Готовый перевод Doom. Infernal sky / Doom. Адские небеса: 05

"Выдающаяся миссия," - вынес вердикт Маллиган. "Вы двое просто клад для Морской пехоты."

"Ты тоже хорош," - вернул я комплимент.

"Спасибо, Флай."
Тем временем Арлин решила отдохнуть от нашей компании. Она нырнула в волны, бьющиеся о берег. Я прикрыл свои глаза от слепящего солнца для того, чтобы посмотреть на ее точные движения. Приятно наблюдать за ней, сейчас, когда она использует свою физическую силу для удовольствия, а не для того чтобы убивать демонов. Меня тоже манил океан. Маллигану не возражал.

Наблюдая за тем, как стройное тело Арлин ныряет и выныривает из волн, словно гладкий дельфин, я в сотый раз подивился тому, что мы смогли выжить, были вместе и находились там, куда еще не подступила смерть. После вхождений в буквально океан инопланетной крови, я снова ощутил себя чистым в свежей морской воде. Пока соленые волны ласкали мое тело, я обнаружил царапины, порезы и ссадины, о которых даже не подозревал. Плавание растянуло мышцы, которые не находили частое применение в битве. Я чувствовал себя по-настоящему ожившим. Арлин была игрива, как ребенок, плескаясь в мою сторону, предлагая догнать ее. Я ответил ей тем же и ринулся вперед так стремительно, что моя рука нашла ее гладкую щиколотку быстрее, чем она успела уплыть.

У моего товарища, у моей боевой подруги, бывшей столь же хорошим морпехом, сколь любой другой мужчина, оказалась нежная маленькая ножка! Не то что у моих прочих знакомых вояк. Адмирал мог бы скрепить вместе постер Второй Мировой и картинку с Арлин и приписать: "Вот, ради чего вы воюете". Мы были солдатами, возможно, в последней битве человеческой расы. И мне бы хотелось видеть человеческое лицо, как напоминание, за что я сражаюсь. Мы плескались друг в друга и играли так активно, что мне показалось, что я достаточно наглотался угощения Дэви Джонса (морской дьявол). Я не переставал перебирать извинения за то, что дотронулся до гладкой кожи своей напарницы. В наших отношениях все-же появились тонкие изменения с появлением в ее жизни Альберта.

Я не собирался вставать между ними. Ровно как и не вмешивался в дела Арлин и Додда, пока ее ухажер против своего желания не присоединился к зомби. Она и Альберт заслуживали то счастье, какое только смогли бы завоевать. Мы были морпехами. Мы не выбирали, идти нам на сумасшедшую суицидальную миссию или нет. Мы были привязаны к ней изначально.

Этот отдых не собирался длиться долго. Посмотрев в сторону пляжа, я увидел Маллигана, который допил свое пиво, и возвращался в штаб-квартиру. Он не был из тех, кто намеренно занимался загоранием.

- Который час? - спросила Арлин, приостановившись лишь, чтобы плеснуть соленую воду в мою сторону.

Я поднял свою левую руку, попутно хвастаясь своими новомодными наручными часами, из композитных материалов, противоударными и водонепроницаемыми. Я посмотрел на них.
"Согласно наиточнейшему морскому времени, уже поздний вечер."

"Время пить чай."
"Да, почти," - ответил я. "Ты знаешь, это как раз то время, когда они сняли бинты с глаз Альберта неделю назад."

"Он им отплатит, " - сказала она неожиданно серьезно, и я был с ней целиком согласен.

Никакой чертов демон с удачным файрболом не смог ослепить нашего приятеля Мормона. Я все еще был под впечатлением того, что Билл Ритч умер при схожих обстоятельствах на Деймосе. Что ж, с Альбертом у этих мерзавцев не вышло. Лос-Анжелесская миссия обернулась операцией без смертей. Черт подери, мы даже спасли Кена Эстса, когда парень ничего не мог сделать, чтобы помочь сам себе. Доктора усадили его на кровать, надели пижаму вместо обертки мумии, и он снова смог говорить. Вот оно, истинное счастье. Теперь настал черед Альберта.
"Флай," - сказала Арлин, неожиданно доверительным голосом.
"Да?"

"Ты отличный парень," - проговорила она, и поцеловала в щеку. Она всегда умела удивлять меня.

"С чего это ты вдруг?"
"Ты заботишься об Альберте," - сказала она мягко. "А еще ты заботишься о Кене и Джилл."

Я встряхнул головой.
"Не думай об этом," - сказал я ей. "Ты же не сможешь расслабиться, если..."

Она прикрыла рукой мой рот. Теперь была ее очередь:
"Ты - не просто морпех, который исполняет приказы. Очень скоро останутся лишь те немногие люди, которые будут иметь волю, чтобы пожертвовать теми, кого любят, для победы над пришельцами. Но мы с тобой сможем позаботиться друг о друге.

"Боюсь, ты не сможешь это объяснить гражданским," - немного холодно сказал я.
Она поплыла к берегу, но затем вернулась, и закончила мое обучение: "Больше нет гражданских, Флай. Каждый выживший - солдат в этой войне."

Я согласился с ней. Ведь она, по крайней мере, не повторила за мной, что каждый теперь был морпехом. Я мог принять идею, что все земные формы жизни должны стать добровольцами, нести неблагодарную обязанность на линии фронта. Вся планета была линией фронта. Плывя некоторое время на спине, я позволил словам Арлин проникнуть в меня. Жар солнца и прохлада моря угрожали усыпить меня. Нам были многого лишены последний месяц. Я всегда неплохо держался на воде, однако я не собирался рисковать, выходя в океан подвыпившим. Было бы забавно, если парень, который выжил после встречи с пауком и паровым демоном, утонул бы в нескольких метрах от своего лучшего друга.

Я выплыл на берег, где ждала Арлин, указывая на что-то позади меня. Я оглянулся и на какой-то миг подумал, что она указывает на облако, которое адмирал заметил ранее, но которое потом исчезло. Но она имела в виду черный плавник в сотнях ярдах от нас.

"Вот кое-кто из твоей земной армии," - сказал я. В тот момент я подумал, что это была акула.

"Как ты думаешь, мы когда-нибудь сможем заставить Джилл есть морепродукты?" - спросила она.

"Сомневаюсь. Кстати, раз уж зашел разговор о Джилл, пойдем навестим ее."

Мне одиноко. Мне скучно. Я думала, что когда мы прибудем на Гаваи, я найду ребят своего возраста. Но все, кто находятся здесь, либо взрослые, либо совсем дети. Некоторые из них даже не называют меня "Джилл". Они зовут меня "подросток". Поначалу они устроили вокруг меня большой шум. Адмирал дал мне медаль. Настоящей не было, поэтому он взял старую медаль от гольфа, которую выиграл годы тому назад, но поскольку эта вещь многое для него значила, я была польщена. Мне было неудобно от того, как все смотрят на меня, и все же это было приятно. Злило то, что, после этого, никто не мог не обращать внимания на мой возраст.

Никто, кроме доктора Форреста Эйкермана. Возможно, он был сумасшедшим, но он был мил со мной. "Ты - гений", - неустанно повторял он. "Я предпочитаю быть в компании с гениями". Он выглядел как Винсент Прайс из старого ужастика, даже усы были такими же аккуратными. Я не помню, о чем был фильм, помню лишь ту деталь, что доктор считал себя экспертом по монстрам. "Пусть остальные зовут их "врагами", - говорил он, подмигивая. "Но это понятие более подходяще для старого языка. "Врагом" можно назвать что-то человекоподобное. Мы же столкнулись с новым царством, с новой силой. Теперь мы - борцы с монстрами."
Пусть я понятия не имела, что он подразумевает под новыми царствами и силами, но по крайней мере он не пренебрегал общением со мной. Здесь имелась дюжина занятий на компьютерах, которыми я могла теперь заняться и в которых я была настоящим героем; но я выбрала работу с доктором Эйкерманом. Всем, что бы он не попросил. Его исследование было интересным, и было много того, в чем я могла ему помочь.

Я не возражала тому, что он мною интересовался, ведь я собиралась стать его ассистентом. Но мне не нравилось, как он спрашивал об остальных. У Альберта, Флая и Арлин было много военных занятий, которые занимали их. Кен выздоравливал в госпитале; Всякий раз как мы с ним разговаривали, он очень быстро уставал.

"Все указывает на то, что Кен - тоже гений," - сказал Эйкерман, улыбнувшись.

"По крайней мере, теперь он распакован."
"Что ты имеешь в виду?"

"Это, хм, шутка. Он выглядел, как мумия, когда мы вытаскивали его с поезда. Когда я смотрю на него теперь, мне думаю о мумии."

- Да, да - ответил он. - Вы с Кеном стоили той жертвы, которую принесли другие.

- Они были очень храбрыми.
- Обычные вояки, - сказал он себе.

Люди, разговаривающие сами с собой, любят подслушивать.

- Что вы имеете в виду? - спросила я.
Он посмотрел на меня из-за планшета и уставился сквозь свои тяжелые, с черным ободом, очки.
- Извини. Я провел слишком много времени в лаборатории. Я всего лишь хотел сказать, что если человеческая раса хочет выжить, мы должны собрать вместе всех наших гениев.

Меня называли гением с самого детства. Иногда я уставала от этого.
- А кто, по-вашему, гении? - спросила я.

У него был заготовлен быстрый ответ.
- Все те, кто способен думать лучше, чем их сосед.

- Тогда гениев, должно быть, очень много.
Он улыбнулся.
- Будешь умничать - я не покажу тебе свою коллекцию.

Мне всегда тяжело было заткнуть себя.
- А с чего вы взяли, что я наглею?

Он по-отечески положил руку на мое плечо. Я не возражала. Он ведь не мог знать, что отец мне не нужен.

- Джилл, военные ведут записи. Иногда мне кажется, это единственное, что они делают по-настоящему хорошо. Если бы у твоих друзей-вояк был необычайно высокий IQ или другие признаки умственных способностей, мы бы знали.

- Я думала, большинство записей были утеряны во время вторжения.

Он засмеялся. Но смех его не звучал так, будто шутка ему действительно понравилась.
- Тебе следует стать адвокатом.

- Нет уж, спасибо.
- До Судного Дня в этой базе данных содержалось исчерпывающая информация о военном персонале всех служб.
- Судного Дня?

- Так мы называем первый день вторжения. Кстати, я заметил, что ты хочешь сменить тему. Ты гений, Джилл. Возможно, тебе будет интересно узнать, что твоя фамилия, Ловлейс, совпадает с фамилией Августы Ады Кинг Ловлейс, англичанки-математика, которая считается первым программистом в мире.

Было просто поразительно, сколько мелочей Эйкерман держал у себя в голове. Пока мы разговаривали, я входила за ним в самую большую лабораторию, какую только видела: подземный склад, который они позволили доктору Эйкерману превратить в собственный мир. Разрешение на управление лабораторией было ему предоставлено.

Мне хотелось уйти от темы моих друзей. То, как он говорил о них, заставляло чувствовать меня некомфортно. В последнее время мне казалось, будто они меня игнорировали. Но я не хотела быть предателем по отношению к ним, несмотря на то, что была рассержена. Я не была крысой. К тому же, возможно они намеренно дали мне время побыть одной. Арлин сказала мне, что я могу быть очень неприятной, когда капризничаю.

А впрочем, почему бы и нет? У Альберта и Арлин были общие дела. Когда они у них появлялись, им не хотелось видеть никого вокруг, даже Флая. Но затем Арлин стала больше времени уделять Флаю. У них были настоящие отношения брата и сестры. Когда я впервые их встретила, я подумала, что между ними может что-то быть. Но я быстро поняла, что это не так.

Конечно, я восприняла это как открытую дверь к Флаю, если, конечно, он увидит во мне нечто большее, чем бессловестного ребенка или компьютерного эксперта. Но эта мысль испарилась в никуда, и причем быстро. Ни один человек не мог заставить меня почувствовать себя ребенком быстрее, чем Флай Таггарт.

- Меня не волнует, что цивилизация почти разрушилась, - сказал он мне, когда я позволила ему увидеть, как я одеваюсь, или раздеваюсь - я уже забыла.
- У меня свои правила, - сказал он. - Мой персональный кодекс поведения. Ребенок твоего возраста не должен думать о таких вещах. Лучше выбрось это из головы!
Он говорил еще, но я уже не слушала. К счастью для него, его персональный кодекс был точно таким же, как у остальных взрослых. Он называл это принципом "твоего действия", или сокращенно "правилом ТД".

Флай был точно таким же взрослым, как и все те, которых я знала, разве что он лучше стрелял. Абсолютно зрелый мужчина говорит мне, о чем я не должна думать. Как типично! Доктор Эйкерман, по крайней мере, так со мной не вел. Но я уверена, что не хотела заводить с ним разговоры о моих друзьях. Я не хотела говорить ему, что Флай скорее будет палить из плазмагана, чем займется сексом с кем-то. Мое личное мнение - не дело Эйкермана. Я не хотела говорить доктору, что мне больше хочется стать ученым, нежели морпехом. Это, впрочем, ни для кого не секрет. Я никогда, никогда, никогда не буду морпехом. Я ненавижу короткие стрижки.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/139/1555

Переводчики: e_v_genius