Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава тридцать восьмая: Кровь

Посты не правятся, при переносе при возможности см. комменты, править влет.

Автор: Somber

Глава 38: Кровь.

<center><i>«Видели бы вы свои лица! Бесценно!»</i></center>

Я слышала что вся твоя жизнь пролетает перед глазами перед смертью. Я сомневалась в этом. Я уже умирала и была благодарна что мне не пришлось заново переживать все неловкие моменты что были в 99м. Опять же, говорят что повторенье-мать ученья, так что я подозреваю, что для меня не должно было стать сюрпризом, что, будучи взорванной, я увидела это... за исключением того, что для этого, видимо, требуется больше практики, чем я получилаза все это время, поскольку жизнь которую я видела была не моей.

Образы.

Я могла видеть и слышать, но и только. Это было похоже на шар памяти, только я не могла сказать кем или хотя бы чем был мой хозяин. Флим и Флэм нервно расхаживали туда-сюда, одергивая свои бизнес-костюмы. Жеребцы средних лет выглядели постаревшими от стресса, который я видела.
— Не могу поверить, что она идет сюда! Почему сюда? Почему же именно сейчас?! — стенал усатый Флэм.

— Не знаю. Не знаю! Она просто требует увидеть нас лично, по поводу одного из продуктов — обеспокоенно пробормотал Флим.

— Это не может быть линия Спаркл-Колы ВСПЫШКИ, не так ли? Может она нашла какой-то побочный эффект? — Флэм вздохнул. — Ты не думаешь что она здесь, чтобы поделить доходы? Я думаю она подпишется под этим!

— Что же, есть вопрос подпишется она или нет, но юрист уверяет что мы должны поднять это дело в суде.. наверное. Шанс шестьдесят процентов. — сказал Флим. Желтый единорог потер свой нос и закричал — Где он? Он должен был предотвратить это, так? Это было частью сделки!

— Он был лучше! — сказал Флэм, садясь и сжимая копыта — Я не могу поверить в это. Все шло так хорошо! Уверен, ночные охотники могут показать лучшие показатели, но мы должны были сделать источник сброса их яиц в населенные районы зебр! У нас есть целая новая линия продуктов Ядовитой Шутки, запускающаяся в следующем месяце! И скорпоспрайты должны были очаровательно работать за линией фронта! Может, мы должны пойти к Рэйнбоу Дэш и поговорить с ней и...

Внезапно, сверкнула фиолетовая вспышка, и появилась Твайлайт Спаркл. Я должна была признать, хоть я и видела её несколько раз, никогда она не выглядела такой... пугающей. В её гриве появились серые полоски, а вокруг глаз и рта пролегли морщины. Но хуже всего был её тяжелый взгляд. Он заставлял меня представлять, что она может превратить двоих жеребцов в камень просто сердитым взглядом.

— Министерская кобыла Твайлат Спаркл! Так рады видеть вас! Мы только что говорили о том, как мы счастливы посещению столь умной пони как вы! — Флим широко улыбнулся — Позвольте официально поприветствовать вас в Исследованиях Гиппократа, где мы проводим науку эффективно!

— Продуктивно — поддакнул Флэм.

— И этично. — закончили они в унисон. Губы Твайлайт ни в малейшей степени не сдвинулись. Можно было увидеть, как нервный пот появляется на их лицах. Телекинез Флэма нажал кнопку на терминале, и включилась музыка.

— Если хоть один из вас начнет петь, я пошлю вас к Пинки Пай. — не теряя ни секунды, сказала она, и оба жеребца замерли. Рог Твайлайт засиял, когда она нажала на ту же кнопку и музыка замолчала. Появилась пара очков и планшет, первые расположились на ее морде, пока она проверяла второй.
— Я отправила шесть писем, четыре вежливых вопроса и пять официальных запросов, и теперь я здесь, лично, для получения ответа на свои вопросы: что такое Флюкс и как он производится?

Оба жеребца стали выглядеть не просто нервно, а плохо. Флим соединил копыта.
— Ну, вы знаете. Сначала мы берем очень точный набор драгоценных камней и разжижаем их в нашей патентованной супер-матрице флюкса, которая...

— Не делает ничего. — прервала его Твайлайт — Я проверила по всем официальным документам, которые вы предоставили на Флюкс за последнюю декаду. Все до последнего. И я заключаю что я никогда не видела такой большой коллекции тарабарщины.

— Ох... Вы не могли действительно прочитать... — начал Флэм, но встретил скучающий взгляд Твайлайт. Его усы опустились так сильно, что мне показалось что они действительно отвалятся. — Все... до... последнего?

— Да. Всё. Я прошлась по всем вашим представлениям, патентам и формулам, пытаясь повторить ваш процесс по производству Флюкса. Я изучила ваш продукт до последней детали и пришла к выводу, что неважно сколько драгоценностей вы разжижите или радуг смешаете, нет никакого варианта получить Флюкс из этих материалов. — Планшет исчез, и она посмотрела на близнецов поверх очков. — И так, я здесь, джентельпони, лично, чтобы узнать, что есть Флюкс и как вы его делаете.

Они ответили нездоровыми улыбками.
— Да, если мы спросим... случайно, вы не говорили об этом с директором? — слабо спросил Флим.

— Мне не нужно привлекать Хорза, большое спасибо. Я способна разобраться с этим сама. — они переглянулись.

— Нет-нет. Не его. Я имел ввиду другого Директора. — Флэм поморщился, когда ее взгляд стал острым. Золотая вспышка сверкнула сквозь дверь в холл.

— Голденблад больше не директор чего-либо! И в любой день, я надеюсь что он будет брошен в подземелье, изгнан, и брошен в подземелье там куда он изгнан! — закричала она, ощетинив гриву.

— О, я сомневаюсь что я уйду так легко. — прохрипел знакомый ублюдок. Немного успокаивало то, что Голденблад выглядел столь же потрепанным и измученным, как и Твайлайт. Его золотая грива была растрепана, а его костюм выглядел так, словно в нем спали. — Извиняюсь за опоздание.

— Ты. — сказала Твайлайт с более открытой ненавистью чем я когда-либо слышала. — Ты не опоздал. Тебя вообще не должно быть здесь! — отрезала она — Ты можешь забрать свою скрытную сумку с трюками и уйти, Голденблад.

Он встретил её твердый взгляд и его губы медленно изогнулись.
— Луна не сказала тебе, да? — Видно, вопрос шокировал и выбил ее из колеи. Он посмотрел на нее со странно веселым выражением, от которого мне хотелось пнуть покрытого шрамами единорога, затем легко засмеялся, покачивая головой. — Дай догадаюсь - она сказала что не имеет понятия как Исследования Гиппократа производят Флюкс, но она скажет Хорзу направить к тебе информацию? — Брови кобылы сошлись в гневе, когда она снова сердито уставилась на него.

— Он отправил, и все было мусором. Таким же мусором, как тот, который я получала от тебя в течение года! — она ткнула в него копытом — Предполагалось, что ты дашь мне все о Химере, Голденблад. Все значит все! — она драматично махнула копытом — Твои препятствия были причиной твоего отстранения!

Его улыбка не изменилась. Это была самая ядовитая улыбка которую я когда-либо видела.
— И теперь, когда я ушел, ты все еще испытываешь проблемы с изготовлением аликорнов. — Взгляд был как отравленный кинжал в ее грудь.

— Я изучила каждую составляющую проекта, относящуюся к превращениям и слияниям. Даже кое-что улучшила. Нам не нужно мегазаклинание для превращения, достаточно сделать зелье метаморфа. Но я разложила каждый элемент зелья, установила, изучила, и переустановила свои находки, и отследила каждый из составных элементов. Все кроме одного. "Метамагический Флюкс", который идентичен "Биомагическому Флюксу" и "Транмогрифицирующему Флюксу". Вы просто клеите этикетки разных цветов. — сказала она, бросив сердитый взгляд на близнецов.

— Ох... это было маркетинговое решение, я думаю... — слабо пробормотал Флим.

— И чем больше я работала с этой штукой, тем больше я понимала, насколько она опасна. Ты представляешь что происходит с пони, прикасавшимися к нему? Мутации? Ты знаешь что оно сделало с Санни Дейз? Я потратила время и ресурсы, изобретая заклинание просто для попытки свести на нет его эффект. И оно используется везде, Голденблад! Производство. Энергетика. Медицина. Еда. — она сделала паузу и остановила свой сердитый взгляд на близнецах. — Спаркл-Кола — Они выглядели, будто хотели чтобы их проглотил пол, но ее взгляд вернулся к Голденбладу. — Я использовала его сама все эти годы и только сейчас поняла, что я не знаю ничего об том, что это такое и как оно работает. Но сегодня это закончится. — Она топнула копытом. — Если вы все не скажете что это за большой секрет, то моей следующей остановкой будет встреча с Луной и Пинки Пай. Мы найдем, что бы вы тут не прятали.

Голденблад посмотрел на нее и успокаивающе произнес:
— Твайлайт, вернись в Кантерлот. У тебя отличный прогресс со своим стелс-костюмом. Сфокусируйся на этом. Забудь про Исследования Гиппократа и Флюкс. Ты не хочешь знать об этом, и не хочешь добывать это силой.

— Как... Откуда ты все это знаешь? — она вылупилась на него — Ты больше не директор, Голденблад! У тебя больше нет полномочий в Эквестрии.
Но он не двигался. Он даже не моргнул. Что бы то ни было, его глаза выглядели скорее жалостливыми, чем суровыми. И она медленно отступила.
— Нет, я должна знать. Проект З.В.Т. должен работать. Просто должен. Нет ничего другого что может остановить войну! Я возьму своих друзей, и мы исследуем, если надо, все это место под микроскопом. Я попрошу Принцессу Луну...

— Оставь это, Твайлайт.— тихо сказал Голденблад. Может, мне показалось, но на секунду это прозвучало словно он умолял ее. — Ты сделала великие и невероятные вещи, Твайлайт.
Это было любезным утверждением, однако на нее это подействовало как удар.

— Великих и невероятных? — она внезапно засмеялась, ее грива еще больше завилась — Я не сделала ничего... ничего... за пять лет. Ничего с момента смерти Биг Макинтоша! Мои друзья сделали гораздо больше чтобы помочь защитить Эквестрию, чем я. Это моя обязанность, заниматься магией, которая поможет спасти Эквестрию! Это то, что я обещала Луне, когда учреждала Министерство Тайных Наук. Но после всего что она для меня сделала... Я не приблизилась к тому, что нужно Луне для окончания этой войны. Как ты не понимаешь? Я неудачница. — Я узнала это выражение на её лице, у неё могло не быть матраса, но она сражалась, чтобы остаться на нем.

Голденблад одарил братьев коротким взглядом, обещавшим им путешествие вниз по шахте лифта. Я видела как два единорога переглянулись, один из них магически убрал болванчика-Твайлайт из виду, и они начали изучать потолок так, словно это была самая захватывающая вещь которую они когда-либо видели. Только тогда Голденблад снова посмотрел на кобылу, которая так чертовски сильно боролась за других пони.

Он смотрел на нее в течении еще одной очень долгой секунды.
— Извини, Твайлайт. Я понимаю. — он закрыл глаза, и словно задумался о чем-то. Я никогда не видела жеребца выглядящего настолько... старым. Голденблад выглядел усталым, причем не только телом, но и душой. — Мы все делаем всё что можем, чтобы спасти Эквестрию, даже если некоторые из нас в процессе станут монстрами. — Он посмотрел на близнецов. — Покажите ей.

Твайлайт подняла голову, глядя на него в замешательстве. Братья нервно заерзали.
— Я не уверен что... — начал Флим, но Голденблад заткнул его одним взглядом. — ...что мы должны тянуть хотя бы секунду! Мы можем воспользоваться нашим личным лифтом! Чем быстрее мы закончим, тем лучше. — Брат отстучал по клавишам терминала и открыл дверь лифта.

— Но... Почему? — спросила Твайлйт с недоверием, изумленно глядя на него. — Почему теперь ты показываешь мне это?

— Потому что... я тебе должен. — спокойно ответил он, идя к дверям лифта — И прости меня.

<center>~ ~ ~</center>

Я проснулась, чувствуя как кусок металлолома наполовину запутался в моей гриве и дергал мою голову, оттягивая ее назад и пронзая болью, когда он втыкался сбоку в мое лицо. Я вздохнула. Зашибись. Больше сумасшествия? Сон? Наконец запустившееся устройство контроля разума Анклава? Одержимость? Что за комментарий к моей жизни я не могла учесть в этом списке?

— Знаете, учитывая все произошедшее, в свете последнего дня или двух, я думаю я могла ошибиться насчет возвращения в Хуффингтон — сказала я, болтаясь в середине темной шахты на одной из передних ног. Она была поймана спутанным клубком кабелей когда я пролетала мимо. Кабина лифта застряла надо мной и издавала стоны, когда я слишком сильно раскачивалась. Я не имела понятия как глубоко я упала, или сколько осталось падать, или что все-таки ждало меня внизу. Мне казалось что в какой-то момент я услышала голоса П-21 и Рэмпейдж, кричащих мое имя, но теперь вокруг была тишина.

...Конечно, я могла ответить как минимум на один вопрос, замерив время падения этого мусора. Если бы я обратила внимание... Он же ударился о дно, так? О, идея! Я фыркнула, запыхтела, кашлянула, харкнула и наконец создала отличный кусок мокроты. Затем я повернула голову и сплюнула, отправив его в полет. Мои уши встали торчком, и я услышала очень отдаленный "плюх" далеко внизу. Лифт издал протестующий звук, пока я крутилась, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в темноте в тусклом красном свете моих глаз, все еще горящих. Из лазеров получаются плохие фонарики.

Потом кабель внезапно заскользил вдоль моей ноги. Я дико замахала остальными конечностями в темноте, пытаясь найти что-то за что можно держаться, и затем, как раз когда моя нога освободилась, выдвинула свои пальцы, хватая ими кабель и быстро сжимая его в обоих передних ногах. Был напряженный момент, когда я, держась на месте, смотрела на место где мой мозг увидел лучшее решения для темно-красной ноги, но металлические штуки держались.
— Окей, Ровер, где бы ты ни был.. Ты был прав, пальцы лучше. — лифт издал еще один стон и вздрогнул. — А теперь, как бы мне применить пугающую силу пальцев чтобы выбраться отсюда?

Откуда-то снизу раздались несколько механических ударов.
— Окей, мощь пальцев преувеличена.. наверное..
Я не могла больше чем перевернуть страницу книги своим рогом. Но я попыталась вспомнить учебник магии, раскачиваясь под стонущим лифтом. Магия внутри нас, это не набор магических слов, чар и заклинаний. И все рога единорогов светятся когда мы творим магию. Я просто должна была заставить свой светить сильнее! Закрыв глаза, я начала представлять, что маленькая звезда излучает свет подобно свечи. Все что мне нужно... свет... светло-светлый свет... Электрический треск зарождался в моем роге, его покалывало. Я открыла глаз.

Ничего. Я зажмурилась и принялась корчить смехотворные рожи. Все еще ничего. Наконец... может это не самый "магический" способ, но я сделала как при худшем варианте запора - сжала зубы и надавила.

Раздался хлопок и звук разряда, словно я выстрелила магическую пулю, за ними последовала вспышка энергии и огромное чувство облегчения. Я уставилась на маленькую пылинку света, висящую передо мной.
— Я сделала это... — в шоке слабо пробормотала я, не сводя с нее глаз. Потом она опустилась ниже.
— Я сделала это! — завопила я от восторга. Неожиданно кабина лифта накренилась, проваливаясь на фут и заставляя меня сглотнуть... Но когда я посмотрела на мое маленькое заклинание.. мое компактное заклинание.. Я заулыбалась и тихо завопила.

Ощущение эйфории быстро прошло, когда я огляделась и не увидела ничего кроме четырех стен и двух направляющих рельс лифта. Я осторожно вытянула одно из передних копыт по направлению к ближайшему рельсу, но не дотянулась. Закрыв глаза, я выжала из себя улыбку, качая головой. Мне это не нравилось... ничуть. Но у меня не было идей получше. Я качнула своей задней частью в одну сторону, потом в другую. Вперед и назад. Кабина лифта над головой начала визжать при каждом моем движении. Просто продержись еще немного...

Что-то выкрикнув, я отпустила кабель и врезалась в рельс, крепко обняв его всеми четырьмя конечностями. Окей! Это прогресс. Все что мне теперь надо сделать это соскользнуть по рельсу до двери. Проще пареной репы... Видите? Я уже соскальзываю. Очень быстро соскальзываю! Есть ли вообще разница по скорости между скольжением по рельсу и падением вдоль него? Мои эмалированные конечности визжали, а моя грудь чертовски поджаривалась трением об металл. Стоп! Эта хрень чем-то смазана или типа того?
— Вооот...дерьмо! — закричала я, падая с рельса.

Я провела в смертельном падении несколько секунд, прежде чем моя спина врезалась в изогнутую металлическую поверхность, которая подалась подо мной, замедляя мое падение с рычащим гулом.
— Осторожнее, маленькая леди! — протянул робот. Я соскользнула по металлу, мои копыта били и царапали по парящему шару прежде чем я свалилась... и упала в переплетение конечностей робота. Три камеры, определенно служившие ему глазами, развернулись, фокусируясь на мне.
— Всегда говорил, что этот лифт небезопасен для пони, но разве кто-то слушает старого Хэнка? Неет.

— Пожалуйста, не взрывайся! Пожалуйста, не взрывайся! — я правда-правда надеялась, что эта шутка не сработает пока я цепляюсь за левитирующего робота.

— Я не собираюсь взрываться. Старина Хэнк - лучший Помощник которого ты только видела! Уфф.. Ты реально здоровая девочка, ага? — Робот заскрипел, мы падали по шахте вниз — Надо вывести мой левитационный репульсор на максимум!

— Я... эм... во мне больше металла чем в других кобылах. — Не стреляй в робота-спасителя после шутки о весе, Блэкджек. Я оглядела шахту лифта.

— И правда? Чии-ооорт, и тут Старина Хэнк заключает что его сенсорные талисманы поломались! Гляжу на тебя и не могу понять, механическая ты или биологическая. Хорошо что я держал свой зонд доступа при себе. Не хотелось бы попасть в плоть.

Мы наконец достигли низа шахты. Два тоннеля вели отсюда в противоположных направлениях. Я соскользнула с конечностей Хэнка на бетонный пол, очень-очень обрадованная нахождением на чем-то твердом.
— Я не думаю, что ты знаешь, где я могу найти Сангвина, не так ли? — паукообразный робот молча парил рядом, и я добавила — Да, я думаю его имя Трублад?

— Док? О, он должен быть где-то в здании вон там. Делает месиво из всяких штук. Я продолжал посылать наши ремонтные запросы, уведомления и тому подобное, но никто не отвечал бедному Старине Хэнку с момента приказа о большом сне.

— Большом сне? — насупилась я.

— О, это было давным-давно. Большой приказ вырубить питание и ждать дальнейших команд. Большинство из нас затихли как и остальной город. Конечно, Команда Техобслуживания Б не послушалась. Мы четверо пытались поддерживать все точным и чистым, но со временем многое ломалось и изнашивалось. Старина Хэнк это все что осталось для поддержания работы вещей. — Он вздохнул — Выглядит чертовски позорно. У нас есть куча дел. Полировка полов. Смазывание петель. И я никак не возьмусь за починку ящика в столе миссис Мунстар. Надеюсь, она не слишком злится.

Я нахмурилась, ведь я никогда не думала о падении бомб с точки зрения машин. Я пыталась представить, что вот так живешь, потом внезапно тебе говорят идти спать, а по пробуждении видишь что все что было для тебя важным уничтожено. Понимал ли Старина Хэнк, что Мунстар скорее всего мертва уже почти два столетия? Что мир вокруг этого здания разрушен и уничтожен? Мог он хотя бы представить это?

— Что ты имел ввиду когда сказал что Трублад ломает вещи — спросила я.

— Ну, он совсем не инженер. — пробормотал Старина Хэнк — Он пытается пробудить машины там, внизу. Заносчивые штуки, никогда толком с нами не разговаривали. Все типы медицинского оборудования, творящие огромный бардак когда протекают. Не знаю что его беспокоит, но в последнее время словно все сразу закричали хором чтобы мы снова пробудились.

— Закричали на вас?

— Это началось несколько недель назад. Общая тревога по Хуффингтонскому региону: атака мегазаклинания зебр. Проснулись какие-то тревожные системы, они разбудили какие-то коммуникационные системы, а те разбудили какие-то командные системы. И все они не имеют понятия что мы должны делать. Но остались некоторые, вроде дока, которые говорят нам что мы должны делать что он говорит, и одновременно мы должны делать то что говорит Командование Ядра, и одновременно мы получаем команду от Ядра не делать то что говорит Командование Ядра! Это просто заставляет процессорные самоцветы старого бота техобслуживания типа меня лопаться! — он был раздражен — Если вы не против, что я так говорю, ваша биологичность должна замкнуть ваши провода.

Я задумалась, сведя брови.
— То есть ты говоришь что кто-то дает тебе команды проснуться и делать что-то, а еще кто-то говорит тебе не делать этого?

— Ммгмм! Между раздавшейся тревогой и настоящим моментом, было четыреста и два миллиона, семьсот и девяносто тысяч, сотня и двенадцать полученных команд и четыреста и два миллиона, семьсот и девяносто тысяч, и шестьдесят семь полученных контркоманд. Немного запутанно для бота, желающего делать свою работу. — Ну, я может не была так умна с числами как Глори, но я видела что что-то не сходится!

— Почему меньше контркоманд? — спросила я

— Пока я не узнаю точно, я просто продолжаю чистить вещи. — ответил Хэнк в слабом раздражении. — Конечно, даже Старина Хэнк получил команду опустить свою роторную пилу на голову доктора. Точно не знаю почему. Но секундой позже пришла контркоманда и я вернулся к уборке. Но я лично считаю, что тот кто отдает команды несколько быстрее или умнее того, кто их отменяет.
И кто бы не отдавал команды, он пытается убить Сангвина. Внезапно все его разговоры о истекающем времени начали иметь смысл. Со временем, одна из этих команд может сработать.

Но.. это все еще не имеет смысла, на самом деле. Почему он просто не ушел? Множество пони имеют проблемы с уходом из Хуффингтона, но я не могу представить, чтобы пони вроде него не мог открыть магазин где-нибудь еще. Он пытался передать Химеру Красному Глазу, и он выдал мне злодейскую "Эксперименты на Пустоши" речь. И то и другое могло быть достаточной мотивацией, но что-то не сходилось. Когда он услышал что я умерла, он вырезал мясницкий след чтобы вытянуть меня отсюда, потому что что-то в Ядре пробудилось и последовало за ним. Почему бы просто не уйти? Гуль с возможностями Сангвина имеет варианты. Что-то держало его здесь. Химера? Была ли она настолько важной, что он рисковал своей жизнью, рисковать всем ради нее? Я не могла видеть этого. Он достаточно нормально жил без Химеры в течение двух столетий.

Было что-то еще.
— Можешь мне сказать, зачем Сангви.. то есть, доку нужна Химера?

— Не имею понятия. Не уверен о чем ты говоришь. Б'юсь Док не особо уважает обслуживающий персонал. Думаю он не слишком уделяет внимание мытью полов — пробормотал Старина Хэнк.

Я кивнула, пытаясь думать кто мог отдавать контркоманды приказам убить Сангвина. Кто мог знать о Химере и пытаться сохранять его живым? По мне пробежали мурашки.
— Старина Хэнк, тебе что-то говорит имя Голденблад? — Робот просто пялился на меня долгое время, и я нахмурилась — Хэнк?

Пила робота с гулом завертелась, он схватил меня клещами за горло и направил крутящееся лезвие прямо в мое лицо! Я вскинула передние ноги, и зубы пила затрещали, выбивая искры из эмали. Эта штука имела гораздо больше боевых конечностей и была слишком близко ко мне, чтобы я могла применить свое боевое седло. Его отрезной факел зажегся, и из динамиков раздался металлический крик.

Мне осталась только одна вещь - сближение. Я заблокировала пилу и факел, насколько могла, и толкнулась вперед задними ногами. Левитационный талисман робота не замедлил это движение, и я вбила его в дальнюю стену, потянула назад, и принялась ударять его снова и снова. Наконец, что-то внутри робота лопнуло и затрещало, и левитационный талисман погас. Робот упал на землю, с треском сжался и затих.

Я убрала его клешню со своего горла и вздохнула.
— Думаю да — пробормотала я, глядя на шахту вверху. Не было никаких вестей от моих друзей, думаю они искали другой путь вниз, ко мне. Я вздохнула, глядя на свои копыта. Я реально скучала по телекинезу, каким бы удобным не было боевое седло, я никогда не буду хороша с ним как Глори. Я продолжала попадать в схватки, в которых не могла развернуть свое тело в нужном направлении. Я аккуратно сняла седло, убрав его в свои сумки, и следом убрала винтовку Тауруса и дробовик. Бдительность осталась у Скотч. Меч был слишком длинным и неуклюжим, чтобы управляться им с помощью рта.
— Чтож.. теперь есть только я и мои четыре копыта.

Так тихо, как могла, я выбрала тоннель наугад и последовала в него. Я старалась не думать о Скотч и Глори. Я старалась не представлять... остановившись, я стукнула головой о бетонную стену.
— Нет. Нет. Нет. Нет. Ты не будешь этим заниматься. Священника было достаточно. — пробормотала я, потом вздрогнула и потерла голову — И теперь я разговариваю сама с собой! Ухх!

Окей. Просто я сейчас не в лучшем состоянии.

Тоннели для Хуффингтона были стандарт... стоп. Нафиг. Тоннели подземки синей линии несли гораздо большие следы повреждений, ржавчины, и общей разрухи. Эти стены не имели трещин. Был ли это результат работы Старины Хэнка, или причиной было то что они были гораздо более технологичными чем остальная подземка? Я решила, что это неважно. Я прошла еще немного и достигла чего-то вроде станции охраны перед тяжелой дверью. Там были кости за пуленепробиваемым стеклом... и пистолет. Револьвер АФ-38 Корнхаскер. Не самое мощное оружие, но он имел рукоять, которую я могла комфортно использовать без боевого седла.

В комнате отдыха за станцией была старенькая раскладушка, несколько шкафчиков, которые я обчистила... и терминал. Я пожевала губы - это была скорее вещь для П-21. Впрочем, я знала основы... зайти в форму логина, зажать эти две кнопки для перехода в режим дебага и искать слова, которые могут быть паролем. Ошибайся слишком часто и оно заблокируется насовсем.

Десять минут спустя, я почувствовала волну радости, когда извлекла пароль из мусора. "Сидр". Содержимое терминала оказалось не очень интересным. Расписание дежурств и жалоба, поданная на одного из жеребцов охраны, который боялся нижних уровней. Но здесь была опция открытия двери. Я закусила губу и запустила ее.

Дверь поднялась, открывая небольшую будку, практически невидимую за наплывом бетона, приткнутом прямо к лицевой части утеса. Слева виднелся мост Зенита. Я едва подавила крик негодования. Все это время, был задний вход в это место?! Ух.. и нет варианта связи с Лакуной, так что не было причины оставлять ее открытой и приглашать проблемы внутрь.

Я закрыла ее и вернулась по своим следам, направляясь в другой тоннель. По потолку и стенам тянулись кабели и трубы: я предположила, что это какой-то вход для техобслуживания. Я дошла до небольшой ниши с верстаком и стеллажами с инженерными припасами, а также с парой патронных ящиков. Я сжевала несколько отличных сочных стальных орешков и болтов, пробуя свой телекинез на заколке, которой пыталась открыть один из патронных ящиков - наибольшее чем я могла управлять на данный момент. Первая сломалась после пары попыток, но я почувствовала небольшую гордость, когда вторая открыла замок.

Блеа, только магические самоцветные магазины и спарк-цилиндры. Я поджала губы и сунула один из магазинов в тиски верстака. После решительного кручения, пластиковая крышка отскочила, открывая внутренности картриджа. Я аккуратно вытряхнула немного радужной пыли себе на язык, и кристаллические крупинки начали восхитительно лопаться и трескаться. Не совсем то же, что и другие самоцветы, но все-ж...

Низкое пыхтение и урчание наполнило воздух, заставив мои глаза расшириться. Что-то передвигалось неподалеку медленными, волочащимися, тяжелыми шагами. Я медленно высунула голову обратно в тоннель, как раз чтобы заметить темную заднюю часть.. чего-то... выходящего из виду. Я очень аккуратно двинулась следом, как только металлолом и самоцветная пыль восстановили мои поврежденные конечности. Проход, по которому я шла, переходил в что-то вроде склада. Очевидно, область уборки Старины Хэнка заканчивалась где-то здесь. Пол был усыпал раздавленными и поцарапанными бочками. И все это место было забрызгано радужной гадостью.

И эта.. штука... двигалась где-то внутри. Я медленно проскользнула внутрь комнаты и двинулась вокруг, держась в стороне от твари и перемещаясь как можно тише. Мое заднее копыто наступило в гадость, и я почувствовала укол беспокойства, оглянувшись... но ничего кроме ощущения что я вступила в что-то противное не произошло. Окей, еще одно очко в пользу киберног, я могу держать это подальше от моей шкуры. Может наступило время сломать...

Разве здесь не было штуки, за которой я должна была следить?

Раздавшийся под боком рык сбил меня с копыт, когда я развернулась и посмотрела через изношенный, грозящий падением стеллаж на то, что как мне казалось когда-то было пони. Четыре копыта, голова, и хвост - это же пони, так? Это выглядело, как будто понибудь начал и тут у него случилось психотическое видение массивных перекрученных узлов плоти и едва держащегося тела. Бледные, окровавленные глаза сердито смотрели из-под влажных кожаных полос, на вид державших большую часть его тела одним куском. Впрочем, все это было вторичным по сравнению с размером его рта, наполненного поломанными камнеобразными зубами.

С потрясающей скоростью, неуклюжая штуковина развернулась и пнула неповрежденную бочку вдоль коридора по направлению ко мне. И я едва успела присесть, когда она врезалась в стойку за моей спиной и рванула. Как могла быстро, я выбежала из-под дождя обломков. Реально. Костюм биохим защиты! Звучит отлично. Особенно после снятия боевого седла! Действительно, к тому же мне нужно иметь что-то более крупнокалиберное в своем распоряжении! Когда это закончится, я должна потратить несколько дней на тренировки и привести в порядок мой рог.

Пони-чудище, который, как я предположила, был одним из "жирдяев" Прелести, понесся к концу следующего ряда. Его широкие копыта давили и разбрасывали упавшие бочки. С большим я могла справиться, но большой и быстрый... Я скользнула в З.П.С...

Да нет! Взамен я поняла что З.П.С. нету как раз вовремя, чтобы поднырнуть под удар колоссальных копыт, устремившихся ко мне. Не перекатываться. Не скользить на животе. Держать чертову дистанцию между мной и им. Инстинктивная часть меня хотела убежать обратно в тоннель, но, какой бы большой не была эта штука, я знала что она пройдет. Мне нужно было что-то другое..

Мне нужно было попасть выше.

Я запрыгнула на второй уровень стеллажа и выпустила свои пугающие пальцы, чтобы уцепиться за край третьего. Я забралась на него, потом на четвретый. Подо мной, чудище выло и било по основанию стеллажей снова и снова. Я чуть не свалилась, когда вся конструкция закачалась. Достигнув самого верха, я посмотрела вниз на сердитого зверя подо мной. Окей, Ровер был действительно прав. Пальцы спасали мою жизнь чаще, чем пушки.

Штуковина завыла и снова пнула стеллаж, сгибая сталь каждым мощным ударом, и полки снова угрожающе качнулись.
— Эй! Брось это дело! — крикнула я, глядя на стоящие рядом со мной тяжелые бочки, также заполнявшие весь стеллаж до пола. В моем мозгу зажглась маленькая искорка, и я ухмыльнулась. — Эй! Не бросай это дело! — маленькая голубая пони в моей голове выдала идею, и это должно было быть потрясно! Я столкнула бочку через край, чуть не попав в существо-пони. Оно пришло в ярость и снова пнуло стеллаж. Металл застонал, и раздался громкий "пинг", когда что-то отлетело. затем больше "пингов", и наконец стеллаж прекратил шататься и начал неуклонное, набирающее скорость движение.

Сщество-пони наконец осознало опасность, пытаясь убрать своё тело, а стеллажи наклонились и обрушили каскад из тысяч фунтов стали и химии прямо на него. Стеллажи разваливались на части, роняя стальные балки и полки на него, и я почувствовала, как движение в сторону превратилось в движение вниз. Я запрыгнула на следующий стеллаж, пока рушащийся складывался внутрь себя, стараясь держать брызги радужной гадости подальше от своей шкуры. Потом я посмотрела вниз. Если оно не мертво, то я сдаюсь.

Я сползла вниз и поскакала обратно в мастерскую. Костюм химзащиты я потеряла... но нашла прелесть в пальцах. Поколебавшись, я достала меч. Где-то, я уверена, рыдал специалист по химзащите, когда я отрезала концы передних ног костюма и просунула в них свои конечности. Затем я полностью залезла в желтый костюм, оставляя свои доспехи под ним, и использовала целый моток монтажной ленты. чтобы закрепить рукава вокруг моих ног, и затянула седельные сумки вокруг пояса. Шлем я отбросила, Без З.П.С., я больше нуждалась в своих глазах и ушах, а рот был единственным, с помощью чего я могла использовать револьвер.

Я вернулась на склад и прокралась мимо радужной кучи слизи. Я останавливалась на долгое время, мои уши ловили любой знак того, что эта штука хочет снова встать и кинуться на меня. Небольшое дополнение, там было много гадости в промежутках между сталью. Теперь, я была счастлива, что не разделила его судьбу.

Проскакав дальше, я зашла в холл... и уткнулась взглядом в полупрозрачные, украшенные звездами бока Твайлайт Спаркл и покрытую шрамами шкуру Голденблада. Проход через холл был покрыт радужной гадостью и слизью. Пони в лабораторных халатах и костюмах химзащиты, появляясь и исчезая на ходу. Я опустилась на задницу, обездвиженная увиденным.
— Это действительно впечатляющее здание, но я не могу не заметить некоторые знакомые вещи. — сказала Твайлайт, поворачиваясь к истощенному жеребцу — Что, вы просто украли дизайн Марипони и зарыли его под землю?

— Украли? Конечно же нет — его тон выглядел слегка болезненным — Кража подразумевает перемещение. Мы крадем у Стойл-тек. А у М.Т.Н. мы копируем. — Он оступился и со стоном упал на колени.

— Голденблад? С тобой все в порядке? — Она опустилась рядом с ним и слегка толкнула копытом в его ногу. — Ты выглядишь... ну... хуже чем обычно.

– Нет, я не в порядке. Но вы не должны беспокоиться обо мне. Я недавно узнал кое-что... неприятное о себе, – прохрипел он, со стоном вставая.

– Я сожалею, что заставила Луну уволить вас. Я захотела работать с вами, Голденблад. Я думала, что все дело в вашем офисе, – она строго на него посмотрела. Он уставился на нее, будто не поняв услышанное, а потом устало улыбнулся.

– О. Это. Нет, не надо беспокоиться об этом. Моя отставка была неизбежна, пока я не понял насколько много испытаний защищают остальных от моих ошибок. – он вздохнул – Не обращай внимания, если все происходит как нужно, это не играет роли.

– О чем ты говоришь? – обеспокоенно спросила Твайлайт.

– Не беспокойся, Твайлайт – ответил он тихо, поднимаясь на копыта – Мы позаботимся обо всем. И если это не сработает... Все будет очищено так... или иначе. – Они исчезли из виду, как и остальные пони, которых я видела.

Нет. Не все. Я уставилась на двух призрачных пони, проскакавших мимо и затем исчезнувших в нигде.

Я моргнула, потрясла головой, и посмотрела на захламленную прихожую, ставшую пустой и захламленной мусором и обломками. В замешательстве я глядела на него.
– Что за черт... – Со стоном пробормотала я, потирая затылок и чувствуя что голова начинает болеть. Был ли это очередной странный эффект Хуффигтонского Истощения? Или становлюсь сумасшедше...е? – Не говорите, что я должна выбирать между сумасшествием и призраками.

Я просто хотела найти Сангвина и убить его. Почему все это было так сложно?

Продвигаясь дальше, я встретила кое-что до приятного знакомое: автоматические турели, поливающие меня огнем с потолка. Я укрылась за двумя бочками, чувствуя облегчение от того, что машина стреляла мелкокалиберными патронами. Дюжиной выстрелов позднее, потолочные турели приказали долго жить. После этого я осталась наедине с другими веселостями домика ужасов: кровавыми костями и внутренностями, громоздившимися посреди груды белых шкур. Я чуть не подавилась вонью, пока проходила мимо.

С каждой минутой мне нравилось здесь все меньше и меньше. Я уже нашла жилые помещения, оборудованные лежачими местами для работавшего здесь персонала. Я и представить не могла пони, входящих и выходящих отсюда. Койки находились в том же плачевном состоянии, что и окружающая обстановка, большая часть металлических вещей превратилась в мусор. Я сжевала несколько кусков металлолома и сунула еще несколько в сумку про запас. Я обыскала все, что возможно и нашла немного патронов, заколок и несколько порножурналов "Сахарные Хвостики", спрятанных в пожарном щите. Еще больше окровавленных частей пони. Я добралась до кафетерии и нашла шкаф с несколькими тортиками Жеребячья радость и банками Готового Обеда. И что за пони ели подобное до падения бомб?

Хоть я и была в домике ужасов, но въедливая вонь от разложения не убавила мой аппетит. Я употребила мясистое содержимое одной из банок, затем закусила и банкой. Пока жевала, я прислонилась к стойке. Ни взрывов. Ни криков. П-21 и Рампейдж вообще добрались сюда? Не попали ли в передрягу? Я постаралась успокоиться, П-21 был достаточно ловок, чтобы избежать обнаружения, а Рампейдж еще ни разу не встречалась с тем, что могло бы её убить. Я закинула кольцо-ключ в рот и разжевала его...

Затем я чуть из копыт не выскочила, когда заметила кобылку, стоящую возле меня. Я, скорее всего, подстрелила бы её, не будь она настолько безобидной на вид. Безоружная и без брони, белая земная пони с белой гривой и настолько белыми глазами, что непонятно было, где кончается радужка и начинается склера. Единственной причиной того, что она не была призраком, как мне казалось, было то, что я не могла видеть сквозь неё. Все призраки были прозрачными... правильно?

— Привет, — сказала я, пока она таращилась на меня. — Привет? — Взгляд. — Ты не ранена? — Очередной взгляд.
Я двинулась, она также двинулась. Я помахала копытом перед её глазами, она отпрянула. Под кожей явно просвечивали её ребра.
— Голодная? — Нет ответа.
Более беспокоящим фактом было отсутствие метки на её боку. Я протянула ей тортик, она прильнула к нему носом, принюхиваясь, затем начала жевать упаковку.
— Эээ... помочь?
Я взяла сладость, развернула и передала загадочной кобылке. Она быстро прикончила его, попутно измазавшись в морковной начинке. Затем она взяла другой тортик и начала жевать его упаковку.

Тааак... призраки, части тел, монстропони, а теперь еще и кобылка с повреждением мозга.
— Ты можешь рассказать мне о Сангвине? Где он? Что происходит? Ау?
Но она самозабвенно пыталась прожеваться сквозь упаковку.
— Отлично, — проворчала я. Потом повернулась, чтобы уйти к баракам и услышала стук приближающихся копыт.

— Один из толстяков свалил полку с банками, а проверять послали меня? — бормотала кобылка, входя в дверь. Я заметила вспышку желтого и оранжевого; это была Фьюри или как она там себя зовет. Я уже почти прошмыгнула к выходу, когда раздался грохот. Оглянувшись, я увидела белую кобылку, опрокинувшую стопку тарелок, чтобы добраться до тортика. А когда повернулась обратно, нос к носу столкнулась с Фьюри. Её оранжевые глаза расширились в шоке.
— Ты? Какого хрена! Тебя здесь быть не должно! Как, черт возьми, ты здесь оказалась?!

К "здесь" - я вытащила револьвер. К "сюда" - я всадила ей пулю между глаз. Она начала светиться прежде, чем её тело упало на пол, а я со всех копыт постаралась убраться подальше от неё. Взрывом в меня кинуло кучу мелкого мусора, и пока я пыталась отползти, заметила, как она собралась в кучу пепла, а затем снова начала светиться, превращаясь обратно в кобылку.
— Блядь. Дергун был уверен, что у нас будет еще день-другой, чтобы вернуться и свалить отсюда, прежде чем вы, уебки, покажетесь, — произнесла она, приближаясь ко мне.
Бараки были тупиком, ровно как и моя жизнь приближалась к тупику, пока причина его лениво вышагивала в моем направлении.

Глупо было тратить время на дурацкие шутки. Я всадила ей в голову еще две пули, даже когда она взвалила обломки кровати себе на спину. Я шлепнулась на пол, когда она снова взорвалась, обращаясь в сияющий пепел, а я едва увернулась от летящих в меня, словно шрапнель, кусков металла. Кучка пепла засияла и вновь сформировалась в кобылку. Она раздраженно посмотрела на меня.
— Бляяя! До тебя все никак не дойдет?

Я выплюнула оружие себе в копыта, вытрясла гильзы, подбросила горсть патронов в воздух, затем поймали ртом и сунула в пустой барабан с помощью губ и языка. И как только земные пони справляются с оружием?
— Пытаешься превзойти Деуса в сквернословии? — спросила я, защелкнув барабан револьвера и оглядевшись. Было очень похоже на сражения с Рампейдж: у меня либо кончатся патроны, либо она подберется достаточно близко, чтобы уничтожить меня взрывами. Бледная кобылка громко всхлипнула, что привлекло внимание желтой.
— Держись от неё подальше! — прокричала я, схватила оружие ртом и снова выстрелила ей в голову. На этот раз мне повезло: кусок металлолома отскочил от моей поднятой ноги, вместо того, чтобы впиться в горло.

— Держаться подальше от неё? Она ебаная пустышка, — презрительно фыркнула Ярость. Я направила на неё револьвер.
— Ну да. Продолжай пытаться. Дура ебанутая.
Я снова выстрелила, и взрывная волна впечатала меня в пожарный щит. Я смотрела на кучку пепла, пока она сформировывалась, уставившись на меня.
— Какого хуя ты никак не сдохнешь?
Я снова выстрелила в неё, очередная куча мусора врезалась в меня после очередного взрыва. И, как и прежде до этого, куча пепла снова начала превращаться в кобылку. И как мне, блядь, победить её? Это было гораздо хуже Рампейдж; этот бой сильно походил на мою схватку с Джемини.

Постойте-ка... может это сработает?

Она снова восстала из пепла, глядя на меня с явным раздражением.
— Сдавайся! Тебе меня не победить.

— Прости, — сказала я и всадила очередную пулю ей в голову. Но как только она засияла, я быстро отвернулась от и открыла пожарный щит. Взрывом меня впечатало в скрученный шланг, пока я, вцепившись в вентиль, пыталась его повернуть и одновременно молилась Луне и Селестии, чтобы вода все еще была подключена. Шланг зашипел и мгновенно наполнился. Я повернулась обратно, удерживая пожарный шланг и направляя насадку в сияющий пепел.

Как только он начал сформировываться, я смыла его в кучу покореженных коек мощной струей воды. Желтая кобылка снова обрела форму, затем ахнула и на секунду недоуменно посмотрела на меня. Затем перевела взгляд на половину кровати, застрявшую у неё в туловище. Она медленно потянулась и постучала по ней копытом.
— Б... блядь... — в ужасе вздохнула она, затем засветилась ярко-желтым. Взрыв бросил в меня еще больше мусора, но я не двинулась.Как только она дезинтегрировалась, я сфокусировала струю воды на пепле. Она снова сформировалась, на этот раз лишенная нескольких участков тела: кусочков гривы, уха, лоскутов кожи... Она очередной раз взорвалась, затем снова... и снова...

Наконец, она сформировалась, и я выключила воду. Никоим образом она больше не двинется на меня... не с нижней частью тела, застрявшей в сливе посреди пола бараков. Она удивленно посмотрела на меня.
— Блядь... охуеть... как поэтично... — сказала она и осмотрела себя, наполовину застрявшей, как Дасти Трейлс когда-то, её кожа бледнела, а голос слабел. Вода плескалась, собираясь вокруг неё.

— Как я и сказала... прости, — пробормотала я и отошла к напуганной белой кобылке.

— Не думала, что это случиться... блядь... — Затем она застыла и обмякла. В последний раз её тело засветилось, взорвавшись фонтаном грязной воды, а когда я обернулась - там не было ничего, кроме булькающей грязной воды, спускающейся в разрушенный слив.

Я подошла ближе, вглядываясь в дыру, затем на трясущуюся кобылку. Я очень хотела, чтобы моё сердце грохотало в груди в этот самый момент. Немного похватать ртом воздух, немного расслабиться. Белая кобылка медленно приблизилась, затем ткнулась мордочкой в один из тортиков, лежащих на полу в луже грязной воды. Я развернула вощеную бумагу и протянула ей. Она слегка поколебалась, осторожно взяла его ртом и отошла подальше, чтобы съесть. Я постучалась затылком о стойку, наблюдая за поглощающей сладость кобылкой.
— Моя жизнь становиться все страннее и страннее.

<center>* * *</center>

Часом позже, Бу и я приближались к месту, где проходили основные действия. Я назвала её Бу потому, что при малейшем шуме она резко бросалась искать укрытие. Это оказалось весьма полезной системой предупреждения, её слух, похоже, был гораздо лучше моего. Мне подумалось, что профессор также что-то сделала с моими ушами. Она ничем не обмолвилась, да и слух, на мой взгляд, не ухудшился, но когда глаза Бу округлялись, и она начинала пятиться, я быстренько находила небольшой закуток и пряталась вместе с ней. Здесь были не только огромные, уродливые пони, а еще мантикоры и ночные охотники, рыскающие вокруг. Я едва не влетела в группу мерцающих змеесобак, но успела заметить, как она пятится; к счастью, животные либо не замечали нас, либо игнорировали. Немного почесав её за ушками и накормив тортиком, я смогла заставить её продолжить движение. Она не говорила и, похоже, не понимала, когда я обращалась к ней. Она попросту реагировала на происходящее широкими пустыми глазами. Даже данное мной имя было больше ради моего успокоения, чем для чего-то другого, что кобылка могла воспринять, как имя.

И она была не одна в своем роде. В то время, как крупные пониподобные штуки встречались довольно часто, помимо них здесь были пони, схожие с ней. Белые кобылки и жеребцы, которые стояли в углах или разрывались на куски голодными обитателями исследовательского центра. Они не выглядели таким же тощими, как Бу, но у них также не было обостренного чувства выживания, присущего ей. Я потрясенно наблюдала, как один жеребец просто прошел вперед и был разодран троицей довольных ночных охотников. Грива Бу была длиннее, а тело тоньше. Полагаю, это могло значить лишь то, что она пробыла в этом месте дольше остальных.

Мы зашли в помещение, смахивающее на нечто, вроде зоопарка. Десятки клеток, поставленные по три в высоту, те из них, что были открыты, служили прибежищем для мантикор. Прямо рядом с этой была другая комната с большими металлическими столами, подъемниками и цепями. По полу было разбросано оборудование и испражнения, Бу застыла. Я увидела двух мантикор, шатающихся внутри.

— Кто любимый Мамочкин котенок? Кто? — доносился приглушенный голос рядом с клетками. Я осторожно высунулась из-за клетки и заметила Брасс, треплющую гриву третьей мантикоры. Эта выглядела явно больше и отвратительнее остальных.
— Малышу нравится вкусняшка? А? Малыш доволен мясистенькими кусочками? — сюсюкала кобылка, затем подняла белое бедро и оторвала кусок мяса.
— Наконец-то этот засранец настроил машины, чтобы они производили больше одного за раз. Клянусь, это чертово место скоро развалится.

Так как Фьюри пошла в расход, мне нужны были ответы, но я не хотела сражаться с Брасс и тремя мантикорами впридачу. К тому же я столкнулась с проблемой заставить Бу следовать за мной. Она лежала ничком позади меня и тряслась, категорически отказываясь идти. Маленькая мерзкая часть меня призывала бросить её здесь; мне нужна была победа. Нельзя было здесь оставаться, нас могли заметить. Я не могла тащить брыкающуюся кобылку за собой. Но когда я взглянула на беззащитный белый комок, я взяла эту мысль и старательно отлупила её ментальной кувалдой, пока она не отступила.

Самое мягкое сердце в Пустоши? Возможно, но бросать её здесь я не собиралась.

Сняв седельные сумки, я опустошила одну из них. Я задумалась было, как они все еще не изорвались, но сейчас было не место и не время для подобных мыслей. Я взяла тортик и переломила его напополам и положила на дно пустой сумки. Затем аккуратно надела её кобылке на лицо. Бу несколько раз отдергивалась, но я успокоила её, погладив гриву. Странно было обращаться с пони, как с животным, но это было необходимо, чтобы провести её через это препятствие. Наконец, я полностью одела сумку ей на голову, и она замерла. Кобылка продолжала дрожать, но не сопротивлялась, когда я положила её себе на спину и начала красться по комнате.

Я застыла, когда одна из зверюг посмотрела на меня. Затем она закрыла желтые глаза и рыгнула. Полагаю, это были последствия сытной кормежки. Я вышла из комнаты, двигаясь по обширному коридору. Убила бы за карту! "Вы здесь. Проект Химера здесь! Злобный мулий сын гуль здесь!" Сильно бы упростило жизнь!

Бу начала ерзать, поэтому я спустила её и сняла сумку с головы. Она моргнула, принюхалась и копытом стерла с лица налипшую вишневую начинку, потом фыркнула и в страхе огляделась. Она была чем-то вроде моей второй тени. Впереди слышались многочисленные крики, сопровождаемые рявканьем автоматического оружия и ударами кнута.
— Гоните эту группу в туннель! Пошевеливайтесь! Мы должны избавиться от них, а иначе мы никуда не отправимся!

Я сунулась в еще одно просторное помещение, поделенное пополам железнодорожными рельсами. Одна линия была занята тремя вагон-цистернами, вроде виденных мною ранее, на перроне расположились дюжина пони, облаченных в красную броню, и четыре грифона в силовой броне. Они загоняли четверых здоровяков в туннель кнутами и искрящими металлическими палками, направляя их прямо на звуки битвы; повсюду были разбросаны части разбитых охранных роботов. Я удивилась, почему пони и грифоны попросту не закрыли массивные металлические двери, ведущие в помещение. Это место выглядело так, будто находилось под осадой!

На дальней платформе над рельсами протянулась труба на рычаге. Яркая радужная слизь выливалась из трубы в открытые люки на крыше цистерн с тошнотворно булькающим звуком. Очаровательно. Другие пони: не белые "пустышки", а измученные обитатели Пустоши, закутанные в грязные тряпки - управляли процессом наполнения. Судя по залысинам на их шкурах и узловатым опухолям на телах, я предположила, что они слишком долго находились под действием Флюкса. К сожалению, я не видела способа пройти их незамеченной.

Привет? Я заметила мерцающие, полупрозрачные фигуры Твайлайт и Голденблада, двигающиеся к боковой двери. Затем призрак открыл дверь и... арррргх! Я не настолько умна, чтобы разбираться с этим! Все же, это было предпочтительнее, чем пытаться пройти через рельсы, попутно отстреливаясь от дюжины охранников и четырех грифонов в силовой броне. Я подошла к боковой двери со Бу, следующей по пятам и осторожно попробовала открыть её. Заперто. Я выудила заколку и аккуратно приступила к взлому. П-21 в мгновение ока справился бы с ним, а я поворачивала и двигала заколку, опасаясь, что в любую секунду нас заметят.

Затем прилетевшая пуля пробила защитный костюм и врезалась в прикрывающую круп броню, заставив меня подпрыгнуть и скривиться от боли. Я заметила грифона, готовящегося сделать нечто скверное и, скорее всего, смертельное для меня; другие тыкали в меня и кричали, заглушая звуки продолжающегося сражения с роботами, очень скоро они тоже присоединятся к нашпиговыванию меня свинцом. Я вытащила заколку и провернула замок со всей возможной силой, что позволял мой рог. Барабан замка щелкнул и повернулся, открывая дверь. Похоже, что немного удачи у меня еще осталось. Я распахнула дверь и ступила на уходящую вверх лестницу... сплошь покрытую Флюксом.

Ни за что я не брошу Бу, поэтому прежде, чем она попыталась сбежать, я положила её на спину и осторожно зашла в вязкую субстанцию, закрывая за собой дверь. Бу не Скотч Тейп. Мне нужно было сосредоточиться, быть сильной, выносливой и крутой одновременно. Если я коснусь покрытой Флюксом стены, если подскользнусь и уроню её... я слишком хорошо помнила кричащую комнату.
— Не ерзай... прошу, только не ерзай, — стонала я, поднимаясь по лестнице. Тощая или нет, она была полностью взрослая, да еще недавно съела кучу тортиков.

Я преодолела первый пролет, дойдя до бочки, испачканной слабо светящейся массой. Я ощутила, как защитный костюм коснулся моего живота, когда я осторожно перелезала бочку. Один разрез, и я снова испытаю ужас вопящих внутренностей. Преодолев полпути второго пролета, я замерла как раз вовремя, чудом избежав солидной капли слизи, прошедшей в паре сантиметров от моего лица. Я проследила за тягучим следом, оставшимся после неё. Еще одна капля. Внизу раздался звук открываемой двери.
— Сюда, пони, пони, — проскрежетал грифон сквозь динамики шлема. Нет времени. Я выждала очередную каплю и пробралась на следующую площадку.

— Ты совсем двинутый мешок мяса, если решилась придти сюда, — протянул он, последовав за мной.

Я начала подниматься по третьему пролету, обходя валяющиеся на лестнице бочки.
— Для начала сожру твои ляжки за то, что досаждаешь мне, — проворчал он. Я добралась до третьей площадки как раз, когда он вышел из-да угла. Я бросила взгляд назад и с силой пихнула бочку вниз по лестнице. Ржавый контейнер понесся по ступеням, разбрызгивая радужный Флюкс и лопнул, как пузырь, врезавшись в него и полностью скрыв его лицевой щиток слизью. Он начал бешено стрелять по сторонам, ослепленный веществом, а я быстро скрылась за углом.

— Не знаю, превратилась ли ты в желе, но клянусь, что намажу тебя на крекер! — выругался он, ускорившись в погоне за мной. Хм, что-то новенькое. Его броня включала в себя дополнительную защиту для крыльев; ничего удивительного с моим то везением. Каждую бочку, встреченную мне, я сталкивала вниз в надежде замедлить его. Наконец, я увидела последнюю площадку, а за ней коридор, не залитый Флюксом. Там стоял наполовину полный поддон с бочками; я ссадила Бу в чистом месте, затем повернулась и спихнула бочки вниз по лестнице. Полдюжины цилиндров врезались в него, покрывая радужной слизью. Мне нужно нечто посущественнее моего пистолета.

К счастью, у меня было нечто посущественнее.

Грифон оттолкнул от лица последнюю бочку как раз вовремя, чтобы увидеть меня, стоящую там на манер Лансера и целящуюся в него из винтовки Тауруса (ну, не совсем, как Лансер; я в очередной раз убедилась в правоте Ровера насчет пальцев). Будь у меня З.П.С., я, возможно, сразу же убила бы его, но даже с бронебойными .308 калибра я сомневалась, что смогу прикончить его, прежде чем он применит своё оружие. И он, скорее всего, тоже это знал... но мне не нужно было его убивать.

Все, что нужно - одна маленькая дырочка.

Я стреляла так быстро, как могла, пули глубоко вгрызались в его броню, пока он пробирался подальше от бочек. Я расстреляла весь магазин, прежде чем он начал стрелять в ответ из автоматического оружия, заставив меня пригнуться.
— Тварь... шлюха... мешок с мясом... — рычал он, взбираясь по лестнице ко мне. Коридор позади меня отлично простреливался: добрых тридцать с половиной метров без единого уголка, чтобы спрятаться. Пока он продолжал упорно двигаться вверх, я, не вылезая из укрытия, сунула новый магазин и снова стала в зебринскую стойку. Как только он преодолел последнюю ступеньку, я снова открыла огонь. Этого по-прежнему было мало, а бочки у меня закончились.

— Сдохни! — выдохнул он; мне показалось, или его броня стала... туже? Он поднял на нас свои орудия.

Что ж, несмотря на отсутствие бочек, еще оставался поддон. Я припала к земле и с силой лягнула деревянную платформу. Пули начали прошивать её еще в воздухе, но она сохранила достаточную твердость, когда врезалась в грифона, посылая его скользить вниз по ступеням в радужную мерзость. Далеко внизу раздался его крик, переходящий в душераздирающий вопль... затем, неожиданно, раздался громкий хруст и все стихло. Я поглядела на броню, которая вспучилась у каждого шва. Красное мясо сочилось из каждого отверстия. Я содрогнулась и отступила назад. И снова, я очень-очень надеялась, что он умер после этого... не превратился в нечто гораздо более ужасное.

Я вернулась к трясущейся Бу и, приложив немало усилий, магией оттерла слизь с копыт, использовав валяющиеся на полу бумажки. Я критически оглядела копыта. Надеюсь, что металл устойчив к коррозии или магическим субстанциям вроде Флюкса, но... мне снова показалось, или они стали выглядеть немного более синеватыми? Я вздохнула и глянула на свою безмолвную компаньонку; этому местечку не помешала бы пара-другая жар-бомб.

Она просто глядела на меня. А я еще думала, что П-21 паршивый собеседник...

Мы двигались по коридору. Окна на одной стороне выходили на погрузочные платформы. Из туннеля продолжали прибывать роботы, стражи и кое-что еще: маленькие похожие на пауков роботы скользили рядом со стражами. Бронированные грифоны и здоровяки, которых они сгоняли на линию огня, пока держали их на некотором расстоянии.

Похоже, что посеянный Сангвином ветер, наконец, вызвал сокрушительную бурю. Наверное придется драться за шанс присоединиться к урагану.

— Ты! — воскликнул голос неподалеку от меня, я повернулась и увидела призрачного жеребца, тычущего в мою сторону копытом. Я оглянулась на стоящих позади меня Голденблада, братьев и Твайлайт Спаркл. Мне хватило пары секунд, чтобы распознать знакомое лицо: доктор Трублад.
— Тебя здесь быть не должно! Ни здесь, ни где бы то ни было рядом с этим местом!

Я отошла в сторону, Трублад приблизился к четверке пони. Голденблад натянуто улыбнулся.
— Привет, Трублад. Как семья?

Трублад в ярости рванул к нему, не замечая Твайлайт, стоящую прямо позади братьев.
— Принцесса Луна лишила тебя должности, Голденблад! Ты напрашиваешься на смертную казнь, решившись придти сюда?

— Значит, дети все еще не оправились? — спокойно ответил Голденблад, веко доктора дернулось от шока.
— Что ж, это плохо. Я уверен, что Санфлауэр сможет позаботиться о всем необходимом.
Полнейшее отсутствие понимания оставило доктора только хлопать глазами от гнева.

Затем Твайлайт вышла вперед Голденблада, и челюсть доктора упала.
— Он здесь со мной. Помогает мне разобраться в ваших хитросплетениях, Трублад.
Доктор плюхнулся на пол, беззвучно разевая рот.

— Но... Но ты не можешь быть здесь! Хорс должен быть здесь, если ты... Директор... То есть... сейчас ты же должна быть в Тенпони! Как ты здесь очутилась?
Он таращился на неё, а Твайлайт хмурилась все сильнее, приближаясь к нему.

— Меня уже тошнит... — она с силой тыкала копытом в его грудь с каждым словом, — И я устала от того, что каждый указывает мне что делать, и где я должна находиться. Я устала от секретов! Мне надоели постоянные попытки директоров Д.М.Д. указать мне, что я должна делать! — Она гневно посмотрела на Голденблада. — Что не так с твоей организацией? Она больше напоминает... департамент мерзких делишек!

Голденблад рассмеялся, это, по-видимому, напугало близнецов, а Трублада вогнало в чистый ужас.
— Это очень долгая история. Надеюсь, что когда-нибудь ты её услышишь. — Он с улыбкой покачал головой и глянул на Трублада. — Ладно. Не хочешь присоединиться к нам, Трублад? Министерской Кобыле любопытно, откуда берется Флюкс. Мы показываем ей.

Его рот снова задвигался.
— Я... эээ... мне надо связаться с Хорсом. Прошу простить меня.
Он уже собрался убежать...

— Нет, — остановил его твердый голос Твайлайт. — Думаю, что тебе стоит пойти с нами, Трублад. Мне кажется, что ты забыл упомянуть несколько ключевых особенностей Проекта Химера, когда знакомил меня с ним. Я бы хотела обсудить то, что ты пропустил... без директора, указывающего мне, что я должна и что не должна знать.
Трублад подавленно посмотрел на неё. Голденблад улыбнулся и покачал головой. Она резко посмотрела на него.
— Что?

— Ничего. Просто рад снова видеть тебя такой, — тихо произнес он и теперь уже пятерка мерцающих пони проследовала по коридору. Я не смогла совладать с собой и двинулась за ними со Бу, тенью следующей за мной. Лично мне ужас, как хотелось разузнать больше тайн Голденблада.

На протяжении нашего пути группа несколько раз исчезала, затем снова появлялась. Еще три раза Трублад пытался найти оправдание, чтобы уйти, и каждый раз Твайлайт ему отказывала. Вид, открывавшийся из окон, показывал очередное обширное помещение; там было полно капсул, похожих на те, что содержали в себе жеребят в клинике Флаттершай. Многие из них несли явные признаки повреждения или попыток вскрыть их, а в некоторых покоились кости.

Твайлайт глядела вниз с очевидным отвращением.
— Что это еще такое?

— Опасные биологические образцы, — пояснил Голденблад. — Сочетания, в которых либо носитель оказался опасен, либо комбинация нестабильна. Некоторые комбинации: фениксы, драконы, мантикоры - производили на свет гибриды, слишком агрессивные, чтобы держать их вне капсул.

— Мы также сохранили еще несколько уникальных биологических образцов, — пробормотал Трублад. — Никогда не знаешь, когда они могут понадобиться.

— В твоих же интересах не хранить мои образцы в одной из этих капсул! — предостерегающе сказала Твайлайт.

— Луна категорически запретила брать любые образцы от неё, Селестии, Министерских Кобыл или меня, — отозвался Голденблад, глядя на Трублада. — Она была справедливо уверена, что некоторые пони обязательно попытаются сотворить нечто не слишком уместное.

— Мне не нравятся твои намеки, — возразил Трублад.

— И не должны, — язвительно подчеркнул Голденблад.

Следующий ряд окон открывал вид на нечто, сильно смахивающее на бойню, хорошо, что я не могла чувствовать запах содержимого. Там находились четыре стальных стола в ряд с четырьмя нависающими механизмами, которые напомнили мне конечности Старины Хэнка. Одна стена была сплошь покрыта стальными люками, словно десятки холодильников, повсюду были разбросаны грязные белые контейнеры.

— Это наша система по забору органов, — спокойно произнес Голденблад. — Еще довольно новая, начали применять около года назад. Система автоматически удаляет все жизненно важные органы из любого субъекта, помещенного на стол. Затем они погружаются в стазисные контейнеры для поставок по всей Эквестрии, — объяснил он, указывая копытом на белые ящики.

— Система... чего?! — грива Твайлайт мгновенно завилась. — Флаттершай знает об этом? — взволнованно спросила она, указывая копытом в помещение.

— В общих чертах, — пробормотал Трублад. — Она понимает необходимость жертвы для того, чтобы любому пони в Эквестрии нашлись подходящие для пересадки органы. Она, в некоторой степени, даже не посвящена в детали. Все, что ей нужно знать - если ребенку понадобится пересадка сердца, её министерство сможет предоставить трансплантат. А если нет, она сможет поддерживать их жизнь достаточно долго, пока мы не получим нужные органы. Ей совсем не обязательно знать конкретно, как это работает.

Твайлайт закрыла рот и потрясла головой, прежде чем отступить назад.
— Поверить не могу, что ты делаешь подобное.

Флим кашлянул.
— Ну, для этого был достаточный рыночный стимул.

Флэм постучал копытами.
— У Министерства Мира был довольно таки неплохой оперативный бюджет, мы подумали, чтобы было бы неприятно упустить такой шанс.

Твайлайт глянула на братьев.
— Вы отвратительны.

— Вот как? — Голденблад вопросительно поднял бровь и приблизился к ней. — Ты бы предпочла, чтобы пони умерли несмотря на то, что у нас есть подходящая магия и технология, которая может спасти их? Если так - отдай приказ. Мы сразу же прекратим деятельность этого отдела.
Твайлайт ужаснулась, он покачал головой.
— Вот почему мы держали тебя и твоих друзей в неведении. Чтобы вам не нужно было знать всего этого.

— Я... я пришла сюда не за этим, Голденблад! — запинаясь пробормотала Твайлайт.

— Нет, ты пришла за секретами, — рассудительно начал Голденблад. — И я открываю тебе их, Твайлайт. Ужасающие, кровавые, грязные секреты во всей их красе. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Если ты не можешь выдержать самые безобидные из них... если ноша подобных маленьких секретов слишком тяжела для тебя... тогда остановись и возвращайся домой.

Это придало ей большей уверенности, и она ответила на его взгляд.
— Я не собираюсь отступать, Голденблад. Но...
Её взгляд скользнул к окну.

— Тогда продолжим. Время тебе встретить Химеру, как нечто большее, нежели писанину на бумаге, — тихо произнес Голденблад. Я идеально воспроизвела выражение лица Твайлайт; ничем хорошим это не закончится.

Чего это Бу так съежилась? Вот блин...

Брасс со всей силы врезалась в стекло, осыпая меня градом осколков, от которых я едва успела закрыться копытами.
— Вот ты где! — радостно воскликнула она, кидаясь на меня. — Они говорили, что заметили пони с красно-черной гривой, ты ни за что не поверишь, насколько я рада, что ты попалась именно мне!

Кое-кто слишком много треплется. Я вскинула револьвер, но в отличие от Фьюри, Брасс попросту не дала мне выстрелить ей в лицо. В мгновение ока, кобылка оказалась на мне, разрывая когтями и топча, кусаясь и жаля. Будь мои конечности из плоти и крови, они были бы уже вырваны; хотя защитный костюм и броня Потрошителей под ним никак не сдержали жало, ткнувшееся в мой бок. У меня сразу же закружилась голова, как только яд начал циркулировать по кровеносной системе.

— Ты представить себе не можешь, как я хотела прикончить тебя все это время! — Она хохоча выбила оружие из моего рта. — Жаль, что с тобой нет этой серой суки. Мне не терпится загнать её лучевую пушку прямо ей в...

Я прервала её, схватив за шею и глубоко вогнав рог в глотку. Проникающий удар головой заставил её закашляться и подавиться словами. Жаль, что у меня не было возможности добавить к этому три магических заряда и З.П.С., чтобы мгновенно наколдовать их. Она дернулась назад, соскользнув с моего рога с небольшим фонтанчиком крови, и попыталась выпрыгнуть обратно в окно, но я не могла позволить ей снова уйти, чтобы позвать помощь или подготовить следующую атаку. Не имело значения, насколько плохо я чувствовала себя от яда, я не могла позволить ей уйти. Как только она забралась на край оконного проема, я подкатилась ближе и кинулась на неё, оборачивая копыта вокруг шеи, и мы, сцепившись вместе, полетели в кровавую комнату, приземлившись в кучу мусора и останков.

Я продолжала душить её после приземления; она задыхалась, дико суча ногами по земле. Если я умру сейчас, будут ли мои ноги продолжать держать её, пока она не отправится вслед за мной - стало интересно мне. Хотя... просто убить её не будет той победой, что я хочу. Наконец, я отпихнула её со всей оставшейся силой, и начала рыться в сумках в поисках целебного зелья и противоядия. Пока она продолжала хватать ртом воздух, я приняла одно, затем второе. Целебное зелье не слишком помогло, но антидот Глори мгновенно убрал головокружение.

У меня было целых шесть секунд, прежде чем она бросилась на меня. В ближнем бою она была смертельно опасна, да еще и чертовски быстра, чтобы я могла избежать его! Её хвост делал бой накоротке рискованной задачей, хотя он вполне мог сойти за последнюю возможность побить её. Внимательно пронаблюдав за ней, пытаясь уворачиваться, я заметила, что её раны не регенерировали. Я могла бы её завалить, если бы смогла завалить. Крупнокалиберная пуля сгодилась бы, но для этого была нужна крупная винтовка и пони, способный справиться с ней. Взрывчатка? Поблизости не было ничего, что могло взрываться. Револьвер остался там. Магических пуль не было...

Дерьмо.

— Ты поубивала кучу моих любовников и питомцев. Я собираюсь скормить тебя им, клонировать тебя и снова скормить, — поклялась она, её губы расширились, обнажая десятки острых зубов. Как могло быть так, что взрывающуюся неумирающую киберпони было убить легче, чем идиотку, предпочитающую совокупляться с животными?
— Мммм... Блэкджек в собственном соку. Так или иначе, все станет как нельзя лучше.

— Вынуждена предостеречь. Я уверена, что на вкус, как сожаление и неудача, — пробормотала я, осматриваясь по сторонам. — Знаешь, мне тут стало любопытно, какая причина может настолько сломить кобылку, чтобы она стала такой же, как ты?
Думай, Блэкджек, думай!

— Оу... Я могла бы выдумать тебе какую-нибудь сопливую историю, но факт остается фактом: я та, кто я есть и ничуть не сожалею об этом. А теперь хватит болтать и начинай умирать! — прорычала она, обнажая клыки.

Ну и ладно, мыслительные процессы никогда не были моей сильной стороной. Я едва успела выхватить меч, когда она кинулась на меня. Серебристая сталь запела на одной смертельной ноте, которая заставила меня ухмыльнуться, хоть я и ощутила некий внутренний укол от этого звука. Дикий взмах заставил её остановиться. Я думала, что нужно покрепче держать рукоять и размахивать так быстро, как смогу, но держа элегантное оружие, я поняла, что нужно расслабить челюсть. Увеличить дугу замаха.

Монстропони отклонилась назад и прыгнула вперед с сухим щелчком, я была уверена, что в этот раз достану её... но её голова с раззявленой пастью резко остановилась. Вместо того, чтобы укусить меня, она замахнулась в меня хвостом, который прошел выше моего горизонтального взмаха и с силой ужалил в шею. Острое жало вылезло, сопровождаемое струйкой крови, я зашаталась; в тот момент я очень сильно надеялась, что противоядия во мне окажется достаточно, чтобы нейтрализовать яд. Я изменила направление удара, но она успела отдернуть хвост.

На мой выпад в попытке ткнуть её лицо, она низко присела, рванула вперед и махнула когтями по моему незащищенному горлу. Попытка моей контратаки закончилась для неё порезанным ухом, и опять же она была слишком быстра, чтобы я могла нанести более-менее существенный урон. Будь я из плоти и крови, я, скорее всего, уже насмерть истекла бы кровью. Только автоматическая регенерация моего тела замедляла кровь, струящуюся из моей шеи. Подозреваю, что если бы у меня был ПипБак, системы мониторинга здоровья давно уже сигнализировали о тяжелых повреждениях в районе головы и торса.

Хотя она, похоже, была весьма счастлива возможности медленно рвать меня на кусочки, и моей регенерации уж точно не хватит восстановиться после этого. А если судить по отдаленным крикам, исходящим от одного из дверных проемов, я подозревала, что вскоре моё и без того уже бедственное положение окажется еще хуже... ну отлично, и зачем я об этом подумала?

Внезапно раздался щелчок и жужжанье заработавших вентиляторов. Лампы на потолке мигнули и ожили, из вентиляции раздался грохот, сопровождаемый потоками холодного воздуха. Механические конечности, нависшие над одним из столов, дернулись и начали размахивать, крутиться и пищать. К моему облегчению двери, откуда доносились крики, зашипели и закрылись. Я бросила взгляд на Брасс, но та в недоумении крутила головой. Наконец, я пожала плечами и попробовала наудачу пару взмахов, едва успев отпрыгнуть от укуса, который, скорее всего, прикончил бы меня.

Пони-мантикора рычала, обходя меня, но я двинулась назад, стараясь держать стол с размахивающими конечностями между нами, пока усиленно пользовалась мозгами. Я ни за что не превзойду её при таком темпе. Она уже давно бы убила меня, не будь мое тело наполовину кибернетическим. Если я атакую первой, она с легкостью уклониться и пронзит меня жалом. Мне нужно было заставить её сделать первый шаг, если я хотела получить преимущество. ... Интересно, как это провернуть?

Ну... когда дерешься насмерть с монстром, который вот-вот разорвет тебя в клочки... я подняла передние копыта, сложив их в форме буквы Т, затем положила меч на край стола, пока она таращилась на меня, удивляясь, что я совершила нечто... настолько глупое. Держа рукоять в сантиметрах от моего рта, я улыбнулась.
— Слушай, Брасс, пока ты меня не убила, съела и все такое... скажи мне всего одну вещь: ты прошла через трансформацию в мантикору только потому, что не смогла найти кого-нибудь своего вида, кто пожелал бы тебя трахнуть?

Это задело её. Дико заревев, она рванула ко мне со всей своей животной яростью. Она прыгнула вперед, я мгновенно взяла меч и взмахнула, лезвие со свистом рассекло воздух, встретившись с протянутой конечностью и начисто отсекло её. Она захлопала крыльями, стараясь удержаться от падения лицом об пол, я сделала ложный выпад с намерением лишить её головы... постойте-ка, когда это я научилась ложным выпадам? И конечно же, она отдернула рычащую пасть и ударила хвостом. Меч поменял направление и срезал округлый кончик. Она закричала и взмыла в воздух, истекая кровью из обрубка.

Вылетев за пределы досягаемости, она испустила рев боли, и на него ответили сверху. Три мантикоры влетели в помещение через разбитое окно и немедленно разошлись, Брасс, в это время, нашла местечко и зализывала раны, чтобы замедлить кровотечение. Монстры начали окружать меня. Хорошо, меч, что мне делать дальше? Я отступала, используя столы в попытках держать их в поле зрения. С двумя мантикорами я, может быть, и справилась бы, но три с легкостью зажмут меня в угол.

Совсем плохо.

— Смерть сверху! — запищала Рампейдж, рухнув из вентиляции прямо на спину ближайшего зверя. Хоть она пока не набрала прежнего веса, но это было не нужно с всеми четырьмя силовыми копытами, разрядившимися одновременно. Мантикора взревела и сразу же попыталась сбросить Потрошительницу со спины, но Рампейдж вцепилась зубами и намотала на левое копыто гриву зверя, а затем принялась лупить его правым по затылку.

Я ухмыльнулась. Жизнь была бы совсем прекрасна, если бы было еще две Рампейдж...

Далее последовал глухой удар, перекрывающий шум работающих машин, и я как можно быстрее отошла назад, когда заряд Аргумента взорвал пару оставшихся мантикор, хотя крупная была настолько крепкой, что,казалась, вообще не обратила внимания.
— Вовремя мы тебя нашли, — прокричал П-21 из дыры в смотровом окне, раскрывая копытами гранатомет, вынимая гильзу и отбрасывая её, а затем плавно загружая новую гранату, вытащенную из сумки.

Более крупная мантикора осталась со мной, а другая рванула через помещение в направлении жеребца. Держа гранатомет зубами, он выстрелил из него практически прямо в потолок! Снаряд отрикошетил от металлической распорки, отскочил от вентиляции и упал сразу позади меньшей мантикоры, и тут же взорвался. Это довершило превращение мантикоры в фарш, рухнувший бесформенной кучей. Он глянул прямо на меня и... ухмыльнулся! Когда это он научился так круто ухмыляться? Возможно это из-за шляпы.

Оставшаяся мантикора избавила меня от необходимости столь сложных измышлений, почти откусив мне мордочку! Я успела поднять ногу, заставляя монстра жевать её, вместо моего лица. Несмотря на то, что она была из металла, боль все равно ощущалась. Это напоминало, как если бы я сунула копыто в электрический блендер. Я дернулась в сторону, уходя от падающего на меня хвоста, грозящего прикончить меня в один укол, затем махнула мечом, рассекая лицо мантикоры и лишая её глаза. Существо прекратило жевать мою покореженную конечность и осторожно отступило; я очень надеялась, что мои киберноги в состоянии справиться с подобными повреждениями!

Со стороны доносились ритмичный удары силовых копыт Рампейдж о голову монстра. Наконец, череп монстра поддался, расколовшись с мясистым треском. Труп рухнул на лицо, и Рампейдж, довольно сильно дрожа, сползла с него. Изо рта кобылки капала пена.
— Эй, Блэкджек? Осталось противоядие?

П-21 продрался к ней, я ухмыльнулась. Как только Рампейдж восстановится, втроем мы одолеем последнюю мантикору, а затем примемся за Брасс. И Брасс это прекрасно знала.

Она испустила рык, и огромная мантикора мгновенно повернулась, чтобы атаковать моих друзей. Рампейдж едва успела применить противоядие, полученное от П-21, когда тяжелый хвост обрушился на неё с сочным треском. Она пролетела через всю комнату, врезалась в стену и недвижимо осталась лежать. Оставшись в одиночку, П-21 перекинул Аргумент за спину и начал расставлять мины со всей возможной скоростью. Гигантский зверь наступил на одну и отпрыгнул назад от боли. Его долгое низкое рычание начисто стерло улыбку с лица синего жеребца.

Я кинулась к нему на помощь, но Брасс слетела со своего насеста и врезалась в меня, словно шипящий, когтистый снаряд. Пока П-21 и огромная мантикора ходили кругами, она рванула на меня. Меч пронзил плечо её отрубленной конечности, появившись с обратной стороны, прежде чем её бьющееся тело вырвало оружие из моего рта. Её челюсти сомкнулись на моем горле, проскрежетав по чему-то в моей... коже? Похоже, Профессор еще кое о чем забыла упомянуть насчет моего нового тела. По крайней мере, это не дало ей вгрызться в мою шею и разорвать жизненно важные трубки, идущие к мозгу. Инстинктивно я толкнула наши тела со всей возможной силой, лишая нас равновесия и падая на металлический стол позади.

Нависшие механизмы зашевелились, захваты защелкали, а пилы завращались, пока мы продолжали бороться. Из-за разодранного горла я не могла дышать. Она закричала в мою шею, когда машина вскрыла её круп скальпелем, и, махнув хвостом, отбросила металлическую конечность. Механический захват схватил мою голову, пила пыталась прорезаться вокруг моей глазницы, пока я дергалась и махала ногами. Я не так хотела драться! Я бросила взгляд на её яростно пылающий глаз. Глаз, обещавший распотрошить меня, П-21 и устроить из Рампейдж вечный шведский стол. Я перебила её питомцев и любовников, и её разъяренный взгляд обещал сделать то же самое со мной и с моими друзьями.

Так что я выдвинула пальцы, схватила её за голову и погрузила металлический большой палец в её глазницу, почувствовав, как он уперся в дно. Она разжала челюсти достаточно, чтобы мучительно зареветь, неистово дергаясь, я поднажала и оттолкнула её. Я схватилась за край стола и изо всех сил потянула. С моих ушей и щек слезли кровавые полоски, когда я, наконец, вырвалась из хватки механизмов и рухнула на грязный пол. Мое горло было в ужасном состоянии, лицо покрывала кровь, которой я потеряла гораздо больше, чем необходимо для жизни, даже несмотря на импланты, а еще я не была уверена то ли я дышу через рот, то ли через прокусы от её клыков.

Но оглянувшись на Брасс, я быстро осознала, что мне повезло. Механические захваты схватили бьющиеся конечности и уложили кобылку на спину. Она в ужасе кричала, и будь я способной двигаться, чтобы предотвратить грядущее, я так бы и поступила. Но сейчас я была слишком избита, даже чтобы глядеть в сторону, когда её конечности растягивались механизмами. Серп на конце зонда качнулся вниз и нежно прочертил линию от промежности до горла. Он на мгновение задержался на груди, но затем зажужжал и, вибрируя, прорезался через грудину.

Только тогда я смогла отвести взгляд, но ничто не уберегло меня от оглушительного треска костей и душераздирающего крика, когда металлические руки широко раскрыли её.

Огромная мантикора сразу же забыла о П-21 и, взревев, перелетела к столу с такой невероятной свирепостью, что собирающая машина была вырвана из пола с дождем искр, окровавленные механические когти разжались, когда конечности и оборудование было разбито. С трудом поднявшись на копыта, я поглядела на кусок мяса, ранее бывший Брасс и вытащила меч из неё. Она смотрела на меня, я старалась изо всех сил не смотреть на её отказывающие органы. Это было далеко за пределами способностей целебного зелья или даже десяти. С этим даже Гидра не смогла бы справиться.

— Сангвин... может вылечить... пожалуйста... не хочу умирать... — всхлипнула она, я сглотнула комок. — Прости, я была плохой пони, — выдохнула она, и затряслась.

Я не могла вымолвить ни слова, мое горло все еще восстанавливалось. Ну я хотя бы могла дышать... как-то. Огромная мантикора вернулась, я отступила назад, когда она низко прорычала. Рампейдж снова стояла, но все еще выглядела так, словно половина костей в её теле по-прежнему находились в процессе регенерации. Громадный зверь обнял Брасс своими лапами с невероятной заботой, покачивая передними ногами, издавая тихое мурчание и толкая её тело своим широким львиным носом.

Она подняла оставшуюся переднюю ногу и погладила его по неповрежденной щеке.
— Ты большой ребенок... — прохрипела она, мантикора начала лизать её поврежденное лицо и гриву. Она единственный раз лизнула в ответ, потом закрыла глаз и затихла.

— Идем, Блэкджек, — произнес П-21, затем взвалил мое окровавленное тело на спину и с трудом потащил меня вверх по куче мусора к разбитому наблюдательному окну. Лампы начала отключаться, а щелкающие машины замерли. Бу, дрожа, последовала за нами, держа дистанцию; я не могла её винить, учитывая мое состояние.

Мы далеко продвинулись по коридору, когда огромная мантикора испустила протяжный, скорбный рев, который я буду помнить всю оставшуюся жизнь.

<center>* * *</center>

Мы обнаружили просторный кабинет, где я смогла, наконец, рухнуть и пожевать немного Яблочных Бомбочек и три банки Готового Обеда, закусив коробкой скрепок двухсотлетней давности, оставленной на столе.
— Ну вот, мы и пошли кружным путем до закрытой двери, как ты и сказала. Мы проникли внутрь, но потом наткнулись на турели и тех больших белых пони... — начал П-21, но я замахала копытами, прерывая его. Бу сидела в углу, поглощая тортики и приводя себя в еще больший беспорядок.

— Стой, стой, стой. Я сказала вам что? — я нахмурилась, розовое, мясистое... что-то... прилипло к моим губам. Я не помнила ничего из этого! Продолжая задумчиво жевать банку, я хмуро глядела на них.

— Помнишь? Мы кричали тебе в шахту минут пять-шесть; лифт проехал всего метров шесть, а потом его заклинило. Ты, в конце концов, сказала, что в порядке и велела нам идти к двери и ждать тебя внизу. Даже предупредила насчет турелей, — объяснил П-21, переглянувшись с Рампейдж; взглядом, красноречиво говорящим: "Она с ума сошла или просто не помнит?"

— Ну, первое, что я обнаружила после падения стало то, что я висела под обломками. Если бы в шахте не было робота, я была бы мокрым местом на дне. — Я потрясла головой, пытаясь вспомнить промежуток между взрывом и пробуждением. — Ты уверен, что это была я? И что я сказала вам остерегаться турелей?

Рампейдж кивнула, глядя на меня.
— Ну да. Я подумала, что ты просто советуешь быть осторожными, но как только мы зашли в коридор, там оказалось где-то... четыре выскакивающие турели. Если бы не Синий с его гранатами, думаю, меня бы распылило, а его прожарило.

П-21 мрачно посмотрел на полосатую кобылку, затем перевел взгляд на меня.
— Мы итак не на прогулку вышли, но да, благодаря твоему предупреждению я смог заметить корпуса турелей. Как бы то ни было, как только мы стали натыкаться на тех здоровяков, мы попробовали прокрасться по вентиляции, чтобы обойти их.

— Ну да, так постоянно в книжках пишут, — ухмыльнулась Рампейдж, хотя её ухмылка угасла, когда она призадумалась. — Хотя там было немного тесно и полно ночных охотников. А еще было очень легко заблудиться.
Я вздрогнула, когда мое покореженное металлическое копыто принялось, потрескивая, гудеть, розовое сияние ремонтного талисмана потихоньку восстанавливало его. Готовый Обед с рубинами - идеальный выбор регенеративного перекуса для киберпони. Кто бы мог подумать? Раз уж во мне "переваривались" жестянка и несколько камней, я откинулась на спину и позволила телу самоисцеляться.

Я была бы не прочь отдохнуть часик-другой, но не имела никакого представления, сколько времени у нас оставалось. Мой взгляд пробежался по старым фотографиям, разбросанным на столе. Кобылка и два жеребенка сияли улыбками на зернистых черно-белых изображениях. Было еще несколько снимков, поврежденных умышленно; везде, где находился жеребец, его лицо было вырезано.

Я еще немного полазила по кабинету и обнаружила терминал. На этот раз П-21 был совершенно не в настроении применять свои умопомрачительные навыки в магической науке! Пока. После продолжительного нытья с моей стороны, он поднялся и приступил ко взлому. Там что-то было. Что-то интересное! Я знала это. После нескольких попыток, он, наконец, справился с ним. Я оказалась права; там была целая тонна совершенно бессмысленной для меня медицинской и научной бредятины. После недолгих поисков, я все же нашла кое-что занимательное: папка с сообщениями.

<b>Д.М.Д. Внутреннее сообщение №345-01-92><b/>
<i>Слушай, я знаю, что ты не можешь получить доступ к системам из-за блокировки, но ты можешь продолжать извлекать Флюкс из источника. Прямо сейчас твоя работа заключается в поиске любых компрометирующих Голденблада сведений, в частности связанных с Проектом Цитадель и Проектом Горизонты. Клянусь, мы найдем скелетов больше, чем я могу себе представить. Необходимо держать Министерских Кобыл подальше от правды. Если они прознают... что ж, просто держи глаза открытыми. Хотел бы я, чтобы Троттенхеймер и Сильвер Страйп сотрудничали, но эта полукровка все затягивает, я даже не могу выяснить, куда перевели Троттенхеймера! Хорс.</i>

<b>Д.М.Д. Внутреннее сообщение №349-01-92><b/>
<i>Я понимаю твое беспокойство по поводу поисков Твайлайт Спаркл Зелья Вынужденной Трансформации. Прошу пойми, в интересах всей Эквестрии, чтобы она не преуспела. Тут я согласен с этим ублюдком. Не пытайся напрямую связаться с Принцессой Луной насчет этого зелья. Тебе совершенно не понравятся последствия этого. Просто проследи, чтобы Флим и Флэм продолжали слать ей прежний мусор. Ах да, напомни им, кто теперь снабжает их средствами. Я быстро отстраню их от производства Флюкса, если они снова забудут. Хорс.</i>

<b>Д.М.Д. Внутреннее сообщение: Перенаправленное №341-20-01><b/>
<i>Дорогая, прошу приходи поскорее домой. Я знаю, что ты перегружена работой. Я знаю, что ты не можешь говорить мне чем занимаешься, но помни, что я люблю тебя. Мы любим тебя. Надеюсь, ты сможешь вернуться к Гала. Я прекрасно знаю, что несколько дней выходных сотворят чудо с моей самой особой пони.</i>

Ух... ничего страшного. Правда, я все еще не понимала, кто порезал фотографии. Ревнивый коллега? Виноватый супруг? Я повернулась, чтобы узнать мнения Рэмпейдж и П-21, но заметила что он бросил в мусор пустой шприц от Мед-Икса и нахмурилась.
— Тебя задели? — Рэмпейдж уставилась на него, и его улыбка немедленно сделалась болезненной.

— Разве не всех задели? — ответил он, стараясь не смотреть мне в глаза.

Я хмуро посмотрела на него. Меня задели. Фактически, я бы укололась обезболивающим, если бы не знала, что мое тело починит все повреждения. Но, несмотря на все сражение, я не могла припомнить чтобы его хотя бы оцарапало.
— Ну, нет. Вообще-то. Нет. Не помню, чтобы тебя хоть раз ранили с тех пор, как мы вошли в лес.

— Ну значит моя нога болит, этого достаточно? — он нахмурился и, вздохнув, откинулся на спину. — Я просто измотан. Я ненавижу это место. После всего что произошло, мне просто необходимо перевести дух.
Он на мгновение прикрыл глаза, затем мрачно посмотрел на меня; никогда прежде я не видела его таким... уставшим.

— Ладно. Только... полегче с этой штукой, окей? — сказала я слега нахмурившись. Он опустил глаза и не ответил. Я посмотрела на Рампейдж, та лишь пожала плечами.

— Итак... какова ее история? — спросила кобылка указывая на Бу, нервно сидящую в углу. Я была так вымазана в крови, что она не подходила ко мне, и я опасалась что она может убежать.

— Я не знаю. Видела по меньшей мере десяток, и все земные пони, тот же цвет, глаза и все остальное. Выделяются только большие, агрессивные. В остальном различается только пол.
Я слегка пожала плечами и снова посмотрела на Бу.
— Я думаю она пробыла там дольше остальных. Она была голоднее других, и знала как скрываться и оставаться в безопасности.

— Да, но остальные? Мы видели как двое просто стояли там, когда несколько пони Красного Глаза решили по упражняться в стрельбе. У них не было оружия, они не пытались сопротивляться или ещё что-нибудь. Они просто стояли там, и когда один умер, второй просто смотрел на неё. Они были похожи на животных, — Рампейдж нахмурилась. — Тупых животных.

Я вздохнула и пожала плечами.
— Понятия не имею.
Глядя за дверь я отметила, что это место оказалось более опасным, чем предполагалось. — Простой вопрос... ладно, не очень простой: где Сангвин?

— Один из пони Красного Глаза говорил, что они носятся с Химерой. — ответила Рампейдж. — Похоже, они вернулись и пытаются заставить ЭП-1101 работать, пока заканчивают погрузку чего-то там. — Наверное, вагонов-цистерн, подумалось мне. — Они говорят, что здесь чертовски опасно.

— Их атакуют. — Кто-то; возможно тварь из Ядра? Я вздохнула и потерла нос. Затем вспомнила кое-что еще.
— А вы двое видели призраков?
Вполне предсказуемо, что они поглядели на меня, как на сумасшедшую. Я снова вздохнула, помахав покореженной конечностью и морщась, пока магия талисмана стягивала и изменяла внутренности ноги, возвращая ей прежнюю форму. По ощущениям было похоже, будто она была сделана из воска.
— Ладно, ладно. Не призраков, а изображения? Прозрачные штуковины, которые одно мгновение есть, а второе уже нет?

— Это ты у нас эксперт по видению несуществующего, — вздохнул П-21. — Что на этот раз?

— Твайлайт Спаркл, Голденблад, Сангвин и двое братьев. Момент, когда она пришла сюда, чтобы выяснить способ производства Флюкса; совершенно ясно, что ничего хорошего. Голденблад сначала уговаривал её уйти, но что-то заставило его передумать. Потом они осматривали это место. — Я потерла шею своей исправной ногой. — Ну а дальше на меня накинулась Брасс, поэтому не знаю, продолжали ли они говорить дальше.

П-21 какое-то время смотрел на меня, затем пожал плечами. Я глянула на Рампейдж, но полосатая малышка невозмутимо ответила:
— На меня не смотри. Я о происходящем знаю не большее неё! — Она указала на ничего не замечающую Бу.

Я вздохнула, потирая голову.
— Хотела бы я, чтобы у меня была карта.

— О, мы нашли одну, — отозвалась Рампейдж и переглянулась с П-21. Так, Блэкджек. Постарайся держать копыто подальше от лица. Я глянула на него, но он всего лишь бессмысленно посмотрел в ответ. Ух, да что с ним не так? Он порылся в сумке после нескольких секунд моего глазения на него и выудил свернутый кусок бумаги. Я сфокусировалась на нем и, наконец окружив магией, развернула.

— Ух ты, совсем неплохо! — дружески улыбнулась Рампейдж.

— Думаю, что смогу пользоваться оружием где-то через год или десять, — сухо отозвалась я, пытаясь не покраснеть от похвалы. Я с легкостью могла сосчитать тех пони, что положительно отозвались о моей магии нулем копыт.

— Ага. Надо думать, что ты в два счета вернешь себе магию. Не знаю, правда, стоит ли она того. На мой взгляд полезность её слишком преувеличена. Ох уж эти важничающие единороги с их магией, не хватает только вина с сыром. А ты разве не должна вся мерцать и светиться? — насмешливо фыркнула она.

— Цена, действительно, слегка завышена, врать не буду, — ответила я, просматривая страницу с грубыми набросками, затем глянув на П-21. Никаких сверхъестественных умений у него не было. Я тряхнула головой и вернулась к карте.

«Я знаю, что ты постоянно теряешься здесь, но не вздумай попасться охране с этим» - было накарябано ртом наверху страницы на обороте какого-то графика. Там были шесть кружков вокруг большого круга в центре. Кружок сверху был помечен «Охрана/Казармы». Верхний и нижний левые кружки - «Склад/Клетки» и «Отправка/Получение» соответственно. Нижний кружок отмечался, как «Органы/Хранилище живых образцов/Холодильная», нижний правый был «Слияние», а верхний правый - «Копировальная». В центре - «Производство».

К центру вели линии коридоров, но записка оканчивалась предупреждением. «Как бы ты ни опаздывал, ни за что не пытайся срезать через производство. Те пони-охранники не принимают "я опаздываю" в качестве оправдания. Если уж тебе так сильно нужно срезать, иди вдоль подвешенных труб, чтобы добраться от копировальной до отправочной, но будь готов выложить где-то пятьдесят монет у каждого конца. И запомни золотое правило: никогда не спускайся ниже в производство. Там практически одни красные туннели.»

Я не заметила ничего, помеченного, как «Химера» или «Контроль», надо полагать, что они были либо в середине, либо где-то внизу. Надо думать, что они будут в наиболее охраняемых участках предприятия. И все же, что-то в расположении приковывало мой взгляд. Я нахмурилась; почему это выглядело так... знакомо? Затем меня осенило: это выглядело в точности, как символ, используемый Д.М.Д. Я сильно сомневалась, что это было простым совпадением.

— Так что... идем прямо через производство? — спросила я и хмуро посмотрела на Рампейдж.

П-21 вздохнул и проворчал:
— Блэкджек, разве когда-нибудь это было так же просто, как "идти прямо туда"?
Ну конечно... глупо было надеяться.

— Там здоровые двери, которые заперты наглухо. Черт, даже вентиляция огорожена, — нахмурилась Рампейдж. — Нам придется искать обходной путь.

Я глянула на карту и постучала по кружку «Копировальная». Если бы оттуда был способ пробраться незамеченными к производству...

— Значит мы продолжим идти мимо слияния и искать трубы, — улыбнулась я остальным. Рампейдж кивнула, но П-21 просто смотрел в никуда. Я приблизилась к нему.
— Эй, ты как?

— В норме. Просто устал, — произнес он, прикрыв глаза. — Никак не могу перестать думать о Священнике. О его смерти. Никак не могу смириться, что его больше нет.

Рампейдж нахмурилась.
— Не обижайся, но не слишком ли сильно ты принимаешь это близко к сердцу? Ты знал его... сколько... два дня? Не слишком то и долго.
Он резко посмотрел на полосатую кобылку, но она продолжила.
— Не пойми меня неправильно. Он был отличным пони, но я не помню, чтобы вы занимались чарующе потливой жеребячьей любовью, так?

— Я не собираюсь объяснять тебе мои чувства, Рампейдж! — отрезал он. — Я любил его!

Она закатила глаза.
— Естественно. Ты и куча других пони. Он был самым чертовски хорошим пони во всей Пустоши. Совершенно серьезно. Думаю, что у него было что-то вроде аллергии на плохое отношение к другим, — ответила Рампейдж, подойдя к нему и спокойно глядя в глаза. — Но для настоящих отношений требуется нечто большее, чем пара дней обнимашек. Да у тебя с Блэкджек сильнее отношения, чем были со Священником.

— Рампейдж, хватит уже! — рявкнула я, затем глянула на несчастного синего жеребца.

Он вздохнул и покачал головой.
— Я всего лишь надеюсь, что когда мы покончим с Сангвином... некоторые их этих чувств умрут вместе с ним. Меня уже тошнит от этого места.
Я тоже вздохнула, глядя на Рампейдж. Малышка только тихо фыркнула и отвернулась, бормоча, что ему следовало бы потерять как минимум конечность, прежде чем ему позволено будет утверждать, что его тошнит от Хуффингтона.

Я выдавила улыбку и дружески пихнула его в плечо.
— Соберись, П-21. Закончим с этим, а потом воссоединимся с Глори и Скотч. И тогда ты сможешь рассказать все, что ей необходимо услышать.

— Что если она мертва, Блэкджек? Я тянул так долго... что если её уже нет? — Не открывая глаз, прошипел он и, опустившись на пол, стиснул зубы и постучался затылком о стену.

— Тогда ты все равно ей скажешь.
Я была чемпионом Эквестрии по самобичеванию. Я видела предпосылки к этому, но никак не ожидала их от моего стойкого синего друга.
— Но как бы то ни было, мы должны сначала закончить здесь. Все остальное обязательно будет позже. — Я толкнула его плечом. — Мы будем рядом с тобой несмотря ни на что.

Он слегка расслабился и кивнул. Не у меня одной проблемы - я должна это помнить. Обязана. У П-21 тоже есть проблемы, проблемы, которые он переносил безмолвно и с достоинством. Я улыбнулась и раскинула передние копыта.
— Обнимемся?

Он глянул на меня, затем вздохнул и со стоном поднялся на копыта.
— Двигаем.

Я моргнула, он вышел из кабинета, а мои ноги все еще были раскинуты. Затем я тяжело опустилась.
— Да что с ним такое? — пробормотала я. — Я что-то не то сделала или...
Ты не пуп земли, Блэкджек. Помнишь?

— Скорее всего, мне кажется... но он слишком уж часто колется Мед-Иксом, — прошептала Рампейдж.

— И что? — спросила я, глянув на малышку. Она приложилась копытом к лицу.

— Ау, Блэкджек, тебе разве никто никогда не рассказывал о наркотической зависимости? — саркастически усмехнулась она.

— Было такое. Мы смотрели фильм о пони, которая втайне хранила припасы Стойла, потому что ей, типа, нужны были целебные зелья или как-то так. Но П-21 совершенно на неё не похож. То есть, у неё были язвы и огромные мешки под глазами, а еще, вроде, пена у рта. Типа, она сходила с ума без них. — Я нахмурилась от её скептического взгляда и, защищаясь, добавила, — Я знаю, что Скальпель тогда что-то упоминала о вреде химикатов с течением времени.

Рампейдж потрясенно посмотрела на меня.
— Ух... блин. Тебе действительно следовало бы знать... да и любому пони. От большинства препаратов наподобие Мед Икса, Минталок и даже выпивки... есть риск развития зависимости. Ты подседаешь на препарат, и вскоре обнаруживаешь, что тело не может функционировать без постоянной дозы.

Я закатила глаза.
— Я уже видела наркоманов. Помнишь Флэнк? Он не такой, — неуверенно произнесла я и глянула на закрытую дверь. Это казалось такой глупостью. Он не выглядел изможденным или как-то похожим на тех пони. А что он сотворил с гранатой в последней битве! Разве может наркоман провернуть такое?

— Не все зависимости проявляются физически, Блэкджек. У большинства наркотиков множество психологических побочных эффектов!

— Ну да, а затем ты закинешься Фиксером и все снова в порядке... ну, за исключением повреждений, — возразила я, слегка нахмурившись. — Глори, вроде, объясняла мне, когда рассказывала о вреде наркотиков. Конечно Фиксер временная мера, но мы должны достать его ему. Я буду поглядывать.

— Блэкджек, если П-21 подсел, ему понадобится нечто большее, чем просто Фиксер. Врачи смогут избавить его от физических повреждений. Но если он принимает их из-за чего-то в его голове...
С этими словами я резко повернулась к ней.

— С его головой все нормально. Понятно? Он не наркоман. Если он говорит, что нуждается в них, значит так и есть. Да и кто ты такая, чтобы судить, Рампейдж? Ты грызешь Минталки, словно конфеты! Ты под завязку загрузилась "всем" во Флэнке, помнишь?

Она закатила глаза.
— Ну и! Если бы не моя вечная регенерация, я бы давно уже умерла, — фыркнула она, тыкая в меня копытом. — И не смей переводить это на меня, Блэкджек. Мы говорим о его проблеме.

— Ты прямо, как Глори, — проворчала я, и мне это не понравилось, так как Глори, обычно, оказывалась права. Я все время думала, что это её "химикаты - зло" было чем-то, вроде её особенности. Препараты не раз спасали мне жизнь, и сохранили её глаза в туннелях песчаных псов. Я вспомнила тех несчастных с пустыми глазами и выпирающими ребрами за пределами Флэнка, и П-21 ни капли не был на них похож. Вот они точно были наркоманами. Он не был похож на них, поэтому он просто не мог быть под зависимостью.

В Девяносто Девятом ни у кого не было проблем с медикаментами, потому что их расход строго контролировался. Любого, кто крал препараты ради любой причины, могли выпороть как за владение, так и за использование. Даже найденный пустой шприц был поводом для обвинительного приговора. Надо признать, что с момента выхода из Стойла, у меня были натянутые отношения с химикатами, в частности с эффектами от чрезмерного потребления Бака и Гидры. Были времена, когда мне казалось, что я непременно должна использовать их, чтобы превозмочь и выиграть. Но для меня они были лишь инструментами. Я никогда не принимала их просто потому, что хотела.

Ну и конечно же, Гидра, фактически, сгноила моё сердце всей этой порчей, что была в моем теле... Я встретила тяжелый взгляд Рампейдж и решительно произнесла.
— Он не наркоман, понятно? Не наркоман и точка. Мы заставим его поговорить со Скотч и решим его проблемы, и ты сама увидишь.
Я не знала, как еще её убедить... Я даже не была уверена, не убеждаю ли сама себя.

<center>* * *</center>

Мы преодолели следующий участок, "Слияние", практически без проблем. Не считая изредка попадавшихся белых пони и пары-другой крупных здоровяков, здесь не было никого. Хотя, призраков здесь оказалось больше; я видела Твайлайт Спаркл и Голденблада, как мерцающие изображения, но как только я двигалась, они исчезали. Но временами, когда я шла правильно, они задерживались и сохранялись. Время от времени слышались отдаленные голоса и другие странные шумы.

П-21 и Рампейдж не раз заверяли меня, что не видели ничего, напоминающего призраков... если они, конечно, были ими. Я никак не могла это объяснить; в подобные моменты я жалела, что с нами нет Лакуны. Даже если бы и она не знала, возможно Богиня смогла бы что-нибудь сказать.

Я заметила камеру мегазаклинания слияния, но у меня не было совершенно никакого желания исследовать её. Меня по-прежнему преследовали жуткие воспоминания василиска, сплавляющегося со мной.

Чем ближе мы подходили к Копировальной, тем больше белых пони попадалось на глаза, наравне со здоровяками. Мы уничтожили одного, хотя П-21 слишком уж близко ко мне взорвал гранату. И все же, я могла справиться с этим, и мы без особого труда расправились с существом. Под ремнями, привязанными к твари, были три инъектора Рейджа и сенсорный модуль. Надо полагать, что именно поэтому они были гораздо агрессивнее своих маленьких и менее мутировавших родственников.

Наконец, мы достигли "Копировальной". Как и камера мегазаклинания слияния, она представляла собой обширное круглое помещение, но в нем находился странный механизм, напоминавший большое дерево из металла, золотая кора которого была забрызгана застарелой кровью и грязью. Большие белые узлы свисали с ветвей, словно раздутые фрукты. Остальная часть помещения была декорирована под лес, будто архитектор старался сгладить жуткий вид. Не слишком-то это работало. Огромные трубы спускались от мостков над металлическим деревом в центре помещения, целое стадо призрачно-белых земных пони тихо стояли небольшими группками. А еще там повсюду валялись кучи трупов, вместе с ямами, полными Флюкса. Думаю, пустышек просто кидали в них и ждали, пока они не превратятся в неповоротливых здоровяков.

— Что это такое? — раздался сбоку от меня голос Твайлайт, я подпрыгнула от неожиданности, глядя на парящую голову призрачной кобылки. Я медленно отошла, пока она полностью не появилась в поле зрения. Вместе с ней был Голденблад; Трублад и близнецы отошли.

— Это? Да ладно, Твайлайт. Ты же прочитала все о разработке Проекта Химера. Или ты сосредоточила внимание только на процессе слияния?

— Не читай мне лекции, Голденблад, — раздраженно бросила она, прижав уши. — Что это такое?

— Это одна из множества голов Химеры, — ответил он, указывая на машину. — Биомагическая система репликации. Мы зовем её просто копировальной машиной. Смешай биологический образец с Флюксом, и она может произвести точную биологическую копию пони-донора. Клона, если хочешь.

— Клона? — пробормотала Твайлайт, её глаза расширились. — Но... я думала, что Химера служит для слияние пони с другими существами!

Он выглядел почти разочаровано.
— Целью Химеры было предотвращение любого вреда пони. Это было моим обещанием Флаттершай: убедиться, чтобы ни один пони не пострадал так же сильно, как я навредил ей, — нахмурившись ответил он и отвернулся к машине. — Усовершенствование пони было всего лишь началом. Не могли же мы просто остановиться на этом? Технология по выемке органов с последующим их сохранением использовалась для спасения тысяч пони по всей Эквестрии. Но нам был нужен источник этих органов. И этим источником является эта машина.

Я уставилась на машину. Сангвин упоминал, что может заменить мои отказывающие органы, неужели используя это?
— Вы разделываете пони... ради органов? — ужаснулась Твайлайт. — Флаттершай знает об этом? А Луна? — добавила она моментом позже.

— Возможно... но это зависит от точки зрения, — ответил он, подойдя к терминалу. Я последовала за ним, но призрачные фигуры вновь исчезли. Вернувшись откуда пришла, я пропустила действия, что он сотворил. Раздалось шипение, сопровождаемое хлопком. Перед Твайлайт появилась фигура прозрачного белого жеребца.
— Это пони?

— Что это? — полюбопытствовала Твайлайт. — Кто он?

— Это то, что мы зовем пустышками. Я бы показал тебе полноценную копию, но так как Химера заблокирована, все что мы можем - производить этих пустышек путем зацикливания системы, — ответил Голденблад, обходя белого пони. — Каждый орган и часть тела в этом теле подобраны идеально. Не менее... и не более того.

— Не более? То есть... у них нет разума? — поинтересовалась Твайлайт, подойдя, чтобы рассмотреть поближе. Глаза пустышки даже не отреагировали на её движение.

— Ни намека. Даже меньше, чем у младенца. И ни признака души, ну или, по крайней мере, ничего, что мы можем обнаружить. Тело, созданное из чистой биомагической субстанции. — Он указал на пустышку. — Разве это пони? У него нет ни родителей, ни магии, ни искры. У него достаточно инстинктов, чтобы спать, когда устанет или есть, если голоден, но он умрет без надлежащего ухода.

— Это поразительно, но... Голденблад, это неправильно. Луна никогда бы... — начала Твайлайт, но осеклась, встретившись взглядом с покрытым шрамами жеребцом. — Она не знает об этом. Она не может знать.

— Может, и знает. На её взгляд, нет ничего неправильного в использовании Химеры ради спасения жизни тысяч думающих и чувствующих пони, — он глянул на стоящего пустышку. — Сама подумай. Если бы мы смогли дать пустышкам интеллект, нам не было бы нужды использовать пони в войне. Мы могли бы произвести целые армии пустышек, экипировать их силовой броней или слить с драконами, мантикорами и фениксами, затем пустить их против наших врагов. С Химерой мы могли бы завоевать весь мир, если бы Луна пожелала этого! — произнес он, воодушевленно жестикулируя копытом, потом остановился и посмотрел ей в глаза. — И она пожелает. Возможно, не сегодня или завтра... но обязательно пожелает. Такому искушению противостоять невозможно, — закончил он до жути спокойным голосом, в тот момент я не могла сказать точно, говорил ли он это Твайлайт или самому себе.

Твайлайт в ужасе глядела на пустышку. Голденблад смотрел ей в глаза, затем вкрадчивым голосом спросил:
— Твайлайт... тебя не посещала мысль... всего лишь одна-единственная мысль... о том, во что превратится Эквестрия, если эту войну выиграем мы?

Она сглотнула, уставившись на призрачного пони.
— Я была... занята.
Он посмотрел на неё и, вздохнув, покачал головой. Она ответила на его взгляд и тихо спросила:
— А ты?

Он нахмурился, прежде чем заговорить так, будто признавался в страшном преступлении.
— В последнее время? Я не мог думать ни о чем, кроме этого.

Они ушли, пропадая из поля моего зрения. Рампейдж выжидающе глядела на меня, пока П-21 просто сидел с обычным для него угрюмым выражением.
— Так, это - источник пустышек, — пояснила я, заметив Бу, выглядывающую из-за мусорных корзин. Я указала на трубы сверху, уходящие в золотое дерево. — Туда заливают Флюкс, но из-за блокировки Химеры, оно может производить только эти стандартные копии.

— Умно, — пробормотала Рампейдж. — В смысле, учитывая, сколько экспериментов они проводили, им определенно был нужен кто-то, на ком можно было их испытать. Не могли же они экспериментировать только с нами. — Она сощурилась и задумчиво потерла подбородок. — Интересно, стоило ли это дерьмо того.

Подождите-ка... с нами? Я быстро осмотрела её и обнаружила метку в виде колючей проволоки в форме сердца. Кто-то еще? Но потом она поймала мой взгляд.
— Рампейдж? Это ты?

Она нахмурилась.
— Блять... наверное... — Она яростно потрясла головой. — Да что за херня со мной творится?

— Может перейдем уже к делу и выстрелим ей в голову? — кисло проворчал П-21.

— Эксперименты. Ты говорила, что пони экспериментировали над тобой?
Вопрос, казалось, вытащил колючую проволоку из мешанины на её крупе. Её выражение посуровело и стало более дерзким. Я вытянула из её разума... кого бы там ни было.
— Как тебя зовут? — осторожно спросила я.

— Рейзорвайр, Щелка. Хочешь мое настоящее имя - посмотри в ебучем досье.

— Щелка? — спросила я, оглянувшись на П-21. Он был явно на стороне "выстрелить двинутой в голову".

Она закатила глаза и усмехнулась.
— Хорошо. Офицер.
Она выплюнула это слово так, как я могла бы сказать "Смотрительница".

Она подумала, будто я что-то вроде охранницы? А судя по её замашкам... она была преступницей? Нужно было удержать эту личность подольше; если она поймет, что больше не Рейзорвайр, то снова угаснет. Или взбесится. Я несказанно обрадовалась факту, что она пока не выросла окончательно. И все же, нужно быть поосторожнее с вопросами.
— За что сидишь?

— Пытаешься сдружиться с зэками, Щелка? Пошла на хуй. Я дважды мотала срок в Разбитом Копыте. Дважды. Хрен они меня сломили. Хайтауэр тоже не справился. — Тюрьма Хайтауэр... Рампейдж закатила глаза, задумчиво постукивая копытом по губам. — Так, посмотрим: гражданское неповиновение, незаконное проникновение, нарушение королевских указов, грабеж, воровство, кража со взломом, нарушение комендантского часа, контрабанда, торговля контролируемыми препаратами, непристойное поведение и близкие связи с врагом.
Она сощурилась, глядя на меня.
— Так что, отведешь меня наверх? Моя очередь на чердаке? Ебучие Щелки.
Она плюнула мне в лицо.

— Возможно, — ответила я, стараясь соображать как можно быстрее, пока утиралась. Существовал очень маленький промежуток, прежде чем её личности понимали, что происходит и начинали беситься.
— Что происходит на чердаке?

— О, я бы на твоем месте не спрашивала, Щелка. Спросить это - вляпаться в крупные неприятности. Подобный вопрос - и они бросают тебя в клетку. Вскрывают тебя. — Она перевела взгляд на П-21. — Стреляют в твою ебучую черепушку.
Она моргнула.
— Стреляют в ебучую черепушку?
Она начала оглядываться по сторонам, обхватив голову копытами, её зрачки сузились.
— Дерьмо... дерьмо, дерьмо, дерьмо... — бормотала она и начала трястись, — Они прострелили мне мою ебучую черепушку!

Я схватила её за плечи, заглядывая ей в глаза, она начала кричать.
— Рейзорвайр! Сконцентрируйся. Кто это сделал? Почему?

— Они подстрелили меня! Они, блять, подстрелили меня! Убили меня на хуй! — кричала она все громче и громче, затем глянула на меня. — Я мертва! Мертва! Они подстрелили меня и теперь я мертва!
Она обернула свои маленькие ножки вокруг моих.
— Ты убила меня! Ты к хуям убила меня, Щелка!

Даже будучи маленькой, она была чертовски сильна, но я просто держала её. Я не собиралась так просто избавляться от неё.
— Да, тебя убили, Рейзорвайр. Но не я. Я не убивала тебя.
Она кричала и билась в припадке ярости, её силовые копыта сверкали, попадая по моим ногам.
— Я не убивала тебя! — повторяла я снова и снова.
Её гнев постепенно стихал, удары становились все слабее, пока, наконец, она не уставилась на меня несчастными, широко раскрытыми глазами.

— Блэкджек? — всхлипнула она, её нижняя губа дрожала.

— Да... Рампейдж? — мягко спросила я, она медленно опустила голову.

Она прижалась ко мне, плача.
— Они убили её, Блэкджек. Она была так зла. Почему они убили её?

— Ты помнишь её? — спросила я, крепко держа её в копытах.

— Словно... словно книгу, прочитанную давным-давно, — шмыгнула она. — Она была преступницей, воровкой. Она хвасталась, что кражи были её особым талантом. Думала о себе, как о Дэринг Ду.
Она вздохнула, удерживая голову, пока шмыгала и тряслась. Дэринг... ах да, пегаска из тех приключенческих книг. Из того немногого, что я вспомнила, сравнение было довольно точным.
— Обожала жеребцов. Отрывалась по полной, оказывала особые услуги для Пинки Пай. Насмерть боялась её... — она шмыгнула и потерла глаза. — Поймали ее на торговле с зебринскими беженцами. Отправили в Хайтауэр. Она думала, что Пинки снова её вытащит, но... этого не произошло. Она оставила её гнить.

— И охранники убили её? — тихо спросила я, поглаживая её гриву. Она оттолкнула меня, затем снова шмыгнула и потерла нос.

— Ага. Они вскрыли её и что-то положили внутрь. Затем... бах.
Она тряхнула головой.
— Ух... это, вообще-то, первый раз такое...
Затем она чуть нахмурилась. На самом деле она выглядела немного напуганной.

— Что? Первый раз что? — меня терзало любопытство.

— Не беспокойся об этом, — вздохнула она, глядя на мостки над механическим деревом. — Должен быть способ попасть туда. Давай найдем его, заканчивай дергать пони за хвост и идем уже.

— Хорошо. Я волнуюсь о Скотч, — нахмурилась я, пока мы двигались к лестнице на дальней стороне комнаты. Белые пустышки, тупо пялась, уходили с нашего пути. Некоторые, похоже, умирали от голода. Часть меня отчаянно желала накормить их; возможно, дай им немного времени, и они станут похожи на Бу. Или, скорее всего, она вляпалась в Флюкс и он что-то сделал с ней. Как только мы поднялись по ступеням, я поставила передние копыта на перила, вглядываясь в странное дерево.

— О чем думаешь? — поинтересовалась Рампейдж.

— Сангвин говорил, что может клонировать мне новые органы. Даже новое тело, будь у него Химера. — насупившись ответила я. — Что если он может использовать Химеру, чтобы спасти Скотч?

— Ты что-то знаешь об этом? Я совершенно уверена, что ни у кого из нас нет диплома сумасшедшего ученого. То есть, у меня-то его точно нет, — возразила Рампейдж. Затем она тоже нахмурилась. — По крайней мере, я надеюсь, что нет!

Я сумела выдавить слабую улыбку, но она угасла, когда я вновь глянула на золотое дерево и проследила, как одна из капсул раскрылась и из неё выпала покрытая слизью белая кобылка. Она моргнула и просто села, оглядываясь вокруг... хм... пустым взглядом. Так... эта мысль мне определенно не нравилась, но я должна была её высказать.
— Нам нужна помощь Сангвина, — тихо произнесла я. Со стороны П-21 раздалось неожиданно резкое рычание, что привлекло взгляды всех нас, включая Бу. Он с отвращением глядел на меня.

— Ну надо же, я так рад, что Священник, Дасти Трейлс и бесчисленное множество невинных умерло за просто так, — прорычал он низким, грубым голосом. Немало времени прошло с тех пор, когда он говорил со мной так, будто мы только что покинули Девяносто Девятое.
— Браво, Блэкджек. Думаю, что ты единственная пони в Пустоши, способная с такой легкостью отмахнуться от подобного.
Я бы предпочла, чтобы он ударил меня, вместо этих слов.

— Я не говорила, что дам ему одолеть нас. Я говорю, что заберем ЭП-1101 и заставим его использовать Химеру, чтобы спасти твою дочь, — огрызнулась я, он отдернулся, будто я пнула его. Я глянула на П-21, затем на Рампейдж. — Здесь есть нечто, что Сангвин хочет заполучить; сомневаюсь, что ему нужно только "само здание". Возможно... мы сможем заключить сделку?
П-21 брезгливо фыркнул.

— Я почему-то уверена, что, даже если нам повезет, любая сделка с ним будет включать в себя условие отпустить его, — заметила Рампейдж.

— Значит мы пообещаем ему всего, что он хочет, создадим Скотч клона, а затем прикончим его, — настолько буднично ответил П-21, что это вогнало меня в дрожь. Хуже того, часть меня согласилась с ним. По завершении - убить его.. Это звучало так легко. Так уместно. Так...

Именно так, как поступил бы Сангвин.

Когда я лишилась ЭП-1101, это было сродни потери Стойла Девять Девять и Скудл. Это были именно те моменты, когда мои действия привели к полному провалу и катастрофическим последствиям для остальных. Я настолько сильно желала победить, что могла ощутить это на вкус. Он, скорее всего, поверит, если я скажу, что мы отпустим его; я была кем-то вроде "великодушной дурочки" в глазах многих. П-21 сможет собрать что-нибудь взрывающееся. Мы справимся. Я смогу не только победить, но еще и отомстить этому кровожадному ублюдку.

А я хотела этого, да еще как. Я должна признать это. Я отчаянно хотела победить; после бесчисленных погонь, ранений и изнасилования... я хотела быть на стороне хищника, а не жертвы. Я хотела быть той, которая с легкостью побеждает по причине того, что является коварной пони, которой все легко сходит с копыт. Все что мне нужно сделать - добраться до ЭП-1101, наобещать Сангвину с три короба, заполучить программу, а потом прикончить его.

Затем маленькая оранжевая пони в моей голове с силой пнула меня. Действительно ли этого я хотела? Глубоко внутри? Отмщения моим врагам? Лгать. Мошенничать. Красть. Уничтожать. Разве этим занималась охрана?

Я уже не знала. Я чувствовала, что качусь по наклонной. Я хотела победить, но при этом остаться хорошей пони... поступать как можно лучше... неужели я не могла поступать и так, и так? Разве многого я просила?

В Пустоши... да.

— Думаю, мы ставим телегу впереди пони, — пробормотала я. Сангвин может и не дать нам выбора. Я лучше убью его, чем позволю сбежать или убить П-21. Со мной во главе мы брели, пока не уперлись в трубы. Узкий мостик, достаточно широкий для одного пони, постепенно уходил вверх.

Прямо к Сангвину и ЭП-1101.

Трубы привели нас в огромную шестиугольную комнату, комнату, что я видела раньше. Твайлайт обвинила его, что он скопировал Мэрипони; не знаю насколько точной была эта копия, но здесь я видела практически все, что было в пещере Спайка. Хотя дизайн был немного грубоват; потолок поддерживали шесть массивных колонн, а не как в пещере, где он находился без опор под жерлом вулкана, а вместо компьютерного оборудования здешние стены были заняты трубами и механизмами. Лампы освещения мерцали над внушительным облаком розового тумана, клубившегося вокруг больших машин, едва видимых сквозь туман. Воздух ощущался грязным и ядовитым.

А еще повсюду были предупреждающие знаки. Некоторые были размером почти с табло Хуффингтонской Арены. «Внимание: строго воспрещается есть или пить на полу, независимо от того, насколько хорош запах.» «Внимание: строго воспрещается чихать.» «Внимание: докладывать о любых источниках музыки и/или пения; строго воспрещается исполнять любые танцевальные номера.» «Внимание: абсолютно все может взорваться, будучи брошенным, включая вас.» «Внимание: доложитесь в медицинский кабинет, если обнаружите, что ваше тело внезапно изменилось, когда вы проснулись следующим утром. Синие точки = повод для беспокойства.» «Внимание: внимательно следите за необычными изменениями погоды.» «В случае катастрофического прорыва Флюкса, пожалуйста подумайте о своих коллегах и активируйте системы слива; ваша жертва не будет забыта.» «Только вы можете предотвратить ужасные последствия, которые даже хуже смерти.»

Ну и конечно же, они были ненамного лучше других знаков. «Мы здесь не просто смешиваем химикаты и опасные вещества: мы смешиваем науку!» «Если сомневаешься - брось науку в стену. Следи, если прилипнет.» «Вы - лучший друг по науке!» «Не никогда, а СЕЙЧАС!» «Вы имеет право на труд, независимо от того, насколько опасным, ужасным или пагубным этот труд может быть.» «Работа на три монеты; разве вы не рады, что вам платят четыре?» «Ослы: внесите свой вклад в будущее Эквестрии!»

Затем на каждой из колонн я заметила красный ящик размером с пони. Предупреждения на них были намного более прямолинейными. «Внимание: взрывчатые вещества.» Мне закралось подозрение, что большинство сотрудников были либо неграмотные, либо отчаявшиеся, либо склонные к самоубийству.

В самом центре находилась огромная металлическая колонна. Всевозможные трубы исходили от неё, некоторые поднимались вверх и соединялись с трубами, проходящими под мостиком, на котором стояла я, но большинство из них уходило вниз к странным устройствам. Металлические мостки окружали колонну на расстоянии где-то шести метров. Вчетвером мы осторожно пробрались над отравленным пространством к колонне. Там где мостки, на которых мы стояли, соединялись с кольцом, окружающим серебряный шпиль, слонялась охранница; она, похоже, не слишком серьезно воспринимала свою работу, судя по тому, что она курила и всматривалась в туман, но я никак не могла придумать способ подобраться к ней достаточно, чтобы вырубить, при этом не дав шанса поднять тревогу. А стрелять в неё... даже с моей точки зрения это было плохой идеей.

Затем я оглянулась на П-21, смотрящего в пространство с обычным для него кислым выражением лица. Я толкнула его и указала вверх на охранницу. Он нахмурился и с вопросительным видом поднял Аргумент. Я закатила глаза и покачала головой, жестами изображая, как что-то поднимаю копытами и складываю губы в трубочку. Он посмотрел на меня, будто я умалишенная, затем моргнул и кивнул. Он бесшумно приблизился и достал из сумки духовую трубку Скальпель. Он поднял её к губам и выстрелил без единого звука. Дротик отскочил от поручня рядом с ней, и я почувствовала, как моя грива встает дыбом, когда охранница нагнулась, чтобы изучить источник звука. К счастью, следующий дротик попал точно ей в круп. Смесь Мед Икс и Лунной Пыли подействовала мгновенно, и она, махнув копытами, шлепнулась на пол.

Я посмотрела на него, улыбаясь и удивленно выгнув бровь, на что он ответил защищающимся взглядом. Мы проследовали вверх к кольцу и забрали промазавший дротик. На наше счастье, здесь были бочки и ящики, за которыми можно было спрятаться на пути к дальней стороне, где искрили и гудели различные устройства. В отдалении едва слышимые за всем этим шумом раздавались голоса. Пока мы продвигались вперед, я заметила генератор, окруженный дюжинами опустошенных спарк-батарей. Он был соединен с одной из машин, подключенных к внешней стороне колонны. «Узел извлечения сырого Флюкса №26» - гласила надпись на корпусе.

— Пробуй снова! — донесся крик Сангвина. — Для тебя она должна работать! Что ты делаешь не так?

— Не знаю. Она просто не работает! — всхлипывала Психошай. — Продолжает твердить, как Блэкджек собирается меня убить. Она не будет открывать оболочку.

— Она должна! ЭП-1101 была разработано специально, чтобы работать только в копытах определенных пони и их потомков. Она просто обязана работать для тебя, Флаттершай! Это то, для чего она создана! — прошипел Сангвин, затем я достаточно обошла колонну, чтобы увидеть охранников, его и, наконец, всхлипывающую желтую пегаску. Она выглядела совсем плохо: с крыльев были вырваны большие клочки перьев, грива местами разодрана, а желтая шкурка вся в синяках.
— Хватит валять дурака и просто открой её!

— Я не могу! — всхлипнула она, повесив голову и копытом потерев Дельта ПипБак, выдранный из моей ноги и липкой лентой примотанной к её. На её ноге виднелись кровоточащие натертости.

Шестерка охранников хихикала между собой, наблюдая за парой. Не знаю, защищали ли они их или, может, не давали сбежать. Сангвин посмотрел на неё и низким голосом, едва слышимым мне из-за работающего насоса, произнес.
— Последняя цистерна почти заполнена. Голиаф и его мать уже телепортировались обратно! По заполнении, они отбудут и либо нас убьют, либо эта тварь полностью захватит это сооружение! Ты можешь заставить её работать.

— Нет. Она просто продолжает повторять, как Блэкджек меня убьет. Ты ничего не говорил о мертвом пони, разговаривающем со мной! — вдруг закричала она.

Чего? Неужели она говорила о... Крупье? Но... он же был моим сумасшествием! Разве не так?

— Я - мертвый пони, разговаривающий с тобой, и я говорю, что это наш последний шанс. Если сейчас мы потерпим неудачу... или если Глю взломает разработки Твайлайт... тогда другого шанса не будет! Я не брошу их здесь! — потрепанный гуль указал вниз на розовый туман.

Ну вот, теперь я действительно хотела подольше поболтать с ублюдком.

Хотя, стоит ли мне действовать, или стоит подождать? Даже если охранники не были на стороне Сангвина, сомневаюсь, что они позволят мне приблизиться и забрать его. Я глянула на П-21 на случай если у него были идеи. И они были...

Он целился из Аргумента в Сангвина и Психошай.

Я толкнула ствол вверх, как раз вовремя, чтобы, с одной стороны, не дать ему выстрелить прямо в них и, с другой, не дать выстрелить случайно. Гранатомет негромко ухнул и граната, отскочив от колонны, взорвалась над нами. Судя по его взгляду, пронзившему меня, надо думать, я снова вернулась в его расстрельный список.

Так... переходим к плану Г.

— Охранница!? Взять её! — проорал Сангвин, схватив Психошай за подратое крыло и оттаскивая её в укрытие. Шестерка рассредоточилась и открыла огонь из полуавтоматического оружия и боевых седел, снаряженных легкими пулеметами, пока еще двое обходили с флангов. "Взять её?" Да ладно? Боле клишированной злодейской фразы даже придумать невозможно!

Ну и конечно же он будет смеяться последним, если и правда возьмет нас.
— Рампейдж! — я указала за спину, и малышка, отсалютовав, рванула в том направлении.

Несколькими секундами позже послышался её крик: — Осалила! Ты водишь! — Сопровождаемый треском её силовых копыт.

Это оставило нас перед возможностью быть подстреленными четырьмя пони, а еще где-то прятался Сангвин с его ядовитым дыханием. Бу мгновенно спряталась за бочкой, свернувшись как можно сильнее. П-21 достал осколочную гранату и, выдернув чеку, швырнул в охранников. Он не был единственным пони, кому пришла похожая идея, взрывающееся яблоко отскочило от ящика позади и приземлилась мне на колени. Я дернулась, перебрасывая её через край, где она взорвалась долей секунды позже в воздухе прямо под нами.

П-21 отклонился в сторону, оценивая обстановку, пока готовил очередную гранату, а я отстреливалась из револьвера. Прямо сейчас я несказанно радовалась отсутствию грифонов. Моя точность была намного выше, но с автоматическим оружием тебе попросту не нужны навыки, только удача, время и достаточно большой запас боеприпасов. П-21 катнул гранату по мостику к основанию их укрытия.
— Готовься, — произнес он.

— К че...
Вопрос разрешился сам собой, когда повалил густой белый дым, отрезая нас от них. Я не собиралась тратить ни секунды! Стрельба несколько поутихла, и я, мгновенно преодолев разделяющий нас промежуток, перемахнула через их укрытие. Наконец мне представился шанс учинить мордобой кому-то еще с боевым седлом! Я схватилась металлическими копытами за одно из орудий и потянула. Кобылка, несущая конструкцию, держала зубами спусковой крючок, пока я размахивала ей по сторонам. Крики и выстрелы заполнили воздух, когда охранники отчаянно палили в ответ.

В конце концов, крепления пулемета ослабли, и я выдернула его. Несколько пуль попало в кобылку, я подняла орудие и положила ей на спину. Намотав на копыто тросик, тянувшийся от спуска к узде и подергав его, я закрепила орудие на её теле, затем расстреляла все до последнего патроны по направлению её соратников.

Один выбежал из рассеивающегося дыма и припечатал меня к перилам мостика, орудие затихло и кобылка, которую я использовала в качестве укрытия, осела. Массивная земная пони изо всех сил старалась перекинуть меня через поручни в клубящуюся смерть внизу. И она туда же! Я едва избежала падения, обхватив копытами её шею, когда она все-таки перекинула меня. Я стиснула зубы и зацепилась задними ногами за перила, затем выдвинула пальцы и схватила её толкающие меня передние ноги. Как следует дернув, я перетянула её за собой через край. Болтаясь вниз головой, я услышала её крик, когда она рухнула на какое-то оборудование под нами.

Падение не убило её. Судя по последовавшему воплю и надрывному кашлю, она сильно пожалела, что не умерла сразу.

Последовал очередной взрыв, я подтянула себя через поручни на мостки при помощи робопальцев и, наконец, оказалась на безопасной стороне. Вдруг, из почти рассеявшегося дыма возник Сангвин и глубоко вздохнул. Я быстро закрыла лицо копытами, и меня обдало тугой струей розового яда. Даже задержи я дыхание, это вряд ли бы помогло. Каждый сантиметр открытой кожи дико горел при соприкосновении с концентрированным газом. Я чувствовала, как моя шкурка становиться... липкой. Катнувшись в сторону от струи газа, я ощутила, как моя кожа рвется; секундой дольше, и я бы приварилась к броне и полу! Хотя, я почувствовала, что несколько квадратных сантиметров моей шкурки все-таки приклеились к передним ногам и металлу подо мной.

Я могла только надеяться, что смогу регенерировать это... если выживу, конечно. Не будь я наполовину синтетической, скорее всего, меня намертво бы приварило к полу этой токсичной струей.

Я потянулась было за револьвером, но он, похоже, где-то выпал. Сангвин снова набрал воздуха, пока я беспомощно смотрела на него; мне отчаянно была нужна магическая пуля. Прямо сейчас! Я сосредоточилась... напрягла воображение... сконцентрировалась... О, как же это было бы проще с З.П.С.! Вдруг, вспыхнул яркий свет, и белый энергетический шар ударил его прямо в лицо! Пусть даже недостаточно мощный, но этого хватило, чтобы сбить его с ног и прервать очередную дозу розового облака.

А Психошай еще и целовала его? Как она только языка не лишилась?

К сожалению, мое лежащее тело привлекло внимание одной из пони-охранниц. У меня не было оружия, а рог еще ужасно болел после единственной магической пули половинной мощности. Окровавленная охранница левитировала пистолет-пулемет с видом удовлетворения от моей неминуемой гибели.

Затем, прямо позади меня раздался стук быстрых выстрелов; выстрелов наугад и неконтролируемых. Но с автоматическим оружием, нужно-то всего два удачных попадания. Единорожка дернулась, когда две пули превратили её лицо в ошметки; вырывая глаза и снося макушку, её магия рефлекторно спустила крючок, посылая очереди направо и налево, пока она не рухнула замертво. Я перекатилась на копыта, ожидая увидеть П-21. Вместо этого мои глаза расширились, когда я увидела Бу, схватившую спусковой механизм одного из автоматов. Её белые глаза посмотрели на меня, и она сглотнула. Оружие снова заработало, осыпая меня пулями и проделывая новые дырки в моих конечностях, которые я рефлекторно подняла, защищаясь. Эти я с легкостью регенерирую! Напуганная до ужаса кобылка выплюнула оружие и снова свернулась в дрожащий комок.

На возмущение времени не оказалось, когда вторая струя ядовитого дыхания ударила в меня. Я отпрыгнула, мое тело дрожало от токсического отравления, я повернулась к нему. Одна сторона его лица сползла, открывая кость от уха до рта, откуда сочилась розовая слизь.
— Теперь понятно. ЭП-1101, скорее всего... привязан к тебе или что-то вроде этого. С твоей смертью она заработает. Тогда я смогу спасти их.

— Ты не спас бы и бутылочную крышку, даже приклеив её себе на лоб, — возразила я.

— Я могу спасти их! — закричал он, его глаза расширились. Интересно, неужели он превратится в дикого прямо сейчас передо мной?
— Я - доктор! Это моя работа! Я спасаю пони!

— Ты убийца, Сангвин!

— Это ты сделала меня таким! — проорал он. — Я не хотел убивать их. Я не хотел убивать вообще никого! Химера нужна мне лишь, чтобы спасти их. Если бы ты просто отдала её мне, тогда мы все стали бы лучше. Красный Глаз получил бы З.В.Т.! У меня была бы спокойная жизнь в Филлидельфии! Моя семья была бы в безопасности! Все, что мне обещали Голденблад и Хорс, было бы моим!
Он начал ходить взад-вперед.
— Я не должен был становиться таким. Моя семья не должна была умереть. Я собирался стать величайшим биологическим исследователем во всей Эквестрии!
Он указал на меня копытом и проорал:
— Это ни хуя нечестно!
Из его рта начало расти розовое облако.

— Твоя семья? — я моргнула, уставившись на него. — У тебя есть семья?

— Неужели это так удивительно для тебя?
Его рог засиял, и из кармана вылетели обрезанные фотографии, вроде тех, что я видела раньше в кабинете, он бросил их мне. Моя убогая магия едва смогла поймать одну, и я вгляделась в неё. Жеребец, лицо которого было вырезано, целовал хорошенькую, краснеющую оранжевую единорожку. Сквозь дыру виднелось угольное лицо гуля, затем я уронила фотографию. Он зашипел, между его гнилых зубов заструился розовый дым.
— Да. Моя семья. Мы должны были находиться в Стойле Один. Наилучшем и безопаснейшем Стойле во все Эквестрии. Но из-за ядовитого облака... мы не смогли добраться туда. — Он покачал головой. — Я смог доставить их туда, но мы были больны. Очень сильно больны. Нигде больше не было безопасно. Именно здесь они могли оставаться вне опасности. Здесь, где я смог бы вылечить их. Клонировать им новые тела... пересадить органы... они бы выжили! Просто обязаны были бы выжить. Единственное, что мне было нужно - Химера!

— Ты делал все это ради спасения своей семьи? — Я изумленно таращилась на него. — Почему ты не сказал мне этого?

Он сердито фыркнул.
— А ты бы поверила мне после того, что я сотворил с твоим Стойлом?
Сказанное им имело смысл. С тех пор мне здорово досталось. Мне нужно было сперва осмотреть тот кабинет. Прочесть записку от любящей жены.
— А самое отвратительное то, что я... я... чертов ходячий труп... я совершенно не заслуживаю их. Но память о них - единственное, что удерживает меня от превращения в безмозглого дикого. Их спасение дает смысл моей жизни.

Я нахмурилась.
— А почему тогда ты кормил меня всей это чепухой насчет экспериментов по улучшению Пустоши?

— Неужели ты думаешь, что Красный Глаз падок на сантименты? Или Потрошители? Или монстропони? Мне нужна была помощь Красного Глаза, ему был нужен Флюкс и Зелье Вынужденной Трансформации. Он смог бы позаботиться о моей семье! Обеспечить им достойную и безопасную жизнь, которой они заслуживают. Моя жена не подверглась бы насилию, а сыновья не превратились бы в дикарей. Красный Глаз строит школы. Цивилизацию! И ему наплевать, что ты гуль... в отличие от тех в Тенпони.

— Ты поместил их в стазис-капсулы, как и остальных, — произнесла я, глядя на него.

— Да... но после активации я не смог открыть их! Я даже не могу следить за их состоянием. Прежде должна быть активирована Химера. Периодически я пытался подделать открывающий импульс, но это было слишком рискованно. Случайно убивало некоторых обитателей, некоторых будило. Я говорил, что могу излечить их, или дать все, что они хотят или в чем нуждаются. Некоторых свел с Потрошителями. — Он бросил взгляд на Психошай и снова принялся ходить взад-вперед. — Со временем я понял, что у стазис-капсул есть дефект: не все помещенные туда пони остаются в бессознательном состоянии. Разум некоторых не выдержал заточения, и они сошли с ума. — Он вздрогнул, повесив голову. — После этого я просто не мог ждать. Знание того, что, возможно, моя семья, запертая в этих капсулах, запертая в собственных головах, безмолвно кричит... Поэтому я послал Деуса в твое Стойло... последнее место, где Сильвер Страйп отследила программу. А потом...

Он глянул на меня и прокричал:
— А потом пришла ты и все испоганила!

Он яростно бросился на меня, ядовитое облако извергалось из всех отверстий его тела. Я продолжала пятиться, используя пальцы, чтобы швырять в его лицо ящики и бочки всякий раз, когда он выдыхал. Эта битва довольно сильно отличалась от любой другой против врага с оружием. Испарения жгли даже без прямого контакта. Задерживать дыхание тоже не имело смысла: токсины легко проникали сквозь кожу. В конце концов, я наступила на один из трупов, и мои ноги выскользнули из под меня.

Я в который раз шлепнулась на спину, он навис надо мной. Розовый пар жег мою щеку; я чувствовала, как плоть пузырится под его воздействием. Он сделал долгий влажный вдох. Вдруг, над ним я увидела...

Глори?

Ящик рухнул на спину Сангвина с оглушительным хрустом, заставив того сложиться под его весом. Розовая струя вырвалась сквозь решетку мостков в ядовитое облако под нами. Я откатилась, чувствуя, как капает моя плоть. О, как же сильно я надеялась, что смогу регенерировать это! Секундой позже, я шокировано наблюдала, как Психошай приземлилась рядом с ним, по её щекам бежали слезы.

— Ты же говорил, что это будем я и ты, Сангвин. Что это мы заживем под защитой Красного Глаза, — всхлипывала желтая кобылка. — Неужели ты собирался убить меня сразу после того, как получишь Химеру? Или ты собирался просто бросить меня и сбежать со своей семьей?

— Тупой... неблагодарный... бесполезный... вероломный... кусок мяса. Нужно было избавиться от тебя, когда была возможность, — прошипел он из под ящика. Потом его губы скривились.
— Что ж, теперь это не имеет никакого значения.

— Да ну? Это почему же? — фыркнула я и вздрогнула. Надеюсь, что левая сторона моего лица все еще при мне! Хорошо хоть, что я все еще могла моргать левым глазом.

— Кхм, — вежливо прервал голос позади меня. Я повернулась и уставилась на трех парящих грифонов в силовой броне и еще дюжину охранников, оснащенных схожим образом. Один прижимал пистолет к голове П-21, удерживая сопротивляющегося жеребца. Грифон лидер, целившийся из крупнокалиберной снайперской винтовки мне в голову, произнес:
— Мы здесь, чтобы сообщить, что погрузили весь Флюкс и готовы отправляться. — Он глянул на придавленного гуля. — Ты получил Химеру?

— Почти! — прохрипел он, его переломанные копыта шаркали по металлическим мосткам. — Она почти у меня в копытах. Просто убейте её... и... дайте мне еще немного времени!

— Понятно, — ответил грифон, пока охранники проходили мимо нас, на губах Сангвина расползалась улыбка. Но они просто собрали павших и раненных, не предпринимая совершенно ничего против меня и не помогая освободить его. Его безжизненные глаза широко раскрылись, когда они вышли тем же путем, откуда пришли.

— Стойте! Вы что делаете? Нет. Нет, нет, нет... так нельзя! Я нужен вам! — закричал им вслед Сангвин.

Грифон только фыркнул в ответ.
— Глю взломал записи Твайлайт три дня назад. Ты нам больше не нужен. Красный Глаз благодарит тебя за предложенные довоенные технологии, но более не может тратить свое время или ресурсы на Химеру. В качестве дополнения: за твои преступления против шахтерского поселка во Впадине Бримстоун Красный Глаз просил меня передать лично тебе, что ты будешь застрелен, если покажешься в непосредственной близости от Собора или Филлидельфии.

Я смотрела, как они отпустили П-21 и начали уходить.
— Подождите... вы просто оставите его? — спросила я. Грифон удивленно взглянул на меня.
— Вы не собираетесь убивать нас? — Почему-то, я чувствовала... некоторое удивление ... от того, что кто-то проявлял к нам милосердие, а не убивал на месте просто ради удовольствия. А то, что это исходило от одного из приспешников Красного глаза, тревожило меня куда больше.

— Не за что. Насколько я могу судить, оставить вас в живых в этой проклятой дыре будет гораздо худшим наказанием, чем просто убить вас. Кроме того, роботы в туннелях, вероятно, сделают это. Что касается нас, мы выполнили свой контракт. У нас достаточно Флюкса, а его оплату мы удержим, — произнес он, махнув в сторону прижатого ящиком гуля, — чтобы покрыть дополнительные расходы и потерянные жизни, — грифон ехидно усмехнулся, — Радуйся, что я не Вермилион, Сангвин. После всех неприятностей, что ты причинил ему... я уверен, он нашёл бы время, чтобы подойти к этому вопросу творчески.
Он улетел к другим. Я посмотрела им вслед и резко села.
— Живее. Давайте убираться отсюда. Мне уже достаточно пони-уродов, гулей и роботов-убийц. Хуффингтон может поцеловать мой хвост.

Когда они скрылись из виду, я обернулась и посмотрела на Сангвина, придавленного ящиком.
— Что ж, это было интере... — начал было он.

Но П-21 заткнул его, сунув в рот гранату.

— Стой, — закричала я. Психошай выглядела потрясенной, Рампэйдж вздохнула, Бу вздрогнула, а П-21 нахмурился. Сангвин уставился на меня, его дыхание розовыми каплями стекало вокруг яблока.

— Нет, Блекджек. Хрена с два! — кричал П-21, его копыта тряслись над чекой, — этот ублюдок должен умереть. Он должен умереть худшим способом из всех возможных.

— Я не спорю с этим, — сказала я, подходя ближе к нему. Вот оно. Вернуть ПипБак... убить его. Или пойти на тройную победу и солгать ему, чтобы помочь Скотч? Убить его. Наконец покончить с ним. Или позволить другому убить его. Мои копыта тогда останутся чисты... верно? Вздохнув, я села, глядя на гуля. — Почему бы тебе просто не сказать мне правду?

— Черт побери, Блекджек! Ты поклялась убить его! Ты клялась Дасти Трэйлс, когда она умирала, — П-21 кричал на меня. Я знала это. Я клялась, но...
— Ты не можешь просто оставить его в живых! Если не ты, то я убью его! Я сделаю это!

— Нет. Ты не сделаешь это, — спокойно сказала я, глядя ему в глаза, — потому что я знаю, что ты хороший пони, П-21, а хорошие пони не будут убивать хладнокровно.
Он задрожал, копытом постукивая по металлическому корпусу гранаты во рту Сангвина.
— К тому же, я хочу услышать его ответы.

П-21 издал короткий, нервный смешок.
— Кого волнуют его мотивы? Какое это имеет значение? Разве может что-либо оправдать то, что он совершил в шахте? То, что он сделал со Священником? — спросил он, буравя меня взглядом, — Святая Селестия, Блекджек! Просто убей его!

— Твой выбор, — сказала Рампэйдж, слегка пожав плечами. Психошай, отвернувшись, плакала. Бу смотрела, широко раскрыв глаза.

— Я сделаю это. Сделаю. Обязательно! — кричал П-21, трясясь и скрежеща зубами. Одно резкое движение. Только одно. Я медленно подвинулась ближе к нему. Я хотела победить. Хотела отомстить за Дасти и Священника. Хотела сделать все это. И он тоже хотел. Я обвила его копытами и заключила в крепкие объятия.

— Он – не Смотрительница — мягко прошептала я. П-21 застыл, затем прильнул ко мне и всхлипнул.
— Убив его, ты не убьёшь её. И это не вернёт Священника.
Он издал несколько тихих всхлипов, приглушенных моей гривой, и я прижала его.
— Я хотела бы выполнить клятвы, данные Дасти... Я выполню... Может быть в будущем. Но не так.

Он очень медленно протянул копыто в сторону и прошептал:
— Может быть... но он должен быть убит. Он сделал ужасные вещи... Он заслуживает того, чтобы умереть за них.
И я не могла с этим спорить. Он был прав. Сангвин должен умереть. Это была бы победа. Это было бы правильно.

Но я не палач.

П-21 отошел в сторону, и Рампэйдж вздохнула:
— Самые мягкие проклятые сердца в Пустоши, я клянусь, — кобылка покачала головой и осторожно потянула гранату. Потом она прищурилась, — Ну а я не такая мягкосердечная, так что если ты даже чихнешь в её сторону, я станцую чечетку силовыми копытами на твоем черепе. Понял?

— Конечно, — тихо ответил он, не сводя с меня глаз. Я убрала с него ящик, и он медленно поднялся, — Ваш друг прав. Я заслуживаю смерти.

— Пони постоянно повторяют мне это. — Я глядела ему в глаза. — Чего я не понимаю, так это почему, зная, что поступаешь неправильно, ты продолжаешь быть плохим? Я прекрасно знаю, каково это - облажаться. Все что я могу - стараться поступать как можно лучше.

— Ну, некоторые из нас не были хорошими даже до того, как стали монстрами, — ответил он, — Так. Что теперь? Как только эти цистерны отбудут, это место будет переполнено.

Я была бы рада узнать, кто, как и зачем, но у меня нет на это времени. Когда я умирала, ты сказал, что мог бы заменить мои органы при помощи Химеры. Ну, теперь у меня есть подруга, чьи легкие полны хлором, и если она ещё не мертва, то вскоре может, — сказала я, смотря ему прямо в глаза, — так что я разблокирую Химеру, если ты сделаешь то, что требуется, чтобы создать клона для неё.

— Ты просто дашь мне Химеру для этого? — пробормотал он в недоумении.

— Нет, я не отдам её тебе. К сожалению, я не доверяю ни тебе, ни Красному глазу. Но я позволю тебе помочь своей семье. И если это предприятие принадлежит Д.М.Д., то я не верю, что она не имеет какой-нибудь автоматической защиты.

— Так и есть... — пробормотал он, а затем опустил глаза, — Ты спросила меня, почему я не говорил тебе о моей семье. Почему я говорил, как какой то сумасшедший ученый из дешевого романа? Ответ прост... мне стыдно. Быть сумасшедшим ученым-гулем было лучше... проще... чем быть отцом, который не в состоянии попросить о помощи. И потому что я никогда бы не подумал, что ты мне поверишь и поможешь, если бы я попросил.

Рэмпэйдж оторвала мой ПипБак от ноги Психошай. Пегаска с ободранными крыльями не могла смотреть на кого-либо. Сангвин оглянулся на златогривую кобылку.
— Прости, что я использовал тебя, Флаттершай. Только потомки Министерских Кобыл могли бы использовать ЭП-1101.

— Она клон или что-то другое? — спросила Рампэйдж и передала мне мой ПипБак.

— Нет, — ответил Сангвин, — она – дочь Флаттершай.

<center>* * *</center>

Сангвин и Психошай не слишком обсуждали детали того маленького откровения. П-21 угрюмо молчал. А Рампейдж приматывала липкой лентой ПипБак к моей ноге, пока Скотч не соединит его как следует. И сейчас мое зрение было заполнено разными чудными изображениями, показаниями и тому подобным. Я поморщилась и спросила:
— Ты что, химичила с моими настройками?
Разве мой З.П.С. всегда мерцал и искажался подобным образом? От этого у меня слегка разболелась голова... хотя нет... не так. Моя голова болела чертовски сильно.

А потом все просто взяло и остановилось. Абсолютно все. Боль, вспышки... все. Я почувствовала, будто вошла в З.П.С. и замерла в моменте спокойного созерцания.

И передо мной стоял никто иной, как Крупье. Копытами он периодически тасовал карты... и с каждым перемешиванием я видела числа в уголках моего зрения, меняющиеся, случайно перемешивающиеся и снова исчезающие. Его светлые глаза пристально смотрели на меня из-под полей темной шляпы.
— Так... что ты? Ты же не часть моего безумия, так?

— Давай-ка оставим эту игру, пока у нас не будет больше времени, — проскрежетал он, переворачивая колоду карт. — У тебя итак уже дел по горло.
В его словах был смысл, хотя не сказать, чтобы мне это нравилось.

— Знаешь. В тот раз, когда я очутилась здесь, я думала, что у меня будет меньше вопросов после того, как я уйду отсюда. — Я ментально притопнула копытом с этими словами. — Мне стало интересно, захочет ли ЛитлПип поменяться? Я отправлюсь бороться с мыслечитающими монстрами, а она разберется со всем этим дерьмом здесь!
Сомневаюсь, что у меня были достойные прочтения мысли.

— Только ты можешь знать наверняка, — пробормотал он, сдвигая шляпу наверх. — Ты точно уверена, что хочешь этого, Блэкджек? Этот гуль не заслуживает даже плевка в лицо, не говоря уже о твоем милосердии.

Была ли я уверена?
— Что произойдет, когда я разблокирую Химеру?
Я вспомнила, как старина Хэнк говорил о пробуждающихся машинах и поступающих противоречивых приказах.
— Противоречивые приказы здесь прекратятся, а системы окончательно пробудятся, не так ли?
Он улыбнулся, казавшись впечатленным.

— Именно. Здесь и везде. Пройдет приказ по всей сети, чтобы открыть доступ к Химере для любого пони с верными кодами доступами для использования файлов. Я понятия не имею, насколько широко простирается эта сеть, — признался он, пожав плечами, затем нахмурился. — Забавно...

— Забавно... что?

— Ничего. Просто нечто знакомое, — ответил он, глядя мне в глаза. Будь я способна двигаться, я бы покраснела. — Пожалуйста, будь осторожна. Однажды открыв что-то, не всегда это что-то можно снова закрыть.

Насчет этого я не была уверена, но Скотч нуждалась в моей помощи. Хотя, его сомнения не были чужды и мне. Как только блокировка будет снята, поставить обратно я её не смогу. Что помешает Сангвину вернуться через десять лет и снова взяться за свое? Я выскользнула из З.П.С. и глянула на сидящего Сангвина. Он выглядел, как труп. Не просто обычное обваренное состояние с полуоторванным лицом. Он выглядел мертвым. Интересно, где проходит грань между разумным гулем вроде Харпики и множеством диких, повстречавшихся мне в других местах, и насколько Сангвин близок, чтобы пересечь её.

— Сангвин. Та взрывчатка? — указала я на действительно большие бомбы на колоннах. — Каково её предназначение?

Ему понадобилось некоторое время, чтобы оторваться от мыслей.
— Если система сдерживания откажет, они детонируют и обрушат это место, чтобы сфокусировать силу основного взрыва, — устало ответил он. Постойте-ка? Те здоровенные бомбы не для основного взрыва?
— Не совсем уверен, что это приведет к чему-нибудь хорошему, но это предпочтительнее, чем дать вырваться этому на свободу.

— Этому? — нахмурилась я. Он указал на круглую колону. окруженную мостками. Я подошла к небольшому выступу, выдававшемуся частично в пустоту, и взглянула на гладкую поверхность колонны. На химеру, вырезанную в форме лица. Козел... лев... змея... все смешаны в кучу. Надпись внизу странного перемешанного существа гласила: «Проект Химера».

Неожиданно я напряглась и почувствовала, будто силовое копыто опустилось на мой разум. Мои копыта повели меня вверх к самому краю мостков. Мерцание чисел стало еще яростнее, мелькание и блики затрудняли зрение. Вдруг помещение осветилось; розовый туман исчез, и подо мной жужжали и звенели десятки странных механизмов, заполняющих радужным Флюксом тысячи бочек. Мои друзья исчезли, я же не могла двигаться и говорить, когда Твайлайт Спаркл и Голденблад подошли к краю и встали перед громадным полированным цилиндром. Лицо Твайлайт исказилось от ужаса, когда она посмотрела на резьбу.

— Нет... — прошептала она. — Не может быть.

— Ты все еще можешь уйти, Твайлайт, — тихо произнес Голденблад.

— Открой её, — прошипела она. — Сейчас же.

— Твайлайт...

— Открой!

Голденблад вздохнул и официальным тоном произнес, я почувствовала, как мои губы двигаются вслед за его.
— Проект Химера, система сдерживания - открыть. Пароль: нечто совершенно замечательное.

Необъятная колонна загрохотала, когда двигатели ожили. Моментом позже раздался треск, сопровождаемый шипением. Верх колонны медленно открылся, обнаруживая радужное свечение. Могла бы я двигаться, обязательно прикрыла бы глаза. Две панели распахнулись, а третья выдвинулась наподобие мостика. Когда мои глаза привыкли к свету, я заметила, что он исходил из сфер, встроенных изнутри. Я уже видела подобные сферы. Всего лишь горсть с легкостью уничтожила музей Хуффингтона. А здесь сеть из десятков или даже сотен сфер равномерно располагалась по внутренней поверхности цилиндра. Металлические шланги тянулись от насосных станций снаружи к объекту в центре.

Расположенная на небольшом постаменте в центре находилась сверкающая серебром статуя странного существа, которую я видела на наружной стенке цилиндра. Она несла на себе выражение чистого ужаса, искаженная, будто замерла в подобном положении. Детальность была настолько высока, что я готова была поклясться, что она живая.
— Представляю тебе основную составляющую Проекта Химера; источник Флюкса. На этом основаны твои исследования З,В.Т. Это служит причиной заражений и мутаций, с которыми ты время от времени сталкиваешься. Вот он секрет, который ты так вожделела знать! — провозгласил Голденблад, указывая на серебряную статую.

— Дискорд, — в ужасе прошептала Твайлайт Спаркл с расширившимися глазами, прижимая копыто ко рту.

И тут, низкий, насмешливый, слегка гнусавый голос снисходительно прохрипел,
— Ну привет, Твайлайт Спаркл. Давненько не виделись.

------------------------------------------------------

Заметка:Достигнут максимальный уровень.

(Благодарности автора Kkat и своим редакторам.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/102552

Переводчики: N0good, Mraque, Rilos_Delms, mifjlz

felix_s, SILMOR, Noncraft, Pernament