Готовый перевод Jeff Lindsay "Darkly Dreaming Dexter" / Джефф Линдсей "Дремлющий демон Декстера": CHAPTER 17

ГЛАВА 17

Да, сделал.

Столько времени прошло, а для меня эти воспоминания как живые.

Само собой, я храню предметное стекло с каплей крови.

Это был мой первый раз, воспоминание, оживающее, стоит лишь извлечь на свет то самое стёклышко.

Что я нередко проделываю.

Для Декстера это был особенный день.

И сестра, провожавшая пациентов в последний путь, стала моим первым партнером. Много чудес открыла она мне.

Я столькому научился, столько узнал.

Но почему она вспомнилась мне сейчас? Почему последние события заставили меня перенестись мыслями в прошлое? Не время предаваться приятным воспоминаниям о том, как я стал мужчиной.

Нужно действовать, принимать судьбоносные решения и вершить великие дела.

А не совершать сентиментальные прогулки по аллее прошлого, лелея сладостные воспоминания о получении самого первого трофея.

Кстати о трофеях - я не взял образец крови Яворски.

Это была одна из тех до смешного незначительных мелочей, что превращают сильного и деятельного человека в суетливого, нервозного нытика.

Мне нужен образец.

Иначе смерть Яворски теряет всякий смысл.

И вся эта идиотская история становится не просто глупым, спонтанным безрассудством. Всё гораздо хуже - она не доведена до конца.

У меня нет трофея.

Я потряс головой, судорожно пытаясь заставить её содержимое родить какую-нибудь идею.

Мне почти захотелось вывести катер и прокатиться.

Может, морской воздух выгнал бы эту дурь из моей головы.

Ещё есть вариант направиться на юг, в Туркей-Пойнт, в надежде, что излучения тамошней атомной станции снова превратят меня в мыслящее существо.

Вместо этого я поставил кофе.

Итак, образца нет.

А без него всё произошедшее ничего не стоит.

С тем же успехом я мог просидеть прошлую ночь дома.

Хотя, конечно, не всё так плохо.

Были и положительные моменты.

Я удовлетворённо улыбнулся, вспоминая сочетание лунного света и приглушённых воплей.

Да уж, я повёл себя как чудовищный сумасброд.

Этот случай совсем не похож на другие.

Приятно было хоть раз нарушить скучное однообразие.

Ещё, конечно, оставался эпизод с Ритой. Но, не зная как оценить произошедшее, я выкинул его из головы.

И вернулся к воспоминаниям о прохладном ветерке, овевающем корчащегося человечка, что так любил мучить детей.

В тот момент я был почти счастлив.

Но, разумеется, лет через десять воспоминания поблекнут, а как оживить их без образца?

Мне нужен мой сувенир.

Что ж, там видно будет.

Пока варился кофе, я проверил - не принесли ли газету, скорее надеясь, чем действительно ожидая её увидеть.

Газеты редко приносили до половины седьмого, а по воскресеньям так и вовсе после восьми.

Ещё один яркий пример разложения общества, что так угнетало Гарри.

Ну в самом деле. Как можно требовать, чтобы я не убивал людей, если я даже газету свою не могу получить вовремя?
Газеты не было. Ну и ладно.

То, как пресса освещала мои приключения, меня никогда особо не интересовало.

К тому же Гарри предупреждал о глупости коллекционирования газетных вырезок о себе.

Впрочем, в предупреждениях не было нужды: меня никогда не тянуло читать описание своих свершений.

Но сейчас всё было несколько по-другому. Я действовал чересчур импульсивно, и теперь слегка переживал, что мог проявить небрежность, заметая следы.

Впрочем, мне было и самую капельку любопытно, как всем понравилась моя импровизированная вечеринка.

Так что я сидел за утренним кофе целых сорок пять минут, пока газета не шлёпнулась перед дверью.

Я забрал её и поспешно развернул.

Что ни говори о журналистской братии, - а сказать можно много чего, - одно несомненно: память у них короткая.

Газета, только что трубившая: "Полиция посадила преступника", теперь кричала: "Дело Ледяного Убийцы тает!"
Нашему вниманию была представлена симпатичная историйка, драматично повествующая об обнаружении изувеченного тела на стройке неподалеку от Олд-Катлер-роуд.

"Официальный представитель полиции Майами", - детектив ЛаГуэрта, не иначе, - сообщил, что делать окончательные выводы ещё рано, но, скорее всего, мы имеем дело с убийцей-подражателем.

Однако газета спешила предложить свои собственные умозаключения, - еще одна очаровательная черта журналистов. И теперь они вопрошали - а, собственно говоря, является ли задержанный, достопочтенный господин Деррил Эрл МакГейл, убийцей?

Или же убийца всё ещё разгуливает на свободе, о чём свидетельствуют эти чудовищные антиобщественные деяния? Потому что, как резонно указывала газета, совершенно невероятно появление в городе двух таких преступников одновременно.
Аргументация была настолько безупречной, что я подумал: если б они с таким же жаром и умом подошли к расследованию убийств, нераскрытых преступлений не осталось бы.

Прелюбопытная статья.

Прямо-таки заставляет задуматься.

Господи! Неужели действительно это животное может быть всё ещё на свободе? Мы все в опасности!
Тут зазвонил телефон.

Я бросил взгляд на настенные часы: без четверти семь.

Это могла быть только Дебора.

- Уже читаю, - сказал я вместо приветствия.

- Ты сказал - более масштабное, - прозвучал голос сестры.

- Более сенсационное.

- А разве не так? - я был сама невинность.

- Но это даже не шлюха.

На стройке у Олд-Катлер порешили какого-то уборщика из Понс де Леон.

Что за фигня, Декстер?
- Ну ты же знаешь, что я не идеален?
- Совсем другой почерк - где холод, без которого, как ты сказал, он не может? Куда делось узкое помещение?
- Это Майами, сестричка, тут тащат всё, что плохо лежит.

- Это даже не подражатель.

Ничего общего с предыдущими убийствами.

Даже ЛаГуэрта это поняла.

Она уже объявила это газетчикам.

Пропади все пропадом, Декстер.

Я так подставилась, а это случайная драка или разборки из-за наркоты.

- Тебе не кажется, что обвинять во всём меня не очень-то честно?

- Да будь оно всё проклято, Декс, - Деб швырнула трубку.

Утренние телешоу уделили целых полторы минуты новости о шокирующем обнаружении искромсанного тела.

Красочнее всех был репортаж Седьмого канала.

Однако никакой дополнительной информацией телерепортеры не располагали.

Излучаемое ими возмущение и зловещее предчувствие катастрофы просочилось даже в прогноз погоды, но, по-моему, в основном это было вызвано отсутствием фотографий.

Еще один чудный день в Майами.

Изувеченные тела, во второй половине дня возможны осадки.

Я оделся и поехал на работу.

Признаюсь, я выехал так рано не без задней мысли, которую и воплотил в жизнь, сделав остановку у кондитерской.

Я купил два пирожка, яблочный оладик и булочку с корицей, размером с запасное колесо.

Оладик и пирожок я съел, бодро маневрируя среди убийственного движения.

Даже не представляю, почему мне не вредит такое количество мучного.

Я не набираю вес, не мучаюсь с прыщами и, как бы несправедливо это ни звучало, мне совершенно не на что жаловаться.

Повезло с генетикой: высокий метаболизм, достаточный размер и сила, всё это весьма полезно для моего увлечения.

К тому же мне не раз говорили, что смотреть на меня не так уж неприятно. Должно быть, это был комплимент.

И мне требуется мало времени на сон, что было особенно ценно этим утром.

Я надеялся приехать на работу раньше Винса Масуки, и, похоже, мне это удалось.

Свет в его кабинете не горел, когда я вошёл, держа на виду белый бумажный пакет из кондитерской - для маскировки, хотя явился я совсем не для того, чтоб угостить коллегу булочкой.

Я быстро проверил рабочее место Масуки, высматривая коробку с уликами, на которой значилось бы ЯВОРСКИ и вчерашняя дата.

На то, чтобы найти её и извлечь несколько образцов ткани, много времени не потребовалось.

Этого должно хватить.

Натянув медицинские перчатки, я прижал образец к чистому предметному стеклу.

Даже осознавая, насколько глупо было подвергать себя дополнительному риску, я не мог не получить свой сувенир.

Стоило ему исчезнуть в пакетике с застёжкой, как послышались шаги: кто-то шел в кабинет.

Быстро поставив вещи на свои места, я повернулся к двери как раз в тот момент, когда Винс вошёл и заметил меня.

- Боже мой, - охнул я.

- Ты движешься совершенно бесшумно.

Не иначе, рос среди ниндзя.

- У меня двое старших братьев, - сообщил Винс.

- Это практически то же самое.

Я продемонстрировал пакет и поклонился.

- Мастер, я принес вам дар.

Он с любопытством уставился на подношение.

- Благослови тебя Будда, юный воин.

Что там?
Я кинул ему пакет.

Тот врезался в грудь Масуки и упал на пол.

- И это все, на что ты способен, тренированный ниндзя?

- Моё совершенное тело не функционирует без кофе, - ответствовал Винс, подбирая мой метательный снаряд.

- Что в нём? Было больно.

Он полез внутрь, задумчиво хмурясь.

- Надеюсь, это не фрагменты тела.

Масука вытащил на свет громадную булочку с корицей и закатил глаза.

- Айи. Карамба.

Моя деревня не будет голодать в этом году.

Мы очень признательны тебе, о, юный воин.

И он поклонился, держа выпечку на воздетых руках.

- Наш священный долг - отплатить за добро, дитя моё.

- Ну, тогда - есть ли у тебя материалы по трупу, найденному прошлой ночью на Олд-Катлер?
Винс вгрызся в булочку с корицей.

На губах его блестела глазурь, пока он вдумчиво жевал,

а затем протянул:
- М-м-м-м, - и сглотнул.

- Мы чувствуем себя обделёнными?
- Если "мы" - это Дебора, то да.

Я обещал ей просмотреть эти материалы.

- Умгу, - промычал жадный сладкоежка, - уф на эфоф ас офь эсь.

- Прости моё скудоумие, Учитель.

Но твои слова выше моего понимания.

Винс активнее заработал челюстями.

- Я сказал, что на этот раз крови полно.

Но ты по прежнему не ангажирован.

Приглашение получил Бредли.

- Могу я ознакомиться с делом?
Винс снова вгрызся в булочку.

- Ов ыл исё ыф.
- Полностью с тобой согласен.

А теперь на человеческом.
Масука проглотил кусок.

- Говорю, живой он был, когда ему ногу оттяпали.

- Люди - на редкость живучие существа.
Держа булочку в зубах, Винс нашёл материалы по делу и протянул мне, одновременно откусывая новую порцию.

Я поспешно схватил папку.

- Мне пора.

А то ты снова попытаешься заговорить.

Масука вытащил булочку изо рта и изрёк:

- Поздно.

Я неспешно двинулся в своё гнёздышко, просматривая содержимое папки.

Тело обнаружил Гервазио Сезар Мартез.

Его показания лежали сверху.

Это был охранник, работавший в Саго Секьюрити Системз.

Работал он уже 14 месяцев, судимостей не имел.

Мартез обнаружил тело где-то в 22:17 и произвёл осмотр территории, прежде чем вызвать полицию.

Он хотел сам поймать "пиндехо", сотворившего такое, потому что никто не смеет делать подобных вещей, тем более во время его, Гервазио, дежурства.

Всё равно, что проделать это с ним, понимаете? Поэтому он должен был изловить это чудовище лично.

Но не получилось.

Нигде не было никаких следов злоумышленника, так что пришлось вызвать полицию.

Бедняга принял произошедшее близко к сердцу.

Я разделял его негодование.

Подобная жестокость не должна остаться безнаказанной.

Ну и, само собой, я был рад, что его представления о чести дали мне время убраться оттуда.

А я-то раньше считал, что от морали нет никакой пользы.

Подходя к моему маленькому неосвещённому кабинету, я завернул за угол и столкнулся с детективом ЛаГуэртой.

- Ха, - сказала она.

- Выглядишь хреново.

Но не сдвинулась с места.

- Никогда не был ранней пташкой, - пояснил я.

Мой организм просыпается не раньше полудня.

ЛаГуэрта смерила меня взглядом в упор.

- А с виду всё в порядке.

Я проскользнул мимо неё к столу и осведомился:

- Какую скромную лепту в торжество закона могу я внести этим утром?

Детектив словно не услышала.

- Тебе сообщение, - сказала она.

На автоответчике.

Я повернулся.

Точно, огонек мигал.

Эта женщина не зря именовалась детективом.

- Какая-то девушка, - продолжила ЛаГуэрта.

- Голос был сонный и счастливый.

Подружку завел, Декстер? - в её голосе прозвучала странная вызывающая нотка.

- Ну, знаете, как бывает, - пожал я плечами.

- Женщины сейчас такие решительные. А когда мужчина столь хорош собой, они прямо-таки бросаются на него очертя голову.

Выбор слов оставлял желать лучшего, но я никак не мог перестать думать о женской голове, которую бросили в меня совсем недавно.

- Поосторожней, - посоветовала ЛаГуэрта.

- Рано или поздно одна из них прилипнет.

Понятия не имею, что именно она хотела этим сказать, но картинка получилась не очень приятная.

- Вы правы, - согласился я.

- Но до тех пор, карпе диэм.

- Что-что?
- Это на латыни.

Означает "живи сегодняшним днём".

- Что ты думаешь о вчерашнем убийстве? - внезапно поинтересовалась ЛаГуэрта.

Я продемонстрировал папку.

- Ещё не дочитал.

- Это сделал кто-то другой, - лоб ЛаГуэрты прорезала морщина.

- Неважно, что твердят эти говнюки журналисты.

МакГейл виновен.

Он сознался.

Это другой преступник.

- Для совпадения это как-то чересчур, - высказал догадку я.

- Два преступника-садиста одновременно.

ЛаГуэрта пожала плечами.

- Это же Майами, чему тут удивляться? Да такие подонки сюда на каникулы приезжают.

На улицах полно отморозков.

Я не могу поймать всех.

По правде говоря, она способна поймать только того преступника, который спрыгнет с крыши прямо в её машину. Но сейчас был не подходящий момент озвучивать подобную мысль.

ЛаГуэрта шагнула ближе и щелкнула по папке ногтем, покрытым тёмно-красным лаком.

- Мне нужно, чтобы ты покопался здесь, Декстер.

Найди доказательство, что это был другой.

Так вот, в чём дело!

На неё сильно давили, скорее всего - капитан Мэттьюз, человек, веривший всему, что пишут газеты, пока они умудряются написать его имя без ошибок.

Детективу срочно требовалось что-то для своей защиты.

- Конечно, это был другой, - кивнул я.

- Но почему вы обратились ко мне?
Она секунду смотрела на меня сквозь ресницы - любопытное зрелище.

Кажется, я видел подобные взгляды в фильмах, на которые затаскивала меня Рита, но с чего вдруг детектив ЛаГуэрта решила так посмотреть на меня, я не понял.

- Жду тебя на оперативном совещании, - объявила она наконец.

- Пусть Доукс жаждет твоей смерти, я хочу, чтобы ты там был.

- Огромное вам спасибо.

- Это потому, что у тебя нюх на такие вещи.

На серийных убийц.

Так все говорят:

порой Декстер просто нутром чует.

- Да ладно, - отмахнулся я, - одна-две удачные догадки.

- Плюс - мне нужен человек из лаборатории, способный докопаться до сути.

- Почему не обратиться к Винсу?
- Он не такой душка.

Ищи как следует.

Она стояла раздражающе близко, так близко, что я мог уловить запах её шампуня.

- Поищу, - согласился я.

ЛаГуэрта кивнула на автоответчик.

- Будешь перезванивать? Тебе сейчас некогда гоняться за кисками.

Она всё не отходила, поэтому до меня не сразу дошло, что речь идёт о сообщении на автоответчике.

Я выдал свою лучшую политкорректную улыбку.

- Это они гоняются за мной, детектив.

- Ха. Это уж точно.

ЛаГуэрта снова пристально посмотрела на меня, развернулась и вышла из кабинета.

Не знаю, почему, но я проводил её взглядом.

Совершенно автоматически.

Перед тем, как повернуть за угол, она разгладила юбку на бедрах и оглянулась на меня.

Миг - и детектив исчезла в загадочном тумане политических интриг Убойного отдела.

А что я? Бедный, озадаченный душка Декстер? Что ещё мне оставалось делать? Я сел поглубже и нажал кнопку автоответчика.

- Привет, Декстер. Это я.
Само собой, кто же ещё.

Как ни странно, было похоже, что "я" с заторможенным, чуть хрипловатым голосом, - это Рита.

- М-м-м... Я тут вспоминала вчерашнюю ночь.

Будьте любезны перезвонить мне.

Как и говорила ЛаГуэрта, голос был уставшим и счастливым.

Очевидно, у меня теперь и в самом деле есть подружка.

Есть ли предел этому безумию?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/24491/89960

Переводчики: alexandr_k79, lady_H, _HighFlyer