The Churn / Замес: The Churn
| Английский оригинал | Перевод на русский | |
|---|---|---|
Сожалеем, но текст оригинала доступен только зарегистрированным пользователям. |
Амос Бертон задрал брови и опустил уголки губ. M0nt 15.03.22 в 20:15 |
|
|
— Вы улетаете на Луну дневным рейсом из космодрома в Боготе, мистер Бертон. В учебную программу пролезть довольно непросто, и насколько я знаю, они очень не любят, когда кто-то опаздывает. Потом можно десяток лет прождать, чтобы опять попасть в список. M0nt 15.03.22 в 20:19 |
||
|
— Угу, — сказал здоровяк. M0nt 15.03.22 в 20:20 |
||
|
— Слушайте, в девяти кварталах к северу есть станция скоростной линии. Можем проводить, если хотите. M0nt 15.03.22 в 20:21 |
||
|
— Эрих, сукин сын, — сказал парень, повернувшись не к северу, а на восток, к морю, к восходу. — Я не мистер Бертон. M0nt 15.03.22 в 20:23 |
||
|
— Простите? M0nt 15.03.22 в 20:23 |
||
|
— Я не мистер Бертон, — повторил он. — Можно просто Амос. M0nt 15.03.22 в 20:24 |
||
|
— Как скажете. Но я так думаю, что вам, Амос, стоит рвануть подальше из города, если не хотите влезть в реальное дерьмо. M0nt 15.03.22 в 20:26 |
||
|
— И не только вы так думаете. Но нет, спасибо. Я знаю, где станция. Рейс не пропущу. M0nt 15.03.22 в 20:28 |
||
|
— Тогда ладно, — безопасник коротко кивнул. — Всего наилучшего. M0nt 15.03.22 в 20:28 |
||
|
Отряд двинулся дальше, обтекая большого парня как речная вода камень. Амос посмотрел им вслед, подошел к киоску и взял стакан черного кофе с кукурузным маффином. Минуту постоял на углу, поел, попил, подышал воздухом единственного города, какой знал в жизни. Закончив, выкинул стакан и обертку маффина в урну, и пошагал на север, к станции скоростной линии, к Боготе, к Луне. А то и к космосу за Луной, кто знает. Человечество расселилось на множестве планет, лун, станций, и шансы встретить там кого-нибудь из Балтимора были исчезающе малы. Иголка в огромном стогу человечества. M0nt 15.03.22 в 20:39 |
||
|
Амос Бертон был высок, крепок, бледен, у него была открытая улыбка, темное прошлое и талант к веселой жестокости. Он оставлял Балтимор с его шатким равновесием между законом и преступностью, экстравагантностью и обыденностью, любовью и пустотой. Людей, что знали Амоса, любили его, можно было пересчитать по пальцам одной руки, да и то большинство пальцев осталось бы ни при чем, и когда он уйдет, город продолжит жить своей жизнью, так, словно никакого Амоса Бертона тут никогда и не было. M0nt 15.03.22 в 20:47 |
