Готовый перевод Lorel Gamilton,"The Hit List",Anita Blake series,book 20th / Лорел Гамильтон, "Черный Список", серия книг "Анита Блейк", книга 20: Глава 1

Большая часть тела лежала на земле, на спине посередине гладкого травяного поля. В предрассветном мраке все казалось серым, но по окружности пространство выглядело более светлым,словно затертым;
я решила что мы находились на поле для софтбола. "Мы" - это Эдуард, федеральный маршал Соединенных Штатов Тэд Форрестер, и я, федеральный маршал Соединенных Штатов Анита Блейк. Эдуард - его настоящее имя и его личность. Форрестер - вторая ипостась,прикрытие - как Кларк Кент для Супермена,но для остальных маршалов он был старым добрым парнем Тэдом, охотником за головами в прошлом, федеральным маршалом в настоящем, попавшем так же как и я под Закон о Противоестественных Угрозах.

Я была истребительницей вампиров, а не охотником за головами. Но, как бы там ни было, вот они мы,стояли с настоящими значками; юридически - стопроцентные копы.
Эдуард все еще брался за работу охотника - иногда,если либо платили достаточно много, либо цель была достаточно интересной. Он специализировался только в убийствах опасных существ, таких как оборотни или вампиры. Борьба с преступностью на самом деле начинала отнимать все больше его свободного времени. Работа и правда мешает твоим хобби.

С нами были и другие маршалы - разговаривали с местной полицией, но лишь мы с Эдуардом стояли посреди разбросанных частей тела. Может быть,остальным просто надоело смотреть на это; мы сюда приехали прямо из аэропорта Такомы. Остальные были здесь дольше. Расчлененные тела довольно быстро теряют свою привлекательность.

Я боролась с желанием поплотнее закутаться в ветровку с большой надписью Маршал США на ней. Тут пятьдесят долбанных градусов. Кто вообще когда-нибудь слышал, чтобы в августе нормальной температурой было пятьдесят градусов? Дома в Сент-Луисе столбик термометра не опускался ниже ста.До того как прибыть сюда мы останавливались в Алабаме и пятьдесят градусов ощущались неимоверно холодно после всей этой жары и влажности. Свет вокруг нас становлися мягче и смогла почетче разглядеть тело. Лучше мне от этого не стало.
- Оно лежит на спине или на заднице?, - спросила я.

- Имеешь в виду что оно разорвано надвое по линии грудины и и части лежат на расстоянии десяти футов друг от друга?
- Да, - сказала я.

- А не все ли равно? - спросил он. Он притронулся рукой к своей ковбойской шляпе, которую оставлял в машине. Тэд носит любовно выбранную,чуть ли не отутюженную ковбойскую шляпу, и то, что этот жест стал чем-то вроде привычки, демонстрирует лишь, как много времени он проводит под своей второй,легальной личиной. Он провел рукой по своим коротким светлым волосам. Он был ростом пять футов восемь дюймов, что для моих пяти и трех кажется высоким.

- Догадываюсь, что все равно. Про себя я думала, что если ты стоишь и пялишься на расчлененное тело, у тебя явно проблемы, потому, что в противном случае либо ты бы просто умчался с криками, либо тебя бы вырвало. Я не блевала на трупы уже неизвестно сколько лет, но полиция Сент-Луиса никогда не забудет мне тот случай.

- Они не могут найти сердце. - его голос был таким же безэмоциональным, как и выражение лица. Света было достаточно, чтобы я могла разглядеть его глаза - они были синими, а не просто бледными. У него был загар, золотистый и легкий, но все же темнее моего.Казалось неправильным, что светловолосый,голубоглазый,типичный англосаксонский протестант темнее чем я, со своими черными волосами и карими глазами, унаследованными от матери. Я наполовину латиноамериканка - неужели я не должна быть более загорелой чем белый парень?

- Анита, - сказал он,подвинувшись так, чтьобы мне не видеть тело. - Поговори со мной. Я моргала на него. - Они и не найдут сердце. Точно так же как не нашли предыдущие три. Убийца, или убийцы, забирает сердце как трофей, либо как доказательство. Как лесничий в Белоснежке,нес сердце Злой Королеве в коробке или чем-то в этом роде.
- Ты нужна мне здесь, в работе с этим делом, а не потерянная в собственной голове.

- Я здесь. - Я нахмурилась на него.
Он покачал головой. - Я видел как ты осматривала кое-что похуже этого, и реагировала спокойней.
- Может, я просто устала смотреть на все это дерьмо? Ты нет?
- Ты имеешь в виду не только этот случай. - сказал он.

Я покачала головой.
- Ты спрашиваешь, задевают ли меня вещи,подобные вот этому?
- Я бы ни за что такого не спросила, это противоречит мужскому кодексу. - ответила я, и сама эта фраза заставила меня слегка улыбнуться.
Он улыбнулся в ответ, но больше рефлекторно.Его глаза в улыбках не участвовали. Они оставались холодными и пустыми, как зимнее небо. Когда к нам присоединятся другие маршалы, он сделает свои глаза сияющими, или заполнит их эмоциями; он никогда не заботился об этом если мы были вдвоем. Мы слишком хорошо знали друг друга - не было смысла прятаться.

- Нет,меня это не задевает.
Я пожала плечами и в конце концов позволила себе поплотнее запахнуться в тонку ветровку. По крайней мере когда мой главный ствол находился на пояснице,а не в наплечной кобуре, я могла застегнуть ее и не светить оружием. Еще у меня был мой резервный пистолет в наплечной кобуре и здоровенный нож,который спускался вниз вдоль спины в сделанных на заказ ножнах.

- Лучше бы я осталась дома.
- С твоими мужчинами, - и снова это было сказано абсолютно нейтрально.
Я кивнула. Я скучала по мужчинам моей жизни когда мы надолго расставались, а это было наше четвертое по счету место преступления и четвертый город. Я устала от самолетов, устала от других копов, устала быть не дома.

- Я пропущу выступление Бекки в Music Man. Она конечно всего лишь в хоре, но она одна из самых маленьких,кого они когда-либо отбирали.
- Наверно она действительно хороша.
- Именно. Он кивнул, улыбнулся, и на этот раз улыбка добралась и до глаз.Его лицо было теплым и счастливым пока он думал о своей почти падчерице. Он жил вместе с Донной уже пять лет и не женился, но дети воспринимали его как своего отца.Бекке было всего шесть когда он и ее мать начали встречаться. Эдуард, который среди вампиров был известен как "Смерть", водил Бекку в танцкласс и сидел на стульчике в комнате ожидания с мамашами уже годы.Смешно даже думать об этом.

- Как-то веселее было убивать монстров раньше,когда нам еще не к кому было возвращаться домой. - сказала я.
Улыбка исчезла и он холодным взглядом прочертил линию от места,где лежала голова до противоположной стороны поля.
- Не могу спорить. Я имею в виду не тела. Это меня не задевает, но я бы хотел приехать домой до того, как фестиваль закончится.
- Сколько ночей он длится?
- Две недели.
- Две недели начиная с сегодняшнего дня?
- Да.

- Я не хочу торчать здесь еще две недели. - сказала я.
- Я тоже. - на этот раз его голос звучал устало.
Для меня реальная проблема в этом деле заключалась в том, что я абсолютно точно знала, почему были выбраны именно эти жертвы. Я знала даже что их убивало. Проблема была в том, что я не могла сказать об этом никому, кроме Эдуарда, потому, что если бы я сказала все, что я знаю, кому-либо из полиции, убийцы пришли бы за мной, и за каждым полицейским, с которым я говорила, и за всеми, с кем говорили полицейские. Арлекин был вампирским аналогом полиции, шпионов, судьи, присяжных и палача. А также они были одними из величайших воинов среди живых и немертвых. Некоторые из них были вампирами, некоторые - ликантропами - поэтому они могли порезать в фарш вертигров, которых они убивали по всей стране. Тело у наших ног выглядело человеческим. Перед смертью у него была возможность превратиться в здоровенного тигра, но и это не спасло его от Арлекина, так же как не спасло никого из предыдущих. Если два человека одинаково сильны, одинаково быстры, но один из них лучше тренирован, он и победит. И пока что ни один из вертигров не оказывался чем-нибудь хоть чуть большим, чем человек, который вдруг обнаружил, что может превращаться в тигра.

- Мы здесь чтобы отработать место преступления, - сказал Эдуард, - вот и займемся этим.
Я вздохнула, расправила плечи и перестала кутаться в свою тонку куртку. - А еще мы знаем кучу всего, что необходимо знать полиции.
- Мы же решили с этим, Анита... Те...кого нельзя называть - он многозначительно уставился на меня"Я ненавижу то, что нам даже имени их произносить нельзя.Чувствую себя как в Гарри Поттере, разговариваю о Том-Кого-Нельзя-Называть"
- Ты же знаешь расклад, Эдуард. Если ты упомянешь их имя без их разрешения или приглашения они выйдут на охоту и убьют тебя за это. Если я скажу полиции, все, кто так или иначе назовут их имя, тоже будут схвачены и порезаны на куски. не знаю как ты, но по мне так эти парни хороши до ужаса и кажется знают некоторые тонкости современной судебной эекспертизы.

Они носят плащи, перчатки и капюшоны, которые скрывают их волосы, Анита. Одежда, которая помогает им скрыться от глаз остальных...парней, помогает им не оставлять за собой улик.
- Очень справедливо.
- И те,кто на твоей стороне, не знают лиц других. На своих встречах они носят маски, как какие-нибудь террористические группировки,и потому прекрасно могут шпионить друг за другом если захотят.

Итак, значит у нас нет ни лиц, ни имен, за исключением псевдонимов, а те совпадают с масками, которые они носят.
- Не думаю, что убийцы здесь, в центре Такомы, радостно надевают на себя маски венецианского фестиваля. Так что это не поможет. - сказал он.
- То есть мы знаем все и ничего полезного, - ответила я.

- Если бы я согласислся на контракт по поводу убийства Королевы Вампиров, она бы уже была мертва.
- Или ты был бы, а я бы рассказывала Питеру, почему он потерял второго папу.
Эдвард подарил мне полновесный холодный взгляд. - Ты прекрасно знаешь что я хорош в своей работе.

У меня были годы практики в выдерживании ледяного взгляда. И я его выдержала. - ты не понимаешь, Эдуард. Она - это сама тьма, ожившая ночь.
- Я бы никогда не взорвал ее, объявив на этом работу оконченной, - сказал он, - что-то настолько противоестественное явно нуждается в магической смерти.
- Что - притащил бы с собой ведьму?

- Нет, но сходил бы к какой-нибудь, взял бы чары, заговоренное оружие,что-то такое. Наемники Совета относились к ее убийству просто как к еще одной победе, и теперь мы все по уши в дерьме из-за этого.
Я с этим спорить не могла - слишком он был прав. Арлекин был законом Совета вампиров Европы тысячи лет, но их настоящей работой была охрана их Темной Королевы. Половина из них порвали с советом и вернулись к своей службе для Матери Всей Тьмы.
- Они думали огонь сможет разрушить ее, - сказала я.

- Ты бы предположила это?
Я об этом думал. - Нет.
- А что бы ты сделала?
- Я бы обвешалась святыми символами, и сковала бы ими ее дух в том теле, в котором она находилась бы в этот момент. А потом я бы отрезала ее голову и вырезала сердце, затем сожгла отдельно каждую часть а пепел развеяла над разными проточными водами.

- Ты правда думаешь, что она могла бы вернуться развей ты пепел над одной рекой?
Я пожала плечами. - Она выжила при тотальном уничтожении ее тела огнем и даже оказалась способна отправить свой дух на поиски тел других членов совета. Я бы ничего не упускала из виду.

- И значит, даже если мы найдем Морт д'Амура, Любовника Смерти, и уничтожим его, она просто перепрыгнет к очередному носителю.
- Она может выжить как бесплотный дух, Эдуард; я не уверена что она вообще может быть убита.
- Все умирает, Анита. В конце концов умрет даже Вселенная.

- Я не собираюсь трястись из-за того, что будет через пять биллионов лет, Эдуард - вселенная сама может о себе позаботиться. Как мы можем остановить убийства невинных вертигров, и еще более важный вопрос - как нам остановить ее?
- Ты же у нас некромант. Я просто скромный убийца. - сказал он.
- Что означает "я тоже ничего не знаю". - добавила я.

- А почему бы не знать твоему бойфренду? Жан-Клод Мастер Сент-Луиса, и то, что осталось от европейской силовой структуры пытается сделать его главой нового вампирского совета здесь, в Штатах. Почему все остальные вампиры и ликантропы с которыми ты тусуешься не помогают нам остановить это?
- Остальные...все остальные охотятся на этих парней. Они выезжают сразу же, как слышат что-то о телах, но они позади нас, Эдуард. Мы были первыми в последних трех городах.

Для противоестественных существ, которые, как предполагается, должны быть лучшими убийцами и шпионами, они просто облажались, причем во всем.
- Мы, в общем-то, не лучше. - сказала я.
- Значит вампиры нам помочь не могут.Мы копы - ну так и будем копами. - сказал он.
- И что это значит?

Мы работаем на месте преступления.На месте убийства. Здесь мы можем найти что-то, что поможет нам поймать ублюдков. Что-то, что не является легендой, что-то, что они делали всего лишь несколько часов назад. Это может нам помочь.
- И ты правда в это веришь?
- Мне приходится в это верить, как и тебе.

Я сделала глубокий вдох, и тут же об этом пожалела. Ощутила слабый горьковатый запах - мы же стояли в непосредственной близости к трупу. Смерть ни разу не изящна, не красива и не чиста. Ее окружают абсолютно сортирные запахи - так как тело в последнюю минуту делает все, что только может.
- Прекрасно, - сказала я и присела на корточки рядом с телом. И заставила себя посмотреть на него, действительно посмотреть.
- Тело порезано, чрезвычайно аккуратно, порезов мало,зато все они очень действенны.
- Ну и зачем тогда рвать тело на части?

- Потому, что они хотели сделать это, и были достаточно сильны, чтобы сделать это. - сказала я.
- Ты же знаешь, что-то не так. Попробуй еще раз. - он стоял надо мной и в первый раз за долгое время я почувствовала себя неопытным новичком, а он снова был моим наставником и рассказывал мне, как убивать монстров. Он был одним из немногих людей на планете, от которых я бы приняла подобное обращение.
- Они хотели, чтобы тела соответствовали остальным, по крайней мере внешне. Они надеялись, что полиция не подумает, что это были те же убийцы.
- Но это не так, - сказал Эдуард.

- Первое и третье тела были растерзаны. Они были буквально вывернуты наизнанку. Повсюду были внутренние органы и кишки. Было похоже, будто это дезорганизованный убийца, возможно с организованным партнером, управляющим или контролирующим его. Все это спланированно. Он, или они, совершают убийства так, как им говорят это делать, подгоняя детали под первое убийство, но сердце их в этом не участвуют.

- Что ты имеешь в виду? - спросил он.
- Это было хладнокровное убийство, так же как и второе. А остальные два? Убийца явно получил удовольствие от них.
Он присел рядом со мной. - Мои убийства аккуратны и чисты, но мне все равно нравится моя работа.
- Тебе нравится планирование и ощущение, что ты быстрее, сильнее, просто лучше того, на что ты охотишься, но нравится ли тебе само убийство?
- Да, - ответил он, и в этот момент он смотрел на тело.

Я изучала его профиль. И спросила то, чего никогда даже не думала спросить. - Что именно тебе нравится в убийстве?
- Он посмотрел своими светлыми голубыми глазами на меня. Они казалось так выцвели, что глобой был сероватым.Когда его глаза приобретают этот мертвенный оттенок холодного зимнего неба - это всегда плохой знак.
- Мне нравится смотреть как жизнь тает в их глазах. - ответил он, и голос был таким же холодным и безэмоциональным как и его взгляд.
Я выдержала этот взгляд и сказала, - Так вот почему тебе нравится убивать с близкого расстояния.

Он кивнул, все еще глядя на меня теми же холодными глазами. Не знаю, что выражало мое лицо. Наши отношения начились с того, что он стал моим учителем, а потом он подарил мне высший комплимент. Пару лет назад он сказал, что хотел бы посмотреть, кто из нас лучше. Он больше не был уверен, и его фантазией было то, как мы охотимся друг на друга, чтобы урегулировать спор раз и навсегда. Когда он сказал мне об этом в первый раз, я была уверена, что единственная, кто умрет - это я; теперь я уже не так уверена, может даже я могла бы победить. Может, я могла бы позвонить Донне и детям и сказать... Сказать что? Что их семья разрушена потому, что у нас с Эдуардом был сугубо мужской момент истины и я оказалась более мужиком чем он?

- Значит ты думаешь, что убийцы получают удовольствие убивая? - мой голос был как никогда более нейтрально пустым, просто двое наемников устроили небольшой дискуссионный клуб на тему убийств третьего наемника.
- Я думаю они возможно получали удовольствие. Нет никакой возможности сказать точно, когда убийца вот так контролируется. - сказал он.
- Ну и как что-то из этого поможет нам их поймать?

Он покачал головой и посмотрел на бОльшую часть тела. - Я не знаю. - его голос вновь звучал устало.
Я посмотрела на тело. Того, что осталось от его груди и живота вполне хватало, чтобы понять, что он был довольно подтянутым. Он ходил в спортзал, и это совершенно не помогло ему. Он окажется очередным бездомным тигром, пережившим нападение, а не рожденным в семье. Арлекин сейчас охотился исключительно на тигров, лишенных клана, так как искали определенных тигров. Они искали золотых. Линия, якобы уничтоженная во время правления Первого Императора Китая, но на самом деле всего лишь скрытая несколькими членами Арлекина. Скрытая от остальных, от Матери Всей Тьмы; тот факт, что они решиилсь и смогли спрятать их от нее в то время, когда она была на вершине своей мощи, говорит о том, насколько они хороши в укрытии. Они могли бы руководить лучшей во всем мире программой по защите свидетелей.

Мы надеялись, что убийства беспородных тигров прекратятся, когда золотые выступили со своим первым дебютом перед остальными кланами, но хотя мы публично продемонстрировали, что у нас здесь в Сент-Луисе есть все цвета, Арлекин продолжает охоту на обычных вертигров. Это кажется таким бессмысленным.
Я встала, ожидая протестов от моего больного колена,но их не последовало. И до меня дошло, что мое "больное" колено больше не было больным. Я была человеком-слугой Жан-Клода и метафизически связана с несколькими ликантропами. Я излечивалась быстрее чем нормальные люди, но я только сейчас осознала, что меня больше не беспокоят даже старые боли от давних травм. Когда это случилось?

Эдуард встал рядом со мной,слегка выставив одну ногу. Ту, которую травмировал на одной охоте, которая пошла не так как предполагалось. Я подумала, сколько лет Эдуарду? Он будет стареть, а я нет? Мои связи с противоестественным будут продолжать излечивать меня? Промелькнула действительно безумная мысль, что Эдуард состарится раньше меня.
- Ты сейчас о чем думала? - спросил он.

Я открыла рот, закрыла, и попыталась придумать что-нибудь, что можно было бы озвучить.
- Почему продолжают убивать тигров? - сказала я.
- Ты имеешь в виду теперь, когда они знают, что у вас с Жан-Клодом есть свои собственные золотые вертигры в Сент-Луисе?
- Да. Предполагалось, что они продолжают убивать беспородных для того, чтобы не дать нам метафизической связи с золотыми тиграми. Уже слишком поздно, Эдуард, мы уже это сделали, так зачем продолжать убивать остальных?

- Может быть, они ищут какого-то конкретного вертигра.
- Возможно, но почему, или кто, или снова почему? В этом для них нет никакой выгоды.
- Думаю, выгода все-таки есть. - сказал он.
- Ну и что же это?

Они разделили вас с Жан-Клодом и всеми остальными людьми, к которым ты метафизически привязана. В Сент-Луисе тебе хватит телохранителей чтобы собрать небольшую армию. А здесь всего лишь ты и полиция.
- Ты думаешь, они рискнут напасть на меня когда вокруг копы? Я имею в виду, что вся концепция этих парней базируется на том, что никто не знает об их существовании. Они правда серьезно вложились в то, чтобы быть страшной и мрачной тайной.

- Если Марми Нуар приказала им убить тебя, рискнут они разоблачением перед человеческой полицией?
- Возможно. - сказала я, и мне в голову пришла новая мысль. Не знаю, была ли она хуже, но пугала оан меня намного больше.
- Ее первой идеей было забрать мое тело. Она решила убить меня только тогда, когда поняла, что я слишком сильна для нее.
- И насколько ты сильна здесь, в сотнях миль от Жан-Клода и остальных?

Я думала об этом, заставляла себя думать.
- Метафизически я слабее. Я в сравнительной безопасности только если могу коснуться своего мастера и зверей зова.
- Возможно, они продолжают убивать тигров для того, чтобы задержать тебя здесь.
- думаешь, они попробуют похитить меня? - спросила я.
- Если она все еще хочет твое тело - тогда да.

- И если она хочет меня убить, сделать это здесь тоже будет намного легче. - сказала я.
- Это так. - согласился он. Он смотрел на край поля. Изучал периметр в поисках опасности,пытался разглядеть Арлекина в ветвях деревьев по краям зеленого летнего поля.
- Я не чувствую никаких ликантропов, - сказала я, - а ходящие при дневном свете чрезвычайно редкий случай. За всю жизнь я встречала всего троих, которые могли это делать.
- Если они и есть эти ужасные шпионы, ты сможешь их почувствовать?
- Думаю, да. - ответила я.

Он взглянул на меня, затем вернулся к сканированию области. - Это довольно высокомерно.
- Возможно, но я бы точно узнала, есть ли рядом с нами что-то противоестественное.
Не глядя на меня он сказал:
- Пожалуйста, скажи мне что ты не первый раз задумалась о возможности того, что это ловушка для нас.
- Я думала, они не знают, что золотые вертигры в Сент-Луисе. Они должны были преркатить убийства сразу же, как узнали. Это одна из причин, по которой мы совершили это публично.

- Так что либо это ловушка, чтобы держать тебя подальше от Сент-Луиса, либо Марми Нуар подзабыла отменить приказ.
- Что ты имеешь в виду?
- Продолжали бы они резать вертигров до тех пор, пока она не приказала бы им остановиться, даже если это бессмысленно?
Я немного подумала. - Те люди, что верны ей - верны фанатически. Так что, думаю, продолжали бы.
- Итак, либо она забыла остановить их, потому, что занята чем-то другим...
- Или она на самом деле чокнутая. - сказала я.

Он кивнул. - Или она на самом деле чокнутая, или они ждут момента, чтобы похитить тебя, или убить тебя.
- Блядь. - сказала я.
- Тебе нужно поговорить с Жан-Клодом.
- Мне казалось он тебе не нравится. - сказала я.
- А тебе не нравится Донна. - сказал он.

Таким образом, нам обоим не нравятся люди, которых любит другой. - я пожала плечами.
- Тебе нужны телохранители, Анита.
- Почему бы просто не вернуться домой в Сент-Луис?
- Служба федеральных маршалов будет нами страшно недовольна за то, что мы бросим дело на полпути, но проблема не в этом.
Мимо нас прошли другие маршалы. Я приблизилась к Эдуарду и спросила:
- Так в чем тогда проблема?
- А как ты собираешься возвращаться домой?

Я нахмурилась, но ответила:
- Я куплю билеты на первый же рейс, который смогу поймать и поеду домой.
- Полиция бросит тебя возле аэропорта а потом ты останешься одна.
- Что?
- И в аэропорту, и в самолете ты будешь одна, Анита. Если бы я действительно хотел взять тебя и было бы важно не быть замеченным, это именно тот момент, которого я бы дожидался. Ты одна, без полиции, без Жан-Клода.
Я наклонилась ближе, и низким голосом спросила:
- Так что мне делать?

- Вызови телохранителей из Сент-Луиса.
- И как я объясню это остальным копам?
- Мы что-нибудь придумаем. - И потом я поняла, что остальные маршалы подошли слишком близко чтобы продолжить разговор, потому, что лицо Эдуарда растянулось в широкую улыбку. Это лицо светилось тем очарованием, которое, казалось, всегда присуще Тэду. Если бы на церемонии Эмми была специальная награда для наемных убийц, Эдуард бы обязательно ее выиграл.

Я даже приблизительно не была так хороша, но все же изобразила приятное пустое лицо для моих коллег маршалов. Они спросили : "Нашли что-нибудь, что поможет нам схватить этих ублюдков?"
Эдуард и я покорно ответили "Нет."

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/19415/63097

Переводчики: ZlataMirra