Готовый перевод The Well of Ascension / Источник Восхождения: Глава 3

<div style="font-weight: bold;" align="center">3</div>

Эленд со вздохом положил перо на стол, затем откинулся в своем кресле и почесал лоб.

Эленд полагал, что знает о политической теории больше, чем кто-либо из живущих. Он несомненно прочитал по экомонике больше, изучил государственное управление лучше и провел больше политических дебатов, чем кто-либо из всех, кого он знал. Он знал и понимал все теории о становлении нации стабильной и справедливой, и пытался реализовать их в своем новом королевстве.

Он просто не понимал, насколько раздражающим может оказаться парламентский совет.

Он встал и пошёл налить себе холодного вина. Однако замер, взглянув на балкон. Вдалеке, сквозь туман, была видна была светящаяся дымка. Огни лагерей армии его отца.

Он поставил вино. Он был уже истощен, и скорее всего алкоголь не поможет. Я не могу позволить себе заснуть пока не закончу!, подумал Эленд, заставляя себя вернуться на свое место. Скоро собирается Совет, и ему необходимо иметь предложение сегодня вечером.

Эленд взял лист, изучая содержимое. Его почерк выглядел судорожно даже для него самого, и страница была усыпана зачеркиваниями и примечаниями - отражение его расстройства. Они знали о подходе армии в течении недель, и Совет продолжал сыпать увертками на счет необходимых действий.

Некоторые из его участников хотели предложить мирный договор, другие считали, что следует просто сдать город. Третьи считали, что нужно незамедлительно атаковать. Эленд опасался, что фракция капитуляции набирает силу, отсюда и его предложение. Это ходатайство, в случае принятия, должно купить ему больше времени. Как у короля, у него было преимущественное право на переговоры с иностранным диктатором. Предложение должно запретить Совету сделать что-нибудь поспешное по крайней мере до тех пор пока он не встретится со своим отцом.

Кладя лист, Эленд снова вздохнул. Совет состоял всего из двадцати четырех человек, но получение от них согласия с чем угодно было едва ли не более сложным, чем любая из обсуждаемых проблем. Эленд повернулся, гладя мимо единственной лампы на столе через открытые балконные двери прямо на огни. Наверху он услышал бегущие по крыше ноги - Вин, собирающаяся в свои ночные обходы.

Эленд ласково улыбнулся, но даже мысли о Вин не могли вернуть ему хорошего настроения. Та группа убийц, с которой она сражалась сегодня ночью. Могу ли я как-то это использовать? Возможно, если он сообщит о нападении общественности, то Совет вспомнит о презрении Страффа к стоимости человеческой жизни и будет менее вероятна сдача города ему. Но... возможно, они также будут напуганы тем, что от может отправить убийц и за ними самими, и будут ближе к капитуляции.

Иногда Эленд задавался вопросом: что, если Лорд-Правитель был прав? Не в угнетении людей, само собой, - но в удерживании всей власти в своих руках. Последняя Империя была бы ничем, если бы не была непоколебима. Она продержалась тысячи лет, выдерживая восстания, поддерживая сильное влияние на мир.

Хотя, лорд-правитель был бессмертным, подумал Эленд. Это то преимущество, которого у меня определенно нет.

Совет был лучшим выходом. Давая людям парламент с настоящей властью, Эленд создаст устойчивое правительство. У людей будет король - человек, обеспечивающий непрерывность, символ единства. Человек, который не будет испорчен необходимостью быть переизбранным. Однако, у них будет и Совет - парламентарии, выбранные из числа равноправных с ними людей, которые могут отстаивать их интересы.

В теории это звучало прекрасно. Предполагая, что они выживут в ближайшие несколько месяцев.

Эленд потер свои глаза, затем макнул перо и начал дописать новые предложения в низу документа.

Лорд-Правитель был мертв.

Даже год спустя, иногда Вин не могла этого уразуметь. Лорд-Правитель был.. всем. Король и бог, законодатель и высшая власть. Он был вечным и абсолютным, а теперь он был мертв.

Вин убила его.

Разумеется, правда не была такой внушительной, как истории. Не было никакой богатырской или мистической силы, которая позволила бы Вин сразить императора. Ей просто удалось разгадать трюк, используемый им для обретения бессмертия, и, к счастью, - почти случайно - ей удалось использовать его слабость. Она не была храброй или умной. Просто удачливой.

Вин вздохнула. Ее ушибы продолжали болеть, но ей удавалось пережить и куда худшее. Она села на верхушку дворца - некогда Крепости Венчер - прямо над балконом Эленда. Возможно, ее репутация была не заслуженной, но она помогла сохранять Эленда живым. Хотя десятки правителей ссорились между собой на землях некогда Последней Империи, никто из них не наступал на Лютадель.

До сих пор.

За городом горели огни. Скоро Страфф узнает, что его убийцы потерпели поражение. Что тогда? Нападение на город? Хэм и Клабс предупреждали, что Лютадель не выстоит против решительного штурма. Страффу это было известно.

Так или иначе, Эленд был в безопасности. У Вин неплохо получалось находить и уничтожать наемных убийц. прошло менье месяца с момента последней поимки желающих прокрасться во дворец. Многие были просто шпионами, и очень немногие алломантами. Однако стальной нож обычного человека убъёт Эленда так же легко, как и стальной клинок алломанта.

Она не даст этому случиться. Чтобы ни произошло - каких бы жертв это ни потребовало - Эленд останется в живых.

Решив проверить его из-за нахлынувших опасений она скользнула до окна в крыше. Эленд благополучно сидел за своим столом, выписывая какое-то новое предложение или эдикт. Королевский пост поразительно мало изменил этого человека. Примерно на четыре года старше ее - едва начав второй десяток - Эленд немало вложил в обучение, но немного в представительность. Он беспокоился о причесывании только когда был приглашен на важное мероприятие, и ему как-то удается всклокоченно носить даже хорошо сшитую одежду.

Вероятно, он был лучшим мужчиной, которого она когда-либо знала. Серьезный, решительный, умный, заботливый. И, по какой-то причине, он любил ее. Временами этот факт был для нее более удивительным, чем ее участие в смерти Лорда-Правителя.

Вин подняла взгляд, оглядываясь на армейские огни. Затем она посмотрела по сторонам. Следящий не вернулся. Часто подобными ночами он будто искушал ее, подбираясь опасно близко к комнате Эленда перед тем как исчезнуть в городе.

Конечно, если бы он хотел убить Эленда, то сделал бы это, пока я сражалась с остальными.

Эта мысль встревожила её. Вин не могла присматривать за Элендом каждое мгновение. Он былал незащищен пугающе много времени.

Если честно, у Эленда были и другие телохранители, и некоторые из них были даже алломантами. Они, однако, были рассредоточены по слишком большой площади, как и она. Ночные убийцы были самыми опытными, самыми опасными из всех, кого она встречала. Она вздрогнула, подумав о Рожденном Туманом, бывшим среди них. Он был не очень хорош, но много мастерства и не нужно, чтобы поджечь атиум и ударить Вин прямо в нужное место.

Подвижный туман продолжал закручиваться. Присутствие армии нашептывало тревожащую правду: окружающие лорды и военачальники начинали объединять владения, и они думали о вторжении. Даже если Лютадель как-нибудь устоит против Страффа, придут другие.

Стоя бесшумно, Вин закрыла глаза и подожгла бронзу, до сих пор волнуясь, что Следящий или какой-либо другой алломант могут быть поблизости, планируя атаковать Эленда в предполагаемое затишье после провалившейся попытки убийства. Большинство Рожденных Туманом считало бронзу относительно бесполезным металлом, поскольку она легко нейтрализовалась. Рожденный Туманом мог скрыть свою алломантию при помощи меди, не говоря уже о защите от себя от манипуляций при помощи цинка или латуни. Многие Рожденные Туманом считали глупостью не поддерживать горение меди всё время.

И всё же... Вин обладала способностью проникать сквозь медные завесы.

Медное облако не было чем-то видимым. Это нечто гораздо более расплывчатое. Карман ослабленного воздуха, в котором алломанты могут жечь металлы и не беспокоиться о имеющух возможность вычислить их поджигателях бронзы. Но Вин могла чувствовать использующих металлы алломантов внутри медного облака. Она все еще не была уверенно почему. Даже Кельсер, самый могущественный из известных ей алломантов, не мог проникать в медное облако.

Тем не менее, сегодня ночью она ничего не ощущала.

Со вздохом она открыла глаза. Ее странная сила вводила в замешательство, но не была уникальной. Марш подтверждал, что Стальные Инквизиторы могут проникать через медные облака и, она была в этом уверенна, и Лорд-Правитель также был способен на это. Но.. почему она? Почему могла Вин - девчонка, имеющая едва два года тренировок рожденного туманом - делать это?

Это было не все. Она все также ярко помнила то утро, когда сразила Лорда-Правителя. Было еще кое-что, о чем она никому не рассказывала - отчасти потому что это пугало ее, чуть-чуть - что слухи и легенды про нее были правдой. Так или иначе, она смогла опереться на туман, используя его как топливо для алломантии вместо металлов.

И только с этой силой, силой тумана, в конце концов она смогла разбить Лорда-Правителя. Ей нравилось говорить себе, что ей просто повезло разгадать фокусы Лорда-Правителя. Но... было что-то необычное той ночью, что-то, что она совершила. Что-то, чего она не должна была суметь совершить, и никогда больше не сумела повторить.

Вин покачала головой. Так многого она не знала, и не только об алломантии. Она и прочие лидеры неоперившегося королевства Эленда старались изо всех сил, но без наставляющего Кельсера Вин чувствовала себя слепой. Планы, успехи, и даже цели вроде темных фигур в тумане, бесформенных и нечетких.

Ты не должен был покидать нас, Кел, подумала она. Ты спас мир - но ты должен был суметь проделать это не умирая. Кельсер, Выживший в Хатсине, человек, задумавший и осуществивший крушение Последней Империи. Вин знала его, работала с ним, училась у него. Он был легендой и героем. Еще он был человеком. Ошибающийся. Несовершенный. Скаа было легко уважать его, затем обвинять Эленда и остальных за страшную ситуацию, созданную Кельсером.

Эти размышления несли в себе горький осадок. Мысли о Кельсере зачастую несли его в себе. Возможно, это было чувство заброшенности, или, возможно, просто неудобное знание что Кельсер - как и сама Вин - по настоящему не дотягивал до своей репутации.

Вин вздохнула, закрыв свои глаза и продолжая жечь бронзу. Вечерняя битва отняла у нее так много сил, что она начала бояться тех часов, отведенных на наблюдение. Будет нелегко оставаться бдительной, когда -

Она почувствовала что-то.

Вин спешно открыла глаза и подожгла олово. Она повернулась и встала напротив крыши чтобы затенить свой силуэт. Там был кто-то поджигающий металлы. Бронза пульсировала слабо, почти незметно - будто кто-то очень тихо играет на барабанах. Они были накрыты медным облаком. Человек - кто бы он ни был - полагал, что их медь скроет их.

До сих пор Вин не оставляла никого в живых из тех, кто знал о ее странной силе, кроме Эленда и Марша.

Вин поползла вперед по холодящему пальцы рук и ног медному покрытию крыши. Она пробовала определить направление к источнику пульсации. В нем было... что-то странное. Ей было трудно отличить поджигаемые ее противником металлы. Были ли это быстрые сильные удары свинца? Или это был ритм железа? Пульсация казалось неясной, как рябь в густой грязи.

Она исходила откуда-то очень близко... На крыше...

Прямо перед ней.

Присев Вин застыла, ночной ветерок гнал через нее стену тумана. Где же он? Она испытывала смешанные чувства, ее бронза говорила, что что-то прямо перед ней, но глаза отказывались соглашаться с этим.

Она исследовала темный туман, для уверенности посмотрела наверх, затем остановилась. Это первый раз, когда моя бронза ошиблась, хмуро подумала она.

Затем она увидела это.

Не что-то в тумане, но нечто из самого тумана. Фигура стояла в нескольких футах, ее было не легко заметить из-за лишь в слегка намеченных туманом очертаний. Вин ахнула, делая шаг назад.

Фигура продолжила стоять на том же самом месте. Она не могла сказать о ней многого, ее черты были размыты и нечетки, обрисованы хаотическими клубами раздувающегося тумана. Если бы не устойчивость формы, она бы просто могла не обратить на нее внимания - как едва заметная форма животных в облаках.

Но она стояла. Каждый завиток тумана добавлял определенности ее тонкому телу и длинной голове. Хаотическая, но все же постоянная. Она намекало на человека, но ей не хватало основательности Следящего. Оно казалось... выглядело... неправильно.

Фигура сделала шаг вперед.

Вин немедленно отреагировала, бросая и толкая горсть монет через воздух. Кусочки металла пронеслись сквозь туман, оставляя за собой полосы, и прошли прямо через темную фигуру.

Она остановилась на мгновение, затем просто распалась, рассеиваясь в случайные завихрения тумана.

Эленд тщательно вывел последнее предложение, хотя и знал, что придется отдать документ переписчику. Тем не менее, он был горд. Он считал, что ему удалось отыскать аргументы, способные наконец-то убедить Парламент в том, что нельзя так просто сдаться Страффу.

Он неосознанно посмотрел на груду бумаг на своем столе. На самом ее верху лежало на вид невинное желтое письмо, все еще сложенное, похожее на кровь восковое пятно сломано на печатке. Оно было коротким. Эленд с легкостью вспомнил его слова.

"Сын,

Я верю, что тебе понравилось присматривать за интересами Венчеров в Лютадели. Я обезопасил Северную провинцию и вскоре вернусь в нашу крепость в Лютадели. В это время ты можешь передать мне контроль над городом.

Король Страфф Венчер."

Из всех военачальников и деспотов, сокрушивших Последнюю империю после смерти лорда-правителя, Страфф был наиболее опасен. Эленд непосредственно знал это. Его отец был по-настоящему имперским дворянином: он представлял себе жизнь как соревнование между лордами, кто сможет приобрести величайшую репутацию. Он хорошо играл в игру, сделав Дом Венчер самой могущественной из благородных семей до распада.

Отец Эленда не увидел в смерти лорда-правителя трагедию или победу - просто удобный случай. И тот факт, что якобы безвольный дурак, сын Страффа, сейчас провозглашен королем Центральной провинции не дает ему закончить веселье.

Эленд покачал головой, возвращаясь к предложению. Еще несколько перечитываний, несколько щипков и я окончательно буду готов немного поспать. Я просто -

Фигура в плаще прыгнула через окно в крыше и приземлилась с негромким стуком позади него.

Эленд выгнул бровь, поворачиваясь к полуприсевшему человеку. "Ты знаешь, у меня были причины оставить балкон открытым, Вин. Можешь входить так, если хочешь".

"Я знаю", ответила Вин. Затем она метнулась через комнату, двигаясь с нечеловеческой гибкостью алломанта. Она проверила у него под кроватью, затем перепрыгнула к его шкафу и распахнула дверцы. Она напряженно отпрыгнула как встревоженное животное, но, очевидно, ничего ничего к своему неодобрению внутри не обнаружила, поскольку переместилась, чтобы заглянуть в двери, ведущие в остальные комнаты Эленда.

Эленд с нежностью смотрел на нее. У него некоторое время заняло привыкание к специфическим... особенностям Вин. Он поддразнивал ее за параноидальность, она просто утверждала, что осторожна. Независимо от этого, когда она навещает его, то половину времени проверяет у него под кроватью и в шкафу. В оставшееся время она держалась позади - но Эленд часто ловил ее на недоверчивых взглядах в сторону потенциальных укрытий.

Она была куда менее нервной, когда у нее не было причин беспокоиться за него. Однако, Эленд только начал понимать то, что очень сложная личность скрывается за лицом, когда-то известным ему как Валетт Ренокс. Он влюбился в ее изысканную сторону, даже не зная о нервной, скрытой стороне рожденного туманом. Все еще тяжело видеть в них одного человека.

Вин закрыла дверь, затем не на долго остановилась, наблюдая за ним своими круглыми темными глазами. Эленд понял, что улыбается. Несмотря на ее причуды - или, скорее из-за них - он любил эту худую женщину с выразительными глазами и решительным характером. Она была не такой, как те, кого он когда либо знал - простая, но честная, красивая и остроумная женщина.

Однако, иногда она беспокоила его.

"Вин?", вставая спросил он.

"Видел ли ты что-нибудь необычное сегодня ночью?".

Эленд помедлил. "Не считая тебя?".

Она нахмурилась, шагая через комнату. Эленд смотрел на ее маленькую фигурку, одетую в черные штаны и застегиваемую мужскую рубашку, полосы ее туманного плаща тянулись позади нее. Она носила капюшон опущенным, как обычно, и ступала с податливым изяществом - неосозноваемая элегантность жгущего свинец человека.

"Соберись!", - сказал он себе. Ты действительно устал. "Вин? Что-то не так?".

Вин бросила взгляд на балкон. "Рожденный туманом, Следящий, снова в городе."

"Ты уверена?"

Вин кивнула. "Но... я не думаю, что он собирается прийти за тобой сегодня ночью".

Эленд нахмурился. Балкон все еще был открыт, и через него курились языки тумана, наползая на пол пока окончательно не испаряясь. По ту сторону тех дверей была... темнота. Хаос.

Это просто туман, сказал он себе. Водный газ. Бояться нечего. "Что заставляет тебя думать, что рожденный туманом не собирается прийти за мной?".

Вин пожала плечами. "Я просто чувствую, что нет".

Она часто отвечала в подобном ключе. Вин выросла как создание улицы, и доверяла своим инстинктам. Как ни странно, Эленд тоже. Он посмотрел на нее, читая неуверенность в ее позе. Что-то другое расстроило ее сегодня ночью. Он посмотрел ей в глаза, задержавшись на мгновение, затем отвел взгляд.

"Что?", спросил он.

"Я видела... что-то еще", ответила она. "Или, я думаю, что видела. Что-то в тумане, словно сделанный из тумана человек. Я могу чувствовать это, к тому же, с помощью алломантии. Хотя оно пропало.

Эленд еще сильнее нахмурился. Он прошёл вперёд, обняв её. "Вин, ты слишком много на себя взвалила. Ты не можешь рыскать по городу ночью и потом быть на ногах весь день. Даже алломанты должны отдыхать".

Она тихонько кивнула. В его руках она не казалась похожей на могучего воина, свергнувшего Лорда Правителя. Она ощущала себя переутомленной женщиной, ошеломлённой событиями - женщиной, которая, возможно, чувствовала себя как и Эленд.

Она позволила ему держать себя. Сначала в ее осанке была небольшая жесткость. Как будто часть ее все еще ожидает, что будет больно - первичные струны, которые не могли понять, что можно быть затронутым любовью, а не гневом.Затем, тем не менее, она расслабилась. Эленд был один из немногих, в кругу которых она могла позволить себе это. Когда она держала его - по-настоящему держала его - она цеплялась за отчаяние, граничащее с ужасом. Так или иначе, несмотря на ее мощные навыки в алломантии и ее упрямую решимость, Вин была пугающе уязвима. Она казалась необходимой Эленду. За это он чувствовал себя счастливым.

Временами разбитым. Но счастливым. Вин и он не обсуждали его предложение руки и сердца и ее отказ, хотя Эленд часто думал о произошедшем.

Женщины достаточно трудны для понимания, думал он, и я должен пойти и выбрать самую странную из многих. Тем не менее, ему нечего жаловаться. Она любила его. Он может жить с ее странностями.

Вин вздохнула, затем посмотрела на него, окончательно расслабляясь, когда он наклонился и поцеловал ее. Поцелуй был долгим, и она вздохнула. После чего она положила свою голову ему на плечо. "У нас есть другая проблема", негромко сказал она. "Я использовала последний атиум сегодня ночью".

"Сражаясь с убийцами?".

Вин кивнула.

"Ну, это должно было когда-нибудь случится. Наши запасы нельзя было растянуть навсегда".

"Запасы?", переспросила Вин. "Кельсер оставил нам только шесть бусинок".

Эленд вздохнул, затем крепко прижал ее. Его новое правительство расчитывало унаследовать резервы атиума лорда-правителя - предполагаемый тайник металла, содержащий огромные сокровища. Кельсер полагал, что его новое королевство будет держаться на этих богатствах, и он умер ради этого. Была лишь одна проблема. Никто так не смог найти эти запасы. Им удалось найти немного - атиум, из которого были сделаны браслеты, использованные лордом-правителем в качестве ферухимических батарей для запасания возраста. Однако, они были потрачены для поставок для города, и фактически содержали очень немного атиума. Ничего похожего на запасы, о которых говорилось. Они должны быть, где-то в городе, богатство из атиума в тысячи раз больше тех браслетов.

"Нам придется смириться с этим", сказал Эленд.

"Если рожденный туманом нападет на тебя. я не смогу убить его".

"Только если у него есть атиум", сказал Эленд. "Он становится все более и более редким. Я сомневаюсь, что у других королей есть много его".

Кельсер разрушил Ямы Хатсина - единственное место добычи атиума. но если бы Вин пришлось сражаться с кем-то, имеющим атиум...

Не думай об этом, сказал он себе. Просто продолжай поиски. Возможно мы сможем купить немного. Или, быть может, мы найдет тайник лорда-правителя. Если он все еще существует...

Вин посмотрела на него, читая беспокойство в его взгляде, и он знал, что она пришла к тем же выводам, что и он сам. Прямо сейчас можно было сделать немногое, Вин неплохо справилась с сохранением их атиума так долго, сколько она смогла. Тем не менее, когда Вин отступила и позволила Эленду вернуться к своему столу, он не мог не думать о том, как они бы могли потратить тот атиум. Его людям будет нужна еда зимой.

Но, продавая металл, садясь подумал он, мы можем дать больше самого опасного в мире алломантического оружия в руки своих врагов. Лучше, чтобы Вин использовала его.

Когда он снова принялся за работу, Вин сунула голову над его плечом, бросая тень от искусственного освещения. "Что это?", спросила она.

"Предложение, блокирующее Совет пока я использую свое право на переговоры".

"Снова?", спросила она, поднимая голову и щурясь пытаясь разглядеть его подчерк.

"Совет отклонил последнюю версию".

Вин нахмурилась. "Почему ты им просто не скажешь принять его? Ты король".

"Смотри", сказал Эленд. "Вот что я пытаюсь доказать этим всем. Я всего лишь один человек, Вин - может быть, мое мнение не лучше их. Если мы будем работать над предложением вместе, оно будет лучше, чем если один человек сделает его самостоятельно".

Вин покачала головой. "Это будет слишком слабо. Беззубо. Ты должен больше верить себе".

"Дело не в доверии. Дело в том, что правильно. Мы потратили тысячи лет сражаясь против лорда-правителя - если я буду поступать также как и он, тогда в чем будет разница?".

Вин повернулась и посмотрела ему в глаза. "Лорд-правитель был злым человеком. Ты - хороший. Вот в чем разница".

Эленд улыбнулся. "Для тебя здесь все очевидно, не так ли?".

Вин кивнула.

Эленд наклонился и опять поцеловал ее. "Ну, некоторые из нас представляют все чуть более сложным, так что тебе придется потакать нам. Теперь, будь любезна уйди от моего света, чтобы я мог вернуться к работе".

Она фыркнула, но встала и обошла стол, оставляя за собой слабый запах парфюма. Эленд нахмурился. Когда она успела нанести его? Многие из ее движений были настолько быстрыми, что он не замечал их.

Духи - просто еще одно из очевидных противоречий, из которых состоит женщина называющая себя Вин. Она не будет носить их снаружи в тумане, обычно она использует их только для него. Вин нравилось быть скромной, но она обожала ароматы - и раздражалась на него, если он не замечал когда она пробует какой-нибудь новый. Она казалась подозрительной и параноидальной, но все равно верила друзьям с безапелляционной преданностью. Она выходила наружу ночью в черном и сером, пытаясь с таким трудом скрываться - но Эленд видел ее на балах год назад и она смотрелась естественно в платьях.

По какой-то причине она перестала их носить. Она никогда не объясняла почему.

Эленд покачал головой, возвращаясь к предложению. По сравнению с Вин, политика казалась простенькой. Она опиралась руками на рабочий стол, наблюдая за его работой и зевая.

"Тебе нужно немного отдохнуть", сказал он, снова макая перо.

Вин помедлила, затем кивнула. Она сняла туманный плащ, обернула его вокруг себя, после чего сама свернулась калачиком на коврике рядом с его столом.

Эленд промедлил. "Я не имел ввиду здесь, Вин", забавляясь сказал он.

"Рожденный туманом все еще где-то снаружи", приглушенными голосом устало ответила она. "Я не покидаю тебя". Она завернулась в плащ, и Эленд заметил мимолетную гримасу боли у нее на лице. Она следила за своим левым боком.

Она не часто рассказывала ему детали ее схваток. Она не хотела беспокоить ее. Это не помогало.

Эленд приглушил свое беспокойство и заставил себя читать снова. Он почти закончил - еще чуть-чуть и -

В его дверь раздался стук.

Эленд расстроенно повернулся, интересуясь тем, кто его прервал. Секундой позже Хэм просунул свою голову в дверь.

"Хэм?", спросил Эленд. "Все еще не спишь?".

"К сожалению", ответил Хэм, заходя в комнату.

"Мардра прикончит тебя из-за того, что снова работаешь до поздна", сказал Эленд, кладя свое перо. Хотя можно было пожаловаться на некоторые причуды Вин, она хотя бы разделяла его ночные привычки.

От комментария Хэм просто закатил глаза. Он все еще носил свои обычный жилет и брюки. Он согласился быть капитаном стражи Эленда с одним условием: что он никогда не будет нужно носить униформу. Вин распахнула глаза, когда Хэм зашел в комнату, затем снова расслабилась.

"Неважно", сказал Эленд. "Чем обязан визиту?".

Я думаю ты должен знать, что мы опознали тех убийц, что пытались убить Вин".

Эленд кивнул. "Вероятно, известных мне людей". Большинство алломантов были благородными, и он был знаком со всеми из окружения Страффа.

"На самом деле, я сомневаюсь в этом", возразил Хэм. "Они с запада".

Эленд помедлил, хмурясь, и Вин оживилась. "Уверен?".

Хэм кивнул. "Это делает немного маловероятным, что их послал твой отец - разве что он много завербовал в Фадрексе. Они были по большей части из Домов Гардр и Конрад".

Эленд откинулся назад. Его отец располагался в Уртэу, наследственном доме семьи Венчер. Фадреккс был на полпути через империю от Уртэу, поездка занимае несколько месяцев. Были слабые шансы, что его отец имеет доступ к группе западных алломантов.

"Вы слышали про Сетта Эшвезера?", спросил Хэм.

Эленд кивнул. "Один из тех, кто провозгласил себя королем в Западной провинции. Я знаю про него не много".

Нахмурясь, Вин села. "Думаешь, этих послал он?".

Хэм кивнул. "Они должны были ожидать шанса проникнуть в город, и в эти последние дни толпы у ворот должны были предоставить им возможность. Таким образом, прибытие армии Страффа и покушение на жизнь Вин просто совпадение.

Эленд взглянул на Вин. Она встретила его взгляд, и он мог бы сказать, что та не была полностью убеждена, что это Страфф послал убийц. Однако, Эленд был не столь скептичен. Практически каждый тиран в регионе пытался извести его на тот или иной момент. Почему бы не Сетт?

Все этот атиум, расстроено подумал Эленд.Ему так и не удалось обнаружить запасы Лорда-Правителя - но это не остановило деспотов в империи от мысли, что он где-то его спрятал.

"Ну, хотя бы твой отец не направлял убийц", сказал вечно оптимистичный Хэм.

Эленд покачал головой. "Наше родство не остановит его, Хэм. Поверь мне".

"Он же твой отец", огорошено сказал Хэм.

"Это ничего не значит для Страффа. Наверное, он не посылал убийц, потому что не думает, что я могу создать проблем. Если мы продержимся достаточно долго, он сделает это.

Хэм покачал головой. "Я слышал про сыновей, убивавших отцов, чтобы занять их место... но отцы, убивающие сыновей... Интересно, что говорит о разуме старого Страффа то, что он хочет убить тебя. Думаешь, что -"

"Хэм?", прервал его Эленд.

"А?"

"Ты знаешь, я люблю подискутировать, но сейчас у меня действительно нет времени на философствования".

"О, ладно". Хэм улыбнулся вставая и двигаясь к выходу. "В любом случае, мне пора возвращаться к Мардре".

Эленд кивнул, потирая свой лоб и снова берясь за перо. "Убедись, что ты соберешь команду на встречу. Мы должны организовать наших союзников, Хэм. Если мы не придумаем что-нибудь невероятно умное, то королевство может оказаться обречено".

Все еще улыбаясь, Хэм обернулся. "Ты говоришь с таким отчаянием, Эл".

Эленд посмортел на него. "Совет это сборище, пол дюжины полководцев с превосходящими армиями дышат мне в спину, едва месяц прошел без того, чтобы кто-нибудь не послал за мной убийц, и женщина, которую я люблю, медленно сводит меня с ума".

Над этой последней частью Вин фыркнула.

"О, это все?", спросил Хэм. "Видишь, все не так уж и плохо. Я имею ввиду, что вместо этого мы могли бы столкнуться с бессмертным богом и его всемогущими священниками".

Эленд промолчал, затем рассмеялся над собой. "Спокойной ночи, Хэм", сказал он, возвращаясь к своему предложению.

"Доброй ночи, Ваше Величество!"

<div style="font-style:italic;">Может быть они правы. Может быть я сошел с ума, или завистник, или просто глупец. Меня зовут Кваан. Философ. ученый, предатель. Я тот, кто обнаружил Аленди, и я тот, кто первым объявил его героем всех веков. Я тот, кто начал это все.</div>

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20279/66123

Переводчики: FireFlying, unona3, Nynaeve, deidei