Дженнифер проснулась от ощущения его учащенного серцебиения под своей щекой. Что-то было не так. Плохой сон? Некоторое время назад он задремал, его дыхание было глубоким как и ее, когда она спала в окружении его рук. - Что...
Его рука накрыла ее рот. Затем он обнял ее рукой и перекатил на другую сторону кровати. Она приземлилась жестко на пол, хоть и на ноги, но ее локоть, голень и бедро ударились о холодное дерево. - Что за черт...
Затем разверзся весь ад. Что-то, одетое во все черное, отделилось от тени и приземлилось на кровать. Проклятие и ворчание наполнило воздух, когда сцепились удары. Лиам боролся, его скульптурно вылепленные мышцы покрывались рябью под его обнаженной кожей. Но даже будучи солдатом, он не мог противостоять вампиру, который напал на него.
Дженнифер вскочила на ноги. - Остановитесь! Прекратите это! - умоляла она. Она забралась на кровать, хватаясь за руки, пытаясь остановить удары. Но молотящий кулак ударил ее в щеку, опрокидывая снова на пол. Исходя по силе удара, должно быть вампир ударил ее. Это не был профессор, пришедший ей на помощь; этот вампир нападал, а не защищал. У нее вырвался вздох боли и шока; она изо всех сил боролась, чтобы восстановить дыхание, собраться с силами и помочь Лиаму.
Но было слишком поздно.
Она увидела обнажившиеся клыки, блеснувшие в темноте, как темные, бездушные глаза вампира.
- Нет! Осторожно! - крикнула она, предупреждая Лиама, но вместо этого обратила внимание нападавшего.
Вампир с призрачно бледной кожей и волосами с этими безжизненными черными глазами повернулся к ней. Она вздрогнула от узнавания и отвращения. Роджер Милликен. Если бы не угроза ее возлюбленному, она бы схватила свою одежду или простыни. Что-нибудь, чтобы прикрыть себя.
Но пока она отвлекла Роджера, Лиам нагнулся рядом с кроватью, где он бросил свою одежду. - Оставь ее в покое! - крикнул он. И когда вампир вернулся обратно к нему, Лиам вонзил ему в сердце кол.
С животным криком вампир отлетел назад. Долговязое тело Роджера ударилось о стену и сползло на пол, оставляя кровавый след на обоях цвета слоновой кости.
- Сукин сын! - крикнул Лиам. - Оставайся там. Умри! Он выскочил из постели и бросился вперед, но вампир поднялся на ноги.
Дженнифер выскочила перед Лиамом, чтобы защитить его. Независимо от того, насколько он изучил Тайное Общество, он и понятия не имел с чем столкнулся лицом к лицу. Но вместо того, чтобы драться с ней, Роджер - его темные глаза жутко светились на его бледном лице - отвернулся от нее. Затем, с другим криком, он вылетел из спальни и из ее квартиры.
Она вздохнула с облегчением и опасением. Просто потому, что Роджер оставил их сейчас, но это не означало, что он не вернется. Зная его, Дженнифер теперь поняла, что Роджер никогда не оставит ее в покое. С момента ее обращения он всегда был рядом; он наблюдал за ней, не зависимо от того, как она пыталась спрятаться от него.
Отвращение покрыло мурашками ее обнаженную кожу. Ей всегда было некомфортно рядом с ним. У нее никогда не было никаких сомнений, что он желал чего-то большего, чем дружбы с ней.
- Не дай ему уйти! Сильные руки сомкнулись на ее плечах и Лиам попытался переместить ее в сторону.
Но она уперлась ногами и напрягла тело, отказываясь сдвинуться с места. - Ты не можешь броситься за ним в погоню! Потому что также сильно, как Лиам мог хотеть убить его, Роджер Милликен, вероятно, хотел убить Лиама из-за ревности. Она отказывала Рождеру в течении несколько лет, но свободно отдалась Лиаму.
Жар бросился ей в лицо от мысли, как она легко поддалась желанию. Но она никогда не ощущала в своей жизне такой сильно связи прежде - даже с Брайаном. Возможно, это было потому, что они принимали участие в жизни Брайана - любили его, скучали по нему - поэтому появилась эта связь.
- Я должен поймать его! - ответил Брайан, его голос был грубым, с отчаянием. - Я должен убедиться, что он мертв! Его руки жестче схватили ее за плечи, хотя и не так болезненно, и Лиам оттолкнул ее сильнее.
Но Дженнифер даже не сдвинулась. Под землей и вне солнца она восстановила свои силы. Обернувшись, она положила свои руки на его мускулистую грудь, которая поднималась с глотками воздуха. Кровь стекала по его коже. Она ахнула, обеспокоенность охватила ее. - Ты ранен! Ты в порядке?
- Черт, нет, - закричал он, его красивое лицо исказилось гневом. - Он уйдет! Ты позволяешь убийце моего брата уйти!
- Он мог также убить тебя. Тебе больно? - спросила она, водя ладонями по его груди. Кровь испачкала ее, но ран не было.
Он покачал головой. - Я не ранен. Я облажался.
Он был в синяках, но на его коже не было порезов и ран. Кровь была не его. Она снова вздохнула, теперь с облегчением и продолжила ощупывать своими пальцами его грудь и плечи.
Он поймал ее запястья своими руками. Несмотря на то, что она была сильной, но был таким же. Его хватка была такой крепкой; еще чуть-чуть и она бы причинила боль. - Это был на самом деле он? Это был убийца моего брата?
Ее горло наполнилось волнением и она могла только кивнуть. Ее понимание было слишком ужасно, чтобы произносить это вслух. Как сказал Лиам, это была все еще ее вина в том, что Брайан умер.
- Ты знаешь все о том, кто убил его? - он отпустил ее, освободил ее запястья так, как будто отвергал ее прикосновение.
- Нет, заверила она его. - Я не могу думать о том, что кто-то причинил Брайану вред. Потому, что она никогда не думала о Роджере - без содрагания - поэтому она всегда держала его от своего раума подальше. И она пыталась оставить его далеко позади себя. Но он всегда находил ее, так же, как сегодня ночью. - До сих пор...
- Так ты знаешь кто он?
- Роджер Милликен. Он один из тех, кто рассказал мне о тайном обществе, - призналась она. - Он был на лекции профессора Воссимера несколько ночей, что и я.
- Разве рассказывать об обществе не нарушение правил?
- Да. Но он знал, что я больна, - она с трудом сглотнула, задыхаясь от собственного страха. - Он знал, что я умру в любом случае...
- Он хотел обратить тебя?
- Да. И причинами, что он убедил ее в том, что это был ее единственный способ... жить. Но причинами, оставшимимся им не сказанными было те, что светились в его устрашающих черных глазах, то, что сделать ее такой нелегко. - Но я не хотела давать ему неправильное представление. Я не хотела быть в долгу перед ним.
Или связываться с Роджером на вечность. Она знала, что профессор не будет держать ее в этом общественном правиле - что человек должен навсегда остаться с вампиром, обратившим его. На самом деле многие члены общества отказались от этого правила в течение последних нескольких лет; не задумываясь об отношении они бы не обращали людей, которые узнали секрет. Они бы предпочли их убить.
- Ты знала, что он был опасен?
- Я не думаю, что он был опасен. Я просто не верю, что он хотел со мной лишь дружбы. Она сопротивлялась желанию снова задрожать при мысли о Роджере, поскольку была с Лиамом. Хотя она и не подозревала, что каким-либо способом может быть с Лиамом. Из-за страсти. Авантюры. Затем она вспомнила авантюру, произошедшую между ними. - Я никогда не думала, что он сможет навредить кому-нибудь... до сегодняшней ночи.... Пока он не ворвался в ее квартиру и не напал на ее любовника.
- Он никогда не причинить никому вред снова, - пообещал он, пытаясь снова отодвинуть ее в сторону.
Но она ухватилась за него, притягивая его обратно. Оставляя его с собой и в безопасности. - Ты не можешь драться с ним и победить, - предупредила она. - Он слишком сильный для человека.
Лиам выдавил горький смешок, что ей на самом деле начало нравиться. - Он не слишком сильный для меня. Я воткнул кол в его сердце. Он снова засмеялся и отступил назад. - Все кончено. Он мертв.
- Все кончено, - повторила она, когда поняла, что он взял с собой кол в ее постель. Защитить себя от нее? Или убить ее? До напядения Рождера он, вероятно, еще винил ее за смерть Брайана. Она чувствовала боль внутри от потери того, что могло быть между ними, если бы он позволил себе позаботиться о ней. Так много лет она была такой одинокой. Такой изолированной. Она не умерла, но она и не жила. До сегодняшней ночи. Но независимо от того, что она начала чувствовать к нему - она не могла определить что, так как никогда прежде не испытывала этого - он убил это, как он верил, что убил злоумышленника.
Вместо того, чтобы радоваться своей долгожданной мести, Лиам напрягся в предчувствии. Он не сожалел о том, что убил; это не был акт самосуда. Он действовал в порядке самообороны... и для защиты Дженнифер.
Но прямо сейчас она, казалось, намеревалась защитить себя, как в тот раз, когда она впервые столкнулась с ним в переулке. Она обняла себя руками, как своей одеждой, закрывая себя от него. Были ли они и их общая страсть тем, что она только что закончила?
Когда его внутренности завязало узлом, он обеспокоился тем, что их близость была законченчена. И это тревожило его. Сегодняшняя ночь и их занятие любовью было минутой слабости. Не то, чтобы он это планировал или хотя бы держал это в мыслях. Занятие любовью с ней было предательством Брайана. Он не должен был быть способным испытать то, что было недоступно его брату. Потому, что убийца...
- Все кончено, - повторил он себе. Если бы только отмщение убийства Брайана могло освободить его от вины.
Она покачала головой, ее волосы упали ей на плечи на розовый халат. - Роджер может быть не мертв.
Его вина превратилась в гнев и беспокойство. Несмотря на кол, который Лиам вогнал в сердце вампира, Роджер был в силах улететь из квартиры. Как Лиам допустил это. - Нет, - ответил он своим собственным сомнениям. - Я знаю, что вонзил кол в...
Достаточно глубоко, чтобы причинить ущерб , необходимый для конца жизни бессмертного монстра? Его грызли сомнения, стягивая мышцы живота.
- Если бы ты сделал это в любом другом городе, то этого было бы достаточно. Но здесь, в Зантраксе, у общества есть специальный хирург, - ее глаза оживились благоговением. - Великолепный хирург. Он знает, как вылечить повреждение от кола в сердце. Он может вылечить то, что когда-то было неизлечимо.
-Нет, - он покачал головой. - Это невозможно.
- Я уверен, что ваш мозговой центр общества не такой совершенный, как вы думаете.
Напряжение сковало его еще сильнее, и не только из-за возможности того, что убийца Брайана мог выжить после своих травм, а из-за ее тона. Она была не просто закрытой; она была обозленной.
- Ты сумасшедшая? - спросил он. - Ты считаешь, что будет лучше, если я не причиню ему вред?
- Как ты мог даже спросить мня об этом? - спросила она, ее голос надломился, как будто она считала это очевидным преступлением. - Ты думаешь, что я бы предпочла, чтобы он причинил вред тебе? Слезы увлажнили ее глаза, но она засмеялась, повторяя его горечь. - Ты никогда не будешь доверять мне.
- Я провел несколько лет думая, что ты убила моего брата, - напомнил ей Лиам. - Не просто отложить в сторону весь этот гнев и подозрение.
Она кивнула, и одна слезинка выкатилась из края ее нижнего веко; затем потекла по ее щеке. - Ты все еще ненавидишь меня.
- Нет, - заверил он ее. Если бы он ненавидел ее, он бы не предал своего брата.
- Но ты винишь меня за его смерть.
- Я не должен был этого делать, - признался он. Не ее вина в том, что она так чертовски привлекательна, что его брат слишком любил ее, стобы позволить ей уйти.
- Почему нет? - спросила она. - Ты был на самом деле прав. Это моя вина. Я должна была знать, что Брайан будет искать меня. Он всегда был таким хорошим другом.
- Он хотел быть кем-то большим, чем твоим другом.
- Ты говорил это раньше, но я не верила тебе тогда и не верю тебе сейчас. Он никогда не говорил мне это. Никогда не показывал мне это. Он был только моим другом, - ее горло задвигалось, когда она сглотнула эмоцию. - А Рождер не был им. Я должна была знать, что он может быть опасен... должна была знать, что Брайан мог быть в опасности. Это была моя вина. Он был моим другом, а я его не уберегла, - слезы капали сильнее теперь, когда она плакала от потери, которую мог понять только Лиам.
Их отец не много времени проводил с Брайаном до его смерти, поэтому он не много потерял после того, как его не стало. А мать Брайана воспринила его потерю, как еще один предлог, чтобы приложиться к бутылке. Лиам думал, чтобы единственным человеком, который действительно беспокоился о Брайане.
Он притянул ее ближе в свои объятия и прижал к своей груди. - Я подвел его. Не ты, а я.
Она отошла назад и посмотрела на него. - Как? Тогда ты был всего лишь ребенком.
- Всего лишь на пару лет младше него, - напомнил он ей. - Я мог сделать больше. Должен был сделать больше.
- Лиам...
- Я винил себя за это двадцать лет, - признался он. - Больше, чем тебя, я обвинял себя за то, что не остановил его от твоих поисков. Я виню себя за его смерть.
Она покачала головой. - Нет. Ты не мог знать, что он был в опасности. А я должна была. Я единственная, кого нужно винить за это. И если бы я была тобой, если бы мою сестру убили, я, вероятно, ненавидила бы тебя.
- Я никогда не смогу ненавидеть тебя, - сказал он. - Зная теперь, что я был неправ в отношении тебя, я понял, что Брайан увидел в тебе. Я тоже вижу это, в твоих картинах... в способе, которым ты занималась со мной любовью. Его тело затвердело от воспоминаия, как именно она двигалась, когда встречала каждый его толчок... и как она прикасалась к нему, так, как никто и никогда. - Черт, я даже понимаю одержимость тобою вампира.
По-своему, Лиам также был одержим ею. Но он хотел убить ее, а не заниматься с ней любовью. Он беспокоился о том, что сделал именно это, хотя... он запал на нее.
- Ты не ненавидишь меня, - согласилась она, смаргивая слезы, которые она пролила по его брату. - Но ты не веришь мне, иначе не притащил бы с собой кол и не спрятал бы его рядом с кроватью...
- Как морской пехотинец, я был обучен тому, чтобы всегда быть ко всему готовым. Он также знал, что нельзя никому доверять. Ее обольщение могло быть ловушкой, способом снизить его бдительность перед тем, как напасть на него. У него не было достаточного контроля, чтобы не заниматься с ней любовью, но у него было достаточно здравого смысла принести оружие на тот случай, если оно ему понадобиться.
- Есть некоторые вещи, к которым ты не можешь подготовиться, - сказала она, и когда она изучала его прищуренными глазами, он подозревал, что был одним и тех вещей.
Он не был готов к ней. Даже если бы она угрожала ему, он сомневался, что смог бы вогнать кол в ее сердце. Он сожалел о том, что просто выпихнул ее из постели, чтобы она не оказалась в самом центре его драки с вампиром. Он не мог причинить ей вред. Физический. Но он причинил ей эмоциональную боль своим недоверием.
- Роджер вернется назад, - предупредила она его, - и он не придет один. Он расскажет остальным, что ты знаешь об обществе. ты не сможешь бороться с ними всеми.
Также, как он не смог бороться с чувствами к ней, не имеет значение, как сильно он предал память своего брата, влюбившись в женщину, которая была любовью всей жизни Брайана.
- Ты должен жить, - сказала она, сгребая с пола его одежду. - Тебе нужно удирать из Зантракса так далеко как только можешь.
- Они могут летать, - отметил он. - Ты думаешь я смогу опередить их?
- Нет. Но, если ты уйдёшь, когда они придут сюда, я смогу объяснить. Я могу рассказать им, что сделал Роджер. Может быть я способна уговорить их сделать исключение для тебя.
- И поволишь мне жить?
- Да.
- А если они не позволят?
- Ты должен спрятаться.
Он покачал головой. - Я не буду прятаться. Я больше не буду жить своей жизнью. Есть другой способ, - напомнил он ей, и он не мог поверить, что даже подумал об этом. Но с тех пор, как он встретил ее в переулке, она перевернула его мир с ног на голову. Все, во что он верил, она доказала, что было ложью, поэтому, возможно, это была не такая сумасшедшая идея. Потому что единственный способ для него стать достаточно сильным, чтобы победить их - это стать одним из них. - Обрати меня.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/16786/58150
Переводчики: black_girl, ArrivaVamp, nuca