Готовый перевод Blaire and Prosper / Блер и Проспер: Baby It''s Cold Outside (?)

Пальцы Блэр зависли в дюйме от упаковки зефирок, которые она пыталась отыскать. Она стояла на цыпочках, одной рукой придерживаясь за полку, на которой лежал зефир, а другую протянув над ней. Она раздражённо сдула чёлку с лица и подумала о том, как бы ей достать сладость, не обратив на себя внимание Проспера, который бесконечно будет дразнить её, если она попросить о помощи.

Проклиная зефир и адскую высоту, на которой он находился, она опёрлась одной ногой о мусорное ведро под полками и попыталась забраться выше. Торжествующе схватив зефир в одну руку, она неожиданно взвизгнула, когда две руки обхватили её вокруг талии, удерживая её. Обернувшись и заметив ухмылку на лице Проспера, она свирепо посмотрела на него в надежде избежать его насмешек.

- Что, никакой благодарности? - сказал Проспер, притворяясь удивленным.

- Мой герой, - сказала она рассеянно, бросив ему ухмылку, чтобы немного смягчить фразу.

Она вышла из кладовой на кухню, бодрясь на каждом шагу, крепко держа её приз, и остановилась перед стойкой, где она заметила, что Проспер всё ещё разговаривает.

- ...не то, что ты даже заметила, в любом случае, - продолжил он, ставя её перед фактом, что у неё не было ни единой идеи, о чём он говорил, - Но вот почему ты напоминаешь мне об этом.

Его озорная ухмылка заставила её подозревать, что он дразнил её, но в конечном счёте она решила, что ничто не разрушит её счастья, и начала искать спички, чтобы зажечь знаменитую старую плиту Проспера. Как ни странно, при том, что она постоянно жаловалась на неё, его старая плита была большей частью того, почему она была в данный момент в его доме. Рождество приближалось пугающе быстро, и завтра пути Проспера и Блэр разойдутся, чтобы каждый из них смог встретиться со своей семьёй. Это было из последняя ночь вместе до тех пор, пока Блэр не объявила или даже потребовала, чтобы они сделали что-нибудь Рождественское.

В связи с этим беседа шла совершенно не по теме и перешла в поджаривание зефира на огне. Тем не менее, это оказалось проблемой, главным образом потому, что никто из них не смог вынести 10-градусную погоду на улице, чтобы разжечь костёр, и ни у кого из них не было камина в доме. Они перебрали множество идей, от жарки зефирок на свече до создания миниатюрного костра в мусорном ведре, но в конечном итоге они решили использовать огонь на старой плите Проспера, которую до сих пор можно было зажечь при помощи спичек.

Они заранее обменялись подарками, которые оказались незабываемыми для них обоих. Блэр по-прежнему будет хихикать про себя время от времени, вспоминая Проспера, визжащего, как девчонка, когда он открыл его подарок и нашёл там билеты на предстоящий концерт Jet, а она нашла в подарке от Проспера ожерелье из тонкой цепочки с силуэтом феи, свисающей на конце. Ей казалось, что он потратил уйму денег, которые он копил, когда работал летом в музыкальном магазине, но это сделало подарок ещё милее. Отблагодарив его за это, они принялись за осуществление плана по поджариванию зефира.

Проспер сделал рыцарский поступок и сам вызвался выйти на улицу с двумя палочками зефира (хотя дома сначала он показал настоящее шоу, как он надевал каждый шарф и пальто), и как только Блэр нашла спички, она пришла к выводу, что они готовы начать жарку.

Проспер усмехнулся, когда она сказала ему это, и произнёс одну из его хромых, но весьма забавных анекдотов о рождении, пока три зефирки на палочке не поджарились, две из которых он съел, а одну с усмешкой отдал Блэр.

- Погодииииии минуту, - вдруг заявил Проспер, - мы кое-что упустили.
Сказав это, он притащил стул из другой комнаты в кухню и сел перед радостно потрескивающей плитой, сев и усадив её к себе на колено.

Вот так, - пробормотал он, его дыхание щекотало её ухо, пока он обхватывал её талию руками так, чтобы он мог жарить зефир на огне, - Теперь идеально.

Огонь бросал розоватые блики на их лица, и ответная улыбка Блэр делала эту сцену ещё ярче. Прижимаясь к его тёплому телу, она сосредоточилась на собственной зефирке; если и есть одна вещь, которая показалась бы ей лучше, чем Проспер, так это обжаривание зефира. Когда зефир стал липким, Проспер положил их палочки и просто сел на место, с руками, свободно обвившимися вокруг её талии, положив свой подбородок на её плечо. Веки Блэр тяжелели, и Проспер начал напевать её рождественскую песню, но это не помогало ему не засыпать.

- Ммм... Счастливого Рождества, Блэр, - сонно проговорил он.

- Счастливого Рождества, - прошептала она в ответ, улыбаясь, но оставив обсуждение того, как правильно пожелать хорошего Рождества, на другое время.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/19193/62346

Переводчики: PolishaZ98, Mozzarella