Готовый перевод Bloody Valentine, book 7 / Кровавый валентин, книга 7 - Мелисса де ла Круз: 1,3

Было около четырех утра, когда он вернулся в Отдых.

Фрея стояла за стойкой бара, ударяя по краю коктейльного бокала ножом.

" Последний звонок.

Последний звонок, все."

Когда она увидела Оливера, она улыбнулась.

"Ты вернулся."

Она изучала его лицо.

"Ты не сделал этого."

"Нет.

Я ... почти сделал."

Он больше не удивлялся , как она узнала, где он был и что он собирался сделать.

"Я это не сделал, потому что думал о том, что ты сказала."

"Хороший мальчик"

Она улыбнулась и указала на подсобку.

"Давай, помоги мне почистить ее.

Небольшая уборка позволит тебе почувствовать себя лучше.

Тогда я позволю тебе пойти домой."

Оливер взял веник и стал подметать пол, поднимать пластиковые соломинки и сырые салфетки, которые упали туда.

Он помог вытереть счетчик и сухие очки.

Он их аккуратно сложил на дальних полках.

Фрея была права: физический труд заставлял его чувствовать себя лучше.

Последний из завсегдатаев ушел и они остались одни.

Он огляделся, понимая, что за эти годы он ни разу не видел, чтобы кто-то работал здесь кроме Фреи.

Как одна маленькая девушка может держать весе место вместе?
Когда в баре было прибрано и чисто, Фрея пожала плечами в зеленом пиджаке зенитной армии, негабаритный и гигантский по своей маленькой раме.

Этот вид куртки носили специальные команды парашютных сил в джунглях, и это выглядело нелепо против ее тонких черт лица, который сделал весь эффект еще более очаровательным.

Она одела капюшон, чтобы закрыть волосы.

"Пошли, я живу внизу по улице."

На пути к своей квартире, Фрея остановилась у корейского бакалейщика на углу.

Она выбрала букет цветов, две корзины свежих фруктов и веточку мяты.

В отличие от обычного тусклого предложения гастронома, все чего Фрея коснулась казалось светится: клубника, красная и сочная, дыни интенсивно сияли оранжевым.

Мятой пахло, будто она только что была сорвана с поля в Провансе.

Она привела его к потрепанному многоквартирному дому со сломанной дверью спереди.

"Мы не получили памятки элитного жилья", пошутила она.

Он последовал за ней по лестнице на третий этаж.

Там было четыре двери, и она открыла окрашенную в красный цвет.

"Слава богу, я лицом на улицу.

Эти два там сейчас смотрят на двор."

Это была небольшая квартира по Нью-Йоркским стандартам недвижимости, даже мельче.

Там была старомодная дверь в ванную в середине комнаты и незначительная кухня со старой техникой.

Но как только Оливер вошел в комнату, он был поражен, не увидя маленькой комнаты, как она выглядела с порога.

Он ошибся.

Квартира была большая и великолепная, с библиотекой полной книг на одной стороне и надлежащей формальной столовой в другой стороне

"Сядь", - сказала она, указывая на большой диван, что его удивило, он не был там прежде.

Были родовые портреты на стене, и это выглядело как музейное искусство.

Был ли это Ван Дик? Один был несомненно Рембрандт.

Обычная богемная нищета исчезла, и вместо этого Оливер сидел на диване в элегантно обставленной гостиной с потрескивающим камином.

Окна со стороны пожарной лестницы выходили на Авеню С, но Оливер мог поклясться, что слышал океан.

Когда она вернулась, то была одета во фланелевую пижаму.

"Ты должен позавтракать", - проговорила она, нарезая мяту.

Восхитительный масляный запах начинал нести от кухни, и через несколько минут, Фрея разместила две тарелки на столе в маленьком уголке для завтрака.

К этому времени, Оливер принял факт того что квартира не то, чем кажется, и его больше не удивляло появление еще другой удобной и красивой мебели.

Было ли это мечтой? Если это так, то он хотел продолжить спать.

Оливер откусил.

Яйца были мягкие и сливочные, и мята дала им острый интересный привкус.

Он закончил все это за три укуса.

"Ты был голоден," - Фрея наблюдая, подтянула колени к подбородку.

Он кивнул и вытер руки льняной салфеткой.

Он смотрел как она ела яйца медленно, смаку каждый кусочек.

"Расскажи мне о ней," - сказала Фрея, облизывая ее вилку.

"Она была моей лучшей подругой."

Он рассказал ей все о его дружбе с Шайлер от начала до горького конца.

Он обнаружил, что с Фреей, он мог говорить о Шайлер не чувствуя боли.

Он смеялся и предавался воспоминаниям.

Оливер говорил до поздних утренних часов.

Он смутно не забыл помочь ей с посудой, и затем заснул в ее кровати.

"Ты слишком молод, чтобы быть таким потерянным и лишенным,"-прошептала Фрея, прежде чем он закрыл его глаза.

Когда он поснулся позже этим днем, он обнял ее.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/17886/58820

Переводчики: 3456568, golden_fox