Готовый перевод Ella Enchanted / Заколдованная Элла: 8

8

Хетти не знала об проклятии Люсинды, но додумалась, что я выполняю все ее приказы.

И после того как я запустила ей в лицо пыль - она улыбнулась.

Эта улыбка значила, что пыль - это мелочь, несравнимая с ее силой.

Я удалилась в угол кареты и уставилась в окно.

Хетти не приказывала мне не забирать ожерелье вновь.

Могла ли я стащить его с ее огромной башки?

Или сорвать с шеи?

Лучше уж оно порвется, чем она будет в нем щеголять.

И я попробовала.

Приказала рукам двигаться, приказала ладоням хватать.

Но задействовало проклятие.

Если кто-нибудь прикажет мне забрать ожерелье, то тогда я его заберу.

Но сама это сделать не смогу.

Поэтому заставила себя посмотреть на Хетти, привыкнуть к этому.

И как только я подняла глаза, девчушка злорадно погладила цепочку.

Через несколько минут ее глаза закрылись.

А рот открылся. Вскоре она захрапела.

Олив пересекла карету и села рядом со мной.

- Я тоже хочу подарок в честь нашей дружбы, - начала выпрашивать она.

- Почему бы тебе не подарить мне кое-что?

Борозды у нее на лбу углубились.

- Нет. Дай, а не подари.

Приказ.

- Чего бы ты хотела? - спросила я.

- Денег. Дай мне деньги.

Как отец и обещал, он дал мне с собой кошелек с серебряками.

Я подняла свой саквояж и вытащила монетку.

- Держи. Теперь мы друзья.

Она плюнула на монетку и обтерла ее об платье, чтобы та засияла.

- Друзья, - согласилась она.

Она вернулась на своей место и поднесла монетку близко к глазам, изучая.

Я перевела взгляд на храпящую Хетти.

Скорее всего, ей снились дальнейшие перспективы от моего послушания.

Я вновт посмотрела на Олив, которая перекатывала свою монетку от лба до носа и обратно.

Это будет долгий учебный год.

Особенно если эти двое будут моими единственными спутницами.

Вскоре храп Олив звучно примкнул к храпу ее сестры.

Когда я убедилась, что они обе крепко заснули, то осмелилась вытащить на свет второй подарок Менди - книгу сказок.

Я отвернулась от них обоих, стараясь скрыть книгу и поймать свет из окна.

Когда я открыла ее, вместо сказок на странице красовалось изображение самой Менди!

Она резала репу.

Рядом с репой лежал цыпленок, я видела ее мужество сегодняшним утром.

А сейчас она плакала.

Мне показалось, что она сдерживала слезы, когда обнимала меня.

Страницы вымокла - мои глаза тоже заполнились слезами.

Но я ни за что не буду плакать при Хетти и Олив, даже если они этого не видят.

Если бы в карете со мной ехала бы Менди, она бы обняла бы меня, а смогла бы плакать сколько захочу.

Она гладила бы меня по спине и шептала бы: "Нет".

От этих мыслей слез стало еще больше.

Если бы здесь была Менди, то она бы объяснила, что превратить Хетти в кролика нельзя, потому что это большое и плохое волшебство.

Я спросила себя: почему феи были хорошими.

Это помогло. Я снова проверила спали ли мои спутницы и, удостоверившись в этом, перевернула страницу.

Там появилась комната, которая, скорее всего, находилась где-то во дворце короля Джеррольда, потому что в ней был Чар и на стене поверх гобелена был изображен их фамильный герб.

Чар разговаривал с тремя солдатами, которые сторожили хижину огров в зверинце.

Я задумалась о чем они говорили.

Возможно, объяснение будет дальше.

Я перевернула страницу, там были уже две иллюстрации, ни на одной не было ни Чара, ни солдат.

Но была карта Фрелла.

Под нашим поместьем значилось: "Сер Питер из Фрелла".

Я пальцем проследила дорогу от поместья к зверинцу.

Это была южная дорога в Фрелле, а дорога, по которой мы сейчас едем, ушла далеко за пределы карты и, тем более поместья Сера Питера из Фрелла.

А другая, правая, иллюстрация показывала карету отца и следующие за ней мулы на привязи, везущие товары для торговли.

Отец сидел впереди, рядом с извозчиком, сгибающем свой кнут.

Отец подставил лицо ветру и скалился.

Что еще покажет мне книга?

На этот раз настоящую сказку: "Сапожник и Эльфы".

По этой версии, у каждого эльфа была своя личность. Если честно, я знала о них больше чем о сапожниках.

И когда я наконец поняла почему эльфы исчезли как только сапожник сделал для них одежду.

Они ушли, чтобы помочь гигантам избавиться от роя москитов, которые были слишком маленькие, и гиганты не могли ух увидеть.

Хотя эльфы оставили письмо с благодарностью для сапожника, но он по-случайности поставил на него свою чашку с кофе, и та увлажнилась от тепла.

Теперь история имела смысл.

- Наверно, твое книга очень интересна. Дай взглянуть, - сказала Хетти.

Я подпрыгнула.

Если она заберет и ее, то я ее убью.

Книга неимоверно потяжелела, когда я передавала ее ей.

У нее расширились глаза, когда она начала читать.

- И тебе это нравится? "Круг Жизни В Стае Кентавров"? - она перевернула страницу. - "Промышленность Гномов В Труднопроходимой Местности"?

- Как это может не быть интересным? - наигранно воскликнула я, почувствовав, что спасена. - Ты просто обязана это прочитать. Если мы будем подругами, то у нас должны быть общие интересы.

- Ты можешь разделить мои интересы, дорогая.

Она вернула мне книгу.

...

Это путешествие научило меня тому, что от Хетти можно ожидать все что-угодно.

В нашу первую ночь в гостинице, она сообщила мне, что я, видите ли, заняла все свободное место в карете и поэьтому они не смогли взять с собой горничную.

- Мы не будем страдать из-за того, что ты заняла ее место. - Она наклонила голову. - Нет, ты почти дворянка. Было бы нечестиво сделать из тебя слугу. Ты будешь моей фрейлиной, и я буду делить тебя с сестрой. Иногда. Олив, Элла может тебе чем-нибудь помочь?

- Нет! Я и сама могу одеть платье, - демонстративно высказалась Олив.

- Никто не говорил, что ты не можешь. - Хетти села на кровать, которую мы делили. Она приподняла ноги. - Встань на колени и сними с моих ног туфли, Элла. У меня разболелись пальцы.

Я, не пререкаясь, сняла их.

В нос ударила вонь от ее ступней.

Я подбежала к окну и выбросила в него туфли.

Хетти зевнула.

- Ты только лишь создала себе проблемы. Спустись и принеси их обратно.

Олив метнулась к окну.

- Они угодили в ведро с помоями!

Пришлось вернуть вонючие тапки обратно в комнату, зато Хетти придется в них ходить, пока она не сможет найти себе новые.

Но после этого, она стала осторожнее подбирать приказы.

На завтрак следующим утром она объявила, что каша несъедобная.

- Не ешь это, Элла. А то заболеешь.

И впилась ложкой в свою овсянку.

Теплый пар взлетел в воздухе. Я уловила запах корицы.

Менди всегда клала корицу в кашу.

- Почему ты ешь, если каша плохая? - промямлила Олив своей сестрице. - Я голодная.

- С твоей все в порядке. А я съем свою даже если она гнилая, - она слизнула кончиком языка крупинку с уголка рта - потому что мне необходимо питаться, ведь я несу за вас ответственность.

- Ты не несе... - начала Олив.

- Вам не по душе ваша каша, мисс? - обеспокоенно спросил хозяин гостиницы.

.

- Мою сестру немного подташнивает, - ответила ему Хетти. - Мы возьмем с собой ее миску.

- Я не твоя сестра. - Подала голос я как только хозяин вышел из кухни.

Хетти рассмеялась и провела ложкой по стенкам миски, вычистив последние остатки каши.

Хозяин гостиницы вернулся с тарелкой нарезанного черного хлеба с орехами и изюмом.

- Возможно, это поможет справиться с тошнотой, - услужливо угостил он.

Я успела оторвать от него большой кусок перед тем, как его окликнула девушка за другим столом.

- Положи, Элла, - Хетти отломила себе кусочек хлеба и попробовала. - Он слишком дорогой.

- Дорогая еда очень для меня полезна, - сказала Олив, наклонившись над столом.

Весь мой завтрак исчез в их ртах.

Тот кусочек хлеба был моей единственной трапезой за эту трехдневную поездку, не считая тоника.

Хетти и его бы у меня отобрала бы, но после первой пробы сразу передумала.

А я с огромным удовольствием наблюдала как ее лицо позеленело, когда она его проглотила.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/17768/58560

Переводчики: Lili1321