Готовый перевод ETERNAL KISS OF DARKNESS - Jeaniene Frost / Бесконечный поцелуй тьмы - Джанин фрост: CHAPTER 7

Все в Кире замерло от ощущения этих острых клыков, прокалывающих ее кожу, но она не была готова к тому, что случилось в следующий момент. Вместо боли, ее накрыл каскад чистейших ощущений. Сладкое, сочное тепло, казалось, медленно распространяется от ее шеи по ее плечам и ниже, пока она не почувствовала, как ее тело погрузилось в горячий шоколад. Все ее заботы исчезли в такой спешке, что она почувствовала головокружение, только поняв, какой был тяжелый стресс, когда он уже не имел значение.

Что-то густое и шелковистое перебирали её пальцы. После того, как туман изчез с сознания, Кира поняла, что подняла свои руки и сейчас они находились в волосах Менчереса. Он глубоко, гортанно застонал в её шею, как только начал глотать. Мою кровь. Менчерес пил мою кровь.

Мысль должна была напугать ее или, по крайней мере, сделать ее беспокойной, но Кира, напротив, прижалась еще ближе к нему. Осколки удовольствия вонзились в нее, когда его клыки скользнули глубже. Тепло, распространяясь через ее тело, начало кружиться и сосредотачиваться в одном месте, заставляя ее сделать вдох на внезапную нужду в ее лоне. Ее руки запутались в ее жестких, темных волосах, необъяснимо побуждая Киру тереться своей шеей о его рот.

Наслаждение пронзило ее достаточно сильное, чтобы заставить ее с трудом дышать, когда его клыки снова скользнули в нее. Она услышала свой стон. Почувствовала другой головокружительный разлив тепла. Как может укус доставлять так много блаженства?

Менчерес поднял голову слишком рано, оставив прохладный воздух на ее горле, а не жесткое, чувственное давление его рта. Нежная ласка его рук по спине и голове исчезла, оставив разочарование пустотой вместо ощущения его объятия.

Она даже не подумала, прежде чем притянула его голову вниз к своей шее. - Не останавливайся, - выдохнула она.

Резкий вздох вырвался у него, когда его язык проделал долгий, медленный путь по ее горлу, где был след от его укуса.

- На самом деле ты так не думаешь.

Черта с два она так не думала. Она нуждалась в чудесном ощущении тепла, заполняющем ее тело. Нуждалась в его прикосновениях... Ее грудь скользнула по мускулистой груди Менчереса, когда она схватила его за голову и притянула ближе к изгибу своей шеи.

Он мягко, но решительно обхватил ее запястье рукой и оторвал от себя, когда отстранился от шей. Жесткое желание начало медленно угасать, оставляя лишь тепло и сладкую вялость , словно она только что вышла из горячей ванной сначала надышавшись закиси азота.

Кира покачнулась, когда головокружения накрыла ее. Менчерес поднял ее и положил на что то мягкое. Она открыла глаза и обнаружила их на диване. Она ожидала, что его рот будет перемазан кровью или струйку крови на его лице, но ничего не нарушало поразительной красоты черты его лица. Его глаза по прежнему были ярко зелеными, встречая ее взгляд с не имеющей имя силой.

Она не имела понятия что сказать. Раскованность, что заставила ее прижимать Менчереса к своему горлу для нового укуса, исчезла, оставив Киру в растерянности. Это страстная реакция лишь то, что случается с каждым, кого кусал Менчерес? И по этому он говорил, что она не подразумевает то, что говорит - не останавливайся?

Или она не хотела, чтоб он останавливался, так как укус был предлогом для большего, желания которое она испытывала к нему? Она разумеется не позволила бы себе фривольного поведения при других обстоятельствах. И независимо от причин своих действий он по прежнему был ее похитителем - ее нечеловеческим захватчиком. И она не собиралась усложнять и без того сложную ситуацию.

-Ты чувствуешь себя лучше?- спросил Менчерес тоном, нисколько не окрашенным ее смущением.

Кира отвернулась, глубоко вздохнув. Она заметила, что сердце ее не скачет больше. На самом деле, стучало оно ровно, словно она только что проснулась.

-Прекрасно.- Потом она решилась спросить. -Эта мое "Еще, еще" обычная реакция людей на твой укус? Или я должна извиниться?

Менчерес отстранился от нее прежде чем ответить. - Это очень часто происходит.

Его тон был настолько жестким, что Кира бросила взгляд на него. Его лицо стало совершенно закрытым, словно у статуи. "Почему ты ожидала другого?" спросила она себя. Этот опыт нов для нее, но Менчересу нужно кусать человека каждый день. Единственная причина, почему он не зевает лишь потому вероятно, что ему не нужно дышать.

Затем внезапно он оказался на коленях перед ней, его руки обхватили ее лицо и зеленые глаза захватили ее.

- Ничего не произошло, Кира. Я не кусал тебя. Ты не возвращалась ко мне домой. Ты вернулась с работы утром во вторник, заболела и поэтому все это время находилась в своей постели.

Странная сила надавила на ее мозг, когда его голос казалось вибрировал в ее голове. На долю секунды Кира приободрилась. Работает наконец! Но так же быстро тревога охватила ее. Если так будет, то она забудет Менчереса. Она даже не вспомнит, что встречала его...

Она моргнула и настойчивый натиск изчез из ее головы. Менчерес по прежнему пристально смотрел на нее своими яркими, нереальными глазами, но она уже не желала попасть под власть их свечения.

- Это не работает. - Странное чувство нахлынуло на нее. Сожаление? Облегчение? Кира отбросила его прежде, чем определила, что это было.

Менчерес оказался на другой стороне комнаты спиной к ней прежде, чем она моргнула. Ничего в его положении не выдавало его мыслей.

- Мы попробуем через два дня.- сказал он.

Это будет как раз через неделю после того рокового утра на складе. Как сказал Менчерес, это должно было быть максимальным временем, для удаления защитного эффекта от его крови для стирания памяти. И в голове Киры тут же всплыл вопрос, который тревожил ее ранее.

Что будет, если по прошедствии двух дней он по прежнему не сможет стереть ее воспоминания? И если Менчерес не сможет заставить ее забыть все, что она узнала о нем и таких же как он..... он когда нибудь отпустит ее?

Менчерес лежал на дне бассейна, лучи солнца второй половины дня скользили по непрозрачному стеклу. Он более часа был здесь в искусственно подогретой воде, но даже это, что обычно расслабло его, было недостаточно для его успокоения. Он думал о коже Киры под его ртом вчера, об ее вкусе, и ее запахе, ставшем глубже и богаче от возбуждения.

Он знал, что ее возбуждение - лишь ответ на его укус. Менчерес сталкивался с ответом, подобным реакции Киры бесчисленное количество раз когда он кормился как от мужчин, так и от женщин. Что было действительно странным, так это его собственная реакция. Когда Кира молила его не останавливаться на мгновение он заколебался. Он мог пить из нее все время, взять ее, забрав лишь немного крови, но подарив невероятное ощущение от своего укуса и не только это. Его желание было настолько велико, что причинило физическую боль, когда пришлось отстраниться от Киры. Менчерес не мог вспомнить последний раз, когда бы он хотел кого то так сильно. Возможно и никогда.

И это было не только похоть. Когда он вновь не смог подчинить ее разум, облегчение, что наполнило его было неоспоримо. Он задавался вопросом, не было ли его собственное нежелание основной причиной в неспособности стереть память Киры. Да, была и еще одна причина для подобного, но правда состояла в том, что он не желал с ней расставаться. Было странное удовольствие видеть Киру каждый день. Ее голос был великолепен и волновал его не зависимо даже говорила она с ним или нет, а ее непосредственная близость занимала его мысли намного больше, чем он когда либо позволит ей знать.

Как это ни парадоксально, он держал ее в плену, пока она пленяла его.

Менчерес выбрался из бассейна, оставив тщетные попытки успокоиться. Есть кое что, что может заставить его чувствовать себя лучше, и это не имеет ничего общего с нахождением под водой. Нужно отправить Горгону собрать всю информацию о Кире, осторожно и досконально. Менчерес уже решил объявить ее своей, чтобы она осталась на попечении Кости, когда сам уйдет. Теперь единственное, что было нужно это донести до Кости информацию, о ком необходимо заботиться, когда придет этот день.

Тот факт, что это стало для него приоритетом не избежало его внимания, но ему было все равно. Можно делать вид, что Кира не важна или можно согласиться с ее значимостью и найти другой способ действовать. Но отказ смотреть правде в глаза никогда не помогал ему прежде.

-Горгона! - позвал Менчерес. И даже не дожидаясь пока тот появится продолжил. - У меня есть для тебя работа.

Менчерес слушал как Кира мечется в своей комнате. Это продолжалось уже два часа. Разумеется, она была раздражена ситуацией и он не мог ее за это винить. Время, проведенное здесь затянулось дольше, чем они ожидали. Тем не менее на шестой день как она пила его кровь он не слышал ни проблеска ее мысли, которые к этому времени должен был слышать свободно.

Он больше не мог притворяться, что именно кровь мешает процессу. За это время он принял решение. И сам его боялся.

- Черт побери.
Менчерес слышал бормотание Киры прежде чем она закрыла дверь и спустилась по лестнице. Он остался сидеть в гостиной заставив себя выглядеть спокойным, словно он не ловил с жадностью любое ее движение в течении последние несколько часов.

- Мне нужно позвонить сестре,- сказала Кира тут же как увидела его.

Он поднял бровь в ответ на требовательность в ее голосе. - Что-то случилось?

- Надеюсь, что нет,- пробормотала Кира. - Можно снова воспользоваться телефоном в библиотеке?

- Да, - ответил Менчерес, наблюдая за Кирой, почти бежавшей туда. Что ее так взволновало? Когда она прошлой ночью повесила трубку после разговора с сестрой, Кира была в порядке. Обеспокоенная, но в остальном, спокойная. Теперь же она действовала так, как будто она только что сходила на могилу своей сестры.

Менчерес слышал механические гудки, сигнализирующие о том, что Кира набирает номер, затем ее напряженное дыхание, пока она ждала ответа. После десятого гудка Кира выругалась, затем положила трубку и набрала номер еще раз.

Он вошел в библиотеку, когда Кира пробормотала очередное ругательство и снова повесила трубку. Ее лицо было бледным.

- Она не отвечает. Что-то не так.

Менчерес не приблизился к ней, но, к своему удивлению, первым его порывом было прикоснуться к нее в утешении.

-Ты и раньше не могла дозвониться сестре, но все было в порядке, - отметил он.

- Сейчас совсем другое. Ранее сегодня утром я просто... почувствовала, что то случилось.- Кира бросила на него задумчивый взгляд. - Ты думаешь, это сумасшествие, но иногда я просто знаю и все. Назови это инстинкт, внутренний голос, как угодно, но так у меня всю мою жизнь.

Напротив, он был одним из немногих в мире, кто имел дар предвидения. Или, по крайней мере, кто пользовался этим даром.

- Сконцентрируйся на этих ощущениях. Сфокусируйся. - подсказал Менчерес.

Она удивленно взглянула на его высказывание, но затем наморщила лоб и стала медленно ходить. Тишина и сосредоточенность вызывали раньше силы Менчереса, когда он был молод и не умел еще хорошо обращаться с даром. Но на протяжении веков он оттачивал свои способности вызывать предвидение по желанию. Он даже мог найти людей на расстоянии многих километров, особенно, если до этого пил их кровь.

Пока его видения резко не прекратились и все, что он видет, стала темнота. Символика часто была частью его видений, и Дуат, загробный мир, куда отправиться его душа его душа, чтобы ждать суда богом Анубисом, находящимся в постоянной темноте. Смерть шла к нему, но Менчерес сам выберет свой собственный конец. Тот, который лучше всего послужит его народу.

- Если я права, и случилось что-то плохое, то Тина должна сейчас быть в госпитале. Мне нужно позвонить, - сказала Кира. Она подошла к телефону и начала набирать номер не дожидаясь каки-либо возражений Менчереса. Он ничего не сказал и смотрел, как она скручивает пальцы в нервном ожидании.

- Госпиталь милосердия и медицинский центр слушает, - услышал он голос оператора в трубке.

- Я проверяю, не попала ли к вам моя сестра, - сказал Кира, сделав глубокий вдох, - Её зовут Тина Грейселинг. Возможно, её могли привезти в реанимацию.

- Минуточку, - оператор переключила линию и несколько секунд из трубки звучала музыка, а затем снова заговорила. - Да, Тина Грейселенг наша пациентка. Пожалуйста не отключайтесь пока я переключу вас на пост медсестры.

Менчерес не говорил, поскольку Киру перевели, и другой голос объяснял ей, что ее сестра была в критическом, но стабильном состоянии. Из того, что он услышал, это произошло не из-за несчастного случая, а из за хранической медицинской болезни.

"Спасибо," сказала Кира прежде, чем повесила трубку. Тогда она встретилась с пристальным взглядом Менчереса.

“Она находится в интенсивной терапии.” Ее голос был дрожащим, ее аромат циркулировал со страхом, возбуждением и виной. “У нее было кровотечение, и ее перевезли в больницу на машине скорой помощи этим утром...”

Ничего из этого не должно иметь значения для него. Сестра Киры была в больнице; не было больше ничего, что она могла сделать, чтобы помочь ей, и слабое здоровье незнакомого смертного было действительно не его беспокойством.

Но Кира беспокоилась, и из-за этого он тоже. Независимо от всех причин, почему она не должна иметь значения для него, Менчерес нашел, что он не мог перенести вида Киры, страдающей от боли.

Да, он заботился сильно, слишком сильно.

Он держал Киру здесь с примитивным намерением защитить тайну его вида, но поскольку дни прошли, наибольшую угрозу Кира предоставляла не миру вампиров, а ему. Она заставила его чувствовать вещи, которые он не мог позволить себе чувствовать на этом этапе его жизни. Независимо от того как тяжело это было, это было время для него, чтобы устранить эту угрозу. У него не было никакого другого выбора, если он намеревался придерживаться курса, который он установил.

"Подойди,"сказал Менчерес, протягивая руку.

На лбу Киры залегли морщинки, но руку она взяла "Красивая темная леди" - подумал он. Жаль, что я не должен это делать.

Он крепко обнял Киру прежде, чем она успела сделать очередной вздох.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/13000/42302

Переводчики: INNA46, ArrivaVamp, Dantaliona, SweetSacrifice