Готовый перевод Winnie-the-Pooh and all,all,all / Винни Рух и все все все: PART 1

ЧАСТЬ 1

Глава 1, в которой мы знакомимся с Винни-Пухом, пчелами и история начинается

ПЕРЕД ВАМИ — Эдвард Медведь (?), который сейчас спускается вниз (бум-бум-бум), прыгая на голове следом за Кристофером Робином. Это, по его убеждению, единственный способ спуститься, правда иногда он подозревает, что в действительности есть другой — если бы он только мог остановиться ненадолго и подумать об этом.
А потом он чувствует, что, наверное, такого способа нет. Так или иначе, вот он уже снизу и готов, чтобы его представили вам. Винни-Пух.

Впервые услыхав его имя, я воскликнул ровно так же, как и ты сейчас собираешься воскликнуть: "А я думал, что это мальчик!"
"И я так подумал", - ответил мне Кристофер Робин.
"Но раз так, то его нельзя называть женским именем?"
"А я и не зову".
"Но ведь ты же сказал..."
"Его зовут Винни-амин-Пух. Ты разве не знаешь, что такое "амин"?
"Ах да, теперь понял", - быстро согласился я; надеюсь, что и ты тоже понял, потому что другого объяснения не ожидается.
Иногда Винни-Пух любит поиграть во что-нибудь, например, поспускаться по ступенькам, а иногда ему нравится просто сидеть тихонько у камина и слушать истории. Например, сегодня...
"Как насчёт сказки?" - спрашивает Кристофер Робин.
"Что насчёт сказки?" - спрашиваю я.
"Не мог бы ты рассказать Винни-Пуху какую-нибудь хорошенькую сказочку?"
"Полагаю, что мог бы", - отвечаю я. - "А какие сказки он любит?"
"Про него. Ты ведь знаешь, он Такой Мишка".
"Ах, понимаю".
"Тогда будь так добр..."
"Я постараюсь", - отвечаю я.
И я постарался.
Однажды, давным-давно - кажется, в прошлую пятницу, - Винни-Пух жил в лесу, сам по себе, под именем "Сандерс".
("Что значит "жил под именем"? - спрашивает Кристофер Робин.
"Это значит, что над его дверью золотыми буквами было написано имя, и он под ним жил".
"Просто Винни-Пуху было немножко непонятно", - говорит Кристофер Робин.
"Зато теперь понятно", - произносит урчащий голос.
"Тогда я продолжу", - говорю я.)
Однажды, прогуливаясь посреди леса, Винни-Пух вышел на поляну, посреди которой стоял огромный дуб, а с верхушки этого дуба раздавалось громкое жужжание.
Подойдя к дубу, Винни-Пух сел на землю, обхватил голову лапами и стал думать.
Сначала он подумал так: "Это "жжж" что-то значит. "Жжж" просто так, само по себе, не бывает . И если есть "жжж", значит, кто-то это "жжж" делает. А насколько мне известно, делать "жжж" имеет смысл только в одном случае - если ты пчела".
Потом он посидел ещё немного и подумал так: "А быть пчелой можно только для того, чтобы делать мёд".
А потом он встал и произнёс: "А делать мёд можно только для того, чтобы я его ел". - С этими словами Винни-Пух поднялся и полез на дерево.
Он лез, и лез, и лез, и пока он лез, он напевал про себя песенку. И эта песенка звучала примерно так:

Кто подскажет, кто поймёт,
Почему так вкусен мёд?
И почему жу-жу-жу-жу
Я так мёдом дорожу?

Он взобрался еще.. и еще чуть-чуть.. и затем еще чуть-чуть... В это время ему пришла в голову другая песенка.

Если бы Пчёлы были Медведями,
То ульи стояли б у самой земли,
И мы бы тогда бы (Медведопчёлы)
До мёда легко бы добраться могли.

К тому времени он уже довольно сильно устал, и именно по этому он пел свою жалобную песенку. Он был бы уже на месте, если бы только у д е р ж а л с я н а э т о й ветке...
Хрум!
-Ой, помогите!-вскрикнул Пух упав на ветку, тремя метрами ниже.
-Только не это,-сказал он и свалился на шесть метров вниз, на следующую ветку.
-Видите, что я имел ввиду,-добавил он, кувыркнувшись, и врезавшись, в ветку на девять метров ниже. -Что я и имел ввиду.
-Конечно так так было быстрее.-Подумал он поскольку через следующие шасть ветвей он проскочил очень быстро.
-Полагаю что это все.-Решил он, когда распрощавшись с последней ветвью и кувыркнувшись три раза он изящно влетел в колючий куст. -Это все из-за того что я так сильно люблю мед. Ой, помогите!
он выполз из кусты, вытащил колючки из носа и принялся думать снова. И первый о ком он подумал был Кристофер Робин.
(-Обо мне?-Испуганно спросил Кристофер Робин, едва смея поверить в это.
-Именно о тебе.
Кристофер Робин ни чего не сказал но его глаза становились все больше, а щеки все розовее.)
Итак Винни-пух отправился обратно к своему другу Кристоферу Робину, который жил за зеленой дверью на другой стороне Леса.
-Доброе утро, Кристофер Робин,- сказал он.
-Доброе утро, Винни-Пух, сказал ты.
-Интересно, есть ли у тебя такая штука, как воздушный шар?
-Воздушный шар?
-Да, я просто спросил себя перед тем как придти сюда "Интересно, есть ли у Кристофера Робина такая штука, как воздушный шар?". Я просто спросил это у себя, размышляя о воздушных шарах и заинтересовался.
-Что ты собираешься делать с воздушным шаром?-спросил ты.
Винни-Пух оглянулся по сторонам, что бы убедится, что ни кто не подслушивает, засунул лапу себе в рот, и прошептал
-Мед!
-Но ты ни как не сможешь достать мёд с помощью воздушного шара!
-Я смогу.-Сказал Пух.
Так как это произошло на следующий день после того как ты был на празднике в доме твоего друга поросенка Пяточка, где у тебя были воздушные шары. У тебя был большой зеленый шар

Как приятно тучкой быть
В синеве парить!
Каждая маленькая тучка
Всегда поет громко.
"Как приятно тучкой быть
В синеве парить!"
Это повод для гордости
Быть маленькой тучкой.

А пчелы жужжали еще более подозрительно. Некоторые из них покинули свои гнезда и окружили облако, когда оно начало второй куплет своей песни. Одна из пчел села на нос облака на секунду и взлетела опять.
"Кристофер - ой! - Робин", - позвало облако.
"Да?"
"Я сейчас подумал и пришел к очень важному для себя решению. Это какие-то неправильные пчелы".
"С чего ты взял?"
"Явно неправильные. И поэтому я уверен, что они делают неправильный мёд!"
"Неужели?"
"Да. И я думаю, что я спущусь".
"Как?" - спросил ты.
Винни Пух не подумал об этом. Если бы он отпустил нитку, он бы упал - шлеп - а ему очень не хотелось падать. Поэтому он думал еще какое-то время и потом сказал:
"Кристофер Робин, ты должен выстрелить из своего ружья по шарику. У тебя ружье с собой?"
"Конечно", сказал ты. "Но если я выстрелю, то шарик испортится".
"А если не выстрелишь", - сказал Пух, - "то мне придется его отпустить, и тогда испорчусь я сам".
Сказав это, ты понял, что может произойти и очень тщательно прицелился в шарик и выстрелил.
"Ой!" - сказал Пух.
"Я промахнулся?" - спросил ты.
"Ты не то что бы промахнулся", - сказал Пух, - "но ты не попал по шарику".
"Прости", - сказал ты и выстрелил снова. В этот раз ты попал по шарику, воздух начал медленно выходить из него и Винни Пух медленно приземлился.
Но его лапы так затекли от держания за нитку, что ему пришлось их держать кверху еще более недели. А когда муха садилась на нос, ему приходилось ее сдувать. Наверное поэтому, хотя я и не уверен, его все звали Пухом.
"И это конец истории?" - спросил Кристофер Робин.
"Это всего лишь конец этой истории. Будут и другие".
"О Винни Пухе и обо мне?"
"О Пятачке и Кролике и обо всех вас. Ты не помнишь?"
"Я помню, и когда я пытаюсь запомнить, то забываю".
"Например, о том, как Винни Пух и Пятачок пытались поймать Слонопотама - "
"Они ведь его не поймали?"
"Нет".
"У Винни Пуха бы не получилось, потому что у него нет мозгов?"
"Об этом будет известно из рассказа".
Кристофер Робин кивнул.
"Я помню", - сказал он, "только Винни не очень, поэтому ему так нравится, когда ему рассказывают эти истории заново. Потому что тогда, рассказ становится рассказом, а не воспоминанием".
"Так же думаю и я", - сказал я.
Кристофер Робин глубоко вздохнул, поднял своего медвежонка за ногу и пошагал к двери, таща Винни Пуха за собой. Уже в дверях он обернулся и сказал: "Ты придешь ко мне, когда я буду купаться в ванной?" И сразу же добавил: "Я не ранил его, когда выстрелил?"
"Нисколечки".
Он кивнул и вышел, и через мгновение я услышал как Винни Пух - шлёп, шлёп, шлёп - поднимался по лестнице за ним.

Глава 2,
в которой Пух идет в гости и попадает в очень узкое место

Медведь Эдвард, известный реди друзей как Винни-Пух, сокращенно просто Пух, прогуливался однажды по лесу, что то насвистывая про себя. Он насвистывал так каждое утро, упрпжняясь в отваге перед зеркалом:

Тра-ла-ла, тра-ла-ла,
Тра-ла-ла, тра-ла-ла,
Тидли - идли, тидли - идли,
Рам - там -там - тидли - ам.

Итак, он напевал себе под нос и весело шел вперед, удивляясь, что все остальные делают, и на что это похоже, быть кем-нибудь еще, когда внезапно он пришел на песчаный берег, и на берегу была большая нора.
"Ага!" сказал Пух. (Пум-пурум-пум-пум). "Если я знаю что-нибудь о чем-нибудь, нора означает Кролик" сказал он. "и Кролик означает Компанию" сказа он. "и Компания означает Еду и Слушание-моего-напевания-под-нос и все такое" (Пум-пурум-пум-пум).
Итак, он нагнулся, засунул голову в нору, и позвал:
"Есть кто-нибудь дома?"
Раздался неожиданный шуршащий шум в норе, и затем тишина.
"Я сказал "Есть кто-нибудь дома?" крикнул Пух очень громко.
"Нет!" сказал голос; и затем добавил, "Тебе не нужно кричать так громко. Я слышал тебя достаточно хорошо и в первый раз".
"Черт!" сказал Пух. "Есть здесь кто-нибудь вообще?"
"Никого".
Винни-Пух высунул голову из норы, и немного подумал, и мысленно сказал себе, "Там должен кто-нибудь быть, потому что кто-то должен был сказать "Никого".
Поэтому он засунул голову обратно в нору и сказал: "Привет, Кролик, это ты?"
"Нет," сказал Кролик другим голосом на этот раз.
"Но разве это не голос Кролика?"
"Я так не думаю", сказал Кролик. "Не может этого быть".
"О!" сказал Пух.

Он высунул голову из норы, поразмыслил и засунул ее обратно, а затем сказал:
"Тогда могли бы вы быть так любезны и сказать мне, где Кролик?"
"Он пошел повидать Медведя Пуха, своего доброго друга."
"Но это же я!"отозвался Медведь, весьма удивленный.
"Какого рода Я?"

Глава 3,
В КОТОРОЙ ПУХ И ПОРОСЕНОК ИДУТ НА ОХОТУ И ПОЧТИ ПОЙМАЛИ СЛОНОПОТАМА.

Пятачок жил в очень большом доме в середине букового дерева, а буковое дерево было в середине леса, и Пятачок жил в центре дома. Рядом с его домом был кусок сломанной доски ,на которой было написано: " Правонарушители В ". Когда Кристофер Робин спросил Пятачка что это обозначает, он ответил, что это было имя его дедушки и оно сохранялось в семье долгое время.Кристофер Робин сказал, что ты не можешь называться Правонарушители В, но Пятачок возразил, что он может, потому что его дедушку так звали, имя было сокращено от Правонарушители Вилл, и еще раньше оно было сокращено от Правонарушители Вильям. И его дедушка имел два имени на всякий случай, если потеряет одно - Правонарушители после дяди, и Вильям после Правонарушители.
"У меня есть два имени", сказал небрежно Кристофер Робин.
"Ну что ж, докажи это" сказал Пятачок.
В один прекрасный зимний день, когда Пятачок чистил снег перед домом, он случайно взглянул вверх и увидел Винни Пуха.Пух все ходил и ходил кругами, думая о чем-то, и кода Пятачек позвал его, он продолжал ходить.

"Здаров!" сказал Пятачок, "ты че творишь?"
"Охочусь", ответил Пух.
"Охотишься на кого?"
"Что-то выслеживаю", овтетил Пух с очень таинственной интонацией.
"Что ты выслеживаешь?" сказала свинья, подойдя поближе.
"Это как раз то, о чем я себя спрашиваю. Я спрашиваю себя: Что?"
"И как ты думаешь, что ты ответишь?"
"Я буду выжидать пока не поймаю это", сказал Винни.
"Теперь смотри сюда". Он показал на землю перед собой. "Что ты тут видишь?"
"Следы," сказал Пятачок. "Отметины лап!" Он слегка взвизгнул от волнения. "Мля, Пух! Ты думаешь это - С-с-сл-слонопотам?!!"
"Возможно" сказал Пух. "Иногда это он, иногда не он. Никогда не скажешь по следам лап."
С этими словами он пошел по следу, и говорящий поросенок, понаблюдав за ним минуту или две, побежал сзади. Пух резко притормозил и с озадаченным видом склонился над следами.
"Че случилось?" спросил Пятачок.
"Забавно." сказал Пух, "но в этом месте кажется что шли уже 2 животных. Это - кто бы это ни был - присоединилось к первому - тоже хз кому - и вот они уже пошли вместе. Ты не против пойти со мной, Пятачок, на тот случай если они окажутся Врагажескими зверями?"
Пятачок почесал свое ухо, и сказал что ему до пятницы заняться нечем, и он бы с удовольствием пошел, если там на самом деле Слонопотам.
"Ты имеешь в виду, если там 2 Слонопотама?" сказал Пух.
Пятачок ответил что в любом случае ему до пятницы заняться нечем. Итак, они пошли вместе.

Глава 4,
В КОТОРОЙ ИИ-АА ТЕРЯЕТ ХВОСТ, А ПУХ НАХОДИТ ЕГО.

Старый серый ослик Иа-Иа стоял один-одиношёшенек в заросшем чертополохом уголке Леса,широко расставив передние ноги и свесив голову набок,и думал о серьезных вещах.Иногда он грустно думал:"Почему?",а иногда "По какой причине?",а иногда он думал даже так:"Какой из этого следует вывод?"И не удивительно,что порой он вообще переставал понимать, о чём же он, собственно,думает.Поэтому,сказать вам по правде,услышав тяжёлые шаги Винни-Пуха Иа очень обрадовался,что может на минутку перестать думать и просто сказать "Как дела?"-по обыкновению,уныло спросил он.
"А твое как?"-сказал Винни-Пух.
Иа покачал головой.
"Не очень как то,"-сказал он.-"Мне кажется,я уже очень давно не чувствовал себя как".
"Ой-ой",-сказал Винни-Пух,"Мне очень жаль.Дай-ка я на тебя посмотрю."
Иа-Иа продолжал стоять,понуро глядя в землю,и Винни-Пух обошел вокруг него.
"Ой,что случилось с твоих хвостом?"-спросил он удивлённо.
"А что с ним случилось?"-сказал Иа-Иа.
"Его нет!"
"Ты уверен?"
"Хвост или есть,или его нет.По-моему тут нельзя ошибиться.А твоего хвоста нет!"
"А что же тогда там есть?"
"Ничего."

ПРАШУ ЗВАНИТ ЕСЛИ НУЖИН АТВЕД

А под звонком другое объявления:

ПРАШУ СТУЧАД ЕСЛИ АТВЕД НЕ НУЖИН

Оба эти объявления написал Кристофер Робин, который один во всем Лесу умел писать. Даже Сова, хотя она была очень-очень умная и умела читать и даже подписывать свое имя — Сава, и то не сумела бы правильно написать такие трудные слова.
Винни-Пух внимательно прочел оба объявления, сначала слева направо, а потом — на тот случай, если он что-нибудь пропустил, — справа налево.
Потом, для верности, он нажал кнопку звонка и постучал по ней, а потом он подергал шнурок колокольчика и крикнул очень громким голосом:
— Сова! Открывай! Пришел Медведь.
Дверь открылась, и Сова выглянула наружу.
— Здравствуй, Пух, — сказала она. — Какие новости?
— Грустные и ужасные, — сказал Пух, — потому что Иа-Иа, мой старый друг, потерял свой хвост, и он очень убивается о нем. Будь так добра, скажи мне, пожалуйста, как мне его найти?
— Ну, — сказала Сова, — обычная процедура в таких случаях нижеследующая…
— Что значит Бычья Цедура? — сказал Пух. — Ты не забывай, что у меня в голове опилки и длинные слова меня только огорчают.
— Ну, это означает то, что надо сделать.
— Пока она означает это, я не возражаю, — смиренно сказал Пух.
— А сделать нужно следующее: во-первых, сообщи в прессу. Потом…
— Будь здорова, — сказал Пух, подняв лапу. — Так что мы должны сделать с этой… как ты сказала? Ты чихнула, когда собиралась сказать.
— Я не чихала.
— Нет, Сова, ты чихнула.
— Прости, пожалуйста, Пух, но я не чихала. Нельзя же чихнуть и не знать, что ты чихнул.
— Ну и нельзя знать, что кто-то чихнул, когда никто не чихал.
— Я начала говорить: сперва сообщи…
— Ну вот ты опять! Будь здорова, — грустно сказал Винни-Пух.
— Сообщи в печать, — очень громко и внятно сказала Сова. — Дай в газету объявление и пообещай награду. Надо написать, что мы дадим что-нибудь хорошенькое тому, кто найдет хвост Иа-Иа.
— Понятно, понятно, — сказал Пух, кивая головой. — Кстати, насчет "чего-нибудь хорошенького", — продолжал он сонно, — я обычно как раз в это время не прочь бы чем-нибудь хорошенько подкре… — И он покосился на буфет, стоявший в углу комнаты Совы. — Скажем, ложечкой сгущенного молока или еще чем-нибудь, например, одним глоточком меду…

— Ну вот, — сказала Сова, — мы, значит, напишем наше объявление, и его расклеят по всему Лесу.
"Ложечка меду, — пробормотал медвежонок про себя, — или… или уж нет, на худой конец".
И он глубоко вздохнул и стал очень стараться слушать то, что говорила Сова.
А Сова говорила и говорила какие-то ужасно длинные слова, и слова эти становились все длиннее и длиннее… Наконец она вернулась туда, откуда начала, и стала объяснять, что написать это объявление должен Кристофер Робин.
— Это ведь он написал объявления на моей двери. Ты их видел, Пух?
Пух уже довольно давно говорил по очереди то "да", то "нет" на все, что бы ни сказала Сова. И так как в последний раз он говорил "да, да", то на этот раз он сказал: "Нет, нет, никогда!" — хотя не имел никакого понятия, о чем идет речь.
— Как, ты их не видел? — спросила Сова, явно удивившись. — Пойдем посмотрим на них.
Они вышли наружу, и Пух посмотрел на звонок и на объявление под ним и взглянул на колокольчик и шнурок, который шел от него, и чем больше он смотрел на шнурок колокольчика, тем больше он чувствовал, что он где-то видел что-то очень похожее… Где-то совсем в другом месте, когда-то раньше…
— Красивый шнурок, правда? — сказала Сова.
Пух кивнул.
— Он мне что-то напоминает, — сказал он, — но я не могу вспомнить что. Где ты его взяла?
— Я как-то шла по лесу, а он висел на кустике, и я сперва подумала, что там кто-нибудь живет, и позвонила, и ничего не случилось, а потом я позвонила очень громко, и он оторвался, и, так как он, по-моему, был никому не нужен, я взяла его домой и…
— Сова, — сказал Пух торжественно, — он кому-то очень нужен.
— Кому?
— Иа. Моему дорогому другу Иа-Иа. Он… он очень любил его.
— Любил его?
— Был привязан к нему, — грустно сказал Винни-Пух.
С этими словами он снял шнурок с крючка и отнес его хозяину, то есть Иа, а когда Кристофер Робин прибил хвост на место, Иа-Иа принялся носиться по Лесу, с таким восторгом размахивая хвостом, что у Винни-Пуха защекотало во всем теле и ему пришлось поскорее побежать домой и немножко подкрепиться.
Спустя полчаса, утирая губы, он гордо спел:

Кто нашел хвост?
"Я," ответил Пух,
"Без четверти два
(Хотя на самом деле было без четверти одиннадцать),
Я нашел хвост!"

Глава 5,
В КОТОРОЙ ПЯТАЧОК ВСТРЕЧАЕТ СЛОНОПОТАМА.

Однажды, когда Кристофер Робин, Винни-Пух и Пятачок сидели и мирно беседовали, Кристофер Робин проглотил то, что у него было во рту, и сказал, как будто между прочим:
— Знаешь, Пятачок, а я сегодня видел Слонопотама.
— А чего он делал? — спросил Пятачок.
Можно было подумать, что он ни капельки не удивился!
— Ну, просто слонялся, — сказал Кристофер Робин, — По-моему, он меня не видел.
— Я тоже одного как-то видел, — сказал Пятачок. — По-моему, это был он. А может, и нет.
— Я тоже, — сказал Пух, недоумевая. "Интересно, кто же это такой Слонопотам?" — подумал он.
— Их не часто встретишь, — небрежно сказал Кристофер Робин.
— Особенно сейчас, — сказал Пятачок.
— Особенно в это время года, — сказал Пух.
Потом они заговорили о чем-то другом, и вскоре пришла пора Пуху и Пятачку итти домой. Они пошли вместе. Сперва, пока они плелись по тропинке на краю Дремучего Леса, оба молчали; но когда они дошли до речки и стали помогать друг другу перебираться по камушкам, а потом бок о бок пошли по узкой тропке между кустов, у них завязался Очень Умный Разговор. Пятачок говорил: "Понимаешь, Пух, что я хочу сказать?" А Пух говорил: "Я и сам так, Пятачок, думаю". Пятачок говорил: "Но с другой стороны, Пух, мы не должны забывать". А Пух отвечал: "Совершенно верно, Пятачок. Не понимаю, как я мог упустить это из виду".
И вот, как раз когда они дошли до Шести Сосен, Пух оглянулся кругом и, убедившись, что никто не подслушивает, сказал весьма торжественным тоном:
— Пятачок, я что-то придумал.
— Что ты придумал, Пух?
— Я решил поймать Слонопотама.
Сказав это, Винни-Пух несколько раз подряд кивнул головой. Он ожидал, что Пятачок скажет: "Ну да!", или: "Да ну?", или: "Пух, не может быть!", или сделает какое-нибудь другое полезное замечание в этом духе, но Пятачок ничего не сказал.
По правде говоря, Пятачок огорчился, что не ему первому пришла в голову эта замечательная мысль.
— Я думаю поймать его, — сказал Пух, подождав еще немножко, — в западню. И это должна быть очень Хитрая Западня, так что тебе придется помочь мне, Пятачок.
— Пух, — сказал Пятачок, немедленно утешившись и почувствовав себя вполне счастливым, — я тебе, конечно, помогу. — А потом он сказал: — А как мы это сделаем?
И Пух сказал:
— В этом-то вся соль: как?
Они сели, чтобы обдумать свое предприятие.
Первое, что пришло Пуху в голову, — вырыть Очень Глубокую Яму, а потом Слонопотам пойдет гулять и упадет в эту яму, и…
— Почему? — спросил Пятачок.
— Что — почему? — сказал Пух.
— Почему он туда упадет?
Пух потер нос лапой и сказал, что, ну, наверно, Слонопотам будет гулять, мурлыкая себе под нос песенку и поглядывая на небо — не пойдет ли дождик, вот он и не заметит Очень Глубокой Ямы, пока не полетит в нее, а тогда ведь будет уже поздно.
Пятачок сказал, что это, конечно, очень хорошая Западня, но что, если дождик уже будет идти?
Пух опять почесал свой нос и сказал, что он об этом не подумал. Но тут же просиял и сказал, что, если дождь уже будет идти, Слонопотам может посмотреть на небо, чтобы узнать, скоро ли дождь перестанет, вот он опять и не заметит Очень Глубокой Ямы, пока не полетит в нее!… А ведь тогда будет уже поздно.
Пятачок сказал, что теперь все ясно, и, по его мнению, это очень-очень Хитрая Западня.
Пух был весьма польщен, услышав это, и почувствовал, что Слонопотам уже все равно что пойман.
— Но, — сказал он, — осталось обдумать только одно, а именно: где надо выкопать Очень Глубокую Яму?
Пятачок сказал, что лучше всего выкопать яму перед самым носом Слонопотама, как раз перед тем, как он в нее упадет.
— Но ведь он тогда увидит, как мы ее будем копать, — сказал Пух.
— Не увидит! Ведь он будет смотреть на небо!
— А вдруг он случайно посмотрит вниз? — сказал Пух. — Тогда он может обо всем догадаться…
Он долго размышлял, а потом грустно добавил:
— Да, это не так просто, как я думал. Наверно, поэтому Слонопотамы так редко попадаются…
— Наверно, поэтому, — согласился Пятачок.
Они вздохнули и поднялись, а потом, вытащив друг из друга немножко колючек, опять сели, и все это время Пух говорил себе: "Эх, эх, если бы только я умел думать!…" Винни в глубине души был уверен, что поймать Слонопотама можно, надо только, чтобы у охотника в голове был настоящий ум, а не опилки…
— Предположим, — сказал он Пятачку, — ты бы хотел поймать меня. Как бы ты за это взялся?
— Ну, — сказал Пятачок, — я бы вот как сделал: я бы сделал западню, и я бы поставил туда приманку — горшок меду. Ты бы его учуял и полез бы за ним, и…
— Да, я бы полез за ним туда, — взволнованно сказал Пух, — только очень осторожно, чтобы не ушибиться, и я бы взял этот горшок с медом, и сперва я бы облизал только края, как будто там больше меда нет, понимаешь, а там отошел бы в сторону и подумал о нем немножко, а потом я бы вернулся и начал бы лизать с самой середины горшка, а потом…
— Ну ладно, успокойся, успокойся. Главное — ты был бы в ловушке, и я бы мог тебя поймать. Так вот, первым делом надо подумать о том, что любят Слонопотамы. По-моему, желуди, верно? У нас сейчас их очень много… Эй, Пух, очнись!
Пух, который тем временем совсем размечтался о меде, очнулся и даже подскочил и сказал, что мед гораздо приманочней, чем желуди. Пятачок был другого мнения, и они чуть было не поспорили об этом; но Пятачок вовремя сообразил, что если они будут класть в ловушку желуди, то желуди придется собирать ему, Пятачку, а если они положат туда мед, то его достанет Пух. Поэтому он сказал: "Очень хорошо, значит, мед!" — в тот самый момент, когда Пух тоже об этом подумал и собирался сказать: "Очень хорошо, значит, желуди".
— Значит, мед, — повторил Пятачок для верности. — Я выкопаю яму, а ты сходишь за медом.
— Отлично, — сказал Пух и побрел домой.
Придя домой, он подошел к буфету, влез на стул и достал с верхней полки большой-пребольшой горшок меду. На горшке было написано "М и о т", но, чтобы удостовериться окончательно, Винни-Пух снял с него бумажную крышку и заглянул внутрь. Там действительно был мед.
— Но ручаться нельзя, — сказал Пух. — Я помню, мой дядя как-то говорил, что он однажды видел сыр точь-в-точь такого же цвета.
Винни сунул в горшок мордочку и как следует лизнул.
— Да, — сказал он, — это он. Сомневаться не приходится. Полный горшок меду. Конечно, если только никто не положил туда на дно сыру — просто так, шутки ради. Может быть, мне лучше немного углубиться… на случай… На тот случай, если Слонопотамы не любят сыру… как и я… Ах! — И он глубоко вздохнул. — Нет, я не ошибся. Чистый мед сверху донизу!
Окончательно убедившись в этом, Пух понес горшок к западне, и Пятачок, выглянув из Очень Глубокой Ямы, спросил: "Принес?" А Пух сказал: "Да, но он не совсем полный". Пятачок заглянул в горшок и спросил: "Это все, что у тебя осталось?" А Пух сказал: "Да", потому что это была правда.
И вот Пятачок поставил горшок на дно Ямы, вылез оттуда, и они пошли домой.
— Ну, Пух, спокойной ночи, — сказал Пятачок, когда они подошли к дому Пуха. — А завтра утром в шесть часов мы встретимся у Сосен и посмотрим, сколько мы наловили Слонопотамов.
— До шести, Пятачок. А веревка у тебя найдется?
— Нет. А зачем тебе понадобилась веревка?
— Чтобы отвести их домой.
— Ох… А я думал, Слонопотамы идут на свист.
— Некоторые идут, а некоторые нет. За Слонопотамов ручаться нельзя. Ну, спокойной ночи!
— Спокойной ночи!
И Пятачок побежал рысцой к своему дому, возле которого была доска с надписью "Посторонним В.", а Винни-Пух лег спать.
Спустя несколько часов, когда ночь уже потихоньку убиралась восвояси, Пух внезапно проснулся от какого-то щемящего чувства. У него уже бывало раньше это щемящее чувство, и он знал, что оно означает: ему хотелось есть.
Он поплелся к буфету, влез на стул, пошарил на верхней полке и нашел там пустоту.
" Это странно, — подумал он, — я же знаю, что у меня там был горшок меду. Полный горшок, полный медом до самых краев, и на нем было написано "М и о т", чтобы я не ошибся. Очень, очень странно".
И он начал расхаживать по комнате взад и вперед, раздумывая, куда же мог деваться горшок, и ворча про себя песенку-ворчалку. Вот какую:

Это очень, очень весело,
Потому я знаю что имею много денег:
Потому что это был ярлык,
Скажи МИЛЫЙ,
Восхитительный полной горшочек,
И я не знаю где он был,
Но я не знаю где он потерялся -
Хорошо, это очень весело.

Солнце всё ещё было в постели, но над Стоакровым Лесом уже виднелись проблески света, как будто оно уже просыпалось и уже скоро начнёт одеваться. В полумраке Сосны выглядели холодными и одинокими, и Очень Глубокая Яма казалась глубже, чем она есть, а банка мёда Пуха на её дне была всего лишь каким-то таинственным очертанием, ничем более. Но когда он к нему приблизился, его нос подсказал ему, что это точно был мёд, и Пух начал облизываться, готовясь его попробовать.
- Ну и ну! - воскликнул Пух, сунув нос в банку. - Слонопотам его съел!
Потом, немного подумав, он сказал: "А, нет, это же я. Я забыл."
Действительно, это он съел большую часть мёда. Но на самом донышке банки всё ещё немного оставалось, так что он просунул голову внутрь и начал слизывать остатки.

Глава 6,
В которой Ии-аа празднует день рождения и получает два подарка

Иа,старый серый ослик,стоял у берега реки и смотрел на себя в воде."Печально,-сказал он,-вот что это.Печально".
Он обернулся и медленно пошел вниз по течению на 20 ярдов,плескаясь,и медленно вернулся на другой берег.Потом он вновь посмотрел на себя в воде."Как я и думал.-сказал он.-На той стороне не лучше.Но никто не возражает.Всем все равно.Печально,вот что это."
Позади него послышался треск,и вышел Пух."Доброе утро,Иа."-сказал Пух."Доброе утро,медвежонок Пух,-задумчиво произнес Иа.-Если оно доброе.-сказал он.-В чем я сомневаюсь ", сказал он."Почему,что случилось?" "Ничего,медвежонок Пух,ничего.Мы не можем все,и некоторые из нас тоже не могут.Ну,вот и всё." "Не можем все что?"-спросил Пух,потирая свой нос. "Веселиться.Петь и танцевать.Вокруг орехового куста." "Оу!-воскликнул Пух.Он долго думал и затем спросил.-Какой ореховый куст?" "Под которым каленые орехи.-продолжил задумчиво Иа.-Французское слово,обозначающее каленые орехи.-объяснил он.-Я не жалуюсь,просто так и есть."
Пух присел на большой камень и старался подумать об этом.Для него это было похоже на загадку,а он никогда не был хорош в плане загадок,будучи медведем с опилками в голове.Вместо этого он запел:

"Муха не может быть птицей,но птица может летать.Загадай мне загадку,и я отвечу"

Это был только первый куплет. Когда он закончил, Иа-Иа вообще-то даже и не сказал, что ему не понравилась песня, поэтому Пух с готовностью продолжил петь:

- Вопрос мой прост и краток,-

Промолвил Носорог,-

Что лучше – сорок пяток

Или пяток сорок?

Иа - Иа до сих - пор ничего не говорит, поэтому Пух напевал третий куплет спокойно сам себе.

"Почему курица,я не знаю,почему.Загадай мне загадку,и я отвечу"

ХИПИ ПЕПИ ТУТУТУ ТУТА ТУТУТИ.

УДАР!!!???***!!!

В которой Канга и кегуренок Ру появляются в лесу, а Пятачок принимает ванну.

Никто не знал, откуда они пришли, но они были там, в Лесу: Кенга и Кроха Ру. Когда Пух спросил Кристофера Робина: «Как они здесь очутились?», тот ответил: «Как это обычно бывает. Ну ты знаешь, что я имею ввиду, Пух». Пух, который не знал, произнес: «О!» Потом дважды кивнул и сказал: «Как это обычно бывает. А-а!» Потом он заглянул к своему другу Поросенку узнать, что тот думает об этом. А у Поросенка в гостях был Кролик. И они все вместе поговорили об этом.
«Что мне во всем этом не нравится, это вот что, - заметил Кролик. – Вот мы – ты, Пух, и ты, Поросенок, и Я – и вдруг…»
«И Ии-аа», - добавил Пух.
«И Ии-аа – и вот вдруг…»
«И Сова», - добавил Пух.
«И Сова – и потом вот так вдруг…»
«О, и Ии-аа, - сказал Пух. – Всегда его забываю».
«Да! Мы, - медленно выговорил Кролик, - все – или – все мы, и вот потом, так вдруг, в одно прекрасное утро мы просыпаемся и обнаруживаем что? Мы обнаруживаем среди нас Странного Зверя. Зверя, о котором мы и слыхом раньше не слыхивали! Зверя, который носит свою семью в своем собственном кармане! Представьте, если б я расхаживал со своей семьей в кармане, это ж сколько мне б понадобилось карманов?»
«Шестнадцать», сказал Поросенок.
«Семнадцать, не так ли? – возразил Кролик. – И еще один для носового платка – восемнадцать. Восемнадцать карманов в одном костюме! У меня нет времени.»

Все надолго задумались… Затем Пух, который несколько минут сидел сильно насупившись, сказал: «Я думаю, пятнадцать».
«Что?» - спросил Кролик.
«Пятнадцать».
«Пятнадцать чего?»
«Твоя семья».
«Что моя семья?»
Пух потер нос и сказал, что подумал, что Кролик говорил о своей семье.
«Да неужели?» - небрежно заметил Кролик.
«Да, ты сказал…»
«Это неважно, Пух! – выпалил Кролик. – Вопрос вот в чем: что нам делать с Кенгой?»
«Ах вот оно что», - сказал Пух.
«Лучше всего, - продолжал Кролик, - сделать так. Лучше всего было бы украсть и спрятать Кроху Ру, и тогда, когда Кенга спросит: «Где же Кроха Ру?», мы скажем: «Ага!»
«Ага!» - стал тренироваться Пух. «Ага! Ага!.. Конечно, - продолжал он, - мы можем сказать «Ага!» даже если мы и не украдем Кроху Ру».
«Пух, - вежливо обратился к нему Кролик, - какой же ты безмозглый».
«Я знаю», - смиренно подтвердил Пух.

«Мы скажем «Ага!», чтобы Кенга знала, что мы знаем, где Кроха Ру. «Ага!» означает «Мы тебе скажем, где Кроха Ру, если ты пообещаешь убраться из Леса и никогда больше сюда не возвращаться». А теперь помолчи, пока я думаю».
Пух отошел в угол и попытался произнести «Ага!» таким голосом. Иногда ему казалось, что слово действительно означало то, о чем говорил Кролик, а иногда так не казалось. «Наверное, это от тренировки, - подумал он. – Интересно, а Кенге тоже придется тренироваться, чтобы понять слово?»
“Тут такое дело, - заерзал Поросенок. – Я разговаривал с Кристофером Робином, и он сказал, что Кенга считается Одним из Свирепейших Животных. Не то чтобы я боюсь Свирепых Животных, но хорошо известно, что если у Свирепейшего Животного отобрать его Ребенка, он станет Свирепейшим вдвойне. В таком случае произносить «Ага!» было бы довольно глупо».
«Поросенок, - сказал Кролик, доставая карандаш и слюнявя его, - тебе не достает храбрости.»
«Трудно быть храбрым, - сказал Поросенок, шмыгая носом, - будучи всего-навсего Малюсеньким Животным».
Кролик, начавший что-то деловито писать, поднял голову и произнес: «Вот потому, что ты такое малюсенькое животное, это-то и может быть Полезным в затеянном нами мероприятии».
Поросенка так захватила идея оказаться Полезным, что он забыл о своем страхе, и когда Кролик далее заявил, что Кенги являются Свирепыми только зимой, а в другое время они Нрава Нежного, Поросенок едва мог усидеть: так ему хотелось начать быть Полезным.
«А как же я? – печально спросил Пух. – Похоже, от меня никакой пользы?»
«Ничего, Пух, - успокоил его Поросенок. – Может, в другой раз».
«Без Пуха, - торжественно выговорил Кролик, затачивая карандаш, - наше мероприятие было бы невозможным».
«О, - сказал Поросенок, стараясь не выдать свое разочарование. А Пух отошел в угол комнаты и гордо повторил самому себе. – Без Меня невозможно! Вот такой вот Медведь!»
«А теперь слушайте все! – произнес Кролик, закончив писать. Пух и Поросенок сели, навострив уши и открыв рты. Вот что написал Кролик:

ПЛАН ПОИМКИ КРОШКИ РУ

1. Общие Замечания. Кенга бегает быстрее любого из Нас, даже быстрее Меня.
2. Ещё немного общих замечаний. Кенга никогда не спускает глаз с Крошки Ру, кроме случаев, когда он находится в безопасности в её кармане.
3. Поэтому. Если мы собираемся поймать Крошку Ру, мы должны опередит Кенгу, потому что она бегает быстрее любого из Нас, даже быстрее Меня. (См. пункт 1)
4. Мысль. Если бы Ру выпрыгнул из кармана Кенги, а Пятачок запрыгнул бы внутрь, Кенга бы не заметила разницы, потому что Пятачок был Малюсеньким Животным.
5. Прямо как Ру.
6. Но Кенга должна бы была сначала посмотреть в другую сторону, чтобы не увидеть запрыгивающего в её карман Пятачка.
7. См. пункт 2
8. Другая Мысль. Но если бы Пух очень оживлённо заговорил с ней, она могла бы на секундочку посмотреть в другую сторону.
9. И потом я бы мог сбежать с Ру.
10. Быстро.
11. И Кенга бы совсем не заметила разницы до Потом.
Что ж, Кролик гордо зачитал это вслух, и какое-то время после этого все молчали. Наконец Пятачок, который всё это время открывал и закрывал рот, не издавая при этом ни звука, умудрился очень сипло пропищать:
- А...Потом?
- Что ты имеешь в виду?
- Когда Кенга Заметит Разницу?
- Тогда мы все скажем "Ага!"
- Все трое?
- Да.
- Ох!
- В чём дело, Пятачок?
- Ни в чём, - ответил Пятачок, - раз это скажем все мы трое. Раз это скажем все мы трое, - повторил он, - я не возражаю, но я бы не взялся говорить "Ага!" в одиночку. Это бы уже не звучало так хорошо. Кстати, - продолжал он, - вы точно уверены насчёт того, что сказали про зимние месяцы?
- Зимние месяцы?
- Да, про то, что Свирепым можно быть только в Зимние Месяцы.
- О, да, да, всё верно. Ну, Пух, ты понял, что ты должен делать?
- Нет, - сказал Медведь Пух. - Ещё нет. Что я должен делать?
- Ну, ты просто должен очень усердно разговаривать с Кенгой, чтобы она ничего не заметила.
- О! О чём?
- О чём захочешь.
- Ты имеешь в виду, рассказать ей стихи или что-то в этом роде?
- Точно, - сказал Кролик. - Этот замечательный Момент настал.
И все они пошли искать Кенгу.
Кенга и Ру спокойно проводили день в песчаной части Леса. Крошка Ру тренировался маленькими прыжками прыгать по песку, и падал в мышиные норы, и выбирался из них обратно, а Кенга суетилась вокруг него и говорила "Ещё один прыжок, милый, и нам нужно идти домой". В этот момент кто же мог взобраться на песчаный холм, как не Пух.
- Добрый день, Кенга.
- Добрый день, Пух.
- Гляди, как я прыгаю, - пискнул Ру и провалился в очередную мышиную нору.
- Привет, Ру, мой маленький друг!
- Мы собирались домой, - сказала Кенга. - Добрый день, Кролик. Добрый день, Пятачок.
Кролик и Пятачок, показавшиеся с другой стороны холма, сказали "Добрый день" и "Привет, Ру", а Ру попросил их посмотреть, как он прыгает, так что они стояли и смотрели.
И Кенга смотрела тоже...
- О, Кенга, - сказал Пух после того как Кролик дважды ему подмигнул, - Я хотел узнать, интересуешься ли ты поэзией?
- Едва ли, - ответила Кенга.
- О!, - сказал Пух.
- Ру, милый, ещё один прыжок, и нам нужно идти домой.

Разговор прервался, когда Ру упал в мышиную нору.
"Продолжай!" громко прошептал Кролик, прикрывая рот лапой.
"Говоря о поэзии", сказал Пух, " Я сочинил небольшой стих, пока шёл. Это должно быть как это... Эр - сейчас, я посмотрю-"
"Прекрасно!" сказала Кенга, "Ру, дорогой.."
"Вам понравится этот стих!" сказал Кролик.
"Вы полюбите его!" добавил Пятачок.
"Вы должны слушать очень чутко!"
"Так, чтобы ничего не пропустить!"
"Ох, хорошо", сказала Кенга, но она всё ещё смотрела на Крошку Ру.
"Как это было, Пух?" спросил Кролик.
Пух тихо вздохнул и начал.

Строки, написанные мишкой не очень большого ума

В понедельник солнце, жарко.
Я вопросы задаю:
"Это правда или ложь,
что есть что, на что похож?"
Во вторник, день из туч и гроз,
Во мне растет, растет вопрос,
Что знает вряд ли кто на свете -
"А эти ль те, и те ли эти?"
В среду голубое небо.
Чем заняться мне бы, мне бы?
Интересно, правда ль то,
"Что кто есть что и что есть кто?"
В четверг мороз в окно глядит,
И иней ветки серебрит.
Заметить можно без труда,
что эти им, но тех куда?

В пятницу -

Это взял Если действительно следует никогда не летать.

Глава 8,
В которой Кристофер Робин ведет экспедицию на северный полюс.

Поем ЕЙ! Ради жизни медвежонка!

Глава 9,
В которой Пятачок оказывается полностью окружен водой.

Два дня спустя, Пух сидел на ветке, болтал ногами, а рядом я ним стояли кастрюли с медом...
Три дня спустя, Пух сидел на ветке, болтал ногами, а рядом с ним стояли кастрюля с медом.
Четыре дня спустя, Пух...
И вот, утром, на четвертый день бутылка Поросенка проплыла мим него, и пух крикнул громко "МЕД"! Пух плюхнулся в воду, схватил бутылку, и взобрался на дерево снова.
"Надоел!" - крикнул Пух, когда он открывал бутылку. "Она мокрая, но ничего, это пустяки. Что там делает кусочек бумаги?"
Он взял ее и прочитал.
"Это сообщение" - сказал он сам себе, - "вот что это. И на письме была одна буква П, и поэтому тот, кто прочитал эту букву П это означает Пух, значит это очень важное сообщение для меня, но я не могу прочитать его. Я должен найти Кристофера Робина или Сову или же Поросенка, один из тех умных людей, кто может прочесть это, и они должны будут рассказать мне, что у медведя очень маленький мозг, это - хорошая идея. Сказал сам себе Винни - Пух.
Если эта бутылка может плыть, тогда бутылка пусть плывет, я могу сидеть на верхушке бутылке, но если эта бутылка очень - очень большая.
Таким образом он взял самую большую банку, и залез в нее.
"Все горшки как - то называются" - говорил Пух, - "тогда мне следует назвать свой горшок - Плавающий медведь".
И с этими словами он плюхнулся в свой горшок.
Пока Пух и Плавающий медвежонок решительно и энергично греб лапами, Кристофер Робин жил на верхушке Дерева. Лил дождь, дождь и опять лил дождь, но вода не могла просочиться в его домик. Это был скорее весело - смотреть вниз на долины и видеть воду повсюду, но когда лил дождь он стоял внутри большую часть своего времени, и думал о разных вещах. Каждое утро он ходил со своим зонтиком он ходил и не мог видеть своего дерева на котором он жил, но он клал другую палку в то место, где вода мочила его. и когда он шел обратно домой, и каждое утро он находил короткий путь, но каждый день короткий путь был разным. Одним прекрасным утром, на пятый день Кристофер Робин увидел воду возле себя, и он впервые понял что его остров затопляет водой. Это было великолепно! Это было утром, когда Сова прилетела вся мокрая и спросила "Что ты делаешь?" своего друга Кристофера Робина.

Глава 10,
В которой Кристофер Робин устраивает празднование в честь Пуха, и мы говорим "До свидания!"

"И что случилось?" спросил Кристофер Робин.
"Когда?"
"Следующим утром?"
"Я не знаю"
"Не мог бы ты подумать и рассказать мне и Пуху как-нибудь?"
"Если ты очень сильно этого хочешь".
"Пух хочет" сказал Кристофер Робин.
Он глубоко вздохнул, поднял медведя за ногу и пошел к двери, волоча Винни-Пуха за собой. около двери он обернулся и сказал "Придешь посмотреть, как я принимаю ванну?"
"Я мог бы", сказал я.
"Пенал Пуха был лучше моего?"
"Он был точно такой же", сказал я.
Он кивнул и вышел... и через мгновение я услышал, как Винни-Пух - бум, бум, бум, поднимается наверх по лестнице позади него.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/2562/8376

Переводчики: Yurin_dm, olgaive, Agape, Fredakruger

ypypy, Kri, AnnaAnuto4ka, hillbill

derter, 474, Al_Ts, Eusebes

SmartDwarf, kengako, Bu1k4, freaky и ещё 9 человек