Готовый перевод Bertrand Russell. The Practice and Theory of Bolshevism / Бертран Рассел. Практика и теория большевизма.: VIII Город и деревня

Проблема побуждения крестьян к отправке продовольствия в города одна из тех проблем которая Россия разделяет с центральной Европой, и в решении которой она оказалось менее неудачливой чем другие страны. Для советского правительства проблема в основном сосредоточена в Москве и Петрограде, другие города не такие большие и в большинстве своем находятся в центре богатых сельскохозяйственных областей. Правда, то что на севере даже сельское население обычно зависит от поставок еды из южных областей, но население северных областей мало. Обычно говорят, что проблема питания Москвы и Петрограда это транспортная проблема, но я думаю что это только частично правда. Существует конечно серьезный дефицит подвижного состава, особенно локомотивов в хорошем состоянии. Но Москва окружена очень хорошими землями. В ходе автомобильных поездок по области я видел достаточно коров для того чтобы обеспечить молоком всех детей в Москве, хотя то что хотел посмотреть это детские дома отдыха а не фермы. Все виды еды можно купить на рынке по высоким ценам. Я объездил много российских железных дорог и видел немало товарных поездов. По этим причинам я убедился что доля транспортной проблемы в обеспечении едой преувеличена. Конечно транспорт играет большую роль в обеспечении Петрограда, чем Москвы. В Петрограде большинство людей которых я видел на улицах подавали видимые признаки недоедания. В Москве, видимые признаки встречаются гораздо реже, но без сомнения недоедание, хотя и не реальный голод, носит всеобщий характер.

Правительство поставляет продовольствие для всех кто работает в городах по очень низким низким ценам. Официальная теория состоит в том что у правительства есть монополия на продукты питания и что рацион достаточен для поддержания жизни. В реальности рацион недостаточен и только часть Москвы снабжается едой полностью. Кроме того люди жалуются, я не знаю так ли это, что пайки доставляются нерегулярно почти каждый день. В этих условиях почти все богатые или бедные покупают еду на рынке, где цена выше установленной правительством в почти 50 раз. Фунт масла стоит как месячная зарплата. Для того чтобы получить дополнительную еду люди идут на различные ухищрения. Некоторые идут на вторую работу, после того как дневная работа окончена. Хотя рабочий день здесь и ограничен 8 часами и в некоторых важных отраслях расширен до 10, зарплата которую платят за него недостаточна для жизни и ничего не может остановить человека от работы в его свободное время. Но обычный источник денег называется "спекуляцией", т.е. покупка и продажа. Некоторые люди богатые в прошлом продают одежду мебель или ювелирные украшения в обмен на еду, покупатель опять продает по завышенной цене и так далее, вещь наверное может пройти через 10-20 рук, пока среди богатых крестьян или новых спекулянтов не найдется последний заказчик. Опять же большинство людей имеют родственников в деревне, которых они навещают время от времени, возвращаясь обратно с сумками с мукой. Ввоз в Москву еды частными лицами незаконен и поезда обыскиваются, но взятками и хитростью опытные люди избегают обысков. Рынок продовольствия незаконен и иногда проводятся обыски, но как правило на его закрывают глаза. Таким образом попытка подавления частного предпринимательства привела к росту непрофессиональных покупок и продаж, который далеко превосходит то что происходит в капиталистических странах. Все это занимает большую долю времени, которое можно было бы использовать с большей пользой и будучи незаконным практически полностью бросает население Москвы на произвол полиции. Более того, он в большей степени зависит от запасов продовольствия принадлежащих тем кто был богат в прошлом и когда эти запасы иссякнут вся система должна рухнуть, если к этому времени промышленность не восстановится на прочной основе.

Ясно что положение дел неудовлетворительно, но с точки зрения правительства не легко понять что нужно предпринять. Городское и рабочее население в основном сосредоточено на правительственных работах и обеспечении армии амуницией. Это насущные задачи, которые должны быть оплачены налогоплательщиками. Умеренные налог в натуральной форме легко бы прокормил Москву и Петроград. Но крестьяне не заинтересованы в войнах и правительстве. Россия настолько огромна что захват одной части никак не повлияет на другую. Крестьяне слишком невежественны, чтобы иметь национальное сознание любого рода, обычное для Англии, Франции или Германии. Крестьяне не хотят добровольно делится частью своего дохода в целях национальной обороны, а только в обмен на товары которые им нужны - одежду, сельскохозяйственный инвентарь, которое правительство из-за войны и блокады не в состоянии предоставить.

Когда ситуация с продовольствием стала самой плохой, правительство стало бороться с ними силовыми методами, осуществляемые с большой жестокостью красной армией. Этот метод был модифицирован, но крестьяне до сих пор неохотно расстаются со своей едой, из-за того что бумага которую им предлагают в обмен бесполезно а частные скупщики предлагают им куда более высокие цены.

Продовольственный вопрос является главной причиной народного протеста против большевиков, но я не вижу как можно применить любой из методов которые предлагают популисты. Крестьяне ненавидят большевиков потому что они забирают много еды; большевиков ненавидят в городе потому что они берут мало еды у крестьян. То что хотят крестьяне называется свободной торговлей, т.е. отмены контроля за сельским хозяйством. Если это произойдет города столкнутся с абсолютным голодом а не просто с недостатком еды и лишениями. Крупное заблуждение предполагать будто бы крестьяне испытывают враждебность к Антанте. Дэйли Ньюс от 13 июля в свою очередь в великолепной статье на первой полосе сообщают "растущая ненависть российского крестьянина который не является ни большевиком ни коммунистом к Союзникам в общем и к этой стране в частности." Обычный русский крестьянин никогда не слышал о Союзниках или об этой стране, он не знает что существует блокада, все что он знает это то что у него было 6 коров, но правительство отняло у него пять чтобы раздать бедным крестьянам и что он продает свой урожай (за исключением того что нужно его семье) по очень низким ценам. Причины этих событий не интересуют его, так как его воззрения ограничены его родной деревней. Весьма примечательно, что каждая деревня автономна. До тех пор пока правительство получает еду и солдат, которые ему требуется это не мешает и оставляет не тронутым старый деревенский коммунизм, который совершенно отличается от большевизма и всецело зависит от очень примитивных стадий развития культуры.

Правительство представляет интересы городского и промышленного населения, и стало по сути лагерем посреди крестьянского народа, с которым его отношения скорее военные и дипломатические, чем правительственные в обыкновенном смысле. Экономическое положение, как и в центральной Европе благоприятствует деревне и неблагоприятно для города. Если бы Россия управлялась демократией, согласно воле большинства, то жители Москвы и Петрограда умерли бы от голода. Так и есть, Москва и Петроград живут используя для гражданскую и военную мощь государства в своих целях. Россия представляет собой любопытное зрелище огромной и мощной империи, процветающей на периферии, но столкнувшийся со страшной нуждой в центре. Те кто имеют меньше всего достатка удерживают большинство власти. И только благодаря переизбытку власти они вовсе могут существовать. Эта ситуация объясняется двумя фактами. Во-первых почти все промышленные силы населения были посвящены войне, а во-вторых тем что крестьяне не осознают важность войны и факт экономической блокады.

Бесполезно винить большевиков в этой неприятной и трудной ситуации из которой им оказалось невозможно выбраться. Их проблема исчезнет только одним из двух путей: прекращением войны и блокады, которое позволит им обеспечить крестьян промышленными товарами в обмен на еду или значительным развитием независимой Российской промышленности. Последний метод будет медленным и приведет к ужасным трудностям, но некоторые из самых способных людей в правительстве верят в его реальность в случае если мир не будет достигнут. Если мы вызовем этот метод в России своим отказом от торговли и мира мы лишимся единственной приманки с помощью которой мы можем поддерживать дружеские отношения. Это даст советскому государству неопровержимую возможность совершенно свободно экспортировать революцию куда угодно. Но промышленная проблема это отдельная тема которая уже обсуждалась в шестой главе.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/25645/85628

Переводчики: igumnovf