Готовый перевод Aicuña Is Not an Albino Town Айкунья / Айкунья - не город альбиносов: Aicuña Is Not an Albino Town Айкунья, часть 2

Ученые из Университета имени Джонса Хопкинса подсчитали, что в мире рождается 1 альбинос на 17000 человек.

В Айкунья, по подсчетам Хулио Сесар Орменьо, - главы местного демографического центра, живут 300 человек.

В самые лучшие времена здесь проживали 305 человек.

Город так мал, что каждый житель - включая новорожденных,

пожилых и служителей церкви - могли бы поместиться в кинотеатре.

И при всем этом, глава местного демографического центра зарегистрировал 4 альбиноса,

трое живут в Айкунья, а один переехал в другой город в двух часах езды от сюда.

Но, его архив хранит и еще более удивительный факт: в конце 19 века,

было зарегистрировано 46 случаев рождения альбиносов, в одной только Айкунья.

Это означает, что уровень альбинизма в Айкунья не 1 на 17000, а 1 на 90 человек.

Доктор Эдуардо Кастилья, автор "Айкунья: Исследование генетической структуры населения," пишет:

"альбинизм, встречается в Айкунья почти в 200 раз чаще, чем где-либо еще на планете".

Но, не смотря на его распространенность в Айкунья, здесь на его обсуждение как будто наложена цензура.

В городе альбиносов редко говорят об этом - как если бы это было табу,

один из мрачных семейных секретов, который можно не замечать, если никто не говорит об этом.

Но, Бенедикт Мендер не разделяет кодекса молчания.

Так что он признается, хотя и с осторожностью, что привело его сюда.

"Я пришел," говорит он тихо, "чтобы встретиться с альбиносами из Айкунья."

Как если бы они ждала этого момента,

Донья Хосефа встала со стула и взяла гостевую книгу.

"Вот, читайте," сказала она Мендеру, передавая ему книгу, открытую на середине.

Она и нам давала прочитать эту запись, сделанную Карло Бреро,

80 летним итальянцем, который 28 сентября 2006г, попрощался этими словами с Ла Каса:

"Я пришел сюда в поисках гена альбинизма, а нашел счастье."

Запись мистера Бреро сделана не ровным, но размашистым почерком, занимающим всю страницу.

Прежде чем подписаться, он добавил: "Я чувствую связь с этим местом

я полагаю, что это из-за их образа жизни: счастливые дети, простота, спокойствие, приветливые люди.

Любовь живет здесь в каждом уголке."

Когда Мендер заканчивает читать, Донья Хосефа пристально смотрит в его глаза,

как будто спрашивая его и одновременно пытаясь объяснить свою точку зрения.

Её взгляд "говорит": "Вы видите, Айкунья - это больше, чем просто город альбиносов."

Паола и я интересом наблюдаем за этой сценой и сообщаем "плохие новости":

что мы не видели здесь ни одного альбиноса, с тех пор как приехали.

И мы не уверенны, удастся ли нам это, в ближайшие несколько дней.

Нас уже давно предупреждали, что люди в этом городе нелюдимы по своей натуре,

хотя они могут быть с посетителями дружелюбными, добродушными и щедрыми.

Но они тут же зажимаются, если кто-то говорит, - что ищет альбиносов, как если бы их собирались увести в паноптикум.

Кто-то даже открыто признает, что присутствие журналистов раздражает их.

После того, как журнал "7 Días", еще в восьмидесятых, опубликовал статью об альбиносах из Айкунья,

жители стали осторожней с прессой.

Эффект от статьи был немедленный и нежеланный.

Люди стали приезжать в надежде встретиться альбиносами.

Они хотели увидеть их, сфотографироваться с ними, узнать какие они, и как выглядят,

они думали, что найдут город заполненный людьми с белыми волосами и полупрозрачной кожей.

Город не подозревал о своей особенности, пока внешний мир не открыл это.

Как в книге Мери Шелли "Франкенштейн", мир указал на это пальцем,

и вдруг, как будто город стал монстром,

а все жители гротескными декорациями и развлечением для публики.

С тех пор город стал защищать своих альбиносов,

он стал подозрительным и угрюмым к посторонним.

"Однажды, приходил фотограф, который хотел сделать фотографии," - Лусио Орменьо,

один из альбиносов живущих в Акунья, - он рассказал мне об этом несколько дней спустя.

Лусио Орменьо никогда не говорит о себе "Я".

Вместо этого он предпочитает говорить мы: "Мы проснулись," "Наш бизнес," или "Мы купили мотоцикл."

Эта странная манера говорить, не характерна для жителей Акунья.

Это особенность Лусио Орменьо.

Как будто чрезмерная скромность - или чрезмерное что-то - заставляет его не говорить о себе в единственном лице, даже когда мир воспринимает его как что-то исключительное, единственное.

"Мы не рассказали ему ничего," продолжает Лусио Орменьо, в свое любимой манере множественного числа. -"Он задавал нам вопросы, он просил, он умолял.

Он был в отчаянии, он вернулся назад не сделав ни одной фотографии.

Мы не соглашались позировать даже когда он предлагал нам деньги."

Лусио Орменьо был первым человеком с альбинизмом, с которым я смог поговорить.

Но это все будет потом.

А, сейчас Бенедикт Мендер, Паола и Я задумались, а правильно ли мы поступили приехав сюда.

В так называемый город альбиносов.

После разговора с Мендором, Донья Хосефа вновь стала милой и обаятельной домохозяйкой,

мы наслаждались её общество все время пребывания в Акунья.

Она предлагала нам кофе, спрашивала не нужно ли нам чего, сообщала что она сегодня готовит на обед и ужин.

Она так же пообещала, что когда вернется её сын, он точно найдет какой-нибудь способ, чтобы помочь нам.

"Он уже скоро вернется," добавляет она, "он вышел не надолго, посмотреть как идет полив деревьев грецкого ореха."

Данте Орменьо владеет Ла Каса вместе со своей матерью.

Это крепкий мужчина, лет сорока, не высокий, но с широкой спиной и сильными руками как у дровосека.

Его лицо красное от летнего солнца и покрыто щетиной, у него не послушная челка,

которую он пытается зачесать на сторону, но она постоянно сваливается ему на глаза.

Один из характерных жестов Данте Орменьо - попытка удержать свои волосы на месте.

Он делает это часто, без суеты, но его попытки безнадежны.

Он так же очень спокойный мужчина.

Аргентинцы славятся как непревзойденные собеседники, или попросту как болтуны,

но, Данте Орменьо совершенная противоположность этому.

Он почти никогда не начинает разговор первым, если конечно вы не близкий друг.

С такими как Данте Орменьо вы должны сами делать первый шаг.

Но, вопреки своей нелюдимости, он всегда пойдет вам навстречу.

Венедикт Мендер рассказывает свою историю Данте Орменьо, и подводя итог

говорит, что после обеда за ним приедет такси,

так что у него мало времени, и Данте Орменьо соглашается показать ему город.

И снова вопреки всему Данте Орменьо идет навстречу.

Но Мендер увидит город лишь из окна машины.

После полудня мы вновь встречаемся с ним за обедом.

Бенедикт Мендер уезжает из Акунья.

Как сказал бы Лусио Орменьо: "Пусть возвращается туда, откуда пришел."

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/11177/35658

Переводчики: Calabi