Готовый перевод "The darkest whisper" (Sabin) from the collection “LORDS OF THE UNDERWORLD” book 5 by Gena Showalter / "Мрачный шепот" (Сабин) от Джены Шоултер книга 5: CHAPTER 4

Глава 4

Женщина собирается убить его, и не потому, что она была более сильной и более жестокой, чем он.

Которой, если он думал об этом, она была

Он никогда не разрывал человеку горло своими зубами, и он был чертовски впечатлен Гвен.

Она заставила Повелитетей Преисподней выглядеть как зефир.

Два дня прошло с тех пор, как Сабин и его команда спасли ее из пирамиды.

Единственный раз она казалась довольной в первых лучах солнца.

С тех пор она не расслаблялась.

Не ела.

на энергетические батончики которые ей так хотелось, она просто пристально взглянула с тоской перед тем как покачать головой и отвернуться

Она пе поддалась на хитрость Люциена и не приняла душ.

Она не доверяла им, не хотела рисковать быть отравленной и уязвимой беспамятством или наготой, и это было понятно.

Но черт его побери, он испытывал необходимость заставить ее сделать эти вещи.

Ради ее же блага

Без той дряни, которой ее накачивали в камере она должна была ощущать зверский голод

Она должна быть истощенной и грязной – за прошедшие два дня тело требовало омовения, не говоря уже о времени заключения, что весьма странно, потому что остальные женщины выглядели чистыми – и просто не могла чувствовать себя комфортно.

Принуждение ее, однако,это не выход

Ему нравилась его трахея.

Единственной вещью, которую она приняла от него была одежда.

Его одежда.

Камуфляж и военная форма.

они мешком висели на ней, хотя она закатала рукава, штанины брюк внизу и на талии, но не было женщины, выглядевшей более прекрасно

С этим диким водопадом локонов цвета клубники… этими просящими возьми-меня-в-постель губками… она была истинным совершенством

И знание, что одежда, которую она носила носила касалась его тела...
Пора положить конец вынужденному воздержанию.

Скоро.

Самое время вернуться в Буду, вот что он сделает.

Найдет женщину, которая желает хорошо провести время и, в общем, покажет ей хорошее время

Никому не причинят боль, потому что он не будет слонялся поблизости

Но, возможно, тогда в голове у него прояснится, и он придумает, что делать с Гвен.

Что-то другое, что обеспокоило его, были манеры Гвен, она разместила себя в углу и наблюдала за ним независимо от того, кто вошел в его палатку.

за ним

словно сейчас он являлся для нее самой большой угрозой

он накричал на нее в тот день в подземелье, да, говоря ей не прикасаться к нему, но он также заботился о том, чтобы она оставалась на ее ногах на обратном пути через пустыню к их лагерю

Остался с ней и охранял ее, пока остальные воины вернулись в пирамиду в поисках того, что могли пропустить во время первого обыска.

Он действительно заслуживал убийственные взгляды?
Возможно …
Заткнись, Сомнение! я не спрашивал твоего мнения

Даже не знаю, чего тебя заботит, что она думает

Ты никогда не был хорош для женщин, а теперь?
Забавно, что мне приходится напоминать тебе о Дарле

Присев на песчаный пол, Сабин резко захлопнул крышку футляра со своим вооружением, закрыл его на замок и повернулся к принесенной Парисом сумке с едой.

Дарла, Дарла, Дарла, пел демон.

- Как я уже сказал, ты, маленький кусок дерьма, можешь заткнуться к чертовой матери.

Я уже достаточно наслушался.

Гвен, все еще в дальнем углу, , дернулась так как если бы он кричал

Но я ничего не говорила

Он жил среди смертных в течение долгого времени и научил себя беседовать с Сомнением мысленно в его голове.

То, что он забыл свое обучение теперь в присутствии этой пугливой, но смертельно опасной женщины… Унизительно.

Я говорил это не тебе, пробормотал он

более бледная чеь обычного, она обняла себя руками

Тогда с кем же ты разговаривал? мы одни.

Он не ответил

Не мог

Не без лжи

Так как неспособность демона Сомнений врать давным-давно перешла к Сабину, он вынужден был придерживаться правды, уклониться, или он будет спать в течение следующих нескольких дней

К счастью, Гвен не настаивала на ответе

Я хочу домой, сказала она мягко

я знаю

Вчера Парис расспросил всех освобожденных женщин об их заключении

Они были действительно похищены, изнасилованы, забеременелии им было сказано, что их детей заберут от них и обучат быть защитниками против зла

После этого Люциен перенёс всех кроме Гвен - которая ничего не сказала Парису - к их семьям, надеясь, что те спрячут их от Ловцов и обеспечат им покой и комфорт, которого они были лишены во время плена

Гвен попросила перенести ее в пустоши снегов Аляски из всех мест

Люциен потянулся, чтобы взять ее за руку, несмотря на ее отказ сотрудничать, и Сабин встал меж ними

Как я сказал в подземелье, она остается со мной, сказал он

Gwen had gasped.

Нет! Я хочу уйти

Прости

Этого не будет

Он не хотел смотреть ей в лицо, опасаясь изменить решение и отпустить ее, невзирая та то, что ее сила, быстрота и дикость могли бы выиграть для него эту войну, и таким образом спасти его друзей.

Боги, он мечтал о конце, о победном конце в течение слишком многих лет; он не мог поставить потребности и желания Гвен превыше победы

Еще сильнее он желал Галена – человека, которого он ненавидел больше всего в этом мире, победить и заточить в тюрьму.

Гален, о котором когда-то забывали, был тем самым, кто убедил воинов помочь украсть и открыть ящик Пандоры.

Он также был тем человеком, который тайно запланировал убить их всех, затем захватить демонов, которых они освободили, становясь героем в глазах богов

Но планы не удались как ублюдок надеялся, и он был проклят чтобы предоставить жилище демону - Надежде - точно также как и другие войны.

Если бы только на этом все и закончилось

В качестве дальнейшего наказания все они были изгнаны с небес

Гален, все еще настроеный уничтожить мужчин, которые называли его другом, быстро собрал армию оскорбленных смертных, Ловцов, и разразилась бесконечная кровная вражда.

Вражда, которая только усилилась с каждым прошедшим годом

Если Гвен могла бы помочь Сэбину даже самым маленьким способом, она была слишком ценна чтобы отпустить

Она, однако, думала по-другому

Пожалуйста, попросила она

Пожалуйста

однажды я отправлю тебя домой, но не сейчас, сказал он ей

Ты можешь быть полезна нам и нашему делу.

Я не хочу помогать ни в каких делах

Я просто хочу домой.

Прости

Как я уже сказал, что этого не произойдет в ближайшем будущем

Ублюдок, пробормотала она

Затем она замерла, словно не собиралась говорить это так громко, а теперь подумала, что он набросится и ударит ее

Когда он не сделал этого, она немного успокоилась

Таким образом, я сменила одного похитителя на другого, так? ? Ты обещал, что не причинишь мне вреда

нежная, такая нежная

даже почти с печальным смирением, и это… ранило его

Просто отпусти меня

Пожалуйста

Очевидно, девушка боялась

Его, его друзей

Саму себя и своих смертоносных способностей

Иначе она попыталась бы угробить его или поторговалась бы за своё освобождение

Но она ни разу не сделала этого

Боялась ли она того, что они сделают, если поймают ее? Или того, что она сделает с ними?
Или как Сомнение любил нашептывать в темноте ночи, она вынашивала гораздо более зловещие планы? Была ли она Наживкой, очень умело поставленной Ловцами ловушкой? Ловушкой, созданной для его уничтожения?
Невозможно, каждый раз парировал он

Такую робость нельзя подделать

Дрожь, отказ даже поесть.

который подразумевал ее страхи, какими бы они не были, были реальны

И чем больше времени она провела с ним, тем больше те страхи и сомнения станут

Они станут всем, что она знаeт, все о чем она думаeт

Она подвергнет сомнению каждое слово из ее рта, каждое слово из его рта

Она подвергнет сомнению каждое действие

Сабин вздохнул

остальные здесь уже подвергали сомнению его действия, и не из-за его демона

при ее просьбе выражение Люциена укрепилось — редкая вещь, поскольку Люциен всегда тщательно сдерживал свои эмоции

После приказaл Парису охранять ее, он перенес Сaбинa в дом, арендованный ими в Каире, где они могли поговорить вдалеке от остальных

вдалекe от Гвен

Последовал десятиминутный спор

И потому что перемещение всегда вызывало отвращение у него, заставляя его живот выворачиваться, он не был в своих лучших проявлениях

Она опасна, начал Люциен

Она сильна

Она убийца

Привет, мы тоже

Единственное различие , она лучше в этом чем мы

Люциен нaхмурился

Как ты знаеш? ты только видел, как она убивает одного человека

и суйчас ты непускаеш ее в наш дом из-за этого самого убийства - несмотря на то что она убила нашего врага

Смотри, Ловцы знают наши лица

Они всегда выискивают нас

Но единственные, кто знал ее, теперь мертвы или заперты

Она наш троянский конь

Наша собственная версия Приманки

Они примут ее, и она убьет их

Или нас, пробормотал Люциен но Сабин мог сказать, он рассматривал предлржение

Она просто кажется такoй … малодушной

Я знаю

Возле тебя это только ухудшится

и снова я знаю, прорычал он

Тогда, как ты можеш думать, использовать ее в качестве солдата?
Поверь мне, я взвесил за и против

Малодушнaя или нет, дух сломанный мной или нет, у нее есть врожденная способность убивать

Мы можем использовать это для нашей собственной выгоды

Сабин...
Она идет с нами, и это так

Она моя

Он не хотел утверждать ее, не этим путем

Он не нуждался в еще одной ответственности

Особенно красивой, боязливой женщиной он никогда не мог надеяться обладать

Но это был единственный выход

Люциен, Мэддокс и Рейес привели женщин в их дом, поэтому они не могли отвергнуть вход для его

Он не должен был сделать этого ей, должен был только позволить ей уйти для общей пользы

Но как он уже напомнил себе, он поместил свою войну с Ловцами выше всего остального, даже его лучшeго другa, Бадена, хранителя Недоверия

Теперь мертвый, ушедший навсегда

Он не мог сделать исключения для Гвен

Она поедет в Будапешт, нравится ей это или нет

сначала всё же он собирался накормить ее

Присев в метре от пленницы так, чтобы их лица оказались на одном уровне, он принялся снимать обертки с Twinkies и готовых сандвичей для ланча.

Он вставил трубочку в коробку сока.

Боги, как же он соскучился по домашней кухне Эшлин и изыскам, которые Анья "одалживала" в пятизвездочных ресторанах Буды.

- Ты когда-нибудь летала на самолете? – спросил он.

- К-какая тебе разница? Она вздернула подбородок, языки желтого пламени плясали в ее глазах.

Но этот жаркий взгляд предназначался не ему.

А еде, которую он раскладывал на бумажной тарелке перед собой.

Проявление интереса.

Ему это понравилось.

Он определенно предпочитал это демонстрируемому ранее стойкость.

- Никакой.

Я просто хочу быть уверен, что ты не собираешься… Проклятье.

Как же сформулировать эту мысль без упоминания того, что она сотворила с Ловцом? - Напасть на тебя от перепуга, - договорила она за него, краснея от смущения.

- В отличие от тебя я не лгу.

Посади меня на самолет, который не будет следовать курсом на Аляску, и у тебя появятся весьма приличные шансы на то, чтобы познакомиться поближе с моей… темной половиной.

На последних словах она запнулась.

Его глаза угрожающе сузились, а мысли зациклились на начале ее фразы.

Он собрал валяющиеся вокруг упаковки и забросил их в полотняный мешок для мусора.

- Что ты хочешь сказать этим «в отличие от тебя»? Я никогда не лгал тебе.

То, что он все еще оставался в сознании, подтверждало это.

- Ты сказал, что не причинишь мне вреда.

Мышцы пульсировали в его скулах.

И я не.

Не.

- Удерживая здесь, ты вредишь мне.

Ты обещал, что освободишь меня.

- Я же освободил тебя.

Из пирамиды.

Он пожал плечами, разыгрывая святую простоту.

- И пока ты физически не ранена, я считаю, что никакой вред тебе не причинен.

Сдавленный вздох вылетел из него.

- Неужели находиться рядом со мной столь ужасно? Она сжала губы тонкой линией.

Ай.

- Не важно.

Тебе придется привыкнуть ко мне.

Нам двоим, предстоит провести вместе много времени.

- Но почему? Я не забыла, как ты говорил, что я могу быть полезна.

Чего я никак не пойму, это того, что именно, по твоему мнению, я могу сделать.

Почему бы не рассказать ей все? - подумал он.

Это может склонить ее на его сторону.

Или же испугать еще сильнее и дать лишний повод для побега.

Сумеет ли он остановить ее?
Не зная, чего он хочет от нее должно быть пыткой, хотя, она и так достаточно настрадалась.

- Я дам тебе всю необходимую информацию, - сказал он.

- Если ты поешь.

- Нет.

- Я...Я не могу.

Сабин поднял тарелку, внимательно осмотрел ее содержимое.

Она зачарованно следила за каждым его движением.

Убедившись, что завладел всем ее вниманием, он откусил половинку от Twinkies.

- Не могу, - опять проговорила она, хотя голос ее звучал также, как она выглядела: заворожено.

Он проглотил, а затем слизал остатки крема.

- Видишь.

Еще жив.

Не отравлена.

Неуверенно, как будто она более не могла противиться самой себе, Гвен потянулась к нему.

Сабин вложил сладкую булочку в ее ладонь, и она мгновенно прижала ту к груди.

Несколько минут прошло в молчании, она осторожно смотрела на него.

- Значит эта еда – плата за послушание? – спросила она.

Нет.

Он не позволит ей думать, что с ним можно торговаться.

- Я просто хочу, чтобы ты была здорова.

- Ааа, - протянула она с явным разочарованием.

Почему разочарование?
Демон Сомнений едва ли не плясал от желания выбраться из головы Сабина и оказаться в мыслях Гвен.

Еще немного и его хватка ослабнет.

Однако один неверный совет от демона, и Сабин точно знал, что она бросит булку на землю.

- Ешь, - мысленно попросил он.

Пожалуйста, съешь.

Это была не самая питательная еда, но в данный момент он был бы рад, если бы она съела даже груду песка.

Наконец-то, она поднесла ко рту золотистую булочку и соблазнительно откусила кусочек.

Длинные, темные ресницы сомкнулись и на губах расцвела улыбка.

Абсолютный экстаз светился на ее лице – так обычно выглядят женщины после бурного оргазма.

Его тело мгновенно откликнулось, напрягся каждый мускул.

Сердце забилось быстрее; ладони зачесались от желания прикоснуться к ней.

Боже мой, как же она прекрасна.

Вполне вероятно, она самое изысканное создание из всех, кого он когда-либо встречал, все сексуальные желания и блаженные падения.

Секундой позже булочка исчезла у нее во рту, отчего ее щеки раздулись.

Жуя, она протянула руку, молча приказывая ему дать ей еще.

Он послушался не колеблясь.

- Может, отдашь половинку мне? – спросил он прежде чем передать.

Ее взгляд потемнел, тьма затопила золото.

Может, и нет.

Он поднял руки ладонями вперед, пока она отправляла вторую булочку себе в рот.

Тьма ушла, уступая золоту.

Крошки сыпались из уголка ее рта.

- Пить хочешь? – он указал на сок.

Она опять протянула руку, нетерпеливо приказывая ему поторапливаться и подать ей коробку.

За пару секунд все было выпито до капли.

- Медленнее или тебе станет плохо.

Тьма запросто вернулась в радужки ее глаз.

По крайней мере, не кровоточившие белки, как это произошло за миг до того, когда Гвен напала на Ловца.

Сабин подтолкнул к ней тарелку, и она буквально смела всю оставшуюся еду.

Когда она закончила откинувшись назад, довольная усмешка вновь осветила ее лицо.

Щеки залил яркий румянец.

И ее тело буквально расцвело у него на глазах.

Грудь пополнела.

Ее талия и бедра грешно округлились.

Его член, все еще твердый и жаждущий, запульсировал в ответ.

Прекрати.

Сейчас же.

Его эрекция наверняка испугает ее, потому он остался сидеть, плотно сжав колени и сгорбившись.

Что, если ей понравится? Что, если она попросит приблизиться и поцеловать ее? Прикоснуться?

Но вдруг Гвен начала бледнеть.

Улыбка увяла, она нахмурилась.

- Что случилось? - спросил он.

Не говоря ни слова, она отдернула полог палатки, вывалилась наружу, и ее вырвало только что съеденным.

Вздыхая, он поднялся на ноги и достал платок.

Смочив остатками воды из бутылки, он дал его ей.

Она вползла внутрь и вытерла рот дрожащей рукой.

- Знала ведь, - пробормотала она, принимая привычную позу.

Обняв руками подтянутые к груди колени.

Не есть слишком быстро? О, да.

А ведь предупреждал ее.

Сабин прокашлялся и решил накормить ее снова, когда ее желудок успокоится.

А пока, они могли бы договорить.

В конце концов, она выполнила свою часть сделки.

Она поела.

- Ты спрашивала, что я хочу, чтобы ты сделала.

Что же, мне необходимо, чтобы ты помогла мне отыскать и уничтожить людей, виновных в твоем… заточении.

Осторожно.

Не пробуждай ее темную сторону болезненными воспоминаниями.

Но не было никакого способа обойти их.

- Другие, они рассказали нам, что здесь творилось.

Стимулирующие зачатие лекарства, изнасилования.

Женщины, заключенные в камеры.

Женщины, которых насиловали и чьих детей отбирали.

Некоторые считают, что все это длилось годами.

Гвен упиралась спиной в ткань палатки, но все, же попыталась отползти, будто хотела сбежать от его слов и пробужденных ими образов.

Сабин и сам с содроганием выслушивал эти истории.

Он мог быть наполовину демоном, но он никогда не делал ничего столь ужасного, что творили с женщинами в этой пещере.

- Это мерзкие люди , - сказал он.

Они должны быть уничтожены.

- Да.

Она опустила одну руку и принялась рисовать маленькие кружки на песчаном полу

- Но… со мной этого не делали.

Слова были произнесены едва слышно, и ему пришлось напрячь слух.

- Не делали чего? Не насиловали?
Кусая нижнюю губу - признак нервозности? - она покачала головой.

- Он слишком боялся открыть мою камеру, потому не трогал меня.

По крайней мере - физически.

Он… насиловал остальных прямо у меня на глазах.

В ее голосе звучала вина.

Ах.

Она ощущает себя ответственной.

Сабин же испытал огромное облегчение.

Мысль о том, что это фееподобное создание повалили, грубо раздвинув ее ноги, пока она кричала и молила о пощаде; пощаде, которой ей никто бы не дал… Он прижал руки к бедрам, его ногти удлинились, превращаясь в когти, прорезающие штаны.

Когда он вернется в Будапешт, Ловцы в подземелье познают такие муки, которые им и не снились в самом жутком кошмаре, - подумал он в тысячный раз.

Он и прежде пытал смертных, рассматривая это как неотъемлемую часть войны, но на этот раз он будет по-настоящему наслаждаться.

- Тогда зачем же он удерживал тебя, раз так боялся?
- Потому что не оставлял надежды, что подберет наркотик, который сделает меня покорной.

Кровь выступила там, где когти встретились с кожей.

Она жила в ужасе, что именно это и случится.

- Ты можешь отомстить за себя, Гвен.

Ты можешь отомстить за остальных женщин.

Я помогу тебе.

Девушка подняла ресницы, песок, с которым она играла, был явно позабыт, а янтарный взгляд ее устремился прямо ему в душу.

- Это можешь и ты.

То есть отомстить за нас.

Очевидно, что эти люди сделали что-то тебе.

Ты пришел сюда, чтобы сразиться с ними, не так ли?
- Да, они сделали кое-что мне и моим друзьям, и да, я пришел сразиться с ними.

И все же это не означает, что я могу уничтожить их сам.

Иначе он бы уже давно сделал это.

- Что они тебе сделали?
- Они убили моего лучшего друга.

И надеются перебить всех, кто мне дорог, и все потому, что верят лжи своего предводителя.

Я веками пытался уничтожить их, - признал он.

Тот факт, что Ловцы продолжали процветать, был словно кинжал, всаженный ему под ребра.

- Но стоит мне убить одного, на его место встают пятеро.

Когда она не удивилась при слове «веками», он понял, что она знала, что он тоже был бессмертным.

Но знала ли она, кем он был?
Ей ни за что не догадаться.

Как и большинство женщин в твоей жизни, она будет презирать твою сущность.

Как может быть иначе? И посмотри на нее сейчас.

Такая милая, такая нежная.

Ни намека на ненависть.

Пока.

Последние слова были буквально про петы.

Демон Сомнений.

Его вечный компаньон.

Крест, который он вынужден нести.

- Откуда мне знать, что ты не один из них? – спросила она.

Откуда мне знать, что это не еще одна уловка, чтобы добиться моего сотрудничества? Я помогу тебе в сражении с врагом, а ты изнасилуешь меня.

Я забеременею, а ты отберешь ребенка у меня.

Сомнения.

Любезность со стороны его демона?
Не успел он обдумать ответ, как она добавила напряженным тоном:
- Я видела, как ты сражался с этими людьми.

Ты ранил их, заявлял о своей ненависти, но не убивал их.

Ты оставлял им их жизни.

Это не совсем то, что делает воин, жаждущий изничтожить своих врагов.

Говоря это у не родилась идея.

Способ доказать свою правоту.

- А если мы убьем их, то это убедит тебя в нашей к ним ненависти?
Она вновь закусила нижнюю губу.

Зубы ее были белые и ровные и немного более острые, чем у людей.

От поцелуев с нею, вероятно, может произойти кровопускание, но часть его подозревала, что это будет стоить каждой пролитой капли.

- Я... возможно.

Возможно лучше, чем ничего.

- Люциен, - позвал он, не отводя от нее взгляда.

Ее глаза расширились, и она вновь попыталась отползти назад.

- Что ты делаешь? Не…
Люциен вошел внутрь, выжидающе поглядывая на них.

- Да?
- Принеси мне пленника из Буды.

Все равно кого.

Люциен изумленно выгнул бровь, но ничего не ответил.

Он просто исчез.

- Я не могу помочь тебе, Сабин, - сказала Гвен, отчаянным голосом.

Умоляя его понять.

- На самом деле не могу.

Незачем делать то, что бы ты там не собирался сделать.

Я не должна была орать на тебя.

Все в порядке? Я признаю это.

Я не должна была оскорблять тебя своими сомнениями.

Но я действительно не могу, ни с кем сражаться.

Я замираю на месте, стоит мне испугаться.

А затем теряю сознание.

Когда прихожу в себя – все вокруг мертвы,

- она сглотнула, крепко зажмурилась на пару минут.

- Как только я начинаю убивать, я не могу остановиться.

Не такой солдат тебе нужен, на меня нельзя положиться.

- Ты не убила меня, - напомнил он ей.

- Не убила моих друзей.

- Я честно не знаю, как сумела сдержать себя.

Такого не случалось прежде.

Я не знаю, как сделать это сн-снова.

Она побледнела.

Вновь появился Люциен, на этот раз в сопровождении сопротивляющегося Ловца.

Запустив руку за спину, Сабин выхватил кинжал и встал.

Заметив мерцающее серебром лезвие, Гвен вздохнула.

- Чт-что ты делаешь?
- Это один из твоих мучителей? – поинтересовался Сабин у дрожащей девушки.

Ее полный ужаса взгляд, молча, метался от одного мужчины к другому.

Она явно понимала, что грядет, но ведь это не был разгар битвы.

Произойдет хладнокровное убийство.

Ловец неистово бился в хватке Люциена.

Это не помогло ему освободиться, тогда он начал рыдать.

- Отпусти, отпусти, отпусти.

Пожалуйста.

Я делал лишь то, что мне приказывали.

Я не хотел причинить вреда женщинам.

Все это было ради всеобщего блага.

- Заткнись, - процедил Сабин.

На этот раз он не проявит жалости.

- Ведь ты не спас их, правда?
- Я прекращу попытки убить тебя.

- Я прекращу попытки убить тебя. Я клянусь!
- Гвендолин,

- голос Сабина звучал жестко, непреклонно, как рык по сравнению с мольбой Ловца.

- Ответь.

Пожалуйста.

Этот человек – один из твоих мучителей?
Она только кивнула.

Без предупреждения он перерезал Ловцу глотку.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12903/41935

Переводчики: Rapuncel, Grifiti, Vavajka