Звук достиг камбуза: глухой стук, пауза, ещё стук. Каждый раз, когда он слышался, Холден чувствовал, что слегка вздрагивает. Наоми и Алекс сидели с ним, пытаясь не обращать на это внимания, но о чём бы они ни заводили разговор — состояние корабля, успех миссии, вопрос о том, не покориться ли судьбе и не переделать ли часть кают экипажа под гауптвахту — все они умирали под этот медленный, бесконечный ритм.
- Может мне стоит поговорить с ней, - сказал Холден. - Я думаю должен.
- Не пойму, почему ты так думаешь,- сказал Алекс.
Наоми пожала плечами и воздержалась от ответа. Холден откусил последний кусок ненастоящей баранины, вытер рот салфеткой, и выбросил все утилизатор. Часть его надеялась что кто-то из присутствующих его остановит. Они не остановили.
Тренажерный выдавал возраст "Росинанта". Ни один из двух эспандеров не был одного и того же цвета, серо-зеленые маты кое где протерлись, запах старого пота смягчал воздух. Бобби натянула тяжелый мешок между полом и потолком. На ней был серый обтягивающий спортивный костюм, который уже пропитался потом. Ее волосы были завязаны назад, глаза сосредоточены на мешке и стояла в стойке на носочках пальцев. Холден вошел в тот момент, когда она крутанулась влево и всем весом нанесла удар с разворота. С близкого расстояния стук звучал так, будто уронили что-то тяжелое. Система доложила что сила удара быта чуть меньше девяносто пяти на квадратный сантиметр. Бобби отскочила назад, взгляд все еще был сосредоточен на мешке. Она крутанулась вправо и нанесла удар другой ногой. Стук был чуть-чуть мягче, но результат был выше на три килограмма. Он отскочила назад и вернулась в исходное положение. Кожа на её голенях была красной и ободранной.
- Привет, - сказал она, не глядя на него. Удар. Возврат в исходное полоджение
- Привет, - сказал Холден. - Как у тебя дела?
- Нормально. - Удар. Возврат в исходное.
- Ни о чем не хочешь поговорить?
Удар. Возврат. - Неа.
- Ладненько. Хорошо. Если ты, эээ... - Удар. Возврат. - передумаешь.
- Я дам тебе знать. - Удар. Возврат. Удар.
- Отлично, - сказал Холден и вышел из комнаты. Бобби ни разу не взглянула на него.
На камбузе Наоми сделала для него грушу с кофе. Он сел напротив нее, пока Алекс выбрасывал остатки своей еды в утилизатор. Холден отпил кофе. Пищевые процессоры Роси проверялись раз в неделю и они пополнили запасы покидая Луну, так что почти точно это было лишь воображением Холдена, что кофе горчил больше чем обычно. Он все равно положил в кофе щепотку соли и закрути обратно грушу, чтобы взболтать его.
- Вы знали что это не сработает, - сказал он.
- Я подозревала, - сказал Наоми, - но не была уверена.
- Как и ожидалось
- Весьма ожидаемо, - сказала она. Это было почти извинением. - Но вдруг было бы чудо.
- Кэп, ты должен вернуть Бобби ее каюту, - сказал Алекс. - Она смотрит на все это с другой стороны.
- Я просто... Я надеюсь что я пойму что так сильно ее беспокоит.
Алекс моргнул - Она надеялась надрать зад плохим парням со времен Ио. Теперь у нее был шанс сделать это, а вместо этого она застряла в ящике и вся стрельба досталась нам.
- Но мы победили.
- Мы победили, - сказала Наоми, - А она смотрела на нас, пока мы пытались понять как вытащить ее из ловушки. И когда вытащили, все уже закончилось
Холден глотнул кофе. Он стал чуть лучше. Но это не решало проблему.
— Слушайте, я имел в виду, что хотел бы понимать, что её беспокоит, надеясь, что тогда я смог бы что-то с этим сделать.
- Мы знаем, - сказала Наоми, - Эта сложность от нас не ускользнула.
Голос Амоса прозвучал по корабельной связи - Есть кто? Я вызываю командную рубку уже десять минут.
Алекс включил систему. - Сейчас буду.
- Хорошо. Я кажется выловил последнюю утечку. Скажите как там все выглядит с вашей стороны.
- Сделаем, - сказа Алекс, кивнул им обоим, и поднялся наверх в командную рубку, продолжать текущие ремонтные работы. Не так давно у экипажа "Лазурного Дракона" это не получилось, и они даже не потрудились убрать за собой. Было намного проще отрезать что-то от корпуса корабля, при этом не заботясь что еще сломалось пока резал. Корабль был все еще не в полном порядке и выглядело это будто чесотка, которую ты не можешь дотянуться почесать. Отчасти это чувство было из-за привязи к докам Луны, куда они и направлялись. Дни когда они слонялись по станции Тихо и ремонтные команды Фреда Джонсона чинили их корабль, вероятно прошли, а у Луны был целый земной флот, который имел больший приоритет, чем Холден и его экипаж.
Но дело было не только в этом. Это было все тем же чувством, заставлявшим его поговорить с Бобби. И перед этим с Клариссой. Он хотел чтобы все дела шли правильно и испытывал растущее чувство что - нет, не пойдут. Точнее пойдут, но не так.
- Что с тобой? - спросила Наоми, глядя на него сквозь пряди темных вьющихся волос. - Хочешь поговорить?
Он усмехнулся.
- Да, но я не знаю, что сказать. Вот, мы здесь, герои-победители с пленными и базой данных, но нет ощущения, что всё кончено.
- Да, нету
— Всегда утешишь.
- Я имею в виду, что ты не ошибаешься. Ты чувствуешь себя не в своей тарелке, не потому что что-то не так с тобой. Всё это неспокойно и ненадёжно. Это не ты налажал. Ситуация такая.
- Это не... Ты знаешь, это в самом деле заставляет меня чувствовать себя немного лучше.
— Хорошо, — сказала она. — Потому что мне нужно знать, что это не из-за Марко и Филипа. Что… что всё это не сделает моё пребывание рядом трудным для тебя.
- Нет, - сказал Холден, - Мы это уже обсудили.
- И я уверена, поговорим об этом еще раз, после всего этого. Просто не держи это в себе.
- Я затолкаю в шлюз каждого, лишь бы ты была рядом. Это правда. Единственная обеспокоенность по поводу Марко Инароса, это то, что он попытается снова навредить тебе.
- Приятно это знать
- Я все еще люблю тебя. Я буду вечно любить тебя.
Он ответил на вопрос, который, как он думал, она задала, но она отвела взгляд. Её улыбка была печальной, но она тоже была настоящей.
— Вечно — это очень долго.
— Я капитан на этом корабле. Технически я могу поженить нас прямо сейчас.
Теперь она засмеялась.
— Тебе бы этого хотелось?
— Да легко. Это кажется немного излишним. Отношения «муж и жена» кажутся немного менее интересными и прочными, чем «Холден и Наоми», — сказал он. — Знаешь, он не сможет победить.
— Конечно сможет. Марко из тех, кто сам решает, когда ему победить.
— Нет, я тут думал об этом. Флот Освобождения… он нежизнеспособный. Они нанесли массу урона. Убили массу народа. Но всё это не самом деле имеет отношение к вратам. Если бы не было всех этих людей, которые несутся туда, чтобы попытаться найти новую колонию, Марс не рухнул бы. Астеры не стали бы напрягаться, что могут оказаться на обочине жизни. Не случилось бы ничего, что дало Марко точку опоры. Но врата-то никуда не денутся. Ну и что будет с давлением, с которым он борется? Оно его переживёт. Люди всё равно будут хотеть уйти к новым системам, и найдут способы это сделать. А колонии, которые уже там, захотят сохранить связи и торговлю с нами. По крайней мере до тех пор, пока они не встанут на собственные ноги, а на это могут уйти целые поколения.
- Ты думаешь, он занял не ту сторону в истории.
- Так и есть, - сказал Холден.
- Но что ты тогда скажешь о таких, как я? Я выросла в поясе. Я бы не хотела жить на дне гравитационного колодца. Врата никуда не делись, но и астеры тоже. По крайней мере, пока...
- Ты о чем?
Она пожала плечами.
- История человечества повидала множество случаев геноцида. Если ты прав, то в перспективе останутся либо врата, либо астеры. А астеры... Мы люди. Мы хрупкие. Мы смертны. Врата? Если бы мы и могли их разрушить, мы бы не стали. Слишком многое поставлено на кону.
Холден опустил глаза.
— Да уж. Вот и моя очередь.
Наоми вопросительно подняла бровь.
— Это было несколько менее утешительно, чем я предполагал, — сказал он. — Прости.
- Ничего. Всё равно это не то, что я имела в виду, когда сказала, что Марко решает, когда ему побеждать. Ты не представляешь, какой он скользкий тип. Что бы ни случилось, он сделает вид, что это и был его план. Будь он последним человеком на свете, он сказал бы, что апокалипсис был нам просто необходим, и объявил о своей победе. В этом весь он.
--//--
Даже учитывая, что они работали на Крисьен Авасаралу, потребовалось 17 часов, чтобы "Росинант" и "Лазурный Дракон" получили причал на Луне. Когда это, наконец, произошло, они оказались в военной зоне за пределами комплекса Пацаева, где садились гражданские корабли. Доки были переполнены людьми, стоящими в очередях и группами. Некоторые из них тупо смотрели перед собой, как будто были измучены тяжелой лихорадкой, другие плакали от изнеможения или облегчения, или от того и другого сразу. Воздух был затхлым и пропитан запахом пота даже там, где воздухозаборники создавали сквозняк.
Комплекс станции Луна — верфи и конференц-центры, отели и центры проживания, школы, офисные комплексы и хранилища — был достаточно велик, чтобы вместить сотню миллионов человек, но инфраструктура жизнеобеспечения была бы перегружена где-то на половине этого количества, даже учитывая преимущество наличия лунной массы с её проводимостью, на которую можно отводить отработанное тепло. У станций в Лагранже было меньше запаса. Холден попытался посчитать в уме, пока они прокладывали себе путь в толпе. Согласно оценкам, половина Земли уже мертва. Пятнадцать миллиардов умерли или умирают так быстро, что спасти их нет никакой возможности. Из тех, кто выжил, две трети находятся в обстоятельствах, которые новостные ленты называют «бедственным положением». Десять миллиардов человек, которые нуждаются в пище, воде и крове. А над колодцем место было, может, для четверти миллиона. Две с половиной стотысячных процента от всех нуждающихся. Он не мог поверить, что посчитал правильно, и сделал ещё попытку, чтобы проверить. Он пришёл к тому же числу.
И тысячи миров там, прямо на другой стороне врат. Миры в большинстве своём враждебные, но не более враждебные, чем Земля. Теперь не более. Если бы был способ телепортировать их из Бостона, Лиссабона и Бангкока, возможно, они были бы спасены. Может быть, они будут поднимать что-то новое и прекрасное на руинах Земли, но если в одной системе это не выйдет, будет тысяча других шансов.
Кроме того, что этого не будет, потому что транспортировка была слишком сложна. Так что они умрут там же, где они находятся, потому что дать им всем что-то получше и достаточно быстро, чтобы это имело значение, способа не было.
— Ты в порядке, кэп? — спросил Амос.
- В порядке. А что?
Выглядишь как будто ты готовишься кого-то ударить.
— Нет, — сказал Холден, — это не поможет.
— Вон туда, — сказала Бобби.
Охранники снаружи офиса администрации были вооружены небольшими автоматическими пистолетами и одеты в броню. Они встали по сторонам и позволили Бобби пройти в широкую серую дверь, а остальные вошли вслед за ней цепочкой, как утята. Офисы вполне могли быть из какого-то другого мира. Лампы полного спектра светили так, что будили в Холдене воспоминания о летнем вечере. Папоротники и плющ покачивались под лёгким ветерком из рециркуляторов. Коридоры были на полметра шире коридоров на «Росинанте», и создавали роскошное впечатление. Лишь лёгкая пороховая вонь от лунной пыли да одна десятая g говорили о том, что ты на Луне. Всё остальное выглядело как мог бы выглядеть офис ООН дома, в Гааге.
Бобби вела их, как будто она знала, куда она идёт, по одному коридору, мимо другой пары вооруженных охранников и через серию матовых стеклянных дверей. Комната была исполнена в виде лаунжа — кресла и диваны вокруг низких столов. Восемь или десять человек были рассеяны по помещению парами или небольшими группами, и несколько секунд Холден не понимал, кто они такие.
Когда-то всё здесь было либо чёрным, либо белым, но годы использования оставили всплески цвета. Коричневое круглое кофейное пятно на подушке, зеленоватая царапина на боку стула. Авасарала стояла в дальнем конце комнаты, в оранжевом сари полыхающем как факел, и разговаривала с седовласой женщиной с тёмной кожей и узкими бёдрами. Авасарала взглянула на него с улыбкой, женщина повернулась. Холден споткнулся.
— Мама Софи? — сказал он, и вот теперь, словно линза пришла в фокус, он увидел, кто все эти люди. Годы изменили их всех, и видеть их посредством камер и экранов было не тем же, что вживую. Отец Том набрал вес, а отец Цезарь сбросил, но они были здесь и шли к нему рука об руку. Отец Антон облысел, а мама Элис казалась старше и болезненней, чем человек, которым она была на экране. И ниже. Все они казались ниже, потому что на ферме система стояла на столе. Он смотрел на них всех с этого стола много лет, и не понимал этого буквально до сего момента.
Все восемь его родителей сгрудились вокруг него, их тела мягко давили на его, их руки обнимали друг друга, как они делали, когда он был ребёнком. Холден обнаружил, что плачет, снесённый волной воспоминаний о маленьком мальчике, которого окружают и защищают любящие тела восьми сильных взрослых. Теперь он стоял между ними, сильнее многих, потрясённый любовью, радостью и ужасным пониманием того, что и тот мальчик, которым он был, и те мужчины и женщины, которыми были они тогда, ушли и никогда больше не вернутся. Все они тоже плакали. Отец Димитрий, мама Тамара, отец Джозеф. И его новая семья тоже.
Наоми прижала ладонь к губам, словно пытаясь удержать внутри слова и эмоции. Алекс улыбался так же широко, как и вся семья Холдена, него глаза сияли. Авасарала и Бобби выглядели довольными, как люди, которые устроили отличную вечеринку-сюрприз. Странно было видеть, как Кларисса Мао, стоя в одиночестве с тугой повязкой на раненой руке, тряслась от едва сдерживаемых рыданий. Амос выглядел так, будто он вошёл на последних словах анекдота, пожал плечами и предоставил им продолжать заниматься каким бы там чёртом они ни занимались. Холден почувствовал прилив симпатии к этому мужику.
— Стойте, — сказал он, — подождите. Народ, я должен познакомить вас с… другим народом. Я так думаю. Это Наоми, народ.
Его родители повернулись к ней. Глаза Наоми стали чуть шире. Мелкое, паническое вздрагивание её ноздрей, возможно, мог заметить только он. Потом пауза, которую он не ожидал, секундная запинка, во время которой он увидел её их глазами: вот астерская девчонка, с которой спит их сын. Вот бывшая любовница человека, который убил мир, который был лицом всего, что произошло. Одна из НИХ. Это тянулось миг, затем другой. И было огромным, как космос между мирами.
— Я так много о тебе слышала, дорогая, — сказала мама Элис, двигаясь к Наоми и заключая её в широкие объятия. Остальные последовали за ней по очереди, чтобы приветствовать её в семье. Но то была не иллюзия. Момент был. Даже когда два семьи перемешались друг с другом — отец Димитрий, отец Антон и Алекс говорили о кораблях, мама Тамара и Амос смотрели друг на друга с каким-то забавным недоумением — Холден чувствовал сомнение. Они полюбили бы её, если бы он так сказал, но она не была одной из них.
Он едва заметил Бобби рядом с ним, пока она не заговорила.
— Вот так она и поступает. Ищет способы расплатиться с тобой.
Она кивнула вглубь комнаты. Авасарала стояла одна, смотря на всё с улыбкой, которая не совсем достигала её глаз. Холден пошёл к ней.
— Они говорили мне, что у них всё в порядке, — сказал он. — Когда я с ними разговаривал, они сказали, что они вне опасности.
— И это была правда, в общем и целом, — сказала Авасарала. — Реакторы пока не сдохли. И еды у них было запасено больше, чем у многих. Они могли бы продержаться ещё… месяц? Откуда мне знать? Консервы. Кто нахер ещё делает консервы собственного производства?
— Но вы их эвакуировали.
— Ещё неделя, ещё месяц. Точно не ещё год. У них не вышло бы оставаться в безопасности всегда, и в тот момент, когда они поняли бы, что их поимели, все слоты были бы уже заполнены. Я отметила их как приоритетные объекты эвакуации. У меня есть право на такого рода дерьмо. Я главная.
— Куда…
Она пожала плечами.
— У них есть размещение на Лагранже-4. Места поменьше, чем было в Монтане, зато все вместе. Я могу многое. Может, в один прекрасный день они даже смогут вернуться на свою ферму, когда всё это закончится. Странные вещи порой случаются.
Холден взял её руку. Она была холодной, твёрдой, и оказалась сильнее, чем он ожидал. Она повернулась, чтобы посмотреть ему в глаза впервые с тех пор, как он вошёл в комнату. Улыбка тронула уголки её глаз.
- Спасибо, - сказал он. - Я ваш должник.
Её улыбка изменилась, потеряла формальность, холодность и отчуждённость и вынесла наружу то, что скрывала под их поверхностью.
- Я знаю, - сказала она.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/69608/369707
Переводчики: p_zombie, M0nt, starfish1