Готовый перевод To Hell and Back / В Ад и Обратно: 1 глава

Лишь обжигающее пламя горящего у меня на плече шрама, разрывало тьму, плотно окутавшую меня. Не знаю, как мне удалось вырваться, знаю только, что успела до того, как со мной случилось наихудшее. Почти успела.

Я слышала свой крик, последний вопль, который затих прежде, чем я ускользнула в единственное оставшееся убежище - гостеприимное беспамятство.

Будто провалилась.

Холодно. Здесь было холодно, где бы ни было это "здесь". Жестко и твердо. Я услышала тихий жужжащий звук и снова отключилась, ускользая из реальности как стеклянный шарик по густо намазанному жиром склону. Жужжание преследовало меня, становясь роем сердитых пчел у меня в голове, низкое и невыносимо шумное гудение расшатывало зубы, превращало суставы в расплавленный свинец

Я застонала.

Жужжание затихало, постепенно отступая как волны отливающие от каменистого берега. Откатившись в сторону, я застонала.

Я прижалась щекой к холодной твердой поверхности. Из глаз потекли горячие слезы. Моя защита ослабла, пробитая и бесполезная, чувства и мысли из внешнего мира бурным потомком полились в мой мозг. Я вздрогнула инстинктивно собирая вокруг себя тонкую защитную пелену, поддавшись течению. Где я?

У меня не осталось молитв.

Если бы даже у меня была хоть одна, она осталась бы без ответа. Последний урок в жизни проведенный на краю Силы и жестокости. В критическим момент, солнышко, ты осталась одна.

Медленно, очень медленно, я восстановила равновесие. Поток человеческих мыслей разбивал вдребезги ряд и был бесчестным против моего разбитого щита, ревущий в моей голове, я с усилием оттолкнула его, пытаясь думать. Я открыла свои глаза. Темные формы циркулировали, соединялся. Я услышала больше, низкий шум толп и движения парения, бесформенного, как брызги моря. Чувствовалось покалывание и струйка Силы на моей коже.

О, боже. Напомните мне никогда так больше не делать.Что бы там ни было. Мысль была в моем духе,жестокая, рационльная, практичная, звучащая через глубокий панический крик

Что со мной?

У меня похмелье?

Это рассмешило меня. Смех получился прерывистый, слабый и звенящий как звук бьющееся стекла, но я была ему рада. Если я смеюсь, значит со мной всё в порядке.

На самом деле я никогда больше не буду в порядке. Моё сознание содрогнулось, отпрянув от... чего-то. Чего-то ужасного. О чем мне лучше не думать, если хочу сохранить хрупкий барьер отделяющий меня от полного буйного помешательства.

Я выкинула это из головы. Забросила в дальний угол и захлопнула дверь.

Благодаря этому мои мысли немного прояснились.

Я моргнула. Фигуры стали четче, вонь умирающей человеческой плоти заполнила мне ноздри. Теплая струйка скатилась по моей щеке, окрасив верхнюю губу. Я лизнула губу и почувствовала вкус гнилых фруктов и сладость.

Кровь. Все мое лицо было покрыто кровью, а одежда превратилась в клочья, если от нее вообще что-нибудь осталось. Сумка звякала при любом движении, порванный ремень связался узлами и натирал у меня между грудями. Я снова сморгнула кровь с глаз, и вытаращилась на кирпичную стену. Наступила ночь, поэтому стена нечетко вырисовывалась, под неожиданным углом, так как я лежала смятая как тряпичная кукла, на практически голом дорожном полотне какой-то улочки.

Улица. Я на улице. И судя по запаху не на самой хорошей. Вот чем всё для меня кончится.

Это была здравая мысль, единственная, за которую я уцепилась, когда дрожа и трясясь всем телом противостояла психической аттаке огромного количества человеческих разумов, проталкивающихся в меня, ревущих, как шум прибоя, кричащих голосов. Не только мое тело, но и мое сознание бунтовало, брыкалось, как взбрыкнувшая лошадь, поскольку возвращалось что-то, огромное и грязное, бурля сквозь слои шока. Колотя в дверь, которую я закрыла перед этим что-то.

Боже, пожалуйста. Кто-нибудь, ну хоть кто-нибудь.... попмогите мне, пожалуйста!

Я застонала, и этот звук отразися от кирпичей, рана на моем плече внезапно вспыхнула жаром, высвобождающимся сквозь мое израненное тело. Болело абсолютно все тело, как будто меня вывернули наизнанку, а потом вернули в исходное положение, только как-то неправильно. Хуже всего была свербящая боль внизу таза, похожая на самый ужасный в мире менструальный спазм.

Я могла не думать об этом. В моей душе назревал протест. Я не могла вспомнить, что случилось со мной.

Защита в моем щите связалась воедино, тонкая, но все еще поддерживающая меня. Шрам пульсировал, крича об опасности, пылающий черно-алмазный фонтан разливался внутрь Силы городского пейзажа. Первая вспышка сбила меня на землю снова, оглушив и ошеломив. Последовали другие импульсы, каждый следующий действовал немного глубже, чем предыдущие, но не так встряхивая.

Дыши. Просто дыши. Я цеплялась за мысль, закрыв глаза, мир шатался подо мной. Я привстала на руки и колени, мои ладони рядом со скользким пятном моей рвоты. Меня обычно не рвет при отравлении, но чувствовала я себя отвратительно.

Жаль, мой желудок был пуст. Меня скрутило, немного вытошнило и я решила, что чувствую себя лучше. Шрам пульсировал подобно медленному сердцебиению. Пульс Джафримеля медленнее чем мой, один его удар приходится на три моих, подобно могучей реке через широкий канал. Оно неспокойно билось подобно его сердцебиению, успокаивая шрам на моем плече, как будто я отдыхала, положив голову на его грудь и слушала его древнее, неторопливое сильное сердце рядом с моей щекой и кончиками пальцев. Джафримель! Помню его, по крайней мере. Даже если бы я не помнила себя.

Я сыпала проклятия, мысленно и вслух, по мере того как искала опору в кирпичных стенах этой аллеи. Вонзив ногти в стену, я дрожащими от напряжения руками, поднималась на ноги. Я не могу себе позволить обратиться к нему. Он был мои врагом.

Все они были моими врагами. Каждый. Каждая определенная гребаная тварь, которая дышала, ходила или прикасалась ко мне. Даже воздух.

Даже мой собственный рассудок.

Убежище. Надо отыскать убежище. Мысленно я рассмеялась. Я ведь даже не знала, где я. Нет такого места на Земле, где я была бы в безопасности. Я едва могла вспомнить, кто я.

Валентайн

Имя вернулось ко мне. Мое имя. Мои пальцы поднялись вверх и коснулись знакомого провода с высокой температурой в моей ключице - ожерелье, опущенное в серебро... и кровь на окровавленных камнях, его можные силы растрачены. Я знала, кто носил эти драгоценности.

Я Валентайн. Дэнни Валентайн. Я это я. Я Данте Валентайн.

Облегчение ошпарило всю меня, из моих глаз потекли горячие ручейки. Теперь я знала, кто я. Я смогла вспомнить свое имя.

Все остальное будет дальше.

Я заставила себя встать на ноги. Мои ноги дрожали и подкашивались, и я была неспособна бороться. Я надеялась, что не нахожусь в плохой части городка.

Все же это город. Что произошло? Мои накрашенные режущие ногти высвободились из кирпичной стены, и, прислонившись к ее холодной шероховатой поверхности, я с блаженством вдыхала человеческий смрад. Это означало, что я в безопасности.

В безопасности от чего? У меня не было также ответа и на этот вопрос. Отвратительная вещь билась, словно больное сердце, позади двери, которой я хлопнула, чтобы держаться от нее подальше. Я не хотела думать об этом именно сейчас.

Убежище, любимая Дэнни. Я вздрогнула, но знакомые слова были прошептаны мне в правое ухо. Мужской голос, низкий и требовательный. Таким он раньше будил меня.

Еще когда я была человеком и Джейс Монро бы жив, и ад был только местом, о котором я читала в классической литературе и обязательном курсе истории классификации Маги.

Эта мысль вызвала во мне панику. Я едва не согнулась под кнутом страха, мои колени подогнулись.

Вставай, очисть свою голову, двигайся. Там, ниже по улице храм и никто тебя не увидит. Ты должна сейчас действовать. Голос Джейса шептал, уговаривал.

Я не возражала. Будь то мой мертвый возлюбленный или мой собственный вещий талант, это было несущественно.

Единственное, что имело значение - это то, что он был прав. Я была нага и покрыта кровью, моя сумка была при мне. Я должна была найти укрытие.

Я заметила вход в аллею, всматриваясь в тусклую городскую улицу, по обеим сторонам от нее мерцали подобно светлячкам огоньки. Окружащая Сила отдавала синтетическим дымом, мокрой плесенью, застарелой, пахнущей плесенью, пролитой кровью и острым раздражающим разрушающим запахом чилла.

Пахло как в Джерси. Я покачала головой, кровь стекала из моего носа теплой струйкой, шатаясь я шла в ночи.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/16013/52430

Переводчики: Svetasvet, kostyaeva, ZHmiRezet, Jomojo

LOVEL, alyashka, Endorfin