Готовый перевод Star Wars: The Old Republic: Revan / Звёздные войны: Старая республика: Реван: Глава 5

ГЛАВА ПЯТАЯ

Реван редко посещал Храм Джедаев на Корусанте сейчас. Хотя формально, он до сих пор был членом Ордена, он не мог не чувствовать себя посторонним, проходя между двумя рядами статуй, стоящих у входа.

Многие джедаи, особенно Падаваны и молодые Рыцари-Джедаи, считали его героем, живой легендой. Но более зрелые Магистры придерживались другой точки зрения. Некоторые обвиняли его за то, что он повел тысячи джедаев на смерть в Мандолорианских войнах. Другие не могли простить ему забранные им и Малаком жизни миллионов солдатов и жителей Республики, после того как они вернулись из Неизведанных Регионов предателями. Официально, он искупил свою вину и вернулся к свету, но были те, кто до сих пор считал, что он все еще чувствует разврат темной стороны.

По правде говоря, Реван не слишком старался переубедить их.

На вершине лестницы он прошел сквозь входные двери Храма, двигаясь по мраморному полу во внутренний двор.

Совет предложил найти подходящего Мастера, чтобы заново подготовить его к истинному пути Джедая - от чего он наотрез отказался. Реван слишком много узнал о Силе, и о светлой, и о темной стороне, чтобы учиться как обычный Падаван. Его упрямство могло бы быть не замечено, если бы Бастила не выбрала схожий путь. В прошлом она была яркой молодой звездой в Ордене,но Малак временно совратил ее на темную сторону и Совет верил, что она так же нуждается в переподготовке. Когда она отказалась, некоторые увидели знакомую ситуацию: Реван уводит многообещающего молодого Джедая от общепринятых учений Ордена.

Их брак еще больше усугубил ситуацию. Орден Джедаев выступал против эмоциональной привязанности, полагая, что она была ступенью к разрушению. Они учили, что любовь рождает ревность, которая ведет к темной стороне, но Реван видел в ней источник искупления. Это его любовь вернула Бастилу обратно к светлой стороне; эмоциональная связь между ними спасла их обоих.

Реван чувствовал, что отрицание эмоций или же попытки их полного контроля были всего лишь глупой игрой. На самом деле ревность была результатом неподготовленных Джедаев, ошеломленных чувствами, с которыми они никогда не сталкивались. Реван верил, что Джедаи могут научиться использовать позитивные эмоции, такие как любовь и счастье, чтобы закрепить из связь с Силой так же, как ненависть и гнев питают мощью тех, кто следует путями темной стороны.

Выходя из вестибюля, Реван, как всегда, был поражен великолепным видом. Храм Джедаев был построен на вершине огромной горы, его крыша - гигантский открытый двор, с которого открывается вид на бесконечный пейзаж Корусанта на километр вниз. Высокие шпили стояли в каждом углу двора, а пятый шпиль, который был больше, чем остальные возвышался в центре.

Небольшие группы людей, смесь Падаванов, Рыцарей и Мастеров-Джедаев заполнили пространство. Некоторые спешили по своим делам, проходя через сад по специальным дорожкам. Другие сидели на лавочках или около фонтанов, отдыхая после повседневной работы или тренировок.

Реван был в коричневом капюшоне своей обычной джедайской мантии, чтобы его не узнали. Он хотел сделать свои дела настолько быстро, насколько это было возможно. Чем раньше он покинет Храм, тем лучше.

Он не всегда чувствовал себя таким образом. В первые несколько недель после поражения Малака, когда он был спасителем галактики, он обратился к Совету с предложением поделиться своим новым пониманием Силы с другими членами Ордена. Конечно же, он ожидал какого-то сопротивления. Совет был верен старым путям. Они не понимали, что Сила была живой. Они не могли принять то, что он эволюционировал за пределы их учений. И все же, он не бы готов к явно враждебной реакции Совета.

Мало того, что они отвергли его предложение, некоторые из Совета захотели изгнать его из Ордена. К счастью, объективно мыслящих в Совете было большинство. Реван был героем. Рассказ о его искуплении и возвращении к свету обошел всю галактику...хотя грязные детали о том, как Джедаи украли его личность тщательно вырезали. Более мудрые члены Совета понимали, что легенда о Реване была слишком ценной, чтобы ее забыть, просто потому, что они больше не могли влиять на ее героя.

В конце концов компромисс был достигнут. Джедаи не будут выступать против его женитьбы с Бастилой. Официально, они оба признаются джедаями с хорошей репутацией, со всеми соответствующими правами и привилегиями. Взамен, Реван пообещал не распространять его заблуждения среди остальных членах Ордена.

Сначала, Бастила хотела отвергнуть такие условия, но Реван убедил ее, что идеологическая война с Советом Джедаев не имеет смысла. Они выполнили свою часть; теперь настало их время, чтобы исчезнуть из истории и жить до конца своих дней в мире.

И так они и делали... пока Ревану не стали сниться эти чертовы сны.

Именно поэтому он здесь. Кандерус вернулся к своему народу в надежде отыскать какую-либо связь между войной и планетой, скрытой в темноте вечных бурь. Он отсутствовал уже несколько недель, и Реван все еще не получил никакой весточки от него. Но вместо того, чтобы сидеть на месте и ничего не делать, он решил провести собственное расследование.

Двигаясь длинными, быстрыми шагами он добрался до шпиля в северо-западном углу двора. Эта башня была домом для Совета Первых Знаний, группы из пяти Мастеров-Джедаев и их прислужников, которые специализируются на истории и знаниях всего Ордена. Также она стала прибежищем для Архивов Храма - на сегодняшний день самую большую коллекцию документов, дата-дисков и голокронов.Как часто говорят, если объекта нет в записях Архива, то его просто не существует.

Несмотря на это, Реван сомневался, что найдет что-нибудь, объясняющее его сны, в архивах. На самом деле, он прибыл сюда в поисках чего-то другого. Кого-то другого. Человека из его прошлого.

Массивные куски из его памяти все еще отсутствовали. Чтобы заполнить пробелы, он должен был бы поговорить с кем-то, кто был с ним в то время. С кем-то, кто служил под его началом в войне.

Малак был его правой рукой во время кампании против мандалорцев. Но Малак мертв; здесь Реван не получит ответов. Еще с ним была другая - могущественный Джедай Митра Сурик. Митра была одной из первых присоединившихся к Ревану, она быстро себя проявила как блестящий тактик и военный лидер.

Признавая ее потенциал, Реван сделал ее генералом, дав ей командование почти над половиной республиканских и джедайских сил. Митра была оружием, победившим мандалорцев, нанеся им сокрушительный удар в Битве при Малакоре 5... хотя цену этому почти невозможно понять.

Он немного заколебался у входа в башню, готовя себя к тому, что мог там найти. Затем он вошел в здание и поднялся по длинной, спиральной лестнице, ведущей на первый этаж Архивов.

Реван победил Мандалора вскоре после победы Митры на Малакоре 5, фактически завершив войну. Затем он и Малак отправились в Неизведанные Регионы, в то время, как Митра вернулась в Совет Джедаев для суда. С тех пор они не разговаривали, он даже не знал где она.

Он знал лишь некоторые подробности о случившемся. Когда она вернулась, Совет Джедаев объявил ее предательницой за то, что она последовала за Реваном. Они лишили ее звания и изгнали, прозвав Изгнанницей. По слухам, она покинула пространство Республики и просто исчезла. Но Реван чувствовал, за этой историей стоит нечто большее.

После поражения Малака, Митра не пыталась выйти с ним на контакт. Даже если она и покинула пространство Республики, она наверняка к этому моменту уже слышала о его искуплении. Тот факт, что от нее не было слышно ни слова вызывал тревогу.

Однажды он пытался дотянуться до нее с помощью Силы. Битва с кем-то плечом к плечу формирует особую связь; даже через всю галактику он должен получить хоть какое-то смутное ощущение ее присутствия. Он все еще ничего не чувствовал. Самым простым объяснением было то, что она стала одним целым с Силой, но Реван не мог себе позволить поверить в ее смерть. После всех ужасов Малакора, просто несправедливо умереть безвестной смертью во Внешнем Кольце.

Он сошел со спиральной лестницы на четвертом этаже, затем распахнул дверь на второй этаж архивов. Он почувствовал облегчение, когда увидел, что вокруг никого нет; Он не хотел что бы кто-то узнал про его исследования.

Проходя мимо плотно упакованных стопок с дата-дисками он сел у одного из голотерминалов. Он точно не был уверен что он ищет, так что он просто ввел имя Митра.

Выскочило несколько записей, в том числе официальный доклад с Малакора, составленный одним из Джедаев-архивистов. Он запомнил номер доклада, взял дата-диск с полки и вставил его в терминал.

Он несколько минут просматривал доклад, но все, что он увидел, он уж знал. Малакор 5 был ловушкой, заманить Мандалорский флот достаточно близко к планете, включить генератор масс-тени - экспериментальное супероружие,которое использует уникальные гравитационные аномалии системы Малакор, чтобы мгновенно уничтожить все корабли вокруг планеты.

Реван разделил свой флот на две части, передав командование одной частью Митре. В то время, как он вел свои силы против флагмана Мандалора, он приказал своим самым доверенным генералам использовать вторую часть флота как приманку, чтобы заманить основную часть мандалорских кораблей в пределы действия генератора масс-тени.

Мандалорцы клюнули на приманку и, как только зашли в зону, Митра отдала приказ об активации генератора. Атмосфера взорвалась во вспышке огня, оставляя после себя только пепел. Все на поверхности Малакора - каждое растение или дерево, каждое животное или насекомое - мгновенно испарилось от сильной жары. Земля потрескалась и начала двигаться, оставляя глубокие шрамы на соженной поверхности.

В то же время сотни Республиканских и Мандалорских кораблей были вырваны с орбиты с помощью непреодолимого гравитационного вихря к ядру планеты. Они разбивались о поверхность, врезаясь с такой скоростью, что их корпуса входили в землю на несколько километров, хороня сплетенные обломки и разорванные тела. Десятки тысяч жизней оборвались за долю секунды.

Корабли Ревана и Митры были в безопасности вне досягаемости этого супероружия, хотя была ли это удача или план Ревана - трудно сказать.

У него не было воспоминаний о тех событиях и оглядываясь на свои действия он не смог бы полностью их объяснить или оправдать. Если бы он знал что случится,пожертвовал бы он тысячами своих последователей для достижения полной победы над мандалорцами? Или что-то в его плане пошло ужасно неправильно?

Доклад не был таким двусмысленным: в нем говорится, что и Реван, и Митра знали что случится. Это означает,что они военные преступники и массовые убийцы. Автор этого доклада предположил, что на Малакоре было доказательство, что уже тогда Реван перешел на темную сторону.

Но Ревану было плевать на мнения каких-то анонимных Джедаев-архивистов, ему нужны были факты... в частности, что случилось с Митрой после битвы. А этого доклада сильно не хватает.

Из всей тщательно собранной им информации вышло, что она по собственной воле вернулась предстать перед Советом, члены которого единогласно исключили ее из Ордена и выгнали за пределы Республики.

– Мне следовало догадаться, что это ты.

Голос шел сзади, с резким негодованием.

Реван встал с кресла, чтобы встретиться лицом к лицу с собеседником. Она носила робу Джедая Архивиста, хотя фактически была Джедаем Магистром. Она была молода для этой должности, примерно такого же возраста, как и Бастила, но ее волосы были платиново-белые. У нее были холодные голубые глаза и бледный оттенок кожи, говорящий о годах, проведенных в стенах Архива, под защитой от лучей солнца.

- Атрис, - кивнул Реван с фальшивой улыбкой на губах, тихо ругаясь про себя.

Однажды близкая подруга Митры, Атрис отказалась присоединятся к тем кто пошел на войну против Мандалорианцев. Будучи приверженецей традиций, она предпочла прислушаться к старшим, более консервативным мастерам, но не к Ревану. Из всех, кто мог бы прервать его исследование, она была той, с кем Реван хотел бы столкнутся меньше всего.

- Все еще пытаешься вернуть себе потерянные воспоминания? - спросила она самодовольно, и Реван понял, что ее появление не было случайностью.

Скорее всего Атрис поставила жучок на отчет, который он читал, и она в любой момент могла узнать, что отчет просматривают. Не существовало правил на счет этой функции безопасности, но ее использовали редко. Как правило, те, кто служил Совету Первого Знания уважали право на неприкосновенность личной жизни джедаев, посещающих Архив.

Но даже если Реван и не думал раскрывать свое расследование, он не сделал ничего дурного. И ему по-прежнему нужны были ответы.

- В отчетах, кажется, не достает пару деталей, - сказал он.
- Дрянная работа, - добавил он из-за внезапного порыва.

Он увидел, как Атрис ощетинилась, и он понял что угадал: она не только отмечала отчеты, но и подготавливала их.

- Может ты просто не способен увидеть истину у себя под носом, - отрезала она.

Реван улыбнулся. Несмотря на учения джедаев о мире и спокойствии, он всегда умел раздражать лицемеров из Ордена, таких как Атрис.

- Наверное, мне просто необходима твоя великая мудрость, чтобы помочь мне понять, где я промахнулся.

- Что заставляет тебя думать, что я хоть что-нибудь сделаю, чтобы помочь тебе?

- Я все еще джедай, и приговор Митры документально подтвержден, - напомнил он ей, внезапно став серьезным. - Я имею право узнать правду о том, что произошло. Абсолютно всю правду.

- Что еще тут можно сказать? Она совершила ошибку, последовав за тобой. Ты повел ее за собой на путь темной стороны. Она предала наше учение, совершив этот непростительный поступок, и за это Совет изгнал ее.

- Это были крайние меры в отчаянные времена, - сказал Реван. - и Генератор гравитационной тени был экспериментальным прототипом. Как мог Совет быть уверен, что Митра знала, что произойдет? Что если все это было ошибкой? Ужасной случайностью?

- Генератор гравитационной тени был орудием войны, - ответила Атрис прохладно с холодным спокойствием. - Его единственным предназначением была смерть и разрушение, и она отдала приказ активировать его. Как это могло быть случайностью?

- Но она ясно выразила свое сожаление по поводу ее действий, и добровольна сдалась Совету. Почему они не проявили милосердие?

- Им нужно было сделать из этого пример, - Атрис не пыталась скрыть горечь в ее голосе. - Она стала символом для всех тех, кто ослушался воли Совета. Милосердие не было вариантом.

- Все не может быть так просто, - надавил Реван. - Мои преступления были намного хуже ее, но Совет дал мне второй шанс.

- Ты все еще можешь быть нам полезен.

Реван почувствовал, что она что-то не договаривает.
- Что ты имеешь в виду? Митра была могущественным джедаем. Почему Совет не попытался искупить ее?

Архивист покачала головой.
- Ты действительно не знаешь, что ты с ней сделал?

- Нет, не знаю, - отрезал Реван, позволяя нарастать разочарованию.
- В моей памяти больше дыр, чем в Каминоанской губке. Почему бы тебе просто не сказать мне?

Атрис прикусила нижнюю губу и уставилась на него. Потом, поняв, что ответы на его вопросы станут самым быстрым путем избавиться от него, она начала говорить.

- Митра была гораздо ближе к Генератору, чем ты. Она почувствовала ударную волну, чуть не убившую ее. Волна сделала ее уязвимой. В то же время, она почувствовала смерть Мандалориан и ее товарищей через Великую Силу. В ее состоянии, это должно было ее убить, - она с выражением замолчала, затем продолжила: - Она инстинктивно защитила себя единственным путем которым знала: она отрезала от Великой Силы... навсегда.

- Мне жаль, - искренне сказал Реван. - Я и понятия не имел...

- Неужели? - гневно спросила Атрис. - Тогда почему ты и Малак оставили ее позади, когда решили отправиться в Неизведанные Регионы? Ты понял, что она больше не имеет для тебя пользы, и ты прогнал ее. Поэтому она вернулась в Ордена на суд.

- Я не видел этого в отчете. Это факт или предположение?

Ее отказ отвечать являлся достаточным ответом.

- Даже если то, что ты сказала - правда, - продолжил Реван. - Я больше не тот человек. Могу ли я по-прежнему отвечать за свои преступления?

- Каларакс не может изменить пятна, - пробормотала она.

Реван пытался переварить все, что он узнал и не отреагировал на ее слова. Если Митра потеряла связь с Великой Силой, это могло бы объяснить то, что он не смог почувствовать ее присутствие. Это означало, что она все еще могла быть жива, что она до сих пор может помочь ему понять значение его видений.

- Ты знаешь куда она отправилась? - спросил он. - Мне нужно поговорить с ней.

- Разве ты еще не достаточно сделал ей? - сердито спросила Атрис. - Ты виновен в том, что она проигнорировала Совет и предала Орден. Ты виновен в ее падении на темную сторону и в том, что ее объявили Изгнанницей. Ты виновен в том, что она отрезала себя от Великой Силы. Для джедая, все это намного хуже смерти!

- Я достаточно близко был к смерти, - парировал Реван, - и я уверяю тебя, что это неверно.

Атрис с презрением фыркнула.
- Вот в чем разница между нами. Я живу ради Великой Силы. Ты - ради себя.

Реван пожал плечами, зная, что философский аргумент не продвинет его в поисках Митры.
- Что бы ты обо мне ни думала, - сказал он, - Я не принуждал Митру ни к чему из этого. Она сама сделала выбор. И сейчас,если она захочет поговорить со мной, это будет ее решение, не твое. Если ты знаешь где она, ты должна мне сказать.

- После суда, я с ней не разговаривала, - Атрис ответила сквозь зубы и Реван знал, что она говорит правду. - Я не знаю, куда она отправилась и надеюсь не увижу ее снова. Изгнанница предала Орден, так же как ты.

- Тебе здесь не рады. Возвращайся домой к жене. - Атрис произнесла последнее слово с таким ядом, что чуть не подавилась им.

- Ух,ух,ух.- сказал Реван, тыча в нее пальцем. - Нет эмоций, есть покой.

Ее губы свернулись в клубок, она развернулась на каблуках и вылетела из комнаты. Реван подождал, пока звук ее ног исчез на лестнице, затем медленно откинулся на кресле.

С уходом Атрис он мог позволить своей саркастической маске исчезнуть. Несмотря на то, что он ей сказал он не мог не чувствовать себя ответсвенным за Митру. Он не дал Атрис испытать удовлетворение,видя его вину и горе, но теперь он был наедине с собой, эмоции вырвались наружу. Большинства его конкретных воспоминаний о Митре не было; он мог припомнить лишь несвязные обрывки и кусочки. Но когда-то она была одним из самых близких его друзей и он до сих пор чувствует сильную эмоциональную связь между ними.

Резко наклоняясь вперед он уткнулся лицом в руки. Он думал, что заплачет, но этого не произошло. Вместо этого он чувствовал только пустоту и скорбь. После нескольких минут, он глубоко вздохнул, чтобы придти в себя и встал на ноги. Он направился к выходу из Архива вниз по лестнице.

Он пришел в Храм в поисках старого друга и напарника, надеясь что она поможет ему понять его кошмары, изводящие его по ночам. Вместо этого он зашел в тупик и узнал жестокую правду о той, кого называют Изгнанницей.

- Неудивительно, что я больше никогда не приду сюда, - проворчал он себе под нос как только пересек двор и направился к выходу.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/23565/77886

Переводчики: High_mao, art113, THX_1138, Thinker

RGeorge, fabelina