Готовый перевод Fallout:Equestria / Фоллаут: Эквестрия: Глава 27
Глава 27: Сигналы бедствия
"Когда стены падут, и потеряешь ты всё, что имел, семья станет опорой твоей. А семье опорой было и будет род-племя её."
Семья.
Это было не то слово, в котором я сильно нуждалась, или понятие, к которому была сильно привязана.
Я никогда не знала своего отца (довольно редкая ситуация для кобылки, растущей в Стойле Два). Когда моя мать была в моём возрасте, она проводила большую часть своего времени будучи... ну, есть разные слова, которыми я описала бы других пони. Но это была моя мать. И для неё я выбрала слова "неразборчивая" и "выпивающая".
Взрослела я в компании своей матери. Но большинство моих воспоминаний о ней сводились к фразе: "Сиди тихо, пока взрослые разговаривают". Однако она обучила меня играм. И даже не смотря на мое осознание (а тогда я все еще была "пустышкой") того факта, что играла она со мной скорее ради того, чтобы самой не умереть со скуки, нежели от желания повеселить меня, я всё равно хранила в памяти каждый радостный момент игры с ней: будь то настольные игры или стратегии, да что угодно, что только могло предложить нам Стойло.
Но даже тогда я не думала о нас как о "семье" в том особом значении этого слова.
Теперь, через пелену боли, я поняла что всё начало меняться. Точнее, уже изменилось без моего ведома.
Когда обезболивающее перестало действовать и адреналин прекратил подгонять меня, я смогла почувствовать, как же на самом деле болело моё тело. Бинты помогали и, вероятно, спасали меня от обильного кровотечения из глубоких ран на груди. Однако, продолжая толкать себя вперёд будучи раненой, я нанесла ущерб далеко не только своей магии.
Но теперь я была с друзьями. Это давало чувство защищённости и безопасности. Наконец-то моё тело могло расслабиться и просто болеть.
Вельвет Ремеди переключилась в режим мамы-доктора, едва только увидела меня. Теперь, когда я перестала мысленно обнюхивать её между задних ног, я обнаружила, что меня умиротворяют её беспокойные хлопоты, особенно если учесть, что она справлялась с материнством намного лучше, чем моя настоящая мать.
По правде говоря, эти пони стали моей семьей. Пожалуй это тот самый случай, когда пони, разделившие с тобой тяготы и невзгоды, становятся твоей второй (ну или первой) семьей.
...И у моей семьи намечался неприятный разговор.
***
— Она — зебра! — воскликнул СтилХувз, когда Стена была уже далеко позади. А когда мы приблизились к искорёженным руинам Явас Капа, СтилХувз наконец решил поставить все точки над "и" по поводу нашего компаньона и его присутствия, и я, ответив, что это просто-напросто моя подруга, совершила большую ошибку.
— Да, так и есть, — ответила я, валясь с ног и испытывая боль по всему телу. Дыхание моё было неглубоким, и было такое ощущение, будто я постоянно тону. В тот момент я мечтала о ванне, которая помогла бы мне смыть всю эту кровь с моей шкуры, вымыть из моего бока этот жгучий порошок и, в конце концов, отвадить от меня этих мерзких кусачих насекомых, которым каким-то чудом удалось проделать весь этот путь со мной. Также я мечтала о кровати, которая была бы хоть немного мягче цемента. И ссора — последние в чём я тогда нуждалась.
— Которая так хорошо пустила тебе пыль в глаза, что ты стала ей доверять, — предположил СтилХувз, — А им нельзя доверять.
Ксенит, которая просто шла за нами подальше от Стены и арены рабов Филлидельфии Стерн, хранила благоразумное молчание. Но сейчас уязвленная и, возможно, ободрённая чувством укрепляющейся между ней и мной дружбы зебра возразила:
— Война давно отгремела, и я в ней не участвовала. А полоски на моём теле ещё не говорят о том, что я должна быть по ту сторону баррикад, прямо как твоё оружие не говорит о твоей принадлежности к войскам Найтмэр Мун.
Гениально.
— Войска Принцессы Луны, — резко сказал Стальной Рейнджер, который сам принимал участие в двухсотлетний войне, — Таким, как ты, запрещено даже упоминать это имя!
Он повернулся ко мне и спросил:
— Литлпип, что ты вообще собираешься делать с этой зеброй? Только не говори мне, что действительно собираешься оставить её в нашей команде.
— Святые Конюшни, —- вмешалась в разговор Вельвет Ремеди, — Конечно же нет. К тому же, это было бы просто глупо — путешествовать с существом, чей род деградировал в плотоядных дебилов...
Ксенит остановилась, уставившись на угольно-чёрного единорога в изумлении, граничащем с негодованием.
— ...Или погодите, это же не зебры! — как бы невзначай закончила Вельвет, — Это же гули.
Теперь уже СтилХувз остановился, и я была готова поспорить, что сейчас под его забралом скрывался его освирепевший взгляд. Ксенит, которая всё ещё прибывала в замешательстве, фыркнула и медленно, в своем экзотическом стиле, спросила Вельвет:
— То есть ты считаешь... что я похожа на гуля?
Я опустила голову: обстановка накалялась слишком быстро.
Вельвет Ремеди широко раскрыла глаза, как только поняла каким именно образом Ксенит восприняла её фразу.
— Нет, конечно же нет, — заверила она зебру, а затем уклончиво намекнула, — Хотя есть здесь кое-кто, пахнущий наподобие.
Ксенит понюхала свою шкуру. Я закатила глаза, а затем, просто, чтобы убедиться, понюхала свою шкуру и посмеялась — от меня несло.
Каламити, ожидавший нас чуть спереди кофейни Явы, взмыл в воздух, сжимая Гром Спитфайр. Рядом с дверью кофейни валялась вывеска, на которой был изображен жеребец. Он был молочно-белого цвета со светло-коричневой гривой, включавшей вкрапление чёрных полос. Его кьютимаркой была чашечка с дымком (я даже понадеялась, что она была с кофе). Судя по всему, это и был Ява. Но в следующую минуту мы остановили, и Каламити решил сам нас встретить.
Он приземлился рядом со мной, убрал свою зачарованную крупнокалиберную винтовку в новомодную кобуру, располагающуюся на его седле, протянул Ксенит копыто и, попутно улыбнувшись, сказал:
— Приветик!
Мне хотелось поцеловать его (хотя обычно при виде жеребца у меня такого желания не возникает).
Ксенит выглядела несколько ошарашенно. Она неуверенно протянула своё копыто, но как только Каламити схватил его обоими копытами и энергично потряс, она отпрянула назад с широко открытыми глазами.
— Рад встречи. Я, типа, Каламити. — Передние копыто зебры всё ещё продолжало трястись, хотя Каламити его уже больше не сжимал. — Добро пожаловать в команду.
— Так просто? — с опаской спросила она, не сводя глаз с Каламити, будто в жизни пегасов не видала (я внезапно осознала, что скорее всего так дело и обстояло).
— Ну да, — ответил Каламити, продолжая улыбаться, — Чувствую, у вас был долгий и трудный путь. И раз ты здесь, значит Лил'пип тебе доверяет, а мне большего и не нужно.
— Да, — сказала Вельвет, тяжело вздохнув, — Потому что суждения Литлпип стали достойны Селестии с недавнего времени.
Она смотрела на мои травмы с растущим беспокойством.
— Хорошо, хорошо! Признаю, это был дурацкий план... — сказала я, с отчаянием взглянув на друзей, — Мне очень жаль... Я с самого начала знала, что всё накроется медным тазом, и не хотела вас втягивать во всё это. Знаю, нам следовало держаться вместе, а мне — больше вам доверять. Вместе мы — сила, а я без вас — ничто...
Я упала на колени от внезапно охватившей меня усталости.
Рог Вельвет засветился, и она взмахом копыта попросила всех замолчать и стоять там, где стояли. Мгновение спустя, моя подруга-единорог ахнула:
— Богини милосердные! Литлпип... что произошло там с тобой?
***
Я лежала, растянувшись на кровати в комнате, которая когда-то была детской, а Вельвет Ремеди тем времени стояла на коленях близ меня. Мы вторглись в многоквартирный дом, который когда-то делил жилой квартал Филлидельфии с Явой и его чашками. В соседней комнате я видела своих друзей. Каламити собирал мелкий мусор, который потом выкидывал, Ксенит готовила, а СтилХувз негодовал.
— Интересно, чего ради они вообще старались? — размышлял Каламити вслух, глядя на доски, которые он отковырял от двери с час назад. Их мы пустили на дрова для костра. — Того, кому хватило решимости и умений бросить вызов городским руинам, парой деревяшек не остановишь. С чего тогда вообще заколачивать дверь?
Ксенит нашла несколько кастрюль и теперь готовила на огне что-то очень вкусно пахнущее. Несколько кастрюль стояло рядом с ней, ожидая своей очереди. Я же дивилась нашей удаче, так как с того самого момента, как мы остались без Хомэйдж, я ощущала острую нехватку умелого шеф-повара.
Я вздрогнула: Хомэйдж была в смертельной опасности, и я отдала бы всё на свете, чтобы увидеть её прямо сейчас. Но я... меня переполнило чувство вины за то, что я ровным счётом ничего не делаю, чтобы помочь ей. Я проклинала Красного Глаза:
— На кой черт он отправился искать Хомэйдж?
— Не думаю, что он отправился за ней, — предположил Каламити из соседней комнаты, — Я считаю, что его цель — DJ Pon3. Чувак в последние время о тебе только хорошее вещал. Скорее всего Красный Глаз посчитал его твоим другом, которого ты уж точно захочешь спасти.
— Это, конечно, если только он не считает тебя ангелом во плоти, чья цель спасти всех и вся, — язвительно добавил СтилХувз, — Да ещё ради этого готова будешь зайти к чёрту на кулички, дойдя в итоге до идиотизма.
Мне так и захотелось напомнить ему, что план-то предложила Старейшина Стальных Рейнджеров, но вовремя опомнилась. СтилХувз никогда не предлагал или убеждал меня взвалить на себя эту операцию, а когда я приняла решение, он просто оказывал мне поддержку. Учитывая все его предыдущие разговоры со Старейшиной Блюберри Сэйбр, подозреваю, что он бы поддержал меня, даже если бы мое решение предполагало сказать ей сесть на мой рог и покрутится.
Я перевела взгляд со СтилХувза на Каламити, снова поражённая той огромной разницей между ними в делах касающихся поддержки. Каламити был верным, а СтилХувз был... послушным. Не обязательно мне, а вообще кому угодно, кого он выбрал себе в командиры. Он был солдатом даже сейчас.
Вельвет Ремеди провела надо мной своим светящимся рогом ещё раз, чтобы убедится в том, что не пропустила ни одной раны, травмы или ещё чего-нибудь. Как я и предполагала, моё сломанное ребро и пробитое лёгкое волновало её больше всего (ну ещё, конечно же, Ксенит, которую Вельвет удостоила целой череды косых взглядов, которые СтилХувз не смог бы превзойти). Однако она запретила зебре давать мне какие-либо лечебные настойки, полностью уверенная в силе своих целебных заклинаний.
— Литлпип! — вскрикнула Вельвет, проведя своим рогом над моим хвостом. Она наклонилась ниже, её голос был взволнованным и полным сочувствия, — Как тебя вообще могло ранить в это место?
— Я тут ни при чём, — послышался голос Ксенит из соседней комнаты.
— Что? — спросил Каламити, напряженно подняв глаза. — Кто там и куда ранил Литлпип?
Я закрыла свое лицо копытами, чувствуя, как мои щеки начинают краснеть от стыда.
— Не твое дело! — жестко ответила Вельвет, доставая из сумок на своем седле медикаменты, коих Каламити нашёл целую кучу во время уборки.
Мое беспокойство за Хомэйдж принесло с собой размытые видения о великолепной серой единорожке, целующей эту ужасную рану, чтобы она прошла, на это не помогло.
Тактично возвращая нас к нашему предыдущему разговору, Вельвет Ремеди предложила:
— Я знаю, что ты беспокоишься за Хомэйдж, но не давай беспокойству брать верх над тобой. Помнишь, с тех пор, как Красному Глазу стало нечего боятся, у него появилось кое-что, чтобы устрашать тебя. Но если он воспользуется "этим", то в итоге получит лишь злую Литлпип. И если он хотя бы на половину такой же умный, каким ты его себе представляешь, то ему хватит мозгов, чтобы понять, что ему этого совсем не нужно.
Я прикусила нижнюю губу.
Каламити встал и потряс головой.
— Не хочу вас волновать, но... — пегас сделал неловкую паузу, закинув своё копыто на свою оранжевую гриву, — В общем, я считаю, что если он и поместил мегазаклинание в башню Тенпони, то сделать это он должен был до того, как ему в голову взбрело использовать тебя. Так что, если что и мешает ему воспользоваться им, так это ты...
— Значит... ты думаешь, что он воспользуется им, как только узнает о смерти Богини? — спросила я, нахмурившись (такого поворота событий я себе даже представить не могла). — То есть, если я это сделаю?
Каламити поправил свою шляпу.
— Я... точно не знаю, но DJ Pon3, как и многие его слушатели, имеют свой взгляд на происходящее, — сказал Каламити, смотря хмурым, пронзительным взглядом, — А большинство известных мне диктаторских режимов склонно недолюбливать оппозиционеров, а порой просто кончать с ними...
Я уже было спросила Каламити, сколько диктаторских режимов он знает, но слова так и застряли у меня в горле, когда я вспомнила, что он мне как-то сказал:
<i>Не верь им. Анклав готов превратить во врага народа каждого, кто посмеет критиковать их идеалы.</i>
Так что я просто кивнула, пытаясь показать поддержку своим взглядом.
— Стерн резала языки всем, кто пробовал катить бочку на Красного Глаза, — напомнила мне Ксенит, произнеся имя грифины с особым отвращением, — Я пару лет рта открыть не смела, чтобы мой не оттяпали. — И добавила: — Славно, что теперь я наконец-то могу свободно им пользоваться.
— Но теперь, когда мы все вместе, я не понимаю почему бы нам не пойти и не вывести его на чистую воду? Ворвёмся, смешаем ему все карты, короче, кончим его, — пробурчал СтилХувз.
— Во-первых, достать его будет не просто. Старейшина Блюберри Сэйбр была права на этот счёт: Красного Глаза хорошо охраняют, и в случае чего он даст дёру ещё до того, как мы доберёмся до него... — сказала я, глубоко вздохнув.
Чего я не сказала так это того, что я была не уверена, хочу ли я рубить на корню его план. Хотя я была уверена, что не хочу рушить результаты его долгих трудов. Я хотела освободить рабов, но это было не то же самое. Так ведь?
Чёрт побери! Мою моральную позицию было проще понять до того, как я осознала, что чёртов ублюдок (а я хорошо это осознала) был прав. Он строил светлое будущее... ну или, по крайней мере, нечто наподобие, жертвуя на это всё: начиная со своего дома, заканчивая вашей свободой.
Я вспомнила свой разговор с Наблюдателем относительно добродетелей, которые без того, что он назвал "Искрой", теряли свой истинный смысл, становились искажённым подобием самих себя. Я нашла в Красном Глазе ещё одну — щедрость. Даже щедрость могла пойти путём зла, исказится... особенно когда раздариваешь направо и налево то, что тебе не принадлежит.
— Ты что, действительно, веришь, что у Красного Глаза есть мегазаклинание? — засмеялся СтилХувз.
Я нахмурилась.
— Неразорвавшаяся жар-бомба? Когда же он её нашёл? — вопрошал СтилХувс, — Где? Об такие штуки на дороге не спотыкаются.
Я, Вельвет Ремеди и Каламити обменялись взглядами.
— О, черт... — простонал СтилХувз, — Что вы натворили?
Здание окутала тишина (если, конечно, исключить треск огня и булькание кастрюль), несколько долгих минут ожидая наших объяснений.
— Вы отдали жар-бомбу Новой Эплузе?! — взорвался СтилХувз, начав мерить комнату шагами, делая звонким взмахом своего закованного в железо хвоста акцент на каждом слове, — Городу, печально известному за свою торговлю с работорговцами Красного Глаза?
— Агась...
— Кому из вас, придурков, пришла в голову столь замечательная идея? — спросил СтилХувз.
Я молча копалась в своих воспоминаниях. Я вспомнила свою озабоченность вопросом отправки освобождённых рабов в Новую Эплузу. Но никак не могла вспомнить ничего, связанного с передачей им мегазаклинания.
Каламити поднял копыто, всем своим лицом выражая глубокую досаду.
— За это они тебя называют "Каламити" (катастрофа), да? — спросила Ксенит.
Вельвет Ремеди села рядом с Каламити.
— Вы вообще понимаете, что Новая Эплуза существует благодаря Красному Глазу, а? — вскипал от злости СтилХувз. — Его забрало повернулось к нам, найдя лишь пустые взгляды. — Этот городишко умирал от жажды до того, как пришел Красный Глаз и дал жителям водный талисман. Вы должны были понять, что город в долгу перед ним!
— Извиняй, партнер, этого я не знал... — покачал головой Каламити, выражая искреннее удивление. Я, тем не менее, простонав, закрыла копытами свои глаза.
<i>Я видел, как дар нашего Стойла был разделён, как водный талисман был отдан боровшемуся с трудностями городу, который теперь знает радости чистой прозрачной воды.</i>
Смерть Хомэйдж была вопросом времени, и ответственность за неё полностью лежала на моей совести.
***
Мой ПипБак не переставал щёлкать, не давая мне забыть, что вода, в которой я мылась, была радиоактивна. Рядом с обшарпанной и искорёженной ванной сидела Вельвет Ремеди, держа наготове Антирадин, чтобы, как только я закончу мыться, сразу же дать его мне. В пустоши чистая вода была большой редкостью, и едва ли те, у кого она была, стали бы расходовать её на принятие ванн, даже если живут в местах, имеющих водный талисман, наподобие Башни Тенпони. Здесь же, в руинах Филадельфии, фонила вся вода без исключения.
Щёлканье напомнило мне, что недели, проведенные мною в пустоши Эквестрии, во многом были... удачными. Мне не приходилось делать большинство из самых отвратных вещей, с которыми многие пони встречаются каждый день. Например, мне никогда не приходилось пить радиоактивную воду из толчка.
От стены, отделявшей ванную от гостиной, мало что осталось, так что я эффектно мылась у всех на виду. Ксенит всё ещё возилась со своими кастрюлями. Вельвет, пытаясь усидеть на двух стульях, помогала мне отмывать места, которые я обычно мою, используя магию, и приглядывала за Каламити. Он же, отыскав в других квартирах разбитые радиоприёмники, пытался на их основе собрать хотя бы один рабочий. СтилХувз караулил входную дверь.
И вот радио, которое ремонтировал Каламити, ожило.
<i>"Йии-хаа! Привет всем пони Филлидельфии! С вами DJ Pon3, проливающий свет даже на самые тёмные уголки Эквестрийской Пустоши! Сигнал не остановить! И, благодаря детке из Стойла Два, послание теперь достигает даже запертых в этой Селестией оставленной чёртовой дыре душ. Похоже, что наша отважная Обитательница Стойла ворвалась в самый центр поработительной деятельности Красного Глаза и наставила старому ублюдку здоровенный фингал... в форме потери половины дирижаблей и небольшой армии работорговцев. И это не говоря уже о распылении Кратерного Босса. Мало того, она сбила спесь с правого копыта Красного Глаза — грифины Стерн. Иииии даже это ещё не всё! Наша маленькая Героиня Пустоши, наша Дарительница Света пробрыкнулась прямо сквозь стену, выстроенную Красным Глазом вокруг филлидельфийского радиоэфира, принеся моё скромное послание в тот край, которого я никогда прежде не мог достичь! Спасибо тебе, Обитательница Стойла!"</i>
Я, простонав, погрузилась глубже в ванну. Восторг, который я почувствовала в голосе Хомэйдж (который, конечно же, был изменён), здесь, в этой страшной дыре, боролся со смятением и унижением, что я чувствовала, слыша, как мой самый большой в жизни провал описывался, как блестящая победа. Я этого не заслуживала.
<i>"Если повстречаете нашу Дарительницу Света, передайте ей большое спасибо! Её нетрудно будет узнать, если зебра, спасённая ею из рабства во время последней проделки, составит ей компанию. Всем же остальным, кто всё ещё трудится в Филлидельфии, хочу сказать: наши сердца с вами, и ваши тяготы не были позабыты. Кроме того, хочу вас немного обнадёжить: зная нашу Дарительницу Света, я сомневаюсь, что она уже закончила с Красным Глазом!"</i>
Ксенит уставилась на радио, медленно моргая.
— Откуда он так много знает? — спросила она. Мы перешли ров и покинули пределы Стены менее трёх часов назад.
— И почему он не упомянул о вас? Победа в основном ваша заслуга, вы освободили нас, и за это я больше всего благодарна, — сказала Ксенит, посмотрев на моих компаньонов.
— Пустяки, чего уж там, — хихикнул Каламити.
— Потому что мы попросили... ДиДжея Pon3 не упоминать нас, — промурлыкала Вельвет Ремеди. — Все почести должны доставаться Литлпип.
Я застонала: это был заговор.
Я уже было встала, чтобы сказать кое-что, но Вельвет закрыла своим копытом мой рот и прошептала мне на ухо:
— Да, и боюсь я не позабыла о том моменте с "амбарными воротами". — Она улыбнулась, увидев, как я рухнула под напором охватившего меня стыда.
Голос DJ Pon3 продолжил сообщать новости и давать советы пони по всей Пустоши. Я почувствовала озноб, слыша, как DJ Pon3 открыто общается с нами, даже не подозревая, что ей грозит смертельная опасность.
<i>"Предупреждение для всех, кто путешествует по центральной Эквестрии. Держите свои копыта подальше от окрестностей Понивилля. Я получаю множество сообщений о пожаре в задней оконечности Вечнодикого леса. Похоже, он распространяется медленно, но всё-таки его распространение и дым вынуждают некоторых неприятных обитателей леса передвигаться в сторону Понивилля, а пара монстров уже перебралась в город. К счастью, в окрестностях того района живут только рейдеры, так что "бон апети" вам, монстры!</i>
— Ну вот, не одно, так другое, — промычал Каламити, подразумевая то, что Прекрасная Долина находилась как раз чуть дальше Понивилля, если идти от леса. Но, к счастью, мы будем пересекать это место гораздо выше уровня земли, следовательно избежим каких-либо проблем с "местным населением".
— Если только, конечно же, среди тварей, бегущих из леса, нет мантикор или чего наподобие...
Зная мою удачу и злокозненность Эквестрийской Пустоши, то это будут злобные драконы.
<i>"Что ж, вот и ещё один тяжёлый день на Эквестрийской Пустоши, но у меня есть новости и музыка, чтобы помочь вам его пережить. Так что скажите прости-прощай дурацкому белому шуму и поприветствуйте великолепную музыку! С вами был DJ Pon3..."</i>
Замаскированный голос Хомэйдж уступил место новым песням из коллекции ДиДжеяПон3. Что-то из тех записей, что я спасла из Стойла №29.
<i>"А ты мечтаешь?.."</i>
***
После ванны я стала чувствовать себя гораздо лучше. Пока Вельвет Ремеди покачивала своим рогом над моим телом, залечивая моё лёгкое и вправляя моё ребро, меня начало клонить в сон.
— Литлпип, мы можем поговорить? О зебре, — спросил СтилХувз, войдя в комнату.
Я издала протяжный мучительный вздох. Опять? Я сделала вид, будто ослышалась, впрочем неубедительно, и ответила:
— Можень Грить? Прости, не слыхала о такой.
— Очень смешно, — сухо сказал СтилХувз, — Литлпип, мне нужно поговорить с тобой.
— Тебе нужно сходить домой? Ладно. Нужны мы вчетвером, чтобы пойти с тобой? — я несколько выделила слово "вчетвером", и только потом осознала, что вместе с Паерлайт нас было пятеро. Где, интересно, сейчас была эта прелестная пташка?
Тихо похихикав, Вельвет Ремеди поднялась и, опустив голову, рысцой побежала к Стальному Рейнджеру. Она прижалась к нему и, воспользовавшись магией телекинеза, чтобы уменьшить вес его массивного снаряжения, вытолкала его за дверь.
— Прости, СтилХувз. Сегодня мы слишком заняты спасением Эквестрии, так что с предрассудками разберёмся позже. Как насчёт следующего месяца?
СтилХувз, громко топая ногами, крикнул:
— Ты можешь взять с собой любого из своих компаньонов, но даже если и я тоже соглашусь взять его, Стальные Рейнджеры всё равно не позволят ей войти в их цитадель и остаться там! — он смотрел на меня поверх белой с вкраплением алых и золотых полос гривы Вельвет, — Или, может, я не прав, и у тебя больше нет никаких дел в цитадели?
Я опустила лицо, понимаю, что жеребец-гуль прав. Старая штаб-квартира Стойл-Тек была моей первой намеченной остановкой. Также мне надо было кое-что... обсудить со Старейшиной Блюберри Сэйбр. Однако, это было не то место, в которое можно было взять с собой Ксенит. Наверное, мне было бы легче убедить обитателей цитадели в дружелюбности аликорна...
Вельвет Ремеди уже почти вытолкала СтилХувза за дверь, когда я наконец промолвила:
— СтилХувз, я пригласила Ксенит присоединится к нам, и она будет с нами столько, сколько пожелает. Если для тебя это такая большая проблема, то тебя никто не держит, — начала я, смотря на него очень мягко, — Помнишь, Эпплджек сама предложила зебре свою дружбу...
В ответ я получила неожиданное ворчание:
— Да, и если бы ты только знала, чем это закончилось, ты бы об этом даже не заикнулась!
Ого. Минное поле.
— Ладно... но тем не менее, мне каким-то образом посчастливилось стать лидером этой развесёлой шайки пони, и я решила дать ей шанс. Если ты хочешь остаться с нами, то сделаешь то же самое. Я не хочу, чтобы Ксенит загадочным образом испарилась, пока я отвернулась...
Вельвет Ремеди издала резкий вздох, услышав мои намёки. Она не знала о моделях поведения, что я видела в воспоминаниях Эпплснека, и шокировано смотрела на меня, не веря в то, что я считала, будто кто-то из нас способен на такое. Я завидовала невинности Вельвет. СтилХувс замолчал.
— ...Раз уж ты с нами, тебе придётся вылюбить и вытерпеть всё дерьмо из неё. Считай это приказом. — Я пристально смотрела на него, давая ему шанс.
— Кстати говоря, — добавила я с неохотой, — Ты совершенно прав насчёт Стальных Рейнджеров. Я не буду брать Ксенит с нами в здание Стойл-Тек. То есть нам... эм... снова придётся на некоторое время разделиться. Хотя бы ненадолго.
СтилХувс постоял с секунду и резко кивнул. Он повернулся и уже было собрался уйти, но чуть не врезался в зебру, которая проходила мимо, держа в зубах прикрытую кастрюльку. Они неловко уставились друг на друга, но затем кое-как разошлись. Вельвет Ремеди отошла назад, пропуская Ксенит в комнату, а затем закрыла за ней дверь.
Зебра наклонила шею, чтобы опустить кастрюлю на пол и сказала:
— Опять я становлюсь предметом ссоры.
— Становилась предметом ссоры, — мягко поправила её Вельвет.
— А я разве не тоже самое сказала? — озадаченно спросила Ксенит. Я прикрыла рот копытом, чтобы скрыть смешок.
Вельвет Ремеди опустила глаза.
— А это ещё что? — спросила она, указывая на кастрюлю, при этом её уши отклонились назад, — Я надеюсь, что там нет никакого мяса, да?
— Конечно же, нет, — ответила Ксенит с немалым удивлением. — Зебры вегитарианцы... я считала, что и пони тоже. Разве нет?
Я видела, как Вельвет Ремеди почувствовала внезапное облегчение, она прямо заискрилась от радости.
— Да! Конечно же! Слава Селестии... Наконец-то! — Она скользнула к Ксенит и обняла её за шею передней ногой, очевидно, не замечая, как зебра внезапно напряглась. — О, мы будем лучшими друзьями, я и ты.
Вельвет подалась назад, осматривая Ксенит.
— К тому же, Литлпип — не единственная, кому нужна медицинская помощь, — она снова стала привычной мамой-доктором и, стащив матрас с двухъярусной кровати, настойчиво повела к нему зебру.
Но попытка заставить её лечь на него переполнила чашу терпения Ксенит. Она отпрыгнула, оттолкнув при этом копыто Вельвет с такой силой, что у той на глазах появились слезы, да и саму её оттолкнуло так, что она чуть не споткнулась.
— Я не люблю, когда меня трогают! — выпалила зебра.
Моргнув, Вельвет Ремеди упала на свой круп, прижав к груди ушибленное копыто. У меня внутри всё заледенело. Часть меня хотела прыгнуть и встать между ними, чтобы как-то разрядить обстановку. Но ситуация поменялась так быстро, что я даже понять не успела, что произошло.
— О, — Вельвет моргнула и широко раскрыла глаза, — О, Ксенит... прости, я не знала!
Она смотрела на замершую в напряжение зебру, и в голосе её слышалось неподдельное сожаление.
Я никому не рассказывала о том, что Номер Четыре сказал мне про Ксенит, поскольку считала, что не имею на это право. Вельвет же и не просила об этом, так как поняла сама. Не полностью, спасибо Богиням, но достаточную часть.
Осторожно опустив своё больное копыто, Вельвет Ремеди поднялась и извинилась ещё раз. Но на извинениях дело не закончилось, и Вельвет продолжила настойчиво настаивать на своём:
— Я больше не буду просто так трогать тебя без твоего разрешения. Это было не красиво с моей стороны. Но я пони-врач, и мне придётся дотронутся до тебя, чтобы излечить физические недуги.
— Я сама с этим справлюсь, — усмехнулась Ксенит.
Вельвет кивнула головой.
— Я в этом и не сомневаясь, но у меня это выйдет лучше, — сказала она. И это не было хвастовством. После того, как она вылечила моё лёгкое и ребро, сомневаться в её правоте не приходилось.
— Ты заслуживаешь куда лучшего обращения, чем получала в последнее время. Большей частью, конечно же, от других, но и от себя самой тоже. Позволь мне позаботится о тебе подобающим образом, — тихо промолвила Вельвет, — По крайней мере, в меру моих возможностей.
— Я пришла сюда, чтобы преподнести малютке подарок, а не для того, чтобы получать толчки и уход от пони-врача, — сказала Ксенит.
Они повернулись ко мне. Я уже было решила сделать вид, что прослушала весь их разговор. Эх. Наша семья достаточно разрослась, чтобы потребовался кто-то, кто устанавливал бы правила. Вот только почему этим кем-то должна была быть именно я? Учитывая мой совершенно бессемейный опыт, не была ли я самой неподходящей для этого пони?
— Ксенит, — спокойно начала я, — В нашей команде мы все доверяем друг другу свои жизни, и каждый из нас заботится о других и использует свои таланты для того, чтобы помочь им. — Тут я остановилась, поняв, что ход моих мыслей неправилен и сбивчив. Я их "скорректировала" и продолжила: — Мы все очень рады, что ты с нами, и я надеюсь, что ты останешься с нами до конца. Но, понимаешь, быть частью команды — значит также идти на некоторые жертвы. Ты сказала мне, что я теперь ответственна за тебя, а это значит, что я также должна быть убеждена, что о тебе хорошо заботятся. И вот как я решила сделать это: позволить Вельвет оказать тебе медицинскую помощь, которую она оказывает почти каждому из нас, — Я посмотрела на зебру и добавила, — Если только ты не хочешь сложить с меня мои обязанности.
Глаза Ксенит сузились, но она, тем не менее, медленно легла на матрас и сказала:
— Нет, я не хочу, маленькая пони.
Я выдохнула воздух, который по какой-то непонятной мне причине удерживала до этого.
Вельвет Ремеди осторожно пошла к зебре, но остановилась, когда проходила мимо кастрюльки, которая всё ещё стояла на полу.
— Ксенит, а что это за подарок-то? — спросила она.
— Это восстанавливающий отвар, — ответила Ксенит. — Он восполнит магическую энергию твоего рога, который ты перенапрягла во время нашего спасения.
Я моргнула. С одной стороны, это была потрясающая новость. Когда у меня в последний раз было выгорание, потребовались дни на восстановление. Сейчас же, когда над Хомэйдж нависла угроза со стороны Красного Глаза, я не могла позволить себе бездействовать так долго. С другой стороны, что вообще зебра могла знать о магии единорогов, а уж тем более об уникальных для них недугах?
— Я знаю многие из древних мистических рецептов. Одни для лечения, другие для улучшения или вреда, — сказала нам Ксенит, — Если у меня будут правильные ингредиенты, то я смогу сварить зелья, которые навсегда изменят и усилят тебя, чтобы быть лучше подготовленной к будущим сражениям.
Изменят? Что-то я не очень хочу "измениться", — подумала я.
— Это, конечно, не то зелье, но у меня есть все необходимые ингредиенты, чтобы приготовить эликсир наподобие. Например, тот, который укрепит твои кости, так что их будет куда сложнее сломать. Я приготовлю, будь уверена... если ты позволишь мне.
Вельвет Ремеди всем свои видом показывала скептический настрой.
— Не думаю, что это хорошая идея. Как и этот подарок, раз уж на то пошло, — сказала она, и прежде чем кто-либо из нас успел ей возразить, добавила, — У Литлпип уже был неприятный опыт со все этой "медициной" зебр. Она чрезвычайно восприимчива к её "побочным эффектам".
Ксенит посмотрела на нас.
— Я не предложила бы полный кубок зелья, если бы оно вызывало привыкание. — Зебра, нахмурившись, посмотрела на Вельвет, затем на меня, — Ты только что сказала, что вы делитесь между собой своими талантами. Разве ты не позволишь поделиться этим с тобой?
Вельвет усмехнулась тому, что Ксенит использовала мой собственный аргумент так быстро. Зебра вскинула свою голову.
— Вы видели Красного Глаза, не так ли? Этот пони усилил себя с помощью машин и технологии. Если малышка действительно выбрала его в свои смертельные враги, то почему бы ей не воспользоваться теми дарами, которые я предлагаю? Ведь Красный Глаз и мой враг, почему бы мне не сделать этот подарок?
Вместо ответа я поднялась, подошла к кастрюльке и сняла крышку. Жидкость внутри имела сладко-пряный аромат, а дымок, вырывавшийся изнутри кастрюльки, прочистил мои пазухи. Лишь немного поколебавшись, я начала пить.
***
Моя магия была полностью израсходована. После зелья Ксенит и ночи восстановления я всё ещё не могла поднять даже пустую кастрюлю. Но мне показалось, что я почувствовала, как моя магия начинает возвращаться. И я знала один тест, которому требовалось лишь мельчайшая искра магии и внимания.
Я положила один из шаров памяти на пол квартиры. Я принесла в жертву все шары из сейфов в моей битве с супераликорном, кроме этих двух. Просто я положила их в другую сумку. Я легла, наклонилась вперёд и сконцентрировалась, как только мой рог коснулся шара...
<-=======ooO Ooo=======->
Вспышки света прорывались сквозь тьму ночи — множество камер ловили момент для толп пони-журналистов и папарацци. Они стояли вперемешку с теми пони, которые громко кричали какие-то протесты и держали какие-то плакаты. Мой хозяин стоял на мраморной лестнице, взирая на них свысока и следя за тем, как отряд полицейских продирается сквозь толпу.
Я была одета в полный комплект доспехов, однако, в отличие от воспоминаний Эпплснэка, броня не вызывала чувства клаустрофобии или тяжести. Я, фактически, вообще её не чувствовала. Ограниченное зрение, Л.У.М., который щёлкал позади забрала, и запах пота пойманного в ловушку пони были наилучшими показателями того, как я была одета. (Кстати говоря, запах пота этой пони был настолько приятным, что я никак не могла перестать думать о нём.) Ещё одним неприятным открытием стало наличие у меня крыльев. Я была в теле пегаса.
По обе стороны от меня стояло много пегасов в гладких чёрных панцирных доспехах, которые я привыкла ассоциировать с Анклавом.
Когда полицейские прорвались сквозь толпу и начали подниматься по лестнице, я увидела, что они сопровождали зебру, которая была закована в цепи и окружена вооружёнными пони.
Один из них подошел ближе и сказал кому-то позади меня:
— Была поймана с поличным в Айроншод Файрармс за попыткой украсть чертежи антимех-винтовки.
Зебра протестовала против жёсткого обращения с ней.
— Вламываться туда мне не было причины, коли приглашена туда была, дурачины! — Её экзотический голос был похож на голос Ксенит, и я узнала странные рифмы, которые, казалось, всегда текли из её уст. Потом почти шёпотом, Зекора спросила у конвоира: — Всегда ль марионеткой ты был без причины?
— Я знала это! — прокричал сильно знакомый голос сзади меня. Розовая пони-вечеринка вышла в поле зрения, кинув острый взгляд в сторону Зекоры. — И ты думала, что я позволю тебе обманывать нас своим доверием! Ты... ты прохиндейка!
Зекора выглядела обиженной. Пинки Пай не смягчилась, переходя в ярость нараспев.
— Эта пони — ведьма злая,
Злые пляски исполняет...
— Пинки Пай, ты меня не так поняла. И твоя глупая песня сердцу не мила.
— Даже не пытайся войти в моё доверие, Зекора. Я... Никогда больше. — Пинки Пай отвернулась от неё, нахмурившись. Это был первый раз, когда я действительно видела кобылу Министерства Морали злой, и это было страшно.
В вполголоса она прорычала:
— Я надеюсь, тебе действительно нравятся камни!
Пинки Пай посмотрела на меня, потом ткнула копытом в двоих бронированных пегасов справа от меня.
— Ты и ты, сопроводите моего старого друга... — прошипела Пинки Пай сквозь стиснутые зубы, — ... до конвоя. Остаток своей жизни Зекора будет гостить в Разбитом Копыте. Скажите им там, чтобы вытянули из неё всё, что только можно. И пусть. Там. Особо. Не. Церемонятся!
Два пегаса справа от меня поспешили подчиниться. Пинки Пай указала на меня копытом:
— А ты. За мной.
Розовая земная пони топала обратно вверх по лестнице в то, что я приняла за здание Министерства. Мой хозяин повернулся и побежал за ней, следуя за Пинки Пай, когда та пересекла тёмный, просторный холл лифта. Под её дыхание, Пинки Пай продолжала ядовито петь :
— ...Зачерпнёт воды из лужи
достанет острый ножик,
И тебя в рагу покрошит!..
Она перестала петь в лифте. Что было хорошо, так как её песня неприятным образом совпадала с начальной версией марша параспрайтов, что играл в лифте. Пинки Пай повернулась и одновременно нажала на все кнопки своим крупом.
Лифт отвёз нас к большому офису с огромными зеркальными окнами, выходившими на... Кантерлот.
Пинки Пай опасно прошагала в центр комнаты, потом повернулась, фиксируя меня своего рода злонамеренным выражением, которое заставило меня думать, что она может порезать меня и запечь в кексики . Тогда в волшебное мгновение на её лице ворвалась огромная улыбка, которой, казалось, хватит, чтобы осветить всю комнату. Она помахала передними копытами перед носом, крикнув распиравшим от радости голосом:
— ОБМАНУЛА!
Стареющая земная пони рухнула на пол от смеха.
— Самый! Лучший! Розыгрыш!
Мой хозяин засомневался и подошёл к окну, глядя вниз. Л.У.М. начал определять пони и кареты на улице ниже. Конвой с Зекорой уже выкатывал к Разбитому Копыту под сопровождением легкобронированных стражников, дополненных двумя пегасами в магической броне.
Я почувствовала, как поднялось забрало. Моё отражённое в окне лицо было голубым, с красно-фиолетовыми глазами и спутанной копной радужных волос. Отражение Пинки Пай появилось в окне рядом с моим.
— С Зекорой всё будет в порядке? — спросила она с ноткой искреннего беспокойства в голосе. — Правда, Дэши?
Я видела и чувствовала, что мой хозяин кивнул.
— Она была с лучшими тренерами Министерства Крутости. Я не позволила бы себе этот шаг, если бы дела обстояли иначе.
Пинки Пай кивнула и перевела взгляд на конвой внизу. Он отъехал уже на два квартала. Пинки Пай помедлила, подняла левое копыто и помахала им.
— Ха.
Рэйнбоу Дэш игнорировала это, её зрачки сузились.
— Спасение предателями, сочувствующими зебрам через три...
— Два! — Пинки Пай посмотрела вниз в возбуждении. — Оооо, из Зекоры получится такой хороший шпион!
— Один...
Первый фургон из конвоя с заключёнными взорвался после вспышки под ним. Тёмные фигуры бросились со всех сторон, освещённые всполохами огня из своего оружия.
Рэйнбоу Дэш опустила забрало.
— И. Мы. Идём.
<-=======ooO Ooo=======->
***
Я сидела в гостиной, пытаясь перемещать маленькие предметы. До этого я левитировала к себе упаковку жевательной резинки. (Что, пожалуй, было единственным, для чего эта жвачка сейчас годилась. Кто будет пробовать есть двухсотлетнюю жевательную резинку?)
За завтраком, по содержанию неотличимым от обеда, разговоры стали более непринуждёнными. Все хотели лучше узнать Ксенит, удивляя её, в свою очередь, рассказами о наших приключениях за последние пять недель.
— Я никогда не видела кровокрыла, — признала Ксенит, — Но видела высушенные оболочки их жертв. Но все же... ракета? Не слишком ли много для одной твари?
— СтилХувз бьет наверняка.
Гуль фыркнул.
— Твой черёд. Расскажи ей про своё решение проблемы аликорнов, преследовавших нас в Мэйнхэттене.
— Вообще-то, — прервала Вельвет, — думаю, сейчас черед Ксенит. — Она ободряюще взглянула на зебру и предложила, — Почему бы тебе не рассказать нам немного о том, где ты приобрела свои навыки зельеварения? — Вельвет намеренно перешла к рассказам о событиях, имевших место задолго до Филлидельфии, направляя воспоминания зебры и нашу беседу подальше от опасных и болезненных тем.
Ксенит помедлила, но смягчилась, когда пауза затянулась.
— Я научилась варить снадобья и лекарства, как обычные, так и магические, от прародителей. В молодости они были искателями приключений и проникали во все запретные места — даже углублялись в Вечнодикий Лес в поисках Хижины Зекоры и покорили Плато, возвышающееся над Лягушачьим Болотом — разыскивая старые рецепты и знания зебр, утерянные веками. От них я узнала обычаи и сказки зебр... вернее, всё из того, что я знаю о них.
Я оторвалась от постройки крошечной крепости из жвачки и патронов. Каким-то образом мысль о зебрах, как о таких же, как я, Эквестрийских мусорщиках, стала неожиданностью. Не знаю, что я ожидала. Что-то более военное и уникально-зебринское, наверное.
— Мои прародители были в числе выживших Стойла Три, как и большинство зебр в Эквестрийской Пустоши. Как это обычно бывает, мои прародители засомневались в обычаях их родителей и намеревались узнать о зебрах больше, нежели безоговорочно верить сказкам, пересказываемым со времён Консервации.
Мне не нужно было разъяснение, чем являлась Консервация. Никому, кто жил в Стойле, не нужно было. Но я хотела узнать больше о Стойле, чертежи которого хранились в моем ПипБаке.
— Стойло Три?
СтилХувз крякнул.
— Стойло Давайте-Жить-Дружно, — саркастически фыркнул он. Я заметила, как при этих словах Вельвет навострила уши.
— Это определённо было экспериментальное Стойло, — произнес Стилхувз. — Фактически, все зебры Эквестрии были "совершено случайно" определены туда. Их популяция составила половину всех жителей Стойла.
Ксенит поморщилась от того, что её прервали, но кивнула, подтверждая слова СтилХувза.
— Это было задолго до моих прародителей, но согласно дошедшим рассказам, Смотрительницы сообщили всем, почему они были выбраны и почему в Стойле не было ни книг по истории, ни плакатов, связанных с текущими событиями.
Ага. Вместо того, чтобы что-то менять, Скуталу и её подруги просто-напросто ограничили влияние Министерства Стиля насколько возможно.
— Смотрительницы? — спросила Вельвет Ремеди. — Во множественном числе?
Ксенит кивнула.
— Одна пони и одна зебра.
Опыт исследования Стойл давал о себе знать. Но всё же, если всё-таки были выжившие...
— Что пошло не так?
— Почему ты считаешь, что что-то пошло не так? — Ксенит вопросительно взглянула на меня. — Зебры и пони могут сосуществовать весьма гармонично, если дать им шанс.
СтилХувз ещё раз предоставил необходимый ответ.
— Стойло Три было построено в пределах единственного города в Эквестрии, в котором было множество зебр, — проинформировал он нас. — Кантерлот.
О нет.
Ксенит заметила, как я переменилась в лице, и мрачно кивнула.
— Даже Стойла не могут сдерживать Розовое Облако вечно. Стойло Три выстояло больше столетия, прежде чем Облако проело себе путь внутрь. В течение следующего поколения те, кто ещё был способен, были вынуждены распечатать дверь и бежать. Многие не смогли пережить воздействия. Мои прародители были среди тех, кто смог.
***
— Ты... убила дракона?! — Ксенит уставилась на меня и Каламити, широко открыв глаза, но, затем, сощурившись, спросила меня, — Это правда? Или месть за Зайку Смерти?
— Зайку Смерти? — спросила Вельвет с любопытством.
Каламити вытащил книгу из своей сумки.
— Думаю, это пригодится.
Я сконцентрировалась, пытаясь окутать книгу магией. Я вспотела, но книга послушно прилетела ко мне. Боевые Искусства Зебр, гласила обложка.
— Где ты это нашёл? — спросила я, открывая оглавление.
— В картотеке на станции, — сухо ответил Каламити. — Удивительно, но под буквой П.
Я пропустила это мимо ушей. Пролог сообщал о богатой истории боевых искусств, начиная с проверенных столетиями стилей (например, Стиль Падшего Цезаря), и кончая довольно новыми. Хотя самые новые из них появились за несколько лет до написания этой доапокалиптической книги и в основном фокусировались на использовании улучшающих снадобий — например, Стиль Зайки Смерти. Автор книги плохо о нём отзывался, ссылаясь на неопределённое "влияние" с земель, где жили пони.
Я закрыла книгу, чтобы прочитать её позже.
Ксенит пристукнула копытом в раздумьях.
— Литлпип, с твоего позволения, есть одно место, куда я хотела бы отправиться. Я понимаю, что есть неотложные дела, но для меня это очень важно.
— Конечно же мы... погоди, с чего вдруг решение за мной? — Я оглядела остальных. — Почему все пони ведут себя так, будто я лидер?
— Литлпип права, — воскликнул Каламити. — У нас по-любому полно неотложных дел, так что, думаю, стоит выслушать план. Что там дальше по плану?
Я благодарно кивнула и изложила план.
— Сначала надо вернуться в Штаб-квартиру Стойл-Тек. У меня есть кое-что для Старейшины Блюберри, и я планирую обменять это на доступ к мэйнфрейму Стойл-Тек.
Стилхувз вопросительно хмыкнул.
— Красный Глаз себе крепость отстраивает, называемую "Собор", в месте где раньше стояло Стойло №101. Думаю, в терминале Стойл-Тек есть карта местоположения всех Стойл, которая поможет нам узнать, где же находится логово Красного Глаза.
Я взглянула на Каламити.
— После этого мы на всех парах мчимся к Башне Тенпони и начинаем эвакуацию.
Каламити ухмыльнулся и повернулся к Ксенит.
— Прости, что прервал. Просто уточнил кое-что. А теперь, о чём ты там говорила?
Я моргнула в недоумении.
— Да? Что уточнил?
Ксенит тоже усмехнулась и любезно ответила:
— Мне показалось, что ты только что продемонстрировала всем, кроме себя, почему ты являешься лидером.
Я уставилась на неё. Что она...? Ох, ебать. Я мрачно посмотрела на Каламити, но он только лишь ухмыльнулся. Клопать меня крыльями Луны!
— Ты и сама можешь туда отправиться, — предложил СтилХувз Ксенит, изо всех сил стараясь скрыть свою неприязнь к ней.
Ксенит кивнула головой.
— Да, но путешествовать в одиночку будет сложно и опасно. Уж лучше я загляну туда позже, чем никогда, — сказала она, посмотрев на меня, — Хотя, если ты откажешься, то я покину вас, как только мы достигнем места, что в нескольких днях пути от места моего назначения.
Я кивнула. Хотелось незамедлительно согласиться, но разумнее было сперва спросить:
— Куда тебе нужно?
— Мне... нужно вернуться в дом моего племени. В деревню, которая была родной мне и моей семье до того, как работорговцы Стерн напали на нас.
— Твоей семье?
— Мои родители и муж были убиты в бою. Моя дочь... — Зебра сглотнула перед тем, как продолжить. — Моя дочь была слишком мала в качестве раба для Стерн, и она была не пони, чтобы отправить её в одну из школ Красного Глаза. Так что Стерн оставила её там, вместе с другими детьми.
Вельвет Ремеди всхлипнула, пустив слезу, к которым зебра похоже была не склона или же вообще неспособна. Мои же мысли вернулись в прошлое к разговору одной из рейдеров в Разбитом Копыте, которая рассказала, как её собственный город пал жертвой той же трагедии, как в нём остались лишь дети, предоставленные самим себе. Она стала рейдером, чтобы убежать от ужасов, которые творились в месте, что когда-то было её домом, но превратилось в ад под руководством обезображенных мясников и психически надломленных детей.
— Это было давно. Очень давно. Я сомневаюсь, что дочь узнает меня, если она до сих пор жива. — Лицо Ксенит было печальным, но голос оставался твёрдым. — Я давным-давно потеряла возможность быть её наставником и защитником. Сейчас же я лишь хочу знать.
***
— Тебе определённо не стоит куда-либо торопиться, — проворчала Вельвет Ремеди, едва мы завидели здание Стойл-Тек, которое было отделено стеной от большей части Филлидельфии, прямо как город Стерн в миниатюре. — Если только в клинику на недельное лечение.
В принципе она была права, но у нас не было недели. Я чувствовала себя виноватой за то, что эгоистично забрала большую часть дня на отдых. Но когда моя магия восстановилась достаточно, чтобы левитировать Малый Макинтош, я знала, что время выдвигаться.
Маленькая семейка мусорщиков бросилась искать укрытие, как только увидела нас. Сердце кровью обливалось, стоило лишь подумать о том, что когда-то пони при встречи на улице здоровались друг с другом, дружелюбие было социальной нормой. На Пустошах Эквестирии дело обстояло иначе: любой незнакомый пони встречался с предусмотрительной подозрительностью и прежде всего расценивался как потенциальная угроза. Я улыбнулась мусорщикам и дружелюбно помахала им копытом, когда мы уже прошли мимо них. Но ответных действий не последовало, они даже как-то отпрянули, пряча за собой пони помоложе и держа оружие на взводе, будто мы вот-вот нападём, подобно шайке рейдеров.
Я ненавидела Эквестрианскую Пустошь. Особенно Филлидельфию.
— Ух ты! — вырвалось у Вельвет Ремеди, глаза были широко открыты от удивления. — Ну не великолепна ли ты? — Она быстро пробежала вперёд нас.
Паерлайт, блестяще светясь, взгромоздилась на статую Свити Белль над фонтаном. Она истратила большую часть энергии, полученной в Кратере Филлидельфии, но её аура всё ещё была в пять раз больше её самой, освещая внутренний двор Стальных Рейнджеров золотым сиянием.
Моё сердце ринулось к пылающему фениксу, очень благодарное ей за поддержку, когда я была за Стеной. Пока я подбегала к ней, на глазах навернулись слёзы.
Мой ПипБак начал трещать, предупреждая о том, что находиться близко к Паерлайт было вреднее для здоровья, нежели ванная в Филлидельфийской воде. Я приостановилась и посмотрела за тем, как Вельвет Ремеди левитировала к себе банку РадСейфа из седельных сумок. Она приняла больше рекомендованной дозы, прежде чем подбежать прямо к радиоактивной птице и мягко уткнуться в неё носом. Паерлайт заворковала.
Ну что ж, Вельвет Ремеди перестала проводить слишком много времени в шаре Флаттершай после того, как к нам присоединилась Паерлайт. Я испытывала смешанные чувства от такой замены.
— Все пони в этой компании — психи, — пробормотала Ксенит, пройдя мимо меня.
Я пододвинулась к Ксенит.
— Эм... это здание принадлежит Стальным Рейнджерам. Думаю, тебе не слишком безопасно идти туда вместе с нами. Ты не против подождать снаружи? В одиночестве ты не будешь, да и я надеюсь, что это ненадолго.
Ксенит оглядела меня.
— И кого ты собираешься оставить мне в компанию?
Я знала, что боевое мастерство Каламити нужно мне для прикрытия, просто чтобы встреча Блюберри Сэйбр прошла без проблем. И я не столько хотела иметь Стального Рейнджера с собой по дипломатическим причинам, сколько не хотела оставлять его наедине с Ксенит. Вельвет Ремеди, с другой стороны, наверняка обрадуется проведению времени вместе с Паерлайт... ведь я всё равно не собиралась брать с собой внутрь величественный светящийся комок радиации. Так что я сказала Ксенит своё решение.
Зебра кивнула.
— Как пожелаешь. Я останусь здесь с единорогом Флаттершай и её фениксом Зайкой Смерти.
Оки-доки-локи.
— Может быть... поработаешь над тем зельем, которое ты мне предлагала? — предложила я, несколько углубляясь в тему. Я хотела показать зебре своё доверие и дать ей занять себя чем-нибудь продуктивным, пока нас нет. Я, правда, не очень хотела изменяться. Я провела достаточно времени в воспоминаниях пони, чьи тела значительно отличались от моего. Я даже не знала, как хорошо мне жилось бы в одном из них.
Но...
Ксенит была права. У Красного Глаза были свои преимущества. Мне наконец-то надо засунуть свою щепетильность подальше и брать то, что предлагают.
Ксенит улыбнулась.
— Как пожелаешь.
***
<i>"...те огни, о которых я сообщал вчера, оказались работой личной армии Красного Глаза. Грифоны, носящие цвета короля работорговцев, были замечены пролетающими над дальней стороной Вечнодикого Леса с переносными мусоросжигателями. Но если любые другие леса уже сгорели бы до тла, то в этом огонь распространяется невероятно медленно. Похоже что Вечнодикий Лес сопротивляется."</i>
Голос ДиДжея Pon3 шёл из настенных динамиков в холле для посетителей Стойл-Тек. Мы слушали, пока я нетерпеливо ждала.
<i>"И последняя новость для вас, мои верные слушатели. Похоже, что Красный Глаз положил свой красный глаз на Башню Тенпони. К счастью для ребят из этого места, оно отстроено как крепость, а единственный вход труднодоступен и хорошо охраняется. Пони Башни Тенпони забаррикадировались внутри — пока что целые и невредимые. Здесь полно запасов воды и пищи, а новая шеф охраны изо всех сил старается наладить нормированную выдачу, так что они должны суметь продержаться до прихода помощи."</i>
Я вскочила на ноги, услышав это.
— Нет! — закричала я на динамик. — Они не пытаются вас захватить. Они пытаются запереть вас внутри!
<i>"А теперь кое-что не совсем обычное. Я как правило не читаю почту в эфире, но у меня тут личное сообщение от моей помощницы Хомэйдж для Обитательницы Стойла. Кхм-кхм... Дражайшая Литлпип... оуу, ну разве это не мило? Кажется, кто-то влюбился. Дражайшая Литлпип, я понимаю, что наше положение здесь может показаться тяжёлым, и я знаю, что в твоей натуре сразу же броситься к нам на помощь, но мы пока что в порядке, а у тебя есть более срочные дела вблизи от дома. Делай то, что от тебя потребуется, позаботься сначала о них. А затем, позже, мы сможем встретиться там, где мы встречались прежде, и я обещаю дать тебе столько оргаз... Оу! Ну, это мне уже неловко читать в эфире. Думаю, придётся мне вызвать свою помощницу на небольшой разговор.</i>
<i>А тем временем, шёлковый голос Вельвет Ремеди споёт вам о том, что ведёт её по жизни на этой пост-апокалиптической пустоши!"</i>
Я уставилась на динамик, застыв на месте с челюстью на полу и с жаром, подкатывающим к лицу и другим местам. Прекрасный голос Вельвет Ремеди полился из динамика, заняв место голоса ДиДжея Pon3, но я едва слышала его.
То, что я хотела сказать, звучало как "Я не могу поверить, что она сделала это!" То, что я фактически произнесла, было больше похоже на писк.
Каламити захрюкал от смеха, заливаясь слезами, а потом с хохотом повалился на спину.
***
— Что значит "Старейшины здесь нет"?!
— Старейшину вызвали в срочный поход, и она недоступна, — заявила Рыцарь Маковка. — Однако она сказала, что в случае, если вы вернётесь, вы можете оставить мне то, что вам удалось заполучить.
Я топнула.
— У меня было впечатление, что эти вещи важны для вас, пони! Или по крайней мере для неё, раз уж я рисковала ради них жизнью!
— Собственно говоря, она не ожидала, что ты выживешь, — объяснил СтилХувз. Судя по его тону, он сам хотел перекинуться парой слов со Старейшиной.
Я сердито посмотрела на кобылицу в магической силовой броне.
— Ладно. Могу сообщить, что результаты исследований Красного Глаза в области Обходных Заклинаний были уничтожены.
Я не захватила с собой ничего из них, и я не отдала бы их этим пони, даже если бы они у меня были. Но я знала, что по крайней мере часть этих исследований была успешно завершена. Я могла бы сказать ей это. Но, в самом деле, на хуй этих пони.
— Я заполучила чертежи Радиационного Двигателя. И я готова передать их вам...
...предварительно сделав копии. Я не посчитала нужным об этом говорить. Я не видела проблемы в том, чтобы отдать Стальным Рейнджерам эту технологию. Я намеревалась отдать её любому, у кого есть возможность воплотить её. Это было нечто вроде шага вперёд, от которого могла выиграть вся Эквестрия, но только не в том случае, если она будет охраняться ревнивыми одиночками.
Кстати говоря, будь я проклята, если не попытаюсь получить что-нибудь взамен на этот раз.
— ...в обмен на доступ к мэйнфрейму Стойл-Тек.
Рыцарь Маковка оторопела от такого поворота.
— Извините? Нет, это абсолютно невозможно...
Каламити встал рядом со мной, пригвоздив её взглядом к земле.
— Я так считаю, что мы даже не совсем просим. Вы обязаны Лил'пип, и вот мы пришли за рассчётом. Почему бы нам не разойтись по-хорошему?
Кобылица посмотрела на СтилХувза, рассчитывая на поддержку.
— Я — Звёздный Паладин, — учтиво напомнил ей мой закованный в броню спутник. — В отсутствие Старейшины, я — самый старший по званию Рейнджер на этой базе. И я приказываю вам провести нас к мэйнфрейму Стойл-Тек. — Он повернулся ко мне. — Я лично прослежу, чтобы Литлпип не получила доступ к информации, жизненно важной для безопасности Стальных Рейнджеров или Министерства Военных Технологий.
Рыцарь Маковка фыркнула, но послушно развернулась и повела нас.
— Разрешите выразить мнение, сэр?
— Нет.
***
В комнате было холодно и темно, лишь огоньки мэйнфрейма мигали в темноте. Замки на двери, турели снаружи, следы копыт в пыли — всё это наводило на мысль, что доступ сюда был ограничен и заходили в это помещение очень редко.
Я ткнула копытом выключатель, но комната осталась тёмной. Я включила лампу в моём ПипБаке и осмотрелась. Работающий прожектор на шлеме СтилХувза тихо гудел, разрезая своим лучом света окружающую темноту. Он пошёл следом за мной.
Вместо того чтобы сразу подойти к мэйнфрейму, я позволила своему любопытству протащить меня по всему огромному подвалу. В дальнем конце была огромная дверь Стойла в форме шестерни. Она не закрывала дверной проём, а просто была прислонена к нему. Со снятыми сумками, я едва смогла протиснуться через вход. Судя по номеру, это было Стойло 0.
По ту сторону двери тянулись комнаты и коридоры обслуживающего крыла Стойла. Но коридоры заканчивались тупиками в маленьких грунтовых пещерах. Наборы инструментов и строительного оборудования валялись повсюду. Некоторые участки стен и потолка рухнули.
В одном углу я нашла свернувшийся калачиком скелет земного пони. Пол вокруг пони был завален пустыми бутылками. Я покачала головой, когда заметила, что бутылки были из-под яблочной водки. Тут же, на полу рядом с разбитым реколлектором, лежал чёрный опал. На нижней кости левой передней ноги земной пони была одета ранняя модель ПипБака.
Я подключила к нему свой ПипБак и нашла единственную аудиозапись. Усевшись, я начала воспроизведение. Голос на записи был мягким, почти заглушённым фоновым шумом сирен и бомбардировки.
<i>"Я действительно не знаю, что сказать. Или, если на то пошло, кому я это говорю. Хорошая новость в том, что Свити Белль спасла мою семью в Стойле 2. Я не знаю, где находится Скуталу, но я рада, что она не..."</i>
Особенно громкий рёв заглушил всё остальное, за этим последовали звуки металла и бетона, рушащегося в недостроенное Стойло.
<i>"По Филлидельфии был удар. Вот и всё... Все кончено. Все пони мертвы... кроме тех, кого мы могли спасти. Селестия побери, Эпплджек, почему ты не предотвратила это? Почему никто не предотвратил?"</i>
Я слышала яростное щёлканье. Я взглянула на свой ПипБак, но уровень радиации был в безопасной зелёной зоне.
<i>"Нет, нет, нет! Я не это имела ввиду! Это не вина Эпплджек. Блин, это больше моя вина, чем её. И я знаю, что не должна так себя чувствовать, но я чувствую. И, думаю, это на самом деле больше не имеет значения. Все пони мертвы сейчас. Я мертва сейчас. Я не пережила удар мегазаклинания, только лишь пережив взрыв. У нас даже нет двери. Радиация убьёт меня."</i>
Непрекращающиеся щелчки шли с записи.
<i>"Я просто хотела сказать всем пони, кто это слушает, что я сожалею. Даже если бы все эти жеребята погибли бы не из-за меня, я всё равно сожалею. Я пыталась всё исправить. Действительно пыталась."</i>
***
СтилХувз позвал меня.
— Я в порядке! — отозвалась я и вытерла слёзы с глаз, — Я выйду через минуту.
Перед тем как вылезти обратно, я опустилась на колени и подняла шар памяти зубами. Вернувшись в подвал, я положила шар в седельные сумки и подошла к мэйнфрейму Стойл-Тек.
Мэйнфрейм было сложно взломать, но то ли моё мастерство возрасло, то ли терминал Пинки Пай был легче... Я скачала всю информацию, что могла, о различных Стойлах и начала просеивать её в поисках одного кусочка информации, что интересовал меня больше всего. Расположение Стойла 101.
Я нашла его, и ответ меня удивил.
Когда я вернулась к своим друзьям снаружи цитадели Стальных Рейнджеров, отдав перед этим чертежи Рыцарю Маковке, как и было обещано, я рассказала всем всё, что узнала.
— Стойло 101 было построено прямо посреди Вечнодикого Леса. — Все, затая дыхание, глядели на меня так, как и ожидалось. — Там должен был быть старый замок на безопасном клочке земли посреди леса. Вот где Стойл-Тек отстроили своё последнее законченное Стойло.
Ксенит была первой, сообразившей что к чему.
— Что же получается, Красный Глаз строит себе крепость в центре Вечнодикого леса... попутно выжигая всё вокруг неё? Зачем?
— Трудно создавать и развивать армию в месте, где дикая природа хочет выпотрошить тебя и выпить все соки, я считаю. — предположил Каламити.
— Сельское хозяйство, — изложила я свои догадки. — Ты сам это сказал, Каламити. Вечнодикий Лес не был поражён мегазаклинаниями. Это — одно из немногих мест, не заражённых радиацией или Порчей, что делает Вечнодикий Лес отличным местом для пахотных угодий.
Ксенит согласилась с моим ходом мыслей.
— А когда они выжгут всё, земля будет богата питательными веществами из пепла. — Она выглядела мрачной, неосознанно впадая в ритмичную речь, которую я могла слышать от Зекоры. — Я месяцами перерабатывала огнемётное топливо для Стерн. Очевидно, что он накапливал много для этого поджога.
— А когда он закончит — возведёт стену вокруг всего леса и получит полный контроль над едой, — согласился СтилХувз, смотря в сторону Стены, которую возвёл Красный Глаз вокруг двух третей города. — Вот, что он делает.
***
<-=======ooO Ooo=======->
— Думашь, ей понравится? — взволнованно спросила Эплблум, смотря на изысканный макет деревни с почти монастырскими стенами. Конструкция выглядела знакомо, я видела останки этого макета рядом с кабинетом Блюберри Сэйбр.
— Она будет в восторге, — я почувствовала и услыла слова, сказанные мною. Голос я не узнала. В нём совершенно отсутствовала деревенский акцент, как подрастающей кобылы. Эта Эплблум, одетая в стильное формальное одеяние, в котором ей пока ещё не было удобно, была моложе меня.
— Думашь, ей понравятся изгибы?
— Она полюбит изгибы, — мягко уверил её мой хозяин. — всё в порядке.
— Чё насчёт луны в центре двора? Мож, следовало пойти с полной луной, а не полумесяцем...
— Она и луну полюбит. Тоже хорошо.
Эплблум бегала рысью вокруг стола, глядя на модель со всех сторон. Комната, в которой мы находились, была из светящегося белого мрамора, висели текучие шторы, золотая филигрань покрывала все акценты. Если мы были не во дворце, то кто-то пошёл на многое, чтобы создать впечатление оного.
— Как насчёт башни? Не слишком короткая? Или, может быть, слишком высокая? — Эплблум сжала в отчаянии уши. — Арггх! Я даже не знаю, любит ли принцесса Луна башни! Почему я не спросила об этом раньше?!
Мой хозяин испустил многостродальное ржание.
— Она придёт в восторг от башен. Башни очень хороши.
Эплблум отреагировала, будто сейчас упадёт в обморок.
— Хороши? Но они должны быть идеальны! — Волнение Эплблум было столь сильно, что она чуть не воспарила. Я подумала, что молодая кобыла от стресса могла бы даже воспламениться.
— Успокойся, дитя. Я уверен, что принцессе Луне очень понравится. — Я чувствовала, как моя морда улыбается, произнося эти успокаивающие слова. — Принцесса Селестия хотела великого архитектора для этого проекта, и Она уверена, что получила его.
Эплблум вздрогнула, потом успокоила дыхание.
— Спасибо ещё раз, дядя Оранж, за сопровождение меня на встречу с принцессой. Я не думаю, что могла ба сделать эт самостоятельно.
— Ты выглядишь гораздо презентабельнее, чем твоей сестре когда-либо удавалось. Но также попробуй следить за словами, исправь свой деревенский акцент. Помни, что звуча утончённо, ты показываешь всем, что ты утончённая натура.
— Да, дядя Оранж. Я... Я запомню. — Эплблум вернулась к самотерзанию, но уже не столь сильному.
— Ты должна гордиться, — сказал дядя Оранж ободряюще. — Это своего рода проект, который сделает тебя известной по всей Эквестрии.
Эплблум просто кивнула. Слава, видимо, её не интересовала. Тем не менее,
— С деньгами, чё я получу за эт... извините, что получу за это, я смогу расширить мой бизнес. Найму больше помощников. Может быть начну рассматривать другие виды проектов. — Она подняла глаза с улыбкой. — Скуталу говорит, что она хотела бы вложиться сейчас в Алого Скакуна. Может быть, построить компанию вместе...
Голос Эплблум стих. Кто-то вошёл в комнату. Кто-то величественный. Мой хозяин упал в изящный поклоне. Эплблум быстро последовала его примеру.
Я была в обществе Богини!
Не одной из этих богохульных псевдо-богинь аликорномонстров. Я преклоняла колени перед Богиней Солнца, которой поклонялась ещё с детства — перед самой Селестией!
Она была неописуемо величественной: высокой, белой, совершенным аликорном, чиь грива и хвост текли, переливаясь разными цветами, её бока украшал символ самого солнца. Она была изящной, доброй и совершенно прекрасной.
— Пожалуйста, — сказала она грациозно. — Встаньте, мои маленькие пони. Я рада видеть вас.
Когда мой хозяин встал, Принцесса Селестия (уии! уии! уии!) обошла стол вокруг, одобрительно рассматривая макет.
— Что же, это новая академия Луны?
Эплблум взволнованно кивнула, не имея возможности говорить.
— Выглядит чудесно.
Эплблум пискнула:
— Спасибо, Ваше Величество!
Уши Селестии поднялись:
— А, вот и она сама. Если позволите, можно сперва я поговорю с ней?
— Конечно, Ваше Величество, — быстро ответил мой хозяин.
Селестия повернулась, и Эпплблум с её дядей последовали её взгляду.
Принцесса Луна вышла из-за занавесей. Ее темно-синие цвета смотрелись потрясающе но резко выделялись из остальных интерьеров дворца. Она была намного меньше, чем её царствующая старшая сестра (или, если на то пошло, любая псевдо-богиня)... размером почти с обычную пони. И в то время как принцесса Селестия выглядела ослепительно, принцесса Луна показалась мне... милой.
Настолько милой, что в моей голове зародились бы нечистые мысли, если бы моя голова уже не была слишком занята подпрыгиванием в стиле Пинки Пай и издаванием шквала пищащих звуков восторга.
— Сестра? Ты меня звала?
— Да, Луна, дорогая. Я думала насчёт школы для изучения магии, которую ты предлагала. И я решила отправить всех твоих студентов на луну.
Луна застыла. Её рот широко открылся. А затем медленно закрылся.
— Ты не станешь... — Я могла видеть, как шестерёнки у Неё в голове снова зашевелились. — И не сможешь. Без Элементов Гармонии у тебя нет силы даже близкой к нужной, дорогая сестра.
Да что здесь творится?
Эплблум, очевидно, тоже не поняла шутку, или просто не могла видеть Луну в неудобном положении, так что быстро выговорила:
— Она имеет ввиду Каньон Полумесяца.
Принцесса селестия улыбнулась, но склонила голову к Эплблум со взглядом, в котором ясно читалось, что она не хотела, чтобы молодой архитектор проговорился так быстро.
Принцесса Луна стрельнула взглядом в свою сестру, а потом подошла к столу. Её глаза расширились.
— Это...? — Она подняла голову со слезами на глазах. — Это будет Академией для Молодых Единорогов имени Луны? Моя собственная школа магии? Прямо как твоя?
Принцесса Селестия улыбнулась и уткнулась носом в Свою младшую сестру.
— С днём рождения, сестрёнка.
Челюсть Эплблум отвисла от удивления, и мой хозяин постучал её по копыту. Покраснев, она взмахнула копытом над моделью.
— Принцесса Селестия отдала... — Она замолчала, глядя на принцессу, чтобы убедиться, что всё в порядке и ей можно говорить. Принцесса Селестия улыбнулась, мягко глядя на неё, и кивнула. — ...нам долину Литтлхорн в Каньоне Полумесяца для застройки. Он изолирован, вдали от опасностей...
— Или любых поселений, — заметила Принцесса Луна, одарив сестру мягким, но пристальным взглядом. — И вдали от Кантерлота и твоей собственной школы.
Принцесса Селестия кивнула.
— Я хочу, чтобы ты восприняла это с пониманием. Чтобы другие пони не сравнивали школы, как в случае если бы эти школы были бок о бок, и чтобы ученики не отвлекались на соперничество. — Принцесса скользнула взглядом по Эплблум и добавила: — И я знаю, вы рассматривали Понивилль, но я не хотела бы, чтобы молодые жеребцы и кобылы ходили в Вечнодикий Лес.
Луна закатила глаза.
— Да брось, большая сестрёнка. Жеребята не настолько глупы, чтобы бродить там. Будь уверена в моих студентах...
Лицо Эплблум выражало некое подобие желания быть сейчас совсем в другом месте.
— ...единственное, что можно встретить в окрестностях Литлхорна, на расстоянии целого дня пути — это несколько зебр в джунглях.
— Да, — кивнула принцесса Селестия. — Там недалеко будут дружественные зебры, если вдруг школа будет нуждаться в помощи. И вскоре некоторые из твоих студентов будет иметь собственных маленьких драконов, так что, если кто-нибудь пожелает связаться с тобой, тебе будет достаточно просто чихнуть.
<-=======ooO Ooo=======->
***
Мы летели из Филлидельфии в Мэйнхэттен. Как бы мне ни хотелось направится сразу к Башне Тенпони, предупреждение, посланное мне DJ Pon3 занимало все мои мысли, так что я в первую очередь направила Каламити к узловой станции Р-7. Если что-то неприятное назревало в Разбитом Копыте, что-то, о чём, по мнению Хомэйдж, надо позаботится в первую очередь, то я не собираюсь терять время.
Это всё оставляло мне много времени на размышления. И большую часть этого времени было потрачено на мысли по поводу шара памяти, что я нашла рядом со скелетом несчастной Эплблум. После того, как я увидела Богинь, мой внутренний пони целый день не мог прекратить танцевать, и это было даже почти труднее, чем оторвать себя от переживания этой памяти снова и снова, и даже труднее, чем бороться с желанием принимать Праздничные Минталки. И, по крайней мере, с последними мне помогало то, что я их просто не брала с собой. Тяга к ним проходила за неимением простого способа добраться до Минталок. Но это... Я не могла просто выбросить шар памяти Богинь! Он заслуживал быть сохранённым.
Я тут же представила себе возможность создания собора, желая превратить его в храм Селестии и Луны с шаром памяти, как со священной реликвией. Это была глупая мечта, и она прошла. И ещё я поймала себя на том, что представляю себе, как Луна клопает меня своими крыльями, только на этот раз представляя это как соблазнительную фантазию, а не как богохульство. Я остановилась до того, как моё воображение зашло слишком далеко и наказала себя, начав биться головой в борт Небесного Бандита, до тех пор, пока Каламити не пригрозил посадить фургон.
Потребовалось время, прежде чем последствия того, что я видела, начали угасать.
Литтлхорн. Я слышала это название в разном контексте. Но особо запомнились слова Наблюдателя:
"Резня в Литлхорне разбила сердце принцессы Селестии. После этого, почти в самой середине войны, принцесса Селестия решила, что она была более не достойна возглавлять Эквестрию. Она ушла в отставку, отказавшись от своего поста в пользу своей сестры, принцесса Луны."
Я огляделась. Вельвет Ремеди опять находилась в забытье, внутри шара памяти Флаттершай. Пайрлайт, её аура минимум в два раза превосходила её размер, прижалась к левому плечу Вельвет и величественно посапывала. Я делила Небесный Бандит со СтилХувзом и Ксенит. Каламити был впереди, неся нас по воздуху.
Что ж, если здесь и был пони, который должен был знать, то это СтилХувз.
— Что случилось в Литлхорне?
СтилХувз и Ксенит вместе задумались над этим вопросом. Они посмотрели друг на друга, прежде чем СтилХувз ответил мне просто:
— Катастрофа.
Я вздрогнула, зная, что я действительно не хочу этого слышать. Но часть меня этого требовала.
— Расскажи мне.
— Литлхорн был школой. Единоржки, кобылы и жеребята, многие из которых были ещё слишком малы и даже не получили своих меток, жили там, обучаясь, чтобы стать лучшими магам Эквестрии, — медленно начал СтилХувз. — Однажды вечером, чуть более чем через девять лет после начала войны, конвой зебр въехал в долину Литлхорн. Два десятка зебр-легионеров и три больших крытых повозки. Когда они не ответили на мирные предложения, директор школы активировла школьную защиту...
— Они не знали языка, — внезапно прервала его Ксенит. — Они не были солдатами. Это была колонна беженцев. Кобылы и маленькие дети-зебры просто пытались уйти из зоны боевых действий!
— Я знаю это! — жёстко отрезал СтилХувз. — Они поняли это, когда подбили первую повозку и увидели мёртвых! Но к тому времени было уже слишком поздно. — Он повернулся ко мне. — Было уже слишком поздно. Конвой зебр сопровождали убийцы, носившие зебринские стелс-плащи...
— Он был один, — поправила его Ксенит. — Отец, чья семья была убита внезапным нападением вашей школы.
— Им больше и не понадобилось, — зарычал СтилХувз. — Школа была полна детей. И зебры забросили внутрь газовую бомбу. Это был Кантерлот в миниатюре. Полосатые сволочи убили... каждого... пони в Литлхорн!
Я чувствовала, что плачу.
— Хорошо... пожалуйста... я не хочу больше этого слышать.
***
Они не обращали на меня внимания.
Но я и не настаивала. Я всё ещё была потрясена до глубины души. Литлхорн был поворотным моментом войны, и мой внутренний пони со слезами представлял себе, как Литтлхорн подтолкнул к уничтожению всех пони, которых он коснулся. Я начала понимать. Я представляла то чувство вины Эплблум, которое предопределило её выбор. И это было ничто по сравнению с виной и горем принцессы Селестии, которая сама выбрала это место. Или с влиянием на принцессу Луну, чьи любимые студенты были убиты все до единого.
— После Литлхорна проклятые зебры окончательно превратились в мантикорье дерьмо. Для обеих сторон каждый бой стал боём на истребление. Мы уничтожили один фургон, и да, это было ошибкой. Они уничтожили сотни маленьких детей, а затем началось полное безумие!
— Это не было связано с Литлхорн, — мрачно произнесла Ксенит. — Война изменилась. Это уже был вопрос не угля или драгоценных камней...
Угля и драгоценных камней? Это, пожалуй, имело смысл. Зебры не были похожи на единорогов. Они не могли создавать заклинания или использовать магию напрямую. Они должны были варить её в зельях, вселять её в фетиши или каким-либо образом привязать её к объектам, чтобы получить свою магию. И возможно, за исключением Сосудов Душ, драгоценные камни были единственным подходящим для магических чар сосудом. Любое сообщество, использующее тайные науки, потребует целых железнодорожных составов полных драгоценных камней. Это не было проблемой для пони. У нас были земли, богатые драгоценностями. Фермы камней выращивали их. Но если в землях зебр не было драгоценных камней... но они имели уголь...
Я очнулась от своих размышлений, когда СтилХувз надвинулся на Ксенит.
— Значит ты признаёшь, что вся ваша проклятая раса была ёбанными психами!
— Нет, — отрезала Ксенит. — Мы видели, что вы, пони, попали под влияние звёзд. Нельзя было давать никакой пощады, как и нельзя было ожидать никакой пощады от нации, находящейся под влиянием космического зла.
— Что?!? — прошептала вместе с криком СтилХувза.
— Не вы ли последовали за чемпионом, посланным злыми звёздами? За Найтмар Мун?
— Что? Ты... что?! — СтилХувз начал, топая, ходить кругами, до тех пор, пока Каламити снова не пригрозил посадить Небесный Бандит на землю, чтобы дать нам поговорить.
— Подожди... — Проговорила я медленно. — Ты хочешь сказать... что причиной того, что война зашла так далеко... в том, что зебры не могли отличить Принцессу Луну от Найтмэр Мун?
От борьбы за ресурсы до священной войны ровно за десять секунд.
— Они не одна и та же ёбанная пони! — СтилХувз кричал на Ксенит, ещё громче от того, что он не мог накричать на зебр из прошлого. — Мы ... мы не следовали за Найтмэр Мун и более того, принцесса Селестия заключила Луну в тюрьму на ёбанной Луне на тысячу лет. — Стальной Рейнджер дрожал. — Они. Не. Одно. Лицо!
Вельвет Ремеди вышла из шара памяти Шлаттершай и смотрела на нас в замешательстве. СтилХувс повернулся к нам и рявкнул:
— Скажите ей.
— Они не одно и то же лицо, — сказала я твёрдо. А затем обнаружила молчание у себя за спиной. Я обернулась и посмотрела на Вельвет Ремеди.
— Честно говоря, — прошептала она, — Я никогда не была на самом деле уверена, что это было. Я всегда полагала, что это было своего рода психическое расстройство.
— Ар-р-р! — Голос СтилХувса звучал убийственно. Что, учитывая что это был СтилХувз, на самом деле пугало меня. — Психические расстройства не приводят к физическим превращениям!
Я согласно кивнула. ...Если только речь идет не о волосах Пинки Пай. Достаточно вспомнить её превращение сразу после ссоры с Твайлайт Спаркл.
СтилХувз заметно дрожал. Его голос сменился с яростного крика на тихий и режущий.
— Тогда получается, что не было никакого реального шанса договорится дипломатически, не так ли? — Я могла утверждать, что его глаза, скрытые забралом шлема, упирались в Ксенит. — Приглашение на Хребет Разбитого Копыта для мирных переговоров... там ведь и не предполагалось никаких мирных переговоров, так?
Уши Ксенит прижались к голове. Она старалась быть разумной, видимо понимая, что это уже не было даже недружественным аргументом.
— Я не была там. Пожалуйста, не забывайте, что это были другие зебры и пони. Не мы.
— Отвечай на вопрос.
Ксенит отвернулась.
— Из рассказов, что я слышала, — вздохнула она с сожалением, — Надежда на мир ещё была, но только в том случае, если бы исчезла Найтмэр Мун. К сожалению, пони прислали на Хребет Разбитого Копыта не ту принцессу.
Ночь стала бесконечно холоднее. Мои нервы были на пределе. Я ждала, что же сделает СтилХувз.
Издав последний рык, СтилХувз удалился в дальний конец Небесного Бандита и улёгся, делая вид, что спит. Я знала, что это не так, но я, к счастью, была на его стороне.
— У вас там усё в порядке? — обернулся Каламити.
Мой ответ в точности повторил ответ СтилХувза рыцарю Маковке:
— Нет.
***
Мы поймали сигнал примерно за час пути до Узловой Станции Р-7. И он был не из Разбитого Копыта.
<i>"...атический сигнал бедствия от Стойла Два Стойл-Тек. Сообщение начинается:"</i>
Механический голос уступил другому, который я рассчитывала уже никогда не услышать. Голосу Смотрительницы нашего Стойла.
<i>"Литлпип, Вельвет Ремеди, если кто-то из вас слышит это... Я молюсь, что вы ещё живы, что ещё там и слышите это. Пожалуйста, если вы... или кто угодно дружественный слышит... Стойло Два находится под атакой. Мы не знаем, кто они или откуда пришли. Но они как-то открыли наружные ворота, и они убивают всех, кого встретят внутри! Я эвакуировала всех выживших в крыло Смотрительницы и Охраны. Но теперь, когда мы отрезаны от сада, у нас кончается пища. Захватчики, похоже, решили просто подождать, пока мы не помрём с голоду. Если вы слышите это, пожалуйста, спасите нас."</i>
Моя кровь превратилась в лёд. Я проанализировала сигнал. Трансляция в настояще время передавалась через тот же передатчик, что передавал сообщение отца умирающего жеребёнка, однажды проникшего в цистерну рядом с Мемориалом Биг Макинтоша. Механический голос вернулся.
Дом!
<i>"Сообщение повторяется. Это автоматический сигнал бедствия от Стойла Два Стол-Тек. Сообщение начинается... "</i>
О, Богини...
— К-Каламити, немедленно поворачивай! Мы должны добраться до Стойла Два! Быстрее!
— Эм... Лил'пип? Сейчас поверну. Что...
Я вытащила наушник и проиграла сообщение вслух. Не прозвучало и десяти слов, как Каламити уже сделал вираж и тянул нас в новом направлении.
— Нет... — прошептал СтилХувз. — Чёрт бы их побрал, нет!
Я повернулась к своему другу-рейнджеру.
— Что "нет"? — И тогда я поняла, в какой это поход помчалась Старейшина Блюберри Сэйбр в момент, когда меня не было.
— Мне очень жаль, Литлпип. Я сделал всё возможное, чтобы заставить их поверить, что планировать захват Стойла Два было ошибкой. Я твердил это на протяжении десятилетий. Но после того, как вы двое появились, они поняли, что там было всё ещё функционирующее Стойло...
— Это. Была. Твоя. Миссия?! — я шагнула вперед, практически испепеляя взглядом земного пони-гуля. — Оценить, можно ли спокойно захватить Стойло Два?!
Он съёжился предо мной.
— Я даже пытался дать им взамен Стойло Двадцать Девять.
Я закачалась на копытах, мой ум балансировал на краю тёмной бездны, я силилась вспомнить, оставила ли я при взломе Стойла Двадцать Девять улики, которые технически подкованные агенты Министерства Военных Технологий могли бы использовать для того, чтобы понять, как пройти через двери моего собственного Стойла.
Вельвет Ремеди обняла меня копытом и держала.
— Если Стальные Рейнджеры штурмуют наш дом, — сказала она со сталью в голосе, — Возможно, он нам ещё пригодится.
— Иль можт быть лучше прост скинуть тя тут, — отозвался Каламити, фиксируя СтилХувза взглядом. — Потому что я направляюсь к Стойлу Два. И когда прибуду туда, я собираюсь убить кучу Стальных Рейнжеров!
Заметка: Новый уровень.
Новая способность: Укрепляющий Отвар — с данной способностью Ваши конечности получают вдвое меньший урон. (Примечание: Укрепляющий Отвар и кибернетический усилитель Адамантиновый Скелет несовместимы)
Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/21613/80017
Переводчики: _007_, WildHorn, HalfVirus, Veon
Hariester, fxd, UnDemon, Tropos86
anonimuz, DrAkcel, gydrant, AnotherAnonymous
lenich, Unfragged, Rubiont, xvc23847
Настройки
Готово:
100.00%
КП = 1.0