Готовый перевод The Last Messiah.: The Last Messiah.

Однажды ночью в давно ушедшие времена, проснулся мужчина и увидел себя.

Он увидел себя нагим в космосе, бездомным, в своем собственном теле.

Все вещи растворялись до того, как он фокусировался на них, удивление над удивлением, ужас над ужасом развернуты в его разуме.

Женщина тоже проснулась и сказала, что пришло время пойти и поохотиться.

И он принес ​​лук и стрелы, плод брака, духа и руки, и вышел на улицу под звездами.

Но когда звери прибыли к месту водопоя,куда они приходили как правило, он чувствовал не тигра бушующего в его жилах, а великий псалом о родстве страданий среди всего живого.

В тот день он не вернулся c добычей, а нашли его во время следующей луны, лишенный жизни он сидел у водопоя.

Что же случилось? Нарушения в самом единстве жизни, биологический парадокс, мерзость, абсурд, преувеличение катастрофичности природы.

Жизнь не достигла своей цели, уносясь прочь.

Слишком сильно вооружили род - духом, сделав всемогущим, но в равной степени угрожая собственному благополучию.

Его оружие было, как меч без рукоятки или пластины, обоюдоострым лезвием рассекая все, но тот, кто владеет им должен овладеть лезвием и обратить один край к себе.

Несмотря на новые глаза, человек все еще коренится в материи, его душа пропитывает его и подчиняется его слепым законам.

И все же он мог видеть суть, как чужой, сравнивать себя со всеми явлениями, распознать и найти жизненно важные процессы.

Он приходит к природе, как незваный гость, тщетно разводя руки просит примирения с создателем: Природа больше не дает ответов, она сотворила чудо с мужчиной, но не познала его позже.

Он потерял право на проживание во Вселенной, вкусил от Древа Познания и был изгнаны из Рая.

Он могуществен в соседнем мире, но проклинает свое могущество, преобретенное на ряду с гармонией души, невинностью, внутренним миром в объятьях жизни.

И вот он стоит со своими видениями, преданный Вселенной, с удивлением и страхом.

Животное тоже познало страх, в раскатах грома и когтях льва.

Но человек стал бояться самой жизни, в самом деле, своего существа.

Жизнь - это было для зверя, чтобы почувствовать игру власти, это был жар, игры, и распри, и голод, а затем, наконец, поклониться перед законом, конечно.

В звере, страдание само-ограничино, а в человеке, оно проделывает отверстие к страху перед миром и отчаянием жизни.

Даже когда ребенок только вступает в свою в реку жизни, водопад смерти уже ревет над долиной, все ближе и ближе, разрываясь от радости.

Человек созерцает землю, которая дышит как огромное легкое, при каждом своем вдохе, из каждой поры выпускает восхитительные стаи жизней к солнцу, но когда выдыхает, стон, слышится в толпе, и трупы падают на землю, словно град.

Он видел не только свою эпоху, кладбища выжимали себя под его пристальным взором, плачи затонувших тысячелетий вопили против него из ужасных распадающихся форм, земля оказалась мечтами матерей.

Занавес будущего раскрыл себя, чтобы показать кошмар бесконечных повторений, бессмысленного расточителя органического материала.

Страдания миллиардов людей, делает вход в него через сострадание, от всего что происходит вознакает смех, чтобы насмехаться над потребностью к справедливости над его мудрейшим заказным принципом.

Он видит себя, появляющимся в утробе матери, тянет кисть наверх, которая имеет пять ветвей, откуда это дьявольское число пять, и что ему делать со своей душой? Он больше не является очевидным для самого себя, с полным ужасом прикасаясь к своему телу, но это вы и все что вы имеете и не больше.

Он носит пищу в себе, вчера это был зверь, который мог мчаться вокруг, а теперь поглотив его , сделаю его частью себя, где же конец и начало? Все собирается в цепочку из причин и следствий, и все, что он хочет познать, растворяется перед попыткой размышления.

Скоро он познает эту механику, такую далекую, как и дорогую, в улыбке своей возлюбленной, хотя существуют и другие улыбки, как рваные ботинки с торчащим пальцем.

В конце концов черты вещей вокруг определяются характером самого себя.

Ничто не может существует само по себе, каждая строка указывает на него, весь мир не что иное как призрачное эхо его голоса, он вскакивает громко крича и хочет, вернуться на землю к своей нечистой еде, он чувствует надвигающееся безумия и хочет найти смерть, прежде чем потеряет даже такую ​​возможность.

Но так как он стоит перед неизнежной гибелью, он захватывает природу и космичскую важность шага впреред.

Его творческое воображение создает новые, страшные планы за занавесом смерти, но обнаруживает, что даже там нет не будет убежища.

И только теперь онт различаетт очертания своих биолого-космических сроков. Он всего навсего беспомощный пленник Вселенной, продолжающий падать в безымянную вероятность.

С этого момента, он находится в состоянии непрерывной паники.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27600/92744

Переводчики: kluger, magdaninjah