Готовый перевод ETERNAL KISS OF DARKNESS - Jeaniene Frost / Бесконечный поцелуй тьмы - Джанин фрост: CHAPTER 2

Кира знала, что это не было сном, галлюцинацией или помешательством рассудка. И это плохие новости. Это означало, что все увиденное ею было реальным, означало, что человек, похитивший ее, не мог быть человеком. Подобная догадка просто невозможна, но это единственное логическое объяснение. Смертные не могут восстановится после бойни, которую она видела, когда впервые увидела его. У смертных нет клыков и глаз, горящих зеленым светом. И смертные не могли отрывать людям головы, даже не прикасаясь к ним.

Даже если подразумевать, что все это было лишь ее восприятие в следствии шока от происходившего, люди несомненно, черт побери, не могут летать. Тем не менее ее похититель улетел из этого склада, а затем исполнил несколько невозможных прыжков с крыши на крышу, удерживая ее, как будто она ничего не весила.

Кира всегда боялся высоты, так что страх в сочетании с головокружением, шоком, потерей крови было через чур. В какой-то момент во время прыжков по крыше, она потеряла сознание. Теперь она проснулась в очень нормального вида спальне, все еще в ее разорванной, забрызганной кровью одежде, рана на животе чудесным образом исцелилась и ее похититель сидел в кресле напротив кровати.

"Не бойтесь, вы в безопасности", были его первые слова, сказанные со странным акцентом.

Только инстинкты выживания Киры удержали ее от ответа "Чертов мудак". Она окинула себя взглядом, но конечно, ее оружие негде не было видно. Не то, чтобы оно помогло бы против него и тех существ, что были на складе.

- Где я? - спросила Кира, продвигаясь под покрывалом, которым кто-то - он?- укрыл ее.

"В безопасном месте", ответил ее похититель, вызывая еще один нервный смешок у Киры. Ну, конечно. Она была в такой же безопасности, как парашютист с нераскрывшимся парашютом.

"Как странно", пробормотал мужчина в следующий момент. "Я могу чувствовать твой страх, но я не могу услышать ни слова о нем".

Кира медленно вылезала из кровати, но, услышав это, замерла. Холодная дрожь адреналина накрыла ее, когда она окинула первым настоящим взглядом субъекта, который удерживал ее в плену.

Прямые черные волосы низко свисали на его груди в некоторых местах, но был искромсаны на плечах. На первый взгляд, черты его лица указывали на Ближний Восток, но его светлая кожа заставляла думать, о смешанном происхождении. Широкий рот свернулся в легкую полуулыбкну в то время как черные брови изгибались над равномерно черными глазами. Куда девалось прежнее неземное зеленое свечение? Он выглядел лет на двадцать с чем то, судя по отсутствию морщин вокруг глаз. По-прежнему брызги крови были на шее, но похоже он надел свежую рубашку и брюки. Если бы не кровь и неравномерно стриженные волосы, Кира бы сочла его молодым, учтивым администратором, с которым она могла столкнуться в метро.

Но она видела его порезанным на куски только сегодня утром, хотя сейчас на нем не было видно никаких признаков травм. Это было даже большее доказательств того, что бы он ни был, он не может быть человеком.

Что за шутки? Кира задумалась. Оба они знали, что она была свидетелем того, что, вероятно, приведет к ее убийству, чтобы она никому не могли рассказать.

"Очаровательно", сказал он, скорее для себя. "Я не могу услышать и слова из того, о чем ты думаешь".

Руки Киры инстинктивно прижались к голове, как если бы она могла физически блокировать его попытки проникнуть в ее разум. Он одарил ее полуулыбкой.

"Это не помогло бы тебе при нормальных обстоятельствах, но как я уже сказал, я не слышу твои мысли."

"Что ты такое?" выпалила она. Пришелец? Она знала, что правительство лгало о происшествии в Росвелле.

"Ничего, о чем стоит беспокоится, Тина", ответил он, пожимая плечами. "Скоро ты сможешь—"

"Почему ты зовешь меня Тина?" - прервала его Кира испуганным шепотом.

"Пожалуй, мне просто нужно больше крови", пробормотал незнакомец.

"Держитесь подальше от моей сестры", Киры прорычала вставая. Кто бы он ни был, он отправится в полицию. Подразумевается, что они должны быть в состоянии причинить ему вред, и если он что-нибудь планирует с участием Тины, она найдет способ тоже причинить ему боль.

Он протянул руку. "Ты не поняла. Ты произнесли "Тина" перед тем, как потеряли сознание. Я подумал это твое имя.

Кира не помнила, но это имело смысл. Когда она увидела, как ужасна была травма, ее последняя мысль была, что никого не будет, чтобы заботиться о Тине, стоит ей умереть. Раны, должны были убить ее, но первое, что Кира заметила после пробуждения, что ее живот исцелен. Невероятно, но даже следа не осталось, и она чувствовала себя хорошо, хотя ее одежда порвана и еще окрашена кровью.

Это заставило посмотреть на своего похитителя по другому. Должно быть, он как-то исцелил ее. Означает ли это, что он правдив, когда говорит, что она в безопасности, или же это существо готовит для нее что-то похуже? Если у него не было плохих намерений, почему он не оставил ее на складе с полицией?

Темный незнакомец сидел неподвижно, только одна рука успокаивающе протянута к ней. Кира глубоко вздохнула и села на кровать. Она попадала в разные ситуации на работе, чтобы знать, что истерики никогда никому не помогали. Правда, ничего в работе частного детектива не подготовило ее к происходящему, но если она хочет сохранить даже самый маленький шанс на выживание, необходимо держаться спокойно.

"Меня зовут Кира." Если он взял ее вещи, то все равно увидит документы в портмоне. "Я хочу пойти домой. Я не уверена, что произошло сегодня утром. Когда я пытаюсь вспомнить, все так размыто. . ".

"Ты лжешь", сказал человек насмешливо, хотя голос все равно звучал элегантно. Угольного цвета глаза сузились. "Мне не нужно читать твой разум, чтобы знать это. Я чувствую запах лжи. "

Кира сглотнула. "Вы бы не притворились, что ничего не помните, если бы вы были на моем месте?"

"Я не знаю", он ответил почти задумчиво. "Я никогда не был в твоем положении. Я всегда знал, о детях Каина, даже когда был ребенком."

Тогда он тряхнул головой, словно чтобы прочистить. "Почему я это говорю тебе? Мне нужно питаться снова. Ну, давайте покончим с этим. . ".

Он вдруг очутился перед ней, положив руки на плечи. Как он мог так быстро передвигаться? Ее сердце забилось в то время как безумный ужас накатился на нее. Покончим с этим? Это он походя упомянул об ее убийстве?

"Не бойся", монстр произнес тихо. Его глаза изменились, светясь страшным ярко-зеленым светом, когда он заставил ее смотреть на него. Давление начали нарастать в голове. О Боже, он собирается снести ей голову, как он сделал с теми другими на складе.

"Перестань," Кира ахнула. "Я пыталась помочь тебе"

"Я знаю," перебил он, нежно коснувшись ее лица. "Это было очень смело. Глупо, к тому же, но тем не менее храбро. Посмотри в мои глаза, Кира. Ничего не произошло сегодня утром. Ты не ходила на склад. Ты не видела меня. Ты пошла домой, заснула, и больше ничего не произошло. . ".

Его голос усилился вибрируя с чем-то большим, чем его необычный акцент. Давление на разум Киры усилилось, но не было чувства, что ее сорвут с плеч. Может быть, он не пытался убить ее. Убийство других на складе не отняло у него так много времени. После нескольких мгновений пристального взгляда в его невероятно яркие глаза, Кира попыталась урезонить его снова.

"Это именно то, что я скажу. Кем бы вы ни были и кем бы ни были они, я не хочу об этом знать. Я просто хочу забыть об этом. "

Лицо его стало хмурым. "Невозможно", пробормотал он. Его глаза еще более оживились. "Ничего не произошло сегодня утром. Ты шла домой, ты пошла спать. . ".

"Поняла," Кира сказала, мигая. Глядеть в его глаза было словно смотреть в два зеленых прожектора.

До того, как она моргнула в следующий раз он был на другой стороне комнаты, глядя на нее с той же задумчивой подозрительностью, которой она одарила его раньше.

"Ты не восприимчива к моей силе". Хохотнул он. "Это впрямь памятный день. Может быть, это потому что я дал тебе мою кровь, исцеляя тебя. Видимо по этому я не могу тебя гипнотизировать. Как только она уйдет из твоего кровотока, я попробую снова. "

Это прозвучало плохо. Это звучало так, что она не сможет уйти в ближайшее время, и еще разные вещи формировали образы в ее голове. Кровь. Гипноз. Клыки. Полет. Только одно существо соединяло в себе все это, но этот незнакомец не мог действительно быть вампиром, он мог?

"Я могу вспомнить, что произошло сегодня утром, но ты можешь держать пари, я никому не скажу", Кира произнесла тихо. "Ты не должен ждать, пока очистится кровь. Я пойду домой и не скажу никому и слова о тебе, о складе, или о чем либо, не вполне нормальном. "

Он смотрел на нее, чернота сменила зелень в его глазах. Потом, очень медленно, он покачал головой.

"Сейчас, ты можешь верить в это, но я не могу взять на себя ответственность, что ты изменишь свое решение позднее"

Щелчок закрывающейся двери единственное доказательство, что он ушел. Кира побежала за ним, но, хотя ручка повернулась, и она толкнула дверь, она не смогла открыть дверь. Наверное, что-то очень тяжелое подпирало ее с другой стороне.

Как она сможет сбежать от него, когда он движется так невероятно быстро? Еще раз, слово "вампир" всплыло у нее в голове. Со всеми другими особенностями, что она видела, это было наиболее подходящее объяснение для того, что был ее похититель. В то же время, разве вампиры не должны загораться на солнце? Он не сгорел. Солнце уже встало, когда он нес ее со склада, но это ничуть не доставило ему неудобств. Кроме того, у нее был крест на шее, но это не помешало ему пронести ее более чем по половине крыш Чикаго сегодня утром. Это делало большую дыру в ее "вампир" теории.

Какая то часть Киры не могла поверить, что она размышляет, каким сверхъестественным существом он является. Ничего подобного просто не должно существовать, не говоря уже, чтобы похитить ее! Скептицизм сражался с образами увиденного. Даже если принять во внимание долгую ночь без сна, которая могла привести к галлюцинациям, ее покрытый кровью, совершенно исцеленный живот напоминал - глаза не обманывали ее. Ей живо вспомнилась агония ее плоти получившей порез. Или холодность, которая просочилась через каждую пору, исчезающие чувства. . . , а затем резкий рывок к жизни как раз вовремя, чтобы увидеть ее темноволосого захватчика отрывающего головы нескольким людям, когда его руки даже не были рядом с ними.

Не имеет значения, что он был, решила Кира. Самое главное сбежать от него. Она начала рыскать по спальне, игнорируя богатую меблировку. Нет телефона, по крайней мере она его нигде не видела. Ванная комната обставлена всеми удобствами, но там не было ничего полезны для побега. Нет компьютера. Она подошла к окну и посмотрел в отчаяние. Конечно, было бы странно, будь там балкон или шпалеры. Она предположила, что должна быть довольна, что не видно рва с водой, или не слышно волчьего воя по периметру. Она еще в Чикаго? Или, когда она была без сознания, он сумел отнести ее куда подальше?

Кира опустилась на кровать, перебирая ткань одеяла. Франк, вероятно, даже не заметит ее отсутствия до позднего вечера. Ее босс знал, что она всю ночь занималась слежкой, он ожидал, что она будет спать сегодня допоздна. Тина также не будет пытаться искать ее, ведь если Кира не отвечала, ее сестра только подумает, что она работает. Единственная надежда, что ее похититель оставил рюкзак на складе. Полиция, несомненно, проверит ее местонахождение, если они нашли вещи на месте ужасных убийств. А если он взял его с собой, когда схватил ее? Она не могла вспомнить. Ее рюкзак не было в этой спальне, и это все, что знала.

Кира рванула одеяло, желая от досады превратить его в лоскутки, но его плотная гладкость, состоящая из тысячи нитей, прочнее, чем веревка. Все, что ей удалось в попытке его порвать - это сломать несколько ногтей.

Сразу же Кира начал улыбаться. Импровизация это необходимая часть работы, говорил ей Фрэнк, когда готовил для работы в качестве частного детектива. Он был прав.

Кира пошла в ванную, волоча одеяло за собой.

Менчерес закрыл глаза, на первом глотке. Теплая плоть прижимается к его рту, сладкий импульс вибрирует под его губами. Дымкой приятные мысли накрыли его мозг, когда он слегка уперся клыки снова, но они не были его мыслями. Они принадлежали Селене, человеку от которого он кормился.

Да, укусить меня снова. Глубже. Ах, так хорошо, не останавливайтесь. . .

Селена вздрогнул от экстаза, который Менчерес не испытывал веками. Он отстранился после следующего глотка, закрыл проколы от клыков каплей своей крови в то время как блаженство которое он так мимолетно испытал рассыпалось пеплом.

Страсть Селин лишь реакция на опытный укус в сочетании с мягкой эйфорией вызываемый ядом, который есть у всех вампиров в клыках. Он в состоянии доставить ей лучшие оргазмы только укусом, если захочет, но любой вампир может сделать тоже самое. Одну вещь Менчерес выучил за долгие годы - быть инструментом радости не то же самое, что действительно быть необходимым.

Когда то он бы посмеялся над этим. Когда он был человеческим правителем Египта, считалось честью поделиться своей постелью, и Менчереса многие жаждали там. Когда он стал вампиром, мужчины и женщины стекались к нему в надежде, что он превратит их в вампиров. Позже, его власть обратила тех, кто ищет защиты. Со временем, стать его любовницей была символом статуса среди вампиров. Даже если Менчерес жил среди людей, скрывая свою суть, его богатство соблазняло людей. Прожив таким образом в течение двух с половиной тысяч лет, даже самые изысканные наслаждения стали казаться пустыми. Менчерес хотел большего.

Он думал, что нашел это в Патре, молодой египетской королеве, на которой он женился две тысячи лет назад, но это закончилось катастрофой. В то время он был достаточно наивен, полагая, что может присытить потребности Патры во власти, превратив ее в вампира, разделив с ней свое богатство и поведав самые древние, запретные секреты своей расы, но этого было недостаточно. Ничего, чтобы он ни сделал, не было достаточно, и давний грех привел к тому, что Патра, почти уничтожив каждого, о ком заботился Менчерес, была, в итоге, убита в прошлом году. Это удручало, как и та мысль, что все в его жизни обращались к нему со скрытыми мотивами, даже те, кому он доверял. Даже те, кого он любил.

Как ни странно, единственным исключением был человек, запертый в спальне наверху. Кира пыталась спасти его, действуя не под влиянием его наследия, статуса, власти, богатства или харизмы. Она рисковала своей жизнью, не ожидая ничего взамен. Никто такого не делал для него. Никогда.

В результате особенностей Киры, ее самоотверженный поступок в сочетании с его неспособностью контролировать ее разум и слышать ее мысли привел к тому, что он не мог перестать думать о ней. Даже когда день сменился вечером и он послал другого вампира доставить еду и проветрить ее комнату, Менчерес не мог изгнать ее из своих мыслей.

Кира. В греческом ее имя означало "леди". В кельтском, оно означало "темная". Какое подходит ей больше? Ее внешность соответствовала обоим значениям ее имени - ее лицо было тонким и красивым, за исключением сильной челюсти, выдающей упрямство. Глаза Киры были бледно-зелеными, а брови темные, соответствуя глубокому оттенку ее волос, переходящих в золото на кончиках. Ее волосы были короткими, на вкус Менчереса, спадая чуть выше плеч, но были такие пышные, густые и вьющиеся, что почти приглашали его пропустить их сквозь пальцы.

Тело Киры - контраст женственности и силы. Она была худенькая, что выдавало ее утонченность, но держала себя с бойцовской позицией и ее широкие плечи только подчеркивали ее полные груди. Она распрямила эти прекрасные широкие плечи и сжала челюсть, когда зарычала на него, чтобы он держался подальше от ее сестры. Хотя Кира знала, что он не человек, она, не колеблясь, бросила ему вызов на предполагаемую угрозу ее семьи. Действительно, темная леди.

"Да, пожалуйста!"

Восклицание вернуло Менчереса из его размышлений. Боги, он ласкал Селену, бессознательно пробегая нитями своей силы по ее нервам, поглаживая и стимулируя. Как он мог настолько потеряться в своих мыслях о Кире, что даже забыл о Селение в его руках?

Менечерес втянул силу назад и отстранил Селену от себя.

"Я взял все что мне нужно", сказал он ей.

Ее глаза открылись, когда она прижалась к нему. "Позвольте мне дать вам больше, чем только кровь", предложила хриплым голосом.

"Нет," ответил Менчерес автоматически.

Как только он произнес это, то напомнил себе еще раз, что нет нужды отказаться. Его жена умерла, так что не было больше смертного приговора для любой женщины, с которой он бы лег в постель. Если бы он захотел Селену ничего не могло его остановить.

Но в этом и была ирония; после жизни с неистраченной страстью дольше, чем существовали многие цивилизации, теперь, когда у него был шанс позволить себе удовольствие, у него не было желания. Селена была красива, готова, но он не хотел ее.

Лицо Киры вспыхнуло в его памяти, но Менчерес отогнал ее образ прежде, чем позволил себе остановиться на нем.

"Нет", повторял он Селене тоном, не допускающим возражений.

Она кинула на него последний томительный взор, но он сделал вид, что не замечает. Селена, подобно другим, не хотела только его самого. Она также хотела власть, безопасность и сверхъестественное удовольствие, которые он мог ей дать, но почему-то длительный, вынужденный целибат Менчереса, не допускал компромиса.

Через несколько минут после ухода Селены, Горгон, единственный вампир, которого Менчерес привез с собой в этот дом, вошел в библиотеку.

"Сир," - сказал Горгон. - У нас осложнение с человеком, которого вы привезли сегодня утром в дом."

Менчерес вскочил и уже поднимался по лестнице в комнату Киры, когда голос Горгона остановил его.

"Сир? Вместо этого вам стоит выйти на улицу."

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/13000/42332

Переводчики: INNA46, ArrivaVamp