Пит рассмеялся, но потом увидел, что я говорю серьёзно.
- Карин из него ни словечка не вытянула.
Вчера, прослышав, что Севастьяновы спускаются в ВИП-зал, Пит отослал меня домой и вызвал нашу "звезду" для доильного розыгрыша - самой сложного из всех длинных розыгрышей.
В доилке соблазнительница вводит объект в состояние сексуальной горячки, дразня, но не даваясь в руки, вынуждая его покупать драгоценности, машины, даже недвижимость.
- Ни единого словечка. - Пит покачал головой. - С учётом того, что у Дмитрия не было пары, а она была во всеоружии.
Если уж Карин не смогла зацепить русского, значит, он вообще незацепляем. Но я замахнулась на большое дело.
- Значит, мне не стоит портить потенциальный объект, так ведь?
- Не обижайся.
Я сунула Питу свою сумочку.
- Обижаться? Мне? Разве ты не слышал? - Я направилась к лестнице, бросив через плечо. - Я хладнокровна, словно лёд.
На самом деле, я так обиделась, что с грохотом протопала вверх по лестнице. И всё же смогла взять себя в руки и не разбить шпильками плиточный пол. Может, удастся понаблюдать за ничего не подозревающим Дмитрием.
Общее представление о нём давали мне исчерпывающие заметки Пита. Тридцать два года, гражданин России, вырос в Сибири. Младший из трёх братьев. Математик и компьютерный гений.
Был лучшим из всего выпуска в Оксфорде, затем основал компанию, совершившую прорыв в бизнес-вычислениях. Получил несколько патентов, став таким образом миллиардером. Однако в интернете о нём было совсем немного упоминаний, и ни одной фотографии.
Когда я вышла на веранду, экстравагантное логово зверя заставило меня приподнять брови. Свет шёл от очагов открытого огня. От джакузи, скрытой под зелёным навесом глициний, поднимался пар, а у дальней стены журчал выложенный мозаикой фонтанчик. У стены располагался до верху забитый, но безлюдный бар
Дмитрий стоял у перил и обозревал открывающийся вид на город. Поблизости не было ни души.
Я бесшумно приблизилась, подмечая детали его внешности. Мускулистое телосложение и ростом под два метра, явно выше моего бывшего, который был метр девяносто.
Моя бабушка бы назвала Дмитрия Севастьянова горой среди мужчин. Он ощутимо возвышался над моим метром шестидесятью.
Его дорогая одежда сидела настолько хорошо, что я чуть не пустила слюнки. Сшитые на заказ серые брюки подчёркивали узкие бёдра и упругие ягодицы. Угольно-серая рубашка облегала спину и плечи.
Я видела, как под тонким материалом бугрятся трицепсы на руках, стиснувших перила так, что побелели костяшки. Словно Брюс Беннер изо всех сил противился превращению в Халка.
Пит говорил, что между Дмитрием и Алексом, старшим из братьев Севастьяновых, время от времени возникало какое-то напряжение. Может, они поругались, и теперь Дмитрий срывается на окружающих?
Если он так зол, то почему не уйдёт к себе в комнату? Или вообще не уедет ещё куда-нибудь, с его-то состоянием?
В следующее мгновенье все мои предположения перевернулись с ног на голову, потому что его голова откинулась, а широкие плечи приподнялись и опустились со вздохом. Даже с моего места было видно, что он смотрит на полную луну.
Люди, кипя от злости, обычно так не поступают; так делают, чувствуя сожаление или даже тоску.
Я ощутила вспышку жалости. Его родственники веселятся прямо этажом ниже, а он тут один.
Это то, что случается с чудовищами в сказках; они вовсе не хотят быть чудовищами. И не хотят быть одни.
Наконец, Дмитрий отпустил перила и потёр виски.
Желание увидеть его лицо возобладало, и я направилась в противоположный конец перил, намеренно стуча каблуками.
Он уронил руки, а его мышцы напряглись ещё сильнее.
- Сколько, блядь, раз мне ещё повторить? - процедил он с сильным акцентом. Потом, поворачиваясь ко мне, отрывисто бросил: - Я - ЧЕРТ ВОЗЬМИ - НЕ - ЗАИНТЕР... - он осёкся, будто громом поражённый.
Мне было знакомо это чувство. Дмитрий Севастьянов оказался... великолепен.
Вид его безупречное мужское лицо просто выбивал из лёгких весь воздух.
Густые чёрные волосы, точёные скулы. Гордый тонкий нос и сильная челюсть. Глаза - цвета пылающего янтаря.
Прекрасное, прекрасное чудовище. Я едва не покачнулась на месте. Раньше я такое проделывала только намеренно, при обчистке карманов.
Как только его напряжённая до этого челюсть расслабилась, губы мгновенно превратились из вытянутых в целовательные. Живой взгляд пробежал по мне с каблуков до макушки.
- Ты... - выдохнул он.
Начни разговор, Вайс.
- Я? - Мы точно никогда не встречались. Потому что это лицо осталось бы в моей памяти навсегда.
... сногсшибательна. Один твой вид сразил меня наповал.
Э-э-э? Парни находили меня симпатичной, но на фоне длинноногих стриптизёрш и накаченных силиконом моделек было весьма сложно выделиться. (я всегда говорила себе, что займусь этим в Рино)
А как же Карин? Может, вчера он забыл надеть контактные линзы?
Вместо того, чтобы прогнать меня, чудовище подошло ближе. Пришлось запрокинуть голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Ну, приветик, здоровяк.
Он находился так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло. Почувствовала едва уловимый аромат его одеколона - хвоя и что-то таинственное - от чего захотелось мурлыкать. Нет, не едва уловимый, это была настоящая доза. Его запах, распространяясь по воздуху, превращался в наркотик.
- Меня зовут Дмитрий Севастьянов, - сообщил он низким голосом. - Ты должна назвать своё имя. - Довольно фамильярно он приподнял прядь моих волос, ярко выделявшуюся на фоне его загорелой кожи.
Зацепка! А что, если у меня получится отработать этого парня?
- Меня зовут Викториа Валентайн. - Мой твёрдый тон впечатлял.
- Виктория. - То, как он произнёс окончание моего имени, пророкотав последний слог, заставило меня вспыхнуть.
Я никогда не могла контролировать румянец, сколько бы не выговаривали мне мои родственники.
- Приятно познакомиться. Но, кажется, ты хотел мне сообщить о своей незаинтересованности?
Его скулы тоже порозовели, и он выпустил мой локон из рук.
- Местные женщины были очень... настойчивы.
- Большинство мужчин сочли бы это приятной проблемой.
- Те женщины - не единственный раздражающий фактор, - сказал он. - У меня появилось предчувствие, что этот вечер будет в каком-то роде другим. Я был разочарован.
- Я догадалась.
- Как? - Он взглядом скользил по моему лицу, останавливаясь на каждой чёрточке, словно бы желая запечатлеть её в памяти.
- Люди вздыхают под луной от тоски или грусти. - Теперь, когда я завладела его вниманием, пришло время стать неуловимой. - Оставлю тебя предаваться этим чувствам, здоровяк. - Я повернулась к лестнице. Иди за мой, иди за мной...
Дмитрий поспешно меня прервал:
- Как бы то ни было, я больше не разочарован, раз мне явилась такая соблазнительная крошечная блондинка, которая в лунном свете похожа на ангела. А мне ангел нужен позарез.
Ангел? Да ради семьи я одним движением ногтя ему яйца отрежу.
- А если я не ангел? Если я демоница? Скрестишь со мной рога?
Он торжественно кивнул.
- Я буду счастлив скрестить с тобой что угодно.
Он говорил серьёзно, а я поймала себя на том, что пытаюсь скрыть улыбку.
- Скрещивание рогов может иметь далеко идущие последствия, господин Севастьянов, а мы только что познакомились.
Один уголок его губ изогнулся.
- Зови меня Дмитрий. Или Дима. - Он стоял между мной и лестницей.
- Ты весь вечер кричал на женщин, а теперь преграждаешь мне путь? Не знаю, радоваться этому или, наоборот, насторожиться.
- Ты всё слышала? - Его скулы вновь порозовели.
- Я была снаружи, на террасе. И даже сказала, что ты как чудовище из сказки, один-одинёшенек в своём логове.
Глядя мне в глаза, он произнёс:
- Я нашёл свою красавицу.
У меня пальцы на ногах подвернулись. Гнев и буйство - вот чего я ждала, а никак не очарования. Взгляд упал на его пухлую нижнюю губу. В которую мне вдруг очень захотелось впиться. На что это будет похоже - целовать такого мужчину? Спать с ним?
Несмотря на то, что я была абсолютно свободна с того момента, как рассталась с бывшим, ни один мужчина меня ещё не заинтересовал.
- Я не преграждаю тебе путь, - заметил русский, - а приглашаю остаться.
- Откуда мне знать, что ты снова не выйдешь из себя, Дмитрий?
Его веки отяжелели, словно бы он наслаждался те, как я произнесла его имя.
- Думаю, что смогу держать себя в руках, если буду мотивирован сладкой целью.
- Ты думаешь? - Коротко подстриженные с боков, на макушке его волосы были длиннее. Ветер развевал эти густые пряди. - То есть, ты не уверен?
- Для меня эта область неизведанна. Но мне уже нравится мой проводник.
Да неужели? Фишка с образом хорошей девочки сработала! Что, если мне удастся разыграть свою первую дойку - и сразу с миллиардером? Я всем дам понять, чего стою! А что самое главное...
Смогу всех спасти.
Розыгрыш начался.
- А вдруг я тебе нужна, чтобы другие не липли?
- А вдруг я всем отказал, чтобы дождаться тебя?
Я наклонила голову на бок.
- С помощью меня ты можешь желать заставить кого-то ревновать. - Это бы многое объясняло в его неожиданном внимании.
- Ты уже дважды обвинила меня в том, что я тебя использую. Тв меня используешь?
Умник. С таким надо быть осторожной.
- Я поднялась сюда, чтобы полюбоваться видом. А ты - турист, который пытается разговорить местную жительницу. - В расписании розыгрыша у нас только что состоялось "знакомство"
Я бросила взгляд через плечо, желая, чтобы Пит это видел. Мне уже слышался в карманах Дмитрия звон монет! Я окручу русского притворным флиртом, чтобы довести его практически до постели.
Это будет идеальный доильный розыгрыш, потому что я никогда не теряю над собой контроль в пикантных ситуациях, даже если это требуется по сценарию.
- Ты хочешь к кому-то вернуться? - спросил Дмитрий. - Ты пришла с другим мужчиной?
Разумеется, ревность в его голосе мне просто почудилась.
- Меня пригласил ваш ВИП-администратор. Питер Валентайн - мой двоюродный брат.
- А, да. Он помог сгладить ситуацию, когда подруга моей золовки чуть не попала за решётку.
Увязавшаяся с ними Джессика была лучшей подругой Натали Севастьяновой - рыжеволосой девушки со степенью кандидата наук.
Мы взбодрились, прознав о проблемах Джессики с законом, надеясь на что-нибудь пикантное! Но Пит узнал, что девушка умоляла о "фотке с по-по". Для личного блога.
- Вы, ребята, наверное, веселились на полную катушку, раз в дело вмешался Лос-Анжелесский отдел полиции. Которые уже махнули рукой на членов нашей семьи и всех наших сообщников.
- Джессика везде притягивает неприятности. - Дмитрий добавил зачарованно: - И всё равно её везде приглашают с нашей компанией.
- Думаю, она забавная. Я проходила мимо неё внизу, и она громко гадала, можно ли называть местного сыроеда Веган Лас Веган. - А потом она идеально спародировала Леди Гагу.
- Забавная? - Дмитрий, похоже, обдумывал эту информацию.
- Ага.
Пит мне рассказал, как застал Джессику в мужском туалете, когда она начёсывала и укладывала волосы. Увидев его, она задрала ногу на полку и принялась начёсывать промежность.
- Бикини-стилист посоветовал мне стиль а-ля натюрель, - объяснила она, - но я всё ещё сомневаюсь. А ты что думаешь, Питер Дритер? - И она думала, будто он натурал.
Дмитрий быстро кивнул.
- Джессика примерно твоего возраста. Возможно, ты захочешь с ней пообщаться. Я проведу тебя внутрь.
- Стой, я вовсе не хочу являться незваной. - По его словам выходило, будто мне предстоит официальное знакомство или что-то в таком духе. - Пит сказал, что у вас семейное торжество. - Я прикусила нижнюю губу.
Его глаза сделали небольшое движение.
- Da, Натали, жена моего старшего брата, защитила кандидатскую. А средний брат с женой отмечают четыре года со дня свадьбы. - Максимиллиан, отошедший от дел политик, и его горячая латино-американская наследница - Люсия.
Пит узнал, что эта парочка владела половиной Майями, которую активно перестраивала, параллельно приобретая вторую половину.
- Это серьёзные поводы. В большинстве случаев сюда приходят отметить получку.
Его взгляд оторвался от моего рта.
- Ты и правда говоришь, как местная.
- В третьем поколении. - Мама была продолжательницей длинного рода серийных невест, а папа происходил из династии цирковых артистов. Они ни разу не выезжали за пределы города.
- Чем ты тут занимаешься?
- Разношу внизу напитки. Как и моя сестра. - Надо выяснить, почему он предпочёл меня ей. Мошенники всего города прозвали её "Та Самая", потому что она была той самой женщиной, которая нужна любому мужчине. Даже на счету моей мамы, знаменитой Бриллиантовой Джилл, в прежние дни не было столько окрученных женатиков. - Карин обслуживала ваши столы вчера вечером.
- А если бы там была ты, мы бы встретились на день раньше, - заметил он, словно бы сожалея о таком упущении.
Разыгрывающий Тренер меня вчера просто заменил.
Дмитрий нахмурился.
- Надеюсь, мы оставили твоей сестре хорошие чаевые.
- Вполне. - Честно говоря, это был семейный рекорд. Который тоже пойдёт в оплату долга. Вечно этот проклятый долг. Мысль о котором вернула меня к розыгрышу. - Я лучше пойду. Может, ещё увидимся.
Его тёплая сильная ладонь стиснула мой локоть.
Я резко выпрямилась, словно от удара током, а по телу разлилось незнакомое ощущение. Волны жара, перемешанная с ознобом? Прежде чем повернуться к нему лицом, я стёрла с лица недоумённое выражение.
Своё выражение он скрыть не пытался. Глаза прищурились, губы приоткрылись.
- Я даже не подозревал, что бывает такая мягкая кожа.
Отпустив руку, он провёл по моей обнажённой коже костяшками пальцев.
Я растерянно наблюдала, как пробудившись от его ласки моя кожа отзывается лёгким покалыванием. Холодная-как-лёд Вайс чувствовала себя очень-очень горячей. Глядя на него снизу вверх, я пыталась найти ответ в выражении его лица.
У него и правда были восхитительные глаза. С такого близкого расстояния в его янтарной радужке были заметны более яркие вкрапления, придававшие его глазам золотистое мерцание.
Я могла бы в них затеряться. Будь он аферистом, стал бы мачо-меном - мошенником, который бы мог бы манипулировать женщинами одним взглядом.
Склонившись сильнее, он поднял руку, чтобы погладить мой подбородок, потом щёку.
- Так невероятно прекрасна, moy angel.
И что, этот миллиардер сейчас меня поцелует?
- Ты ведь игрок, правда? - пробормотала я.
Продолжая ласкать моё лицо, он ответил:
- Что значит "игрок"?
- Тот, кто считает женщин взаимозаменяемыми и меняет их, как перчатки. Просто играет ими. - Кто может быть хуже игрока? Игрок-турист.
Дмитрий согнул палец под моим подбородком.
- Ты должна знать обо мне две вещи, Виктория. Первое: я буду играть с тобой в игры.
Тепло, распространившееся по всему моему телу, сконцентрировалось точно между бёдер. Я сглотнула.
- А вторая вещь, здоровяк?
Обхватив ладонью мой затылок, он притянул меня ближе. Но потом всё-таки заколебался, будто предвкушая, как будет меня целовать.
- Тебе мои игры понравятся.
Наклонившись, он провёл тёплыми твёрдыми губами по боковой стороне моей шеи.
Мои веки закрылись, а все органы чувств обострились до предела. Его и раньше соблазнительный запах стал просто неотразим. Притягательное тепло его тела теперь казалось жарким, как огонь.
Мысли разбегались во все стороны, но я пыталась вновь обрести контроль. Потенциальный объект. Сохраняй голову ясной. Что ты делаешь?
Губами я чувствовала его лёгкое дыхание. Губы прикоснулись к моим с такой нежностью, даже... почтительно. Он меня соблазнял.
И это было бесподобно.
С начала моей сексуальной жизни я всё ждала, когда же ко мне придёт та самая страсть, о которой столько сказано, написано и спето. Секс мне нравился, но я легко могла обходиться без него целый год. Порой мне казалось, что я вообще не найду тот ключик, который откроет замок и выпустит мою страсть на свободу.
Когда я приоткрыла для него губы, он чуть передвинул рот, и наши языки соприкоснулись. Дыхание перехватило, а моё отрицаемое либидо вдруг пробудилось к жизни. Мог ли вот этот самый мужчина быть моим ключом?
Со стоном он взял моё лицо в ладони и медленно переплёл наши языки.
Я вздрогнула от изумления, вцепившись в его широкие плечи, наслаждаясь ощущением его мышц. Под чашками лифчика без бретелек напряглись соски, а стринги промокли.
Его тело было напряжено, но несмотря на это он продолжал своё постепенное соблазнение.
Мне показалось, он с трудом пытался быть со мной нежным; но нежности мне совсем не хотелось. "Ещё", молила я про себя.
Но он продолжал свой медленный обжигающий ритуал. (*ритуал не слишком по-дурацки?)
Ещё! Мои ногти вонзились в его плечи, и в тот момент я будто что-то в нём переключила: нежность сменилась дикостью. Он застонал, не отрываясь от моих губ, а его ладони опустились на мою попку, резко прижимая меня к себе.
Я ахнула, продолжая поцелуй - его член был огромным! Он двигал нас? Моя спина соприкоснулась со стеной.
Плотно прижавшись ко мне, он двигал бёдрами, вдавливая в меня свою эрекцию.
Я дрожала от желания, ощущение огромного бугра, зажатого нашими телами, заставляло меня стонать. Я совсем промокла, киска зудела. Голова кружилась. Хотелось оказаться к нему ещё ближе. Вращая бёдрами, я всосала его язык...
- Вайс?
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/63672/313385
Переводчики: yelenaVelga