Глава 2

– И как долго ещё, по вашему, будет продолжаться это дерьмо? – Резко поинтересовалась капитан Франсина Венелли. – У меня, причём прямо сейчас, есть дела поважнее, чем сидеть на орбите, отстреливая кучки захолустных полольщиков-грядок, и моим людям это не нравится . – Она неприязненно уставилась на аккуратно одетого чиновника с противоположной стороны стола конференц-зала. – Им это вообще не нравится. Собственно говоря, мне тоже. И ещё мне не нравится, что в данный момент я не могу всё это бросить и побеспокоиться о действительно важных вещах!

– Я не знаю, как долго, капитан, – как можно более спокойно и рассудительно ответил Фринкело Осборн. – Сожалею, но это так. И уж если мы настолько откровенны друг с другом, мне тоже хотелось бы, что бы вас здесь не было. – Он покачал головой, с ещё большим отвращением на лице, чем у самой Венелли. – Это всё равно, как использовать кувалду для разбивания яиц. Или, точнее, использовать топор, чтобы отшлёпать ребёнка !

Венелли откинулась на спинку кресла и, скрывая блеск своих голубых глаз, прищурилась. За свою карьеру она встречалась с чиновниками Управления Пограничной Безопасности несколько чаще, чем рассчитывала – и уж конечно гораздо чаще, чем ей хотелось бы! И слишком многие из них, как она хорошо помнила, когда дело доходило до необходимости приструнить очередного цыплёнка, были только «за» использование кувалды для разбивания яиц. Конечно, как простой советник администрации Президента Партии Процветания Лумиса Эйлсы МакМинн, а не полноценный комиссар системы или сектора, Осборн мог быть всё ещё недостаточно близок к вершине пищевой цепочки и продолжать верить в то, что во вселенной существуют более важные вещи, чем сальдо его собственного банковского счёта. «Или может быть, он просто достаточно умён, чтобы понимать, что именно кинетическое оружие проделывает с источником поступлений средств на его банковский счёт,» – напомнила она себе. – «Интересно, сколько гектаров серебряного дуба мы превратили к данному моменту в золу?»

Она постаралась, чтобы её мысленная гримаса не отразилась на лице и перевела взгляд на захватывающую живую картинку, проецируемую "умными" стенами конференц-зала , пока она обдумывала этот депрессивный вопрос.

Её «эскадра» – линейный крейсер «Гоплит», лёгкий крейсер «Йента Макилвенна» и эсминцы «Аббат» и «Лунетта» – была собрана на скорую руку сразу же после получения запроса Лумиса о помощи. И теперь её корабли занимали орбиту Хелкирка – основной населённой планеты Системы Лумиса – и прямая визуальная картинка на "умной" стене была просто захватывающей. Действительно, при других обстоятельствах, капитан, бывшая кем-то вроде знатока планетарных курьёзов, была бы, скорее всего, очарована посещённой ей звёздной системой. В отличие от большинства систем, Лумис имел две планеты попавших прямо в середину зоны жидкой воды звезды класса G7. Фактически, Хелкирк и однотипная с ним планета Тюрсо, были не только в зоне жидкой воды, но и вращались по орбите вокруг общего центра масс, в семи световых минутах от звезды. При том, что они явно были однотипными, близнецами они совершенно точно не были .

Хелкирк мог похвастаться всей гаммой зелёного и коричневого – особенно коричневого – с гораздо меньшим, чем Венелли привыкла наблюдать, содержанием синего, так как шестьдесят процентов поверхности этой планеты занимала суша. Большую часть её внутреннего континента составляли довольно засушливые земли, а вот остальные, пусть и меньшие по площади и более гористые континенты Строма и Стронсэй были достаточно комфортны. На самом деле, фактически располагаясь в субтропиках, благодаря океанским течениям и господствующим ветрам, даже «малые» континенты представляли собой весьма лакомые куски недвижимости. Расположенные между ними Хой и Вестрэй, занимавшие добрые семьдесят процентов от общей площади земель Хелкирка, были совсем другой историей. Венелли понимала, почему Партия Процветания Лумиса создала свои лагеря перевоспитания именно на Вестрэе.

Тюрсо же была полной противоположностью – великолепный сапфир блистающий на чёрном бархате космоса. Более девяноста процентов поверхности планеты были покрыты водой, а на рассеянные по океанской глади архипелаги, номинально считавшиеся сушей, регулярно накатывались такие волны, которые на большинстве планет посчитали бы – и капитан не была здесь исключением – цунами, а не обыденными приливами и отливами. «Не так уж удивительно», – решила она, – «ведь «луна» Тюрсо на три процента более массивна, чем сама Старая Земля». Климат на планете тоже был… интересным, поэтому не было ничего удивительно в том, что население Тюрсо составляло крошечный процент от населения Хелкирка. С другой стороны, гигантский рыболовный флот Тюрсо поставлял потрясающий тоннаж морских деликатесов, позволявших диктовать экстраординарные цены гурманам Основных Миров. Может быть и не настолько экстраординарные, чтобы привлечь особое внимание Звёздной Корпорации «Инициатива, Анлимитед» к Лумису, но достаточные для того, чтобы сделать звёздную систему стоящим пунктом на торговом маршруте даже без Хелкирка. Разработка полезных ископаемых на астероидах и газовые месторождения тройки газовых гигантов в системе компенсировали бы, несомненно, любые эксплуатационные издержки ЗКИА, но реальное сокровище Системы Лумис заключалось в рощах серебряного дуба на Хелкирке.

Франсин Венелли являлась профессиональным космонавтом, привыкшей к компактным жилым помещениям на борту судна или орбитальной станции. Она не мыслила в терминах планетарных жилых помещений и не понимала потребности богатых «грязножопых наземников» в обширных и просторных домовладениях. Собственно говоря, она действительно не понимала обаяния «природных» материалов, так превозносимых некоторыми встречавшимися ей людьми. Долговечность, практичность и внешний вид были намного более важны для неё, нежели непосредственное происхождение материала, а древесина была довольно…говённым материалом, когда дело касалось строительства межзвёздных кораблей.

Несмотря на это, даже она была поражена чистой красотой серебряного дуба Хелкирка. Плотная, зернистая, великолепно тонированная, в прекрасных узорах древесина была похожа на голографическую картину, словно самой природой предназначенную, чтобы усмирять буйство темперамента. Что-то в её текстуре – наполовину видимое глазом, наполовину воображаемое, подчёркнутое зёрнами блеска настоящего серебра глубоко внутри древесины тёмно-вишнёвого цвета – было словно визуальный эквивалент почти не слышимой флейты тихо звучащей на краю сознания или как нежный, расслабляющий массаж. Даже беглого взгляда на стены зала, обшитого такими панелями, оказалось достаточно, чтобы заставить женщину почти позабыть о её злости на людей из правительства Системы Лумис. Она решила про себя, что больше не будет удивляться астрономическим ценам этого материала на основных рынках галактики и его востребованностью среди скульпторов, дизайнеров мебели, а также в качестве строительного материала.

Если уж честно, ресурсов Лумиса было более чем достаточно, чтобы обеспечить всему населению системы комфортный уровень жизни... за исключением, конечно, той маленькой проблемы, что население системы не контролировало эти ресурсы. Основную часть, по крайней мере. Последние сорок пять стандартных лет этот контроль принадлежал Звёздной Корпорации «Инициатива, Анлимитед» со штаб-квартирой в системе Люкастра, всего в семидесяти световых годах от Солнечной системы. ЗКИА добилась от ППЛ типичной для межзвёздной корпорации столетней аренды, именно этот извилистый и обходной путь, с которым Пограничный Флот вообще и Венелли в частности были слишком хорошо знакомы, объяснял, почему она и её корабли находились на орбите Хелкирка в данный конкретный момент.

Она перенесла свой взгляд с дисплея на Осборна и поджала губы.

- Как черт побери все стало настолько плохо?

Её собственные слова удивили её – изначально она собиралась задать совершенно другой вопрос. И уж абсолютно точно – это была далеко не самая тактичная формулировка, с любой точки зрения, но гримаса отвращения на лице начавшего отвечать Осборна не была адресована ей.

– Это было совсем не трудно, – пояснил он, – с таким идиотом у руля, как Загорский.

– А я-то полагала, что нас вызвали президент Макминн и госсекретарь Маккуори, – сардонически заметила Венелли.

– Президент МакМинн уже стара настолько, что вряд ли может сама вставить ноги в тапочки поутру, – тон Осборна был достаточно едким, чтобы прожечь лист асбеста. – МакКриммон – вот кто действительно отдаёт приказы в ППЛ в эти дни. Он бы, вероятно, предпочёл , если бы только мог, отправить МакМинн в милый тихий дом престарелых или на ещё более тихое кладбище, но она – всё ещё Любимый Лидер Партии. В общем, это одна из тех небольших проблем, возникающих там, где политические деятели поощряют культы личности.

Венелли кивнула. Эйлса Макминн и её муж были лидерами Партии Процветания, когда та захватила власть в результате быстротечного кровавого переворота, но Кит Макминн был мёртв уже более двадцати стандартных лет и к настоящему моменту Эйлсе было хорошо за семьдесят. И она не была реципиентом пролонга. Вице-президент Тайлер Маккриммон – её общепризнанный неизбежным преемник – был более чем вдвое моложе её, но она всё ещё являлась публичным лицом Партии. Маккриммон, возможно, и был серым кардиналом, но всё же нуждался в королеве для придания легитимности своим распоряжениям.

И он также нуждался в Зенге МакКуори и её Объединённых Силах Гражданской Безопасности, как основной подпорки Партии Процветания. К счастью для МакКриммона, МакКуори всё ещё была в какой-то мере новичком в правительственном кабинете (её предшественник и наставник, Лахлан МакЭндри, был – до его недавней смерти из-за неуказанных «проблем со здоровьем» – одним из «старых товарищей МакМинн»). Она столь же нуждалась в нём, насколько он нуждался в ней, по крайней мере, пока.

– Часть проблемы, – продолжал Осборн, – в том, что ППЛ после Революции не избавилась от МакРорисов. Просчёт на совести МакМинн, но, сами понимаете, несколько затруднительно обвинить их в этом. – Он поморщился. – Тэвис III, возможно, имел добрые намерения, но никогда не был сильным королём, и действительно казалось, что большинство его подданных не возражало, когда он «добровольно» отрёкся от престола пользу Партии. Мне кажется, что Кит и Эйлса не хотели рисковать и одевать на представителя династии венец мученика, так что я действительно уверен, что он умер от по-настоящему естественных причин вскоре после Революции. Но они фактически оставили в покое его семью, возможно потому, что у Клана МакРори очень много родственных связей в соседних системах. Да, естественно, они запретили им заниматься политикой – и внутренней и внешней – и пристально следили за ними, но по-настоящему они их не преследовали и не «поощряли» эмигрировать. И пока дела шли достаточно хорошо, это всё не имело практически никакого значения, но после того, как ЗКИА получила контроль над системой и начала прессовать местных, всё больше людей начало вздыхать о старых добрых временах и «Добром Короле Тэвисе». Разумеется, к тому времени он уже был благополучно мёртв, но вот его сын крутился поблизости.

– И он затеял интригу с целью возвращения власти, не так ли?

– Нет, – покачал головой Осборн, – насколько я в курсе местных реалий, он старался держаться от этого дела так далеко, как только мог. К тому времени у него было уже достаточно много сторонников, но, с моей точки зрения, выглядит так, словно он был достаточно умён, чтобы понимать, что не сможет добиться чего-либо путём открытых реформ, а более… энергичный способ приведёт к большому числу жертв. К его сожалению, это не предотвратило устроенное для него пятнадцать лет назад предшественником МакКуори фатальное «транспортное происшествие». В том же самом «несчастном случае» погиб и его старший сын. Плохой новостью для их перспектив стало то, что они упустили его младшего сына, Манаса. Хорошая же новость заключалась в том, что последний не был идиотом. Он точно понял, что произошло с его отцом и его братом и держался так далеко от политики, как только мог и столько, сколько мог. В общем, всё было отлично…, пока ЗКИА не прислал Загорского на место Системного Управляющего.

Он поморщился и Венелли почувствовала, что готова последовать его примеру. Как правило, её отношение к ставленникам УПБ было подчёркнуто нейтральным. В этом случае, однако, она имела сомнительное удовольствие встретиться с Ньятуи Загорским сразу по прибытию в систему и не испытывала по этому поводу положительных эмоций.

– И что с ним не так? – Задала она вопрос.

– Разочарование, – пояснил Осборн. – Он надеялся на большее, чем получил, и остался не доволен утешительным призом.

– Как по мне, так довольно милое местечко, – Венелли указала на видеостену, продолжавшую транслировать изображение планет с камер внешнего обзора. – Конечно, я всего лишь офицер флота. Моя точка зрения может быть несколько более ограниченна, нежели его – человека вершащего политику и экономику Галактики, и всё такое прочее, – ироничным тоном заметила она.

Губы Осборна дёрнулись в усмешке, но он покачал головой.

– На самом деле это частично верно, но и это еще не всё. Мне кажется, что он и вправду сам себя считает этаким вершителем политики и экономики – и чувствует себя... лишённым объекта приложения своих выдающихся талантов. К сожалению для него, «Инициатива» не входит в число ведущих межзвёздных корпораций. В табеле о рангах она занимает место чуть выше среднего и, хотя Лумис - вполне приличное местечко, всё же обладание этой системой – далеко не то же самое, что найти горшок с золотом, и вообще – даже не середина радуги, ведущей к нему. Более того, последние десять лет Загорский занимал должность помощника Управляющего в системе Дельвеккио, являющейся жемчужиной в короне «Инициативы». Я уверен, получив от своих боссов вызов в главный офис, он уже ожидал повышения до местного Системного Управляющего, что сделало бы его по настоящему большой рыбой в своём личном пруду. Вот только Дельвеккио получил кто-то с лучшими семейными связями, а ему, в качестве утешительного приза, достался Лумис. Похоже, это по-настоящему разозлило его и он прибыл сюда с намерением разбогатеть-по-быстрому. Он хочет выжать из Лумиса столько, сколько может и так быстро, как это ему только удастся, отчасти потому, что хочет снять сливки, а ещё – я думаю – потому, что надеется, что всплеск доходов системы с его появлением здесь заставит боссов вновь обратить на него внимание.

– Ну-ну, – неприятно усмехнулась Венелли. – Если бы я получала пару кредиток каждый раз, когда, пытаясь произвести впечатление на своих боссов, одна из этих задниц портит всё нахрен, то давно бы выкупила «Гоплита», превратила его в частную яхту и ушла на покой!

– Скорее всего, так оно и есть, – согласился Осборн. – В нашем случае, он решил поднять квоту на отгрузку серебряного дуба. Фактически, он удвоил её. И ещё раз. На Шелкрике много лесных массивов, но и они не безграничны и местные понимают это. Именно серебряный дуб их самый ценный планетарный ресурс и им не нравится такое отношение к нему. Загорского, естественно, всё это не волнует. Даже при установленном им уровне вырубки на планете достаточно площадей с серебряным дубом, чтобы держать его в этом бизнесе ещё от десяти до двадцати лет, а он планирует к тому времени оказаться достаточно далеко отсюда.

На лице Венелли проступило такое же отвращение, как и у самого Осборна. Последствия использованных Загорским радикальных методов, через чур сильно распространённых на Границе, составляли, по меньшей мере, половину головных болей флота Солнечной Лиги.

– Когда объявили о новой политике в лесозаготовках, многие из тех, кто раньше предпочитал склонить голову и не привлекать внимание ОГБ, начали вспоминать «Доброго Короля Тэвиса» намного более нежно, – продолжал Осборн. – Манас МакРори, возможно, не лелеял политических устремлений, но его племянник Рэгнол - сын его старшего брата - знал, что МакКриммон и МакКуори вряд ли поверят тому на слово. Так что, не поставив никого в известность – включая самого Манаса – он начал формировать «Милицию МакРори». Насколько я могу судить, изначально это было попыткой организовать охрану его семьи. Я считаю, что он хотел лишь предпринять достаточно жёсткие меры, чтобы заставить МакКуори подумать дважды об убийстве его дяди, и не становиться на путь МакЭндри, расправившегося с его отцом и дедом. К сожалению, это не сработало.

– И около двух лет назад, когда произошёл резкий скачок недовольства, МакКуори начала видеть заговорщиков под каждой кроватью в Эльгине. Я вполне уверен, что она сознательно допускала преувеличения в своих докладах кабинету министров, в расчёте на дополнительное финансирование своих Объединённых Сил, но это совсем не означало, что этой напряжённости в обществе не было. Фактически, – на лице Осборна отразилось его собственное недовольство высказываемым признанием, – мои собственные источники указывают, что кто-то здесь, на Хелкирке, действительно занялся созданием какой-то серьёзной организации и предоставил ей внесистемные контакты для поставок стрелкового и даже некоторых видов тяжёлого вооружения. Это совсем недавние события и я всё ещё не смог выяснить, кто именно стоит за новыми игроками. Это точно не МакРори – за это я готов поручиться. К настоящему времени уже три или четыре группы вышли из объединения под эгидой нелегальной «Лиги за Освобождение Лумиса» МакЛина, но – естественно – это случилось позже, а тогда МакКуори поняла, что на Лумисе действительно появился некто, заинтересованный в восстановлении старых порядков, и решила пресечь это на корню. Она скоропалительно сделала вывод, что в этом замешаны МакРори, и не придумала ничего умнее, чем попытаться произвести «превентивный арест» Манаса. Вот такие дела, капитан Венелли, и когда дерьмо полетело в вентилятор я отправил запрос на кого-то вроде вас.

- И вы не смогли найти кувалду поменьше? - язвительно спросила Венелли, и офицер УПБ пожал плечами в ответ.

– Я вообще не заказывал кувалду. К сожалению, Загорский не оставил мне большого выбора. Он хочет результата – быстрого результата – и у него имеются достаточно влиятельные покровители где-то в верхах – выше, чем это доступно для меня – чтобы получить ту кувалду, которую он хочет.

- Думаю, больше всего меня бесит то, насколько все это идиотски глупо. - Сказала Венелли. - С другой стороны, пора бы мне уже привыкнуть к их идиотизму.

– Да, идиотизма кругом полным-полно, – согласился Осборн. – Но всё же, за последнее время мне не встречалось столь же впечатляющего его примера.

Он покачал головой, и Венелли увидела в эго глазах нечто большее, чем отвращение. Там был гнев и даже… раскаяние.

– В своё время, капитан, я выступал в роли помощника – пусть даже по обязанности – в некоторых довольно грязных делах, – сказал ей офицер УПБ. – Это приложение к должности, и я должен признать, что плата обычно довольно неплоха. Но иногда… иногда это приложение встаёт поперёк горла и это – один из подобных случаев.

* * *

Иннис МакЛей, лёжа на животе, осторожно выглядывал из окна шестидесятого этажа. Для Хелкирка это было по настоящему высокое здание, но его легко затмевали возвышавшиеся в сердце города мерцающие керамобетонные башни ЗКИА . Две из них, относительно недавно возведённые, выделялись многочисленными отметинами ракетных ударов и тёмными шрамами полос гари от пожаров, уничтоживших интерьеры целых этажей. Губы МакЛея на миг раздвинулись в хищной усмешке – он ещё не забыл, как на стенах этих башен расцветали серии взрывов. В тот момент он считал, что у Лиги есть реальный шанс.

Сейчас он так не думал. Первую пару недель они гоняли проклятых "верхнюков" как хотели и о поддержке «Лиги Освобождения Лумиса» заявила чуть ли не треть всех малых городов и поселений или, по крайней мере, объявила о своём нейтралитете. Но это всё было до того, как они узнали, что чёртово УПБ запросило помощь у Флота солли.

Его взгляд стал мрачным и жёстким, когда он вспомнил первые кинетические удары. Казалось МакКриммон и МакКуори вообще не заинтересованы в захвате пленных. Может быть они просто хотели избежать расходов на строительство больших лагерей перевоспитания на Вестрэе, а может были настолько напуганы, что в панике били по всему, что попадалось на глаза. А может они просто были жестокими ублюдками, которые под шумок решили избавиться от максимально большего числа недовольных. Сам МакЛей полагал, что правду он не узнает никогда, но, так или иначе, всё это не имело никакого значения. Главное – не было ни единого предупреждения, никаких требований сдаться и никаких угроз орбитальных ударов вообще. Только ужасные белые линии, пронзающие небеса Хелкирка и оставляющие после себя на поверхности планеты оспины кипящего ада.

Именно эти орбитальные бомбардировки сломали хребет Сопротивления. Первая волна ударов разнесла дюжину посёлков и региональный центр Коунрок, муниципальный совет которого первым признал «Лигу Освобождения», когда отряды той захватили местные базы ОСГБ и центральный аэропорт. Никто не считал погибших, но одно только население Коунрока составляло более восьмидесяти пяти тысяч человек, а оставшихся в живых можно было пересчитать по пальцам.

«Так что теперь всё кончено», – мрачно подумал он. Никто не заикался о капитуляции – ни сама Лига, ни, тем более, её ядро – такие как Иннис МакЛей. Так или иначе, они всё равно недолго продержатся в лагерях, даже предполагая, что проживут достаточно долго, чтобы оказаться там, и, будь он проклят, если предоставит МакКуори и генералу Бойлу это удовольствие. Кроме того, его жена и дети навечно остались в Коунроке, так что никто не сможет выманить его из последнего убежища, а когда настанет время, его зубы и когти ещё раз продемонстрируют свою остроту. И когда он окажется на пороге ада, то войдёт в него вслед за душами всех посланных им вперёд верхнюков.

Это было не совсем то, что человек мог бы с нетерпением ожидать, но он был согласен и на это, и…

Он напрягся и прищурился. Сжав зубы, он поднял трубку старомодного проводного телефона. Качество связи было ни к чёрту, но наземные линии обеспечивали гораздо большую закрытость, чем любой стандартный ком, и даже датчики солли могли выделить и идентифицировать его переговоры на фоне информационных систем города.

– Да? – Прозвучало на другом конце линии.

– МакЛей, на крыше, – кратко сказал он. – Они появились. Вижу не менее дюжины танков и вдвое больше бронемашин направляющихся вниз по Коричневому Холму к Зелёному Замку. – Он на секунду замолк. – Я думаю, они нас засекли .

Тишина воцарилась на дальнем конце линии в течение многих секунд, тянущихся словно часы. Затем…

– Понял, Иннис. Через пару минут встречайте два ракетных расчёта.

– Я буду здесь, – ответил Маклей и положил трубку.

Он отполз через французские двери со своего наблюдательного поста у края балкона назад, в комнату. К невидимому с улицы защитному брустверу из мешков с песком и… установленному позади них на треноге тяжелому трёхствольнику . Сектор огня был далёк от идеала и МакЛей не тешил себя иллюзиями по поводу того, что именно тяжёлое оружие верхнюков сделает с его импровизированной позицией в этой высотке, как только он обнаружит своё местонахождение. «Но нельзя иметь всё сразу», – решил он. – «В любом случае, я сначала заберу не менее дюжины из них в счёт уплаты за жизни своей семьи».

* * *

– Тебе пора уходить, Мэган, – категорически заявила МакФэдзин, повесив трубку телефона. – Они направляются прямо к нам, и нет никакой надежды остановить их.

– Эрин, ты действительно думаешь, что я уйду? – С наигранной капризностью вопросила Маклин. – Ты хочешь, чтобы я пряталась по лесным посёлкам? Подвергла опасности жизни тех, кто будет скрывать меня? – Она покачала головой и потянулась к импульсной винтовке в углу позади себя. – Я говорю – нет!

– Не глупи! – В голосе Макфэдзи прорезались эмоции и она взглянула прямо в глаза другой женщины. – Ты председатель Лиги – та, кто может говорить за всех нас! Убирайся отсюда к чёрту, спрячься, а затем найди способ убраться из системы.

– И что дальше? – Поинтересовалась Маклин. – Эрин, мы рискнули – и мы проиграли. А всей остальной галактике наплевать, что твориться здесь, на Шелкрике!

– Ты не права, – возразила Макфэдзи, вызвав недоумённый взгляд Маклин, и кивнула. – Да, я не… рассказывала тебе всего, – продолжила она с запинкой, отводя глаза вместо того, чтобы встретить взгляд своей подруги. – Наш поставщик оружия… он предлагал, когда настанет время, нечто большее, чем просто оружие.

– О чём ты? – Сузила глаза Маклин.

– Он говорил мне, что может обеспечить нам поддержку флота, – МакФэдзин наконец полностью повернулась к ней. – Когда мы будем готовы, по моему запросу, он мог бы устроить так, чтобы у нас на орбите висели звёздные корабли.

– Это безумие! Как он мог бы это устроить? И почему ты мне об этом не рассказала?!

– Я ничего не говорила тебе об этом, потому что ты не доверяла ему, – голос Макфэдзи был более безжизненным, чем когда-либо. – И, возможно, ты даже была права. Скорее всего, он и его друзья, помогая нам, преследовали собственные интересы, но, уже в конце, он признался мне, что контрабанда оружием не основная его деятельность. Она являлась всего лишь прикрытием, возможностью дезавуировать его в случае если всё пойдёт наперекосяк. Он заявил, что является правительственным агентом, и что его королева готова в открытую поддержать нас, если всё будет выглядеть так, что мы сможем достичь своих целей, и я ему поверила. Черт, возможно, мне надо было сразу поверить ему! Но если ты сможешь покинуть систему и найти способ связаться с ним, то может быть…

Она прервалась, сморгнула подозрительно заблестевшие глаза и решительно вздёрнула голову.

– Проклятье, Меган! Это всё, что нам осталось! Ты – наш председатель, и единственная, кто может говорить от нашего имени! По крайней мере, вырвись отсюда и проследи, чтобы хоть кто-то услышал нашу точку зрения о том, что произошло здесь. Не позволь этим ублюдкам так просто смахнуть нас, Коунрок и весь остаток этого дерьма под коврик, как будто ничего не было!

Маклин, до глубины души потрясённая той страстью, что прозвучала в последних словах Макфензи, пристально взглянула на неё.

– Я даже не знаю, как с ним связаться, – сказала она наконец. Что-то взорвалось поблизости. Звук был приглушен стенами здания, но ясно различим всеми присутствующими в апартаментах. – И это при условии, что я вообще смогу выбраться из системы.

– Вот, – Макфэдзи перекинула ей карту памяти, – здесь все контакты. – Она криво улыбнулась. – Закодировано моим личном шифром, но с ключом ты разберёшься.

Маклин, поймав чип, пару секунд, о чём-то размышляя, смотрела на него, а потом сжала в кулаке.

– Эрин, я не могу сбежать, бросив здесь тебя и всех остальных. Просто не могу.

– Можешь, – возражения Макфэдзи почти заглушили звуки ещё нескольких взрывов, встряхнувших импровизированный командный пункт. – Ты должна нам это.

Их взгляды скрестились и Маклин опустила глаза.

– Джейми выведет вас через один из туннелей, – тут же начала инструктировать её МакФэдзин. – Когда выберетесь из Эльгина, направляйтесь прямиком в Хаймер. Думаю, наша ячейка там всё ещё в безопасности. Спрячься там на несколько недель, пока Тобиас МакГилл – он лидер наших людей в Хаймере – не подготовит для тебя новые документы. Потом они с Джейми проведут тебя на один из грузовых шаттлов с серебряным дубом. Дальше… дальше тебе придётся импровизировать, но ты справишься с этим, Меган. Ты должна.

– Я…

Маклин попыталась было найти ещё один – последний – аргумент, но не смогла, да и времени на это уже не оставалась. Она смотрела на свою подругу, подругу, которая вместе с остальными её друзьями, собиралась, как она знала, умереть ради неё, и едва могла видеть сквозь слезы, застилающие её глаза.

– Хорошо, – шептала она. – Я попробую.

– Хорошо, – Макфэдзи обогнула стол и сжала её в кратких, но сокрушительно сильных объятиях. – Хорошо. Тогда вперёд!

Маклин удерживала её в кольце своих рук на мгновенье дольше, затем кивнула и, подхватив свою импульсную винтовку, направилась к дверям. Макфэдзи, убедившись, что она вышла, подняла трубку телефона и нажала кнопку циркулярной связи.

– «Blàr Chùil Lodair» [16 апреля 1746 г. в окрестностях Куллодена происходило сражение между шотландским ополчением под предводительством Карла Эдуарда Стюарта, претендента на английский престол, и английскими войсками под начальством герцога Камберлендского; шотландцы были разбиты, а сам Карл едва успел спастись.] – просто сказала она. – Прикупим чуть-чуть времени для наших мышек.

* * *

– Какого хрена вы там возитесь! – Полковник Натан Манди и не думал скрывать своего раздражения, отдавая приказы по коммуникационной сети батальона. – Нахер мне сдались ваши оправдания! Вы знаете, где они – так возьмите их за задницу и притащите мне их грёбаные головы!

Дождавшись рапортов о начале исполнения отданных им распоряжений, он, зло усмехнувшись, устроился поглубже в командирском кресле штабного экраноплана как раз огибающего последнее здание, перекрывавшее прямую видимость на жилой дом, в котором засели мятежники. Тот нисколько не отличался от полудюжины других зданий, которые те оккупировали в столице, но именно этот был особенным. Именно ему выпала честь стать окончательной могилой мятежников, ибо именно в нём располагался их центральный командный пункт. Да, совсем недавно он боялся, что Макфи так и не сломается, но ОСГБ всегда находило способ разговорить даже самых упорных. «Возможно Макфи так и не сломался бы, окажись в руках ГБ в одиночку, но когда привели его дочь… Я предполагаю, что он всё ещё может лгать нам», – жёстко подумал полковник. – «Естественно, если он продолжил свои игры, то узнает, что то, что уже проделали с его сучонкой, было только разминкой».

– Подойди ближе! – Рявкнул он своему водителю.

– Сэр, я…

– Ближе, я сказал, чёрт возьми!

– Да, Сэр.

* * *

Танки, устаревшие минимум на два поколения, были получены с солларианских армейских складов неликвидов (но хоть какой-то танк всегда предпочтительней его отсутствия) и их броня с высокомерной непринуждённостью отметала в сторону огонь пульсеров. Они неотвратимо надвигались, поливая жилой дом и два здания по обе стороны от него огнём своего главного гиперскоростного оружия с огневой мощью стапятидесятимиллиметрового орудия докосмической эпохи. Клубы пыли и дыма вздымались, проливаясь ливнем расколотого керамгранита, в местах попадания тысяч разрывных стрелок извергаемых спаренными тридцатипятимилимитровыми пульсерами. Никто и ничто не имело шансов выжить при таком обстреле, и экипажи танков знали это.

Но они ошибались.

Первая противотанковая ракета ударила словно дьявольская гадюка. Суперплотный проникающий элемент на скорости более десяти тысяч метров в секунду врезался в лобовую броню своей цели и прорвал её как лист бумаги. Танк превратился в косматый клубок огня, миг спустя за ним последовал второй. И третий.

– Иисус! – Взвизгнул кто-то по командной сети. – Где эти ублюдки взяли ракеты?! Уходим вправо! Алфи, уходим впра…!

Голос резко пропал.

* * *

Иннис Маклей взревел в безмолвном ликовании, увидев как разваливаются на части первые танки ОСГБ. И тут же пара бронемашин оказалась в зоне действия одного из импровизированных взрывных устройств, которые лигисты укрыли в коллекторах под Броунхилл-Роуд. Его мощности оказалось недостаточно, чтобы уничтожить БТРы, но вполне хватило, чтобы их повредить, и Маклей с удовольствием наблюдал за поспешно покидающими машины и разбегающимися, словно тараканы, фигурками в синей униформе госбеза.

Кисти Инниса легли на удобные рукоятки его тяжёлого трёхствольника, глаза внимательно всматривались в голографический прицел, палец нежно лёг на спусковую кнопку.

* * *

Натан Манди неверяще уставился на отображающиеся на его дисплее данные, – «Этот ублюдок Макфи! Он умолчал о наличии у лигистов тяжёлого оружия! И мятежники не показывали ничего с подобной огневой мощью здесь, в Элгине! Как же я не догадался, что…?

* * *

Взорвался ещё один танк, но на сей раз кому-то из его компаньонов удалось засечь место пуска на третьем этаже. Башня крутнулась, срез танкового орудия окутался призрачным дрожанием воздуха и половина этажа за окном, из которого прилетела ракета, разлетелась в оглушительном взрыве.

* * *

Маклей на своей верхотуре не мог почувствовать сотрясения от этого взрыва. Или, в любом случае, он не мог почувствовать его достаточно чётко, чтобы выделить его среди остальных хлеставших по зданию ударов и взрывов. Тем не менее, он видел выстрел танка и понял, что того бы не было, если б не было цели.

Он попытался было сообразить – кого именно из его друзей сейчас не стало – но это не имело значения. Они могли причинить ублюдкам боль, но они не могли победить, и он уже услышал сообщения с другой стороны здания. Похоже госбезники точно знали, где именно засели их противники – последний опорный пункт Лиги был окружён со всех сторон. Макфэдзи была права – только те, кто занимал позиции у самых входов в аварийные туннели, имели хоть какой-то шанс выбраться отсюда живыми.

При условии, что кто-то остался бы прикрывать их бегство.

Он выбрал другую цель, прошив дротиками большого калибра тонкую основную броню одного из БТРов. Двадцати-пяти местная бронемашина осела, замерев на месте, а потом взорвалась. Глаза Инниса, испещрённые красной сеточкой лопнувших капилляров, удовлетворённо блеснули. Было лишь вопросом времени, когда именно атакующие засекут его огневую позицию, но в данный момент те были больше озабочены уничтожением расчётов ракетных установок нежели «простых» пульсеров и он качнул ствол своего трёхствольника, отыскивая новую добычу.

* * *

– Назад! – Рявкнул своему водителю полковник Манди. – Уводи нас отсюда, немедленно, мать твою!

Водитель издал звук, который при известном воображении можно было принять за подтверждение приказа, и мобильный командный пункт, резко разворачиваясь на месте, накренился на создаваемой им воздушной подушке. И в этот момент аналитическая система, чьи сенсорные кластеры продолжали сканировать жилой дом впереди, подсветила и вывела на экран крупным планом балкон на шестидесятом этаже. Появившаяся возне него иконка информировала об идентификации энергетической сигнатуры и глаза Манди, узнавшего кодовое обозначение, расширились. «Тяжёлый трёхствольник!» – Билась мысль в уголке его сознания. – «Это – трёх…»

* * *

Штабной экраноплан вспух кипящим чёрно-красным облаком, превратившем его экипаж в пар, и Иннис Маклей торжествующе оскалился. Миг триумфа был краток, не больше секунды – один из оставшихся неповреждённым танков ОСГБ выпустил очередь из своего главного калибра прямо сквозь французские двери балкона – но всё же он был.

* * *

– Сюда, Меган! – Хрипло дыша, проговорил Джейми Кирбишли. – Мы почти добрались.

Меган Маклин, пробираясь вслед за ним по лодыжки в воде, кивнула, пытаясь не думать о том, что творилось позади. Не менее двадцати человек с каменными лицами растянулись длинной цепочкой у неё за спиной, в большинстве своём те, чьи семьи всё ещё оставались в живых – или могли бы всё ещё оставаться в живых – где-то по ту сторону ада. Люди, которые оставили своих друзей – друзей, которых некому было больше ждать – прикрывать своё спасение.

Она сунула руку в карман и острые грани футляра карты памяти врезались в её ладонь. «Кто ты на самом деле, тот, кто называл себя «Партизан»? – Задалась она вопросом. Говорил ли он МакФэдзин правду о своём официальном статусе или всё это была ложь. А если и правду, то какие цели на самом деле преследовали он и звёздная нация, пославшая его на Лумис? Почему они предложили помощь «Лиге Освобождения»? Что бы там не воображала себе МакФэдзин, они не делали это просто по доброте душевной. МакЛин была уверена в этом, да и, видит Бог, у них самих в настоящее время достаточно много проблем. «Они просто ищут способы отвлечь своих врагов? Это может быть достаточно близко к правде», – предположила она. – «Но также было возможно, что в этом предложении с их стороны не было цинично-прагматичного расчёта. Они пользуются репутацией защитников угнетённых; возможно даже заслуженной. И если это так, и если я действительно смогу покинуть систему и каким-то образом добраться до них, то возможно вся эта кошмарная резня, в конце концов, окажется не напрасной. Возможно…»

– Ложись! – Раздался крик Кирбишли.

Маклин среагировала мгновенно и оказалась лежащей на животе в ледяной воде чуть ли не раньше, чем осознала своё движение. Сквозь плеск собственного падения она слышала крики позади себя и подняла голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как от люка над ней вниз по лестнице быстро соскальзывают закованные в броню бойцы ОСГБ. Импульсные винтовки атакующих поливали всё вокруг в полностью автоматическом режиме.

Это было последним, что она увидела в своей жизни.

* * *

Фринкело Осборн стоял на посадочной площадке Башни ЗКИА с застывшим от ярости лицом, отмечая как всё новые и новые клубы дыма вздымаются вверх, чтобы присоединиться к плотному, удушливому облаку, нависшему над столицей Системы Лумис. «Более двадцати процентов всех зданий Элгина понесли хоть какой-то, но ущерб», – с отвращением подумал он. Маккуори настаивала на том, что не всё так плохо и его собственная оценка существенно завышена из-за чересчур эмоционального отношения к произошедшему, но сам он так не считал. Она лгала, пытаясь прикрыть свою собственную задницу, и, теперь, когда стрелять было больше не в кого, прикрыть ей потребуется очень многое. Восстановление только того, что он мог рассмотреть со своей нынешней позиции, обещало обойтись в миллиарды, а ущерб в Элгине был ничем по сравнению с тем, что кинетическое оружие капитана Венелли – не упоминая уже о командах палачей из ОСГБ – нанесли остальной части планеты. Он вспомнил свою беседу с Венелли в конференцзале «Гоплита», и его правая рука приподнялась, коснувшись твёрдой угловатости кобуры пульсера под левой подмышкой.

Заманчиво, так заманчиво. Он мог войти в пентхаус офиса Загорского и никто не подумает отказаться принять его. И как только он туда войдёт...

Он убрал руку от пистолета и мрачно нахмурился. Мысль может быть и заманчива, но он не собирался воплощать её в жизнь и знал это. Так же, как знал истинную причину того, почему он хотел украсить стены офиса Нятуи Загорского мозгами его хозяина.

Осборн верно служил УПБ, дольше, чем ему хотелось бы помнить, но этот случай был хуже всего. Каким-то образом ему всегда удавалось избегать неприятных деталей, но он столкнулся с худшим их вариантом, спустившись вниз в коллектор, и никогда не сможет очиститься снова. «И хуже всего то», – подумал он с холодной безжалостностью истинной честности, – «что теперь, когда я сделал это однажды, в следующий раз будет легче. И если я остаюсь в этом деле достаточно долго, следующий раз будет. Всегда бывает.».

Он постоял ещё несколько минут, глядя на пылающий жилой дом и гадая, как долго тот ещё простоит, прежде чем его каркас низвергнется в ад. «Интересно, остался ли ещё там внутри кто-то в живых, сгорая заживо и молясь о смерти?»

Потом повернулся и медленно двинулся прочь.

* * *

Было темно в забитом дымом коллекторе под городом Элгин. Ни проблеска света, ни движения… ни жизни. Уже ничего… Лишь карта памяти медленно-медленно оседала сквозь насыщенную кровью воду на дно отстойника.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/33774/118321

Переводчики: SergUM, Shtymp, assk1ker, velikimus1