<p>За семь десятилетий до рождения Мичио Па Земля и Марс переписали тарифные правила по необогащенной руде с Пояса. Утверждалось, что это поспособствует созданию и расширению очистительных заводов в Поясе и вокруг Юпитера и Сатурна. Возможно, это даже сработало. В кратчайшие сроки волна астеров-старателей и шахтеров, находившихся на грани выживания, обрушилась в бездну. Корабли конфисковывались, летали незаконно или погибали из-за отсутствия средств на техобслуживание и ремонт. В то время Земля и Марс шли по стопам друг друга, и единственным вариантом, обещавшим Поясу хоть какую-то справедливость, было создание собственной армии.</p>
<p>Это никогда не придавалось огласке. АВП выжил, вопреки тому что был раздроблен и под запретом. Но начало положено тогда. Выберите фракцию, найдите место в цепочке команд, создайте тонкую, но упругую структуру, которая в один прекрасный день будет иметь мышцы. И она, в конечном счете, станет ответом внутренним планетам, проецирующим свою силу туда, где солнце было чуть больше, чем самая яркая звезда.</p>
<p>Когда Мичио Па исполнилось двадцать два, Фред Джонсон - Мясник станции Андерсон - казался ей их величайшей надеждой. Он был землянином, сражавшимся за Пояс, против собственных естественных интересов. Молодым и все ещё колеблющимся астерам это давало ощущение подлинности. Она заняла должность на станции Тихо, сперва обзаведясь контактами, а затем обязанностями. Тренировалась в той якобы армии, которую создавал Джонсон. Отдала ему годы своей жизни.</p>
<p>Тогда она искренне верила. Она была наивным маленьким болваном. Но это было до Бегемота.</p>
<p>Назначение старпомом на первый настоящий военный корабль Пояса стало исполнением её мечты. Корабль Поколений не был предназначен для войны, но весь её экипаж был. Вот что она сказала самой себе.</p>
<p>Капитан Эшфорд командовал. Она была его старшим помощником. И у них в подчинении начальник службы безопасности, близкий друг Фреда Джонсона. Карлос С де Бака. Бык. Ее нянька, и мужчина, предназначенный для того, чтобы придти и взять командование на себя, когда она сделала свою первую ошибку. Ее ненависть к Быку была жгучей. Каждый раз, когда у нее была возможность его унизить, она делала это. Каждый раз когда он ошибался, она вбивала клин. Бегемот отправился на ринг, чтобы встретиться с Землей и Марсом. Чтобы показать, что Пояс был силой, с которой нужно считаться. И как выше, так и ниже. Она сделала свою личную миссию, чтобы показать Быку, что она была лучше, чем он.</p>
<p>Вот почему её так сильно задело, когда Сэм встала на его сторону.</p>
<p>Они говорили об этом, она и Сэм. Как важно держать их роман в тайне. Как сделать так, чтобы никто, особенно командование, не знало о них. Сэм согласилась, наверное потому что действительно была согласна с этим. Или может, для того, чтобы задобрить Мичио. И потом, Сэм и Бык трахались по поводу бюджетных ассигнований. Это было самым сильным предательством. Сэм, ее Сэм, ведет общие дела с землянином. С землянином, посланным Фредом Джонсоном, не заслуживающим доверия Астеров. </p>
<p>Это была первая ошибка из многих. Мичио позволила своим эмоциям ослепить ее до того, как Бык предложил ей знания и опыт, пока все не пошло под откос. Несмотря на все людские потери после аварии, она не смогла распознать симптомы повреждения рассудка у Эшфорда в его неустойчивом поведении и жестокости. Она не смогла предать свою веру в субординацию.</p>
<p>И не успела помириться с Сэм до того как Эшфорд ее убил.</p>
<p>Фред Джонсон отправил ее в эту заварушку, потому что она была астером, а ему нужен был астер-марионетка. Она не была к этому готова, зато была удобна. И из-за этого погибли люди.</p>
<p>Бегемоту не суждено было вернуться сквозь врата. Они демонтировали его, раскрутили барабан и окрестили станцией Медина. Мичио Па они отправили обратно на Тихо на марсианском военном корабле. После того, как с него убрали мертвых, осталось много лишнего места. Едва вернувшись в своё жилище, она уволилась даже раньше, чем приняла душ. Она бросила свою официальную работу на Тихо, свою службу в АВП - вообще всё. Фред Джонсон слал ей личные сообщения. Она не знала, что в них. Она удаляла их, не прослушав.</p>
<p>И она исчезла, металась от одной работы к другой. Пытаясь держать в себе свои кошмары и истерики. Она командовала кораблем спасательной компании, которая иногда была похожа ни пиратство. Она курировала сделки по взаимному сотрудничеству, которые не разглашались техническому совету, хотя фактически это была контрабанда. Она управляла складским комплексом на Рее для половины криминальных группировок Титана, когда Надя и Бертольд нашли ее. Прошло шесть месяцев, пока она осознала что любит их и еще четыре, когда поняла, что это взаимно. День, когда они впервые сделали подобие общего дома в узкой, дешевой норе в полукилометре от поверхности луны, был лучшим моментом в её жизни.</p>
<p>Другие пришли собственной дорогой. Лора и Оксана вместе. Потом Хосеп. Эванс. Каждого новое лицо в их браке, был для нее как прирост в ее племени. Ее люди. Не политики, не военные предводители и даже не люди жаждущие власти. Была разница: на одной стороне - Пояс и борьба за существование перед лицом врат, которые она помогла открыть, с другой стороны голоса и тела ее семьи.</p>
<p>Но мечта не умерла. Где-то в глубине души идея об астерском флоте, который может встать наравне с Землей и Марсом и потребовать уважения, дремала, но оставалсь живой.</p>
<p>Так что когда пришел Марко Инарос со своим предложением, она его внимательно выслушала. Ее еще помнили в кругах Астеров, как капитана вошедшего в медленную зону. Люди уважали ее имя. Когда придет время, ему понадобится кто-то, кто будет координировать облаву на корабли колонистов, которые он держал вне медленной зоны, и следить чтобы припасы шли на нужды Астеров. Забирать у богатых внутряков и отдавать бедным Астерам, пока поток не иссякнет. Пока не достигнут утопии пустоты. </p>
<p>Но не сейчас. Пока он просто нуждался в небольших услугах. Перевезти контрабанду на Ганимед. Сопроводить заключенного. Помочь настроить группу скрытых ретрансляторов возле Юпитера. Он привлекал ее великим видением и маленькими шагами.</p>
<p>&quot;Привлекал&quot;, вероятно, означало &quot;соблазнял&quot;.</p>
<p>- Сколько кораблей у нас для наступления на Цереру? - спросил он идя рядом с ней. Административные уровни станции Церера пахли живыми растениями, полированные полы и стены должны были вызывать чувство зависти. Мичио чувствовала себя не в своей тарелке здесь, но не Марко. Он умел делать так, что где бы он не находится, всегда чувствовал себя как дома.</p>
<p>- Семь, - сказал она. - Ближайший &quot;Алистер Роуч&quot;.  Ему надо время чтобы затормозить. Но он должен причалить в течении трех дней. &quot;Хорнбловер&quot; самый быстрый, но &quot;Кармонди&quot; тоже может прилететь, если надо. Я стараюсь чтобы флот  экономил реактивную массу реактора.</p>
<p>- Хорошо. Это хорошо, - сказал Марко, положив руку ей на плечо. Его охранники остановились у двери в конференц-зал, и Мичио хотела пройти мимо них. Марко удержал ее. - Нам нужно будет их развернуть.</p>
<p>- Развернуть?</p>
<p>- Направить в другие гавани. Или заглушить и оставить на время на месте.</p>
<p>- Мичио покачала головой. Это не был отказ, скорее так ее тело выражало реакцию на замешательство. Мичио получила пол дюжины ответов: всем надо было заправиться где-то, у нас на станциях заканчивается еда и удобрение за которыми мы уже прилетели, вы шутите?</p>
<p>- Зачем? - спросила Мичио.</p>
<p>Марко улыбнулся, тепло и очаровательно. Ярко и возбужденно. Она поймала себя на том, что улыбается вместе с ним не зная почему.</p>
<p>- Ситуация изменилась, - сказал он, и затем вошел в зал заседаний впереди нее. Его охранники кивнули ей, когда она прошла мимо них и она на мгновение задумалась, а где же сын Марко?</p>
<p>Остальные уже расположились за столом переговоров. Стена, где Марко провел дни, обрисовывая свое видение  Пояса, была пуста и на ее месте висела картина изображающая древнего воина. Человек на картине был темнокожим, с пышными усами и бородой, в тюрбане, длинном белом одеянии, с малиновым поясом, с заткнутыми за него тремя мечами и старинным ружьем в руках. </p>
<p>- Ты опоздал, - мягко сказал Доуз, обращаясь к Марко, когда Мичио заняла свое место. Марко проигнорировал их обоих.</p>
<p>- Если взглянуть на Афганистан, - сказал Марко, - Владык кладбища Империй. Даже Александр Македонский не смог завоевать этот народ. Все великие державы которые пытались исчерпали свои силы и потерпели неудачу. </p>
<p>- Но у них не было нормальной действующей экономики, - сказал Санджари. Розенфельд коснулся его руки и приложил палец к губам.</p>
<p>Марко расхаживал перед картиной. - Как им это удалось? Как технологически отсталые, разрозненные люди отбивали атаки огромных сил век за веком? - он повернулся к остальным. - Вы знаете?</p>
<p>Никто не ответил. И не должны были. Это было представление. Ухмылка Марко стала шире. Он поднял руку.</p>
<p>- Их интересовали разные вещи, - сказал он. - Для врага это была война за территорию. Владение. Оккупация. Для этих гениев речь шла о контроле над пространством, не оккупированном ими. Когда английские войска пришли в афганский город, готовые занять поле битвы, они нашли его... пустым. Враг растворился в холмах, жил в местах, которые противник не принял в расчет. Для англичан город был предметом владения. Для афганцев он был не более священным, чем холмы, пустыня или поля.</p>
<p>- Это даже немного романтично, не находите? - сказал Розерфельд, но Марко проигнорировал его.</p>
<p>- Эти храбрые люди были астерами в своё время и в своём месте. Они были нашими духовными отцами. Настало время нам почтить их. Друзья, &quot;Лазурный Дракон&quot; пал, как и должно было произойти. Земля готовится ударить нас со всей своей болью и невежеством.</p>
<p>- Есть новости по этому поводу? - спросил Доуз. Его лицо было бледным.</p>
<p>- Ничего нового, - сказал Марко. - Мы всегда знали что Церера всегда будет целью номер один для них. Они всегда выжидали, еще со времен АВП , но наш брат Андерсон всегда был осторожен уравновешивая силу умиротворением. И это никогда не было их наибольшей заботой. До сегодняшнего дня. Флот ООН передислоцировался. Они направляются к Церере. Но когда они доберутся сюда...?</p>
<p>Марко поднес два сжатых кулака к своему рту, затем дунул на них и растопырил пальцы. Это было иллюзией, но Мичио почти увидела вспышки искр в его руках.</p>
<p>- Ты ведь не имеешь в виду ... - Доуз задохнулся.</p>
<p>- Я уже начал эвакуацию, - сказал Марко. - Все наши солдаты и оружие покинут станцию до их прибытия.</p>
<p>- На станции шесть миллионов человек, - сказал Розенфельд. - Не знаю, сможем ли мы забрать их всех.</p>
<p>- Конечно, нет, - сказал Марко. - Это военные действия. Мы возьмем военные корабли и необходимые припасы и уступим территорию Земле. Они не позволят Церере умереть от голода. Единственный их шанс - это сыграть жертву и выжать сочувствие из простаков. Если они не позаботятся о Церере, они потеряют даже её. А мы? Мы будем в пустоте, которая и есть наш настоящий дом. Неприступный.</p>
<p>- Но, - Санджрани едва не скулил. - Экономическая база...</p>
<p>- Не беспокойся, - сказал Марко. - Все, о чем мы говорили, приближается. Только сперва мы должны позволить врагу переоценить себя и рухнуть. Это всегда было частью плана.</p>
<p>Доуз поднялся на ноги. Его лицо было пепельно-серым, и лишь два ярко-красных пятна пылали на щеках. Его руки дрожали.<br>- Это из-за Филипа. Решил мне отомстить?</p>
<p>- Филип Инарос тут ни при чем, - сказал Марко, но восторг и волнение исчезли из его голоса. - Речь идет о Филиппе Македонском. И об извлечении уроков из истории.<br>Он замолчал на один долгий, ужасный момент. Доуз вновь опустился на стул.<br>- Итак. Мы с Мичио уже обсуждали вопрос о перенаправлении входящих кораблей. Давайте поговорим о логистике опустошения самой станции.</p>
<p>--//--</p>
<p>Спешка, с которой внутряки покидали собственные корабли, прибывая на станцию, породила немало астерских шуток. How can a Belter choose a ship’s dinner menu? Dock. Как понять, что внутряк слишком долго пробыл вдали от порта? Он выходит наружу посрать. Если дать землянке выбор: остаться на борту и спасти жизнь любимому или сойти с корабля и никогда не полюбить снова, - как потом избавиться от тела? Таковы были их взгляды: корабль не был настоящим, а планета была. Или луна. Или астероид. Они не могли расстаться с идеей о том, что жизнь неразрывно связана с камнем и почвой. Это и сделало их слабее.<br></p>
<p>Люди Мичио были на «Коннахте» в неполном составе, когда она вошла через док-трубу в шлюз своего корабля, но большинство было здесь. Те, кто отсутствовал, скорее всего, вернутся ночевать на своих койках. И никому не показалось бы странным, что здесь была вся её семья. Ну или даже если немного странным, то по крайней мере никак не невозможным.</p>
<p>Она спускалась на лифте со странным чувством, будто видит корабль впервые. Как бывает, когда заходишь в новую станцию, всё виделось резко отчетливым. Незнакомым. Зелёные и красные индикаторы на пульте лифта. Мелкий белый текст, напечатанный на каждой панели, чтобы показать что за ней размещено и когда оно было установлено. Бледный, но всё ещё заметный логотип МВКФ на полу, сводящий на нет все их усилия от него избавиться. Запах чёрной лапши донесся с камбуза, но она не стала задерживаться. Если сейчас она и попытается поесть, это всё равно приведёт лишь к рвоте.</p>
<p>Они были в каютах, отведённых семье. Одним их первых дел, которые сделал Бертольд, когда они заняли «Коннахт», было то, что он вынес перегородки между тремя каютами, чтобы получилось широкое пространство с достаточным для того, чтобы вместить их всех вместе, количеством коек. Марсианские конструкторы разрабатывали корабль так, чтобы люди могли быть либо по одному, либо все вместе. Потребовался астер, чтобы создать пространство, в котором можно побыть вместе, но наедине. Оксана и Лаура сидели на палубе и, почти соприкасаясь своими губными гармошками, играли старую кельтскую мелодию. Бледность Оксаны и темнота Лауры делали их похожими на персонажей сказки. Хосе лежал на одном из амортизаторов, держа в руках терминал с каким-то текстом или чем-то вроде того, он читал и покачивал ногой в такт музыке. Эванс сидел рядом с ним, пытаясь не казаться нервным. Надя, похожая на пра-пра-правнучку того самого великого афганского солдата из рассказов Марко, стояла за другим амортизатором, мягко массируя редеющие чёрные волосы Бертольда.</p>
<p>Мичио села на диван, на место которое они оставили для нее и дослушала мелодию закончившуюся серией неоднозначных четвертых и пятых долей. Они отложили в сторону свои арфы и ручные терминалы. Бертольд открыл свой единственный здоровый глаз.</p>
<p>- Спасибо, что пришли, - сказала Мичио.</p>
<p>- Не за что, - сказала Лора.</p>
<p>- Хочу спросить, - спросил Хосеп, - Ты сейчас капитан или наша жена?</p>
<p>- Жена, Наверное...точно жена...</p>
<p>И потом заплакала. Она наклонилась вперед и закрыла руками глаза. Жесткий комок, которым сейчас было ее сердце, подступил к горлу. Он попыталась откашляться, но это прозвучало как всхлип. Рука Лоры коснулась ее ноги. Рука Бертольда легла поперек спины и он притянул ее к себе. Она услышала бормотание Оксаны будто откуда-то издалека, - Все хорошо, детка, все хорошо. Это было слишком. Все это было уже было через чур.</p>
<p>- Я сделала это, - сказала наконец Мичио, - Я снова это сделала. Я отдала нас в руки Марко, и он... Он еще один Эшфорд. Он еще один Фред, мать его, Джонсон. Я так старалась этого не допустить, и облажалась. Я подвела всех вас. Мне так жаль...мне очень жаль.</p>
<p>Семья нежно подошли к ней, рука к руке, все они касались ее. Давая ей ощущение комфорта. Безмолвно говоря что они с ней. Эванс плакал вместе с ней, даже не зная почему. Слез стало больше на какой-то время, сбивали ее с толку. Потом полегчало. Очистилось. Худшее миновало. Когда она пришла в себя, заговорил Хосеп.</p>
<p>- Расскажи нам что случилось. Тебе станет легче.</p>
<p>- Он покидает Цереру. Забирает весь свой Свободный Флот и оставляет людей внутрякам. Колониальные корабли, которые мы захватили, он хочет заглушить и увести с эклиптики, вместо того чтобы доставить снабжение сюда.</p>
<p>- Ах, - сказала Надя, - Так вот какой он.</p>
<p>- Сложно что-то изменить, - сказал Хосеп, - Скажи себе, что ты воин, начни верить в это. И тогда мир начнет выглядеть как смерть. Самоуничтожение.</p>
<p>- Немного абстрактно, милый, - сказала Надя.</p>
<p>Хосеп подмигнул ей и потом горько улыбнулся, - Больше сути. Ты права. Как и всегда.</p>
<p>- Простите меня, - сказала Мичио, - Я снова налажала. Я отдала себя под его командование, и... я дура, дура!</p>
<p>- Мы все согласились, - хмуро сказала Оксана. - Мы тоже поверили.</p>
<p>- Вы верили потому, что я вас попросила, - сказала Мичио. - Это моя вина.</p>
<p>- Итак, - сказала Лаура, - Мичи? Какое волшебное слово?</p>
<p>Мичио рассмеялась против ее воли. Это была старая шутка. Часть того, что сделало ее семью ее семьей.</p>
<p>- Волшебное слово - &quot;ой&quot;, - сказала она. И повторила: - Ой.</p>
<p>Бертольд уличил момент чтобы громко высморкаться и вытереть последние слезы с глаз, - Хорошо, что будем теперь делать?</p>
<p>- Мы не можем продолжать работать с этим ублюдком, - сказала Оксана.</p>
<p>Надя качнула рукой в знак согласия:<br>- И мы не можем остаться здесь и ждать землян.</p>
<p>Не сговариваясь, они все посмотрели на нее. На Мичио, их жену. И их капитана. Она протяжно, судорожно вздохнула.<br>- О чем он нас просил? Забирать груз с кораблей колонистов и распределять еду и вещи между нуждающимися астерами? Это по-прежнему нужно делать. И у нас по-прежнему есть подходящий боевой корабль. Может быть, кто-то с других кораблей думает так же, как мы. Итак, либо мы продолжаем нашу миссию, либо ищем тихое местечко и скрываемся из виду до того, как Инарос заметит, что нас нет.</p>
<p>Ее семья молчала и казалось что этот момент растянулся бесконечно долго, хотя времени прошло лишь на два вдоха. Бертольд потер больной глаз. Надя и Оксана обменялись взглядом, который вроде должен был что-то значить. Лора прочистила горло.</p>
<p>- Быть маленьким небезопасно. Только не сейчас.</p>
<p>- Действительно, - сказал Бертольд, - Я за то, чтобы делать то, что мы делали, а все остальное в черту. Мы и раньше меняли стороны, пока это нас не убило.</p>
<p>- Да ну? - сказа Хосеп, - Мы будем менять сторону?</p>
<p>- Да, - сказал Эванс, - Будем.<br></p>
<p>Хосеп обернулся чтобы посмотреть Мичио в глаза. Юмор и любовь на его лице излучали тепло и согревали ее. - Боролись с угнетателями раньше, будем бороться с угнетателями снова. Я делал как велит сердце тогда. Сделаю как оно велит и сейчас. Ситуация изменилась, но это не  значит, что изменилась ты.</p>
<p>- Это так мило, - сказала Мичио, беря его за руку.</p>
<p>- Хотя и абстрактно, - сказала Надя, и в ее голосе так же чувствовалась любовь.</p>
<p>- Все что ты сделала, - сказал Хосеп, - каждая ошибка, каждая потеря, каждый шрам.  Все это привело тебя сюда, и ты увидела истинное свое &quot;Я&quot; и ты готова действовать. Ты не можешь бездействовать. Все что было, это всего лишь подготовка в этому моменту.</p>
<p>- Это чушь собачья - сказала Мичио. - Но спасибо тебе.</p>
<p>- Если вселенной нужен нож, она создает себе нож, - сказал Джозеф, пожав плечами. - Если ей нужна королева пиратов, она создает Мичио Па.</p>
<p>Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.<br>Его статус: перевод редактируется</p>
<p>Переведено на Нотабеноиде<br>http://notabenoid.org/book/69608/369709</p>
<p>Переводчики: p_zombie, M0nt, langor, grassa_green</p>