— Мы будем в Королевской Гавани в течение часа.

Кейтлин отвернулась от лееров и вымученно улыбнулась.
— Ваши гребцы хорошо поработали, капитан. Каждый получит по серебряному оленю в знак моей признательности.

Капитан Морео Тумитис отвесил любезный полупоклон и сказал:
— Вы слишком великодушны, леди Старк. Большая честь подвезти такую благородную даму, и это вся награда, что им нужна.

— Но серебро всё равно возьмут.

— Приказ есть приказ, — улыбнулся Морео.
Капитан бегло изъяснялся на общем языке с едва заметным тирошийским акцентом. Он рассказал ей, что ходит по Узкому морю вот уже тридцать лет. Сперва он был гребцом, потом старшим рулевым, и, наконец, стал капитаном своей собственной торговой галеры. «Танцующая в буре» была его четвёртой посудиной и самой быстрой двухмачтовой галерой с шестьюдесятью гребцами.

Кроме того, «Танцующая» определённо была самой стремительной из всех, что были свободны в Белой Гавани, когда туда прибыли Кейтлин и сир Родрик Кассель после бешеной скачки вниз по течению реки. Тирошийцы всегда были охочи до денег, тем и славились. Поэтому Сир Родрик убеждал Кейтлин, что лучше будет нанять рыбацкий баркас с Трёх Сестёр, но Кейтлин настояла на том, чтобы взять галеру. И, как выяснилось, не зря: на протяжении всего пути ветры дули в нос корабля, и если бы не гребцы, они бы только-только миновали Персты, вместо того, чтобы одним махом добраться до Королевской Гавани.

«Уже близко», — подумала Кейтлин.
Под полотняными повязками, в израненных кинжалом пальцах, всё ещё пульсировала боль. Осязаемая кара, которая не даст ей позабыть. Большой палец и мизинец левой руки не сгибались, да и остальные уже никогда не обретут прежнюю ловкость, но всё равно — это слишком малая плата за жизнь Брана.

В этот момент на палубе появился сир Родрик.
— Добрый друг, — обратился к нему Морео сквозь свою раздвоенную зелёную бороду. (Тирошийцы обожают яркие цвета, даже если вопрос касается бороды и усов.) — Рад видеть, что вам полегчало.

— Да уж, — кивнул сир Родрик, — Вот уже почти два дня мне не хочется лечь и помереть. — Он поклонился Кейтлин: — Госпожа.

Сейчас он выглядел гораздо лучше. Немного похудел с тех пор, как они выехали из Белой Гавани, но уже почти набрал форму. Крепкие ветра залива и жестокие воды Узкого моря не пошли ему впрок, и однажды он чуть не вывалился за борт, когда из-за Драконьего Камня на них внезапно налетел шторм. Каким-то чудом он уцепился за канат, и три человека из команды Морео спасли его и увели в безопасные каюты.

— Капитан как раз сообщил, что наше путешествие вот-вот закончится, — сказала Кейтлин.

Сир Родрик криво улыбнулся.
— Так скоро?
Непривычно было видеть его без роскошных бакенбард и бороды. Сир Родрик выглядел не так свирепо, казался меньше и будто постарел на десять лет. Они плыли по заливу Пасти, и он благоразумно воспользовался бритвой одного из членов экипажа после того, как уже в третий раз его борода и бакенбарды были безнадёжно испачканы — когда он перегнулся через борт, его вырвало прямо на порывистом ветру.

— Я покину вас, чтобы вы могли обсудить свои дела, — сказал капитан Морео и удалился, оставив их наедине.

Галера мчалась над водой, словно гигантская стрекоза, вёсла размеренно поднимались и опускались в едином ритме. Сир Родрик ухватился за леера, разглядывая проплывающие мимо берега.
— Никудышный из меня вышел защитник.

Кейтлин коснулась его руки.
— Мы здесь, сир Родрик, целые и невредимые, а это главное.
Неуклюжими и негнущимися пальцами она нащупала под плащом кинжал: он всё ещё был при ней. Ей нужно было прикасаться к нему время от времени, чтобы подбодрить себя.
— Нам осталось только добраться до королевского оружейника и молиться, чтобы ему можно было доверять.

— Сир Арон Сантагар — человек тщеславный, но достойный. — Рука сира Родрика потянулась было к бороде, но в который раз ухватила только пустоту. Сир Родрик выглядел смущённо. — Он может распознать клинок, да... Но, госпожа, как только мы ступим на берег, мы будем в опасности. Кое-кто при дворе может сразу узнать вас.

Кейтлин поджала губы.
— Мизинец, — пробормотала она.
Перед глазами всплыло лицо мальчишки, хотя обладатель имени давно вырос. Его отец умер несколько лет назад, так что теперь он стал лордом Бэйлишем, но для них он так и остался Мизинцем. Это прозвище давным-давно дал Мизинцу её брат Эдмур, когда они жили в Риверране. Скромные владения Бэйлишей лежали на самом маленьком из Перстов, да и сам Петир был худым и невысоким для своих лет.

Сир Родрик кашлянул.
— Лорд Бэйлиш ведь когда-то... — Он неуверенно умолк, пытаясь подобрать деликатные слова.

Кейтлин ответила без обиняков.
— Он был воспитанником моего отца. Мы вместе росли в Риверране. Я любила его, как сестра, его же чувства ко мне были далеки от братских. Когда стало известно, что я выхожу за Брандона Старка, Петир вызвал его на поединок, чтобы сразиться за мою руку. Это было безумием, ведь Брандону было двадцать, а Петиру едва исполнилось пятнадцать. Я умоляла Брандона сохранить ему жизнь, и Петир отделался шрамом. После этого мой отец отослал его. — Кейтлин подняла голову, подставив лицо брызгам, будто освежающие порывы ветра могли унести воспоминания прочь. — Он писал мне после того, как Брандона убили, но я сожгла письмо, даже не прочитав. Тогда я уже знала, что вместо Брандона на мне женится Нед.

Пальцы сира Родрика снова попытались ухватиться за несуществующую бороду.
— Мизинец сейчас в Малом Совете.

— Я всегда знала, что он высоко взлетит, — сказал Кейтлин, — Он всегда был умён, даже в детстве. Но одно дело — ум, и совсем другое — мудрость. Интересно, как обошлись с ним годы.

Откуда-то с мачты, высоко над головами, раздался голос вперёдсмотрящего. Капитан Морео зашагал по палубе, отдавая приказы, и всю галеру охватила кипучая деятельность. Постепенно им открывался вид на Королевскую Гавань, лежащую на трёх высоких холмах.

Кейтлин знала, что ещё триста лет назад они были покрыты лесами, и только кучка рыбаков жила на северном берегу Черноводного залива, в который вливались воды стремительной и глубокой реки. Когда-то давно Эйегон Завоеватель отплыл с Драконьего Камня, и именно здесь высадилась его армия. Он выстроил самую первую цитадель из дерева и глины на самом высоком холме.

Теперь лес уступил место городу, и дома тянулись на сколько хватало взгляда. Дворцы, беседки и житницы, каменные амбары, бревенчатые трактиры и торговые ряды, кабаки, кладбища и бордели — здания буквально громоздились друг на друге. Хотя они ещё были далеко, но Кейтлин уловила гомон рыбного базара. Между домами лежали широкие мостовые с деревьями по краям; петляли улочки, вздымаясь и опускаясь; а переулки были настолько узкими, что на них едва могли разойтись два человека. Холм Висеньи венчала Великая Септа Бейлора с семью хрустальными башнями. На другой окраине города, на холме Рейниса, высились чёрные стены загона, где держали драконов. Огромный купол обрушился, а бронзовые ворота не открывались уже почти сто лет. Два холма соединяла улица Сестёр, прямая, как стрела. Высокие, крепкие городские стены были выстроены поодаль.

Вдоль берега разместилась сотня причалов, и в гавани было столько кораблей, что яблоку негде упасть. Рыболовные корабли и речные судёнышки приходили и уходили, паромщики сновали по реке взад-вперёд, разгружались торговые галеры, которые привезли товары из Браавоса, Пентоса и Лиса. Кейтлин разглядела богато украшенную барку королевы, пришвартованную рядом с вельботом из Порт-Иббена с дутыми, просмоленными до черноты, боками. А выше по реке, в доках, покоилась дюжина позолоченных стройных кораблей. Их паруса были спущены, и вода плескалась у мощных железных носов-таранов.

А на холме Эйегона над всей гаванью нависал зловещий Красный дворец. Семь гигантских круглых башен c железными укреплениями на верхушках, необъятных размеров мрачный барбакан, сводчатые потолки в залах, крытые мосты, казармы, подземелья и житницы, широкие несущие стены с бойницами для лучников, — всё было из светлого, красноватого камня. Эйегон Завоеватель приказал выстроить замок, но строительство закончилось при Мэйегоре Ужасном, сыне Эйегона. После завершения строительства Мэйегор велел отрубить головы всем каменщикам, плотникам и строителям, которые трудились над замком. Только тот, в ком течёт кровь дракона, может знать о секретах и тайнах дворца, что выстроили Повелители Драконов, объявил он.

Однако, сейчас с зубчатых башен свисали не чёрные штандарты, а золотые. Там, где когда-то трёхголовый дракон изрыгал пламя, теперь гарцевал венценосный олень Дома Баратеонов.

Из порта выплыла "лебёдушка" с Летних островов, её огромные белые паруса надулись под ветром. "Танцующая" проплыла мимо неё, твёрдо держа курс к берегу.

— Госпожа, — сказал сир Родрик, — Пока я валялся в каюте, я раздумывал, как нам лучше всего поступить. Вам не следует ходить в Красный дворец. Вместо вас пойду я и приведу вам сира Арона куда-нибудь в безопасное место.

Кейтлин задумчиво глядела на старого рыцаря. Галера приближалась к пирсу. Морео что-то кричал на грубом валирийском диалекте Вольных Городов.
— Вы рискуете так же, как и я.

Сир Родрик улыбнулся.
— Думаю, нет. Я гляжу на своё отражение в воде и сам себя с трудом узнаю. Единственный человек, кто видел меня без бороды, была моя мать, а она уж сорок лет как умерла. Думается, я вполне могу считать себя в безопасности, моя госпожа.

Морео что-то рявкнул, и в тот же миг шестьдесят вёсел поднялись из реки, перевернулись и опустились обратно в воду. Галера замедлялась. Ещё один приказ — и вёсла исчезли внутри корпуса. Когда галера ткнулась в причал, моряки спрыгнули вниз, чтобы пришвартовать галеру. Морео торопливо подошёл к Кейтлин и сиру Родрику, лучезарно улыбаясь.
— Королевская Гавань, госпожа, как вы и приказывали. Ещё никогда поездка не была такой быстрой и безопасной. Вам нужна помощь, чтобы отнести вещи во дворец?

— Мы направляемся не во дворец. Может, вы нам посоветуете какую-нибудь приличную, уютную гостиницу неподалёку от причала?

Тирошиец задумчиво потеребил свою раздвоенную зелёную бородку.
— Конечно. Я знаю несколько таких заведений, которые вам подойдут. Но сперва, если позволите, осмелюсь напомнить об оплате второй половины оговоренной суммы. И о серебре, которое вы любезно пообещали. Полагаю, это будет шестьдесят монет.

— Для гребцов, — уточнила Кейтлин.

— О, разумеется, — ответил Морео, — Хотя мне, наверное, следует придержать их у себя до возвращения в Тирош, ради их собственных жён и детей. Если вы отдадите им серебро сейчас, они или проиграют их в кости, или спустят в борделе.

— Не самый лучший способ потратить деньги, — вставил сир Родрик, — Зима близко.

— Человек имеет право на выбор, — сказала Кейтлин, — Они заработали это серебро. Куда они его потратят, меня не касается.

— Как угодно, госпожа, — ответил Морео и с улыбкой поклонился.

Чтобы быть спокойной, Кейтлин собственноручно дала по серебряной монете каждому гребцу. Ещё два медяка она заплатила двум людям Морео, которые отнесли её сундуки на холм Висеньи. Там располагалась таверна, которую посоветовал им капитан. Это была старая развалюха в Угрёвом переулке. Хозяйкой оказалась старая мрачная карга, чьи бегающие глазки подозрительно оглядели их с ног до головы. Когда Кейтлин дала ей монету, старуха даже попробовала её на зуб, чтобы убедиться, не фальшивая ли она. Но комнаты она сдавала большие и просторные, и Морео клялся, что её рагу из рыбы было самым вкусным в Семи Королевствах. Самое главное, хозяйку совершенно не интересовали их имена.

— Думаю, вам не стоит спускаться в общую гостиную, — сказал сир Родрик, когда они разместились в комнатах, — Даже в этой халупе может оказаться шпион. — Он надел кольчугу, пристегнул кинжал и меч, сверху накинул тёмный плащ с капюшоном, под которым можно было укрыть голову. — Я вернусь ещё до наступления ночи. С сиром Ароном, — пообещал он, — Отдыхайте, госпожа.

Кейтлин и правда устала. Путешествие вышло долгим и изнурительным, а ведь она уже не юная девица. Окно её покоев выходило в переулок, виднелись крыши, а за ними открывался вид на реку. Она смотрела, как сир Родрик быстро шагал через запруженные улицы, пока не смешался с толпой, а потом решила последовать его совету.
Постель была набита не перьями, а соломой, но это не помешало ей провалиться в сон.

Проснулась она от того, что кто-то колотил в дверь.

Кейтлин резко села. Красные крыши Королевской Гавани за окном словно полыхали в лучах заходящего солнца. Она проспала дольше, чем рассчитывала. Ещё один удар, и за дверьми раздался голос:
— Отоприте, именем короля!

— Минуту! — отозвалась Кейтлин.
Она завернулась в свой плащ. На прикроватном столике лежал кинжал, и она схватила его, перед тем, как отпереть засовы тяжёлой дубовой двери.

Люди, ворвавшиеся в комнату, были одеты в чёрные кольчуги и золотые плащи городской стражи. Их командир увидел в её руке кинжал и улыбнулся:
— Кинжал не понадобится, миледи. Мы здесь, чтобы проводить вас во дворец.

— Кто распорядился?

Он показал ей приказ. У Кейтлин перехватило дыхание: на сером воске отчётливо виднелось клеймо: пересмешник.
— Петир, — только и смогла она вымовить.
Так быстро. Наверное, с сиром Родриком случилась беда. Она взглянула на главу отряда.
— Вам известно, кто я?

— Нет, миледи, — ответил он, — Милорд Мизинец только приказал нам доставить вас к нему, и проследить, чтобы вы не пострадали.

Кейтлин кивнула.
— Подождите за дверью, пока я оденусь.

Она вымыла руки в тазу и обмотала их чистой тканью. Распухшие пальцы её не слушались, и она с трудом справилась со шнуровкой на платье и с завязками на плаще болотного цвета. Как Мизинец умудрился прознать, что она здесь? Сир Родрик никогда бы ему не рассказал. Он, может, и стар, но непреклонен и предан ей до конца. А может, они опоздали, и Ланнистеры прибыли в Королевскую Гавань раньше неё? Но будь это так, здесь был бы и Нэд, он обязательно нашёл бы её. Но тогда как?..

Затем ей пришла в голову мысль о Морео. Проклятье, ведь тирошиец точно знал, кто они и откуда! Уж он не продешевит, выручая деньги за эту информацию.

Посланники привели с собой лошадь для неё. Когда они двинулись в путь, на улицах уже зажгли фонари, и Кейтлин остро ощутила, что едет окружении стражи в золотых плащах на виду у всего города. Когда они добрались до Красного дворца, решётка была уже опущена, а главные ворота запечатаны на ночь, но в окнах жизнерадостно мерцали огни. Стражники оставили своих скакунов у стен и проводили её через узкую заднюю дверь. Затем она поднялась в башню по бесконечно длинной лестнице.

Он был один в комнате, сидел за массивным дубовым столом и что-то писал при свете масляной лампы. Когда её ввели в покои, он отложил перо и посмотрел на неё.
— Кэт, — произнёс он тихо.

— Почему меня доставили сюда в подобной манере?

Он поднялся и резко махнул страже.
— Оставьте нас.
Стража удалилась.
— Надеюсь, ты не пострадала, — сказал он, когда они остались наедине, — Я дал очень строгие инструкции. — Он заметил её повязки. — Твои руки...

Кейтлин оставила без внимания его невысказанный вслух вопрос.
— Я не привыкла, чтобы меня конвоировали, словно какую-то кухонную девку, — сказала она холодно, — Раньше твои манеры были куда лучше.

— Я рассердил тебя, моя госпожа. Но я не хотел этого. — Его глаза были полны раскаяния.
Его покаянный вид вызывал яркие воспоминания. Петир был озорным ребёнком, но после проказ он выглядел очень виноватым, этого у него не отнимешь. Годы не слишком его изменили. Он всегда был невысоким, и возмужав, он так и остался на дюйм или два ниже Кейтлин. Те же стройность и энергия, те же острые черты лица и весёлые серо-зелёные глаза. И хотя теперь он носил маленькую заострённую бородку, а в тёмные волосы закрались серебряные нити, всё равно он выглядел гораздо моложе своих тридцати лет. Седые пряди прекрасно сочетались с серебряным пересмешником на плаще. Даже в детстве он любил серебро.

— Как ты узнал, что я в городе? — спросила Кейтлин.

— Лорд Варис знает всё, — ответил Петир, лукаво улыбнувшись, — Скоро он к нам присоединится, но сперва я хотел увидеться с тобой наедине. Как же давно мы не виделись, Кэт...Сколько лет прошло?

Кейтлин проигнорировала фамильярный тон. Были куда более насущные вопросы.
— Так значит, это Паук короля нашёл меня.

Мизинец поморщился.
— Прошу, не упоминайте это имя, он очень обидчив. Наверное, потому, что евнух. Ничто в этом городе не случается без ведома Вариса. И нередко он знает об этом ещё до того, как это случится. У него повсюду доносчики, его птички, как он их называет. И одна из этих птичек прознала о твоём приезде. Слава богам, Варис пришёл сперва ко мне.

— Почему к тебе?

Петир пожал плечами.
— Почему бы и нет? Я казначей, советник короля. Селми и лорд Ренли уехали на Север, чтобы встретить Роберта, а Станнис на Драконьем Камне. Остались только мейстер Пицелль и я. Думаю, выбор очевиден, Варис знает, что я был другом твоей сестре Лизе.

— А Варис знает о...

— Лорд Варис знает всё... за исключением причины, по которой ты здесь. — Он приподнял бровь. — Так зачем ты здесь?

— Жене позволительно тосковать по мужу. И если мать хочет видеть своих дочерей рядом, кто ей запретит?

Мизинец рассмеялся.
— Очень хорошо, моя госпожа, но прошу, не жди, что я поверю в эту историю. Я слишком хорошо тебя знаю. Как там говорят Талли?

У Кейтлин пересохло в горле.
— Семья, долг, честь, — неохотно процитировала она.
Он действительно хорошо её знал.

— Семья, долг, честь, — эхом повторил он, — И этот девиз требует, чтобы ты находилась сейчас в Винтерфелле, где тебя и оставил наш десница. Но что-то случилось, моя госпожа. Судя по твоему внезапному приезду, дело безотлагательное. Умоляю тебя, позволь мне помочь. Старые добрые друзья доверяют друг другу без колебаний.
В дверь тихонько постучали.
— Войдите, — сказал Мизинец.

Человек, который вошёл в комнату, был полным, надушенным и напудренным, и, кроме того, абсолютно лысым. Он был одет халат, затканный золотыми нитями, поверх свободного платья из пурпурного шёлка. На его ногах были туфли из мягкого бархата с острыми носами.
— Леди Старк, — сказал он и взял её ладонь в свои, — Какая радость видеть вас снова, после всех эти лет. —Прикосновения были мягкими и слегка влажными, а дыхание пахло сиренью. — Ах, бедные ваши ручки! Вы обожглись, милая леди? У вас такие нежные пальцы... Любезный наш мейстер Пицелль изготавливает дивную мазь, позвольте, я пошлю кого-нибудь за снадобьем?

Пальцы Кейтлин выскользнули из рук Вариса.
— Благодарю, милорд, но наш мейстер уже позаботился о моих ранах.

Варис покачал головой.
— Я был ужасно опечален известием о вашем сыне. Он ведь так юн. Боги слишком жестоки.

— В этом мы солидарны, лорд Варис, — ответила Кейтлин.
Титул был ему дарован как члену совета. Варис ничем не владел, кроме обширной шпионской сети, и у него не было других подданных, кроме его шептунов.

Евнух протянул ей свои мягкие руки:
— Надеюсь, не только в этом, милая леди. Я высоко ценю вашего мужа, нашего нового десницу. Я знаю, мы оба очень любим нашего короля Роберта.

— Да, — вынуждена была согласиться Кейтлин, — Несомненно.

— Послушать лорда Вариса, ещё ни одного короля так не горячо не любили, как нашего Роберта, — заметил Мизинец, с хитрецой улыбнувшись.

— Любезная госпожа, — озабоченно сказал лорд Варис, — В Вольных Городах есть знахари, обладающие невиданной силой исцеления. Только скажите, и я пошлю за одним из них для вашего милого Брана.

— Мейстер Лювин делает всё для Брана всё, что возможно, — ответила Кейтлин. Ей не хотелось говорить о Бране с этими людьми. Она мало доверяла Мизинцу, а лорду Варису и того меньше. И она не хотела, чтобы они видели её скорбь. — Лорд Бэйлиш говорил мне, что именно вам я обязана своим прибытием сюда.

Варис хихикнул, как девчонка.
— Ах, да. Полагаю, это моя вина. Надеюсь, вы простите меня, любезная госпожа. — Он осторожно уселся на стул и сложил ладони вместе. — Вас не затруднит показать нам кинжал?

Кейтлин Старк остолбенело глядела на Вариса, не веря своим ушам.
«Настоящий паук», — мелькнула у неё в голове мысль, — «Фокусник или ещё хуже.»
Он знал такое, чего просто не мог знать, если только...
— Что вы сделали с сиром Родриком? — потребовала она ответа.

Мизинец растерялся.
— У меня такое чувство, будто я приехал на турнир, не захватив копьё. О каком кинжале мы говорим? Кто такой сир Родрик?

— Сир Родрик Кассель — мастер над оружием в Винтерфелле, — пояснил Варис, — Я уверяю вас, леди Старк, с добрым рыцарем всё в порядке. Он был здесь после полудня, навещал сира Арона Сантагара в оружейной. Они говорили об одном кинжале. На закате они вместе ушли из дворца и направились в ту жуткую лачугу, где вы остановились. Они всё ещё там, выпивают в общей гостиной, ожидая вашего возвращения. Сир Родрик был ужасно огорчён, узнав, что вы пропали.

— Откуда вы можете знать?

— Птичка на хвосте принесла, — улыбнулся Варис, — Я много чего знаю, милая леди. В этом и состоит моя служба. — Он пожал плечами. — Кинжал у вас с собой, не так ли?

Кейтлин вытащила кинжал из-под плаща и бросила его на стол перед Варисом.
— Вот он. Может, ваши птички нащебечут вам имя того, кому он принадлежит.

Варис с преувеличенной осторожностью поднял кинжал и провёл большим пальцем руки по лезвию. Из пальца моментально хлынула кровь, Варис вскрикнул и швырнул кинжал обратно на стол.

— Осторожнее! — сказала Кейтлин, — Он острый.

— Нет ничего острее Валирийской стали, — сказал Мизинец.
Варис с сердитым видом посасывал порез на пальце, укоризненно глядя на Кейтлин. Мизинец небрежно поднял кинжал, пробуя, как рукоять ложится в ладонь, затем подбросил его в воздух и поймал другой рукой.
— Отлично сбалансирован. Ты ведь здесь для того, чтобы найти хозяина этого кинжала? Для этого тебе не нужен сир Арон, моя госпожа. Нужно было сразу спросить меня.

— И каков был бы твой ответ?

— Например, что в Королевской Гавани есть только один такой нож. — Он взялся за лезвие большим и указательным пальцами, отвёл руку назад и метнул кинжал через всю комнату тренированным движением кисти. Нож вонзился в дубовую дверь и глубоко засел в древесине, вибрируя. — Он мой.

— Твой?!
Но это вздор! Петира ведь не было в Винтерфелле.

— По крайней мере, он был моим до именин принца Джоффри.
Он пересёк комнату и вытащил кинжал из двери.
— На турнире я вместе с доброй половиной двора поставил на сира Джейме. — Смущённая улыбка Петира снова превратила его почти в мальчишку, — Когда Лорас Тирелл сбросил его с коня, многие из нас слегка обеднели. Сир Джейме проиграл сто золотых драконов, королева потеряла изумрудный кулон, а я — свой кинжал. Её величество получили свой кулон обратно, но остальное победитель забрал себе.

— Имя! — потребовала Кейтлин, и во рту пересохло от страха услышать ответ. В пальцах заныла знакомая боль.

— Бес, — ответил Мизинец, а лорд Варис пристально смотрел на лицо Кейтлин. — Тирион Ланнистер.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/56521/253076

Переводчики: Galatea23