной из них, если не хочешь жить такой жизнью?
- Потому, что я хотела жить.
- Рак вернулся?
Давний страх накрыл ее, удушая так, что она смогла только кивнуть.
- Ты поборола его прежде.
- За счет своей сестры. Я хотела жить, но я не хотела рисковать ее жизнью, - объяснила она. - Я не хотела, чтобы мои родители и доктора провели ее через еще более болезненные процедуры.
Она вернулась к портрету Эвы на больничной койке и его ледяные глаза потеплели в некотором внезапном понимании. - Ты сделала это для нее.
- И для себя, - настояла она. Она не действовала самоотверженно. - Я хотела жить.
- И ты живешь?
- Конечно. Я живая.
- Но разве ты живешь? Или прячешься внизу здесь от солнца - от остальной части общества, рисуя свои картины жизни, которую ты оставила позади?
Она вздрогнула от точности его оценки.
- И как ты живешь... если ты не пьешь кровь?
- Ты же не пьешь молоко прямо из коровы, не так ли? - спросила она.
Он усмехнулся и этот резкий смешок заставил ее пульс дико стучать. - Ты хотела попробовать меня на вкус, но на самом деле, не хотела меня кусать? - спросил он.
Она подавила стон, когда наслаждение накрыло ее. - Мне не нужно кусать тебя, чтобы почувствовать твой вкус. Может быть это было потому, что он язвил о ее прятках, что она была достаточна смела, чтобы прикоснуться к нему. Она погладила его своими пальцами, пробежав по всему ему перед тем, как потянулась к язычку его молнии. Он вздохнул, сквозь сжатые зубы, когда она потянула его вниз. Затем она расстегнула его джинсы и освободила его эрекцию из его хлопковых боксеров.
- Дженнифер.., - он простонал ее имя, когда она наклонилась и сомкнула свои губы вокруг него.
Порхая своим язычком по его гладкому кончику, она дразнила его перед тем, как заглотить его глубже в свое горло. Ее клыки царапали стороны его члена и он дернулся в реакции.
Затем он вцепился руками в ее волосы и потянул ее рот обратно. - Нет...
- Я не собираюсь делать тебе больно, - пообещала она.
- Но я страдаю. И я собираюсь заставить также страдать тебя, - сказал он, когда накрыл ее рот своим и начал поглаживания своиv языком между ее губ.
Его руки гладили ее свитер, накрыв ее груди через тонкий кашемир. Она выгнулась и вдавилась в его ладони, желая большего.
Он прервал поцелуй, чтобы стащить свитер через ее голову и откинул его на забрызганный красками пол. На ней был только тонкий кружевной бюстгалтер, но он расстегнул его и он также упал на пол. Его руки слегка дрожали, когда он возился с застежкой молнии на ее штанах. Затем и они упали вниз, оставив ее стоять лишь в тонкой полоске кружев.
Он снова застонал, хотя она не прикасалась к нему. А он смотрел, его взгляд впитывал каждый дюйм ее тела. - Ты так чертовски прекрасна....
Он сказал это, как будто это было плохой вещью, как будто он возмущался ею за ее красоту. Словно он обвинял ее за это.
Прежде чем она обиделась и пришла в себя, он снова дотронулся до нее. Его пальцы слегка касались каждого дюйма ее тела, поглаживая ее кожу и заставляя ее покрыться мурашками от этого ощущения. Тепло устремилось сквозь нее так, что затвердели ее соски и кровь застучала горячо и тяжело по венам. Затем его губы заменили пальцы, целуя и посасывая.
Он втянул вершинку ее груди в свой рот и дразнил чувствительный сосок до тех пор, пока она не вскрикнула от этого ощущения. - Я страдаю, - сказала она, когда невыносимое удовольствие зародилось в ее чреве. - Пожалуйста...
Он разорвал клочок кружев, освобождая ее бедра. Затем его пальцы гладили ее складочки, дразня суть ее женственности прежде, чем проскользнули в нее. Она выгнулась в его руках, ища освобождения от мучительного давления. Он снова склонил свою голову к ее груди, теребя сосок. Жар устремился сквозь нее и она застонала, когда получила небольшое освобождение этого давления. Но даже после этого освобождения, он возбудил ее снова... своим прикосновением. Прежде чем он смог освободить ее напряжение, он отступил назад. Лиам освободился от своего длинного плаща и рубашки, бросая их поверх ее одежды. Затем он избавился от штанов и потянул вниз боксеры.
У нее перехватило дыхание от вида его размера. Он был таким большим. Таким возбужденным, его налитая кровью плоть пульсировала. - Где? - спросил он. - Где твоя спальня?
Уверенная в том, что он последует за ней, она повела его вниз по короткому коридору в свою комнату и включила свет. Настенные бра освещали небольшие круги на обоях и бросали золотой свет на ее мягкие шелковые простыни. Она продолжала идти прямо к кровати, упав на матрас, прежде чем повернулась к нему. Он отбросил одежду, которую подобрал с пола и последовал за ней на те шелковые простыни, накрывая ее тело своим.
Он был весь обтянут атласной кожей, обтягивающей его тугие мышцы. Она хотела попробовать на вкус каждый дюйм его тела. Но она смогла только обхватить его руками прежде, чем он вошел в нее. Она выгнулась, пытаясь вобрать его глубже, но ее неиспользующиеся мышцы кричали в знак протеста. И крик слетел с ее губ.
Он напрягся, на его лбу выступила испарина. - Проклятье. Ты... Он вышел из нее и поднялся. - Ты...
- Больше нет, - отметила она, ее тело болело от его вторжения. Боль отступила, оставляя чувство неудовлетворения, ускользающее от нее.
- Проклятье, - застонал он. - Прости.
- Не за что, - сказала она и протянула к нему руки, притягивая его обратно. - Не останавливайся.
Его расширенные зрачки потемнели в его бледно-голубых глазах и он покачал головой. - Я не смогу остановиться сейчас.
Но вместо того, чтобы снова накрыть ее тело своим, он склонился над ней. Сначала он поцеловал ее губы долгим, нежным поцелуем. Затем его рот двинулся вниз по ее телу, по ее груди и вниз, по животу. Он раздвинул ее ноги, а его рот успокоил боль, которую причинило его тело.
Она вцепилась в простыни, комкая их в своих руках и закричала - на этот раз от удовольствия, которое наступило, ломая напряжение. Она никогда не чувствовала ничего такого впечатляющего - даже когда она менялась из человека в вампиршу.
Но прежде, чем она пришла в себя после экстаза, он снова был на ней. Его тело накрыло ее, и он скользнул в нее, на этот раз нежно. Он не входил жестко или достаточно глубоко. Поэтому она подняла ноги и обвила ими его худое тело, выгибая бедра. Она приняла его глубже.
- Ты в порядке? - спросил он, его голос был неровным от желания.
Она кивнула. - Больше, чем в порядке... - пробормотала она, давление снова нарастало.
Он входил жестче. Глубже.
Она обхватила его широкие плечи, удерживая, встречая каждый его толчок. Задыхаясь, она прижала свое лицо к его горлу. Когда он напрягся, натянув вены на своей шее и его кожу задели ее губы и клыки, искушая ее укусить...
Лиам был искушением. Чтобы просто позволить ей укусить его. Но сможет ли она остановиться просто почувствовав этот вкус, который она хотела? Он не был способен довольствоваться только поцелуем. Он желал большего. Даже когда он обнаружил, что она прежде никогда не занималась любовью, он не был способен остановиться.
И теперь, с ее мышцами, крепко сжимающими его, удерживая глубоко внутри своего тепла, он не мог остановиться... пока она не убила его. Поэтому он был просто искушением, чтобы позволить ей укусить его....
Ее губы щекотали его горло, наряду с царапыванием клыков. Затем она откинула голову назад и закричала, когда ее накрыл очередной оргазм. Влажный жар обхватил его и он толкнулся жестче. Глубже. И его мир взорвался удовольствием, настолько сильным, что он выкрикнул... ее имя.
Его руки дрожали, он откинул влажные волосы от ее разгоряченного лица. - Ты в порядке? - снова спросил он. - Я не сделал тебе больно?
- Нет, это было...
- То, чего стоило ждать? - спросил он, все еще ошеломленный тем, что она была девственницей и что он находил ее невинность как дар и бремя. Он подарил ей наслаждение, но ожидала ли она большего? Будет ли она рассчитывать на обязательство?
Ее глаза сверкали, она кивнула.
- Почему ты сделала это? - спросил он, медленно выходя из нее. Он застонал, так как ее мышцы все еще обхватывали его. Затем он плюхнулся на спину рядом с ней. Обхватив рукой ее за плечи он устроил ее голову у себя на груди. - Почему ты ждала?
- Сначала я была больна, - сказала она. - Слишком больна, чтобы беспокоиться об этом. Хотеть этого. А потом я стала... - она выдохнула, обдав теплом его кожу. - А потом я не знала, кем я являюсь.
- Это в равной степени касается нас обоих.
- Разве ты не знаешь кто я или кто ты? - спросила она, ее глаза блестели с любопытством.
- Ты. Я думал, что ты была убийцей.
Она запечатлела поцелуй у него на груди. - Ты был не прав.
Он запутался пальцами в ее золотистых волосах и выдохнул с глубоким облегчением. - Я рад.
Двадцать лет он ненавидел ее, жил ради того дня, когда выследит ее и отомстит. Он должен быть разочарованным, даже опустошенным. И он был таким, потому что убийца Брайана был все еще не найден. Но это не была женщина, которую любил его брат. Женщина, которую, Лиам беспокоился, что тоже мог полюбить.
Правда ли, что ненависть была обратной стороной любви?
- Что насчет тебя? - спросила она. - Кто ты?
- Я не убийца. Но мне приходилось убивать - исполняя служебные обязанности.
- Ты офицер полиции?
- Морской пехотинец, - с гордостью ответил он. Но службу, где он обрел братство, он оставил после убийства Брайана.
- Ты не...
- А...?
- Вампир.
Он выпустил короткий смешок. - Почему ты так подумала?
- Потому что ты так много знаешь о Тайном Обществе Вампиров.
- И я все еще жив?
- Как ты узнал так много... если ты не один из нас? - спросила она у него.
- Моя специализация - разведка. - У меня есть способы узнать информацию так, как никто другой не может. Ни методы, которые он использовал, ни информация, которую он узнал не позволили ему спокойно спать по ночам.
- Ты не собираешься прекращать, так ведь?
- Мою работу? - спросил он. - Я ушел в отставку. Он слишком любил свою работу морским пехотинцем и службу своей стране, но пришло время уйти на покой. Прежде чем он соединится со своей душой. Черт, это не его работа стоила ему души; это была очевидная необходимость, чтобы отомстить за смерть его брата.
- Ты ушел в отставку, чтобы стать охотником за вампирами, - сделала она вывод. Правильный.
- Я только намеревался выследить одного вампира.
- Меня.
Он покачал головой. - Того, кто убил моего брата.
- И ты не собираешься останавливаться до тех пор, пока не найдешь его или ее.
- Ты хочешь, чтобы я сделал это? - спросил он, почти так же ошарашенный, как и тогда, когда обнаружил ее нетронутость. - Ты хочешь, чтобы я позволил убийце Брайана остаться безнаказанным? Я думал, что ты тоже любила его.
- Я хочу, - она вздохнула и поправила, - я хотела. У нее не было двадцати лет, чтобы привыкнуть, что время Брайана ушло. - Я также действительно хорошо его знала, и я знаю, что он бы не хотел, чтобы ты рисковал своей жизнью, чтобы отомстить за его смерть.
Лиам вытащил руки из ее волос и вздохнул, вина давила на его грудь больше, чем ее небольшой вес. - Интересно, что бы он почувствовал, узнав об этом - о том, что мы сделали.
Почувствовал бы Брайан, что его брат предал его?
- Брайан хотел бы, чтобы ты двигался вперед. Он бы хотел, чтобы ты был счастлив.
Впервые за многие годы искренняя улыбка растянула губы Лиама. - Он бы хотел этого. И именно поэтому он так, чертовски сильно, скучал по своему брату. - И именно поэтому я не могу это сделать - до тех пор, пока не узнаю, кто убил его.
- И убъешь этого человека.
- Брайан заслуживает правосудия.
- А ты? Чего заслуживаешь ты?
Ее? Женщину, которую любил его брат так одержимо, что умер в ее поисках? Лиам не заслужил жизни, которая должна была быть у Брайана. - Я должен сделать это.
- Не сейчас, - сказала она. - Останься здесь... со мной... еще на немного...
- А как же твоя сестра? - спросил он. Он использовал Эву, но не хотел, чтобы кто-то причинил ей вред. - Разве ты не хочешь проведать ее?
- Я верю, что она в безопасности с профессором, - настаивала она. - Он не убийца. Он не тот, кто причинил вред Брайану.
- Но можешь ли ты так думать о каждом члене общества, который мог бы убить его?
Она покачала головой и зевнула. - Я думала об этом... - пробормотала она, засыпая.
Он принес ее после восхода; он рисковал ее жизнью и ослабил ее силы, занимаясь с ней любовью. Он мог сейчас позволить ей уснуть. Он даже сам отключился, его глаза закрылись и сознание ускользнуло от него.
Но он слишком долго был солдатом, чтобы спать так глубоко. Поэтому он проснулся в ту же минуту, когда услышал шум, слабое царапанье входной двери, как будто кто-то вскрывал замок. Затем скрипнули петли, когда открылась дверь. Заскрипели половицы в гостиной. Затем скрипнули в зале. Потом слабое движение воздуха от чужого дыхания, когда злоумышленник вошел в спальню.
Кто-то проявил большое усилие, чтобы попасть в дом Дженнифер. Это мог быть профессор или даже ее сестра, пришедшие проведать ее. Но инстинкты Лиама, которые сохранили его живым в нескольких передрягах, в противном случае, предупредили бы его. Тот, кто ворвался в квартиру, не намеревался защитить кого-то; он намеревался убить.
Может быть Лиаму больше не придеться искать убийцу Брайана. Может быть убийца нашел его.
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/16786/58087
Переводчики: black_girl, ArrivaVamp