Готовый перевод Alcatraz versus the Knights of Crystallia / Брендон Сандерсон\ Алькатрас и Рыцари Кристаллии: CHAPTER 19
О, вы ожидали, что я закончу ту последнюю главу именно таким образом? Действительно ли это было похоже на депрессант? Заставило непосредственно вас плохо себя чувствовать?
Ну, хорошо.
Мы приближаемся к концу, и я устал от того, чтобы устраивать ля вас шоу.
Я попытался доказать, что я высокомерен и эгоистичен, но только я не думаю, что вы купились на это.
Так, возможно если я сделаю книгу угнетающей грудой помоев, то вы оставите меня в покое.
"Алькатрас?", - прошептала Бастилия.
Я имею в виду, почему это, что вы, читатели, всегда предполагаете, что вы ни в чем никогда не виноваты? Вы просто сидите там, на своей удобной кушетке, в то время как мы страдаем.
Вы можете наслаждаться нашей болью и нашим страданием, потому что вы в безопасности.
Но, это реально для меня.
Это реально.
Это все еще затрагивает меня.
Губит меня.
"Алькатрас?" - повторила Бастилия.
Я не хороший.
Я не герой.
Я не могу быть тем, чем вы хотите, чтобы я был.
Я не могу спасти людей, или защитить их, потому что я не могу спасти даже себя!
Я - убийца.
Вы понимаете? Я УБИЛ ЕГО.
"Алькатрас! - прошипела Бастилия..
Я поднял взгляд от своих пут.
Уже прошли добрых полчаса.
Мы все еще были пленниками, и я дюжину раз пытался вызвать мой Талант.
Он не отзывался.
Как спящий зверь, который отказывался пробуждаться.
Я был бессилен.
Моя мать общалась с другими библиотекарями, которых посылала командами рыться в книгах и определять, было ли что-нибудь еще значимое внутри архивов.
Из того, что я услышал, когда я достаточно озаботился тем, чтобы обратить внимание на разговоры, они скоро планировали обратный обмен комнат.
В какой-то момент Синг попытался отползти .
И заработал себе ботинок в лицо - у него уже начинал наливаться синяк под глазом.
Гималаи тихо всхлипывала, прислонившись к Фолсому.
Принц Рикерс продолжал счастливо сидеть, как если бы всё это было большим захватывающим парком аттракционов.
"Нам нужно бежать, - сказала Бастилия.
- Мы должны выйти.
Договор будет ратифицирован через считанные минуты!"
"Я проиграл, Бастилия, - прошептал я.
- Я не могу нас вывести".
"Алькатрас.
.
.
" - сказала она.
Ее голос звучал так измученно.
Я взглянул на нее и увидел безумную усталость из прошлого, но сейчас она казалась еще хуже.
"Я с трудом могу держать себя в бодрствующем состоянии, - прошептала она.
- Эта дыра внутри.
.
.
кажется, что она жует мой мозг, высасывая все, что я думаю и чувствую.
Я не могу делать это без тебя.
Ты должен возглавить нас.
Я люблю брата, но он бесполезен".
"В том то и проблема, - сказал я, откидываясь назад.
Я ведь тоже бесполезен".
Приближались Библиотекари.
Я напрягся, но они пришли не за мной.
Но они схватили Гималаю.
Она вскрикнула и забилась.
"Отпустите ее! - закричал Фолсом.
- Что вы делаете?"
Он попытался прыгать за ними, но его руки и ноги были связаны, и все, что он сумел сделать, это упасть вперед лицом.
Головорезы Библиотекарей улыбнулись, оттолкнув его в сторону, где он зацепился за стол рядом с нами , и опрокинулся.
Из-за этого наше имущество - несколько ключей, пара мешочков с монетами, одна книга - разлетелись по полу.
Книга была томом Алькатраса Смедри и ключа механика, которую Фолсом нес раньше, и она приоткрылась на главной странице.
Моя музыкальная тема начала играть, и я напрягся, надеясь, что Фолсом атакует.
Но, конечно же, этого не случилось.
У него на руке было Стекло Ингибитора.
Маленькая мелодия продолжала звучать, она должна была быть храброй и торжественной, но теперь казалось злой пародиюй.
Моя музыкальная тема играла, когда я проигрывал.
"Что вы делаете с ней?" - повторил Фолсом, прилагая бесполезные усилия освободиться от Библиотекаря, ставшего сапогом на спину Фолсома.
Подошел молодой Окулятор Фицрой, он все еще носил мои Линзы Маскировщика, которые давали ему иллюзорное тело, позволяющее ему выглядеть красивым и сильным.
"У нас есть запрос, - сказал он.
- От Той, Кто Не Может Быть Названа".
"Вы на связи с ней?" - требовательно спросил Синг.
"Конечно да, - сказал Фицрой.
Мы, секты Библиотекарей, ладим гораздо лучше, чем вы все хотели бы думать.
И сейчас мисис
Снорджан.
.
.
Соргавадж.
.
.
Та, Кто Не может Быть Названа, была не в восторге обнаружить, запланировала ограбить Королевские Архивы – определенно библиотеку – в самый день ратификации соглашения.
Однако, когда она услышала о совершенно особом пленнике, которого мы получили, она стала немного более великодушной".
"Тебе никогда не сойдет это с рук, грязный монстр! - внезапно воскликнул Принц Рикерс.
- Вы можете причинить мне боль, но вы никогда не раните меня!"
Мы все уставились на него.
"Ну, как это было? - спросил он меня.
- Я думаю, что это была хорошая строка.
Возможно, я должен сделать это снова.
Знаешь, более баритонально.
Когда злодей говорит обо мне, я должен ответить, правильно?"
"Я не говорил о тебе, - сказал Фицрой, встряхивая Гималаю.
Я говорил о бывшей ассистентке Той, Кто Не Может Быть Названа.
Думаю, настало время показать вам всем, что случается, когда кто-то предает Библиотекарей".
Внезапно я вспомнил, как меня пытал Блэкберн.
Казалось, Темные Окуляторы наслаждаются болью и страданием.
Не казалось, что Фицрой хотя бы собирался обеспокоиться по части пыток.
Головорезы захватили Гималаю сзади, и Фицрой достал нож.
Он приставил его к ее шее.
Синг начал кричать, потребовалось несколько охранников, чтобы держать его.
Фолсом ревел от ярости.
Ученые Библиотекари просто продолжали контролировать свое оборудование в фоновом режиме.
Вот, к чему всё сводилось.
Ко мне, слишком слабому, чтобы помочь.
Я ничто без своего Таланта и моих Линз.
"Алькатрас, - прошептала Бастилия.
Иногда я слышал ее через все остальные шумы.
Я верю в тебя".
Это было практически тоже, что говорили мне другие люди с тех пор, как я прибыл в Налхаллу.
Но они все лгали.
Они не знали меня.
А Бастилия знала.
И она верила в меня.
Услышать это от нее - это что-то значило.
Я в отчаянии повернулся, глядя на Гималаю, которая была захвачена в плен и плакала.
Фицрой , казалось, наслаждался болью, которую он вызывал у всех нас, держа нож у ее горла.
Я знал в тот момент, что он действительно собирается убить ее.
Он собирался убить ее перед человеком, который любил ее .
Который любил ее.
Мои Линзы потеряны.
Мой Талант потерян.
У меня осталось только одно.
Я был Смедри.
"Фолсом, - пронзительно закричал я.
- Любишь ли ты ее?"
"Что?" - переспросил он.
"Ты любишь Гималаю?"
"Конечно! Пожалуйста, не дай им убить ее!"
"Гималая, - спросил я, - любишь ли ты его?"
Она кивнула, когда нож начал резать.
Этого было достаточно.
"Тогда я объявляю вас мужем и женой", - сказал я.
Все застыло на мгновение.
Моя мать, стоявшая на некотором расстоянии, повернулась и взглянув на нас, вдруг встревожилась.
Фицрой поднял бровь, его нож слегка окровавился.
Моя музыкальная тема едва различимо играла из небольшой книги на полу.
"Как трогательно, - сказал Фицрой.
- Теперь ты можешь умереть замужней женщиной".
В этот момент кулак Гималаи достал его лицо.
Веревки , связывавшие ее, упали на землю, разорванные и ослабленные, а она подпрыгнула в воздух и ударила двух головорезов рядом с ней.
Мужчины упали в бессознательном состоянии, а Гималая развернулась как танцор к группе, стоявшей позади.
Она зачистила их всех широким, точно нанесенным ударом, несмотря на то, что она , казалось, не имеют ни малейшего представления о том, что она делала.
Ее лицо было решительным, глаза расширены от ярости; тонкая струйка крови сбежала вниз от ее горла.
Она вилась и крутилась, борясь с прекрасной, нескоординированной яростью, полностью под контролем ее новоприобретенного Таланта.
Теперь она была Гималая Смедри.
И, как всем известно (а я уверен, что говорил вам), когда вы выходите замуж за Смедри, вы получаете их Талант.
Я подкатился к тому месту, где упал Фицрой.
И, то более важно, где упал его нож.
Я толкнул его по полу ногой к Бастилии, которая - будучи Бастилией - поймала его, хотя ее руки (в буквальном смысле) были связаны за спиной.
Через секунду она разрезала свои веревки и освободилась.
В следующую секунду Синг и я тоже стали свободными.
Фицрой сел, изумленно держась за щеку.
Я стянул Линзы Маскировщика с его лица, и он немедленно сжался, став долговязым и веснушчатым.
"Синг, хватай его и направляйся в комнату архивов!"
Здоровеному Мокианцу не нужно было повторять дважды.
Он легко сгреб извивающегося Фицрой рукой, в то время как Бастилия атаковала головорезов, которые удерживали Фолсома, сокрушив их обоих.
Но потом она отвратительно пошатнулась.
"Все в комнату!" - заорал я, пока Гималая держала головорезов в страхе.
Бастилия кивнула, покачнувшись, когда она помогала принцу встать на ноги.
Шаста наблюдала со стороны, крича головорезам, чтобы они нападали - но они опасались навлечь на себя Талант Смедри.
Я секунду пытался сдернуть эту стеклянную ленту с моей руки - она не сдвинулась с места - а затем распахнул ящик стола и схватил книгу, которую моя мать там положила.
Это оставило нас с одной серьезной проблемой.
Мы вернулись точно к тому месту, где мы были, когда я заставил нас сдаться.
Отступление в комнату архивов не поможет, если мы останемся в окружении Библиотекарей.
Мы должны активировать обмен.
К сожалению, у меня не было никакой возможности достичь тех терминалов.
Я полагал, что у меня был только один шанс.
Фолсом пронесся мимо , хватая все еще играющую музыку книгу с земли и захлопывая ее, чтобы Гималая могла выйти из ее трансового состояния "супер-кунг-фу-Библиотекари-просто-цыплята".
Она замерла в середине удара ногой, выглядя ошеломленной.
Она уложила всех головорезов вокруг нее.
Фолсом схватил ее за плечо и развернул ее для поцелуя.
Затем он вытащил ее за остальными.
Остался только я.
Я посмотрел на мою мать через комнату.
Она казалась довольно самоуверенной, рассматривая, что произошло, и я полагал, что она полагала, что я не мог убежать.
Пойди разберись.
Я захватил пучок электрических шнуров с земли и – натянув их так сильно, как мог, повыдергивал их из их гнезд в машине.
Затем я помчался за своими друзьями.
Бастилия ждала возле двери, ведущей в комнату архивов.
"Что это?" - спросила она, указывая на провода.
"Наш единственный шанс", - ответил я, ныряя в комнату.
Она вбежала следом, затем захлопнула дверь - ну, или то, что от нее осталось.
Внутри было темно.
Я сломал лампы.
Я слышал дыхание моей маленькой группы, немного волннуясь.
"Что теперь?" - прошептал Синг.
Я сжал провода в моей руке.
Я коснулся их конов пальцами, и закрыл глаза .
Это была большая авантюра.
Конечно, я был в состоянии заставить работать музыкальную шкатулку, но здесь было нечто совсем другое .
У меня не было времени, чтобы сомневаться в себе.
Библиотекари будут здесь через несколько мгновений.
Я сжал эти провода, затаил дыхание, и активировал их так же, как если бы я активировал пару Линз.
Что-то немедленно потекло из меня.
Моя сила полностью иссякла, и я чувствовал шок истощения – как будто мое тело решило пробежать марафон, когда я не смотрел.
Я выронил провода, пошатнулся, и протянул руку, чтобы ухватиться за Синга и не упасть.
"Все все покойники, - прошипел Фицрой из темноты, его все еще держала - как я предполагал - рука Синга.
Они ворвутся сюда через секунду и вы умрете.
О чем вы думаете? Вы пойманы! Идиоты беспесчанные!"
Я сделал глубокий вдох, восстанавливая себя.
А затем я толкнул дверь, чтобы ее открыть.
Блондинистая Рыцарь Кристаллии все еще несла вахту снаружи.
"С вами все в порядке? - спросила она, заглядывая.
- Что случилось?" Позади нее , я мог видеть каменную лестницу Королевских Архивов , все еще переполненную с солдатами .
"Мы вернулись, - сказал Синг.
- Как.
.
.
?"
"Ты запитал стекло, - сказала Бастилия, глядя на меня.
- Как ту силиматическую музыкальную шкатулку Рикерса.
Ты инициировал обмен!"
Я кивнул.
У моих ног лежали шнуры от машины Библиотекарей с оборванными концами.
Наш обмен разорвала их в том месте, где они проходили через дверь.
"Бьющиеся стекла, Смедри! - сказала Бастилия.
Как, во имя первого Песка, ты это сделал?
"Я не знаю", - сказал я, выбегая из дверного проема.
- Мы можем поволноваться об этом позже.
А прямо сейчас мы должны спасти Мокию".
.
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20123/94779
Переводчики: certain
Настройки
Готово:
