Готовый перевод Nalini Singh - ANGELS’ BLOOD / Налини Сингх - Кровь ангелов (книга 1): Глава 27

Глава 27

Елена была не менее удивлена, когда особняк Микаэлы оказался местом красоты и грации. Этот архангел может и был двуличной сукой, но свою репутацию музы художников всех веков она заработала не случайно.

- Это было то место, где мы нашли... подарок, - сказал ей охранник-вампир, указывая на участок запачканной кровью травы.

Острота кислоты здесь была резкой, несмотря на присутствие других вампиров. Либо Урам добавил к сердцам немного своей крови, либо он сам приземлялся на лужайку.
Это говорило о наглости и... заставляло мурашки бежать по спине. Волоски на обратной стороне ее шеи встали дыбом.
- Можете ли Вы отойти отсюда?

Охранник-вампир коротко кивнул, но не сделал ни шага.
- Когда-то и я охотился.

Елена посмотрела вверх, туда где Рафаил и Микаэла разговаривали на балконе с видом на лужайку, и задалась вопросом будет ли возражать какой-либо из архангелов, если она просто взведет курок и прицелится в этого идиота рядом с собой, но у нее не было времени разбираться с токого рода дерьмом.
- Раз Вы все еще здесь, значит было слишком плохо.

- Моя госпожа содрала кожу с моей спины и пустила ее на кошелек.

Елена задалась вопросом о том, что некоторые оспаривали информацию о том, что ангелам приписывают небесное происхождение.
- И все же Вы служите ей до сих пор, - это прозвучало так, будто сучка-богиня что-то для этого делала.

Вампир улыбнулся, показав зубы.
- Это был очень красивый кошелек.
Потом он, наконец-то, убрался. Она должна быть настороже, когда этот тип поблизости, подумала она. Что бы еще ни сделала с ним Микаэла за века, но он уже не был полностью адекватным.

- Бессмертие имеет слишком много недостатков, - пробормотала она, добавив возможность стать кошельком в мысленный список. Ее взгляд снова упал на окровавленную траву. Встав на колени, она еще раз ощутила запах, а затем начала выходить по все распространяющимся окружностям.

Запах Урама покрывал этот участок. Архангел, безусловно, приземлился, стоял здесь, скрытый Гламуром, в то время как охранники Микаэлы оставались в неведении. Елена беспокоилась не натолкнется ли она на него, но запах, несмотря на то, что чувствовался повсюду, был не таким сильным, как если бы он находился в непосредственной близости. Это заставило ее задуматься: были ли способны архангелы почувствовать своих собратьев, находящихся в Гламуре?

Если нет, тогда нечего удивляться, что Микаэла была напугана.

Неудивтельно, что запах был особенно интенсивным на самом краю лужайки. Подняв глаза, Елена обнаружила в своей прямой видимости ряд окон на третьем этаже. Спальня Микаэлы была точно посередине.

Если бы это была обычная охота, то Елена бы ухмыльнулась от уха до уха. С этим свежим следом, она могла бы настичь и арестовать свою жертву к закату. Но вампиры не летали.
"Спокойно", - думала она, прищурив глаза, теперь она знала 'ахилесову пяту' Урама. Его слабость к Микаэле могла сократить круг его области для охоты. Она снова взглянула вверх, ее ум был ясен, сфокусировавшись на охоте. Ей нужна была карта передвижений Микаэлы, которую обещал достать Рафаил.

Рафаил знал, что Елена двигалась все дальше и дальше, когда она выполнила методический поиск. Он бдительно следил за Рикером, любимым охранником Микаэлы. Рикер делал все, что прикажет Микаэла - для вампира не будет иметь никакого значения, что Елена находилась под защитой Рафаила... хотя он, вероятно, должен был убить ее сразу, как только выздоровил после стрельбы. Поскольку, если Лижуан была права, то Елена была его роковой слабостью.

Смерть была понятием, с которым он не считался столетиями. Но Елена сделала его немного смертным. Какой была и сама. Она умерла бы, если бы Рикер вырвал ее горло. И Микаэла была достаточно капризна, чтобы дать такой приказ. Она знала, что Рафаил не будет начинать войну из-за смертного.

Роза Судьбы.

Образ древнего сокровища плясал у него в голове. За все века его существования ему ни разу не пришло в голову отдать его. До Елены. Его смертность. Возможно, в конце концов, он пролил бы кровь Микаэлы за нее.
- У тебя есть охранники в доме?

- Конечно же.

Тех охранников очевидно было недостаточно, все Руководящие ожидали, что Урам придет за ней, но все же она была неподготовлена.
- Тебе нужно больше людей? Ведь ты далеко от дома.

- Нет, - гордость сочилась из каждого ее слова, в то время как она шагала по краю балкона и пристально смотрела вниз, следя за продвижением Елены.- Если твоя охотница учуяла запах, то это значит, что он наблюдал за мной достаточно долго, чтобы оставить заметный след.

Рафаил для подтверждения мог бы спросить Елену, но после того случая, который привел к состоянию Тишины, он делал попытки не соваться в ее голову. Признак слабости, о котором предупреждала Лижуан - приступ человеческих угрызений совести? Возможно. Но Рафаилу никогда не нравилось то, каким он становился во время Тишины. А на этот раз... должно быть, этот отрезок был слишком близок к безумию Калианы.
- Ты все еще такая же, какая и была? - спросил он, хороня древнее воспоминание.

Казалось, даже кожа Микаэлы натянулась, резкие очертания ее костей почти прорезались сквозь кожу.
- Я - архангел без гламура, да.

- К сожалению.

Она рассмеялась низким голосом, созданным заставлять мужчин думать о сексе.
Когда впервые он увидел Микаэлу, ее рот был занят членом архангела, который правил древней Византией. Ее глаза встретились с его глазами в тот момент, когда она довела архангела до его маленькой смерти, и Рафаилу было известно, что однажды она бы встала у власти. Спустя два десятка лет Архангел Византии умер.

Его взгляд выхватил Елену, когда она входила в область, поросшую деревьями, которая отделяла его владения от владений Микаэлы.
- Ты говорила об этом с Лижуан? - спросил он, именно когда он смотрел, Елена сморщила губы сосредотачиваясь. Ее рот был аппетитным, соблазнительным. Он был очень заинтересован в обладании им всем своим телом. Но, как и все воительницы, она должна быть им приручена.

- Она говорит загадками, - Микаэла выложила, - не имеет никакого объяснения того, почему гламур ускользает от меня.

При нормальных обстоятельствах, отсутствие которых не могло бы быть почти такой же проблемой, Микаэла обладала другими талантами, кто-то об этом знал, кто-то нет, но никто не мог оспорить ее статус архангела. Однако в этой конкретной ситуации она была в смертельно невыгодном положении, потому что вместе с Гламуром приходит и иммунитет к нему. Рафаил не мог скрыться от Урама, но и Ангел Крови не мог от него скрыться тоже.
- Отзови Рикера.

- Почему?

- Ты не можешь увидеть Урама, но Елена может почувствовать его.

Последовавшие слова Микаэлы были пренебрежительными.
- Рикер наблюдает за ней и ничего больше. Если он потеряет контроль, есть другие охотники. - Пауза. - Она - человек, Рафаил. Она ничего не знает об удовольствии, а я могла бы тебе его продемонстрировать.

Рафаил распахнул крылья в готовности лететь.
- Я бы предположил, что Кэризмнон бы возразил. Ведь когда-то он был твоим любовником.

Взгляд зеленых глаз встретился с его взглядом, когда он подошел к самому краю балкона, сделанного для ангелов: никаких перил, ничего, что бы могло предотвратить смертельное падение.
- Но ты никогда не пробовал. Я могу сделать такое, что вечность превратится в эротическую мечту.

- Проблема в том, что у твоих любовников, кажется, очень короткие продолжительности жизни. - Он полетел вниз через двор, над лесистой областью.

Рикер стоял в нескольких шагах от Елены, его улыбка полна угрозы.

Совсем не испугавшись, Елена выхватила нож, ее поза была такой, словно она приготовилась для спаринга в рукопашной тренировке. Как только она открыла рот, чтобы заговорить, Рафаил опустился позади Рикера, схватив одной рукой плечо вампира, а другую держа на его спине.

- Это - моя территория, - сказал он, - А твоя госпожа - гостья.
Таким было его предостережение, которое он сделал прежде, чем пробил рукой одежду, плоть и мышцы Рикера, чтобы схватить его испуганное сердце.
Секундой позже сердце было в руке Рафаила, а Рикер дергался в судорогах, уткнувшись лицом в землю.

- За что?

Он поднял взор, чтобы встретиться с Елениным испуганным взглядом, созерцающим длительный пульс сердца вампира Рикера.
- Есть границы. И как для смертных, так и бессмертных лучше, если те границы не пересекаются.

Суставы ее пальцев на рукояти ножа стали белыми.
- Поэтому ты убил его?

Рафаил выронил сердце на землю и смотрел на свою окровавленную руку, задаваясь вопросом, вырвал ли Урам сердца его жертв тем же самым способом.
- Он не мертв.

- Я...- она сглотнула, когда он приблизился, и отступила назад, - Я знаю - они могут излечиться от чертовски большого повреждения, но абсолютное лишение сердца?

- Ты снова боишься меня. - Он не видел этого выражения ее лица с той первой встречи на крыше.

- Ты только что вырвал сердце вампира голой рукой. - Ее голос отозвался эхом шока. - Поэтому да, я боюсь тебя.

Он посмотрел вниз на кровь, покрывающую его кожу.
- Я не сделал бы этого с тобой, Елена.

- Намекаешь, моя смерть будет короткой и сладкой?

- Возможно, вместо того, чтобы убивать, - сказал он. - Я сделаю тебя своей рабой.

- Я чертовски надеюсь, что эта твоя извращенная идея - шутка, - резкие слова, но она убрала нож. - Мы, кстати, можем направляться обратно, так что ты можешь смыть кровь. Все равно я потеряла след.

- Он улетел?

- Предполагаю, что да. - Она сложила руки, кивнув в сторону дома Микаэлы. - Ты получил карту ее передвижений?

- Карта будет доставлена в течении следующего часа, - пока они шли, он размышлял над тем, почему ему важно мнение смертного человека, - Ты планируешь пройтись по тем улицам и посмотреть сможешь ли ты почувствовать его?

- Да. - Она шагала вперед решительными шагами, - Если он настолько страдает навязчивой идеей, насколько, вы думаете - и черт подери, ухаживает за ней, поднося окровавленные сердца- то он не слишком будет удаляться от нее.

- Да, не будет.
Эти Объятые Кровью всегда убивали ангелов перед тем, как их падение полностью свершится. В большинстве случаев, это был ближайший к ним ангел - мрачный символ, как будто они отрешились от всего того, чем они когда-то являлись.

Елена кивнула.
- Тогда, возможно, мы сможем накрыть его в его логове, пока он сыт и доволен из-за того количества крови, которую он выпил. Разве он намного отличается от тебя? - Она взглянула на него, ее взгляд скользил по его окровавленной руке и предплечью, после чего она шумно втянула воздух и отвела взгляд.

- Из того, что нам известно, - сказал он, сжав руку в кулак, - Объятый Кровью...

- Объятый Кровью? - она бросила хмурый взгляд, - У тебя есть название тому, во что превратился Урам? Это значит, что это - не единичный случай.

- Объятый Кровью, - сказал он, игнорируя ее подразумеваемый вопрос, - действует как вампир, чрезмерно преувеличенный вампир. Он будет ленивым, сонным, уязвимым.

Свой гнев, вызванный его отказом отвечать на ее вопрос, Елена не скрывала, но что-бы она ни хотела сказать, эти слова были перебиты звонком ее мобильного. Выхватив его из кармана, она щелчком открыла телефон.
- Да,- ее глаза забегали,- Что? - Пауза. - Я...
Впервые он видел ее неуверенный взгляд.
- Да. Я буду там. - Она закрыла телефон, - Мне нужно уйти на некоторое время. Я вернусь к тому времени, как Микаэла доставит свою карту.

- Где? - спросил он, ему не понравилось выражение на ее лице.

Последовал тяжелый взгляд.
- Не лезь не в свое дело.

Он должен был разозлиться. Частица него, та его часть, которая больше тысячи лет накапливала высокомерие, была разозлена. Но его остальная часть была заинтригована.
- Частица моего собственного лекарства?

Она пожала плечами, ее губы сжались.

- Твой отец.

Ее плечи напряглись.
- Ты что, перехватывал радиоволны во время моего разговора?

- Даже архангелы не могут этого делать. - Не всегда, если уж честно, но в данном случае, с тех пор как он поклялся не подслушивать ее мысли, это -правда. - Но я провел собственное исследование.

- Превосходно.
Если бы слова ранили, он был бы порезан на мелкие кусочки.

Он взглянул вниз на свой окровавленный кулак и подумал, видела ли она сейчас в нем монстра.
- Джефри Деверо - единственное человеческое существо, которым ты, кажется, не способна управлять.

- Как я уже говорила - не лезь не в свое дело. - Ее челюсти стиснулись так сильно, что она уже должна была почувствовать боль.

- Ты уверена?

Вопрос Рафаила снова и снова звучал в ее голове, в то время как она шагала к изысканному особняку, который ее отец эксплуатировал как частный офис. Был и другой офис, высоко расположенный в башне из стали и стекла, но именно здесь продолжались настоящие махинации. А также это было место, куда входили только по приглашению.

Елена никогда не переступала через этот порог.

И теперь она остановилась перед закрытой дверью, ее взгляд упал на неброскую металлическую табличку слева.

"ВЕВЕРО ИНТЕРПРАЙЗИС, ОТД.1701"

Семейство Деверо могло уходить корнями на многие годы назад, порой Елена думала, что они, должно быть, хранили записи даже о том, что некогда выползли из первобытного ила. Ее губы сжались. Печальный факт, что другая сторона ее семейного остова не была столь основательна. У осиротевшей иммигрантки, росшей в приютах на окраинах Парижа, Маргерит не было рассказов про семейную историю, ничего помимо смутного воспоминания о марокканских корнях ее матери. Однако она была красавицей, ее кожа была золотого оттенка, а оттенок ее волос был близок к чисто-белому.

А ее руки... талантливые руки, руки, которые плели волшебство.

Елена никогда не могла понять почему ее родители поженились. И наиболее вероятно, никогда не поймет. Родитель, который мог говорить с ней, был мертв, а тот, который остался, казалось позабыл, что у него была жена по имени Маргерит - женщина, говорившая с акцентом и смеявшаяся так громко, что прогоняла любую тишину.

Елена задалась вопросом о том, думал ли хотя бы ее отец об Ариэль и Мирабэль или их он тоже стер из своего мира?

Взгляд Ари, смотрящий в ее глаза, когда Елена пронзительно кричала. Кровь Бэль на кухонной кафельной плитке. Ее босые ноги скользят по этой жидкости, резкая твердость пола, когда она упала. Теплая влажность у ее ладони.

Рука сжала сердце, успокаивая его биение.

Елена встряхнула головой в резком отрицании, пытаясь стереть путаницу отвратительных картин. То, что сделал Рафаил... было еще одним напоминанием, что он не был человеком, не был даже чем-то близким к человеку. Но Архангел Нью-Йорка не был тем чудовищем, с которым она столкнулась лицом к лицу.

Разогнув руку, она нажала на звонок и посмотрела вверх на скромную камеру системы безопасности. Секундой позже дверь открылась. С противоположной стороны не было Джефри. Елена его и не ожидала. Ее отец был слишком важным человеком для того, чтобы открывать дверь своему самому старшему из живых детей. Даже тогда, когда он не видел этого самого ребенка десять холодных лет.

- Мисс Деверо? - машинальная улыбка маленькой брюнетки, - Пожалуйста входите.

Елена шагнула внутрь, обратив внимание на призрачно-бледную кожу женщины на фоне скромного морского цвета ее отлично скроенного костюма. Каждый дюйм ее фигуры говорил о том, что она - исполнительный ассистент, одинокий штрих яркости исходил от сияющего бриллианта на ее правом среднем пальце и от высокого мандаринового воротничка ее жакета. Елена сделала глубокий вдох, чувствуя как ее губы изогнулись.

Спина женщины была словно натянута.
- Я - Джеральдин, личный ассистент мистера Деверо.

- Елена, - она пожала руку женщины, отметив про себя то, что она холодная, - Я предполагаю, что Вы выписываете себе рецепт на препарат железа.

Спокойное выражение лица Джеральдин еле дрогнуло.
- Я возьму его во время совещания.

- Вы уже это делаете,- Елена подумала, имел ли ее отец хоть малейшее представление о внеклассных занятиях своего ассистента, - Где мой отец?

- Следуйте за мной, пожалуйста, - Колебание. - Он не знает. - Не просьба, а почти гневное заявление было слышно в коротких гласных, свойственных частным школам.

- Эй, то что Вы делаете в свое свободное время - Ваше личное дело, - Елена пожала плечами, разум заполнила картина того, как Дмитрий склонился над шеей той блондинки. И голод в его глазах после того, как она порезала его шею. - Я лишь надеюсь, что оно того стоит.

Женщина улыбнулась мягкой, сокровенной улыбкой прежде, чем проводить Елену в холл.
- О, да. Это лучше, чем Вы можете себе представить.

Елена сомневалась в этом, у нее еще были живы воспоминания о том как рука Рафаила ласкала ее грудь, сильная, требовательная, более чем немного опасная. Еще хуже, что она не могла забыть ту же самую руку, разрывающую грудную клетку мужчины, и выдирающую оттуда сердце.

Джеральдин остановилась перед закрытой деревянной дверью. Она коротко постучала и отодвинулась.
- Пожалуйста, входите. Ваш отец ожидает Вас.

- Спасибо, - она положила руку на дверную ручку.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/11711/37578

Переводчики: guzelle, DiKo, tusenka88