"Не шевелись!"
Огромный волк вскинул голову с горящими глазами.
"Замри вот так."
Никто другой во всем мире не смог бы заставить Гарма сидеть спокойно. Еще бы! Это был матерый волк пяти футов в холке, с иссиня-черной шерстью и огненно-рыжими глазами. Он был рожден с целью преследовать, загонять и крушить. Не сидеть спокойно. Не слушать. Но именно это он делал.
Делал для Эйр Стеголкин.
Гарм бросил взгляд на воительницу норна. Она была очень высокой - ее поднятая вверх рука доставала до стропил на высоте двенадцати футов. Ее глаза были устремлены к Гарму, который старался выглядеть свирепее.
Он делал это не потому, что боялся женщину и ее большого молота, которым она сейчас работала с потрясающей скоростью нанося удары по зубилу и откалывая части от огромного гранитного блока. Гарм отважился посмотреть на этот блок - бесформенный и изрытый ударами зубила. Вскоре это может стать статуей. Его статуей. Но волк продолжал позировать не по этой причине.
Он не двигался потому что для него она была альфой. Главной.
Молоток снова падал, ударяло зубило. Все больше каменных осколков летело на пол: крупным булыжникам на смену пришли мелкие куски, а под конец все обратилось потоками пыли.
Образ Гарма принимал форму.
Эйр отступила от скульптуры и утерла со лба проступивший пот. Ее лицо замерло, зеленые глаза были неподвижны. Девушка убрала назад копну рыжих волос, стянутых кожаным шнурком. Ее внимательный взгляд уже мог различить в камне будущие формы. "Это может стать моим шедевром."
Гарм оглянулся на другие работы. Некоторые были из камня, некоторые из дерева. Огромный полярный медведь, лось с раскидистыми шестнадцати-футовыми рогами, снежная змея, свешивающая свои кольца с потолочных балок и достающая хвостом до пола - чего здесь только не было. И, конечно, армия воинов-норнов. Все началось с отдельных персонажей, которые прославились еще до того как отправились сражаться с Джормагом - одним из Старших Драконов.
Теперь только статуи остались от них.
"Привет, дому Стеголкин!" - раздался крик у двери. Лицо воина норна с трудом угадывалось под длинными космами. - "О Медведь, да здесь все заполнено!"
Кто-то позади мужчины зашипел, ударившись плечом, "Их статуи!"
Стоящий впереди воин кивнул. "Конечно это их статуи. Потому мы и здесь." - Он невольно сделал паузу, икая. - "Скоро один из них будет мной. В смысле, я буду одним из них. То есть, у меня будет своя. О Ворон, твое пиво довольно крепкое, Юри."
Эйр замерла и только жилка отчаянно пульсировала на ее виске."Клиенты." С молотом и зубилом в руках она направилась к двери.
Гарм прекратил позировать и отправился следом.
Человек в дверях запнулся о порог.
"Вы пришли полны... мужества, но оно пахнет хмелем," - сказала Эйр.
"Да!" - с энтузиазмом сказал человек, оглядываясь на группу из двадцати воинов норнов, оставшихся во дворе. - "Я Съёрд Фростфист (Ледяной Кулак) ."
"Съёрд Фоамфист (Пенный Кулак)?" - переспросила она, вскинув бровь.
"Точно. И я пришел от Снежного Барса и Ворона и Медведя - от каждого живого существа - объявить войну Дрэгонспану! "
Эйр кивнула. - "Ты пришел не по адресу. Я не Дрэгонспан."
Съёрд рассмеялся. - "Конечно, нет. Ты норн, как и я."
"Не совсем как ты."
"Нет! Конечно, нет," - вдруг серьезно произнес Съёрд. - "Ты - художник. Пока я режу монстров, ты режешь камни."
Воины засмеялись.
Эйр так сжала ручку молота, будто собиралась что-то вырезать на самом Съёрде.
"О, я не в обиду, правда. Ведь должен же кто-то делать наши статуи."
Гарм посмотрел на хозяйку, удивляясь, почему она просто не убила этого человека. Она могла бы. Этого и всех других. Или Гарм мог бы это сделать. Одно ее слово - и он разорвет горло этому мужчине, но Эйр никогда не давала приказа.
"Ты хочешь свою статую?"
Съёрд дотронулся пальцем до своего носа, чтобы показать, что она точно его поняла.
"Выбирай любую, какую захочешь," - сказала она, указывая на статуи за ее спиной. - "Храбрые юные дураки, как ты, что раззадоренные спорами и алкоголем, решили спасти мир. Я встречала подобных тебе сотни раз. Все они ушли сразиться с Дрэгонспаном. "
Улыбка Съёрда лишь стала шире. - "Тогда мы поняли друг друга." Он сунул в ее руку мешочек монет.
Эйр уставилась на него. - "Возьми свои деньги. Сними комнату, ляг и проспись. Ты не сможешь победить Дрэгонспана."
Съёрд отпрянул, а воины за ним удивленно вскинули брови. - "Ты говоришь, чтобы мы сдались? Ты хочешь, чтобы наши люди смирились с потерей родных мест? Почему ты против человека, который собрался драться с нашим общим врагом? "
"Я не против тебя. Я тебя предостерегаю."
"От чего же?"
"Ты не сможешь победить Дрэгонспана. Ты отправишься сражаться против него, а в итоге - пополнишь его армию. "
Съёрд мотнул головой. - "Я сражусь с ним и убью его, а ты это увековечишь. Вот деньги за работу. "
Эйр потянула за шнурок. В мешочке была приличная горсть серебра. Она вздохнула. - "Пойдем, Съёрд Фростфист, выберем подходящее дерево для твоего мемориала."
"Памятника," - поправил он. "И пусть он будет из камня, а не из дерева."
"Серебром платят за дерево. Золотом - за камень."
Съёрд нахмурился и кивнул. - "Тогда из дерева."
Эйр оттеснила его и вышла во двор, за ней вприпрыжку отправился Гарм. - "В любом случае, ель лучше камня," - говорила она, проходя мимо каменных и древесных блоков, расставленных вдоль одной стены. - "Ель - живая. Она растет на камнях. Ее корни ломают камень и обращают его песком."
"Да," - согласился Съёрд. В его глазах снова заскользило отчаяние. - "Который из них станет моей статуей?"
"Этот." - Эйр остановилась возле елового бревна, трех футов шириной и десяти футов высотой. - "Вот этот увековечит тебя."
Съёрд так пристально уставился на блок, будто видел свою фигуру, заключенную в дереве. Он медленно кивнул: "Хорошо. Вырежи меня."
Эйр мрачно кивнула, поднимая огромный блок и устанавливая его в центре двора. - "Ты, стой там."
Съёрд принял позу, красуясь перед товарищами, которые собрались вокруг и продолжали осушать кувшины с выпивкой.
"Не шевелись!" - приказала она.
Съёрд задрал вверх подбородок, пытаясь придать образу суровость.
Гарм ему посочувствовал.
Эйр зашла в свою мастерскую и вернулась через пару минут. На ней появился пояс, заполненный десятками различных лезвий - от топоров и секачей, до ножей и стамесок. Группа воинов с благоговением наблюдала как Эйр подошла к деревянной заготовке.
"Дух Волка, направь мою работу."
Некоторые оруженосцы захихикали, но их смех стих как только Эйр взяла пару больших топоров в руки. Оружие начало описывать медленные, смертельные круги над головой Эйр.
Гарм уселся и наблюдал за шоу.
Эти воины даже не догадывались, во что ввязались. Эйр была не просто скульптором. Она произнесла не пустячную молитву. Она взывала к могуществу северных лесов и направляла его в творческое русло.
И они отвечали.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/42314/163721
Переводчики: VVi