Готовый перевод Nalini Singh - ANGELS’ BLOOD / Налини Сингх - Кровь ангелов (книга 1): Глава 32

Глава 32

Рафаил легким движением уложил ее на постель.

- Как мягко, - выдохнула она снизившимся голосом, когда почувствовала прикосновение простыней к своей коже, и ее захватил взгляд архангела. Его взор был настолько по-мужски сексуален, настолько собственническим, что на одну мимолетную секунду она засомневалась - не делает ли она ошибку. Что если он не отпустит ее?
- У тебя когда-нибудь были рабыни? - спросила она.

Его губы слегка изогнулись, но это было веселье, смешанное с чувственной потребностью.
- Много,- он взял ее за лодыжки и раздвинул ей ноги, - Все они страстно стремились услужить мне... всеми возможными способами.

Она попыталась отбрыкаться от него, но он лишь пододвинул ее еще ближе к себе, а на его лице читалась какая-то идущая изнутри сексуальность.
Но он продолжал:
- Некоторые из них годами учились доводить мужчин до экстаза. Вампирши имели в своем распоряжении целые столетия для практики.

- Негодяй, - язвительно высказала она, но ее живот напрягся в предвкушении, а груди стали горячими.

- Однако, - он подтянул ее навстречу своему движению, и в эту самую секунду погрузился в нее одним мощным ударом, - никому из них я не запрещал заводить других любовников.

Ее спина выгнулась, она пыталась вобрать в себя всю силу его проникновения в ее тело, это было ощущение крайней полноты, непрерывный экстаз. Когда она смогла, наконец, снова вздохнуть, то обнаружила его в том же положении, как будто он тоже старался не потерять контроль.
- Ты не производишь впечатление человека, согласного делиться с кем-либо, - ее голос стал хриплым.

- Нет. Если одна уходила к другому, - Рафаил начал медленно с наслаждением выходить из нее, - то находилось множество других, готовых занять ее место. Это для меня почти не имело значения.

Елена почти потеряла способность думать, все ее естество сосредоточилось на том месте, где их тела слились воедино. Оставшееся благоразумие разрушалось под пьянящей, соблазнительной силой его слов.

- Если ты заведешь себе другого любовника, Елена, - сильным толчком войдя в нее снова, он заставил ее задыхаться, - тогда то, что я сделаю с ним, станет страшным сном, впечатанным в людскую память.
А потом не было никаких слов, только слаженные скользящие движения тел, натиск мужского и ответ женского тела, бурный чувственный взрыв, переходящий в экстаз.

Последнее, что помнила Елена, это мысль, что может быть она недооценила силу их совместного желания.

Она проснулась от ощущения, что спит на чем-то теплом, мягком и шелковистом. Запустив пальцы в то, на чем лежала, она поняла, что было под ней:
- О-о! - ужаснувшись, она резко вскочила. Сильная мужская рука уложила ее обратно.

- Но твои крылья, - прошептала она, погладив рукой великолепие нижней части одного из них.

- Они сильные. - Ленивое мужское утверждение, наполненное чем-то еще.

Она уже почти повернулась, чтобы посмотреть на него, когда увидела каким было ее тело:
- О нет, только не это! - Она сияла с головы до ног, ангельская пыль была везде - в ее порах, на ее ресницах, на губах. Ее специальная смесь.

Рафаил начал ласкать ее своей рукой, проводя по бедру, вдоль линии талии к ее груди.
- Это было... не нарочно.

Неужели в его голосе она услышала смущение? Хмурясь, она слизала несколько пылинок со своих губ. От этого тепло и покалывание разлилось по всему ее телу, как будто она и так уже не сгорала изнутри.
- Это похоже на, м-м-м, быстрое избавление от следов?

Он сильнее прижал ее рукой, которой обнял за талию.
- Есть жалобы?

Елена улыбнулась, понимая, что она была права: архангел тогда потерял контроль.
- Черт, нет.- Прокрутившись в его объятиях, она взглянула ему в лицо. Он перестал улыбаться. - Ты выглядишь... по-другому.
Было что-то неосязаемое, что она не могла объяснить. Но...

По его лицу пробежала тень.
- Ты сделала меня немного человечнее.

Вспышки памяти. Рафаил истекает кровью после того,как она в него выстрелила.
- Что это значит?

- Я не знаю. - Его поцелуй был лихорадочно горячим, а затем его член оказался внутри нее, прежде чем она осознала это. Их соитие было стремительным, бурным и совершенно великолепным.

Много-много позже, когда они встречали слабые зачатки нового дня, она попыталась стереть ангельскую пыль, это увенчалось незначительным успехом. Ее кожа продолжала сиять, но не так заметно. И к счастью, это фактически не светилось в темноте.
- Если кто-нибудь попробует это, - спросила она Рафаила, который рассматривал ее одеяние в расслабленной позе у камина, - он захочет вскарабкаться на меня?

- Да. - Его глаза замерцали. - Поэтому не позволяй никому это пробовать.

В его команде она расслышала угрозу.
- Не начинай снова грозить убивать из-за меня людей, Рафаил.

- Ты сделала свой выбор.

Переспать с архангелом.

- Думаю, что сексуальный максимум начинает снижаться, - пробормотала она, надевая пару брюк цвета темного хаки и черную футболку. Также она влезла в черный свитер. Было раннее утро, а снаружи все еще было темно и холодно, так как дождь принес с собой и похолодание. - Я серьезно, Рафаил, если ты собираешься убивать невинных, то я буду охотиться на тебя.
Теперь она совсем не скрывала от него свое оружие, в том числе и специальный пистолет, вытаскивая оружие из своей 'дежурной' сумки и пряча его на своем теле.

Он без всякого выражения смотрел на нее, его крылья переливались в отблесках пламени, а его потрясающее тело было обнажено, за исключением пары черных штанов:
- Медовый месяц окончен?

Елена прошла по ковру и посмотрела в лицо, которое, она это знала наверняка, будет видеть во всех своих снах весь остаток своей жизни.
- Нет, - сжав руку на его обнаженной груди, она подождала, пока он склонит голову к ней, и тогда поцеловала его. - Здесь наверху хочешь называть меня своей игрушкой - называй. Но только не ожидай, что я ею буду на самом деле.

Его рука оказалась на ее груди, предупреждающе поглаживая.
- Не пытайся управлять мною, маленькая охотница. Я не ...

Остаток его фразы исчез во взрыве белого шума.

"Подойди, маленькая охотница. Попробуй."

- Елена. - Резко сказанное слово вернуло ее в реальность.

- Да, - она прочистила горло, - Я рада, что мы все выяснили. Дождь уже прекратился...

- Что ты видела?

Она встретила его взгляд:
- Я не готова сейчас рассказать тебе.
"И может быть никогда не буду готова."

Рафаил не стал выуживать это у нее насильно.
- Снаружи все еще немного моросит. Это должно удержать его в Оцепенении.

- Да, - отступив назад, она сложила руки, - об этом я не думала. Им ведь не нравится холод, так ведь? - Это был риторический вопрос. - Особенно после того, как насытятся.

- Тогда снова скажу, что Урам - не вампир.

Елена расстроенно выдохнула:
- Тогда кто он, черт побери? Скажи мне!

- Он - Ангел Крови. - Рафаил отошел к окну, но она знала, что он видит вещи куда более мрачные, чем предрассветный сумрак.- Настоящая мерзость, то, что вообще никогда не должно существовать.

Гнев, исходивший от него был почти физически ощутим.
- Урам - первый?

- Он первый архангел, ставший Одержимым кровью на моей памяти. Но Лижуан говорит, что были и другие.

В памяти Елены всплыли изображения старейшего из архангелов, которые она когда-либо находила. Лижуан была единственной из Руководящей Десятки, у кого почти проявились признаки старения. Это не сделало ничего, чтобы умалить ее экзотическую красоту: ее лицо, ее кости, ее бледные-бледные глаза. И все же, в Лижуан было что-то неуловимо неправильное. Как-будто она больше не принадлежала этому миру.

- Первый архангел, о котором тебе известно, - пробормотала Елена, думая дальше, - А что насчет обычных ангелов?

- Очень хорошо, Елена. - Рафаил не отвернулся от окна, он словно стал опять таким же далеким, каким был тогда на крыше, кажется будто неделю назад. - Те другие, были проще. Большинство из них были молодыми мужчинами и обладали меньшей частью интеллекта Урама, который он, кажется, сохраняет и после трансформации.

- И сколько же их было? - она смотрела на его затылок так, как будто она могла заставить его говорить. - По одному в год?

Он встретился с ней взглядом в отражении на окне, когда она подошла и встала позади него.
- Нет.

Подавив свое недовольство, она обошла его и встала лицом к нему так, что окно оказалось у нее за спиной:
- Очевидно, вы очень хорошо скрывали все следы Одержимости Кровью, ведь у человечества нет об этом даже легенд.

- В большинстве случаев только жертвы узнавали правду, да и то за несколько минут до смерти.

- Это делает меня специалистом экстра-класса, - она провела по краю слегка золотого пера около его бицепса, - Скажи мне, эта Одержимость кровью, это - врожденное безумие?

Изгиб его густых ресниц выделялся на коже, которую она не так давно целовала.
- Мы все опасаемся, что можем стать Одержимыми кровью.

Получив такой прямой ответ, Елена даже опустила руку:
- Что, и никаких переживаний по поводу того, что я узнаю слишком много?

- Ты и так уже знаешь слишком много. - В его улыбке был слабый намек на его возраст, на жестокость, и на то о чем лучше не догадываться. - Хорошо, что ты теперь со мной. Никто не посмеет тронуть мою любовницу.

- У очень плохих бессмертных такие мимолетные интересы. - Холод стекла за ее спиной начал просачиваться в ее кости, но она не двигалась. - Раз уж я уже знаю слишком много, может скажешь мне почему ангелы превращаются в вампиров.

Его лицо приблизилось.
- Ты все еще человек.

Елена едва сдержалась, чтобы не пнуть его.
- А также я - охотник, выслеживающий архангела. Ты втянул меня в это. Так дай же мне орудия, которые понадобятся для борьбы.

- Твоя работа - это найти Урама. Нам нужна твоя способность выслеживать.

Нам. Руководящей Десятке.

- Как я сделаю свою работу, если ты препятствуешь мне? - Елене стоило чрезвычайных усилий сдерживать свой характер, - Чем больше я буду знать о цели, тем лучше я смогу предугадать его действия.

Рафаил провел пальцем по ее щеке.
- Знаешь почему Иллиум лишился своих перьев?

- Потому что у тебя было плохое настроение? - она раздраженно выдохнула, - Не пытайся сменить тему разговора.

- Потому что, - сказал Рафаил, игнорируя ее слова, - он рассказал наижутчайшую правду о нас человеку.
То, как Рафаил сказал это, какими словами, сделало невозможным игнорировать его возраст, его бессмертие.

Захваченная, она спросила:
- Что случилось со смертной?

- Мы забрали ее воспоминания, - Рафаил ладонью погладил Елену по щеке, - А Иллиуму было запрещено разговаривать с ней когда-либо снова.

- Он ее любил?

- Возможно, - лицо Рафаила говорило о том, что это было не важно, - Он наблюдал за ней весь остаток ее жизни, зная что она его больше не помнит. Разве это любовь?

- А ты не знаешь?

- Веками я видел тысячи разновидностей любви. Любовь - не постоянна. - Рафаил смотрел на нее, но лицо его ничего не выражало. - Если Иллиум любил свою смертную, тогда он был дураком. За столетия она уже превратилась в пыль.

- Бессердечный, - прошептала она, чувствуя спиной тепло лучей восходящего солнца. Как долго они стояли здесь, если исчезающий край ночи уже успел превратиться в рассвет? - И ты не мог позволить ему дожить жизнь с женщиной, которую он любил?

- Нет, - Острые, прямые черты выделились на его лице, в котором сейчас не было никакого милосердия, - Потому что если знает один смертный, то вскоре узнают и другие. У вас небольшие понятия о том, что такое тайна.

В его абсолютном утверждении Елена увидела свое будущее.
- Только не мои воспоминания, - напомнила она ему, - Загони меня в землю, если дойдет до этого, но не смей забирать мои воспоминания.

- Ты предпочитаешь смерть?

- Да.

- Да будет так.

Ее кровь вспыхнула от фатальности этих трех коротких слов, от понимания, что Рафаил сказал их как обет.
- Ты же понимаешь что, чтобы убить меня, ты сначала должен будешь поймать меня.

В его последовавшей улыбке было холодное высокомерие мужчины, который сознавал насколько опасен он был:
- Это разрушит скуку столетий.

Елена усмехнулась и взглянула наружу:
- Дождь прекратился. Я выйду, посмотрю смогу ли я обнаружить след, на случай если Урам не провел эту ночь в Оцепенении.

- Сначала поешь, - Рафаил отодвинулся, - Мы ни на минуту не прекращали поиски, если бы он снова убил, то я бы уже знал.

Нервничая, но понимая что лучше что-нибудь съесть, Елена согласилась:
- Я быстро перекушу.

- Ты начнешь поиск с Микаэлы?

- И с нее тоже. Если Урам где-то поблизости, то возможно он навещал ее. Там...,- Что-то зазвонило знакомой мелодией, - Проклятье, где я его положила?

- Здесь, - Рафаил выудил ее мобильный из одежды, брошенной поверх ее маленькой сумки, в которой Елена держала вещи. - Лови.

- Спасибо, - Одного взгляда на дисплей было достаточно, чтобы устроить в ее животе болтанку, - Алло, Джефри.
Елене стало интересно что бы сказал ее отец, если бы она поведала ему о том, что находится в одной комнате с полуголым архангелом. Возможно, он попросил бы ее уладить дельце, пока вышеупомянутый архангел одурманен сексом.

Взглянув на профиль сверх-понятливого Рафаила, в то время как он включил ноутбук, не замеченный ею раньше, Елена почувствовала как ее губы изгибаются в скупой улыбке.
- Что случилось? - Желание повесить трубку росло в ее крови колотящейся потребностью, но она сдержала свою руку и позволила Джефри вдавить себя в слезливое малодушие.

- Тебе нужно приехать в мой офис.

Что-то в его интонации прорезалось сквозь сложные, перемешанные слои ее злости:
- Там кто-то находится?

- Сейчас же, Элианора. - Он повесил трубку.

- Мне надо поехать в контору моего отца.

Отвернувшись от ноутбука, Рафаил поднял бровь:
- А я думал, что ты сказала своему отцу все, что тебе было нужно, еще вчера?

Она не стала задумываться о том, как он узнал, ведь они с Джефри даже не пытались понизить тон.
- Что-то не так. Машина все еще перед домом?

Рафаил сделал паузу и Елена поняла, что он, видимо, мысленно говорит что-то вампирам.
- Дмитрий тебя отвезет.

- Отлично, - она стала выходить, - Если это одна из властных игр Джеффри ... Проклятье, нет, я не собираюсь все бросать лишь потому, что он сказал мне это сделать.- Она выхватила телефон и перезвонила ему:
- Я на охоте, - сказала Елена Джеффри, как только тот взял трубку, - У меня нет времени приезжать и играть в счастливую семью.

- Тогда, возможно, ты найдешь время, чтобы приехать и разобрать ту кашу, которую заварил твой друг.

Ее сердце замерло:
- О чем ты говоришь?

- Я совершенно уверен, что она была еще жива, когда он вспорол ее и содрал кожу с ее плоти, чтобы продемонстрировать разрушенную грудную клетку.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/11711/37583

Переводчики: guzelle, tusenka88