Готовый перевод Еще один шанс на мечту\Автор Линн Керланд / ANOTHER CHANCE TO DREAM\By Lynn Kurland: Глава 3

Глава 3

Гвен лежала рядом со своей матерью на большой, удобной кровати и обнаружила, что для разнообразия, события дня были гораздо более интересными, чем события, которые обычно вертелись в ее голове, заставляя ее уснуть.

- Гвен, пожалуйста, прекрати ворочаться.

- Ох, мама, разве он не был чудесным сегодня?

Ее мать вздохнула, и Гвен узнала подобный вздох. Это был ее я-хочу-чтобы-эта-девчонка-ребенок-уснула-но-даже-это-не-остановит-меня-от-того-чтобы-слушать вздох. Это был звук, который был очень знаком Гвен. Она услышала, как ее мать сказала, что она сама виновата, что это ее вина в том, что голова Гвен была так населена персонажами из песен и плохих эпосов, и кто-то должен заплатить эту цену. Но это было сказано нежно, а затем последовал любящий смех от ее отца, поэтому Гвен знала, что ее родители не были недовольны ею.

Но теперь у нее был очень живой, очень храбрый защитник, чтобы думать о нем, и он было лучше, чем кто-либо из ее воображения.

- Он даже не воспользовался своим мечом, - сказала Гвен, еще раз смакуя этот момент. - Только его репутация и вытянутое лезвие повергло демона Фенвика в дрожь.

- Да, милая.

- Мама, как ты думаешь, пролил ли он кровь Джеффри?

- Скорее всего это так.

- Мама, ты думаешь, что он был серьезен в том, чтобы отомстить за мою честь?

Ее мать засмеялась и притянула ее ближе. - Я думаю, что он был очень серьезен, моя девочка. Но не думаешь ли ты, что заработала гнев сэра Джеффри? Ты же заперла его в башне.

- Он сказал мне, что мои уши слишком большие.

- Только после того, как ты указала ему на его щель между зубами.

- Он тщеславный, мама, и я не могла стерпеть его чванливость. Кроме того, он дернул меня за мою косу, когда ты повернулась спиной. Сэр Рис никогда не сделает подобную вещь.

- Скорее всего, нет.

- Разве он не чудесный, мама?

- Да, моя Гвен, он такой. Но разве ты не помнишь, что обручена с Аланом из Айре? Каким бы отличным парнем не был сэр Рис, он не будет твоим мужем. Возможно, тебе нужно сделать так, чтобы не думать о нем слишком много.

То, что не хотела делать Гвен, так это думать об Алане, поэтому она быстро согласилась со своей матерью, отвернулась и сделала вид, что засыпает.

Но на самом деле, она с открытыми глазами мечтала о галантном парне, который взял свою жизнь в свои руки, чтобы бросить вызов мужчине, по крайней мере, лет на шесть старше него. Гвен все еще могла помнить твердые руки Риса, которыми он держал рукоять своего меча, говоря всем, кто наблюдал за этим, что ему хватит мужества победить Джеффри из Фенвика. Ей не состаляло труда вспомнить его черные волосы, спадающие на плечи, или благородный наклон подбородка и царственную форму носа.

И у него были такие чудесные уши.

Она вздохнула от удовольствия прежде, чем смогла остановить себя, затем кашлянула, чтобы мать не заподозрила, что она мечтает вместо того, чтобы спать.

Если бы только он мог сделать ей предложение вместо этого дурно-воспитанного, не остроумного Элайна из Эйра. Тогда бы ее истинная жизнь стала такой же славной, как и воображаемая в ее голове.

Был ли способ так устроить? Рис был рыцарем, это верно, но не будут же его славные дела рассчитывать на что-то? Неужели ее отец не может убедиться в том, что Рис был гораздо более желатльным зятем, чем Элайн? Она была достаточно проницательна для того, чтобы знать, что земля и союзы будут решать за кого она выйдет замуж - и на самом деле, такие вещи уже решили этот вопрос. Но может, это не будет перевешивать сторону на этот раз? Ее отец не отказывал ей ни в чем. Возможно, он продолжит так поступать. Первым делом, она хотела спросить его об этом.

Она зевнула и закрыла глаза, а затем погрузилась в настоящий сон.

Прекрасного, молодого рыцаря с серьезными серыми глазами и блестящим, острым мечом.

Рис наблюдал за остальными, спящими в своих постелях, в то время как он сам стоял на страже рядом со своим господином. На самом деле он не был членом охраны Лорда Эйра, но нес добровольную службу. Бертрам дам ему очень много; по крайней мере, он мог сделать что-то в ответ. Сегодня вечером быть рядом со своим господином было особенно успокаивающим, учитывая то, каким напряженным был день. Он вышел победителем, но это не принесло никакой награды - а именно, мира в его душе.

Не успела Гвен умыть лицо и убрать грязь со своих волос, когда появилась, ожидая, что он что-то сделает. Риса потешала последняя надежда, что, возможно, ее мать объяснит ей причину, но он обнаружил, что ее мать сидит рядом с дамой, которую он защищал, выжидательно наблюдая. Его обещание отомстить тяжело опустилось ему на плечи, положив руку на свою щеку, он подошел к Джеффри Фенвику с самым серьезным выражением лица, на которое был способен.

Сын Фенвика сначала смеялся над ним. Потребовалось большое мужество, чтобы выстоять это и не дрогнуть, и Рис это сделал. Затем он выхватил меч и опустил его перед собой. Это был заимствованный меч, так как Бертрам только заказал ему другой, но меч есть меч, когда дело доходит до более тонких вопросов рыцарского долга. Очевидно, Джеффри увидел, что острие меча было достаточно острым и Рис настроен решительно, поэтому перестал смеяться и начал неистовствовать. Его бахвальство вскоре превратилось в неловкое молчание, когда Рис пригласил старшего парнишку отправиться на арену борьбы. Что было неприятно для Джеффри. К тому времени Рис начал чувствовать, что его свирепая репутация на поле боя может сослужить ему хорошую службу.

Это конечно бы вызвало слепое поклонение Гвен, если дело было сделано.

Хвала святым, но этого было достаточно, чтобы, в конце концов, заставить его поверить, что в лекциях Бертрама о рыцарстве что-то было.

Уильям поднялся, вырывая Риса из его задумчивости. Он ждал, пока лорд Бертрам также поднимится, прежде чем встал сам. Он остановился снаружи покоев Сегрейва и прижался спиной к частичной открытой двери. И как сильно он не старался, не мог не подслушать разговор, происходящий внутри.

- Ты пропустил шумиху этим днем, мой друг, - сказал Уильям. - Пока ты дремал, твой сын собирался наказать неправедные поступки.

Бертрам смущенно рассмеялся. - Он же не бросил вызов всей твоей страже?

- Он вызвал не мою стражу, он вызвал того мерзавца, который запер мою Гвен в свинарне.

- Молодой Фенвик?

- А кто еще? Угроза мальчишки.

Бертрам мягко присвистнул. - Ничего себе, он хоть и взрослый уже, но до сих пор вызывает служанок что бы поплакаться. Неудивительно что Рис вызвал его.

- Он и сделал это. Он дошел до Фенвика, как ты бы сказал, очень смело и целеустремленно и сказал Джеффри, что бросит его в свинарник, если он не принесет извинения Гвен. Так же он добавил, что сопроводит его туда посредством силы при необходимости.

- Да, это мой парень, - сказал Бертрам, голосом полным гордости. - Как я понимаю, молодой Фенвик сделал, как ему было велено?"

- Неохотно, но да. - Молодой Рис, уже легенда.

Рис выпрямился. Он не мог помочь себе. Уильям из Сэгрейва должен похвалить его, за что-то действительно важное. Он потеребил ленту, которую носил на руке. Его первое покровительство, и от дочери лорда, не меньше. Он жил не только для ее ожиданий, но и для ее отца также. Кошмар, для того, что бы чем-то гордится..

- Он будет хорошим человеком, - тихо сказал Бертрам.

- Да, - согласился Уильям. - Жаль, что у него нет земли. Он мог стать хорошим мужем и лордом.

Повисла тишина. Пока Бертрам произносил речь.

- Он все равно, был бы прекрасным мужем.Особенно для девочки, выходки которой пугают самых храбрых мужчин."

- Бертрам, - Уильям издал смешок, - Вы обижаете мою прекрасную, милую Гвен. Она просто удивительно предприимчива.

Вы сами мне сказали, что неделю назад, поймали ее за тем как она измеряла внешную стену замка, что бы убедится, в том, что стены выстоят под атакой вражеских войск. Девочка думает слишком много для ее собственной пользы!

Смешка Уильяма, было достаточно, чтобы заставить Риса потеть. Если он нашел, эту часть деятельности Гвен - забавной, то что представляют из себя другие шалости Гвен? Боже, да девочка убьет себя прежде чем достигнет брачного возраста.

И он нашел, неудивительно, что эта мысль глубоко беспокоила его. Боги его жалеют непутевого дурака. Он почувствовал внезапное желание оказаться на краю скалы.

- Уильям, она заслуживает того, кто будет ценить это.

- Мне кажется, мой друг, что ты предпочел бы отдать Гвен ему, чем своему сыну.

- У Риса есть много того, чего не хватает у Элайна.

- Но и у Риса нет того что имеет Алан. А именно, Алан вскоре станет бароном. Я не могу отдать свою дочь простому рыцарю, Бертрам....

Бертрам тяжело вздохнул. - Я знаю, Уильям. Я знаю.

И это, казалось, было так.

Рис с трудом сглотнул, ни мало удивленной тем, насколько такие простые слова причинили ему боль. Эти слова не были высказаны ему лицо, и сказаны были отнюдь не грубым языком, который разительно отличался от мягкой тактичности Сэгрейва. И все таки он должен был привыкнуть к этому, у этой боли при ударе этими словами. Но в какой то момент он действительно подумал, о том что мог быть большим чем простой рыцарь.

Он должен был знать лучше, чем позволить себе надеяться, что у него в женах могла бы быть дочь барона, или любая, другая женщина знатного происхождения. Ион услышал правду прямо из губ Уильяма.

Рис почувствовал на себе взгляд и посмотрел вверх, чтобы обнаружить, что сэр Монтгомери наблюдает за ним. Он напрягся.

- Как долго ты здесь? - потребовал он.

- Достаточно долго, - спокойно произнес Монтгомери.

- Должно быть ты всегда прячешься в темных углах? - прорычал Рис.

Монтгомери только хлопнул Риса по плечу, побуждая его двинутся по проходу вниз.

- Я останусь, сказал он, и тон его голоса предупредил Риса, что он не примет никаких других аргументов. - Пойди поспи. Ты захочешь быть в списках(состязаниях) рано.

Рис пошел бы на состязания, если бы мог этим облегчить душу от позора который лежал на нем. Конечно же, он знал, что он никогда не мог бы быть с Гвендолин Сэгрейв. Разве он не сказал себе тоже самое, утором когда проезжал через ворота? У него не было и не будет ее земель. Вместо этого их дадут Аланну из Эйра, молодому человеку, чьи мысли лежали недалеко от того, какого сокола ему выбрать для сегодняшней охоты. Почва Гвен превратится в пустошь под его заботой. И Рис знал, что и сама Гвен превратится в такое же пустое место как и Алан с его помощником. И он, проклятье, ничего не мог сделать что бы исправить это.

Жаль, что он хотел этого.

Святые, он так желал этого, просто до крови.

Он спускался вниз по коридору, когда он шел, лента, которую дала она ему, трепетала в такт его движениям. Остановившись, он попытался сдернуть ее,не получившись он нашел узел и попытался распутать его. Боги, кто научил эту девочку вязать такие надежные узлы? Он яростно пытался все-таки его развязать. Потянул, затем подергал, проклиная узел и того кто дал ее. Наконец она высвободилась, и он бросил ее на землю, она медленно, и изящно извиваясь, парила, и притягивала взгляд к тому месту где она упала. И ушел, оставляя ее позади него в коридоре.

Он проклял день, когда он посмотрел ей в глаза, и просил что бы никогда не наступил день, когда он должен будет посмотреть в них снова.

Это наваждение прошло в первые часы после полуночи, Рис вернулся, тихо, сдерживая шаги что бы его никто не услышал. Факел горел низко, и коридор был пуст. Рис медленно двинулся вдоль стены, ища и останавливаясь в тех местах где ему казалось она должна быть.

Ленты больше там не было.

Он прислонился к стене и тихо выругался. Собрав всю свою концентрацию он замер. Это была глупая идея, столь же глупая как все надежды, которые он лелеял в тот день. Он заставил себя двинутся в большой зал, что бы вернутся на свое спальное место. И на следующий день поднялся на рассвете и уехал. Он чувствовал себя бы уверенно в состязаниях, уверенный в своих способностях и гордящимся своим выступлением. Он был бы в безопасности там. Это было самое безопасное место, чем где либо, рядом с Гвендолин из Сэгрейва.

Да, решение держаться как можно дальше от нее было самым рациональным решением, которое он принял весь день.

Это, скорее всего, сослужит ему хорошую службу в будущем.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/20964/69678

Переводчики: Stinky, Marantina