Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава тридцать первая: Битва

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты

Автор: Somber

Глава 31: Битва

"Просто потому,что тебе не удалось сделать сверхзвуковую радугу в сто тысячный раз на тренировке, ещё не означает, что ты не сможешь это сделать перед стадионом, полным нетерпеливой,ревущей толпы."

Можно сказать, что мне приходилось вступать в бой с противником, сильно превосходящим меня в весовой категории. Гидра, Горгон, Деус, солдаты Анклава, драконы, странные техно-магические монстры... По большей части, я выживала благодаря удаче, хитрости, удаче, непредсказуемости, удаче и ещё большей удаче. Таким образом, нацелить мое оружие на огромнейшего Стального Рейнджера, которого я когда-либо видела, в то время, когда превосходство три против одного, а трое моих друзей связаны, и на них одеты взрывные ошейники, на самом деле, не было для меня чем-то необычным.

Это в любом случае, навряд ли было бы хорошей идеей! И на это раз, я решила так не делать.
— Что, черт возьми здесь происходит? — спросила я указывая своим рогом на Лакуну. Фиолетовый аликорн поймала мой взгляд.

— В сторону. Ты же ведь не думаешь бросить нам вызов, — сказал огромный жеребец, пренебрежительно взмахнув копытом. Впрочем, сейчас я не обращала на него особого внимания .

— Мы освободили Торнипа и помогли достать его броню из запертого шкафа в офисе, — произнесла Лакуна телепатически, только для меня. — К сожалению, когда мы ушли, нам пришлось столкнться с ещё одной группой его подчиненных. Они оказались менее доверчивы чем те, что повстречались нам раньше. Скотч Тейп была напугана им, и его допросами о её ПипБаке. Нас было меньше, и после стольких телепортаций я не могла уйти со всеми сразу. Мне не хотелось оставлять их, так что я сдалась без боя. Богиня полностью вышла из себя из-за моей слабости.

— Вот сволочь! — прошипела я, заставляя Рейнджеров переглянуться. Я наверно была похожа на идиотку или, сумашедшую кобылу, или и то и другое, но в этом не было ничего нового.
— Я не знала что Рейнджеры используют рабов.А разве аликорн не может просто телепортировать себя из ваших цепей и ошейника??

— Ошейник для нашей безопасности. Вам не стоит об этом беспокоиться, — произнес огромный жеребец, когда один из них подбежал к нему. Он говорил что-то обо мне, и о том как я в одиночку обрушила здание Вспышек.
— Когда мы исполним свой долг и изымим ПипБак этой юной леди, я лично сопровожу её туда, куда она пожелает, — он посмотрел на П-21. — Однако, этого будет судить наш Старейшина за попытку установить на мне взрывчатку! И конечно же, с аликорном будут обращаться как положено с захваченным врагом

— П-21 осмотрел мой ошейник. Он снабжен датчиком удаленности, а это значит что он взорвется и взорвет другие, если я уйду слишком далеко.
Я нахмурилась, размышляя, может быть она смогла бы...
— К сожалению нет, я не смогу телепортировать нас отсюда, а бомбы и оковы оставить здесь.
<i>«Она не может? Почему...»</i> и тогда высший коллективный разум начал мне объяснять почему именно она не может! О богини, неужели она не знает что я глупая пони. Я продержалась пять секнуд, после чего мое зрение стало тускнеть... что было очень плохо, так как передо мной было шесть Стальных Рейнджеров, смотрящих на меня. К счастью, Лакуна все-таки поняла, как тяжело это для моей головы и прекратила. Мне показалось, или она смотрела слегка самодовольно? Чёртовы большерогие аликорны...

Маленькая розовая пони в моей голове, поймала взгляд синего жеребца, его губы шевелились, он смотрел на меня. <i>«Иии! Я люблю умных пони!»</i>
— П-21 уверен, что может снять его, — произнесла Лакуна. — Но ему требуется, отвлекающий маневр. Он обещал, что не испортит все, как в Фолен Арч.

Я попыталась прикинуть мои шансы предоставления П-21 отвлекающего маневра, достаточного, чтобы П-21 смог снять ошейники с моих друзей, прежде чем кто-нибудь из них нажмет кнопку. Ладно. С другой стороны я не вижу ни где детонатора, это означает, что он мог быть встроен в броню. Особой причины взрывать пони нет, значит единственный выход — это достать ошейник. <i>«Ну что ж...будет тебе отвлекающий маневр. Единственное что я могла сделать – это сделать что-нибудь глупое..»</i> Я схватила, свой дробовик подняла над собой достала разрывные патроны и весь свой артистизм.
— Ну тогда, я боюсь у нас проблема. Потому что я хочу, что бы вы отпустили моих друзей немедленно.

Мы находились на пересечении двух улиц, с пожарной станцией на одном углу. Дождь наконец-то заканчивался, и здесь было укрытие из нескольких проржавевших вагонов. Сгоревшие магазины и здания в два-три этажа окружали нас руинами. Интересно, здесь был выцветший рекламный щит, который гласил: "Лучше быть распятым, чем полосатым. Вступай в ряды Стальных Рейнждеров сегодня!"

— Не мешай нашему священному долгу, юная кобыла. Мы, Стальные Рейнджеры гордые приемники священного долга по защите Эквестрии, восстановлению и сохранению артефактов, нашего славного прошлого!
Он встал на задние ноги, и я уже приготовилась отскочить в сторону от сверхтяжелого гидравлического удара, но он застыл, резко выставив одно копыто в небо и подогнув другое. — Мы последние защитники Эквестрийской Пустоши, призванные низвергнуть монстров, демонов и злодеев всех мастей, и мы не остановимся пока не выполним волю Эплджек ради безопасного и процветающего будущего.

<i>«Он на самом деле... позирует?»</i>

Мой ствол слега опустился, вместе с моей челюстью. Я показала на их пленников.
— Верно. Ну... кхм... у вас тут мои друзья, мистер, — я попыталась взять себя в копыта.
— Так что вам лучше их отпустить.

Он согнул обе ноги передо мной, святая Селестия, я готова была поклясться, что видела как разбух метал!
— Я Паладин Шугар Эпл Бомбс Стронгхуф, Чемпион Стальных Рейнджеров и преемник наследия Стронгхуфов! Он опустил копыта на землю с грохотом, сотрясая камни вокруг себя, затем повернулся к Лакуне. — Это чудовище, является аликорном, одним из нечестивой армии, которая всегда вела ужасную войну против моего ордена по всей Эквестрии! Кобылка, обладательница функционирующего ПипБака, одной из лучших частиц когда-либо созданных Эквестрийской технологией.
А этот жеребец виновен в покушении и вмешательстве в наш священный долг! — он фыркнул и две струи пара, вырвались из ноздрей встроенных в его металлический шлем. — Мы поклялись доставить их в наш орден.

Это помогло мне собраться с мыслями.
— Хорошо, потому что я, Охранница и ни один пони не схватит моих друзей где бы то ни было просто так. Как я уже сказала, у нас с вами возникла загвостка. И если мне придется всех вас уделать, то так тому и быть. И Ты будешь первым.

Еще три Рейнджера взвели оружия и выбежали вперед.
— Разумеется, в духе любви и толерантности я готова на мирные переговоры, — добавила я быстро. Затем я прищурилась при виде знакомого оружия. Броня могла выглядеть одинаково, но я никогда не забывала пушки.
— Редис?

— Пожалуйста, Паладин Бо... — Начала Редис, и огромный жеребец посмотрел на неё с опасным блеском в глазах. — Я имела ввиду Паладин Стронгхуф. Это Кобыла помогла нам освободить Торнипа от Вспышек.

Жеребец с ракетной установкой совмещенной с пушкой гатлинга, прокашлялся:
— Да. Мне пришел бы конец, если бы она не помогла.

— Да и она пыталась остановить боевые действия в Хуфе, — добавила Фрут Сэлэд. — Её друг не настоящий аликорн. По крайней мере не такой как другие. <i>«Хорошо, похоже не все Стальные Рейнджеры были придурками. До сих пор мне с ними не везло.»</i>

— Как вы и сказали, именно поэтому я готов был жалеть, отправляя на казнь столь прекрасное и чудовищное создание. Но я не могу нарушить нашу священную клятву ордену! — он снова повторил свою стойку, вынуждая нас слегка отступить. — О, какой ужасный конфликт двух выдающихся личностей! — объявил он, прижимая копыто ко лбу.

<i>«Ла...дно»</i> Я посмотрела на Фрут Сэлэд, пытавшеюся всем видом передать, что она была права: у этого пони действительно не все дома!
— Верно... хорош теперь...
<i>«как иметь дело с сумасшедшим пони огромных размеров?»</i> Я глубоко вздохнула и посмотрела на Глори, но она просто уставилась на меня в полном недоумении. Видимо, для неё это тоже было слишком безумно, чтобы иметь с этим дело.

Выход был только один. Я глубоко вздохнула и встала на задние ноги. Мои скобы немного шатались, но я указала на него своей левой ногой и улыбнулась, так как только смогла.
— Паладин Шугар Эпл Бомб Стронгхуф, Защитник стальных Рейнджеров и и приемник наследия Стронгхуфов! Я Блэкджек, Охранница Девяносто Девятого, потомок легендарной Кард Трик самолично вызываю тебя на дуэль за безопасное освобождение моих друзей Лакуны, Скотч Тейп и П-21!

Я с легкость представила девять разом отвисших челюстей. Увидела я по крайней мере четыре...

Он посмотрел вниз ... далеко далеко вниз... на меня. На мгновение, мне представились ужасные тяжелые копыта-поршни превращающие меня в блин с красно-черной гривой. А затем, быстрее чем я могла бы себе представить, он переместился. Но вместо того чтобы сделать из меня пони-желе, он сгреб меня в свои мощные объятия, и его динамик загрохотал.
— О, какое благородство! Какое мужество! Какой героизм! Сражаться в битве без малейшего шанса, с значительно превосходящим противником, ради безопасности и благополучия товарищей! Удерживая меня с легкостью одним копытом, вторым он указывал в небо. — Это воплощение всего того, к чему должны стремиться Рейнджеры.
Он бросил меня на землю, потом схватил снова своими копытами, тряся словно куклу.
— Я не откажу твоей жертве! Воистину, это будет дуэль века!

Моя голова отшатнулась от громкости его динамика. Я только собиралась сказать, что передумала и была бы рада пройтись с ним и поговорить с его начальником, когда он снова поставил меня на землю.
— Приготовься, Блэкджек! Мы начинаем славную битву! Копыто к копыту! Броня к стали! Ни какого шумного, мерзкого огнестрельного оружия для таких воинов как мы, ведь мы сойдемся в битве настоящих джентльпони!

<i>«Погодите? Без оружия? Когда это я согласилась, отказаться от оружия? Это не было вызовом!»</i> Он отбежал от остальных, так что я не знала, как это с ним обсудить. Я взглянула на Глори , которая шипела в мою сторону:
— Блэкджек?! О чем ты думаешь, что ты творишь? Он огромный и в силовой броне! Как ты собираешься с ним драться?

— Работаю над этим... — проворчала я. — Почему он не волнуется о моем ПипБаке? — спросила я, глядя на нее.

— Не думаю, что они понимают, что это ПипБак, — тихо сказала она. Я должна была признать, что она была права. Он был гладкий и черный, мог сойти за часть боевой брони, на вид сильно отличался от нормального большого, серого, громоздкого, ПипБака, как у Скотч Тейп. Небольшое преимущество, я полагаю. Я просто должна быть уверена, что использую его там, где они не смогут это увидеть.

— Дай мне Бак, — сказала я, не давая ей отвести взгляд от моего. Она отказалась, и я быстро добавила. — У меня ноги-желе, и мне потребуются все мышцы, что у меня есть, рано или поздно я все равно умру. Дай мне Бак.

— Я помню момент, когда я поняла, что препараты плохи для тебя. Худший доктор, — она вздохнула и достала таблетку. Когда я зажевала ее, она потянулась и обняла меня.
— Постарайся позже, а не раньше... — прошептала она мне на ухо. — У меня много других сюрпризов, я бы хотела тебе их показать.

<i>«Хорошо. Ради этого я могу пожить ещё.»</i>
— Болтай с другими Рейнджерами, столько сколько сможешь. Отвлеки их внимание от П-21.
Так долго, чтобы мои друзья смогли добраться до безопасного места... это все что имеет значение. По пути к огромной, украшенной золотом, фигуре Рейнджера, я поймала взгляд П-21 и улыбнувшись ему слегка кивнула. Он сможет сделать это. Что бы не произошло в Фолен Арч, он уверен, что не подведет меня. Подождав немного, он незаметно кивнул в ответ, затем повернулся к своему хвосту.

Теперь все что мне нужно было сделать, это показать хорошее шоу, пока они не освободятся.

Бак помогал мне держаться на ногах, пока я проскакивала перед ним. Я демонстративно поправила мои скобы, на что он лишь фыркнул.
– Я вижу, вы покалечены. Что ж, это несколько затрудняет проведение дуэли. Я полагаю, что вам даже можно разрешить использовать оружие. Он звучал разочаровано.

— О, нет, мне не нужно оружие, чтобы одолеть тебя! — возразила я, а затем заморгала. Погодите, мне не нужно? Погодите... мне не нужно! Я достала свой меч и махнула им как своей старой дубинкой.
— Допустимо ли это? — спросила я улыбаясь, в надежде, потому что запасного плана у меня не было. Я пробежала взглядом по острию клинка. Он был безусловно острым. Чертовски острым. Надеюсь достаточно острым, что бы разрезать силовую броню.

Он кивнул.
— Мы сражаемся до тех пор пока один из нас не будет побежден и не признает поражение. Я не отниму у Пустоши столь храбрый и благородный дух намеренно!
Он встал на дыбы и согнул копыта, а потом одним указал в небеса.
— Мы сражаемся за честь и уважение к себе. Пусть ничто не посмеет прервать наше славное сражение! Пони против Пони! Копыто против клинка! Сталь против стали!
А затем его голос прогремел эхом, казалось что его слышно было на милю:
— Начинаем!

Его копыта обрушились с невероятной силой, поршни ударили вниз с мощным шипением пара, начиная сотрясать землю под моими и так не устойчивыми ногами. Топот был лишь прелюдией к тяжёлому прыжку, слишком элегантному и грациозному для такого громадного пони! Я бросилась вперед, взмахнув со свистом серебристым, острым клинком перед его шлемом, когда он проходил надо мной. Удар от его приземления сбил меня с ног, и я дважды перекатилась по разбитому асфальту, прежде чем поднялась на ноги. Он повернулся, и я увидела четкий порез на броне вдоль его шеи.

Если я смогла достать его, то смогу и ранить.

Если смогу ранить его, то смогу и убить.

<i>«Погодите... что?»</i>
— Прошу прощения за порез, — сказала я поднимаясь.

— Я принимаю его с гордостью и благодарностью! Фамильная броня Строгхуфов приветствует отметины от благородной и доблестной кобылы!
А затем мне пришлось бороться за свою жизнь, когда он сделал молниеносный выпад, ударяя своими копытами с поршнями. Это было всё, что я могла сделать, гремя с каждым шагом, отступать назад, пытаясь отразить мощные удары с помощью клинка, и наконец просто стараться оставаться в недосягаемости. Мы можем сражаться до тех пор пока один из нас не будет побежден, но один удар этими копытами и я буду больше чем просто побеждена, я буду раздавлена всмятку!

Вряд ли мне ещё предоставится такой шанс! Я должна атаковать! Он встал на дыбы и вместо того чтобы уклонится, я проскочила под его копытом. Я не видела слабых мест в его броне, но зная мою броню, суставы были лучшим выбором. Я замахнулась мечом на сустав между его ногой и телом. Но Паладин Стронгхуф среагировал быстрее чем я ожидала; однозначно, он не забывал о защите! Стальной Рейнджер прикрыл слабое место, и мой меч ударил по позолоченной пластине стальной ноги.

— Неплохой удар, но я вас уверяю, вам нужно сражаться лучше! — сказал он, обрушив свое массивное тело, сбивая меня с ног. Мои скобы задребезжали и я снова перекатилась, замахиваясь мечом на его шлем. Если бы я смогла лишить его нормального обзора... но он наклонил голову, и лезвие высекло искру о его бронированный хребет, проходивший вдоль позвоночника.

Я могла пробить его броню, но в то же время могла быть разорвана на кусочки. Мы танцевали по кругу, при том что я прижималась к земле. Один из его ударов перебросил меня прямо через фургон в грязную лужу. Я левитировала горсть грязи прямо в его стеклянные, светящиеся синими глаза. В момент когда он замешкался, я рубанула по его ногам, и была вознаграждена шипением воздуха, одна из его пневматических линий пробило. Если повезет, то это замедлит его!

Но мое преимущество длилось ровно столько, сколько ему потребовалось чтобы сбросить это с головы; комок грязи отказалась держаться на нем!
— Это... это не честно! — прокричала я, отступая назад.
Он похоже, стал медленнее.

— Вы сражаетесь хорошо и доблестно. Я хвалю вас и готов принять с величайшим уважением вашу капитуляцию.

— Не надейтесь! Только не когда от этого зависит жизнь моих друзей! — произнесла я задыхаясь. — Вы должно быть устали таскать на себе весь этот метал.
Мне так захотелось пнуть кого-нибудь, когда я услышала лишь смешок от рейнджеров.

— Ещё немного. П-21 почти справился с нашими оковами, — проговорила Лакуна. Надеюсь, ни один пони не задавался вопросом, почему огромный аликорн лежит.

Я заставила себя улыбнуться, продолжая отступать.
— Во всяком случае, мне удается держать дистанцию а вы ничего не предпринимаете. В конце концов я отрежу что-нибудь важное. Будьте внимательнее. Я резала жеребцов раньше.

— Хитрый боец изучает слабости своих врагов! Я рекомендую вам принять это к сведенью! — сказал он, отходя назад и упираясь копытами в землю. Я двинулась в атаку, как вдруг земля поднялась подо мной. Паладин поднял пласт дороги, на котором я пыталась удержаться со всех сил. — Однако, стоит лишь приложить усилия, и ваше преимущество становится недостатком! — выкрикнула он, когда я падала на бок. Он продолжал подымать дорожные плиты. Я едва успела встать на копыта, как плита обрушилась на меня.

Я успела выпить лечебное зелье за мгновение до того, как его копыта обрушились на плиту, разрушая её вершину и сбрасывая меня на обломки!
— Не пугайтесь! Это часть легендарной боевой техники семьи Стронгхуфов, передаваемой из поколения в поколение! — сказал он, подымая меня своими копытами. Почем-то я сомневалась, что он снова собирается обнимать меня.

«Хорошо! С меня хватит!» Я врубила З.П.С. и послала каждую магичискую пулю, что могла выжать из своего рога, прямо в его шлем. Четыре вспышки сверкнули на его бронированном лице. Магическая энергия обрушилась на него, разрывая сталь и визор. Он бросил меня, пятясь назад, и я плюхнулась на раскрошенную дорогу. Рукоять моего меча торчала из щебня и я вытянула его, оборачиваясь к своему оппоненту.

<i>«Что за...»</i>

Паладин Шугар Эпл Бомбс Стронгхуф смотрел вниз на меня, у него была такая невероятно совершенная мускулатура, я была готова поклястся, что искры танцевали вокруг него. Нежно-голубые глаза весело мерцали, словно разглядывая грязного жука которым была я. Белоснежная шерсть, что я могла видеть, была гладкой. Густые светлые усы элегантно сидели выше его губы, и крошечный золотой локон гривы вился с его головы. Редис говорила, что он отпилил себе рог, но она ошибалась. Я впервые встретила единорога, у которого рог был ещё более компактный чем мой.

Он смотрел на меня со спокойствием во взгляде:
— Вижу, я должен извинится перед вами. С моей стороны было нечестно недооценивать вас только из-за ран, — он приподнялся, и, треща и скрежеща металлом, скинул с себя броню, являя всем впечатляющие горы мускулов. Честно говоря, я даже не имела представления, работала ли вообще она от магии, или паладин просто таскал её на себе. Сделав шаг вперед, он вскинулся вверх и согнул передние ноги, заставляя свой живот пульсировать в такт передергиваемому мощными спазмами телу. — Но теперь время столкнутся с истинной комплекцией Стронгхуфов, перехоящей из поколения в поколение!

Я быстро окинула беглым взглядом остальных, видевших то, как паладин поигрывал своей колоссальной мускулатурой; это оказалось настолько ошеломляющим, что остальные конвоиры даже в своей силовой броне выглядели потрясёнными до глубины души. У П-21 струилась кровь из носа. «<i>О Богиня...<i>» — пробормотала Лакуна в моей голове. Мне же удалось поймать взгляд П-21, после чего он чуть ли не мгновенно вытер нос и продолжил свою работу. Это хорошо. Мне бы ой как не хотелось превращать его мозги в кашу, чтобы привести синего жеребца в чувство. Как я уже множество раз проделывала с Рампейдж...

— Ээ... — я села, моргая в удивлении. — Вы можете снова одеть броню. На самом деле...

Вместо этого он оперся на передние копыта, развернулся на сто восемьдесят градусов, и ударил меня задними ногами в лицо справа. Я едва успела поднять ноги, чтобы блокировать часть удара, но его пинок отправил меня кубарем катится по разбитой дороге. Головокружение продолжалось в течении нескольких секунд, обзор заполнился изгибающимися сверкающими картинками, мускулистого красивого жеребца, пока я не тряхнула головой.

— Вы никогда не должны недооценивать своего противника, Охранница! Другие так же ошибались при виде вас, и вы побеждали их всех! — говорил он, приближаясь, а затем снова ударил копытами в землю, посылая по тротуару волну, которая подбросила меня в воздух. Была ли это какая-то магия, или же он и вправду был так силен?

Я приземлилась на куче мусора, подтягивая копыта к себе. Тогда он еще раз атаковал меня, и все мои мысли были только о защите, так как он постоянно бил, обрушивая удары на меня снова и снова и снова. Это было единственное, что я могла сделать, чтобы спасти себя от его копыт. Наконец я собралась и достаточно сосредоточилась, чтобы воспользоваться мечом и получила немного пространства для атаки. Но как бы я не пыталась мне не удавалось поймать его.

— Черт возьми! Я должна победить! Они мои друзья! — прокричала я, когда он уклонился от режущего по горизонтали. Как такой красивый и большой жеребец, может двигаться так быстро?

— Ваша преданность заслуживает уважения, но она не больше моей преданности присяге и ордену! — ответил он уклоняясь от косого удара, сбивая меня с ног своими задними копытами, затем ударил меня сверху, ловко поднявшись на ноги.
— Уступите, я прошу вас.

— Никогда! — прокричала я, рассекая сверху вниз мечом в свирепом убийственном ударе! Он снова поднялся на задние ноги и его огромные, великолепные копыта сомкнулись вместе на серебристом лезвии, мгновенно остановив его, он удерживал его прямо передо мной.

— В поражении нет ничего постыдного, Блэкджек! — произнес он, смотря своими ярко голубыми глазами на меня сверху вниз. Я ахнула, когда он отбросил мой меч в сторону, и, наконец, истощение развеяло мою концентрацию. Он упал на копыта и повернулся, демонстрируя себя сбоку. Это был контрольный выстрел в бессмысленной борьбе...

Но я была просто упрямой! Я развернулась, подогнула задние ноги и ударила его изо всех сил прямо в бок. Я была уверена, что он сможет блокировать, уклониться или просто принять удар. Затем он бы отправил меня лететь далеко за горизонт, но будь я проклята, если отступлю раньше. Однако, мои копыта четко впечатались в его бок чуть ниже грудной клетки.

Он тут же согнулся, рыдая:
— О нет! Вы поразили меня в нервный узел селезенки, слабое место Строгхуфов, переходящее из поколения в поколение! Какая Агония! Какая травма! Я вынужден отступить!
Он согнул копыта, чтобы защитить место в которое я ударила. Глори беззвучно произносила слова "нервный узел селезенки..." и выглядела запутанной.
— Отпустите друзей этого благородного бойца.

Бах? Все взгляды обратились к П-21, удерживающему взрывной ошейник Лакуны в своих копытах, в то время как вскрытые цепи свободно свисали со всех троих; его ошейника нигде не было видно. Он посмотрел на взрывной ошейник в своих копытах, затем вверх на Рейнджеров и сунул заколку обратно себе в хвост.
— Ох... как неудобно... — сказала я. От части я ожидала... не победить...

Затем улица взорвалась.<i>«Спасибо Селестия, за то что взорвала улицу! Это был подходящий момент для взрыва!»</i> Взрывной волной меня отбросило в сторону, но Паладин Стронгхуф спокойно смотрел на дымящийся кратер, за которым два десятка пони, все в шипах, в броне, выкрашенной красным лаком, бежали на нас. Несколько единорогов бросили взрывпакеты, а большинство земнопони имели при себе огнемёты, которыми они пользовались, судя по всему, без какого-либо чёткого плана.

— К оружию, Рейнджеры! Наши враги нашли нас! — Объявил Стронгхуф, направляясь к своей броне. Волшебным образом, она собралась вокруг его могучей фигуры, даже шлем был восстановлен. Красные пони двигались вперед, гоня стадо знакомо вопящих психопатов впереди. Это уже стало традицией! Или даже больше.

Любые пони, использующие больных рейдеров как оружие, не будут моими союзниками.

— Позвольте моим друзьям помочь вам! — прокричала я, хватая магией взрывчатку и отбрасывая её обратно в нападающих.

— Вы продемонстрировали вашу отвагу, — ответил он уверено. — Но кодекс моего ордена запрещает принимать помощь от посторонних!

— Мы в праве принять их помощь, Паладин. В любом случае они свободны. — произнес Торнип, подбегая к нам. — К тому же, нет ни каких сомнений, кто является большей угрозой для наших технологий.

— Кажется, у нас нет выбора. — Сказал он, сгибая копыто. Поршни зловеще зашипели. — Да будет так! Но я боюсь, что даже с вашей помощью будет трудно отбится от поджигателей. Они уже здесь! — Прокричал он, в то время как бегущие поджигатели подбежали ближе и начали сжигать всё вокруг. Я отшатнулась от потока пламени, заполонившего всё вокруг нас. Огонь заставлял мою шерсть на участках не закрытых бронёй вставать дыбом, при том, что он даже не попадал по мне. Поджигатель подобрался поближе, крутясь и пытаясь сжечь меня, заливаясь диким смехом. До тех пор, пока меч не разрезал топливные шланги, ведущие к огнемёту и его не охватили языки красного пламени. Затем, неожиданно, он побежал на меня, как вдруг Паладин пинком швырнул его объятое пламенем тело в другого жеребца.

Отлично, я почувствовала как мой желудок сжимается, пока два объятых пламенем пони бились в агонии, принимающие слишком долгую смерть. Мне действительно не нравился огонь. Это был ужасный способ умереть; Я предпочту пулю.

Взрывчатка, которую они бросали, имела определённую задержку, и я видела как П-21 накинулся на одну из них и выдернул провод. Он вложил одну из этих бомб в взрывной ошейник, а потом ещё одну… и ещё. Одна из них была достаточно большой, но я подумала что могли бы сделать двадцать таких… Я вспомнила что он сделал в Флэнке. Я понимала что из себя представляла бомба вроде этой, и это убедило меня отступить!

— Лакуна, доставь Глори на крышу. П-21, продолжай делать то, что делаешь. Скотч, держись позади. Рампэйдж... <i>«Дерьмо»</i>

Один из поджигателей опалил меня, в то время как Лакуна телепортировала Глори на крышу пожарной станции позади нас. С возвышенности она могла посылать поток малиновых лучей, стирая поджигателей со всех сторон. Стальные Рейнджеры установили огневой рубеж, и пулемёты гатлинга, гранатомёты, и громадную Браун Бетти и начали брать своё. Поджигатели заняли укрытия и набросали дымовых шашек.

Взбешённые рейдеры набросились на нас с топорами, кусками арматуры, бетона, и даже мечом, сделаным из бампера от фургона. Земной пони, обладающий мечом, похоже сосредоточился на мне, его тяжёлые и мощные удары обрушились на мой поднятый меч. Я видела четко и ясно как днем, даже мой меч оказался быстрее чем раньше. Острие полоснуло его шипованную броню вблизи горла, и я ощутила невероятное удовлетворение, когда рассекла его артерию. Кровь брызнула на меня, после чего он попытался еще несколько раз взмахнуть тяжелым мечом. Затем он уронил свое оружие, и мой меч аккуратно рассек его голову. Словно нож масло.

И тут я поняла, что вся истекаю кровью. Я была так увлечена боем, что абсолютно этого не замечала. Рана была не сильно опасна, как мне показалось, но он вырезал мне зазубренную рану прямо над моей кьютимаркой! Ещё одно лечебное зелье хранителя остановило кровотечение; если я выживу после этого, нужно будет послать благодарственное письмо, и узнать где он берет свежие лечебные зелья.

Неожиданно я услышала топот копыт, и на моем ЛУМе появилась красная метка. Я мешкала, пытаясь прицелиться своим дробовиком в облаке дыма, окутавшем улицу. Мой глаз начал слезиться, а вонь источаемая химикатами заставляла кашлять. Вдруг я увидела жеребца мчащегося прямо на меня. На нем был одет противогаз, с установленными в него четырьмя ингаляторами дэша. Когда он приблизился ко мне, в его больных желтых глазах практически не было видно зрачков.

О, и его броня была увешана взрывчаткой...

Я скользнула в З.П.С. имея достаточно времени на один выстрел разрывным в его голову. Это разнесло его башку, и через мгновенье он взорвался. Не было ни крови ни костей, он просто испарился в облаке стали и стене огня в которую упал. Я была сбита с ног и покатилась по разбитому асфальту. Я вовремя посмотрела вверх чтобы увидеть, еще одного, атакующего Паладина, но с своей удивительной изящностью и силой, он схватил пони-камикадзе за голову и швырнул обратно к его товарищам.

Однако один Рейнджер не был достаточно быстрым; взрыв смял его броню как консервную банку. Я не могла точно сказать кто это был, потому что они рассредоточились по всему фронту, и начала задымляться вторая половина улицы, та что позади нас. Тяжелый, едкий дым распространялся вниз по земле и заполнил улицу, не желая рассеиваться. Время от времени огненно-красные полосы пролетали мимо нас, вынуждая меня отступать.

— Жаль что у вас нет оружия, Паладин! — прокричала я, стреляя внаправлении красной метки передо мной.

— Стронгхуф никогда не бывает безоружным! — произнес он, подойдя к фургону. — Узри технику Стронгхуфов передаваемую из поколения в поколение! Шаг первый!
И он снова топнул с невероятным взрывом пуская волны и трещины по асфальту и подбросил ржавый фургон в воздух.
— Шаг второй! — он развернулся и заряд его пневматических поршней и задних ног отправил лететь весь этот мусор в Поджигателей.

Я просто смотрела на размазанное изображение рейдера получившего удар летящего фургона.
— Ты же прекратил тот бой! — Закричала я на него.

Он фыркнул, снова выпустив две струи пара.
— Как ты смеешь сомневаться в моей честности! Нервный узел селезенки является самым слабым местом, очень немногим известна эта слабость Стронгхуфов. Очевидно вы знали о ней и поэтому выиграли наш поединок, освободив своих друзей! Как ты ещё могла победить меня и заставить нарушить мою клятву, требующую передать твоих друзей Старейшине?

Я моргнула, а затем улыбнулась.
— Спасибо, Паладин Стронгхуф.
Он выпустил струи пара из носа, и я готова была поклясться что светящаяся глазная панель подмигнула мне!
— Но так ли нужно было бить меня дорогой?

Немного смущенным тоном, он пробормотал:
— Ну, я подумал что вы можете выдержать это.

Мы отступили на перекрёсток, к трём столкнувшимся ржавым повозкам, которые могли предоставить хоть какое-то укрытие. Похоже, Выжигатели начали отходить, и это хорошо - дым меня уже достал. Глаз жутко слезился и я постоянно кашляла. Рейдеров с "поясами смертников" тоже видно не было. Они что, правда отступили? Пожалуйста, скажите, что они отступили. На Л.У.М.-е было ещё полно красных палочек. А вон там... стоп. Маленькая розовая пони в шлеме с камуфляжной сеткой у меня в голове указала на большое собрание красного, и я посмотрела вбок.

— Ложись, — прокричала я, и слева в нас полетели красные лучи. Даже огромный жеребец нырнул в укрытие от испепеляющей энергии. Видимо, мой удар по Вспышкам был не смертельным. В дыму красные палочки было не сосчитать, но, по меньшей мере, десятка два рейдерш заливали переулок смертоносным светом. Очередь из скорострельного лучевого оружия прошлась по моей шкуре. Мы попали под перекрёстный огонь!

— П-21, без бомбы никуда, — прокричала я, в то время как Глори, Торнип и Фрут Сэлэд развернулись, чтобы обстрелять наступающих по переулку кобыл. С одним ошейником он закончил, и сейчас перешёл ко второму. Если Лакуна сбросит заряд посреди их рядов, то они могут сломать строй и побежать. Я знала это!

Дым и вонь очень сбивали с толку, так что я заметила гранату только за мгновение до того, как она саданула меня по лбу. Из-за удара я отшатнулась на два шага, но в следующую секунду подняла её и... она рванула прямо мне в лицо!

Синяя полоска вспыхнула, и бодрящий заряд тока прошёл от рога до копыт. И всё. Я моргнула и расслабленно усмехнулась... но тут поняла, что Глори была единственной, кто продолжал стрелять!
— Что случилось, — прокричала я застывшей столбом Фрут Сэлэд, продолжая стрелять в сторону красных палочкек на Л.У.М. -e.

— Матрица заклинаний накрылась,— крикнула она в ответ из шлема. — Не могу перезапуститься! Система извлечения тоже не работает!
С другой стороны Торнип тоже застыл, бубня под нос что-то матерное. У их ног каталось ещё несколько сработавших гранат. Та, что попала в меня, была не единственной.

Вот блин.
— Что мне делать, — крикнула я, вынимая из дробовика барабан и заряжая пулевые патроны. Эти разрывные заряды чуть не сжигали ствол. Он даже дымился! Он же почти новенький, а после одного барабана разрывных патронов казалось, что ему не долго осталось.

— Мне нужна матрица заклинаний ПипБака, чтобы перезапустить броню, — ответила она.

Ну... я занята. Но ПипБак есть не только у меня!
— Скотч! Скотч Тейп! Ты мне нужна!
Но я знала, что из-за стрельбы и взрывов она меня не слышала. И тут Лакуна появилась рядом со мной в фиолетовой вспышке. Многоствольный пулемёт с силовой брони парил рядом с ней, а щит прикрывал её и баззащитного рейнджера.

«<i>Иди. Я буду защищать её до последней капли крови</i>», — спокойно, произнесла Лакуна у меня в голове. А потом мотор пулемёта, который поднялся над нашими головами, взревел, и аликорн стала вести ответный огонь смертоносными и точными очередями.
— <b>Богине нравится идея поставить этот сброд на место! После того, что творит эта... эта кобыла... ну...</b> — Её глаза вспыхнули и голос поднялся до небес. — <b>БОГИНЯ НАХОДИТ ЭТО КРАЙНЕ УСПОКАИВАЮЩИМ!</b>

— Какая прелесть.., — проскулила Фрут Сэлэд. Вот такое оно, успокоение по-хуффингтонски.

Загрузив метку ПипБака Скотч, я промчалась через перекресток. Я заметила, что П-21 сейчас скреплял свою бомбу. Надеюсь, Лакуна сможет сбросить её на Вспышек. Вот только где Скотч?

Пряталась в повозке. Кобылка свернулась в шарик и тряслась. Подбежав к ней, я обняла бедняжку. Не могу я её о таком попросить. Нужно сказать П-21 вывести её отсюда. В какое-нибудь безопасное место. Лучшее место. Ржавую повозку тряхнул близкий разрыв гранаты, и она, ахнув, закрыла копытцами голову.

— Ты не можешь защитить её, Блэкджек, — произнёс Крупье, стоя рыдом со мной.

— Я должна,— прошептала я.

— Ты не можешь. Даже если сегодня и завтра у тебя это получится, когда-нибудь тебя не станет. Ты не скроешь её от ужасов, — тихо настоял он.

— Почему нет? Я что, так много прошу? Чтобы она была цела, счастлива и ... не испугана, — прокричала я в ответ.
<i>«Я спасла одну. Только одну. И я сделаю всё, что угодно, чтобы у неё всё было хорошо.»</i>
—Почему наш сраный мир чуть ли не из сбруи выпрыгивает, лишь бы ранить и напугать жеребёнка?!

Он медленно покачал головой.
— Блэкджек, это называется "взросление". И от него ты её не укроешь.
<i>«Может, и так... но так ли неправильно попытаться?»<i/>

Да, если из-за этого Фрут Сэлэд останется умирать. Чёрт.

Повозку снова тряхнуло от взрыва, и я со вздохом опустила глаза.
— Скотч. Мне нужна твоя помощь, — она, трясясь, посмотрела на меня снизу вверх дикими, полными слёз глазами. — Там есть Рейнджер, которой нужна твоя помощь. Ей нужно перезагрузить какую-то "матрицу заклинаний". Ты можешь это сделать?

— Д-да.., — запинаясь, ответила она, он потом зажмурилась. — Но... но я не могу! Мне страшно...

— Я знаю. Мне тоже страшно. Если будешь держаться поближе, я постараюсь, чтобы ты была цела и невредима. Договорились? — спросила я и высунула голову из окна. Красный луч сверкнул перед глазами, и кончик моей гривы осыпался пеплом на пол. По лицу расплылась дрожащая ухмылка. Официально заявляю, Скотч - самая разумная из всей нашей компашки!
— В-в-вот видишь? Б-бояться нечего!

— Я боюсь не боя. Я боюсь железных пони, — сказала она, сильно тряхнув головой. — Но... но я не понимаю, почему! Не должна я их бояться! Мне нравятся машины. Мы пытались спрятаться от Рейнджеров после того, как Лакуна спасла того жеребца, но когда он откопал свою броню и надел её... Я... Я подумала, что он меня съест! Словно я дитё малое!
Сказав это, она ударила себя по голове и начала трястись ещё сильнее.

— Но ты не должна бояться,— пробормотала я.
<i> «Заклинание памяти не сработало? Эффект был временным? А, может, память об этом осталась на инстинктивном уровне в каком-то уголке её разума? Проклятье... Так я и думала, что слишком всё хорошо шло.»</i>

— Знаю. Просто.. просто я глупая, — шмыгнула она, прикрыв лицо копытцами. — Ты должна была оставить меня в 99. Тогда я была бы с мамой.

— Ты не глупая. Посмотри на меня - вот я глупая, — произнесла я, стукнув себя для выразительности в грудь. — Меня бьёт лодками. Тебе, по крайней мере, хватает ума, чтобы этого избежать.
И, вопреки всему, от неё послышался полувсхлип-полусмешок.
— Я знаю, что тебе страшно. В такой ситуации страх - абсолютно нормальная реакция, Скотч Тейп. Но снаружи есть два Рейнджера, которым нужна твоя помощь.
Она только сильнее свернулась.
— Если не можешь пойти... расскажи, как мне перезапустить эту матрицу.

Несколько секунд кобылка молчала, но потом достала странный золотой стержень размером с карандаш, усыпанный маленькими драгоценными камнями. На нём была надпись мелкими буквами: <i>Собственность Риветс. Попользовалась - отдай, мать твою.</i>
— Берёшь это, соединяешься с броней, входишь в <i>Системные инструменты, Системный интерфейс: Главная матрица заклинаний, Программы матрицы заклинаний, Восстановление матрицы заклинаний</i>. Если это не сработает, то в <i>Полный перезапуск матрицы</i>, — пробормотала она, после чего вытерла слёзы. — Прости Блэкджек.

— Да ладно тебе, — сказала я, потрепав её гриву. — Ты дала мне то, что нужно. Не высовывайся, ладушки?

Я побежала обратно на перекрёсток, где Лакуна в одиночку сдерживала наступление армии Вспышек. Она подняла в воздух не только своё оружие, но и Торнипа, магией управляя приделанным к его броне оружием, да ещё и пуская с рога залпы смертоносных светящихся стрел.
— <b>НУ ЧТО, СБРОСИТЕ НА НАС ВАГОН? ЗАПРЁТЕ В СФЕРЕ ПАМЯТИ? ЗАПУСТИТЕ ЖАР-ЯЙЦО В МОРДУ</b>, — вот что она кричала словно тысячей глоток.

— Поставь меня! Поставь меня! Поставь меня,— орал Торнип. Я же рванула к Фрут Сэлэд и начала копаться в настройках её брони. Очень надеюсь, что Паладин Эпл Бомбс не видит... да вообще не видит этого бардака. Даже знать не хочу, на что долг и честь могут его толкнуть.

Глаза Лакуны повернулись к орущему рейнджеру и вспыхнули огнём.
— <b>МОЛЧАТЬ, ГЛУПЕЦ! БУДЬ БЛАГОДАРЕН ДО КОНЦА СВОИХ ДНЕЙ, ЧТО БОГИНЯ ПОЗВОЛЯЕТ ТЕБЕ ТАКИМ ОБРАЗОМ ВОЕВАТЬ ПОД НАШИМИ ЗНАМЁНАМИ! И ПРЕКРАТИ ВЫТЬ, ЕЖЕЛИ НЕ ЖЕЛАЕШЬ, ЧТОБЫ БОГИНЯ БРОСИЛА ТОБОЙ В НИХ!</b>
Торнип благоразумно заткнулся, и Лакуна сосредоточилась на враге.
— <b>ПОЧЕМУ ВЫ ПРОДОЛЖАЕТЕ НАСТУПАТЬ?! ПОЧЕМУ ВЫ ПРОТИВОСТОИТЕ БОГИНЕ?! МЫ НЕ ПОНИМАЕМ ИХ БЕЗУМИЯ! ОНИ ДОЛЖНЫ СПАСАТЬСЯ БЕГСТВОМ, ДАБЫ МЫ НЕ СТЁРЛИ ИХ В ПОРОШОК!</b>

— Богиня, это не безумие. Это ненависть, — прокричала я, в то время как ПипБак сказал мне, что все системы активны и отменил перезапуск. — Они ненавидят так сильно, что готовы умереть, если это принесёт их врагам смерть.
Вот я тоже хочу что-нибудь разнести, потому что ПипБак говорит, что чёртова матрица работает. Я что, что-то неправильно делаю?

— <b>ГЛУПЦЫ</b>, — взревела она. — <b>ПРЕКЛОНИТЕСЬ ПРЕД НАШЕЙ МОЩЬЮ! БЕГИТЕ! ПРЕКРАТИТЕ НАМ ПРОТИВОСТОЯТЬ!</b>
Выражение её лица выразило шок от того, что враги всё равно продолжили наступать.
— <b>ПОЧЕМУ ВЫ ЗАСТАВЛЯЕТЕ НАС НЕСТИ ВАМ СМЕРТЬ?!</b>

<i>"Ошибка" "Ошибка" "Ошибка"</i> Зараза! И тут что-то вылетело из дыма. Оно дважды отскочило от земли, но было слишком маленьким для гранаты. Просто круглый кусок металла.

Серебристое кольцо с привязанной посередине спарк-батареей.

— Богиня, уходи оттуда! — крикнула я.

Но, похоже, не понимала ситуацию. Всё, что мне известно - это что кольца усиливают Enervation, а оно плохо отражается на аликорнах. Кто его бросил? Знали ли они? Или, может, это просто жест отчаяния? Батарея вспыхнула, и кольцо сразу же стало светиться губительной зеленью. Такое чувство, словно я попала в большую бочку - крик завывал всё сильнее, и словно вгрызался в меня.

Богине было намного хуже.

Щит страшно прогнулся и рассыпался; Лакуна всеми силами пыталась удержать себя и Торнипа в воздухе. Аликорн закричала, и белые искры посыпались из её глаз и рта. Они тянулись через кольцо, подобно танцующим светлячкам глубоко под руинами. Теперь Богиня вспомнила, почему её дети держались поодаль от Хуфа. Я оставила Фрут Сэлэд, почувствовав, как мои внутренности сильно свело, нацелила свой дробовик на мерцающую спарк-батарею и выстрелила; меня ударило вспышкой радиации, но зелёное сияние исчезло, и пучки света перестали утягиваться прочь. Тем не менее, для аликорна было слишком поздно. Лакуна рухнула за укрытием рядом с кольцом, а Торнип, вопя, свалился на вагон и, к счастью, упал внутрь.

И Вспышки пошли в наступление.

Я громыхала по вагону, розовые лучи впивались в мою броню, вышибая из глаз слёзы, я бешено палила, даже не стараясь целиться, лишь стреляя так яростно, как только могла. Я схватила зубами гриву Лакуны и потянула, но как бы быстро я не стреляла, я не могла сдерживать наступающих кобыл.

Но Глори могла. Она стояла на крыше пожарной части с полным обзором, она поливала Вспышек потоком красных лучей. Они могли не обращать внимания, на отдельные выстрелы из дробовика, но не этот поток сияющей смерти. Вспышки отступили на несколько важных секунд. Я схватила гриву Лакуны и начала тянуть, стреляя во всё красное. Но даже под подавляющим огнём Глори, Вспышки разделялись и подходили ближе. Чёрт, почему аликорны должны быть такими большими и тяжёлыми?

Две малиновые молнии пронзили мне грудь, моё сердце остановилось, и я свалилась за павшим аликорном. Я потеряла фокус, с грохотом уронив ружьё, трое Вспышек, прокравшихся по тротуару за выбитой витриной, выскочили наружу. Я видела, как губы одной из них двигались; думаю, она кричала что-то о Даймонд. Слова отмщения, или что-нибудь еще. Без разницы. Я потянулась за лечебным зельем... за чем-нибудь! Глори непрерывно стреляла так долго, что мне показалось, что её ствол начал дымиться. Интересно, сколько у неё осталось патронов... вряд ли много.

Трое Вспышек направили оружие на меня. Вот сказочке и конец.

Но тут они взорвались. Я медленно прошлась взглядом вдоль дымового следа до Фрут Сэлэд. Раз за разом ракеты устремлялись вниз по улице, вынуждая кобылок нырять в укрытие. Несколько секунд спустя Торнип поднялся и тоже начал поливать врагов свинцом.
— Как... — пробормотала я.

Внезапно Скотч Тейп прижала к моему рту флакончик с лечащим зельем. Она так тряслась, что чуть не выронила его, и. судя по запаху, её комбинезону предстояла большая стирка. Фиолетовая жидкость была немного водянистой. да и вкус был не очень, но её эффекта хватило, чтобы я смогла дотащить Лакуну до укрытия за угол повозки.

— Как... — я закашлялась, глядя на оливковую кобылку. — Он всё твердил мне, что поломок нет

— Не та матрица, Блэкджек. Думаю, ты пыталась перезапустить свой собственный ПипБак,— сказала она с нервной улыбкой. Она нахмурилась и приподняла ключ. — А ещё ты его выронила. Ты что, не знаешь, как Риветс рассердится... рассердилась бы?

— Эй, я же Охранница! Я могу стрелять и устанавливать порядок. Всякими полезными вещами должны заниматься ремонтники, — ответила я, нервно улыбаясь.

Но на секунду меня почти не стало. Те два выстрела почти меня вынесли. Лакуна всё ещё была без сознания, и кто знает, когда... если... она восстановится? Глори на крыше уже не было. Редис и Стронгхуф также отступали. Их броня дымилась, а Браун Бетти выглядела основательно побитой. Поджигатели наступали с юга. Вспышки с востока. Ели бы рейджеры понесли Лакуну и меня, возможно, мы бы смогли вывернуться.

Возможно. Но прямо сейчас мы могли только добежать до пожарной станции.

— Жаль; кажется, у нас не состоится реванша, — сказал Паладин Стронгхуф, когда мы ввалились внутрь. Глори была в углу, яростно пытаясь переделать обоймы в барабаны для своего лучевого гатлинга. Оня меня увидела, и я слабо улыбнулась и помахала ей копытом, чтобы её успокоить. Она кивнула. К нам присоединился П-21, с угрожающего вида бомбой на его спине. Он превратил два ошейка со взрывчаткой в одну большую, грозную, смотанную изолентой связку бабаха.

— Откуда они все лезут? — спросила я, глядя на надвигающуюся стену красного. Я знала, что в Хуфе есть большие группировки. но это было просто смешно.

Огромный паладин нам ответил. — Большой Папочка "освободил" всех рабов к западу от реки, дал им оружие и послал воевать. Хайлендеры тоже втягиваются, а Полусердечные соревнуются с другими бандами. кто сколько рейджеров убил. Насколько я знаю, их бандиты с настолько дальнего юга, насколько Флэнк смог дотянуться, и бродит слух, что на западе ещё есть грифоны-наёмники. Полагаю, мы должны быть благодарны, что эти чёртовы Зодиаки сюда не суются, — мрачно сказал Паладин Бомбс, броня вокруг его тела медленно самостоятельно затягивалась. Глаза Скотч были закрыты, казалось, она сосредоточенно пыталась помочь Лакуне, потирая её плечо копытом и повторяя, что "всё будет хорошо". — Похоже, не много мы любви и уважения оставшегося города заработали, и большинство будет только радо нашему уничтожению.

— Упси, — пробормотала я, поднявшись на копыта. Лакуна открыла один глаз и посмотрела с выражением, полным страданий. Когда засидевшуюся в тебе Богиню резко вырывают, это неприятно. — Так... каков план?

— Я выйду и отвлеку их на себя. Пока они будут заняты, твои друзья смогут скрыться. Воспользуйся бомбой, чтобы скрыть свой отход, когда я паду, — как ни в чём не бывало ответил он. — Это была честь, Охранница. Помимо, мне кажется, из тебя вышел бы отличный Стальной Рейнджер. — Вспышки и Поджигатели группировались снаружи для массированного удара.

— В ЭТОМ НЕТ НЕОБХОДИМОСТИ! — Снаружи прогремел жеребцовый голос, отчего мои зубы застучали. Полдюжины гранат полетели в бандитов, заставляя их искать укрытие. Часть стены разлетелась от взрыва, осыпая нас щебёнкой, и внутрь вошёл жеребец, явно годившийся Деусу в братья-близнецы; он нёс две массивные артиллерийские пушки, такие же, как у вышеупомянотого Потрошителя. — Паладин Стронгхуф, Ваше подкрепление прибыло! — С севера подходила, должно быть, дюжина Рейнджеров.

— Звездный Паладин Стил Рейн! — произнес Паладин Стронгхуф, вставая на ноги. Броня "Зведного Паладина" была украшена еще более причудливым образом, чем его собственная, но с серебряными витыми вставками. Я задалась вопросом, было ли это нормально для Стальных Рейнджеров, или только для лидеров. Казалось хороший способ, понять в кого стрелять, но когда он вооружен такими пушками, я решила, что мало какой пони осмелиться стрелять по нему в первую очередь, или прожить достаточно долго чтобы попытаться во вторую.

— Вы сражались превосходно, Паладин Стронгхуф. Спасибо вам за то что заманили врага, так что теперь мы можем положить конец этой войне раз и навсегда! — он указал на дверь.
— Возьмите солдат и возглавьте контратаку. Пленных не брать.

— Сир, присяга гласит... — Белый пони обратился к своему начальнику прерывая его.

— Что вы выполняете приказы старшего руководства быстро и без вопросов. Вы получили приказ, Паладин. Вернемся к сражению, — закончил он тоном, дающим понять, что у Стронгхуфа будут неприятности, если он продолжит спорить.

Так точно, Звездный Паладин, — салютовал Стронгхуф, но он смотрел на меня когда говорил это. Эти светящиеся синим глаза, казалось предостерегали меня. Он и остальные его Стальные Рейнджеры ушли, и моя грива начала зудеть, что означало "ох, это плохо". Я приблизилась к Стил Рейну и трем Рейнджерам около него. Это мой шанс.

— Звездный паладин Стил Рейн. Я Охранница. Мои друзья и я пришли сказать вам, что это война абсолютно не нужна.
Я развернулась и посмотрела на Глори, а затем снова на тяжело бронированных Рейнджеров. — Я и мои друзья проходили мимо моста Зенит. Мы использовали бомбу, чтобы отвлечь вас и проскользнуть мимо. Это война не по вине Потрошителей.

Сперва, какого-либо ответа не последовало, а потом я стала различать глубокий ритмичный шум из брони. Я хмуро посмотрела на него, шум становился все громче.

Он смеялся.

— Я должен поблагодарить тебя! — он фыркнул с ликованием. — Ты можешь себе представить, как долго я пытался спровоцировать тех идиотов на другой стороне реки, напасть на нас? Как много раз Старейшина отказывал мне, не давая уничтожить тех паразитов?

<i>«Ой-ой»</i>
— Ты хотел этой войны? Твои солдаты умирают, и ты рад этому? —прокричала я ему, еще раз убедившись, что стояла между ним и моими друзьями.

— Конечно нет, — ответил он весело. — Но не буду отрицать, когда я услышал о боях, это было словно настал День Согревающего Очага, и я был хорошим жеребцом. Наконец-то у Хуфингтонского отделения появилась возможность показать Пустоши на что способны Рейнджеры.

Я взглянула туда где недавно стоял Стронгхуф, потом посмотрела на него.
— Почему у меня такое чувство, что вы не собираетесь защищать пони?

— Наивные юношеские фантазии Паладина Стронгхуфа, едва ли меня интересуют. Он побуждает глупцов тратить наши технологии ради тщетного и никчемного вдохновения остальных. Действительно, какое мне дело выживут или умрут несколько бесполезных глупцов?

П-21 медленно подошел к нему.
— Так вы считаете что технологии нужно копить? Стронгхуф сказал нам, что ваши Старейшины считают так.

После этого из брони последовало недовольное бурчание.
— Да. Они так считают. Они хотят нас заставить копить оружие и технологии как каких-то драконов, хватать каждую нашу находку параноидальными копытами, затем прятать в наших бункерах и базах.
Он развернулся и показал указал на пушку передним копытом. — Это сто двадцати миллиметровый, драконий убийца, чудо инженерной мысли, бронебойный с химическими зарядами. Он состоит из ста семидесяти двух, идеально подогнанных деталей, изготовленных из высокопрочной легированной стали, снабженный магической матрицей ремонта, поддерживающей безупречную работу в любое время. Он сохраняет точность на дистанции до двух миль, при этом снаряды будут по прежнему бить с силой пять килломак.
Он посмотрел прямо на меня. — Неужели вы действительно считаете, что такое оружие должно лежать в оружейной и собирать пыль?

Разумеется нет, я так не думала. Но будь я проклята, если сознаюсь этому ублюдку.

— Старейшины считают, что Потрошители начали эту войну и что с этим нужно бороться, и я сделаю все от меня зависящее, чтобы способствовать этому. Мы уничтожим Потрошителей, подчиним Коллегиат, прогоним Анклав, и захватим Общество! — величественно провозгласил он, расставляя широко ноги, так будто собирался обнять меня. — И вы начали все это! Благодарю вас!

— А теперь я собираюсь остановить это! — резко ответила я. Если Старейшина Кранчи Кэрротс, действительно не хотела этой войны, может ли она её остановить?

Его довольный тон резко исчез, он фыркнул и махнул копытом в сторону.
— Пришло время Стальных Рейнджеров. Прямо сейчас, на востоке, наша Мэйнхэттенская часть возвращает под наш контроль одно из крупнейших и наиболее передовых стойл в Пустоши. Повсюду, проходят другие операции по захвату, утверждающие фундаментальную истину: технологии должны использоваться. Накопление — бессмысленно. Использовать для защиты бесполезного сточного мусора — бессмысленно. Лишь использование для утверждения нашего превосходства, является истинно верным применением.

Он посмотрел на Лакуну.
— Я думаю Старейшина Котедж Чиз будет рад узнать, что мы захватили одного из этих уродов; аколиты очень хотят понять из чего они сделаны и как разобрать их на части.
Он посмотрел на серый ПипБак на ноге Скотч Тейп. — Ох... и мы с удовольствием заберем это.

Отлично. — Итак, я полагаю, Вы отказываетесь соблюсти наш со Стронгхуфом договор, о том, что мы уходим. — Да будет так.

— Вы необычайно проницательны.

И именно так, мое радужное представление об ордене Стронгхуфа растворилось словно облако дыма.
— Отлично, мы уходим. Глори, Скточ помогите Лакуне освободиться. эти двое сразу направилась помогать, и три Стальных Рейнджера со Стил Рейном незамедлительно нацелили свои многочисленные пушки на нашу пятерку.

— А я просто подержу эту очень большую бомбу! — крикнул П-21, качнув головой в сторону связанных в один большой клубок взрывающихся штуковин, балансирующих на его спине. — Должно хватить, чтобы разнести это здание, — добавил он, когда Стил Рейн направил свое оружие прямо на синего пони. Мой друг даже не дрогнул. Бомба без детонатора, и я очень надеялась, что этот придурок об этом не догадывался. Четверо Стальных Рейнждеров начали медленно отступать назад к дыре в стене.

— Я возьму бомбу. Ты держи детонатор, — сказала я, поднимая своим рогом... ууфф... очень тяжелый комок взрывающихся штуковин. Одновременно мы покинули пожарную станцию, пока я держала бомбу между нами, возвращаясь в хаос битвы на улице. Он кивнул и я мысленно радостно захлопала. Он должен был быть каким-нибудь актером. Я могла представить его в постановке Дня Согревающего Очага; он был бы чудесным сопровождающим для моего канцлера.

С их прикрытием с тыла и нашим прикрытием с фронта, давало возможность нам пробиться через это... не на севера. Они бы ждали этого. Запад. Мы могли бы...

Мы бы пробились.

Бой происходивший в едком дыму, был со всех сторон. Рейнждеры сражались спина к спине группировками по два или по три, обстреливая все вокруг. Багровые лучи и жгучее пламя освещали клубы дыма, во время дикого обстрела, нашей пятерке приходилось ползти, что бы не попасть под случайный выстрел. Казалось, что каждая пуля, каждый энергетический картридж были доставлены сюда, чтобы быть использованными в этом бою, и мы были в его эпицентре. Лакуна ещё пошатывалась, и я сомневалась, что Богиня собиралась дать ей достаточно сил, чтобы вытащить нас от сюда. Черт, я хотела выпотрошить того пони, который догадался использовать ХМА в качестве оружия!

Все же Стальные Рейнджеры были лучше атаковавших их. Они были лучше не только в огневой мощи, так же они имели навыки ведения боя; с преданностью собранностью и дисциплиной. Насколько они могли быть ублюдками для посторонних, настолько же они были преданы своим правилам и друг другу. Вспышки и Поджигатели сражались словно яростная толпа, но толпа сокращалась. И как только они отступят, пони Стил Рейна порвут нас на части.

Это случиться... при условие что сам Стил Рейн на доберется до нас первым.

Мы ползли на восток вдоль фасада пожарной станции. Казалось в этом направлении было меньше боевых действий, хотя там было так много двигающихся красных меток, что я не могла определит где была линия огня. Я вела Скотч прямо позади себя. Следом шли Лакуна и Глори, П-21 замыкал колонну. Затем прозвучало "крапм", когда горящая бомба взорвалась слева, жар и свечение заставили меня повернуть голову на север.

Когда дым рассеялся, в поле зрения показались пушки Стил Рйна.

Я ударила ногой назад, так сильно как только могла, смачным шлепком прямо по лицу отправил Скотч в копыта Глори и Лакуны. Я услышала знакомый щелчок, присела и прыгнула, маленькая голубая пегаска кричала мне "Выше! Выше!" я выпрямила свои ноги. Затем был ещё щелчок, и на мгновения я почувствовала хватку ЗПС, когда анти-драконья пушка выстрелила. Снаряды пролетели подо мной и в стороне либо сверху от моих друзей, рассекая линию в дюжину шагов вдоль перекрестка. Ударная волна подбросила и перевернула меня, и весь мир стал странно приглушенным, когда я упала на асфальт.

Стил Рейн извлек две гильзы, и я увидела дымящийся спиральный след из дыма, после чего автоматическая система зарядила ещё два снаряда. Я просто лежала там, словно маленькая пони, отчаянно пытающаяся встать на копыта. Двигайся! мое тело отказывалось. Вставай! Мое тело могло. Спеши! Казалось что я вешу тысячу фунтов. Два Рейнджера шли прямо, по той разбитой стороне улицы на моих друзей; лишь слабый щит Лакуны защищал их, когда те открыли огонь.

Звездный паладин направил свое оружие прямо на меня. Мне показалось, что он что-то говорил. Какой-то пони кричал, но это звучало будто я лежала на дне ванны. Я попыталась встать, но скобы на моей передней ноге были сломаны. Нога лишь подогнулась, вместо того чтобы поддержать меня.

И тогда знакомый пони врезался в бок его массивной брони. Сначала мне показалось что он отбросит её в сторону, но она обхватила его бронированную фигуру, словно обнимая его. Это происходило медленно, она выпрямила ноги, поднимая его перед собой. Пушки выстрелили в верх, ударная волна вновь отбросила меня катится по разбитой земле, но снаряды ушли далеко в небо. Еще раз мои эластичные кости спасли меня от нескольких переломов, но я едва ли могла сделать больше чем просо лежать в рытвинах от его предыдущего выстрела. Я смотрела сквозь дым, ощущая словно мое тело тащат в сторону. Я почувствовала кровь на лице, и влажность в ушах.

Затем перед моим лицом предстала картина сварливого, волнующегося синего пони. Его губы шевелились, но лишь забавное гудение слышалось из его рта. Все кружилось и я старалась удержать внимание на его лице. Было странно ощущать это кружение, когда моя голова все еще находилась в его копытах, и он прижался своими губами к моим.

О да. Это был хороший способ уйти... Я вытянула губы...

Затем почувствовав поток лечебного зелья на своих губах, я заморгала. Мне пришлось скосить глаза, чтобы увидеть бутылку лечебного зелья у него во рту; его взгляд говорил мне "Просто выпей это, дура". Хорошая идея П-21. Я осушила зелье и почувствовала боль в ушах. Когда я закончила, оказалось что я лежу на спине посреди боя.

Затем мой взгляд упал на трех пони осаждающих пару Рейнджеров. В этом не было ни чего особенного, но их оружие. Как много кобыл в округе Хуфа сражалось при помощи тяжелых молотов, цепей и пожарных топоров? С запада прибыла вооруженная, вопящая, радостная толпа пони, большинство из них были одеты в доспехи из настоящей кожи пони. Их возглавлял большой черный жеребец, орущий приказы рассредоточиться и сокрушить каждого пони, что встанут на пути Потрошителей. Я очень наделялась, что не включая меня. Мне нечего противопоставить в этой ситуации!

— Каков план? — спросил П-21, после очередного взрыва, осыпавшего нас гравием.

— О, как мы далеки от плана... — проворчала я, оглядываясь. Красные метки были по всюду. Потрошители против Ренджеров против рейдеров против налетчиков. В дыму я могла разглядеть лишь несколько синих меток; в остальном все заполоняли красные словно кровь. — На... запад.
<i>«Черт, есть ли вообще здесь безопасные направления?»</i>
— Мы должны убраться отсюда.
Я пошла бы на север, но прямо сейчас на самом деле хотела бы быть дальше чем в двух милях от Стил Рейна.

П-21 поднялся и замахал копытом. Из-за обломков разбитого небесного вагона к нашей рытвине бежали Глори и Лакуна. Похоже что Лакуна полностью восстановилась... но я смотрела назад и взгляд синего жеребца был направлен другую сторону.
— Где Скотч Тейп? — спросил он, снова оглядывая обломки.

Глори завертела головой. — Я не знаю! Мы бежали в укрытие и она была позади меня, а затем она пропала... Раздался крик и на нас рванул Стальной Рейнджер, осыпая нас градом пуль из минигана и выбивая щебень из нашего укрытия. С противоположной стороны бежали не бронированные пони... Вспышки, Поджигатели, Потрошители...какое это имело значение?

Магическая стрела Лакуны пробила броню Стального Рейнджера, а Граната П-21 оторвала его копыта. Глори и я пригнулись, избегая испепеляющей волны распространяющегося огня. Спаси их. Спаси их. Казалось слова звучали во мне, давая силы подняться на ноги.

Сквозь дым и пламя, я видела Редис... или, скорее, Рейнджера с Броун Берти встроенной в его броню. Я никогда не забывала оружие. Ее броня казалось светилась все ярче и ярче нагреваемая племенем из огнемета, обхватившим ее. Затем из пожара выросла темная фигура Брута, и большой жеребец опустил свои копыта на ее горящую броню, не обращая внимания на пламя. Вот так, Рейнджер который помог мне... который понял меня... был мертв.

На противоположной стороне я увидела Маллет дико размахивающую своим тяжелым молотом в сторону двух Рейнджеров, которые поливали ее пулями из минигана. Мне доводилось испытать попадания минигана до этого. Я знаю, то ощущение года тебя прошивает пулеметная очередь, расщепляя плоть. Я видел одну кобылку растерзанную именно таким оружием, но она рвалась вперед под пули, будто она чудесным образом регенерируется после этого.

Маллет не обладала такой способностью. Когда Рейнджеры прекратили огонь, она превратилась в кровавое месиво. Я обессилено села, смотря на кусок, который когда-то был пони. Знакомой пони. Не другом. Не врагом. А бессмысленно убитой пони. Бессмысленно. Какого черта я здесь делаю? Почему мои друзья застряли посреди этой битвы?
— Черт возьми... Остановитесь. Прекратите это!

— Мы должны найти Скотч, Блэкждек, — сказал П-21. Но я не слышала его.

Всё пропало. — Стойте! — закричала я, пытаясь выбраться из воронки на своих сломанных скобах. Я едва могла стоять, не говоря уже о ходьбе, но я должна была положить этому конец. Я была обязана закончить это прямо, блять, сейчас. — Стойте! Хватит убивать друг друга! — закричала я из дыры и начала стрелять, не обращая внимания на своих друзей вокруг. — Хватит! Хватит! — Я уже не знала, в кого стреляла. Среди этого дыма, пуль и лазеров это больше не имело значения. Если метка была красная, я стреляла. Стреляйте в меня, не в других. Стреляйте в пони, которая всё равно уже мертва. Но, блять, прекратите! Я стреляла, плакала, кричала, поворачиваясь от одного к другому и следующему. Пули пробивали мою изношенную броню; долго она такими темпами не протянет, по крайней мере, без серьёзной починки. Но мне было плевать. Если они стреляли в меня, значит, они не стреляли друг в друга.

— Хватит! Хватит! Хватит! — рвала я горло, мои ноги дрожали и гнулись в разные стороны, выскальзывая из сломанных скоб, а броня блестела от крови. По крайней мере, большая её часть была не моей. Я бы стреляла до тех пор, пока все не перестали бы стрелять! Я не хотела видеть ещё одну Редис. Я не хотела ещё одну Маллет. Мне плевать, были ли они врагами! Мне было тошно от того, что пони так глупо погибали.

И тут передо мной встал жеребец и заполонил моё зрение, когда я нацелила ствол точно ему в лицо. Его знакомое, строгое, синее лицо... и револьвер щелкнул по пустой каморе. Он даже не вздрогнул, глядя вдоль ствола в мои глаза.

Я чуть не убила своего лучшего друга. Его глаза, жёсткие, озлобленные и уверенные были отражением моих. Он знал, что всё было хреново. Незначительно. Бессмысленно. Но он не впал в панику. Он не визжал как лунатик и не расстреливал пони в приступе ярости. Он просто смотрел мне в глаза параллельно стволу, из которого я чуть не снесла ему голову.

Я почти убила его. Почти убила... О Богини, что со мной происходило?

— Это просто... так... глупо... — зарыдала я, уронив опустошённый дробовик рядом. Я пошатывалась взад-вперёд, в этой небольшой перестрелке меня подстрели больше, чем просто несколько пони. — Я не могу их остановить, — всхлипнула я. Он подошёл и поддержал меня, лучевая пушка Глори стреляла по окружавшим нас врагам, а Лакуна коснулась своим рогом моих ран. Только теперь, увидев их, я поняла, как же мне было больно. — Прошу... скажи мне, как заставить их перестать убивать друг друга...

Он держал меня, не двигаясь и не отстраняясь, и я прижалась щекой к его шее и закрыла глаза. Он тоже приятно пах, пусть он и был врединой. — Ты не сможешь их остановить, — поделился он со мной истиной, которую я и так слишком хорошо знала. — Как ты не стараешься, не пытаешься остановить их воевать, ты... ты не сможешь их остановить.

— Прости... — прошептала я ему в ухо. — Я думала, что я достаточно сильная. — Но теперь я знала лучше. Теперь я понимала, чем на самом деле была война: бойня, такая массивная и всепоглощающая, что никто... ни Охранница, ни Мародёры, ни Министерские Кобылы, ни даже Принцессы не могли её остановить. Я сталкивалась с монстрами и угрозами, о которых я даже не подозревала месяц назад... но, наконец, я встретила монстра, столь огромного, что никакое количество пуль его не убьёт. Этим монстром была война, и я не могла его уничтожить.

Внезапно я почувствовала гораздо больше симпатии к тем двум давним кобылам... и вспомнила двух принцесс, встретившихся под тентом. "Мы придумали его..." И здесь оно родилось. Здесь, в этом ужасном городе.

— Нет, ты не недостаточно сильная, чтобы это остановить. Что удивительнее, это что тебя это достаточно волнует, — тихо ответил он перед тем, как отойти. — Но мы не можем остановить этот бой сейчас. Мы должны найти Скотч и свалить отсюда. Ты можешь найти тег её ПипБака? — Потому что это было чем-то, что я могла сделать. Чем-то, что было мне по силам.

Я шмыгнула и кивнула. — Да. Если у тебя ещё осталась изолента, ты не мог бы подмотать мои скобы? Эти долбанные хреновины сломались. — Эти долбанные железки пострадали от двух близких промашек СтилРейна. Я была бы сейчас пеной для душа "Блэкджек", если бы он в меня попал! Я загрузила тег ПипБака Скотч. Не думай о том, что ты только что сделала. Не останавливайся. Просто найди Скотч и уберись отсюда.

Тут я взглянула на дробовик и замерла. Я чуть не снесла моему другу голову. Буду ли я с ним безопасна? Будут ли они в безопасности? И будто прочтя мои мысли, он взял оружие и ткнул им меня в грудь. — Возьми. Просто держи себя в копытах, ладно, Блэкджек? Если ты потеряешь голову, мы все пропадём.

— Верно. Да. Правильно. — ответила я, как раз когда Лакуна закончила лечение. Фиолетовый аликорн выглядела будто пропущенная через мясорубку; наверное, даже у аликорнов были свои ограничения в магии. Метка на ПипБаке вела на северо-восток, назад в пожарную станцию. Хорошее место для укрытия. Я взглянула на свои обмотанные скобы; смотрелись они откровенно убого. — Пошли за ней, быстрее.

Вместе мы, держась как можно ниже, пробирались назад к зданию. Крыша пылала; я нашла это несколько ироничным. Достать её, выбраться, не погибнуть и сходить на север, поговорить с Кранчи Кэрротс и остановить это безумие. Вот так. Вот такой план был мне по силам. Я собирала свою голову воедино, пока мы пробирались между лужами горящих химикатов. Интересно, какая неизвестная сила снабжала Поджигателей топливом и Вспышек магическим энерго-оружием и самоцветными обоймами? Я готовилась... готовилась... готовилась... в ожидании искры.

И тут из густого, закрученного дыма вырвалась фигура. Она состояла из когтей, клыков и большого острого скорпионьего хвоста. Я взглянула на летящую на нас мантикору и почувствовала, как у меня внутри что-то сморщивается. — Ты, наверное, шутишь...

Глори сбила меня с ног в тот момент, когда зверь пролетел прямо над нами. Монстры пикировали с неба, вгрызаясь в бандитов и Рейджеров. Хоть какое-то подобие организованной битвы превратилось в беспорядочную бойню. Я зарядила в барабан противопехотные патроны, и, лёжа на боку, четыре раза выстрелили в ляжку монстра. Он заревел, слепо махая хвостом, и развернулся для укуса. Пятый выстрел размозжил его достоинство. Я видела, как его глаза собираются выкатиться из глазниц, как широко раскрывается его пасть. Шестой заряд разорвал ему глотку, и он наконец-то рухнул.

Я перезарядила дробовик обычными патронами и с усилием поднялась. — Ты двигаешься быстрее нас всех, — сказала я П-21. — Беги внутрь, вытащи её.

— Ясно. А бомбу взрывать надо? — спросил он. Я недоумённо моргнула. Наверное, у меня мозг был повреждён сильнее, чем я думала. Он махнул копытом на здание. — Бомба! Большая бомба, которую мы там оставили!

— Ты имеешь в виду, она работает? — изумилась я в ответ.

Он закатил глаза. — Ты серьёзно думаешь, что я сооружу что-нибудь этакое и оставлю детонатор им?! — На самом деле. Он же умный пони. Он показал на детонатор, примотанный к его копыту. — Когда ты говорила о том, как я её рвану, я думал, ты знала!

— Конечно. Разумеется, я знала. Ты вытаскиваешь её, и мы рвём отсюда. — Потому что всё это уже становилось смешным. В кого мне нужно было стрелять сейчас? Он кивнул и исчез в дыму, в то время, как Глори, Лакуна и я двинулись назад. Она левитировала автоматический гранатомёт. — С тобой всё будет в порядке? — спросила я её.

Она натянуто, вяло улыбнулась. — Едва ли моё любимое оружие, но я справлюсь. Я одарила всё Единство неплохой головной болью из-за этой адской штуки. Богиня решила, что когда вся Пустошь будет перерождена в расу аликорнов, первым же мегазаклинанием мы затопим весь Хуфингтон на дне моря.

— Верно. Тут я, если вы не против, с вами соглашусь, — сказала я, взглянув на Глори. — А тебе как новое оружие? — спросила я, переключившись на Бдительность и меч. Я хотела снимать врагов отдельными выстрелами в голову, а дробовик определённо не был создан для подобной точности.

— Очень... яркое. И энергетические ячейки жрёт как проклятый! — сказала Глори, осматриваясь в поиске опасности. — Я буду в порядке.

Хорошо, — это было всё, что я успела сказать, до того, как навалилась новая волна мантикор. Львиные монстры прыгнули в нашу сторону, и я на трясущихся ногах едва успела увернуться. Мало того, что они обладали смертоносными клыками, они, казалось, пытались схватить пони подобно мыши, так что я внимательно следила за их когтями. В спокойствии З.П.С. я использовала точность пистолета, чтобы снести им головы и превратить их в кувыркающиеся снаряды, когда они проскочили мимо нас. Разумеется, в этой безумной битве с мантикорами мы были открытой мишенью и для других пони, кто хотел до нас добраться.

И тут из-за витрины вынырнул Стальной Рейнджер и направил свою ракетницу на нас. Я выхватила винтовку Тауруса, но при всей её скорости, я не думала, что успею нацелиться до того, как она выпустит ракету. Я открыла рот, чтобы заорать что-то про укрытие, когда блестящая, закрытая сталью пони упала сверху на Рейнджера. Она захватила её в объятья, которые согнули сталь и крикнула, — Пони в банке! Хорошо, что у меня с собой открывашка! — Она схватила знакомый нож-пилу в рот и закусила рукоять. Лезвие взвизгнуло, когда она воткнула его в шею Рейнджера; пони в энерго-броне удержался, но Потрошитель лишь надавила сильнее, и лезвие прошило край её брони. Внезапно из зубчатого разрыва в броне ударила красная струя, а пони внутри металлической оболочки завопил, а затем пал без чувств.

Затем Рампейдж откинула Рейнджера в сторону. На её броне были видны сотни царапин от пулемётных попаданий, а её когти были чёрные от огня. Кровью были обильно смочены лезвие на её шлеме и заострённые пластины вдоль её позвоночника. — Эй, Блэкджек. — Она широко улыбнулась, подходя к нам. — Диковато, а? — К нам подскочила мантикора, и она прыгнула ей навстречу, своим весом перевернув её в воздухе. Мантикора рухнула на землю перед нами, закончив пируэт, и она пронзила длинными когтями своих армированных копыт её грудину. — Не думаю, чтобы я когда-нибудь так веселилась!

Я лишь улыбалась как идиотка, подойдя к ней, пока она выдергивала себя из туши. — Рампейдж, я...

И она тут же оказалась на мне сверху, снеся меня ударом и прижав лезвия своих копыт к моему горлу. — Большой Папочка сказал мне убить тебя. Так что у тебя есть лишь один шанс что-то сказать. Говори. — спокойным тоном сказала она.

— Слезь с неё немедленно, — закричала Глори, взяв свой лучемёт на изготовку. — Или я подарю тебе ещё одно детство.

— Ага. Сейчас я и до тебя доберусь, индюшка. Это между нами с Блэкджек.— Она посмотрела вниз на меня. — Ну?

Я закрыла глаза и сказала, — прости. Ты была права, — она не вырвала мне глотку, так что я продолжила. — Мы должны были помочь Скотч преодолеть это. Мне не стоило пытаться уберечь её.

Рампейдж мягко вздохнула, и я взглянула вверх в её розовые глаза. Затем она мягко постучала меня по голове. — Технически, я должна оставить тебя в живых, только если ты согласишься бороться на нашей стороне, но у меня паршиво получается выполнять подобные приказы, — она слезла с меня и помогла мне встать на копыта. — Дерьмово выглядишь, Блэкджек.

— И чувствую я себя соответственно. — ответила я, успокоив свои шатающиеся ноги, оглядываясь. — Откуда все эти пони лезут?

— Ты серьёзно? — с ухмылкой спросила она. — Ты же не думаешь, что Большой Папочка - единственная крупная шишка среди Хуфингтонских банд, да? Как только бойня набрала обороты, он созвал единомышленников со всей Эквестрии. Каждый день ещё и ещё приходят с запада. Это величайшая стычка в истории Пустоши; Рейнджеры наконец-то получают по заслугам. Это просто чудесно. — Затем она указала на мёртвую мантикору. — С этими, правда, перебор...

Банды со всей Эквестрии. — Это же безумие. Зачем? Какого чёрта им здесь надо?

— Что? Мы же не единственные. Этим утром из Троттингема на лодке прибыли представители Стальных Рейнджеров. На юге в плохих землях Пекосы и Флэнковцы воюют с зебрами. Силы Красного Глаза лезут в драку с пони Общества. Я поражаюсь, как Анклав и Коллегиат еще не открыли огонь. Чёрт, единственное место в Хуфингтоне, не сошедшее с ума, это северо-запад.

И это всё было из-за того, что я отравила своё стойло, не дав Смотрительнице нанести каннибалистический визит в Хуф. — Это не совпадение, — тихо пробормотала я, оглядываясь на огонь и дым вокруг. — Я вынесла ЭП-1101 из Стойла 99, и тут же всё взрывается? Это не может быть совпадением.

— Ну, это и не только здесь. Вроде как Рейнджеры сейчас окружили какое-то Стойло в Понивилле. В Филлидельфии война. А армия Красного Глаза окружила Башню Тенпони. Вся Эквестрия едет с катушек! Это потрясающе. — растянувшись в улыбке, ответила Рампейдж, затем посмотрела в сторону. — Имей это в виду, Блэкджек. — И она прыгнула на спину мантикоры, напавшей на трёх беззащитных пони.

— Как минимум, мы можем быть уверены, что Анклав сюда не спустится, — прокашлявшись, сказала Глори. — Они ни за что свои крылья здесь пачкать не станут. — Я скептически на неё взглянула, и она упрямо продолжила, — Нет такого осла там наверху, кто бы решил сейчас копаться в этой грязи. Ясно? — Но она всё равно выглядела растерянной. Может быть, Анклав ничего против поверхности и не предпримет... но если против себя?

Я посмотрела в направлении пожарной части. Их не было слишком долго. Что-то случилось со Скотч? Их схватили? Убили? Моя грива дыбилась от вариантов. Прямо между лопатками... может, у меня была паранойя, может, я окончательно свихнулась, но я плюхнулась на бок. На секунду я почувствовала себя полной идиоткой...

И тут надо мной пролетел монстропони. Её скорпионий хвост отрикошетил от моей брони, и она резко взмахнула своими кожистыми крыльями. Она впилась когтями в асфальт, разворачиваясь в скольжении ко мне лицом. — Как ты услышала, что я иду? — спросила она, ударяя хвостом по разорванной улице, глядя своими синими глазами на меня, обнажая клыки. — Ну ладно... по крайней мере, мы можем закончить.

Я поднялась на копыта. — Мда. Давай закончим, ДжетСтрим, — сказала я, глядя на бурую смесь пони и мантикоры, не отводя с неё глаз, когда вокруг нас приземлились ещё четыре мантикоры.

Её синие глаза моргнули в недоумении. — ДжетСтрим? — Внезапно она разразилась смехом. — Я не ДжетСтрим.

Я моргнула. — Эм... нет? — Сангвин изменил её память? Мегазаклинание слияния отняло у неё личность?

Она с ухмылкой взглянула на меня. — Что за хрень ты несёшь, Охранница? Моё имя не ДжетСтрим. Ты меня на это не поймаешь. До моего превращения моё имя было Брасс.

— Брасс? — Это... та кобыла, что трахалась с Дуфом? Я уставилась на неё. — А как ты стала...

— Этим? — Она указала когтистым копытом на себя. — О, я согласилась, как только мне предложили. На копыто выше в пищевой цепочке, крылья, и право распоряжения этими идиотами... что здесь может не нравиться? Честно, они заперли меня в стазисе, когда файл оказался заблокирован, но признаюсь, Пустошь мне нравится намного больше!

Я взглянула на неё и затем указала на неё копытом. — Значит... ты была солдатом, добровольно стала этим и не знаешь большего счастья?

— Именно так! — сказала она с усмешкой, щёлкнув хвостом.

— И никакой тоскливой предыстории? Никаких сожалений? Ты совершенно счастлива от того, что ты монстр? — улыбнувшись, сказала я.

Она сердито посмотрела на меня, скребя когтями по разбитому асфальту. — Абсолютно! — она зарычала, после чего я расхохоталась. — Что тут смешного?
Глори и Лакуна смотрели на меня с беспокойством; не удивительно, учитывая, что я бегала и кричала словно маньяк всего несколько минут назад.

Я тяжело села на корточки и посмотрела в небо, разводя копыта, как будто молясь богиням. — Наконец-то! Наконец-то появился враг, с которым я могу сражаться без сожалений! — Произнесла я и слезы текли по моим щекам, пока я заряжала экспансивные пули в магазин Бдительности. — Ты можешь представить сколько раз мне приходилось сражаться с мостропони и чувствовать вину, тоску и сожаление после этого? Но ты? Ты конченый монстр, Бросс! — сказала я, махнув перед собой мечом. — Ты ешь жеребят? Скажи мне что ты ешь жеребят и насилуешь беспомощных маленьких пони. Это станет вишенкой на торте! — я смеялась в безумной радости, слегка пританцовывая, перебирая своими перевязанными ногами. — Ву Ву! Не жалею... нет мистер... не в этот раз... ву ву! — напевала я, пританцовывая брейк.

Она взревела и рванула, а затем так же внезапно, танцуя на своих когтях стала отступать назад, так как мой меч рассек косую черту прямо перед ней. Снова и снова меч проходил в дюйме от её лица, когда я наступала. — Нет переживаний! Нет моральных дилемм! Нет боязни, что я седлаю что-то не так! Стой смирно! — кричала я от радости, подняв Бдительность войдя в ЗПС я выпустила очередь из четырех выстрелов. Это стало доказательством ее скорости, так как она сумела поднять свои когтистые копыта и защитить лицо, пока пули вырывали большие куски ее шкуры.

— Ты свихнулась. — кричала она. — Фури, черт возьми! Убей ее!

С моей слепой стороны послышался скучающий голос кобылы. — Ты такая дура, Бросс.
Я обернулась чтобы увидеть... кобылу в огне? Нет. Это была земная пони с гривой и окраской напоминающей играющее пламя.
— И не называй меня этим тупым "кодовым именем". В сам деле, что тут у тебя? Кобылка читающая комиксы?

— Просто заткнись и убей ее! Черт возьми, где мои Дорогуши? — заорала пони мантикора, и два зверя вышли, чтобы заслонить ее от моих выстрелов.

— А впрочем какая разница? — оранжево-красная кобылка потянулась. — Разберусь.
Это было не то, что хотелось бы сейчас услышать.

Я развернула ствол и направила ей в голову. — Назад.
Она не послушалась. — Черт возьми, проваливай! — Мне не нравилось как она спокойно прошлась передо мной, и то как рыжие монстры мантикоры расступились перед ней.

— Ага. Добавь ещё несколько ругательств. Посмотрим, может сработает, — сказала она, начиная набрасывать барахло и мусор себе на спину. — Так. Сангвин сильно этого хочет. На самом деле он хочет этого настолько сильно, что начал выделять силы из наших резервных групп для дополнительной поддержки. Так что ты можешь пойти с нами, или мы заберем его.

— Или ты скажешь ему отвалить, — ответила я, пятясь от этой странной кобылы и пытаясь выяснить, ее особенность. Результатом слияния с чем, была эта кобылка? Учитывая то как остальные держались от неё по дальше, я указала жестом Лакуние и Глори тоже отойти. Ни одна не выглядела счастливой, особенно учитывая, что на каждую из них рычали Мантикоры. Вспышка лучевой пушки и магические стрелы, вынудили монстров отступить, несмотря на это, кобыла продолжала собирать куски мусора.

— Смотри. Деус не гонялся бы за тобой, если бы Сангвин так отчаянно не нуждался в твоем ПипБаке. А Сангвин,в свою очередь, не гонялся бы за твоим ПипБаком, если бы нечто не поставило его в безвыходное положение. Так что просто отдай его. — сказала на, уныло глядя на меня.
— Знаешь что? Пошла к черту.
Огненная кобылка закрыла глаза, начиная светится.

И она взорвалась.

Знаете... я была уверена, что полностью превысила мой предел взрывов на день, и это был ещё даже не полдень. Мусор, что она набросала на себя, стал смертельной шрапнелью, которая просвистела мимо меня, когда я проскользила по земле к мертвому Рейнджеру. Тогда кучка пепла засветилась, и преобразовалась в кобылку цвета пламени. — Ай, — пробормотала она от боли, посмотрела на меня, и опять побежала ко мне с рассерженным взглядом.
— Ого... большинству пони не требовалось увидеть этого дважды, — сказала она, разгораясь снова.

Рампейдж возникла передо мной, в тот момент когда кобылка вновь взорвалась, пламя окутало ее броню, поджаривая ее полосатую шкуру. Она защитила меня от взрыва.
— Жжется! — вскрикнула Рампейдж, почерневшая плоть сразу начала заживать.
— Я разберусь с этим, Блэкджек.

— Рампейдж? Ты снова с нами? — спросила я, и увидела ее смущенный взгляд.

— Скотч в порядке? — спросила она закусив губу.

— Я... не знаю, — призналась я, глядя на пожарную станцию. Что они так долго? Я могла видеть ориентиры и синие метки.

— Дайте мне знать когда закончите, — сказала она, поворачиваясь к восстанавливающейся желто-оранжевой кобылке. — Окей, Спарки, покажи это еще раз!
И она рванула на испугано пялящуюся кобылку, та засветилась, когда Рампейдж словно бульдозер уволокла её прочь на север. Затем снова прогремел взрыв, и я услышала ликующий хохот Рампейдж.

— Ладно. Это все становится сюрреалистичным, — проворчала я, пони мантикора ухмыльнулась, глядя на то как я закачалась и упала вниз лицом пытаясь удержаться на копытах. Хорошо, я не могу позволить этому мешать мне.
— О Брасс... запела я, поднимая свой сверкающий меч. Чувствовалось некое... опьянение. Словно я опустошила целую бутылку Дикого Пегаса. Моя шкура онемела и с языка срывались слова.

— Блэкджек, не должны ли мы сейчас рвать отсюда? — спросила Глори, нашпиговывая своими красными лучами определённо рассерженную мантикору; было ясно, что её лучемёт гатлинга был не чета её лучевой винтовке. Однако она справлялась. Если бы я только могла думать. После стольких взрывов, падений и ударов мне казалось, что у меня вместо мозга была разбитая банка с желе.

— Да! Да! — ответила я, поднимаясь на копыта. Отметка снова двигалась, к нам? Да! К нам. Но из-за этого дыма, и огня, и монстров, и повреждений мозга, я осилила только четыре шага, после чего всё завертелось, и я снова рухнула лицом вниз. Я перевернулась на спину, глядя на уходящий в небо дым, и на секунду протянула к нему копыто, будто пытаясь убрать облака и увидеть синь за ними.

Святая Селестия, кем же я стала. Сколько раз меня сегодня уже взрывали?

Граната откинула нападавшую на Глори мантикору, обозначив прибытие П-21 вместе со Скотч. Он выглядел измотаннее, чем обычно, выпуская из Убеждения идеально нацеленные гранаты, отбрасывающие монстров назад. Хотя Скотч выглядела угрюмо. — Поверить не могу, что ты не разрешил мне забрать её с собой!

— Не сейчас, Скотч, — ответил он, одновременно заряжая следующую гранату.

— Хватит разговаривать со мной, как мама. Она спасла меня от тех Рейнджеров! — настаивала она, указывая копытом назад на пожарную часть. Кто кого от чего спас? Оооу... голова болит.

Пока они спорили, Лакуна расстреляла патроны в своём позаимствованном гранатомёте и выбросила громоздкое оружие в сторону. У неё была лишь магия, и даже она не выглядела неисчерпаемой. По монстрам, к которым она стояла лицом, нанесли удар два Рейнджера, отвлекая их. Одиним, должно быть, был Паладин Стронгхуф; мне показалось, что он посмотрел на меня, разнеся зверя, словно чучело. Другим был Тёрнип, он палил ракетами по мантикорам почти в упор. Рампейдж билась со взрывающейся пони. Другие Рейнджеры стреляли по ней. Вспышки и Поджигатели палили по ним.

Я видела, как позади меня стоял Крупье, часть меня заметила, что мой глюк стал настолько реалистичным. что его было сложно разглядеть сквозь дым. — Теперь ты понимаешь, Блэкджек? Ты понимаешь, что ты пытаешься остановить?

Лакуна воспользовалась шансом и вернулась ко мне, опустила свой рог, и струйка лечебной магии потекла к моей голове. Мой ПипБак обозначил её как "изувеченную". Это многое объяснило. — Да. Но я должна... должна... сделать... что-нибудь, чтобы это прекратить.... — Теперь ещё только Анклаву осталось вмешаться, и я бы замахала белым флагом. Хуже уже быть не могло...

И тут раздался гром.

Он был близким, глубоким, зубодробительным и настолько громким, что все пони вокруг перестали сражаться и оглянулись. Он прозвучал вновь, посылая мурашки по моей спине. — Нам нужно идти... — сказала я, поднимаясь на копыта. С растущим единогласием пони начали отходить от пылающей пожарной станции. Несколько секунд оттуда слышался лишь треск огня и отдалённые звуки битв. Грохот становился всё громче и громче, а рёв превратился в растущий крик с северо-востока.

Пожарка взорвалась. Нет, не от бомбы или чего-то вроде. Вместо этого пылающая конструкция смялась, и огромный металлический монстр наполовину наехал сверху, наполовину прорвался сквозь конструкцию. Я видела машину вроде этой раньше, полу-заржавевшую и похороненную в холмах. Эта же ржавой не была; она была рабочей, мобильной... и гораздо более крупной.

Как раз этого в битве и не хватало... танк.

Огромная махина была покрыта чёрными и белыми полосами и усыпана горящими обломками. Каждый пони с оружием направил его на стального зверя и открыл огонь, убегая в любом возможном направлении прочь. Его тяжело бронированные пластины едва царапались от тяжёлого оружия Рейнджеров. СтилРейн, наверное, мог бы что-то сделать, но его нигде не было видно. Умный пони.

Два огромных ствола помахали над полем боя, когда башня покрутилась, стряхивая кучи щебня, словно собака. Стволы меньших орудий, утопленные по углам, прошлись туда-сюда и начали испускать потоки огня, пронзавшие всё, пони или стальную броню, с одинаковой лёгкостью. Взрывающаяся пони получила ранение и взорвалась, но сразу не восстановилась. Погибла? Ждёт? Брасс билась в облаках. Я надеялась, что она получила молнию в задницу. Рампейдж моргнула, поток мощных выстрелов снёс её с копыт, и она упала рядом со мной. — Оооо... Это большая банка.

Теперь все эти турели повернулись ко мне, и механический зверь издал долгий низкий вой своих двигателей. Его гусеницы начали пробираться сквозь остатки пожарной станции, он шёл к нам.

Разумеется, он был за мной. Все были за мной! Мне стало интересно, где была зебринская пехота. Я взглянула на П-21, уставившегося с открытой челюстью на зрелище, на его пустую спину, и оглядела обломки. Ну... стыдно было бы так потратить. Я потянулась своей магией, щёлкнула предохранителем и нажала красную кнопку.

Знаете, это начинает становиться чем-то обыденным.

Бомба, закопанная, под остатками пожарной станции рванула прямо под задним углом танка. Его левая гусеница разлетелась, а вся задняя часть махины помялась. На секунду я решила, что сейчас будет ещё один взрыв, но танк просто лежал там, как сломанная игрушка. Кирпичи, пыль и горящие осколки посыпались на нас, укрывшихся на земле. Я поднялась на копыта и сделала несколько шагов в строну военной машины.

Я обернулась через плечо на своих друзей и улыбнулась. — Я выиграла.

И тут двигатель снова ожил, и розовое сияние начало обволакивать повреждённую машину, металл снова принимал правильную форму, разрывы закрывались, потерянные детали появлялись на местах. Орудия снова задвигались в своих гнёздах, и мы все рванули прочь на запад, исчезая в дыму. Минуту спустя двигатель танка издал рёв, прокатившийся по всему полю эхом.

<center>* * *</center>

Мы продолжали бежать еще около десяти минут. Попутно заметили пару Потрошителей, но они быстро разбегались, не доставляя нам неприятностей. Наконец, мы ввалились в нетронутый подвальный бар и разошлись по помещению. Каждый был покрыт кровью, сажей, пылью и потом. От нас разило дымом и огнеметным топливом. Мой новенький дробовик отчаянно нуждался в замене ствола, лучевому оружию Глори едва хватало заряда, чтобы работать фонариком.

А я? Счастливее и быть не могла. Мы были живы. Конечности были на месте. Ну, кроме меня конечно, но, все же, я не потеряла больше. И мы снова были вместе!

Лакуна использовала магию, чтобы перезарядить оставшиеся зелья, прежде чем мы выпили их. Я до сих пор была далека от идеального самочувствия. Теперь, когда шок прошел, я чувствовала себя одной большой раной от головы до копыт. П-21 и я приняли дозу Мед-Икс. Скотч отошла от шока после встречи с танком и рассказывала Рампейдж о странной кобылке, повстречавшейся в депо и спасшей её от Рейнджеров Стил Рейна. Глори пыталась починить мои скобы чем-то более эффективным, нежели липкая лента; знала бы она, как под ней чешется.

Ну а я просто улыбалась, потягивая Баквейзер комнатной температуры и поглядывая на своих пятерых друзей.

— Ты выглядишь счастливой... — П-21 сел напротив меня. Он отхлебнул теплого пива и сморщился. Слабак. Но именно поэтому он мне нравился. Жеребец все еще выглядел слегка озабоченным по поводу Рампейдж, вернувшейся к нам. Глори успокоилась, когда все прекратилось. Без сомнений, мы нуждались в ней, но пройдет еще много времени, прежде чем Глори простит ее за то, что она бросила нас у Коллегиума.

— Чувствую счастливой. Выгляжу дерьмово, — отозвалась я и оглядела пыльный бильярдный стол. Вокруг валялись кости. Вот это невезение. Интересно, кто здесь играл, когда бомбы упали? Кто выигрывал? Наслаждались ли они своей последней в жизни игрой? Стены когда-то были увешаны фотографиями, большинство из них упали и были уничтожены грязью и водой. Судя по нескольким оставшимся, здесь собирались солдаты с военно-морской базы. Большинство улыбалось в камеру или скалились как идиоты, или поднимали бутылки с пивом в качестве тоста.

Я подняла свою бутылку к изображениям. Пусть и не в полной мере, но я познала вкус войны, поэтому они заслуживали всяческого уважения с моей стороны.

Особенно, когда я знала одну из этих пони.

Твист и зебра сидели в баре на одной из фотографий, я аккуратно левитировала картинку со стены. С обратной стороны была прилеплена газетная вырезка.

<center><i>Драка в баре переросла в побоище.</i></center>

<center><i>Эйс Бакли.</i></center>

<center><i>Хаос разразился вчерашней ночью в бильярдном зале Прогресса, когда группа моряков с военно-морской базы Айронмэйр столкнулась с несколькими солдатами с авиабазы Мирамэйр. Сержант Твист, бывший член известной группы, носящей название Мародеры Макинтоша, делила выпивку с Шуджаа, одной из неуловимых зебр, известных как Продитьеры и сражающихся на стороне Эквестрии, когда прибыли моряки и возмутились присутствием красной зебры. Сержант Твист ответила морякам, куда они могут засунуть свои якоря, выражением, которое мы не можем напечатать, затем последовала драка.</i></center>

<center><i>Когда солдаты с авиабазы поняли, что их сержант в беде, они немедленно рванули к ней на помощь. По слухам, почти две сотни свободных солдат явились к месту драки для помощи своим сослуживцам. Хотя обошлось без жертв, полковник Капкейк в Мирамэйр все же сказал, что без суровых наказаний не обойдется. Некоторые наблюдатели, однако, выразили опасения, что бывшая Мародер пользуется определенными привилегиями в связи с произошедшим в прошлом году покушением на неё. Также был поднят вопрос, являются ли открытые отношения сержанта с Шуджаа конфликтом верности. В Хуффингтоне осталось мало зебр, большинство из них являются заключенными лагеря для военнопленных Желтая Река.</i></center>

<center><i>Бильярд, владелец заведения, на вопрос об этом заявил, что рад видеть любого, сражающегося на стороне Принцесс и Эквестрии, независимо от наличия полос. Он уверяет своих клиентов, что бар вновь откроется через пару недель.</i></center>

Я глядела на изображенную на фотографии пару, держащуюся за копыта и склонившую друг к другу головы. На их месте могли бы быть мы с Глори. Глядя на Твист, я подняла взгляд. Были кое-какие отличия... разные улыбки. Глаза. Еще полоски. Да и Зебра просто смотрелась необычно со своим "не-совсем-пони" видом. Я перевернула картинку, там была небольшая приписка: "Твист+Шуджаа", обведенная сердечком. Нужно ли сказать ей? Разозлиться ли она? Не хочу снова стрелять ей в голову, особенно когда Скотч рядом.

Не помнить - отстой. Дерьмо...

— Рампейдж... — позвала я.

Она выглянула над Скотч. Её броня была вся продырявлена, она еще пока не могла её отремонтировать. Мне оставалось только гадать, где она заполучила еще одну. Неужели вернулась за ней в туннели, где мы вынуждены были её бросить? Возможно у неё была запасная у Большого Папочки.

— Да? Что такое? — спросила она и подошла ко мне.

— Я нашла изображение, — мягко произнесла я. — Там в музее, пару дней назад, когда мы дрались с зебрами... ты сказала, что тебя зовут Шуджаа. — Я постучала по картинке. — Я нашла... думаю, что нашла её фото.

Рампейдж резко присела.
— То есть... одну из пони... во мне?
Я медленно кивнула и полосатая кобылка крепко зажмурилась.

П-21 слез со стула и подошел к Скотч.
— Пойдем приведем тебя в порядок. Из-за этого дождя, где-то здесь просто обязано быть немного чистой воды.

— Эй, я хочу остаться с Рампейдж! — запротестовала малышка, когда он подталкивал её к лестнице.

— Она никуда не собирается. Двигай давай. — твердо сказал П-21, ведя её по ступеням.

Рампейдж взяла картинку и поглядела на приписку. Тряска явно не была хорошим знаком. Она медленно повернула рамку, подняла копыто и провела им по стеклу, как бы лаская Твист.
— Я... я не понимаю этих чувств... — слезы побежали по ее щекам. Кобылка шмыгнула. — Я чувствую... как... как будто все перемешалось! Это... это я! — произнесла она, глядя на меня широкими глазами. — И... и я очень сильно люблю её... — Затем она указала на Твист. — Но это тоже я! Я знаю это... я... я вижу это. И... и я люблю её... люблю до боли! И все же... я ненавижу её! Я так зла на неё!
Полосатая кобылка уронила фотографию и обняла себя.
— Но почему? Я ведь не знаю этих пони!

— Две души в одной, — мягко произнесла Лакуна.

Рампейдж еще крепче обняла себя.
— Я не понимаю... я... Твист? Шуджаа? Обе? — она шмыгнула и покачала головой. — Ничего не понимаю. Чувствую... хочу разорвать себе грудь. Хочу... спасти её... но не понимаю почему. В этом нет никакого смысла!
Она поглядела на меня широкими, умоляющими глазами.
— Кто я, Блэкджек? Что я?

Я склонилась и обняла её, надеясь, что кобылка не раздавит меня словно букашку.
— Я не знаю, Рампейдж. Арлоста? Твист? Шуджаа? — я поглядела на неё. — Хотелось бы мне быть умной пони. Тогда я бы выяснила.
Я поглядела на Лакуну, задумавшись, сколько же душ может вместиться в одну пони.

Всю мою жизнь, я всегда была Блэкджек; возможно не самой умной пони Стойла, но все же собой. У меня была мать, вырастившая меня лучше тех пони, которых я знала, и я никогда не задавалась вопросом кем или чем я была. Вид потрошительницы, смотрящей на изображение с таким сильным смятением и болью... Её челюсть скрипела, когда её взгляд перемещался от пони к зебре и обратно. Наконец, она убрала фотографию и шмыгнула.
— Видел бы меня Большой Папочка...

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, она икнула и потерла нос.

— Чувствую... Богини... я бы сказала, запутанной и сумасшедшей, но это явно не то, как безумие проявляется. Я гляжу на изображения, и часть меня говорит <i>это я</i>, другая же часть говорит обратное, поэтому они конфликтуют друг с другом. Часть меня любит, что я вижу... другая - ненавидит... и... это как-то неправильно. Я хочу извиниться перед собой... и убить себя... и вырезать свое сердце... и... ух... просто безумие!
Кобылка жалобно посмотрела на Глори.
— Ты уверена, что я не сумасшедшая? Точно? Это многое бы объяснило, не так ли?

Глори вздохнула и утешительно улыбнулась. Серая пони просто не могла долго держать обиду.
— Нет. Если бы ты не знала о противоречивых порывах... тогда это могло бы быть неким расстройством личности... но в твоем случае... Извини.

— Ааа... — Полосатая кобылка вздохнула. — Это мое обычное состояние. Мои внутренние небольшие толчки, порывы и конфликты - все требуют к себе внимания. Иногда я чувствую себя воспитателем или что-то в этом роде, а свою голову - детским садом. — Она тяжело вздохнула. — Минталки помогают мне сосредоточиться... не слететь с катушек в неподходящий момент.

— Что ж... прости, что не могу помочь больше, — вздохнула я.

Потрошительница лишь слегка рассмеялась, покачивая головой.
— Блэкджек... до встречи с тобой я даже и не думала, что мне можно помочь. Ничто не имело смысла. Теперь я знаю имя как минимум одной пони внутри меня. Возможно двух. У меня, по крайней мере, появилась надежда это выяснить. Нет ничего хуже быть чужим в собственной шкуре, ощущать разные части себя, сражающиеся между собой.

— Ты все еще думаешь о себе как об угрозе Скотч? — беспокойно нахмурилась я.

— Не знаю, — её улыбка исчезла. Она, вздохнув, повесила голову. — Все, что я знаю... я желаю это. Не буду лгать. Как будто нечто давит изнутри, желая прекратить её страдания, не позволить ей мучиться дальше. Но в этот раз, я думаю, я не позволю этому вырваться из меня. — Она потерла голову. — Думаю, я буду в порядке. Просто не оставляй её наедине со мной. Не нужно лишний раз искушать судьбу, не так ли?

Верно. Искушать судьбу - последнее, что я когда-либо сделаю. Я задала вопрос, мучивший меня с момента, когда я увидела сражающихся Потрошителей.
— Как думаешь, Большой Папочка прекратит войну, если мы убедим Кранчи Кэрротс?
Еще более важно, по-прежнему ли он этого хочет?

Она вздохнула.
— Возможно. Наверное. Если мы поторопимся.

— Но почему? Я думала, что Большой Папочка любит хорошую драку. — вопросительно нахмурилась Глори.

Рампейдж невесело усмехнулась.
— Любит. Но он достаточно умен, чтобы трезво оценивать ситуацию и понять, что даже если раздавит Рейнджеров, то ничего с этого не получит. Большой Папочка всегда был за медленное продвижение. Выдавливать Рейнджеров квартал за кварталом, месяц за месяцем. Он никогда не хотел полномасштабной войны; он сражается, потому что они выстрелили первыми... ну... кто бы там не был первым.

Меня это обнадежило.
— Отлично. Тогда мы продолжим наш путь к Кранчи Кэрротс. Выдадим тебя за посла от Большого Папочки. Все же к предложению от Потрошителя они прислушаются легче, чем от Охранницы. Объясним, что именно мы заварили эту кашу, извинимся и будем надеяться, что она остановит Стил Рейна.

— Остановит. Рейнджеры свято ценят субординацию. — согласилась Рампейдж.

— А ты уверена, что Стил Рейн допустит нас до Старейшины? — вклинилась Глори.

— И то верно. — вздохнула я и поглядела на Рампейдж. — Знаешь окрестности военно-морской базы? Ты же побывала везде в Хуфе.

Она кивнула, прошла к барной стойке и, немного порывшись, выудила клочок бумаги и карандаш. Потрошительница нарисовала прямоугольник и указала на него.
— Это сама база. В основном куча укрепленных складов. Годами это место было заражено радиацией, но она, похоже, достаточно ослабла или исчезла, чтобы Рейнджеры смогли занять базу. На западе проржавевшие до основания доки. Восточнее главной зоны находятся большие фабричные здания, которые использовались для постройки кораблей и оборудования.
Слева от прямоугольника она нарисовала беспорядочный набор знаков, а справа маленький квадрат.

— Южнее - город Айронмэйр. В основном руины. Раньше там жили поселенцы, но Рейнджеры давно выгнали их. Эта зона по-прежнему кишит патрулями. — Она накарябала большую перевернутую заглавную F над центральным прямоугольником. — Здесь мол и пирс. Не знаю сколько там укрытий или добра. — Затем последовал ромб, расположившийся на конце нижней палочки F. — Это - «Селестия». Стальные Рейнджеры превратили её в свою крепость в Хуффингтоне. И это главная причина того, почему Потрошители не пытались воевать с ними ранее. Никто не знает, работают ли пушки. Никто и не хочет знать, захочет ли Кранчи Кэрротс потратить боеприпасы, если они действительно работают.

НУ и напоследок, под квадратом она нарисовала круг.
— Здесь раньше была штаб-квартира базы. Большое старое здание; думаю, это просто куча офисов. Но...
Кобылка добавила еще один круг, на этот раз из пунктирной линии, правее штаб-квартиры.
— Это - кратер Айронмэйр. Бомба чуть промахнулась мимо самой базы, но ты знаешь, что обычно говорят в таких случаях...

— Чуть-чуть не считается в случае с подковами, гранатами и жар-бомбами... — пробормотала я.

— Что, правда так говорят? — недоуменно нахмурилась Глори.

— Говоришь как пони, которая никогда ничего не взрывала, — усмехнулась Рампейдж.

— Не жар-бомбами же!

Я помахала копытом.
— Хорошо. Так... если мы преодолеем штабное здание, а затем фабрику, тогда сможем встретить пони, который сможет организовать нам встречу. Возможно Стронгхуфа, если он выжил.
И мне сложно было представить любого пони, который сможет убить этого жеребца!

— И конечно отговорить тебя от этого безумного плана не удастся, — безнадежно вздохнула Глори.

— Разумеется. Иначе будет слишком скучно. — улыбнулась я и поглядела на Рампейдж, уткнувшуюся в газетную вырезку. — Хочешь приберегу это для тебя?

Полосатая кобылка подпрыгнула, глядя на меня, затем кивнула. Я аккуратно вытащила фото из рамки и сунула в сумку. Я сохраню его. Это было то немногое, что я могла сделать для неё.

<center>* * *</center>

Мы потратили еще несколько минут, чтобы отмыться от грязи оставшейся после битвы. Который раз, я скучала по чудесной горячей воде, льющейся на меня, и кобылке, трущей мои бока. Незанятая ванна тоже пришлась бы к месту. Я никогда не воспринимала горячий душ как достижение цивилизации. Он казался слишком уж простым, но прямо сейчас, я бы с удовольствием отмокла недельку... что дало бы мне еще несколько недель закончить дела, прежде чем я умру.

Тик-так. Мы отправились, я представила порчу, борющуюся с моими клетками, медленно продвигающуюся и поражающую мои здоровые ткани. Строящую базы и укрепляющую опухоли. Посылая атаку за атакой на мои нетронутые органы до тех пор, пока окончательно не захватит территорию моего тела. Я могла поклясться, что ощущаю маленькие взрывы внутри с каждым неправильным движением. Приступы боли - стрельба. Жжение в моей задней ноге - огнеметчики за работой. И, то и дело, я воображала взрыв бомбы внутри меня, что заставляло меня останавливаться и хватать ртом воздух.

— Ну, вы все куда-то бежали, а я не могла. Я была так напугана. А эти плохие Рейнджеры смеялись, говорили, что нужно отрезать мою ногу с ПипБаком и выяснить, как обезвредить его большую старую бомбу. Затем появилась та фиолетовая с зеленым кобылка. Они подумали, что она одна из моих друзей и попытались схватить её. И... она широко разинула рот и оттяпала ему ногу. Затем другой начал стрелять по ней, но пули? Просто отскакивали. А потом она как дыхнет на него огнем! Зеленым! — Скотч глядела на нас. — Я не выдумываю!

Я улыбнулась, ковыляя рядом с ней.
— Я и не говорю, что выдумываешь, Скотч.

— У тебя та самая улыбка, — угрюмо отозвалась она.

— Улыбка?

— "Я тебе не верю, но не скажу этого" улыбка, — сердито сказала она, затем глянула на Рампейдж. — А ты мне веришь?
Судя, по её голосу и выражению, она с тем же успехом могла сказать: <i>Ты же не сердишься на меня?</i> или <i>Ты же не бросишь меня снова?</i>

Рампейдж какое-то время смотрела на неё, затем криво улыбнулась.
— Конечно, малышка. Я знала Горгона. Самый уродливый пони, которого я когда-либо встречала, — её улыбка медленно угасла. — И один из лучших.
Я припомнила, как он превращал моих друзей в камень, но промолчала.

— Кто нанял его следить за шахтой? — спросила я. Мы двигались на север, стараясь избегать улиц и поглядывая на небо. Может мы и убили большинство из выводка Брасс, но уж точно не всех.
— Имею ввиду, что это оказалось довольно внезапно, насколько я помню.

— Без понятия. Должно быть какой-то покупатель захотел подчистую выгрести из шахты все драгоценные камни. Фактически завладеть ею. Забавно, обычно эти камни превращают в огнеметное топливо или энергетические боеприпасы, но в этот раз они шли куда-то еще.
Я нахмурилась, моя голова разболелась.

— Узнаю этот взгляд, — П-21 хромал рядом с мной. — О чем задумалась, Блэкджек?

— Просто... ух... что-то происходит. Я вытаскиваю ЭП-1101 из Девяносто Девятого. Горгона посылают в шахту. Пони начинают повсеместно истреблять друг друга. Что послужило причиной? Что стоит за этим? Кому и зачем так сильно нужны камни? — я указала по направлению битвы. — И та монстропони сказала, что кто-то подгоняет Сангвина достать ЭП-1101. Так почему именно сейчас?

Рампейдж глянула на меня.
— Не обижайся, но почему нет? Обстоятельства наконец совпали так, что группы пони уже могут порвать друг друга на части.

— Но это тоже часть чего-то большего. Компаньоны пришли с востока и просто так, без причины рассеяли множество маленьких племен, чтобы получить пять враждующих фракций? И один из компаньонов отправляется в Анклав, чтобы вмешать и их посредством Добровольческого Корпуса? Я не верю в подобные совпадения. Как-будто нечто... собирает все это вместе. И не только в Хуффингтоне. Почему Выходец из Стойла растрясла все это именно сейчас? Почему именно сейчас Красный Глаз пришел к власти в Филлидельфии? Почему все это происходит прямо в этот самый момент?

— Возможно, просто одно большое совпадение? — предложила Глори. — То есть, эти события вполне случайны.

Она, скорее всего, была права... но я не могла подавить ощущение того, что все происходящее взаимосвязано. Что случившееся двести лет назад, повторяется сейчас.

Я оглянулась на Лакуну, следующую позади нас, пока Глори и П-21 спорили о совпадениях и закономерностях. Ну и отлично; я подняла вопрос, над которым могут подумать более умные пони. Я замедлилась и слегка толкнула Лакуну.
— Как ты себя чувствуешь?

— Богиня была ранена... сильно. Не думаю, что Единству когда-либо так угрожали. — Она вздрогнула. — Она практически полностью отсекла меня. Меня бросили. Я могу слышать остальных... но в следующий раз, когда окажусь под угрозой, она позволит мне умереть. Она не будет рисковать всем ради меня.

— Прости, — вздохнула я. — Полагаю... тебе и Богине было бы лучше, не встреться ты со мной.

— Почему ты так говоришь? — чуть улыбнулась Лакуна. — Ты... в большинстве своем... самая увлекательная пони, когда-либо встреченная Богиней. Живучая. Глупая. Отважная и трусливая. Чрезмерно увлекающаяся помощью нуждающимся. Живи пони твоего типа два века назад, возможно, все было бы по другому. Ну и в конце концов, ты вдохновила Богиню на радикальный план.

— Радикальный?

— Да. Богиня знает, что к нам приближается очень опасный враг. Мы будем... общаться с ней. Искать способ использовать её вместо мгновенного уничтожения. Позволим достичь наших общих целей в надежде на то, что наша огромная биологическая проблема разрешиться.

— Звучит опасно. Что если она предаст вас?

— Это действительно повод для беспокойства. Но, как ты и указала... два столетия Пустоши не достигли ничего. — <i>«Два столетия Наблюдателя и Анклава тоже не особо смогли,»</i> подумала я. — Мы не знаем, сработает ли это, но мы все больше осознаем, что старые методы не действуют. Все меняется, так или иначе.

— Тебя правда отсекли навечно? — беспокойно спросила я, волнуясь о последствиях для неё.

— Так говорит Богиня, но это уже было прежде. Твайлайт страшно интересуется Хуффингтоном, Магической Аномалией и твоими собственными проблемами. — Лакуна загадочно улыбнулась. — Я верю, что она вернется ко мне когда-нибудь. Я уже теряла Богинь ранее...

Довольно странно было это говорить, но когда она упомянула это имя, я слегка улыбнулась: — Она... и правда здесь?

— Сложно объяснить... — снова улыбнулась она. — Это как... музыка. Богиня - дирижер, мы - её оркестр. Она выбирает мелодию, а мы должны играть ноты. Некоторые из нас играют хорошо, некоторые мягко, другие с потрясающим мастерством. Твайлайт одна из таких, возможно, лучшая из оркестра, но выбирает музыку именно Богиня. И я думаю, что она рада отдать Богине право решения... её решения в качестве Министерской Кобылы были слишком тяжелы для неё. То было время боли и сожаления.

— Забавно, что она так сильно хочет всех пони в свою шайку, — сухо пробормотала я.

— Мы когда-то хотели предоставлять выбор, но процесс проходил слишком медленно и болезненно. Послушники Единства были слишком уязвимы к опасностям Пустоши. Довольно жестоко оставлять несчастных, невежественных и напуганных пони умирать, когда они могут быть спасены в Единстве. Как только они присоединятся к нам, они поймут, что это гораздо более лучшая участь. — она едва заметно пожала плечами. — Все дело в перспективе. С нашей стороны было бы слишком жестоко не предложить Единство всем и каждому.

Я не думала об этом с такой стороны.
— Каково это было для тебя?

Она печально улыбнулась.
— Не знаю. Я не проходила через единение, — ответила аликорн, и я пнула себя. Слишком сложно было запомнить, что она никогда и не была пони, а оставалась всего лишь собранием мыслей и сожалений.
— Хотя, у меня есть кое-какие воспоминания. Чаша золотой жидкости... чаны радужных огней... мостики... почему именно они? — она вздохнула и слегка вздрогнула. — Затем падение в великую тьму, наполненную шепотом и частичками света.

— А потом?

— Обучение. Некоторые сопротивляются. Но я думаю, что в основе своей, мы все жаждем гармонии.

— Гармонии? — я глянула в сторону дыма. — А Хуффингтон, похоже, и не знает ничего о дружбе и сосуществовании.

<center>* * *</center>

Спустя два часа, мы оставили большую часть промышленной части города позади. Разрушающиеся заводы уступили место узкой полоске пожелтевшей травы, мертвым деревьям и маленьким участкам с типовыми домами. В середине этой полосы была парковка, фундамент и знак, с гордостью гласивший «Лаборатория Горизонты». Под ним, «Главное дочернее предприятие Министерства тайных наук». Остальное было оторвано взрывом жар-бомбы, учитывая кратер рядом со зданием. Обломки, по всей видимости, снесло ударной волной в залив.

— Ну. Это разочаровывает, — пробормотала Рампейдж. Она указала на хлам разбросанный по плитам разрушенного фундамента.
— Было ли тут что-нибудь важное?

— Возможно, здесь мы могли бы получить ответы, — проворчала я. Теперь тут не было ничего.

— Если вы не возражаете, я думаю, что должна воспользоваться возможностью, чтобы обновить себя, — сказала Лакуна, жадно посмотрев на красное излучение, исходящее от чашеобразной воронки.

— Удачи. Держи глаза открытыми насчет Рейнджеров... Потрошителей... мантикор... — я вздохнула и опустила голову. — Знаешь что? Просто следи за всем, что не мы.
Трепеща крыльями, она счастливо порысила в сторону бледно светящегося кратера.

Я шла через плиты, находя лифтовые шахты, полностью забитые обломками. Там было и несколько ржавых разломанных кусков оргтехники, практически весь бетон был сожжен дотла, но всё ещё вызывал редкие щелчки моего дозиметра. Мы вернулись на парковку.

— Так... здесь ничего нет, не так ли? — спросила Рампейдж, барабаня своими копытами по ржавым кучам.

Это выглядело именно так. Небольшая парковка для вагонов... большая пустая плита. Подождите... Маленькая. Большая. Я медленно отвернулась от фасада здания. Больше ничего, что походило бы на это. Несколько разбитых домов. Разрушенная станции подзарядки. Много пони должно быть, работали здесь, а для этого они должны были каким-то образом попадать сюда. Там.

Метро...

Я медленно порысила к нему. Синий знак был изрыт ржавчиной и большей частью неразборчив, но значок навигации моего ПипБака говорил мне, что это. «Станция Горизонты.»

— Бинго, — сказала я с улыбкой.

Скотч внезапно остановилась. — Ты ... ты хочешь пойти туда?— сказала она, глядя на ржавые двери, которые висели полуоткрытыми на нижней площадке лестницы.

— Ненадолго, — сказала я, посмотрев на неё. — Ты можешь не идти, если не хочешь.
Я взглянула на Рампейдж, но она медленно покачала головой. — П-21, можешь --

— Я пойду с тобой. Вы можете встретить замок или терминал, — категорически возразил он. «Проклятье».

— Я останусь с ней, — вызвалась Глори, как будто понибудь ещё мог согласиться. — Кто знает? Это может быть весело.

— Ну отлично, — тихо пробормотала Скотч, пока шла от лестницы метро. — Оставить нянькой самую скучную в мире пони.

— Я не самая скучная пони в мире! Мы можем заплетать гривы... обмениваться историями... гм... подушки... бой?.. — Она на мгновение прикусила копыто и посмотрела на меня. — Я ведь не самая скучная пони, правда?

Я смотрела на нее и думала, что прямой обман не так уж и плох. — Конечно, нет.

Это наполнило её радостью. — Давай, Скотч. Я покажу тебе принцип работы лучевой винтовки! — Сказала она, пока они вдвоём шли назад к центру стоянки.

— Однажды вам придется рассказать ей, что произошло, — сказала Рампейдж от двери станции метро.

— Она молодец. Она справится с этим, — пробормотал П-21. — Последнее, что ей нужно, так это вспомнить что-нибудь еще.

— Но почему она вообще помнит? — Спросила я, пока смотрела на два ржавых эскалатора уходящих под землю. Я решила что это хороший знак и медленно начала спускаться с Бдительностью и вынутым мечом.

— Заклинания памяти удаляют память, — сказала Рампейдж сзади меня немного севшим голосом. Я оглянулась. Ее шаги были меньше ... крадущимися. Более нормальными. Другой пони внутри нее? — Однако, психические травмы редко бывают черными и белым, как хорошая память или плохая память. Избавление от неприятных воспоминаний может оградить ум от активного вспоминая события, но это не обязательно удалит бесчисленные реакции подсознания на саму травму. Если пони падает в реку, память о падении и почти утоплении могут быть извлечены, но тревога, связанная с водой и боязнь утонуть может оставаться. На терапию памяти уходят годы работы, чтобы скорректировать эти подсознательные проблемы. — Я посмотрела мимо нее на П-21, видя его глаза расширившиеся от удивления. Рампейдж пробормотала тихо, — Какая ужасная станция.

— Да. Нужно вызывать ремонтников... Доктор...? — Я догадалась. Аварийное освещение все еще мерцало и качалось, пока мы шли по эскалатору все глубже и глубже в землю.

— Октопус, — ответила она с кривой усмешкой. В самом деле? — Да, действительно. Жеребенком я была весьма скупа на магию. — Я, не колебалась пока мы продолжали спускается вниз под землю. — Мне очень нравится мое имя, на самом деле. Такое мало кто забудет. Со временем, все эти копыто-крыльные имена сливаются, тебе не кажется? — Я увидела красные точки на моём ЛУМ впереди и понизила голос.

— Право. И чем вы зарабатывали на жизнь, доктор? — Спросила я, пытаясь разделить своё внимание.

— Старший психолог в медицинском центре Флаттершай, — сказала она, а потом нахмурилась. — По крайней мере... Я был. Я думаю. Что-то случилось? Мне как-то не по себе.

Не спятившая, но не совсем понимающая где она, и что здесь происходит.
— Ничего серьезного, — тихо сказала я, удивляясь, как пони, вроде него в конечном итоге очутился в Рампейдж. — Что было последним, что вы отчетливо помните, Доктор?

Она поджала губы, переступая через несколько тел, не похоже чтобы она точно поняла что это. — Я... полагаю я посещал лекции по методам психологической деконструкции и реконструкции в Мэйнхеттене. Там произошла катастрофа... мне кажется. Ужасная катастрофа.— Она вдруг посмотрела вокруг. — Что происходит? Это... это должно быть какая-то галлюцинация!

— Пожалуйста ... Доктор. Сосредоточьтесь. Вы сказали авария ... это произошло после смерти Биг Макинтоша?

Она посмотрела на меня и её паника увеличилась. — Почему вы спрашиваете старого жеребца об этом ужасном деле? Это должно быть своего рода стресс-индуцированный отдых от реальности”.

— Как давно это было, Доктор?

— Год ... Я думаю ..., — сказала она с дрожью в голосе. Она протянула копыто и коснулась своего лба, ее зрачок сузился. — Святая Луна защити меня... й... я... это реально?

— Я... — я беспомощно посмотрела на П-21. Он лишь немного дернул плечами. — Да. Но боюсь, что вы не спите, Доктор. Вы... вы находитесь внутри кобылы по имени Рампейдж. — Я молилась чтобы она не волновалась, но, хотя она и выглядела беспокойной, она не становилась агрессивной. Вместо этого она протянула копыто к глазам, а затем моргнула.

— Ах ... нет очков... Ну надо же. Ну, я полагаю, что, если я не ушел полностью в отключку, я могу принять то, что ты говоришь, за чистую монету, — пробормотала она, посмотрев на разваливающуюся станцию.
— Хотя кажется, что что-то пошло совсем неправильно? — спросила она с озабоченной улыбкой.

— Это было двести лет назад. И да, кое-что действительно пошло совершенно неправильно, — тихо сказал П-21. — Вы жеребец, доктор?

— Ну, я был, — сказала она. — И я был единорогом. Право, как же это произошло?

Я вздохнула. — Вы скажите нам, Доктор?

— Как я уже сказал, не имею ни малейшего понятия. Я был... усопшим я думаю. Было темно, конечно. Неприятно. Далее, я вспоминаю, некоторые пони обсуждают манипуляции с памятью. Я очень хочу присоединиться к разговору... но, к сожалению, я не могу проснуться. Потом это случилось снова прямо сейчас, и внезапно я был... ну... в этом странном состоянии. Я не чувствовал себя вообще... — ответила она, смотря на свои когти на накопытниках.
— Моё... как абсолютно гадко. Будущее вовсе не такое, как я ожидал.

— Что-нибудь необычное случилось с вами? Всё, что связано с Департаментом межминистерских дел или их секретными проектами? — спросила я с улыбкой. — Всё, что вы сможете рассказать поможет нам.

— Дорогая моя, я жил в постоянных командировках и надеялся провести больше времени со своими внуками, когда уйду отставку. Я никогда не был большим сторонником войны или Министерств, и тем более не участвовал в чем-то секретном, — сказала она грустно покачав головой. — Интересно... как там мои внуки.... что с ними стало? — спросила она с выражением ужасного беспокойства.

— Я сожалею, Доктор. Они, наверное, умерли, — тихо сказал я.
— Война... там были бомбы... — я запнулась и опустила взгляд.
— Мне очень жаль.

Она положила свои копыта на мои плечи.
— Нет, моя дорогая. Я сожалею. Я сожалею, что мы не разобрались в ситуации. Я всегда знал, что мы развивались слишком быстро. Меняется слишком многое. Слишком много гордости и слишком много гнева... но ни одному пони не было интересно узнать мнение жеребца, который с нежностью вспоминал паровозы. — Она глубоко вздохнула. — Теперь, если вы меня извините... я думаю, что есть пони, которая хочет... чего-то. Я лучше вернусь, туда, где я был.

Она моргнула, и вдруг ее глаза выскочили из орбит. — Скажи мне, что я не убивала её. Пожалуйста, скажи мне, что я не убивала её!

— Ты не убивала, — заверила я её. — На самом деле, мы поговорили с одним пони, который.... Ну... на самом деле очень милый, когда смущается.

Мы бежали вниз на станцию​​, я была бы счастлива найти её в целости и сохранности. Тем не менее, там было несколько гулей бесцельно бродящих вокруг. Я была рада, что доктор ушел, я не хотела бы объяснять все это ему. Это было удивительно, как мы небрежно расправлялись с ними; после последней битвы, это казалось, по-дурацки легко.Туннель уходил на север и юг, прямо к разрушенным Лабораториям Горизонтов.

— Что ты надеешься найти? — спросил П-21 набивая сумки более-менее пригодными трофеями. Всегда есть необходимость в изоленте, чудо-клее и металлоломе.

— Понятия не имею. Профессор сказал, что это место было связано с Д.М.Д. — сказала я, когда мы спускались с платформы и пошли вдоль железнодорожных путей. Я продолжала смотреть вверх, в стороны, и вокруг.

— Это плохая идея, — пробормотал П-21. — У нас совсем не осталось лечебных зелий...

— Насколько я помню, ты записался добровольцем, — сказала я, смотря на него тупым взглядом и даже улыбаясь. Потом я увидела дверь в стене, и терминал установленный рядом с ней. Я постучала в стекло монитора. — И кое что хорошее. — Он угрюмо посмотрел на меня и приступил к работе.

— Каким он был? — спросила Рампейдж.

— Доктор? Ну... он был дедушкой. Профессионалом. Заботился о своих внуках. Не говоря уже о жене... сначала показалось, что он спит, или что-то вроде того. И он был психологом в каком то роде, — сказала я с улыбкой и пожала плечами на ёе недоуменный взгляд.

Мы молчали несколько минут, пока П-21 копался в терминале, бормоча себе под нос.
— Блэкджек? — тихо спросила Рампейдж.

— Хм-м-м?

— Ты думаешь, я настоящая?

Я удивленно моргнула. — Настоящая? О чем ты говоришь?

— Я имею в виду... — Она обхватила себя копытами. — Что, если... что, если нет Рампейдж? Или Арлосты? Или меня? Я просто... просто набор пони, смешанных вместе?

Я закусила губу, не зная, как ответить. Но П-21 фыркнул, — Ты настоящая, всё хорошо. — Он резко посмотрел на полосатую кобылу. — Я понятия не имею, кем был этот доктор. Или Шуджа. Или Твист. Или любой пони. Я просто знаю Рампейдж. Это всё, что я думаю, когда думаю о тебе. Я не знаю, если ты сумасшедшая или одержимая или что... но ты меня раздражаешь, так что ты должна быть реальной.

Рампейдж посмотрела на него, расширяющимися глазами. Как только она начала двигаться, чтобы обнять его, он указал копытом на ее лицо. — Обними меня, и я положу достаточно C-4 в твою постель чтобы запустить тебя на Луну.

Рампейдж остановилась на середине объятия, даря мне неловкую улыбку. П-21 посмотрел в терминал, и нажал на кнопку. Прозвучал звуковой сигнал, а затем электрический щелчок, и дверь распахнулась.
— Ну, наверное, здесь что-то плохое, — сказал он, посмотрев на меня.

— Почему?

— Пароль: Троттенхеймер.

<centre>* * *</centre>

Я не знала, что я ожидать от подвалов Лабораторий Горизонтов. <i>"Тайные Решения Магических проблем,"<i> казалось, было их девизом. В подвале были аккуратные офисы, немного запыленные. Там не было никаких тел, лежащих вокруг, несмотря на то, что стены были сломаны, они все еще были практически нетронутыми, не слишком много щебня. Ряд плакатов c Твайлайт и Эпплджек, наряду с содержательными мотивационными плакатами.

Чего тут было мало – так это бумаги.

— Что-то здесь не так ... — пробормотала я проверяя двадцатый стол. Нет блокнотов с финансовыми отчетами. Нет документов. Нет канцелярских принадлежностей. Было больше вещей в шкафу, чем в целом офисе вместе взятом. Где кофейные кружки и бутылочные крышки? Всегда были бутылочные крышки.

— Тут всё обчистили, — тихо сказал П-21, — и уже давно.

— Нет дырок от пуль, — заметила я.
«Значит, это не был рейд, как в музее.»

Затем мы нашли двери, к которым был припёрт ящик со странными желтыми костюмами. Сами двери были вдоль и поперёк перетянуты пурпурными лентами, на которых висела табличка с надписью "Биомагическое заражение класса 5. На карантине по приказу М.Т.Н." Прочитав это, я кивнула в сторону дверей и сказала:
— Спорим, что там самое интересное?

— Ну конечно! Я же путешествую с единственной пони, которая хочет зайти куда-то, где написано "Биомагическое заражение. Карантин", — проворчал П-21.

— Что ты разнылся, П-21? — равнодушно сказала Рампейдж, срывая ленты. — Ты мог бы остаться снаружи... ну, знаешь... со своей дочерью.

— Заткнись! — процедил он сквозь зубы, растирая ногу. — Я не просил об этом. Ни о чём подобном.

— Ну и что? — ответила Рампейдж. — Я не просила, чтобы во мне были доктор, зебра и маньяк-детоубийца. Глори не просила о потере крыла, а Блэкджек – о смерти от рака. Скотч тоже не просила, чтобы её мать погибла. Нам всем просто приходится мириться с тем, что есть, и как-то с этом справляться.

— Рампейдж, — заговорила я, стараясь прекратить эту перепалку.

— Да? — сказал П-21, не обращая на меня внимания и упрямо глядя на неё. — Ну вот ТАК я и справляюсь с этим.

— Нет. Ты просто бежишь от этого. Потому что твоя семья прямо здесь, рядом с тобой, а ты боишься настоящих отношений, — категорично сказала Рампейдж.

— Знаешь что? — он поднялся на ноги. — Я обойдусь без поучений от кобылы, которая убежала и бросила нас ради её дружков-мародёров. Со своим дерьмом делай что хочешь. А я как-нибудь сам справлюсь.
Сказав это, П-21, хромая, направился к выходу.

— Ух ты, — пробормотала я.

— Арргх! — Рампейдж с досады стукнула по железному столу, оставив на нем вмятину. — Мне надо лучше выбирать момент.

— Да ну? — ехидно сказала я, ступая за двери.
Представшая передо мной картина была мне вполне привычна. Обугленные стены. Частично расплавившаяся стеклянная гермодверь. Костей нигде не было, зато там и тут стояли оранжевые бочки с надписью "Биомагические отходы", от приближения к которым мой дозиметр начинал потрескивать. Порывшись в сумках в поисках Рад-Икса, я приняла его, для большего эффекта запив антирадином и, слегка улыбаясь, оглянулась на свою подругу.

Чем дальше мы продвигались, тем больше замечали следов пожара. Мы прошли через уставленные разным оборудованием лаборатории, потом через ряды пустых клеток. Наконец я нашла и первое тело... или, что-то похожее на тело. Это был ярко-желтый костюм с похожим на пузырь шлемом. Я видела такое в своём сне: это костюм химзащиты. Конкретно этот был пустым и с трещиной в шлеме. Я сняла с его пояса диктофон.

К сожалению, он тоже был поврежден... как-то. Не то покусан, не то побит, не то пожёван. Когда я попробовала прослушать запись, из динамика понеслись шипение и треск.

"...ш-ш-ш-ч... весь наземный персонал эвакуирован. Теперь мы должны навести здесь порядок. И почему Твайлайт именно сегодня понадобилось ехать на эту долбанную вечеринку в Мэйнхэттен... п-ш-ш-ш-ч... везде заражение пятой степени. Не понимаю, куда делись тела. Связался с новым директором ДМД, но от него никакого толку. Сказал только, что всё, над чем они работали, засекречено. Хрен знает, на что здесь можно наткнуться..."

Мы подошли к следующему шлюзу. Его укреплённые двери были смяты и отогнуты.
— Как думаешь, мне будет вредно здесь находиться? — спросила я с улыбкой.

— Тебе? С твоей-то удачей? — ухмыляясь, ответила Рампейдж.

— Да уж, — сказала я, глядя вперед. Затем я резко развернулась. — Сейчас вернусь.
Рампейдж уселась, наблюдая, как я пошла обратно, чтобы натянуть на себя один из защитных костюмов. Влезть в него вместе с броней не получилось, так что я, вздохнув, оставила её рядом с ящиком. Когда все замки и клапаны на костюме были закрыты, из закреплённого на ноге талисмана стал поступать воздух. Рампейдж захихикала, глядя на меня, и я, вернувшись к ней, сказала:
— Что такое? Мы тут не все бессмертные.

В ответ она улыбнулась и покачала головой.

Двигаясь дальше, мы нашли лестницу, ведущую на нижний этаж.
"...ч-щ-щ-щ-щ... тут полный бардак. Ума не приложу, откуда эти ребята достали такие штуки. Вроде, всё легально, на контрабанду не похоже. Готов поклясться, это первая законопослушная лаборатория в Хуфингтоне... п-ш-ш-ш-ш..."
Я увидела на полу радужные лужи, и мое сердце неспокойно забилось.
«О, Селестия... да что же тут случилось? Здесь не должно быть столько... вот дерьмо...»

Я старалась держаться подальше от куч светящегося хлама и резервуаров с сияющей жидкостью, которая наверняка не была водой. Металлические стены казались оплавленными, однако совершенно неестественно деформированными. Словно метал размяк и изогнулся, притом следов копоти почти не было.
"...т-з-з-з-з... этих проклятых тел нигде нет. Здесь должно было быть почти пятьдесят исследователей. Куда они все, мать их, пропали? Лютик? Пикетс? Ребята, вы где?"

Я медленно вошла в очередную лабораторию. Стоящие там терминалы, и даже их экраны, были изогнуты и деформированы до неузнаваемости; почти все они не функционировали, за исключением одного. И на его дисплее я смогла разобрать несколько слов: "Испытания «Серебряной пули» в лаборатории крионики".
"Крионики? Для чего им понадобилось замораживать эту дурацкую пулю?" — сквозь треск донеслось из диктофона. А мне хотелось спросить, почему нельзя было просто назвать это "лаборатория заморозки", вместо того, чтобы выдумывать какое-то причудливое слово.

Тут я заметила знак над дверью, ведущей в соседнее помещение; очевидно, это и была лаборатория крионики. Изнутри она не выглядела замерзшей. Наоборот, было впечатление, что всю лабораторию слепили из воска, который однажды нагрели достаточно, чтобы он оплыл, но не растаял полностью. Всё в ней казалось сплавленным в одну сплошную массу.
"Ну всё... ч-щ-щ-щ-щ-ч... я сваливаю отсюда... стоп. Пикетс, ты? Что за блядские шуточки... "

Я медленно повернулась и увидела пони в костюме. Костюм был точь-в-точь как мой... Я медленно и осторожно пошла к ней. На полу было что-то липкое.
— Э-э-э... это ещё что? — спросила Рампейдж глядя на свои копыта. — Блэкджек, пойдём отсюда. Здесь даже для меня слишком дерьмово.

— Секундочку.
Пони в костюме стояла, прислонившись к стене, напротив двери. Я потихоньку шла в её сторону, пока Рампейдж отскребала клейкую дрянь с пола от своих копыт.

Сопровождаемая треском и шипением динамика, я окинула взглядом помещение. Мое внимание привлек один знакомый предмет.

В центре лаборатории возвышалось что-то вроде подставки, больше напоминавшей органический нарост. Над ней висела деформированная металлическая рука-манипулятор, похожая на остов конечности. Предмет на подставке был, наверно, единственным, который не сплавился с окружением.

И я знала, что это за предмет; ещё один такой же был сейчас у меня в сумке.

На подставке лежала вскрытая "Серебряная пуля". Она была в основном пустая; было видно ядро – камень, светящийся мягким белым светом. Толстые стенки корпуса, сделанного из серебристого металла, изнутри покрывали остатки радужной субстанции.

Я, медленно пятясь, начала двигаться к выходу. "Пикетс? Пикетс?! Нет!!! Пикетс!!!" — хрипел диктофон.

Снова посмотрев на пони, я вдруг поняла, что она не опиралась на стену. Она была её частью.

И смотрела прямо на меня.

Затем она открыла рот и закричала.

А вместе с ней стала кричать и вся лаборатория.

---------------------------------------------------------------

Заметка: 95% опыта до следующего уровня.

(Прежде всего, честь и хвала Kkat за создание ФоЭ. Также огромная благодарность Hinds, Bronode, и Snipehamster за то, что потратили пол-дня, чтобы привести это в читабельный вид. Спасибо всем комментирующим. Также, если вас не затруднит пожертвовать пару монет, присылайте свои пожертвования для David13ushey@gmail.com через Paypal. Благодарю.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102535

Переводчики: mifjlz, N0good, ClaudeLib, SILMOR

Sitxar, __Corsair__, StraightFlash, Uzelok21

Noncraft, White11, psychoshy