Готовый перевод Alcatraz versus the Knights of Crystallia / Брендон Сандерсон\ Алькатрас и Рыцари Кристаллии: CHAPTER 2

Я ненавижу взрывы.

Мало того, что они вообще вредны для здоровья, они просто слишком требовательны.

Всякий раз, когда один из них происходит, вы должны обратить внимание на него, вместо того, что вы делаете.

На самом деле, взрывы подозрительны, как ребенок сестры на вашем попечении.

К счастью, я не собираюсь говорить, что Ветрокрылая взорвется прямо сейчас.

Вместо этого я собираюсь поговорить о чем-то, совершенно другом: о рыбных палочках.

Привыкайте к этому.

B я делаю такие вещи все время.

Рыбные палочки являются, без сомнения, самой отвратительной вещью из когда-либо созданных.

Просто рыба - это довольно паршиво, но рыбные палочки.

.

.

ну, они поднимают отвратительный вкус на совершенно новый уровень.

Похоже, что они существуют только для того, чтобы мы, писатели, придумывали новые слова, чтобы описать их, так как старых слов просто ужасно мало.

Я подумываю об использовании слова крапафланасти.

Определение "крапафланасти": "Прил.

Используется для описания предмета, настолько отвратительного, как рыбные палочки".

(Примечание: Это слово может быть использовано только для описания рыбных палочек, поскольку еще не было найдено ничего, что в равной степени крапафланасти.

Даже несмотря на то, что нечистое, заплесневелое, беспорядочное пространство под кроватью Брэндона Сандерсона приближается к этому).

Почему я говорю вам о рыбных палочках? Ну, потому что дополняя вредную тяжелую атмосферу на земле, они являются почти тем же самым.

Если вы не любите один один из брендов, есть очень хорошие шансы, что вам не понравится ни один из них.

Дело в том, я заметил, что люди склонны рассматривать такие книги, как рыбные палочки.

Люди пробуют одну, и считают, что попробовали их всех.

Книги - это не рыбные палочки.

Хотя они не все так удивительны, как та, которой вы сейчас владеете, их так много, и они такие разные, что это может быть тревожным.

Даже в рамках одного жанра две книги могут быть совершенно разными.

Мы еще поговорим об этом позже.

А пока просто постараюсь не относиться к книгам, как к рыбным палочкам.

(А если вы вынуждены есть одно из двух, займитесь книгами.

Поверьте мне.)

Правая сторона Ветрокрылой взорвалась.

Аппарат разлетелся в воздухе, куски стекла засверкали, разлетевшись от взрыва.

В стороне от меня нога стеклянной птицы отвалилась, и мир покачнулся, перевернулся, и искривился - как будто я ехал на безумной версии карусели.

В этот момент мой паникующий разум понял, что стеклянная секция под ногами - один из моих сапог все еще был прикреплен - оторвалась от Ветрокрылой.

Аппарату по-прежнему удавалось лететь.

Но не мне.

Если не считать падение к гибели на ста милях в час "полетом".

Все было мутным.

Большой кусок стекла, к которому я прилип, швыряло из конца в конец, ветер бросал его, как лист бумаги.

У меня не было много времени.

Разрушение! думал я, отправляя удар моего таланта по ногам, разрушая мои сапоги и лист под ними.

Осколки стекла разлетелись вокруг меня, но я перестал вращаться.

Я повернулся, глядя на волны.

У меня не было Линз, которые могли бы спасти меня - все, что у меня было - это Линзы Переводчика и мои Линзы Окулятора.

Все остальные пары были разбиты, розданы или возвращены Дедушке Смедри.

Оставался только мой Талант.

Ветер свистел вокруг меня, и я протянул руки.

Мне всегда было интересно, что именно мой талант мог бы сломать, если бы предоставилась возможность.

Возможно, я мог бы.

.

.

Я закрыл глаза , собирая мою силу.

СЛОМАТЬ! подумал я, выпустив силу из рук в воздух.

Ничего не случилось.

Я открыл глаза, ужаснувшись, как волны бросились ко мне.

И бросились ко мне.

И бросились ко мне.

И.

.

.

бросились ко мне еще сильнее.

Это, конечно, занимает много времени для меня, погружение в мою смерть, думал я.

Я чувствовал , как будто я падал, но на самом деле не казалось, что близкие волны становятся еще ближе.

Я повернулся , глядя вверх.

Там, падая ко мне, был дедушка Смедри, его смокинг пиджак трепетал на ветру, на его лице была написана интенсивная концентрация, когда он протянул руку ко мне, пальцы вытянуты.

Он заставляет меня опаздывать к моему падению!

В некоторых случаях я мог заставить мой талант работать на расстоянии, но это было сложно и непредсказуемо.

"Дедушка!" - закричал я в восторге.

Именно в этот момент он врезался в меня лицом, и мы оба упали в океан.

Вода была холодная, и мое удивленное восклицание быстро превратилось в бульканье.

Я вырвался из воды на свободу, отплевываясь.

К счастью , вода была спокойной - хоть и холодной - и волны не были проблемой.

Я поправил линзы - которые, на удивление, осталась на моем лице, - и оглянулся на моего деда, который подплыл через несколько секунд , его усы опустились, и пучки его белых волос прилипли к его лысой в других местах голове.

"Пустынные Юго-западные Земли! - воскликнул он.

- Это было интересно, а, парень?"
Я задрожал в ответ.

"Ну ладно, приготовься", - сказал Дедушка Смедри.

Он выглядел удивительно утомленным.

"К чему?" - спросил я.

"Я дал нам опоздать к части этого падения, парень, - сказал дедушка Смедри.

- Но я не могу убрать его полностью.

И я не думаю, что смогу выдержать это долго!" - "Таким образом, ты имеешь в виду, что - " - Я прервал фразу, когда это ударило меня.

Это было, как если бы я приземлился в воду снова, воздух был выбит из моих легких.

Я скользнул под воды океана, дезориентированный и замерзший, а затем заставил себя вырваться обратно к сверкающему свету.

Я вырвался на воздух и сделал судорожный вдох.

Потом это накрыло меня еще раз.

Дедушка Смедри разбил наше падение на маленькие шаги, но даже эти маленькие шаги были опасны.

Когда я нырнул снова, я едва мог увидеть моего деда, который пытается остаться на плаву.

Он делал это не лучше, чем я.

Я чувствовал себя бесполезным - я должен был бы быть в состоянии сделать что-то с моим Талантом.

Все всегда говорили мне, что моя способность ломать вещи была мощной - и, действительно, я сделал некоторые удивительные вещи с ее помощью.

Но у меня до сих пор не было контроля, я завидовал в дедушка Смедри или моим родственникам.

Правда, я даже знал о моем месте среди Смедри только около четырех месяцев.

Но трудно не критиковать себя, когда ты на полпути к утоплению.

Поэтому я сделал разумную вещь и пошел вперед, потеряв сознание.

Когда я очнулся, я - к счастью - не умер, хотя часть меня хотела, чтобы я это сделал.

Мне больно почти везде, как если бы был я был начинкой боксерской груши, которую затем пропустили через блендер.

Я застонал, открывая глаза.

Стройная молодая женщина опустилась на колени рядом со мной.

У нее были длинные серебряные волосы, и она носила военную униформу.

Она выглядела сердитой.

Другими словама, она выглядела, как всегда.

"Ты сделал это нарочно," обвиняюще сказала Бастиллия.

Я сидел, подняв руку к голове.

"Да, Бастиллия.

Я стараюсь, чтобы меня убили для того, чтобы причинить тебе неудобства".

Она уставилась на меня.

Уверен, что в глубине души она верила, что мы, Смедри, втягиваем себя в неприятности просто чтобы усложнить ей жизнь.

Мои джинсы и рубашка все ещё были мокрыми, и я лежал в луже солёной воды, так что, очевидно, с момента падения прошло не слишком много времени.

Небо было открыто надо мной, и справа от меня Ветрокрылая стояла на единственной оставшейся ноге, расположенной на стороне стены.

Я моргнул, до меня дошло, что я находился на верхушке чего-то вроде замковой башни.

"Австралии удалось направить Ветрокрылую вниз , чтобы выхватить вас двоих из воды", - сказала Бастилия, отвечая на мой незаданный вопрос, поднимаясь.

"Мы не уверены, что было причиной взрыва.

Знаем только, что взорвалось в одной из комнат.

Я заставил себя подняться на ноги, глядя на силиматическую машину.

Вся правая сторона была взорвана, выставляя на обозрение внутренние помещения.

Одно из крыльев было пронизано трещинами, и - как я так живо обнаружил - большой кусок груди птицы свободно упал.

Мой дед сидел рядом с перилами башни, и он слабо махнул, когда я посмотрел в его сторону.

Остальные медленно пытались выбраться из Ветрокрылой.

В результате взрыва трап был уничтожен.

"Пойду за помощью",- сообщила Бастиллия.

"Посмотри, как там дедушка, и попытайся не свалиться с башни или с чего-нибудь ещё, пока меня нет".

С этим она устремилась вниз, направив свои шаги в башню.

Я подошел к дедушке.

"Ты в порядке?"
"Конечно, парень, конечно в порядке."

Дедушка Смедри улыбнулся сквозь намокшие усы.

Таким усталым я его видел лишь однажды - сразу после нашей битвы с Блэкберном.

"Спасибо, что спас мне жизнь",- сказал я, садясь рядом с ним.

"Просто возвращаю долг",- подморгнув, сказал дедушка Смедри.

"Ведь ты спас меня во время того просачивания в библиотеку".

Тогда это, в основном, было просто удачей.

Я взглянул на Ветрокрылую, где наши товарищи все еще пытались найти путь вниз.

"Хотел бы я уметь использовать свой Талант, как ты свой.

"Что? Алькатрас, ты прекрасно справляешся со своим Талантом.

Я видел, как ты разбил стекло, к которому ты приклеился.

Ты никогда не оказался бы вовремя в зоне прямой видимости, если бы ты не сделал этого! Твоё быстрое мышление спасло тебе жизнь.

"Я пытался сделать больше, - ответил я.

- Но ничего не вышло".

"Больше?"
Я покраснел.

Теперь это казалось глупостью.

"Я рассчитывал.

.

.

ну, я подумал, что если бы я мог сломать гравитацию, то я мог бы летать".

Дедушка Смедри тихонько хихикнул.

Сломать гравитацию, а? Очень дерзко от тебя, очень дерзко.

Очень Смедриевская попытка! Но немного выходит за рамки даже твоих сил, я бы сказал.

Представь, какой бы случился хаос, если бы сила тяжести перестала работать по всему миру!" - Мне не нужно представлять себе это.

Я пережил это.

Но мы еще вернемся к этому.

Когда-нибудь.

Раздался душераздирающий звук, и фигуре, наконец, удалось выпрыгнуть из разбитой части Ветрокрылой и спуститься на верх башни.

Драулин, мать Бастилии, была строгой женщиной в серебристых доспехах.

Полный Рыцарь Кристаллии - звание, которое Бастилия недавно потеряла - Драулин была чрезвычайно эффективна в том, что она делала.

Это включало: ​​защиту Смедри, недовольство, и действия, заставляющие всех остальных из нас чувствовать себя бездельниками.

Оказавшись на земле, она смогла помочь двум другим пассажирам транспортного средства.

Австралия Смедри, моя кузина, была полной, шестнадцатилетней девушкой Мокиан.

Она была одета в красочное, цельнокроеное платье, которое выглядело как простыня, и - как и её брат - имела загорелую кожу и тёмные волосы.

(Мокиан - родственники Тихоземского Полинезийского народа.)

Когда она попала на пол, она бросилась к дедушке Смедри и ко мне.

"О, Алькатрас! - сказала она.

- С тобой все в порядке? Я не видела твоего падения, я была слишком занята со взрывом.

Ты видел его?" - "Хм, да, Австралия, - сказал я.

- Он как бы сбросил меня с Ветрокрылой".

"Ах, да, - сказала она, слегка раскачиваясь вверх и вниз на своих пятках.

Если бы Бастилия не наблюдала, мы бы никогда не увидели, где вы упали! Это было не слишком больно, когда я бросила вас на вершину этой башни, правда? Пришлось зачерпнуть Вас ногой Ветрокрылой и поставить вас сюда, чтобы я могла приземлиться.

Она потеряла одну ногу.

Не знаю заметил ли ты".

"Ага, - устало ответил я.

- Взрыв , помнишь?" - "Конечно, я помню , глупенький!" - В этом вся Австралия.

Она не тупая, у нее просто есть проблема: помнить, что она умная.

Последним человеком на Ветрокрылой был мой отец, Аттика Смедри.

Это был высокий мужчина с грязными волосами, и он носил пару тонированных красным Линз Окулятора.

Каким-то образом, на нем они не выглядели розоватыми и глупыми, как я всегда чувствовал, когда они были на меня.

Он подошел к дедушке Смедри и ко мне.

"Ах, хорошо, - сказал он.

- Я вижу, со всеми все в порядке.

Замечательно".

Мы смотрели друг на друга неловкое мгновение.

Мой отец , казалось, не знал, что еще сказать, как будто почувствовал неудобство в связи с необходимостью действовать как родитель.

Казалось, он вздохнул с облегчением, когда Бастилия взобралась обратно вверх по лестнице, ведя за собой настоящий парк слуг, которые носили рубашки и брюки, стандартную одежду Свободных Королевств.

"Ах, - сказал мой отец.

Великолепно! Я уверен, что слуги будут знать, что делать.

Рад, что ты цел, сын".

Он быстро пошел к лестнице.

"Лорд Аттика! - сказал один из слуг.

Ее было слишком долго".

"Да ладно, я вернулся, - ответил мой отец.

Мне немедленно потребуется моя комната, и приготовьте ванну.

Сообщите Конклаву Королей, что я скоро обращусь к ним по поводу очень важного вопроса.

Кроме того, сообщите в газеты, что я доступен для интервью".

Он поколебался.

"Ох, и проследите за моим сыном.

Ему понадобится, э, одежда и тому подобное".

Он исчез внизу, кучка слуг последовала за ним, как щенки.

"Подождите секунду, - сказал я, вставая и обращаясь к Австралии.

Почему они так быстро повиновались?" - "Они - слуги, глупенький.

Это именно то, что они делают".

"Его слуги? - спросил я, подходя к краю башни, чтобы получше рассмотреть здание внизу.

- Где мы?" - "В имении Смедри, конечно", - сказала Австралия.

"Хм.

.

.

где бы ещё мы могли быть?" - Я смотрел на город, понимая, что мы посадили Ветрокрылую на одной из башен прочного чёрного замка, который я видел раньше.

Имения Смедри.

"У нас собственный замок?" - спросил я, шокированный, обращаясь к моему деду.

Несколько минут отдыха позволили ему почувствовать себя лучше, и блеск вернулся в его глаза, когда он встал, стряхнув пыль с его строгого смокинга.

"Ну, конечно, парень! Мы же Смедри!" - Смедри.

Я до сих пор не понимал, что это значит.

К вашему сведению, это значит.

.

.

хорошо, я объясню это в следующей главе.

Сейчас я чувствую себя слишком ленивым.

Один из слуг, врач в некотором роде, начал тыкать в Дедушку Смедри, глядя ему в глаза, прося, чтобы он считал в обратном направлении.

Дедушка выглядел так, как будто он хотел избежать лечения, но потом заметил, Бастилию и Драулин, стоящих бок о бок, сложивших руки на груди, со схожим выражением на лицах.

Их позы указывали, что мой дед и я будем проверены, даже если нашим рыцарям придётся подвесить нас за каблуки, чтобы это произошло.

Я вздохнул, прислонившись спиной к краю башни.

"Эй, Бастилия", - сказал я, когда слуги принесли мне и дедушке Смедри полотенца.

"Что?" - спросила оно, подходя.

"Как ты спустилась вниз? - сказал я, кивая на сломанную Ветрокрылую.

Все остальные были в ловушке внутри, когда я очнулся".

"Я.

.

."

"Она свободно спрыгнула! - воскликнула Австралия.

Драулин сказала, что стекло было ненадежным, и что мы должны проверить его, но Бастилия прыгнула прямо вниз!" - Бастилия бросила в Австралию свирепый взгляд, но девушка Мокиа продолжала говорить, не обращая внимания.

Она, должно быть, очень беспокоюсь о тебе, Алькатрас.

Она побежала сразу в твою сторону.

Я - " - Бастилия постаралась, тонко, наступить на ногу Австралии.

"Ох, - сказала Австралия.

- Мы давим муравьёв?" - примечательно, что Бастилия покраснела.

Была ли она смущена из-за неподчинения ее матери? Бастилия так старалась понравиться женщине, но я был уверен, что понравиться Драулин было почти невозможно.

Я имею в виду, что для меня не было бы интересно, что заставило ее выпрыгнуть из аппарата.

Мне было хорошо известно, каким приводящим в ярость она считала меня.

Но.

.

.

что, если она беспокоится обо мне? Что это значит? Внезапно я обнаружил, что тоже покраснел.

А теперь я буду делать все от меня зависящее , чтобы отвлечь вас от этого последнего абзаца.

Я действительно не должен был писать его.

Я должен был быть достаточно умным, чтобы прикусить язык.

Я должен был напрячь мои умственные мускулы и перестать думать в темпе улитки.

Я уже упоминал, каким моллюском я могу быть иногда?
В этот момент Синг ворвались вверх по лестнице, спасая Бастилию и меня из нашего затруднительного положения.

Синг Синг Смедри, мой кузен и старший брат Австралии, был огромным исполинским человеком.

Более шести футов ростом, он был довольно полным.

(Какой хороший способ сказать, что он был своего рода жирным.)

Мокийский мужчина имел Талант Смедри спотыкаться и падать на землю - что он и сделал, как только он достиг вершины башни.

Клянусь , я чувствовал, что камни вздрогнули.

Каждый из нас нырнул в поисках опасности.

Талант Синга, как правило, активизируется, когда что-то должно причинить ему боль.

В тот момент, однако, никакой опасности появились.

Синг оглянулся, потом поднялся на ноги и бросился, чтобы схватить меня из моего нервного положения на корточках и заключить в удушающие объятия.

"Алькатрас!" - воскликнул он.

Он протянул руку и схватил Австралию, обнимая так же и ее.

"Вам, ребята, придется прочитать статью, которую я написал о Тихоземских техниках бартера и методологии рекламы! Это так интересно!"
Синг, видите ли, антрополог.

Его специализацией было Тихоземская культура и вооружение, но, к счастью, на этот раз у него не оказалось какого-либо оружия, привешенного к его телу.

Самое печальное, что большинство людей, которые встретились мне в Свободных Королевствах - в частности, моя семья - будут рассматривать чтение антропологического исследования как интересное занятие.

Кое-кому действительно необходимо ознакомить их с видео-играми.

Синг, наконец, выпустил нас, повернулся к дедушке Смедри и быстро поклонился.

"Лорд Смедри", - сказал он.

"Нам нужно поговорить.

Там была проблема в ваше отсутствие".

"Там всегда неприятности в мое отсутствие, - сказал Дедушка Смедри.

И их довольно много так же, когда я здесь.

Что на этот раз?" - "Библиотекари направили посла в Конклав Королей", - объяснил Синг.

"Ну, - сказал Дедушка Смедри легко, - я надеюсь, задница посла не пострадала слишком сильно, когда Бриг выбросил его из города".

"Верховный Король не выслал посла, мой лорд, - сказал Синг мягко.

На самом деле, я думаю, что они намерены подписать договор".

"Это невозможно! - вмешалась Бастиллия.

- Верховный Король никогда не объединиться с библиотекарями!" - "Оруженосей Бастилия, - отрезал Драулин, натянуто стоя с руками за спиной.

- Займите свое место и лучше не возражайте".

Бастиллия покраснела и опустила голову.

"Синг, - настойчиво сказал Дедушка Смедри.

- Этот договор, что он говорит о боевых действиях в Мокиа?" - Синг посмотрел в сторону.

"Я.

.

.

хорошо, договор передаст Мокиа Библиотекарям в обмен на прекращение войны".

"Полемичные Дашнеры! - воскликнул Дедушка Смедри.

- Мы опаздываем! Нам нужно что-то делать!" - Он сразу же бросился через крышу и спустился на лестничную площадку.

Все остальные переглянулись.

"Мы должны действовать с дерзким безрассудством и интенсивностью вибрато!" - эхом звучал с лестничной клетки голос Дедушки Смедри.

"Но это - путь Смедри!" - "Мы должны, вероятно, следовать за ним", - сказал я.

"Угу, - сказал Синг, оглядываясь.

Он просто становится слишком взволнованным.

Где Лорд Казан?"
"А разве он не здесь? - спросила Австралия.

- Он отправил Ветрокрылую обратно за нами".

Синг покачал головой.

"Каз оставил нас несколько дней назад, утверждая, что он возвращается на встречу с вами".

"Его талант, должно быть, потерял его", - сказала Австралия, вздыхая.

- Никаких слухов, где он может быть".

"Эгей? - голова Дедушки Смедри выскочила из лестничного колодца.

"Тараторящие Джонсы, люди! Мы получили бедствие, чтобы предотвратить! Двигаем!" - "Да, Лорд Смедри, - сказал Синг, ковыляя.

- Но куда мы идем?" - "Посылать за кроули! - сказал пожилой Окулятор.

* crawly - буквально переводится как "ощущение мурашек по телу". (прим. перев.)

- Нам нужно добраться до Конклава Королей!" - "Но.

.

.

они на заседании!" - "Тем лучше, - сказал Дедушка Смедри резко подняв руку.

- Наш вход будет гораздо более интересен в этом случае!".

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20123/93903

Переводчики: certain, Nynaeve