Готовый перевод Carl Barât: Threepenny Memoir. The Lives of a Libertine: One: Raising the Colours

***
Оглядываясь назад, на The Libertines похоже на ловлю солнечных зайчиков между зданиями во время езды на поезде.

Мы мечтали об Альбионе и высоком небе над нашим низким ceiling нашей квартиры в подвале.

Сейчас 2003-й и мы готовимся выйти на сцену.

Гэри и Джон разогреваются, я слышу *** баса и ** **.

Питер берет меня за руку и очевидно признавая остальную часть группы: "Только ты и я, мы можем сделать это без них"

Ты должен поверить,

Он чуть не плачет, когда говорит это.

Гэри и Джон разглядывают пол.

Мой желудок переворачивается.

Питер начинает сначала:
"Сегодня должно что-то случиться" и я предвижу своего рода неизбежное расплавление на сцене.

Это как если твоя подружка говорит тебе, что вам нужно серьезно поговорить этим вечером; и ты знаешь, что ничего хорошего из этого не выйдет.

Потом...ничего не происходит.

Питер играет штормоподобный сет ,он весь на сцене, руководит толпой, ухмыляется нам троим.

Сталкиваясь грудью друг с другом, мы (сталкиваемся,взрываемся) в центре сцены и для зрителей это выглядит так как будто мы нигде больше и не могли бы быть сейчас.

Когда мы играли, я обычно волновался, что обнаружат,что я не заслуживаю быть на этой сцене.

Я бы обменялся взглядами с Джоном и Гэри и мы бы разобрались с этим, мы бы разобрались с этим как всегда разбирались.

Но там была другая часть меня знающая насколько счастливыми мы были,знающая что мы склеивались (обьединялись), я как счастливы были без попыток(??), между нами с Питером была искра; мы полностью подходили друг другу - что делало все более сложным когда он попытался вывернуть все **

Я могу видеть те огни, чувствую как пот собирается на пояснице.

Я никогда не был счастливее и злее.
Никогда не был более удовлетворенным и более разочарованным.

The Libertines усилили мою неуверенность, позволили мне чувствовать себя королем мира, воплотили мои мечты и разбили мои надежды.

Мы были группой такого сорта.

***
До The Libertines, до безумия и денег, до того как комната начала заполняться людьми, которых мы не знали, Питер и я романтизировали Альбион.

Я даже не знаю когда мы впервые начали говорить об этом.

Если вы собираетесь пуститься в плавание, тогда вы должны дать имя своему кораблю, и мой добрый корабль назывался Альбион.

***
Я живу в Лондоне с тех пор как переехал, чтобы изучать актерское мастерство в Брюнельском Университете летом 1996-го.

Я не был популярен в Уайтчерче, около Бэзингстока, где я вырос.

Я был вроде призрака, чувствал себя , и должен был уехать.

Кингстон - неумолимое место в семь утра.

Сестра Питера Эми-Джо Доэрти была единственной в Брюнеле с кем я чувствовал связь во время моего недолгого пребывания там.

Эми-Джо была единственной кто казалось был связан с теми вещами которые я искал.

Мы стали лучшими друзьями и она часто рассказывала мне фантастические истории о Питере, поэте кто был на год ее младше и все еще жил

В конце концов он приехал и она попросила меня присмотреть за ним пока она учится.

Питер уже ушел и я боялся в одиночку в моей клетке.

После того как мы покинули Холлоуэй, мы переехали в Далстон где у Питера была комната, а я был вроде как нелегально.

Еще там был эксцентричный владелец квартиры Дон,и другой парень, Безумный Мик, живущий соответственно своему имени и все время слоняющийся поблизости.

Безумный Мик был из Бруклина и нравился мне.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/17264/56752

Переводчики: Rot_klee