Готовый перевод The Goddess Test / Испытание Богини: CHAPTER 2: AVA

ГЛАВА 2

АВА

Я не была эффектно красива.

Я бы хотела, но я это только я.

Я никогда не позировала, у меня никогда не было парня, и у не была одной из генетический счастливцев, которые учились в моей старой подготовительной школе.

И именно поэтому я не могла понять, почему Дилан по-прежнему смотрел на меня.

Он уставился на меня всю историю, всю химию, и в течение всего обеда.

Я ела одна на пустом конце стола, мой нос, зарытый в книгу, не желал беспокоиться тем, чтобы заводить новых друзей.

Я не собирался быть здесь очень долго, во всяком случае, так было не очень в точку.

Как только это закончиться, у меня были все намерения возвратиться в Нью-Йорке и поднять те несколько кусков моей прежней жизни, которые я была бы в состоянии найти.

Кроме того, я привыкла обедать в одиночку.

У меня дома было не много друзей, так как моя мать заболела в начале моего первого года обучения, и я провела все свое время за пределами школы, ночуя под открытым небом рядом с ее больничной койкой, когда она проходила химиотерапию и излучение.

Это не оставило много времени для ночевок, знакомства и болтания с людьми, которые не могли понять то, что мы переживали.

- Это место занято?

Удивленная я посмотрела наверх, ожидая увидеть Дилана.

Но вместо него, с подносом полном картошки-фри и напяленными на голову огромными наушниками, напоминающие слоновьи уши, на меня смотрел Джейс с бойкой усмешкой на лице.

Я не знала, испугаться или вздохнуть с облегчением.

Я молча покачала головой, но это не имело значения.

Он уже сел.

Я уставилась в свою книгу, стараясь изо всех сил избегать смотреть на него в надежде, что он уйдет.

Но слова заплясали передо мной, и я прочитала одно и тоже предложение четыре раза, зная о Джеймсе, чтобы сконцентрироваться.

- Технически, ты находишься на моем месте, - сказал он, начиная беседу.

Открыв рюкзак, он вытащил бутылку кетчупа, мои глаза почти вышли из орбит, я откинула книгу.

Кто носит бутылку кетчупа?

Он, должно быть, увидел мой взгляд, потому что, как только он брызнул все это по массивной куче картошке-фри, толкнул поднос ближе ко мне.

- Хочешь?

Я покачала головой.

У меня были яблоко и бутерброд, но после прибытие Джеймса меня стало немного подташнивать.

Это было не то, что я не думаю, что он может быть милым ребенком, просто я хотела, чтобы меня оставили в покое.

Как оправдание избежать разговора с ним, я укусила свое яблоко, не торопясь жуя его.

Джеймс начал погружаться в сое фри, и несколько коротких секунд, я надеялась, что разговор окончен.

- Дилан уставился на тебя, - сказал он, и прежде, чем я могла проглотить и прояснить, что не хочу иметь ничего общего с Диланом, Джеймсом, кивнул на что-то позади меня. - Присоединяйся.

Я нахмурилась и обернулась, но Дилан все еще сидел напротив в столовой.

У меня не заняло много времени все же увидеть то, о чем он говорил.

Ава шла прямо к нам.

- Здорово, - пробормотала я, опуская яблоко на салфетку.

Неужели слишком много, чтобы попросить, чтобы я прошла невредимой через четвертый год обучения?

Да даже если это и в правду невозможно, то можно мне дать, по крайней мере, один день на адаптацию прежде чем начнутся драмы?

- Кейт? - высокий голос Авы был очевиден.

Я вздохнула про себя и заставила повернуться, надевая невинную улыбку на свое лицо.

- О, привет... Ава, так?

Уголки ее губ дрогнули.

Бьюсь об заклад, никто никогда прежде не спрашивал ее имя дважды.

- Правильно! - сказала она, и ее голос искрился с поддельными энтузиазмом. - Я так рада, что ты вспомнила. Слушай, я хотела бы спросить... Есть ли у тебя планы на завтра?

Кроме подкладывания горшков, меняя простыни моей матери, и отмеривая для нее медикаменты на следующую неделю?

- Да, есть кое-какие дела. А что?

Она надменно фыркнула, но тогда, казалось, вспомнила, что пыталась играть хорошо.

- Мы все собираемся на костер в лесу — это своего рода митинг бодрости духа, за исключением… ну, ты знаешь. Финансируемый школой, - она хихикнула и завернула локон светлых волос за ухо. - Во всяком случае, мне было интересно, хочешь ли ты пойти. Я подумала, что это мог бы быть хороший способ познакомиться со всеми нами.
Обернувшись через плечо на длинный стол, полный спортсменов, она усмехнулась. - Я знаю, что несколько из них действительно хотят встретиться с тобой.

Это было тем, о чем я подумала?

Она хотела найти мне друга чтобы Дилан оставил меня в покое?

- Я не знакомлюсь.

Челюсть Авы отвисла.

- Правда?

- Правда.

- Почему?

Я пожала плечами и взглянула на Джеймса, который, казалось, был настроен не смотреть на Аву, ки строил тщательно продуманный вигвам, сделанный из фри.

Он не будет предлагать помощи.

- Послушай, - сказала Ава, отпустив поддельный акт. - Это - просто вечеринка. Как только все познакомятся с тобой, то прекратят смотреть на тебя. Это не большая проблема. Только час или больше, и затем ты не должна будешь делать этого снова. Я даже помогу тебе с волосами, косметикой и прочим — ты можете зпоаимствовать одно из моих платьев, если они не слишком малы.

Она понимает, что только что оскорбила меня?

Я попыталась отказаться, но она не позволила.

- Пожалуйста, - сказала она, ее голос раскалывался с искренностью.

- Не заставляй меня просить. Я знаю, что это, вероятно, не то, к чему ты привыкла в Нью-Йорке, но будет весело, я обещаю.

Я посмотрела на нее, когда она смотрела на меня беспомощным, просительным взглядом.

Она не собирается принимать нет как ответ.

- Прекрасно, - сказала я. - Я останусь в течение часа. Но мне не нужна твоя косметика или платья, и после этого ты оставишь меня в покое, хорошо?

Ее улыбка вернулась, и на этот раз это была не подделка.

- Согласна. Я буду у тебя в семь.

После того, как я набросала свой адрес на салфетка, Ава вернулась назад к ее столику, ее бедра покачивались возмутительно, что каждый мужской глаз прослеживал ее путь.

Я посмотрела на Джеймса, который был все еще сосредоточен на строительстве смешной хижины.

- Мог бы и помочь.

- Ты кажется справилась с этим.

- Да, хорошо, спасибо что бросил на съедение волков.

Я вытянулась и взял фри от сооружения, удостоверившись, что это было тем, которое держало структуру.

Картофелины распались, но Джеймс, казалось, не имел ничего против. Он просто сунул в рот другую картофелину и глубокомысленно ее жевал.

- Ну, - сказал он, как только проглотил. - Кажется, что ты официально совершила сделку с дьяволом.

Я застонала.

...

Когда я шла к своему автомобилю после того, как прозвенел последний звонок, Джеймс догнал меня, музыка, взрывалась от наушников, которые висели на его шеи, но по крайней мере он молчал.

Я все еще была раздражена, что он не вступился и помог мне с Авой, поэтому я ждала, пока не достигла своего автомобиля, чтобы признать его.

- Я что-нибудь обронила? - начала я, обдумывая как бы по яснее выразиться, что

я не хотела с ним разговаривать.

- Что? Нет, конечно нет. Я бы тебе вернул, - его замешательство смущало меня.

Неужели он не понимает?

Я замялась своим ключом в замке, задаваясь вопросом, как долго это будет продолжаться.

Это только сегодня или мне придется ждать, пока статус "новенькой" с нее не сойдет?

На меня смотрели целый день, но никто, кроме Джеймса, Дилана и Авы не приблизились ко мне.

Я не была удивлена.

Они все знали друг друга с пеленок, и они создавали свои группы начиная с детского сада, это больше чем вероятно.

Мне здесь не место.

Я знала это, и они знали это, это прекрасно подходило мне.

- Я не знакомлюсь.

Слова вылетели прежде, чем я могла остановиться, но теперь, когда я сказала, то, должна продолжать идти.

- Даже вернувшись домой я не знакомлюсь. Я просто... этого не делаю. Ничего личного. Я не оправдываюсь. Я серьезно.. я не знакомлюсь.

Вместо того, чтобы смотреть разочарованно или удрученно, Джеймс уставился на меня широкими голубыми глазами и чистым выражением лица.

Несколько секунд спустя я почувствовала, что мои щеки стали теплыми.

Очевидно знакомство со мной было последней вещью у него на уме.

- Я думаю, что ты красивая.

Я моргнула. Или, может быть, нет.

- Но ты восьмерка, а я - четверка. Мы не можем быть вместе. Общество так нам диктует.

Следя за ним, я попыталась выяснить, серьезен ли он.

Не было похоже, что разыгрывает, и он уставился на меня снова, как будто ожидал своего рода ответа, кроме фырканья.

- Восемь? - выпалила я.

Это было единственное, что я могла придумать.

- Возможно девять, если ты нанесешь немного макияжа. Но мне нравится восьмерки. Восьмерки не позволяют идти по их головам. Девятки позволяют. И десятки не знают, как быть чем-либо кроме десятков - как Ава.

Он был серьезен.

Я повернула ключ в замке, жалея, что у меня не было сотового телефона, так я могла бы притвориться, что кто-то вызывает меня.

- Ну ... спасибо, наверно.

- Всегда пожалуйста, - он замолчал. - Кейт? Можно я кое-что спрошу у тебя?

Мне пришлось подкусить губу, да бы не дать указать ему, что он итак уже задал вопрос.

- Валяй.

- Что случилось с твоей мамой?

Я замерла, и мой желудок сжался.

Я ничего не говорила некоторое время, но он все еще ждал ответа.

Моя мама.

Ее болезнь была последней вещью, о которой я хотела бы поговорить.

Казалось неправильным распространяться об ней, но, хочу или нет, все вокруг меня лишь о ней и говорят.

Я эгоистично хотела держать ее только для одной себя все следующие дни, недели, месяцы - все отведенное ей время, я хотела, чтобы она принадлежала лишь мне.

Она не какой-нибудь фрик, об котором они могли распускать всякие сплетни - я не позволю им этого.

Не позволю осквернять этим воспоминания о ней.

Джеймс прислонился к моей машине, я заметила промелькнувшую в его глазах жалость.

Я ненавидела жалость

- Сколько у нее еще в запасе?

Я сглотнула.

Даже те, у кого социальные навыки равны нулю, могут прочитать меня как открытую книгу. Хотя, возможно, мои эмоции и в правду были так очевидны.

- Врачи дали ей шесть месяцев, чтобы жить, когда я была новичком, - я сжала свои ключи от машины настолько сильно, что металл врезался в мою кожу. Боль была желанным отвлечением, но ее было не достаточно, чтобы заставить глыбу в моем горле исчезнуть.- Она держится в течение действительно долгого времени.

- И теперь она готова.

Я тупо кивнула.

Мои руки дрожали.

- А ты?

Воздух вокруг нас казался неестественно тяжелым для сентября.

Когда я сосредоточилась на Джеймсе снова, ломая мою голову для того, чтобы сказать, что заставит его уехать прежде, чем я начну плакать, я поняла, что почти все другие автомобили уехали.

Джеймс обошел вокруг меня и открыл дверь.

- Ты в порядке, чтобы ехать домой?

Была ли я?

- Ага.

Он подождал, когда я сяду в машину, и осторожно закрыл за собой дверь.

Я спустила свое окно вниз, как только завела двигатель.

- Хочешь подвезу?

Он улыбнулся, наклонив голову, как будто я сказала что-то замечательное.

- Я до сих пор шел домой каждый день средней школы в дождь, снег, дождь со снегом, град, не имеет значения.Ты - первый человек, который когда-либо предложил отвести меня домой.

Я покраснела.

- Не имеет большого значения. Предложение в силе, если ты хочешь.

Джеймс посмотрел на меня мгновение, как будто принял какие-то решения обо мне.

- Нет, все в порядке, я прогуляюсь. Благодарю.

Я не была уверена, почувствовала ли себя освобожденной или виновной в желании чувствовать себя освобожденной.

- Тогда увидимся завтра.

Он кивнул, и я двинула машину в обратном направлении.

Прежде чем я оторвала ногу от тормоза, Джеймс снова был рядом с окном.

- Эй, Кейт? Возможно она сможет немного дольше продержаться.

Я ничего не сказала, не веря себе, чтобы держать свое самообладание.

Он наблюдал как я съезжала с автостоянки, и только после того как я свернула на главную дорогу, развернулся и направился в другой конец парковки.

Он снова надел свои массивные наушники.

На полпути домой, мне пришлось остановиться и дать время, чтобы плакать.

...

Мама провела большую часть той ночи, сгорбившись в рвотном порыве, и я провела большую часть держа ее волосы.

К тому времени, когда наступило утро, и София, дневная медсестра, пришла, у моей мамы было только достаточно энергии чтобы позвонить и освободить меня от моих занятий, и мы проспали день.

После другого раунда пугающих кошмаров я проснулась вскоре после четырех, со стучащим сердцем и холодом крови в венах.

Я мог все еще чувствовала, как вода заполняла мои легкие, когда изо всех сил пыталась вздохнуть, могла все еще видеть темные водовороты крови, которые окружили меня, поскольку поток потянул меня вниз, и чем больше я боролась, тем глубже погружалась.

Мне потребовались несколько минут, чтобы успокоиться, и как только я могла снова устойчиво дышать я приложила немного тоналки под глазами, чтобы скрыть темные круги.

Последнее, что я хотела бы, чтобы моя мать беспокоитлась обо мне.

Когда я пошла, чтобы проверить ее, София сидела на стуле возле ее двери, напевая тихо про себя, в то время как вязала что-то похожее на половину красновато-коричневого свитера.

Она выглядела настолько веселой, что никогда не знала бы, что моя мать умирала с другой стороны двери.

- Она поднялась? - спросила я и добавила, когда София покачала головой. - Ты дала ей лекарства?

- Конечно, дорогая, - сказала она любезно, и мои плечи резко упали. - Ты собираешься на вечеринку сегодня вечером?

- Откуда ты о ней знаешь?

- Твоя мама упоминала про это, - сказала она. - Это то, что ты наденешь?

Я посмотрела на свою пижаму.

- Я не иду, - это был час с моей матерью, который никогда не вернуть, и мы не имели их много в запасе. София неодобрительно кудахтала, и я кинула ей неодобрительный взгляд. - Разве ты бы не сделала того же самого, если бы она была твоей матерью? Я предпочла бы провести ночь с ней.

- Это - то, что она хотела бы, чтобы ты сделала? - сказала София, когда продолжая свое вязание. - Для тебя, чтобы приостановить твою жизнь, в то время как ты ждешь, чтобы она умерла? Ты думаешь это то, что сделало бы ее счастливой?

Я посмотрела в сторону.

- Она больна.

- Она была больна вчера, и все еще будет болеть завтра, - сказала София мягко. Я почувствовала ее теплую руку на моей, и я выдернула,скрестив руки плотно над груди. - Ей бы хотелось, чтобы ты посвятила ночь к себе.

- Ты не знаешь этого, - отрезала я, мой голос дрожал от волнения, которое отказалась остаться похороненной. - Ты не знаешь ее, так что прекрати действовать так.

София встала и аккуратно расположила свое вязание на стуле.

- Я знаю, что она говорит о тебе, - она грустно мне улыбнулась, я не могла это видеть, поэтому посмотрел на ковер. - Она ничего не хочет больше, чем знать, что ты будешь счастлива и без нее. Не думаешь ли ты что час или два твоего времени могли бы принести ей немного покоя и уверенности?

Я стиснула зубы.

- Конечно, но...

- Но ничто, - она расправила плечи, и даже при том, что она была со мной ростом, внезапно стала выглядеть намного более выше. - Она хочет, чтобы ты была счастлива, и ты можешь дать ей это, выйдя сегодня вечером и завести новых друзей. Я останусь и удостоверюсь, что с ней все будет в порядке, и не приму нет за ответ.

Я ничего не сказала, впившись взглядом в Софию, поскольку мое лицо пылало гневом и разочерованием.

Она уставилась на меня в ответ, упрямо не отступаясь, и я сдалась.

Она не знала, насколько драгоценна каждую минуту была мне, и не было никакого способа заставить ее понять, но она была права о моей матери.

Есл это сделало бы ее счастливой, я сделаю это.

- Хорошо, - я вытер глаза рукавом. - Но если что-то произойдет с ней, когда я уйду...

- Этого не будет, - сказала София, с теплотой в голосе. - Я обещаю, что не будет. Она, возможно, не даже заметит, что ты ушла, и когда вернешься, у вас будет что рассказать, не так ли?

Если у Авы был свой план, я была уверен,а, что будет.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/18398/60285

Переводчики: Airinka, Lili1321