Готовый перевод The Power of Six / Сила Шести: Chapter Seventeen / Глава семнадцатая +

Пока я влетаю сквозь горящую дверь и приземляюсь на расплавленный коричневый ковёр в гостиной, сразу несколько мыслей пролетают в моей голове. Сэм. Письмо Генри. Ларец. Пепел Генри. Я целенаправленно погружаюсь в огонь, чтобы легко перемещаться из комнаты в комнату.

- Сэм? - кричу я. - Где ты, Сэм?

Минуя гостиную, я вижу, что вся задняя часть дома горит. Дом может рухнуть в течение нескольких минут. Я бросаюсь в спальню, выкрикивая имя Сэма. Дверь ванной разлетается под моим ударом. Проверяю кухню, столовую; а когда вновь собрался проверить гостиную, выглядываю в окно и вижу Ларец, груду наших шмоток, включая ноутбук, кофейную банку с прахом Генри и закрытое письмо на краю бассейна. Что-то небольшое качается посреди воды - это голова Сэма. Он видит меня и машет рукой.

Прорываюсь через окно и опрокидываю гриль. Я ныряю в бассейн, огонь на мне шипит серым и черным дымом.

- Ты в порядке?
- Думаю, что да, - говорит он. Мы выбираемся из воды и идём к вещам, которые Сэму удалось спасти.

- Что произошло?
- Чувак, они здесь. Они реально здесь. Могадорианцы.

В момент, когда он произнес эти слова, я почувствовал боль в животе. Моя челюсть задрожала.

- Я увидел их в переднем окне, а потом, бац, и дом в огне. Я взял всё, что смог, - говорит Сэм.

На крыше появилось движение. Между щелями поднимающегося пламени я вижу огромного Могадорианского разведчика одетого в черное пальто, шляпу и опущенные солнцезащитные очки, с каждым шагом его ноги погружаются в мягкую черепицу. Он несет длинный блестящий меч.

Я стаю на колени и хватаюсь за замок Ларца, и он поддается моей раскаленной хватке. Откладывая на дно Ларца кристаллы, я беру кинжал с бриллиантовым лезвием. Пламя, разгулявшееся по дому, отражается в его остром лезвии. К моему удивлению, ручка удлиняется и окутывает всю мою правую руку.

- Отойди, - говорю я Сэму.

Разведчик доходит до металлического карниза разрушающейся крыши и падает во внутренний дворик, его ноги раскалывают бетон при приземлении. Он рассекает мечом воздух перед собой и тот оставляет светящийся след. Я сдерживаю дыхание и мысленно прокручиваю последнюю неделю тренировок.

В этот момент мои ноги толкают меня вперед, разведчик ревёт и бросается на меня в своем плаще развевающемся за спиной. Я вижу свое отражение в его солнечных очках за секунду до того, как его меч рассек бы мое тело. Я отклоняюсь достаточно далеко, и он промахивается, но когда я выпрямляюсь, то прохожу через след, оставленный мечом сзади. Боль пронзает мою шею и спускается к талии. Меня сбили обратно в бассейн.

Вынырнув, я вижу, как Сэм принимает боевую стойку перед разведчиком. Его голые руки двигаются вверх-вниз, плечи ходят влево и вправо. Разведчик смеётся, кидает свой меч на бетон и начинает имитировать боевую стойку Сэма. Прежде, чем я успеваю выбраться, чтобы помочь, Сэм переносит свой вес на левую ногу и с разворота бьёт правой. Его мокрый ботинок заезжает пяткой прямо по лицу разведчика с такой силой, что тот отлетает на несколько метров.

Ошеломленный разведчик поднимает свой блестящий меч. Я выбираюсь из бассейна до того, как он доходит Сэма и поднимаю свой кинжал, чтобы блокировать удар меча. Лезвия встречаются, от чего появляется такой яркий шар света, что я слепну на мгновение. Когда свет исчезает, меч разведчика ломается точно в том месте, где пересекся с моим кинжалом. Не теряя момента, я вонзаю кинжал в его грудь и опускаю ниже, прорезая её. Он превращается в пепел, покрывающий мои ноги.

Наконец, дом рушится - по деревянным балкам идут трещины по разным направлениям, окна трескаются и разлетаются - крыша придавливает всё это, как книга без корешка. Над нами появляется грозовое облако, молния рассекает небо, опускаясь прямо по ту сторону дома.

- Мы должны добраться до Шестой! - кричит Сэм.

Он прав, молния так близко может означать только то, что она в разгаре битвы. Или заканчивает ее. Свободной рукой я беру Ларец и бросаю его за кирпичную стену, удостоверившись, что всё чисто. Сэм бросает мне остальные вещи, а потом я подбрасываю его на верх стены. Мы спрыгиваем и катимся по влажной траве за стеной. Спрятав всё под густым кустом, бежим во двор.

Посреди проезжей части, в шаге от нашего внедорожников, Шестая бросает разведчика через спину, мышцы на её руке пульсируют при сжатии. Ещё два разведчика приближаются. Один направляет на меня длинную цилиндрическую трубку, и зеленый свет отбрасывает меня назад. Я не могу дышать, не могу видеть. Заползаю в высокую траву и чувствую жар от дома.

Сумев открыть глаза, я вижу разведчика с трубкой, стоящего надо мной. Постепенно начинаю чувствовать руки и ноги, дыхание приходит в норму. Рукоятка кинжала всё ещё соединена с моей рукой. Разведчик настраивает кнопки на трубке, возможно, собирается оглушить, чтобы убить, а потом наступает на моё правое запястье. Я пытаюсь взмахнуть ногами, но они не реагируют так, как я хочу, всё ещё вялые после парализующего луча, что меня коснулся. Ствол трубки находится между моими глазами, и я думаю о пистолете, который Шестая развернула на пьяного мужчика только час назад. "Это все, - думаю я, - миссия Могадориан успешно выполнена. Четвёртый готов. Теперь номер Пять".

Я смотрю, как оживают сотни лучей, светясь в трубке, циркулируя, пока не становятся одним целым; как только он кладет палец на курок, Берни Косар кусает его за бедро. Разведчик колеблется надо мной секунду, прежде чем его голова отделяется от тела молнией. Она катится по траве к моей, наши носы соприкасаются, прежде чем голова становится кучей пепла, и я делаю все, чтобы не вдохнуть его. Тело надо мной падает и покрывает мои джинсы пеплом.

- Вставай уже, - кричит Шестая, внезапно возникая в том же месте, где только что стоял разведчик.

Cэм тоже появляется надо мной, его грязное лицо выглядит сурово.

- Мы должны убираться прямо сейчас, Джон.

Звук сирены пронзает ночь. В километре, может, ближе. Берни Косар облизывает мой левый висок и скулит.

- Что на счет третьего? - шепчу я.

Шестая смотрит на Сэма и кивает.
- Я отобрал у него меч и использовал против него. Лучший момент моей жизни, - отвечает он.

Я облокачиваюсь на плечо Шестой, и она ведет меня к внедорожнику, затем подсаживает на заднее сидение. Берни Косар усаживается у моих ног и лижет мою безжизненную правую руку. Сэм берёт ключи и садится за руль, пока Шестая забирает наши вещи. Как только мы выезжаем на автостраду, и больше не слышно сирен, я могу успокоиться и сконцентрироваться на своей правой руке. Рукоятка кинжала трансформируется и отделяется от пальцев и запястья. Я осторожно бросаю кинжал к ногам.

Пятнадцать минут спустя Шестая говорит Сэму свернуть на обочину, и мы с визгом останавливаемся на освещенной стоянке закрытой закусочной. Она выпрыгивает из машины еще до того, как та остановится, оставляя дверь открытой.

- Помоги мне, - приказывает она.

- Шестая, я не хочу быть грубым сейчас, но я, правда, ни рукой ни ногой не могу шевельнуть.

- Чувак, просто попробуй. Мы должны снять их с хвоста, - говорит она.

- Если этого не сделать, тогда ты труп. Подумай об этом.

Я трудом занимаю сидячее положение и чувствую, как кровь циркулирует в ногах. Вылезаю из машины и стою, покачиваясь в своей обгоревшей одежде, не представляя чем ей нужно помочь.

- Найди жучок, - говорит она.
- Сэм, не выключай двигатель.

- Ладно, - говорит он.
- Найти что? - спрашиваю я.

- Они используют жучки, чтобы отслеживать транспорт. Поверь мне. Они проделали это со мной и Катариной.

- Как он выглядит?
- Понятия не имею. Но у нас мало времени, так что ищи быстрее.

Я почти хочу смеяться. Думаю, сейчас в мире нет ничего такого, что я мог бы сделать быстро. Тем не менее, Шестая обходит внедорожник, пока я медленно опускаюсь на колено, ухитряясь проползти под ним, освещая руками нижнюю часть авто. Берни Косар начинает обнюхивать бампер, двигаясь вдоль него. Я нашел его почти сразу, маленький и круглый, не больше четвертака прикреплен к пластиковой крышке топливного бака.

- Нашёл, - кричу я, срывая его оттуда. Выползаю и даю устройство Шестой, оставаясь при этом на спине. Она быстро его осматривает, а затем кладёт в карман.

- Покончишь с ним?
- Нет,- отвечает она.

- Проверь еще раз. Мы же точно не знаем, что там нет второго или третьего.

Я ползу обратно и свечу руками, двигаясь от задней части внедорожника до передней. Я ничего не нахожу.

- Ты уверен? - спрашивает она меня, когда я встаю.
- Да.

Мы залезаем обратно в машину и уезжаем. Время два утра, Сэм едет на восток. По инструкции Шестой он держит 130-140 км/ч, из-за чего я беспокоюсь о полиции. Через 50 километров он выезжает на федеральную автостраду и едет на юг.

- Мы почти на месте, - говорит она.

Через три километра она говорит Сэму съехать с автострады.

- Остановись! Прямо здесь, остановись! - Сэм жмет на тормоза и останавливается перед грузовиком, работающим на холостом ходу, чей владелец заливает бензин.

Шестая становится невидимой и выходит, оставляя дверь приоткрытой.

- Что она делает? - спрашивает Сэм.
- Не знаю.

Через несколько секунд открытая дверь захлопывается. Появляется Шестая и говорит Сэму вернуться на автостраду, но на этот раз ехать на север. Она слегка расслабилась и не держится за приборную панель так, что белеют пальцы.

- Ты, что, правда не собираешься говорить, что сейчас сделала? - говорю я.

Она бросает на меня быстрый взгляд.

- Грузовик направлялся в Маями. Я прикрепила жучок внизу трейлера. Надеюсь, они потеряют несколько часов, преследуя его, пока он будет ехать на юг, а мы на север.

Я киваю.

- Должно быть, интересная ночка для водителя.

Как только мы проезжаем выезд из Окалы, Шестая говорит Сэму выйти и паркуется за торговым центром в нескольких минутах от федеральной трассы.

- Сегодня будем спать здесь, - говорит Шестая. - Вообще-то, мы будем спать по очереди.

Сэм открывает дверь со своей стороны и поворачивается так, чтобы ноги свисали с внедорожника.

- Э, ребята? Возможно, нужно было сказать это раньше, но у меня тут довольно неплохой порез, и он действительно начинает болеть, и думаю, что скоро я упаду в обморок.

- Что? - я выкарабкиваюсь из машины и становлюсь перед ним.

Он закатывает джинсы, чтобы показать рану на грязной правой ноге чуть выше колена. Она чуть меньше кредитной карты, хотя, возможно, глубиной около 3 сантиметров. Свежая и запекшаяся кровь покрывают его колено и голень.

- Господи, Сэм, - говорю я.

- Когда это случилось?
- Как раз перед тем, как я отобрал меч Мога. Я как бы вытащил его из ноги.

- Хорошо, давай, вылезай из машины, - говорю я. - Садись на землю.

Шестая, забросив его руку на плечо, помогает Сэму опуститься на землю.

Я открываю багажник и достаю исцеляющий камень из Ларца.

- Лучше держись за что-нибудь, парень. Это как... жало.

Шестая предлагает свою руку, и он берет её. На секунду я прикладываю камень к ране, и он корчится в агонии, каждый его мускул напряжен. Кажется, будто он собирается упасть в обморок. Кожа вокруг раны становится белой, потом черной, потом красной, как кровь, и я сразу жалею о том, что применяю камень к человеку. Говорил ли когда-нибудь Генри о том, действует ли он на них? Я пытаюсь вспомнить, но тут Сэм издает протяжный стон, который лишает его воздуха. Края раны стягиваются, а потом вовсе исчезают. Сэм ослабляет хватку на руке Шестой и постепенно восстанавливает дыхание. Через минуту он в состоянии сидеть.

- Боже, я как никогда хочу быть пришельцем, - наконец, говорит он. - Слишком много крутого вы, ребята, способны выдать.

- Дружище, ты на секунду заставил меня поволноваться, - говорю я. - Я не был уверен, подействует ли он на тебе с того момента как те, другие вещи из Ларца, не сработали.

- Я тоже, - добавила Шестая. Она наклоняется и целует его в грязную щеку. Сэм ложиться и трепетно вздыхает. Шестая смеется и потирает руками его щетину на лице, и я поражаюсь тому, как ревность закипает во мне.

- Хочешь в больницу? - спрашиваю я.
- Я хочу остаться прямо здесь, - говорит он. - Навсегда.

- Знаешь что? Нам очень повезло, что мы были на прогулке, - говорит Шестая после того, как мы возвращаемся во внедорожник.

- Ты права, - говорю я.

Сэм ложится правой щекой на подголовник, чтобы он мог видеть нас обоих.

- Почему вы ребята разгуливали ночью?
- Я не мог заснуть. Шестая тоже, - отвечаю я, что было технически правдой, но чувство вины это не унимало. Я знаю, что Сара - девушка, предназначенная для меня, но я не могу остановить эти новые чувства.

Шестая вздыхает.

- Ты знаешь, что это означает?
- Что?

- Они наверняка открыли мой Ларец.
- Ты не можешь этого знать.

- Да, не могу. Но после того как я взяла тот камень из твоего Ларца, и он начал пульсировать и ранил мои руки, я не могу избавиться от этого ощущения. И только сейчас меня осенило, что они, вероятно, что-то сделали с моим Ларцом.

- У них три года был твой Ларец, - говорю я.

- Так ты думаешь, они могут открыть Ларец без нас? Не дожидаясь нашей смерти?

Она пожимает плечами.
- Не знаю. Может быть. Но у меня такое чувство, у них то, что принадлежит мне, и когда я коснулась того камня, это как-то привело разведчиков в наш дом.

- Почему их пришло так мало? - спросил Сэм в перерывах между зевками.

- Я имею в виду, почему они не подождали подкрепления перед атакой?
- Может быть, они испугались или запаниковали? - предположила Шестая.

- Может один из них захотел быть героем, - сказал я.

Шестая опускает своё окно и прислушивается. Когда она убедилась в безопасности, то произнесла:
- Несмотря ни на что, в следующий раз их будет намного больше. Пикенсов и кроулсов, и еще кого-то, кого бы они натравили на нас.

- Скорее всего, ты права, - шепчет Сэм. Он засыпает. - Скажу вам одну вещь: быть в бегах изматывающее занятие.

- А ты попробуй делать это на протяжении 11 лет, - говорю я.
- Думаю, что я немного тоскую по дому, - бормочет он.

Я наклоняюсь вперед и вижу, что у него на коленях лежат старые очки его отца, те, с толстыми стеклами, которые он носил в Парадайз.

- Еще не поздно вернуться домой, Сэм. Ты знаешь это, верно?

Он хмурится.
- Я не вернусь. - В этот раз он сказал это с меньшей уверенностью, чем в первый раз в мотеле Северной Каролины. - Пока не найду своего отца. Или пока, по крайней мере, не узнаю, что с ним произошло.

"Его отца?" - беззвучно спросила меня, сбитая с толку, Шестая.
"Позже", - так же беззвучно ответил я.

- Ладно, - говорю я. - В конце концов, мы это выясним. - Я поворачиваюсь к Шестой. - Итак, куда направимся утром?

- Сейчас, когда они, наверное, открыли Ларец, я думаю, двинем, куда ветер дунет. Он меня ещё не подводил, - задумчиво говорит она, а потом смотрит на меня. - А ты знал, что если бы не ветер и моя потребность в кофеине одной ночью в Пенсильвании за ночь до нападения в Парадайзе, я бы никогда не приехала туда вовремя?

- О чем ты говоришь? - спрашиваю я.

- Я слонялась по Среднему Западу, чувствуя, что вы где-то в Огайо, или в Западной Вирджинии, или Пенсильвании. После того, как я нашла кое-какие новости в сети, подумала, что это, вероятно, проделки Могов в Атенсе возле колледжа, но после нескольких недель безрезультатного поиска, я считала, что потеряла ваш след. Думала, что вы уехали в Калифорнию или в Канаду, куда-то в том направлении. Так что я стояла здесь, на парковке этого торгового центра, уставшая и потерянная, практически сломленная, когда сильный поток ветра открыл дверь в кафе слева. Подумала, что заправлюсь и вернусь обратно, чтобы что-нибудь выяснить, но тут в углу я увидела компьютер для посетителей. Я купила большой кофе и начала поиск в интернете. Конечно же, я нашла статью о горящем доме, откуда ты выпрыгнул.

Меня привел в замешательство тот факт, что нас так легко было найти. Не удивительно, что Генри постоянно хотел держать меня дома или в школе.

- Если бы не этот порыв ветра, открывший ту дверь, я бы, возможно, вместо этого зашла в закусочную и попивала бы кофе всю ночь. Я записала всю информацию, что смогла на вас найти, а потом побежала вниз по улице в поисках круглосуточного копи-центра. Тогда я отправила факс и письмо с своим номером, чтобы попытаться вас предупредить или хотя бы намекнуть вам, чтобы вы были готовы, пока я не приеду. И я приехала в последний момент.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/22425/91954

Переводчики: Abby_Mist_Wolf, elena3, IamCrazy