Готовый перевод THE SELECTION / Книга Киры Касс "Отбор", перевод специально для http://vk.com/the_selection: 2 глава книги

ГЛАВА 2

Я пробралась глубже в древесный домик.

Это был куб размером пять на пять футов; даже Джерад не смог бы встать прямо.

Но мне он нравился.

то была единственная дыра,в которую можно было пролесть и еще окно на противоположной стене

Я поместила в угол старую табуретку, которая играла роль стола для свечи, и небольшой коврик, который был таким старым, что сидеть на нем было едва ли лучше, чем на перекладинах.

Это было не много, но это был мой рай.

Наш рай.

- Пожалуйста, не называй меня красавицей.

Сначала моя мама, потом Мэй, теперь еще и ты.

Это действует мне на нервы.

По тому, как Аспен смотрел на меня, я могла сказать, что так и не убедила его в свей "некрасивости".

Он улыбнулся.

- Ничего не могу с собой поделать.

Ты самое прекрасное создание из всех, что я видел.

И ты не можешь отнять у меня возможность говорить это в те редкие моменты, когда я могу это сделать.

Он подошел и взял мое лицо в свои ладони, и я

Конец 13 страницы

потерялась в глубине его глаз.

Это было то что нужно.

Его губы коснулись моих, и я больше не могла ни о чем думать.

Не было никакого Отбора, никакой семьи, никакой Illea.

Были лишь руки Аспена на моей спине, привлекающие меня ближе к нему; его дыхание на моих щеках.

Я запустила свои пальцы в его темные волосы, все еще влажные после душа - он всегда мылся по ночам - и стянула их в маленький ровный пучок.

Он пах домашним мылом, которое делала его мать.

Я мечтала об этом запахе.

Мы оторвались друг от друга, и я не смогла не улыбнуться.

Его ноги были широко расставлены и я уселась между ними, как ребенок, который хочет, чтобы его покачали.

Извини, у меня нет настроения.

Это просто...

.

.

Мы получили эту глупую записку сегодня.

- Ах, да, письмо.

Аспен вздохнул.

- Мы получили два.

Конечно.

Близняшкам только исполнилось шестнадцать.

Аспен изучал мое лицо пока говорил.

Он делал так каждый раз, когда мы бывали вместе, как будто восстанавливал мое лицо в собственной памяти.

С прошлой нашей встречи прошло больше недели, а мы начинали тосковать друг по другу уже после нескольких дней разлуки.

Я тоже его разглядывала.

Если не брать во внимания касту,то Аспен был самым привлекательным парнем в городе.

У него были темные волосы и зеленые глаза, и эта улыбка, которая заставляет думать, будто он хранит какую-то тайну.

Он был высоким, но не слишком высоким.

Худым, но не слишком худым.

В тусклом свете,я заметила, что у него были крошечные мешки
под глазами, без сомнения, он работал допоздна всю неделю.

Его черная футболка была заношена до дыр в нескольких местах, как и потрепанные джинсы, которые он носил почти каждый день.

Конец 14 страницы

Если бы я только могла сесть и зашить их для него.

Вот что было моей самой желанной целью.

Не быть принцессой Illea.

Быть с Аспеном.

Быть вдали от него было больно.

Иногда я сходила с ума, гадая где он и что сейчас делает.

И когда я не могла с этим справится,я занималась музыкой.

Мне и правда стоило поблагодарить Аспена, за то, что я была таким хорошим музыкантом.

Он сводил меня с ума.

И это было плохо.

Аспен был из Шестых.

Шестые были прислугой, и отличались от Седьмых тем, что были лучше образованы и тренированы для внутренней работы.

Aспен был умнее, чем кто-либо и убийственно красивый, но это было нетипично для женщины выйти замуж за человеке ниже тебя .

Парень из низшей касты мог попросить вашей руки, но редко получал согласие.

И когда кто-нибудь заключал брак с представителем другой касты, они должны были заполнить кучу бумаг и ждать еще около трех месяцев, пока все формальности будут соблюдены.

Я слышала от нескольких людей, что это время им дается, чтобы у них была возможность передумать.

Так что, будучи наедине так поздно, нарушая комендантский час...

.

.

мы оба могли попасть в серьезные неприятности.

Не говоря уж о том, что устроила бы моя мама.

Но я люблю Аспена.

Я любила Аспена уже почти два года.

И он любит меня.

Пока мы сидели здесь, и он играл с моими волосами, я даже представить не могла, что подам заявку на Отбор.

- Как ты к этому относишься?Я имею в виду "Отбор"? - спросила Я.

Хорошо,я думаю.

Он должен найти девушку хоть как то, бедный парень.

это был сарказм.

Но я действительно хотела знать его мнение.

Конец 15 страницы
Аспен.

Хорошо,хорошо.

Ну,часть меня считает,что это грустно.

У принцев что, не бывает свиданий? Я имею ввиду, он ведь все равно получит ту, которую захочет. Если уж они выдают принцесс замуж за иностранных принцев, почему бы не сделать то же самое с ним? Уверен, найдется парочка знатных дамочек, достойных его.

Я не понимаю.

Так что вот так вот.

Но потом...

.

.

Он вздохнул.

Часть меня считает,что это хорошая идея.

Это интересно.

Он собирается влюбляться у всех на глазах.

И мне нравится, что кто то может жить долго и счастливо.

Любая может стать нашей будущей королевой.

Это вселяет надежду.

Заставляет меня думать, что я тоже мог бы жить долго и счастливо.

Его пальцы обвели контур моих губ.

Эти зеленые глаза проникали глубоко в мою душу, и я могла чувствовать ту связующую искру, которая у меня не бывало ни с кем, кроме него.

Я тоже хотела жить долго и счастливо. С ним.

- Так значит ты подталкиваешь близняшек к участию? - спросила я.

- Да.

В смысле, мы ведь все видим принца время от времени; он выглядит как вполне приятный парень.

Сопляк, конечно, но дружелюбный.

А девушки так хотят этого, это так смешно.

Они плясали от радости, когда я пришел домой сегодня.

И никто не может отрицает, что это было бы удачей для семьи.

Мама полна надежды, ведь у нас целых две претендентки, а не одна, как в других семьях.

Это была первая хорошая новость, имеющая отношение к этому ужасному соревнованию.

Я поверить не могла, что так зациклилась на себе и даже не подумала о сестрах Аспена.

Если одна из них прошла бы, если бы она победила...

.

.

- Аспен, ты хоть понимаешь, что это будет значить, если Кэмбер или Силия победят?

Конец 16 страницы

Он крепче сжал свои объятья и дотронулся губами до моего лба.

Его рука скользила по моей спине вверх-вниз.

- Я только об этом и думал весь день, - сказал он.

Твердые нотки его голоса заставили меня забыть обо всем на свете.

Все чего я хотела, это чтобы Аспен прикасался ко мне, целовал меня.

И так бы прошла вся ночь, но тут в его животе заурчало, и мне пришлось отодвинуть свои желания на второй план.

- Эй, знаешь, я ведь принесла нам перекусить, - заметила я.

- О, правда? - я видела, что он старался скрыть возбуждение, но легкие нотки нетерпения все же проникли в его голос.

Тебе понравится курица,-я ее приготовила.

Я отыскала свой узелок и принесла его Аспену, который, к его заслугам, начал есть медленно и маленькими кусочками.

Я надкусила яблоко, чтобы ему казалось, будто это все для нас, но потом я отсела в сторонку, предоставив остальную еду ему.

Если в моем доме с пищей возникали трудности, то в доме Аспена это было настоящей катастрофой.

Он работал гораздо усерднее, чем мы, но платили ему существенно меньше.

Их семье никогда не хватало еды.

Он был самым старшим из семи, и, как и я начала помогать своей семье так рано, как только смогла, он старался помочь своей так сильно, как только мог.

Он разделял ту маленькую часть пищи, что предназначалась ему, между младшими братьями и сестрами и своей мамой, которая всегда уставала от тяжелой работы.

Его отец умер три года назад, и теперь семья Аспена полагалась во всем только на него одного.

Я с удовольствием наблюдала за тем, как он облизывает пальцы от специй, осыпавшихся с курицы, и принимается за хлеб.

Я даже представить себе не могла, когда он в последний раз ел.

- Ты отличный повар.

Когда-нибудь ты сделаешь кого-то

Конец 17 страницы

очень толстым и счастливым, - сказал он, жуя только что откушенное яблоко.

- Я собираюсь сделать тебя толстым и счастливым.

Ты знаешь это.

- О, быть толстым!
Мы рассмеялись, и он рассказал мне, что произошло в его жизни с момента нашей последний встречи.

Он немного подработал на одном из заводов, и денег, что ему заплатили должно было хватить на неделю.

Его мать наконец то погрузилась в рутину, убирая в домах нескольких семейств из Второй касты.

Близняшки жутко расстроились, когда мать заставила их бросить школьный театральный кружок, чтобы они могли больше работать.

- Я хочу посмотреть, смогу ли я взять немного работы на воскресенье, чтобы заработать чуть больше.

Ненавижу, когда им приходится отказывать от того, что они любят,

- он сказал это с надеждой в голосе, будто бы он и правда мог сделать это.

- Аспен Леджер ты не посмеешь! Ты и так работаешь слишком много.

- О, Мер, - шепчет он мне в ухо.

Я покрылась мурашками.

- Ты ведь знаешь Кэмбер и Силию.

Им нужно быть среди людей.

Они не могут все время сидеть взаперти под гнетом уборки и уроков.

Это просто не для них.

- Но это не честно с их стороны взваливать всю работу на тебя, Аспен.

Я отлично знаю, как ты относишься к своим сестрам, но тебе нужно и о себе заботиться.

Если ты их действительно любишь, ты должен беречь себя, ты ведь тот, кто их опекает.

- Не волнуйся за меня, Мер.

Я думаю, что скоро произойдет что-то хорошее.

Я не буду вечно этим заниматься.

Но он будет.

Потому что его семье всегда будут нужны деньги.

Конец 18 страницы

- Аспен, я знаю, что ты можешь это сделать.

Но ты не супергерой.

Не думаешь же ты, что сможешь всегда обеспечивать тех, кого любишь, всем, что им необходимо.

Ты просто...

.

.

ты не можешь делать все.

Какое-то время мы помолчали.

Я надеялась, что он обдумывает мои слова, начинает осознавать, что если он не угомонится, то просто износит себя.

Для представителей Шестой, Седьмой и Восьмой каст было обычным делом умирать от изнеможения.

Как же я это ненавидела.

Я сильнее прижалась к его груди, пытаясь выбросить дурные мысли из головы.

- Америка?
- Что? - прошептала я.

- Ты собираешься участвовать в Отборе?
- Нет! Конечно нет! Я не хочу, чтобы кому-то в голову пришло, будто я могу выйти замуж за незнакомца.

Я люблю тебя, - сказала я уверенно.

Хочешь стать Шестой? Быть всегда голодной? Не знать радости? - спросил он.

Я могла различить в его голосе боль, и в то же время неподдельный интерес: Если я могла бы выбрать между сном в роскошной дворцовой кровати, со слугами, ждущими моего пробуждения, и жизнью в трехкомнатной квартирке вместе с семьей Аспена, что бы я выбрала?
- Аспен, мы справимся.

Мы что-нибудь придумаем.

Мы будем в порядке.

Я хотела бы, чтобы это оказалось правдой.

- Ты знаешь, что все будет не так, Мер.

Мне все еще придется поддерживать мою семью; я не смогу от них отказаться.

Я устроилась поуютнее в его объятиях.

- А если у нас будут дети...
- Когда у нас будут дети.

Но мы будем с этим осторожны.

Кто сказал, что мы должны заводить больше дувх?
- Ты знаешь, мы не можем это контролировать! - я ощутила злость, прокравшуюся в его голос.

Конец 19 страницы

Я не могла его винить.

Если вы были достаточно богаты, вы могли регулировать количество детей в семье.

Если вы были из Четвертых, или ниже, вам оставалось надеяться на удачу.

Это стало причиной большинства наших споров за последние полгода, с того самого момента, как мы начали всерьез подумывать о том, чтобы быть вместе.

Дети были медалью о двух сторонах.

Чем больше их у тебя было, тем больше человек в семье могли работать.

С другой стороны, это были лишние голодные рты.

.

.

Мы снова умолкли, оба не зная что сказать.

У Аспена был пылкий характер, и его часто заносило во время споров.

Сейчас ему уже лучше удавалось сдерживать себя от чрезмерной злости, и я знала, что в этот момент он борется с самим собой.

Я не хотела, чтобы он беспокоился и расстраивался; мне правда казалось, что мы сможем справиться с этим.

Если бы мы все распланировали, мы могли бы справиться со всем, что казалось невозможным.

Возможно я была слишком оптимистичной, возможно слишком влюбленной, но я действительно верила, что все, что мы с Аспеном захотим, мы сможем реализовать.

- Думаю, ты должна это сделать, - сказал он внезапно.

- Сделать что?
- Принять участие в Отборе.

Я думаю, тебе следует это сделать.

Я уставилась на него.

- Ты из ума выжил?
- Мер, послушай меня.

Его губы были прямо возле моего уха.

Так не честно; он знал, что это меня отвлекает.

Когда он продолжил, его голос был тихим и чуточку хриплым, как будто он говорил что-то романтичное, не смотря на то, что его предложение не было таким.

- Если у тебя будет шанс на лучшую жизнь

Конец 20 страницы

И ты не воспользуешься им из-за меня, я никогда себя не прощу.

Я не могла это вынести.

Я выпускаю короткий раздраженный вздох.

- Это так глупо.

Подумай о тысячах девушек, которые подадут свои заявки.

Меня не выберут.

- Если тебя не выберут, тогда какое это имеет значение? - его руки теперь поглаживают мои предплечья.

Я не могу спорить, когда он так делает.

- Все чего я хочу, чтобы ты подала заявку.

Я просто хочу, чтобы ты попыталась.

И если ты пройдешь, то ты пойдешь.

А если нет, я хотя бы не буду корить себя за то, что удержал тебя.

- Но я не люблю его, Аспен.

Мне он даже не нравится.

Я его даже не знаю.

- Его никто не знает.

Так что возможно он тебе и понравится.

- Аспен, прекрати.

Я люблю тебя.

- А я люблю тебя.

В подтверждение своих слов он медленно поцеловал меня.

- И если ты действительно меня любишь, ты сделаешь это, чтобы я не терзал себя мыслью "а что если".

Когда разговор зашел о нем, у меня не осталось шансов на победу в этом споре.

Потому что я не могла причинять ему боль.

Я была готова на все от меня зависящее, чтобы облегчить его жизнь.

И я была права.

Не было никакого шанса, что меня выберут.

Так что я должна была согласиться пройти через это, чтобы угодить всем, а когда меня не выберут, все успокоятся и оставят это в прошлом.

- Пожалуйста? - прошептал он мне на ухо.

От этого по телу пробежал приятный холодок.

- Хорошо, - прошептала я.

- Я это сделаю.

Но знай, что я не хочу быть какой-то там принцессой.

Конец 21 страницы

Все чего я хочу - быть твоей женой.

- Он погладил мои волосы.

- Ты будешь.

Должно быть мне так показалось из-за освещения.

Точнее, из-за его недостатка.

Но я могла поклясться, что его глаза увлажнились, когда он сказал это.

Аспен прошел через многое, но я видела его плачущим лишь однажды, когда его брата высекли на площади.

Маленький Джемми стащил несколько фруктов из телеги на рынке.

Взрослого бы судили, а потом, в зависимости от цены украденного, бросили в тюрьму или казнили.

Джемми было всего девять лет, так что его просто побили.

У их матери не было достаточно денег, чтобы отвести его к врачу после того случая, поэтому у Джемми так и остались шрамы по всей спине.

В ту ночь я, стоя у своего окна, когда Аспен заберется в древесный домик.

Когда он был там, я пробралась к нему.

Он плакал у меня на руках около часа, причитая о том, что если бы только он работал больше и усерднее, Джемми не пришлось бы красть.

О том, как нечестно, что Джемми пострадал из-за него.

Это было мучительно, потому что было неправдой.

Но я не могла сказать ему это; он не стал бы слушать.

Аспен взваливал нужды всех, кого он любил, на себя.

Каким-то чудесным образом я стала одной из них.

Так что я постаралась не думать о том, как мне тяжело.

- Споешь для меня? Что-нибудь, подо что хорошо засыпать?
Я улыбнулась.

Я любила петь для него.

Я придвинулась ближе и запела тихую колыбельную.

Конец 22 страницы

Он слушал меня спокойно несколько минут, а потом его пальцы начали рассеяно поглаживать кожу у меня за ухом.

Он оттянул воротник моей рубашки и начал целовать мою шею.

Затем он спустил рукав с моего плеча и прошелся дорожкой из поцелуев вниз по моему предплечью, так далеко, как ему удалось дотянуться.

Это заставило меня затаить дыхание.

Почти каждый раз, когда я пела, он делал это.

Мне казалось, что он наслаждался звуками моего прерывистого дыхания куда больше, чем моим пением.

Вскоре наши сплетенные тела оказались на грязном тонком коврике.

Я оказалась сверху на нем и запустила свои руки в его волосы, поддавшись наслаждению.

Он целовал меня лихорадочно и страстно.

Я чувствовала, как его пальцы впиваются в мою талию, мою спину, мои бедра.

Меня всегда удивляло, как после таких его прикосновений на мне не остается маленьких синячков в форме пальцев.

Мы были осторожны, всегда останавливаясь раньше, чем доходило до того, чего мы действительно хотели.

Будто бы нарушения комендантского часа было не достаточно.

Но даже с этими ограничениями, я не могла представить себе никого во всей Illea, в ком было бы больше страсти чем в нас.

- Я люблю тебя, Америка Сингер.

Я буду любить тебя, пока живу.

Его голос был наполнен каким-то глубоким чувством, и это застало меня врасплох.

- Я люблю тебя, Аспен.

Ты всегда будешь моим принцем.

Он целовал меня пока не догорела свеча.

Должно быть прошло несколько часов, мои глаза слипались.

Аспену не было дела до собственного сна, но он всегда беспокоился о моем.

Поэтому я спустилась с дерева, прихватив свои тарелку и монетку.

Когда я пела, Аспен любил давать мне их.

Время от времени,даже когда у него ничего не было, он давал мне копейки, чтобы оплатить мою песня.

Конец 23 страницы

Если у него получалось заработать деньги,то я бы хотела, чтобы они были у его семьи.

Без сомнений, им нужны были они все.

Но хранить эти монетки - поскольку я не могла позволить себе тратить их - было как хранить напоминание обо всем, чего Аспен хотел для меня, о том, как много я для него значила.

Вернувшись в свою комнату, я вытащила из своего тайника мешочек с пенсами, и услышала счастливый звон новенькой монетки с её соседями.

Я ждала в течение десяти минут, смотря из окна, пока не увидела, как тень Аспена скрылась вниз по проселочной дороге.

Я не засыпала некоторое время, думая об Аспене и насколько я любила его, и как это быть любимой им.

Я чувствовала себя особенной, бесценной, незаменимой.

Никакая королева на любом троне не имела возможность чувствовать себя более важной, чем я.

Я заснула с мыслями, надежно спрятанными в моем сердце.

.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/27877/93669

Переводчики: yakoveha, megusta_who, Nastya007