Готовый перевод LADY MOLLY OF SCOTLAND YARD / Леди Молли из Скотланд-Ярда: The Ninescore Mistery 1

Ну, некоторые говорят, что она дочь герцога, другие - что она выходец из низов, а титул прибавила к имени для красоты и солидности

Я могла бы многое рассказать, но "уста мои запечатаны", как говорят поэты. На протяжении всей своей успешной карьеры в Скотланд Ярде, она оказывала мне честь своей дружбой и доверием, но когда она взяла меня в напарники, то заставила дать обещание, что я никогда не пророню ни слова о ее личной жизни, в чем я поклялась на Библии - "чтоб мне умереть", и так далее.

Да, мы всегда звали ее " миледи", с тех пор как ее назначили главой нашего отдела; а шеф при нас называл ее " Леди Молли". К нам, сотрудницам Женского Отдела, мужчины относятся чрезвычайно пренебрежительно, хотя у женщин в десять раз лучше чутье, чем у с
неумех-сыщиков сильного пола; я твердо убеждена, что у нас было бы вполовину меньше нераскрытых преступлений, если бы некоторые из так называемых тайн были поручены женщинам - детективам.

Уж не предполагаете ли вы, к примеру, что случай в Найнскор раскрыли бы, если бы им занимались одни мужчины? Да разве мужчина рисковал бы так сильно, как Леди Молли, когда... - Но я забегаю наперед.

Вернемся к тому памятному утру, когда она зашла в мой кабинет радостная и возбужденная

"Мери, шеф говорит, что я могу отправиться в Найнскор, если хочу," - сказала она

"Вы?" - воскликнула я. "Зачем?"

"Что значит - "зачем?" - переспросила она. "Мери, ты что, не понимаешь? Это шанс, которого я ждала всю жизнь. Все в Скотланд Ярде в полном отчаянии из-за этого дела; общественность в ярости, каждый день в прессе появляются целые колонки язвительных писем. Все наши в полной растерянности; они зашли в тупик, и вот сегодня утром я зашла к шефу..."

Внезапно она замолчала. "И?" - спросила я нетерпеливо.

"Ну, не важно как мне это удалось - я расскажу тебе все по пути, мы как раз успеваем на поезд в 11.00 до Кентербери. Шеф разрешил мне поехать и взять с собой кого-нибудь в напарники. Он предлагал выбрать кого-то из мужчин, но мне кажется, что это работа для женщины, и что ты, Мэри подходишь лучше всего. Разберем материалы дела в поезде , ведь ты, думаю, не знакома со всеми деталями, а времени у тебя хватит лишь на то, чтобы побросать вещи в сумку. Встретимся у кассы на станции Черинг Кросс п

Она вышла прежде чем я успела спросить что-то еще, да я и так от изумления не могла и слова вымолвить. Женский Отдел ведет дело об убийстве! Раньше о таком и не слыхивали. Но это дело увлекло меня, как и Леди Молли, и на станцию я прибыла вовремя

К счастью, мы с Леди Молли были одни в купе. До Кентербери остановок не предвиделось, у нас была куча времени в запасе, и мне страстно хотелось узнать об этом деле все - еще бы, ведь я удостоилась чести помогать Леди Молли!

Убийство Мэри Никхолз было совершено в Эшкорте, красивом старом особняке в деревне Найнскор. Вокруг особняка прекрасные лесистиые земли, но самая прекрасная часть его территории - это остров посредине небольшого пруда, который соединен с берегом маленьким грубым мостом.

Я избавлю вас от пугающих деталей этой страшной находки. Достаточно будет сказать, что несчастная женщина лежала лицом вниз, нижняя часть её тела находилась на траве, а её голова, руки и плечи были погружены в болотный ил.

Первым это ужасающее открытие сделал Тимоти Колеман, помощник садовника в Аш Корт. Он пересек деревенский мост и прошел весь островок, когда заметил что-то голубое, лежащее наполовину в воде. Тимоти невозмутимый, бесстрастный субъект, как только он увидел, что объект был телом женщины в голубом платье с белой облицовкой, он спокойно нагнулся и попытался вытащить ее из грязи.

Но даже его флегматичность испарилась при виде открывшегося перед ним ужасного зрелища. Эта неизвестная женщина очевидно была жестоко убита, ее платье пропиталось кровью, но самым страшным, отчего даже старому Тимоти стало плохо, было то, что ее голову, руки и плечи покрывала сплошная слизь, они находились в завершающей стадии разложения

Итак, все, что необходимо, было сделано немедленно, конечно. Колеман отправился за помощью в сторожку, и, вскоре, полиция была на месте преступления, и останки несчастной жертвы были перенесены в небольшой местный полицейский участок.

Найнскор - это сонная, отдаленная деревушка, расположенная в каких-то семи милях от Кентербери и четырех от Сандвича. Вскоре каждый в этом местечке услышал, что в деревне было совершено ужасное убийство, и все детали уже открыто обсуждались в Зеленом Человеке.

Для начала, каждый говорил, что он думает, что само тело, вероятно, было практически неузнаваемо, ярко-голубое платье из саржи с белой окантовкой было несомненно, тогда как кольцо с жемчугом и рубином и сумочка из красной кожи были найдены инспектором Мэйсюре рядом с рукой убитой женщины.

Через два часа после того, как Тимоти Колеман обнаружил ужасную находку, личность несчастной жертвы была точно установлена как Мэри Николлс, которая жила с сестрой Сьюзан в коттеджах Элм, 2, на улочке Найнскор, почти напротив Эшкорт. Также было известно, что, когда полиция позвонила по этому адресу, место было закрыто и, очевидно, там никто не жил.

Миссис Хукер, которая жила по номеру 1, следующая дверь, объяснила инспектору Мэйсюре, что Сьюзан и Мэри Николлс покинули коттедж примерно две недели назад, и что она не видела их с тех пор.

"Завтра будет две недели," - она сказала. "Я как раз стояла у своей собственной парадной двери, зовя кота, чтобы он зашел. Это было после семи часов, и в такую темную ночь, какую Вы никогда не видели. Вы с трудом бы видели свою руку перед своими глазами, и был противный мелкий дождик ото всюду. Сьюзен и Мэри вышли из своего коттеджа; я не видела четко Сьюзен, но я слышала голос Мэри вполне отчетливо. Она сказала: "Мы должны поспешить," она сказала. Я думала, они, может быть, собирались сделать несколько покупок в деревне, крикнула им, что я только что слышала церковные часы, пробившие семь, и был четверг, и короткий день, они нашли бы закрытыми все магазины в Найнскоре. Но они не обратили внимания и ушли к деревне, и это был последний раз, когда я видела их двоих."

Дальнейший допрос среди населения деревни принес четыре любопытные детали. По-видимому, Мэри Николлс была очень ветреной молодой женщиной, с которой здесь уже было значительное количество скандалов, в то время как Сьюзен, напротив, - была очень серьезной и спокойной в ее поведении - часто раздражалась из-за сомнительной репутации ее младшей сестры, и, согласно миссис Хукер,было много яростных ссор, которые случались между двумя девушками. Эти ссоры, вероятно, были особенно ожесточенны в течение последнего года, всякий раз, когда мистер Лайонел Лидгейт приглашался в коттедж. Он был лондонским джентльменом, по-видимому, - молодым мужчиной, прожигателем жизни, как впоследствии обнаружилось - но он часто останавливался в Кентербери, где имел несколько друзей и, время от времени, вероятно, заезжал в Найнскор в своем маленьком двухколесном экипаже и приглашал Мэри покататься.

Мистер Лидгейт - брат лорда Эдбрука, мультимиллионера, который был получателем награды по случаю дня рождения монарха в прошлом году. Его поместье находится в замке Эдбрук, но он и его брат Лайонел арендовали Эшкорт один или два раза, так как оба были увлеченными игроками в гольф, к тому же Сэндвич Линкс находится очень близко. Лорд Эдбрук, могу добавить, женатый человек. Мистер Лайонел Лидгейт, с другой стороны, только что помолвлен с мисс Марбери, дочерью одного из канонников Кентербери.

Не стоит удивляться, поэтому, что Сьюзен Николлс очень возражала против того, чтобы имя ее сестры все еще было связано с именем молодого человека, намного выше ее по статусу, который, кроме того, был почти женат на молодой леди его собственного высокого социального положения.

Но Мэри, казалось, это не заботило. Она была молодой женщиной, которой нравилось только веселье и удовольствие, и она лишь пожимала плечами на общественное мнение, даже если были скверные слухи касательно происхождения маленькой девочки, которую она сама передала под опеку миссис Уильямс, вдовы, живущей в несколько отдаленном коттедже на Кентербери роуд. Мэри сказала миссис Уильямс, что отец ребенка, который был ее собственным братом, внезапно умер, оставив малышку на попечение Мэри и Сьюзен; и, так как они не могут заботиться о ней должным образом, они хотят, чтобы миссис Уильямс взяла на себя заботу о ней. На что последняя охотно согласилась.

В итоге, было принято решение о содержании ребенка, и после этого Мэри Николлс приходила каждую неделю повидать малышку, и всегда приносила с собой деньги.

Инспектор Мэйсюре вызвал миссис Уильямс, и, конечно, почтенная вдова имела очень удивительное продолжение, касательно вышеупомянутой истории.

"Две недели," - объясняла миссис Уильямс инспектору, "немного после семи часов, Мэри Николлс прибежала в мой коттедж в большой спешке; она собиралась в Лондон на поезде из Кентербери и хотела попрощаться с ребенком. Она казалась страшно взволнованной, и ее одежда была мокрой. Я принесла ей малышку, и она целовала ее весьма бурно и сказала мне: "Позаботьтесь о ней, миссис Уильямс", она сказала; "Я может быть уеду когда-нибудь." Затем она отложила малышку и дала мне 2 фунта, содержание на ребенка на восемь недель."

После чего, по-видимому, Мэри еще раз сказала "прощай" и покинула коттедж, миссис Уильямс дошла до парадной двери с ней. Ночь была очень темная, и она не могла видеть была Мэри одна или нет, пока лично не услышала ее голос, который звучал полный слез: "Я должна была поцеловать малышку-" затем голос постепенно удалился "на пути к Кентербери," миссис Уильямс сказала очень настойчиво.

Пока, вы видите, инспектор Мэйсюре смог установить отъезд двух сестер Николлс из Найнскора в ночь 23 января. Очевидно, они покинули свой коттедж около семи, отправились к миссис Уильямс, где Сьюзен осталась снаружи, в то время как Мэри зашла попрощаться с ребенком.

После всего этого их следы исчезли. Отправились ли они в Кентербери и успели ли на последний поезд, на какой станции вышли или когда бедная Мэри вернулась назад, не могло раскрыться в настоящее время.

Согласно медицинскому инспектору, несчастная девушка должно быть умерла, по меньшей мере, двенадцать или тринадцать дней назад, так как, хотя стоячая вода могла ускорить разложение, голова не могла оказаться в такой сильной стадии разложения более, чем за две недели.

На станции Кентербери ни билетный кассир, ни носильщики не могли бросить свет на дело. Кентербери Вест является оживленной станцией, и множество пассажиров покупают билеты и проходят через турникеты каждый день. Поэтому было невозможно дать какую-либо реальную информацию о двух молодых женщинах, которые ехали или же нет на последнем поезде в город в субботу, 23 января, две недели назад.

Только одна вещь была точной - отправилась ли Сьюзен в Кентербери и ехала этим последний поездом или нет, одна или со своей сестрой - Мэри, несомненно, вернулась назад в Найнскор или в ту же самую ночь, или на следующий день, так как Тимоти Колеман нашел полу-разложившиеся останки на угодьях Эшкорта две недели спустя.

Она вернулась, чтобы встретиться со своим любовником или нет? И где сейчас Сьюзен?

С самого начала, однако, была большая доля тайны во всей этой истории, и было понятно только одно, что местная полиция должно быть чувствовала, пока при следствии не обнаружилось кое-что более определенное, они хотели бы получить некоторую помощь от коллег из Ярда.

Итак, предварительные письма были оправлены в Лондон, и некоторые из них попали в наши руки. Леди Молли сильно заинтересовалась в этом с самого начала, и я твердо убеждена, что она просто надоела шефу с разрешением ей уехать в Найнскор, и посмотрите, что ей удалось.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/13288/43252

Переводчики: Elemmire, dartsya, krasimira, deliverliver