Готовый перевод Between: 1

Утро, начало третьего. За бортом "Элизабет" все спокойно. Лодки, хотя скорее всего яхты, пришвартованы, чистенькие белые буйки защищают их стеклопластиковую и фарфоровою отделку, обшитую деревом.

Но внутри "Элизабет" чувствуется постоянное волнение. Эта лодка - крейсер длиной в 20 метров, на котором размещается кухня, две ванные комнаты, две спальни и хватает предостаточно места, что бы вместились еще двадцать человек. Сегодня, однако, на нем только шесть пассажиров. Устраиваем маленькую вечеринку - родители не разрешили мне закатить что-нибудь более грандиозное. Скорее всего, все уже уснули, но только не я.

Вот уже 20 минут пялюсь на часы и слушаю раздражающее тук-тук-тук за стенкой. Конец августа. На улице стало прохладно, и вода, вне всяких сомнений, тоже холодная. В Коннектикуте так всегда: вода нагревается в июле целый месяц, а к концу лета опять быстро остывает. Иногда кажется, что здесь существует только два времени года: зима и почти что зима.

Несмотря на низкую температуру воды, я почти уверена, что между причалом и лодкой плавает рыба, загнанная за стеклопластик и пытающаяся освободиться. Этот шум, кажется, никогда не закончится. Именно он разбудил меня ровно в 1:57 и ужасно действует на нервы.

Боже, я начинаю сходить с ума. Тук. Тук-тук. Если это рыба, то это, должно быть, очень глупая рыба.

"Эй, ты слышишь шум?"- спрашиваю я у своей лучшей подруги и сводной сестры Джози, которая спит возле меня на раскладушке и её милированные тёмно-русые волосы закрывают часть лица. Она не отвечает, и продолжает спокойно посапывать. Коктейль из алкоголя и марихуанны просто убил нас, и уже после полуночи, как только закончилась гулянка, мы легли спать. Последнее, что помню, прежде чем провалиться в небытие, - то, как я пыталась не смыкать глаз и что-то пробурчала Джози о том, что нам не следует засыпать до 1:37, так именно в это время я появилась на свет.

Я встаю с кровати в полной темноте. Единственный источник света в лодке исходит от телевизора, по которому идёт реклама Супершвабры с выключенным звуком.

"Вы все спите?"- спрашиваю я тихим голосом. Лодка качается на волнах, которые пришли с Лонг Айленда. Тук-тук-тук. Опять начинается!

Я смотрю на часы. Стрелки показывают 2:18. Улыбнулась - вот уже пол часа как мне официально 18 лет.

Если бы не стук, то покачивание лодки вполне сошло бы за колыбельную. Для меня это самое лучшее место на земле. А присутствие моих друзей делает его еще лучшим, если это вообще возможно. Спокойствие этого вечера просто волшебно.

Тук.

"Я собираюсь освободить рыбу", провозгласила я. "Кто-нибудь пойдет со мной?"

Но ни один человек даже не пошевелился.

"Сборище эгоистичных пьяниц", - пробормотала я. Конечно, это всего лишь шутка. В любом случае, я и сама могу пойти, уже взрослая девочка. Бояться-то нечего.

Знаю, это звучит странно после того, как мы всю ночь пили и курили, но мы действительно неплохие дети. Город довольно безопасный. Все люди из нашей компании росли в местечке Ноанк, штат Коннектикут. Наши семьи дружат между собой. Мы любим друг друга. Если посмотреть на всех них - Джози, устроившуюся на корме лодки, Миру, Керолин, Тофера и Риччи, спящих в спальных мешках на палубе - то кажется, что жизнь на "Элизабет" всего лишь туманное видение.

Элизабет Валхар. Так меня зовут; мои родители назвали эту лодку в честь меня, когда мне было 6 лет.Как давно это было. Несколько лет до того, как умерла моя мама, а отец женился на матери Джози. Папа избавился почти от всех её вещей, но о том, что бы продать лодку, даже не помышлял. Видите ли, у нас с ней связано много счастливых воспоминаний. Я всегда чувствовала себя здесь в безопасности. Мама всегда этого хотела.

Всё же, в такой поздний час довольно страшно, особенно снаружи. Если не учитывать шум волн и глупый стук о борт лодки, то ночь тёмная и тихая. Запах солёной воды океана и засохших водорослей на рифах настолько сильный, что, если бы ветер дул в направлении корабля, меня бы стошнило.

Мне не особо хочется самой выяснять, откуда идёт этот таинственный шум, хотя я почти уверена, что рыба всему виной. Поэтому еще раз пытаюсь разбудить Джози. "Эй, проснись. Мне нужна твоя помощь". Я хочу растормошить её, но какая-то сила меня сдерживает. Странное ощущение, но её лучше вообще оставить в покое. На секунду показалось, что я до сих пор пьяна. Всё как-будто в тумане.

Джози приоткрыла глаза. "Что, Лиз?",- спросила она шепотом, сбитая с толку из-за того, что её разбудили. Промелькнуло какое-то странное чувство - это страх? Я её напугала? Но Джози опять отключилась, а я никак не могу уснуть. Тук-тук-тук.

Причалы чем-то смахивают на пазл. Обычно волны бушуют на глубине океана, но, доходя до берега, успокаиваются. Однако сегодня они на порядок сильнее и кажется, что они убаюкивают нас, как младенцев в колыбельной. Не смотря на все попытки быть храброй, я чувствую себя маленькой и напуганной, выходя на цыпочках за автоматическую стеклянную дверь и шлёпая туфлями по стеклопластиковой палубе лодки. На всех ответвлениях причала находятся лишь два фонаря: один посередине, а другой в самом конце. На небе не видно луны. Воздух такой прохладный, что я начинаю невольно дрожать при мысли, какой холодной тогда должна быть вода. Мурашки пробегают по всему телу.

Замёрзшая, стою на палубе и прислушиваюсь. Вдруг шум пройдет сам по себе?

Тук. Не проходит.

Тяжелый, энергичный, постоянный и надоедливый стук доносится из-за кормы, между причалом и лодкой. "Элизабет" - последняя лодка с этой стороны причала, поэтому вся её задняя часть хорошо освещена. Не знаю, зачем мне так необходимо чувствовать спокойствие. Шум от ходьбы по палубе ужасно раздражают, хотя я стараюсь ступать как можно тише. Иду вдоль палубы и крепко держусь за поручни. Вдруг под о мной отчетливо слышится звук, я смотрю вниз.

Мокро. Первое слово, которое промелькнуло у меня в голове, прежде чем я закричала.

Промокшая. Лицом вниз. Черт!

Там не рыба, а человек. Девушка. У неё светлые, почти что белые длинные волосы, красивый естественный цвет которых отливается в бликах воды. Волнистые пряди, колышущиеся взад-вперед как водоросли, спускаются к талии. Одета в джинсы и розовый джемпер.

Но не в этом кроется причина моего крика. Всё дело в её обуви, точнее в сапогах. На ней белые ковбойские сапоги, инкрустированные фианитами, и со стальными носками.

Сапоги были подарком на день рождения от родителей. Она с гордостью носила их весь вечер, и теперь стальной носок левого сапога застрял между лодкой и причалом. С каждым накатом волны он ударяется о борт с таким стуком, как-будто хочет разбудить всех в округе.

Откуда я всё это знаю? Всё просто: сапоги и одежда принадлежат мне. Девушка в воде не кто иная, как я сама.

И опять кричу так громко, что запросто могу разбудить всех в радиусе километра. Но такое ощущение, что меня вообще никто не слышит.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22240/73069

Переводчики: Doris