Готовый перевод Elaine Cunningham "Thornhold" / Каннингем Элейн "Торнхолд": Пролог

Пролог

27 число месяца Тарсах, 927 DR

Два молодых волшебника стояли на вершине горы, глядя с благоговением на страшный результат их совместной магии

Перед ними лежали обширные просторы весенней травы и горных полевых цветов. Минутами раньше они смотрели отсюда на древнюю, осажденную крепость. Крепость исчезла, как и могучие существа, нашедшие в ней укрытие. Исчезли также и все выжившие - жертвы войны против демонов, пришедших из глубин Аскайхорна. Исчезли, не оставив следов, кроме тех, что врезались в память двух мужчин, являвшихся причиной разрушения.

Они оба были молоды, но на этом их сходство заканчивалось. Ренвик "Снежный плащ" Карадун был маленьким и худощавым, обладал бледным, вытянутым лицом с тонкими чертами. Он был одет во всё белое, и его ниспадающий плащ был богато вышит белыми шёлковыми нитями и оторочен снежным мехом зимнего горностая. Он преждевременно поседел, и посередине лба его волосы сходились в четкий треугольник. От его осанки веяло гордостью и честолюбием - он относился к результату их сплава с удовлетворением.

Его спутник был выше его на голову и шире в плечах. Глаза его и волосы были чёрными, а кожа загорелой, несмотря на столь раннее время года. Можно было бы простить случайного наблюдателя, приняшего его за лесника или бродягу, если бы не ясная аура магии, всё ещё тянувшаяся за ним. Он созерцал результат своей работы и в глазах у него стоял великий ужас.

Зияющий шрам в горе, обугленный скелет крепости - магу легче было бы всё это принять, если бы не полное безмолвие вокруг. Он никогда не знал, что тишина может быть такой глубокой, абсолютной и обвиняющей. Ему казалось, что горы вокруг, и всё, что над ними, несло в себе молчаливое свидетельство той невероятной силы магии, что смела прочь древнюю обитель и тех, кто жил внутри.

Откуда-то снизу, из раскинувшихся под ними деревьев, одинокая пташка неуверенно чиркнула, и песня разрушила неестественную тишину и страх, которыми были скованы два волшебника. По молчаливому согласию они развернулись и зашагали вниз по склону холма. Тяжесть того, что они сотворили, осталась между ними.

Но мага всё ещё волновала эта тема. Он обернулся к своему собрату чародею. Выражение лица Ренвика остановило его на пол-пути. Ренвик выглядел довольным, почти радостным. Мечты о власти, бессмертии, - Ренвик часто говорил о них - ярко сияли в его глазах.

Внезапно ощутив необходимость в поддержке, спутник Ренвика опустил руку на ствол дуба. "Те кольца, что ты использовал в заклинании", - он задал вопрос, - "что еще они могут сотворить?".

Молодой волшебник ухмыльнулся: "Почему ты спрашиваешь? Тебе разве сегодняшней работы не достаточно?".

Его соратник тут же впыхнул. Он схватил Ренвика обоими руками за плащ, оторвал его от земли, и с размаху ударил о дуб.

"Скажи мне, где ты нашёл эти три кольца, и какова природа их силы!"

Ренвик улыбнулся: "То, для чего они предназначались, я не знаю. А какую пользу я собираюсь из них извлечь... ты не узнаешь."

Спокойная манера поведения Ренвика смутила его товарища. Были и лучшие способы справиться с ситуацией. "Ты ведь знаешь, что в магическом поединке тебе против меня не выстоять", заметил он.

"Я и не собираюсь", возразил самодовольно Ренвик. "Кольца и частичное понимание той власти, которой они обладают, находятся в руках противника, которого ты не можешь победить".

Это замечание заставило мага отойти. Даже среди вырастивших его эльфов мало кто мог сравниться с его способностью управляться с магией.

"Ты не спрашиваешь меня о ком я говорил. Гордость не позволяет, я думаю," - заметил Ренвик. "В любом случае, я скажу тебе. Самулар владеет кольцами, как и его потомки будут владеть ими после него".

"Паладин?"

"Самулар не просто паладин. Он станет легендой. С моей помощью, конечно".

Маг начал понимать, он даже восхищался хитростью этой затеи. Паладины были благородными воинами, рыцарями, посвящявшими себя службе своим богам. Они служили королям, защищали слабых, и поддерживали закон и правосудие. Зло в любой форме было для них проклятием, они не могли его принять. Ни одно другое общество людей не снискало такого широкого восхищения. Если три кольца были в руках паладина Самулара, и если он использовал их власть для добра, то маг навряд ли бы смог вырвать у него эти артефакты, не став врагом всех благородных людей.

“Путь паладина благ и праведен,” поддразнивал Ренвик, вторя мыслям товарища. “Если ты не с ним, ты против него.”

В этих словах была правда, и он не мог её отрицать, но чувствовал необходимость добавить ещё одну правду. "Такой властью нелегко управлять", - продолжал старший маг, человек, который двести лет спустя будет известен как Келбен Арунсун, - "Ты не сможешь держать кольца в тайне вечно. Когда-нибудь они попадут в другие руки, и будут использоваться для других целей".

Бледный чародей Ренвик снова усмехнулся. "Тогда это в твоих интересах убедиться, что этого не произойдет. Если рассказ начался, то кто знает, чем он может закончиться?"

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/21007/69207

Переводчики: Nikitosnew, Vestali, Killer26