Готовый перевод Maggie Stiefvater "FOREVER" / Мэгги Стивотер "ВЕЧНОСТЬ".: CHAPTER ONE "GRACE"

Глава 1.
"Грейс"

Итак, я оборотень и воровка.
Я пришла в себя в человеком обличье на опушке леса в Баундари.

Что за опушка, я не знала; лес был огромный и простирался на многие километры. Легко перемещаться в волчьем обличье, но не так просто в обличье девушки.

Был приятный теплый денек – великолепный день, для весны в Миннесоте. Конечно, если вы не заблудились и не полностью раздеты как я.
У меня все болело.

Казалось, что мои кости скрутили как пластилиновых змей, затем раскрутили и снова скрутили. Кожа зудела, особенно на лодыжках, локтях и коленях. В ухе звенело. В голове – туман и рассеянность. И странное ощущение дежа вю.

Мой дискомфорт усугубился с пониманием того, что я не только заблудилась и голая в лесу, но ещё и рядом с цивилизацией.

Вокруг меня лениво жужжали мухи. Я встала в полный рост, чтобы посмотреть на окрестности. За деревьями виднелись несколько маленьких домиков.

У моих ног лежал черный разорванный мусорный мешок, все его содержимое было в грязи. Похоже, это был мой завтрак. Я не хочу слишком раздумывать об этом.

Я действительно не хотела о чем-то слишком раздумывать. Воспоминания возвращались урывками, всплывая как полузабытые сны.

И когда память вернулась, я вспомнила этот момент – этот ошеломительный момент превращения снова в человека – снова и снова.

В дюжине различных ситуаций. Я медленно осознавала, что это не первое превращение в этом году.

И я бы забыла все что было между превращениями. Ну, почти все.

Я зажмурилась. Я видела его лицо, его желтые глаза, его темные волосы. Я помнила, как моя рука была в его руке. Я помнила, как сидела рядом с ним в машине, которой, вероятно, больше не было.

Но я не могла вспомнить его имени. Как я могла забыть его имя? Не далеко послышался звук шин, эхом разнесшийся по окрестностям.

Машина проехала, и звук постепенно исчезал, напоминая о том, как близко был реальный мир.

Я снова открыла глаза. Я не могла думать о нем. Просто не буду думать. Это вернется ко мне. Это всегда возвращается. Я должна сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас.

У меня было несколько вариантов. Один – остаться в этом теплом весеннем лесу и надеяться, что я снова превращусь в волка.

Но самой большой проблемой было то, что я сейчас полностью ощущала себя человеком.

Тогда оставался второй вариант – положиться на милость людей, которые жили в маленьком синем домике передо мной.

В конце концов, похоже, я уже искала у них помощи, утащив их мусор, и, судя по всему, мусор их соседей тоже. Однако в таком случае будет много проблем.

Даже если сейчас я полностью ощущаю себя человеком, кто знает, как долго это продлится? И я приду голой из леса. Я не смогу объяснить это, и меня отправят в больницу или в полицию.

Сэм.
Его имя стрелой пронзило мой мозг, вместе с другими нахлынувшими воспоминаниями: его песни под гитару, стихи мне на ушко, поцелуи, его пальцы разглаживающие страницы книги, когда он читал.

Цвет стен книжного магазина; его голос, приглушенно звучащий сквозь подушку; список зароков, написанный для каждого из нас. И еще: Рейчел, Изабелла, Оливия.

Том Калпепер, бросивший мертвого волка передо мной, Сэмом и Коулом.
Мои родители. Господи! Мои родители.

Я помнила, что была на их кухне, и ссорилась с ними из-за Сэма, когда почувствовала, что волк вылезает из меня. Я помнила, что набила свой рюкзак одеждой и убежала к Бэк.

Помню как, захлебывалась в крови. Кто-то кричал моё имя - Грейс. Я забыла обо всем этом будучи волком, и собиралась забыть снова.

Я села, поскольку стоять вдруг показалось трудным, и обхватила руками голые ноги. Коричневый паук прополз по моим пальцам, прежде чем я смогла смахнуть его.

Над моей головой продолжали петь птицы. Солнечные зайчики – самые яркие из них были горячими – играли на лесной подстилке.

Тёплый весенний ветерок колыхал зелёные листья деревьев. Этот лес дышал всем своим существом.

Пока я отсутствовала, природа жила своей обычной жизнью, но здесь была я – невозможная реальность, и я не знала, чему я принадлежу или что я собираюсь делать дальше.

В это время, теплый ветерок, пахнущий почти невыносимо сырным печеньем, взметнул мои волосы и подсказал мне выход. Кто-то несомненно надеялся на хорошую погоду и повесил сушиться одежду на веревку рядом с дверью.

Я следила глазами за тем, как ветер раздувает одежду. На веревке сох возможный выход.

Кто бы ни жил в домике – было ясно что его одежда на насколько размеров больше моей, но у одного из платьев была лента вокруг талии. Это означало, что оно может подойти.

Это также означало, что кто-то украдет его.

Я делала много чего, что не может считаться абсолютно правильным, но кража не входила в этот список. Только не это. Чье-то красивое платье, которое, вероятно, пришлось стирать вручную и вешать сушить.

На веревке, рядом с платьем весело нижнее белье, наволочки и носки, что означало только одно: хозяева слишком бедны что бы купить сушилку.

Неужели я готова была украсть платье, только для того, что бы добраться до Мерси-Фоллз? Неужели я смогу так поступить сейчас?

Я верну его обратно. Потом. Я кралась вдоль опушки леса, чувствуя свою незащищенность и слабость, пытаясь получше рассмотреть свою добычу.

Запах сырного печенья, возможно привлекал меня. Что-то подсказывало мне, что кто-то должен быть дома. Никто не смог бы отказаться от этого запаха.

Теперь, когда я почуяла этот аромат, было сложно думать о чем-нибудь еще. Я заставляла себя сосредоточиться на поставленной задаче. Видели ли меня те, кто испекли сырное печенье?

Или соседи? Будь я умнее, я бы держалась подальше.

Задний двор моей неудачливой жертвы был типичен для домов близ леса в Баундари. И как всегда в мусоре: банки из под томатов, выкопанные ямы для барбекю, телевизионные антенны с никуда не ведущими проводами.

Газонокосилка, наполовину скрытая брезентом. Потрескавшийся детский пластиковый бассейн, наполненный отличным песком, пластмассовая садовая мебель, разрисованная подсолнухами.

Много барахла, но укрыться негде.
В то же время, хозяева,наверное, были достаточно рассеяны, раз волк смог украсть мусор с их крыльца.

Надеюсь, они окажутся достаточно рассеяны, для того чтобы и рослая раздетая школьница смогла стащить платье с их веревки.

Я попыталась набрать как можно больше воздуха в легкие, что бы хоть немного успокоиться. Раньше мне это помогало. Еще раз глубоко вздохнула, собралась с силами, и метнулась во двор.

Где-то залилась лаем маленькая собачонка. Я схватила платье.

Все было кончено раньше, чем я могла осознать. Каким-то образом я опять оказалась в лесу, зажав в руке украденную одежду. Мое дыхание было бешеным, я скрывалась в зарослях, которые возможно были ядовитыми.

Позади в доме кто-то кричал собаке: “Заткнись, пока я не выкинул тебя вместе с мусором!”

Я подождала, когда сердце успокоится. Затем с виноватым и ликующим видом скользнула в платье. Оно было прелестное, голубое в цветочек, правда, слишком легкое для весны и все еще немного влажное.

Мне пришлось совсем немного затянуть его на талии, чтобы оно подошло мне. Я почти прилично выглядела.

Пятнадцать минут спустя я прихватила пару туфель с крыльца другого соседа (к одному каблуку прилипли собачьи отходы, возможно поэтому они и стояли снаружи), и пошла по улице, как будто всегда жила здесь.

С помощью мои волчьих чувств, как когда-то давно показывал мне Сэм, я смогла представить намного более подробную картину прилегающей территории, чем я смогла бы с помощью глаз.

Но даже с их помощью, я не могла сказать точно где нахожусь в данный момент, но чутье мне подсказывает, что это очень далеко от Мерси-Фоллз. У меня был план.

Мне нужно убираться из этого места, пока кто-нибудь не узнал украденную одежду и обувь.

Мне нужно только раздобыть компас или какой-нибудь ориентир, что бы я могла знать куда направляюсь.

А потом: как-то вернуться к Сэму. Не такие уж великие планы, но других не было.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/25752/85987

Переводчики: Hanny, tanyshka2012