Готовый перевод Fallout Equestria: Project Horizons / Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты: Глава пятьдесят седьмая: Лучшая ночь в жизни

Фоллаут Эквестрия: Проект Горизонты

Автор: Сомбер.

Глава пятьдесят седьмая: Лучшая ночь в жизни

«Я не могу поверить, что мы наконец здесь. Все что мы себе представляли – реально, и я уверена что мы сделаем эту ночь... Лучшей Ночью На Свете!»

Я никогда не ладила с вечеринками. Я отмечала несколько праздников в Девяносто Девятом, но по большому счёту никогда не испытывала от этого большого удовольствия, в отличие от других пони. Даже когда я выбралась наружу, я всегда чувствовала себя неловко от одной мысли, что я могу оказаться в центре внимания на крупном сборище. Обнимашки с Глори и разговоры про «психосексуальные метаморфические воздействия» были куда привлекательнее, нежели пребывание в месте, где мне надо будет постоянно с кем-то общаться. Если бы всё зависело от меня, я бы куда с большим наслаждением осталась наедине с Глори обсудить то, действительно ли её «новое» тело так уж сильно повлияло на принятие «утешений» от Сплендида после того, как я ушла дуться.

К сожалению день подходил к концу, и гости начали прибывать. Тем не менее, я понятия не имела, кто будет присутствовать. Ранее я предполагала, что Гала проводился только для членов Общества, но он, как стало ясно позднее, был чем-то большим, чем простой кутёж и излишнее показушничество. Это была отличная возможность продемонстрировать приглашённым влиятельным гостям всё, что может предложить им Общество. По-моему, цель всего мероприятия была следующая: ослепить чужаков невиданным богатством, для того, чтобы они после возвращения домой по-новому взглянули на стены родной обители — само собой, не в свою пользу.

Прибывший Хойти выглядел весьма довольным. Глори извинилась и покинула нас, пробормотав что-то насчёт ванной комнаты.
— Видимо, это будет величайший Гала из тех, что я застал. Явились почти все приглашённые пони.
Полагаю, Гала был лучшим светским мероприятием в Хуффе, а Хойти расцветал на светских мероприятиях.
— Итак, Ваше Величество, у нас осталась всего одна нерешённая мелочь. Вы выбрали себе регента?

— Определилась, — ответила я, и уже раскрыла рот.

Но прежде чем я смогла озвучить своё решение, он быстро воздел свои копыта.
— Но, пожалуйста, не говорите мне, что это я. Я не стану делать этого. Я поддержу любого, кого бы вы ни выбрали, но я не желаю помещать свою немертвую derriere (фр. "задница") на трон а свою великолепную coiffeur (фр. "прическа") в прицел. Я - majordomo par excellence, (фр. "превосходный мажордом") но множество пони испытывают затруднения с тем чтобы воспринять мои наставления прямо и неискаженно.

Хммм... ладно... это загубило одну мысль...
— Могу я сделать сразу трех пони своими регентами? — спросила я.

— Только если хотите видеть двух из них мертвыми, — вскользь добавил он. — Триумвираты долго не живут.

Грохот провалившейся идеи был оглушающим.
— Могу я выбрать одного регента, а двух других заставить поклясться помогать тому под угрозой изгнания? — в моём голосе прорезалось раздражение.

На мгновение он призадумался:
— Да, думаю это может сработать. На время, конечно же. Кого вы хотите, в качестве своего советника?

И я сказала ему.

Он моргнул.
— Серьезно? То есть... вы точно уверенны?

— Уверена. И я надеюсь, ты сделаешь всё возможное, чтобы помочь, — с улыбкой добавила я. — Если повезет, то это будет поворотной точкой для Общества.

— Я... хорошо... Я приму надлежащие меры, — промолвил он и удалился.

Я быстро вышла наружу чтобы позаботиться о последнем кусочке работы. Дэус был припаркован рядом с водохранилищем, его пушки смотрели на воду.
— Привет, ты как? — спросила я, постукивая по его броне.

Что-то внутри него издало хриплый вздох.
— Да, я слышала, — проговорила я с улыбкой.
— Я хотела бы попросить тебя об одолжении. — Движок выдал низкий ропот.
— Да, знаю, я последняя пони, которая должна просить тебя о чем-то, но мне нужна твоя помощь. Скоро мы отправимся наверх, и ты в любом случае не сможешь пойти с нами. — Тишина.
— Мне надо, что бы ты некоторое время держался поближе к Обществу. — Он повернул ко мне свою башню, и взревев двигателем, замахал пушками, из стороны в сторону.

Я вскинула копыта в защитном жесте.
— Да знаю я что тебе они не нравятся. И мне тоже. Мне приходилось запугивать их с помощью Рэмпейдж, но, боюсь, когда нам с ней придется уйти, они вновь возьмутся за старое. Именно поэтому, я хочу чтобы ты оставался здесь. На случай, если что-то плохое случится с регентом или Хоити Тоити, я даю тебе полное право отдать это место Большому Папочке, Коллегии или Хранителям на твоё усмотрение. Пройдет несколько спокойных недель, возвращайся в Капеллу и защищай её. Держи ухо в остро. Ты можешь путешествовать быстрее и безопаснее любого пони.

Я думаю, что слово «пони» было решающим. Его пушки резко поднялись, и рухнули вниз, а затем, его башня вновь повернулась к воде. Назовите меня безумной, но он выглядел таким... одиноким. Я вновь постучала по его броне, и Деус повернул ко мне ближайшую камеру. Я протянула передние ноги и обняла одно из звеньев его гусеницы. Не смотря на то, что оно было слишком широким для того, чтобы я могла полностью обхватить его своими ногами, важно было моё намерение.
— Спасибо. Правда. Ты более хороший пони, чем тот, которого я повстречала в Девяносто Девятом.

От этого его двигатель начал урчать мягче.

А теперь, последний штрих.
Принадлежащая Обществу тюрьма представляла из себя обнесённый стеной из шлакоблоков навес, построенный на склоне холма. Несмотря на тяжелую металлическую дверь, я подозревала, что находящиеся внутри постояльцы могли бы сбежать, если бы они этого действительно хотели. Хотя, находящиеся снаружи, облачённые в силовую броню гвардейцы могли стать проблемой. Войдя внутрь, я посмотрела на тихо сидящего в углу Лансера. Хоть я и хотела отпустить его, но Хойти убедил меня в том, что позволив зебре снайперу уйти, я просто напросто, обрету ещё больше неприятностей на свой круп. Я надеялась на то, что он сможет достать для меня несколько этих анти-магических бомб, дав мне тем самым больше времени вдали от Богини. Но судя по всему, они были невероятно редки, даже у зебр. Я подошла к большому серому минотавру:
— Эй, — произнесла я, отметив, что он пытался вырвать из стены, сковывающие его цепи.
Здесь были и другие, кого я могла бы попросить об этом, но я уже видела, что именно, большинство членов Общества, считает преданностью.

— Ты. — Его глаза блестели в тусклом свете.

— Ты позволил Скотч уйти без боя, и я признательна тебе за это. Я пришла сюда к тебе предложить сделку, — сказала я, сев перед ним. — Ты ведь уже работал с Обществом какое-то время, не так ли?

— Я находился в зверинце этого Короля годы, пока они его не прикрыли, — низко прорычал он.
— Тем не менее, всегда есть те, кому нужны мускулы. Кажется я догадываюсь, зачем ты сюда пришла. Пони обращаются только когда им что-то надо.

Я приняла это к сведению.
— Мне, и в самом деле, кое-что нужно. Мне нужен ты. Ты кажешься достаточно порядочным существом. Ты отпустил Скотч и распознал глупый план сразу же, как только его услышал. Кроме того, ты видел, кого, в этом месте, считают за телохранителей. Мои например, впустили отряд из пяти Предвестников, который пришел для того, чтобы убить меня. Я не желаю выбирать регента лишь для того, чтобы его убили из-за того, что кто-то заключил сделку. Я хочу, чтобы ты оберегал моего регента.

Его черные глаза уставились на меня.
— А что будет если я скажу нет?

— Тогда ты пойдешь домой. Или я напишу письмо с рекомендациями Потрошителям, если пожелаешь. Раз они позволили Горгону драться, то и тебе тоже позволят. — Он фыркнул. — Разве это не то, чего ты хотел?

— Пони... — Он начал медленно подниматься до тех пор, пока его рога не начали царапать потолок, и, неожиданно для себя, я сделала несколько шагов назад. Конечно, это было глупо, ведь я встречалась, лицом к лицу, с гораздо более худшими штуками чем он, но здесь было замешано что-то связанное с его осанкой. — Неужели думаешь ты, что до сражений мне и в самом деле есть дело? Народ мой расой был сильной, не участвовавшей в войне вашей мелочной. Не интересны мы были сторонам конфликта обоим. Ведь ваша война, и всё то, за что вы сражались, было банально. Не котовороны мы, вроде Грифонов. Не наёмники мы, что силу свою тому продают, кто наивысшую цену предложит. Хотели мы просто, чтобы в покое оставили нас. И вот теперь, сюда ты пришла, и предположила, что я хочу... что я бы предпочёл... проложить, в распрях ваших ничтожных участвовать.

Ох ты ж, да сегодня он был значительно болтливей, чем во время всех наших предыдущих встреч.
— Ну и ладно. Так чего же ты хочешь?
Этот вопрос, похоже, удивил его и он, нахмурившись, ненадолго задумался.

— Уважение - вот то, чего я хочу. Найти других представителей моего народа - вот то, чего я хочу. Знать, обречен ли мой род на вымирание, вне зависимости от наших действий, или нет - вот то, чего я хочу. Узнать, существует ли ещё моя родина - вот то, чего я хочу. Сражения. Политика. Всё это - за эфемерное могущество жалкие дрязги. — Он повернул голову и плюнул на пол. — Ни что из этого, не важно для меня.

Я посмотрела на него, снизу в верх, и улыбнулась:
— Ты прав. Это и в самом деле глупо. И это именно то, о чем я постоянно думаю с той поры, как попала сюда. Все эти удары в спину и интриги... это безумие, Это точная противоположность тому, в чём нуждается наш мир. Поэтому, мне нужен тот, кого невозможно подкупить. И если ты останешься здесь, ну, слухами земля полнится. И если кто-либо из твоего народа услышит их, то они смогут разыскать тебя. Ну и как минимум, когда ты решишь уйти, то у тебя будет возможность услышать самые свежие новости из-за рубежа.

Минотавр поджал губы, смотря на меня, с высоты своего роста:
— Это место плохое, — наконец-то произнёс он, тихо и неторопливо. За мной, молчаливым взглядом, наблюдал Лансер, но, благодаря живущей у меня в голове маленькой розовой пони, я уловила его едва заметный кивок.

— Ох, я знаю, что в Обществе полно гнили, но...

— Не Общество. Неужели вы настолько отдалилась от истоков своих, что уже не можете чувствовать это? — Он фыркнул, напряг свои мускулы, и врезал по шлакоблочной стене кулаком. Ещё два удара, и он проломил в стене дыру. Я глазела на него и думала о том, что во время нашей первой битвы он, возможно, сдерживал себя. Из дыры, он вытащил влажную землю и грязные камни. — Отравлена земля эта. Все эти земли. Яд этот в каждый камень просачивается, — произнёс он, перекатывая их в руке.
Он перекатывал в руке камни, а затем встретился со мной взглядом. Казалось, он ищет некое понимание от меня, и, когда его не последовало, он фыркнул:
— Тьфу. Я даже не знаю, почему это меня беспокоит.

— Нет! Пожалуйста. Продолжай, — сказала я, подходя ближе. — Что именно ты имеешь в виду?

Он, казалось, изучал меня, стараясь понять, была ли я серьёзна в своём намерении. Немного погодя, он ответил:
— Отравлена земля эта. Болезнь из неё сочиться, жизнь убивая. Народ мой, в течении столетий, крики и плач земли чувствовал, ещё до войны вашей. — И он раздавил один из камешков пальцами. — Мертвы они. Безжизненны.

— Камни... мертвы? — спросила я, в замешательстве.

— Собственные жизнь и душа в камнях содержатся. Сила, что находится вне собственной материи камня. Когда-то, некоторые пони культивировали жизнь, что в камнях содержится, помогая расти камням драгоценным и крепким костям мира. Но здесь, даже кости мира стали слабы. — Он фыркнул и выбросил грязь. — Быком младым пришел я сюда, дабы болезни источник найти. Был больше глупцом я, нежели умным.

Я начала презрительно усмехаться, но потом прекратила:
— Ты ведь о ХМА ведёшь речь. Ты утверждаешь, что она высасывает жизнь из камней? — Он нахмурился, обдумывая мой вопрос, а затем кивнул. Я наморщилась, лениво потирая свою грудь. Я помнила... это был сон или воспоминание? — Давным давно, что-то произошло в Эквестрии. Какая-то катастрофа. Знают ли минотавры об этом хоть что-нибудь?

А вот теперь, он выглядел удивлённым, но минотавр все-же слегка кивнул и поднял камень:
— Помнят камни, как многие эоны назад, страдание, с небес пришедшее, раздробило саму землю. Но ты откуда узнала об этом?

— Потому, что мы нашли это, — произнесла я, хмуро. — Машину... или... нечто иное. Нечто могущественное. Мы нашли это и попытались использовать в своих целях. Я полагаю, что именно оно порождает ХМА.

Его суровый взгляд, слегка, расслабился. Казалось, он пересматривает своё мнение обо мне.
— Не слышал я никогда, чтобы род твой о важных вещах вёл разговоры. Лишь алчность, власть и война в них были всегда. — Его презрение, которое он ко мне испытывал ранее, исчезло, уступив место неподдельному уважению. — Наш мир умирает. Это нечто большее, нежели радиация. Большее, нежели болезнь. Подобные яды исчезают, со временем. А этот - усиливается. Он душит жизнь, в самом камне.

— Может ли мир быть восстановлен? — спросила я, вспомнив слои камня и окаменелых костей. Светящиеся камни над слоями окаменелостей.

Он стал выглядеть обеспокоенным.
— Я... не знаю. — Пеин Треин преклонил колени и уставился мне прямо в глаза. — Ты ищешь способ положить этому конец?

— Я просто хочу спасать пони, — пробормотала я, в растерянности. — Ведь это то, чем занимается охрана.

— Только пони? — спросил он, нахмурившись.

— Нет. Я хочу сказать... не только пони. Я хочу спасти жизни всех, кого смогу. Грифонов. Минотавров. Зебр. Абсолютно всех, — добавила я, а затем посмотрела на камешки, которые он сжимал в руке, и пролевитировала один из них к себе:
— Даже маленькие камешки, если они и в самом деле живые. — Лансер посмотрел на меня, его глаза были темны и непроницаемы.

Эти слова заставили Пеин Трейна по-настоящему улыбнуться... ну, слегка улыбнуться.
— Ну так и быть. Если ты способна быть достаточно бескорыстной для того, чтобы защищать, как род мой, так и камешки маленькие, то я, тоже самое сделаю, и буду оберегать род твой. Пока что, — ответил он.

* * *

Поскольку кровать Короля Шикарность была вся в дырках от пуль, мы с Глори пошли собираться в комнату Грейс. Лакуна, Скотч, Бу и Рампейдж оприходовали комнату Сплендида, а Хойти поклялся позаботиться о П-21. Я никогда раньше не видела такого количества настоящих цветов, и прекрасных украшений покрывающих все вокруг. Я смогла узнать розы и догадывалась, что некоторые были тюльпанами и нарциссами, вспоминая картинки из книг, но были и цветы столь изысканной красоты, что я даже не знала надо ли их нюхать, есть или просто любоваться. Кроме цветов её комната была украшена ленточками и мягкими покрывалами.

К несчастью, её ванна была маловата для двоих, так что мы с Глори мылись по очереди. Пока она споласкивалась, я, уже чистая и благоухающая, одевалась, рассматривая коллекцию косметики, кисточек и каких-то ленточек на туалетном столике. Потом я перевела взгляд на себя. Белая шёрстка и чёрная сталь были не лучшим сочетанием цветов. Одежда, которую я должна была надеть, лежала на кровати фиолетовой кучей. Мне повезёт, если я хотя бы втиснусь в платье, которое для меня нашла Лакуна... Погодите-ка. Где она взяла его? Я попыталась спросить её с помощью телепатии, но после той гранаты ментальная связь рвалась и восстанавливалась, как передача в плохо настроенном радио. Из несвязных воплей, прорывавшихся со стороны Единства, я поняла, что Богиня не слишком-то довольна этим событием.

Мне нужно просто вытерпеть этот вечер.

Вошедшая Грейс выглядела восхитительно в своем синем с серебряной вышивкой бальном платье. Казалось будто она одета в сапфировое пламя.
— Тебе разве не нужно готовиться?

— Я...эм... — я немного помахала копытом. — Я просто стараюсь разобраться с этим.

Она вздохнула, и тряхнула головой:
— Как я понимаю, в Пустоши, нет особой надобности в макияже, — произнесла она, левитровав щётку, и начав расчёсывать мою гриву.

— На самом деле, это первый раз, когда мне придётся одеть нечто подобное, — ответила я застенчиво. — То есть, в Девяносто Девятом были пони, которые занимались подобным. Они заставляли самих себя, постоянно, выглядеть элегантно и всё такое. Ну а у меня, просто-напросто, всегда были ночные смены, поэтому то, как я выгляжу, никогда не имело особого значения. А уж после того, как я попала в Пустошь...

— Понимаю, — ответила она. — В Обществе, внешнему виду придаётся огромное значение. Из-за этого, содержание, в отличие от формы, обесценивается.
Она пролевитировала ещё две щётки и уделила столько же внимания всему остальному моему телу. И должна признать, ощущение было великолепным!
— Мой брат что-то совершил, сегодня днём? Он вёл себя... самодовольно.

— У Глори с ним был секс. — У меня было такое чувство, будто бы он полагал, что это даст ему возможность «влиять» на меня. Я нахмурилась от раздражения, затем увидела, шокировано глазеющую на меня, Грейс, и добавила:
— Он вёл себя прилично, и не заходил слишком далеко. — По крайней мере, Глори не говорила об обратном. Но если это было не так... Но Грейс выглядела даже более взволнованной, нежели я. — Всё указывает на то, что он был в этом хорош.

— Блекджек, — крикнула Глори из ванной, таким тоном, который подразумевал под собой, что я делаю нечто «в стиле Блекджек».

— Что? — спросила я, глядя на неё через дверь.

— Обычно, большинство пони не говорят про то, как у одной пони был секс с другой пони, — сказала она, глядя на меня через дверь, будучи в ванной и скрестив синие передние копыта под подбородком. В этот момент, она говорила точь-в-точь, как моя мама, пытавшаяся объяснить мне, что пушки могут быть опасны.

— Разве? — Я моргнула в недоумении.
— В Девяносто Девятом, половина слухов были только про это.

— Серьезно? А остальная половина о чем? — С веселой улыбкой поинтересовалась Грэйс.

— Обо всём остальном, — ответила я.

Грейс изумленно подняла брови, а затем выражение ее лица стало немного недоумённым.
— Я сожалею, но эту шутку я не поняла, — ответила она.

Я посмотрела на Глори в ванной, а потом снова перевела взгляд на Грейс.
— Но я и не шутила... — Глори прикрыла копытом мордочку, а Грейс уставилась на меня, залившись краской.

Глори вздохнула, улыбнулась и покачала головой. — Блэкджек... — беспомощно начала она.

— Что? Мы поступали именно так, ежедневно! Да в стойле и поговорить-то особо не о чем, — произнесла я в свою защиту, раскинув копыта и моля о понимании, а вот Глори начала смеяться.

Казалось, Грейс, задумчиво, анализировала происходящее, её румянец постепенно пропал, как только она с лёгкостью себя успокоила:
— Понятно. Полагаю, мы можем сделать этот разговор совсем откровенным, — произнесла она, дипломатично. — Ну, он всегда был очаровашкой. Полагаю, он говорил вам, насколько трудна, должно быть, ваша жизнь, и как сильно он вами восхищается?

Глори нахмурилась и села прямо:
— Точно! Откуда ты... — Она ссутулилась в ванне. — Дай угадаю. Он очень часто использует эту линию поведения?

Грейс тихо вздохнула:
— Если говорить на чистоту, «нет». На самом деле, он весьма проницательный. Скорее всего, он был, по-своему, искренним, — произнесла она, с напускной важностью, поднимая маленькую кисточку и начиная наносить на моё лицо пудру. — Сплендид всегда был хорош во всём, что он задумывал.

— Он был первым жеребцом в моей жизни, который открыто мною заинтересовался, — насупившись, произнесла Глори. — Я не могла поверить в то, что это случилось, и когда, я действительно приняла в этом участие...
Она тряхнула головой:
— Я не знаю, что со мной не так. Обычно, все жеребцы получают от меня категорическое «нет». Он был первым, кто услышал «возможно», и превратил в «согласна».

— Возможно, он сколдовал на тебя какое-то заклинание очарования. Пуф. Мгновенная любовь, — предположила я.
Если это было правдой, то решить, как с ним нужно поступить, стало бы намного проще. Опыт в решении подобных вопросов у меня уже есть.

Грейс испустила, полный снисхождения, тихий вздох и улыбнулась, левитируя с кровати фиолетовый свёрток.
— Это маловероятно. Сплендид просто знает, как нужно говорить с кобылами. Смесь из лести, полу-честных восхвалений и небольшой толики искреннего восхищения - это эффективное сочетание. У меня никогда не было подобного таланта, но с другой стороны, я обычно защищаюсь от пустой лести. — Она замолчала и уставилась на фиолетовое платье с серебряным шитьём, — Во имя Селестии... это... это же Раритет!

— Агась, я уже догадалась, что платья в Пустоши встречаются довольно редко, — ответила я.

— «Раритет» не в смысле: редкость, а в смысле: одно из тех, что сшила лично Рарити. — Грейс повернула его.
— Они были бесценны ещё до того, как началась война. Мне кажется, я видела его в старых выпусках журнала «Мода». Оно из коллекции одежды «Ночной пейзаж Луны», что была создана за пять лет до того, как Луна заняла трон! А это! — Она подняла платье Глори.
— Это, то самое платье, что она сшила для Рейнбоу Деш, и в котором та посетила своё самое первое Гала. Ооох! — Она была переполнена наслаждением и тёрлась щекой о мягкую, белую отделку. Затем, уловила мою ухмылку, и тут же зарделась. — Кхех... простите. Модные тенденции довоенного времени - моё маленькое хобби.

— Прям как и твоего отца, — заметила я. Я подозревала, что Лакуна вытребовала у Чарити немного помощи. Мне стало интересно, а сколько я буду ей должна, за аренду бесценного платья. — Ну, надевать на меня это платье - грешно. Я, скорее всего, разорву его за три шага.

— Пф. Нет, если моё мнение вам интересно, — произнесла Грейс, накладывая на меня платье:
— Разумеется, это преступление против моды, но я думаю, что смогу восстановить его, — произнесла она, а её рог светился.

— Подожди. Что ты... — Я моргнула, как только почувствовала, что накинутое на меня платье зашевелилось, и стало изумительно удобным. Я снова моргнула, и покрутив головой, сделала несколько пробных шагов. Но наряд ни за что не зацепился, и ни где не порвался.
— Как ты это сделала? — Я повернула голову и увидела, что усиливающие позвоночник пластины, почти идеально, сливались с фиолетовой тканью.

— Заклинание переделывания одежды. В Обществе, нет ни одного единорога, который бы умер, не зная его. — Во всей Пустоши, только в Обществе может найтись заклинание подобное этому. Она закончила со своими кисточками и поместила головной убор мне на макушку. Несколько заколок-невидимок... так вот для чего они нужны... и она, слегка, кивнула. — Ну вот. Теперь ты выглядишь впечатляющей, властной и красивой.

Она мягко подтолкнула меня от столика к высокому зеркалу в углу.
— Ну да, конечно, потребуется нечто большее чтобы сделать меня... — по ту сторону зеркала стояла незнакомая кобыла в тёмно-фиолетовом платье с вышитой на груди серебристой луной в окружении звезд. Её прическа была украшена полумесяцем, окруженным четырьмя серебряными звездами идеально подходящим к фиолетовым перьям. У неё также были черные металлические конечности, но их цвет так сочетался с темным цветом ткани, что почти невозможно было сказать где кончается сталь и начинается шелк. Её безупречно белая шкурка ничуть не выдавала перенесенных её владелицей поруганий и невзгод.

И этой кобылой была я.

Я ничего не могла сказать Грейс из-за наворачивающихся на глаза слёз. Если бы только мама увидела меня такой.
— Спасибо, — пробормотала я, потупив взгляд.

Глори вышла из ванны, отряхнулась, помахала крыльями и подошла ко мне.
— Если ты скажешь, что не заслуживаешь такого вида, я тебя стукну. — сказала она, тыкнувшись в меня мокрым носом.
Грейс улыбнулась, левитировала полотенца и занялась Глори с тем же вниманием, что и мной до этого.
— У тебя здорово выходит, Грейс, — прокомментировала она, глядя, как её радужную гриву расчесывала одна летающая расческа, в то время как другая занималась хвостом.

— С тех пор, как опрятный внешний вид стал настолько редок в Пустоши, что стал признаком превосходства, Гала превратилось в нелепую пародию, в которой участвуют пони, которые делают вид, будто выглядят великолепно. И всё же, содержание я всегда ставила превыше актёрской игры. Запуганная своим отцом, я не желала выглядеть ужасно и зависеть от кого бы то ни было. Эта игра, в которую играют здесь многие, донельзя нелепа. Поэтому, я, просто-напросто, подняла планку, и всем остальным, в свою очередь, тоже пришлось приложить немного усилий, чтобы соответствовать. Я, возможно, не могу требовать совершенства, но могу подать пример, — торжественно заявила Грейс.

Глори поморщилась, как только Грейс, с помощью своих щёток, укротила её гриву:
— На самом деле, всё это напоминает мне мой дом.

— Серьёзно? — спросила я, удивлённо.

— Там, в вышине, Анклав поддерживает заблуждения, что Пустошь заканчивается у границы облаков. Жизненно необходимое оборудование разваливается на части по всему Анклаву, но населяющие его пони улыбаются, и настаивают на том, что всё в порядке. Даже когда они стоят на пороге голода, а половина наших городов покинута, ввиду отсутствия реальных ресурсов для их поддержки, все делают вид, будто всё просто великолепно потому, что мы не Пустошь. Тандерхед не пожелал следовать этому курсу и, именно поэтому, и дабы искоренить иллюзию его превосходства, Добровольческий Корпус был принудительно отправлен обратно. — Глори одарила Грейс сердечной улыбкой. — Полагаю, я могу полностью поддержать твоё стремление к содержанию.

— Если Общество желает быть лучше, чем Пустошь, то мы обязаны быть лучше в действительности, а не в наших высокомерных заявлениях, — произнесла Грейс, важно кивнув головой.

— А тебе не кажется, что это утверждение слегка заносчиво? — изогнув бровь, спросила её я.

Она оглянулась и, с прохладцей, ответила:
— «Нет», если это правда. А если бы и было, аристократии ведь полагается быть заносчивой, не так ли?
А вот на это, придумать контраргумент я не смогла.

Как только работа над внешним видом Глори была закончена, а прилагающийся к платью головной убор, выполненный в виде лаврового венка, занял своё место поверх её радужной гривы, мы отправились на вечеринку. Где-то в отдалении, оркестр начал играть классическую музыку и на меня нахлынула ностальгия по Октавии. Лакуна стояла около комнаты Сплендида и, похоже, беседовала с пони, находившимся за закрытой дверью:
— Ты выглядишь прекрасно! — громко произнесла раздраженная аликорн.
Лакуна была одета в тот самый наряд, что Вельвет видоизменила под её крупное тело, и выглядела, как облаченная в бордовое платье, с золотым шитьём, копия принцессы дней минувших. Как только мы приблизились, она посмотрела на нас и испуганно вздрогнула:
— Реинбоу... — тихо произнесла она, уставившись на Глори, а затем, тряхнула головой:
— Прости меня. Вы трое выглядите совершенно очаровательно, — произнесла она с виноватой улыбкой. Затем вновь посмотрела на дверь, и вздохнула:
— К сожалению, у Рампейдж возникли кое-какие трудности.

— У меня нет проблем. Я просто не иду на Гала, — ответила комната, слегка приглушённым голосом Рампейдж. — И я, ни за какие коврижки, не появлюсь на публике одетой вот так.

— Ой, да ладно, неужели всё так плохо? — спросила я, с улыбкой. Лакуна покачала головой, и я ощутила лёгкое беспокойство. Вытащив из своей гривы заколку, я осторожно пошуровала ею в замке, до щелчка. Вернула заколку на её прежнее место, и распахнула дверь.
Комната Сплендида была заставлена фотографиями Министерских Кобыл, в частности: Реинбоу Деш и Апплджек. Хех, кто бы знал? Бу была одета в совершенно очаровательное розовое платье с луками и крошечными, вышитыми вдоль подола, кексиками, а на её голове красовалась маленькая, круглая шапочка, украшенная, как торт с розовой глазурью. К её чести, лишь одно, крошечное пятнышко выглядело так, будто она его куснула.
— Рампейдж, где...

— Не смотри на меня! — застенал донёсшийся из угла голос, что принадлежал прекрасной полосатой кобыле, на которой не было ни стали, ни колючей проволоки в хвосте. Ее спутанная, вьющаяся грива была приведена в порядок и подстрижена с несомненной помощью магии. Она была облачена в очаровательное белое шелковое платье. Оно было простым, изящным и не имело ни одной колючки или шипа. Вместо этого в районе корсажа платье было украшено нитками жемчуга и рубинами искусной огранки. Выточенный из слоновой кости гребень, инкрустированный огранённым в виде сердца огненно-красным рубином, мерцал в её алой гриве.
— Я не могу показаться на публике одетой вот так! Да я лучше пойду вообще без одежды, чем в таком виде!

— А... что не так? — изумленно пробормотала я.

— Что не так? Что не так?! Да ты только посмотри на это! — произнесла Рампейдж, указывая на свой наряд. — Да я ни за что в жизни не надела бы это, но она воспользовалась своей жульнической аликорновой магией, чтобы избавиться от того, в чём я собиралась пойти!

— Мне пришлось, с помощью телекинеза, поднять её в воздух, расстегнуть все ремни и помыть, как кобылку, используя щётку, и мыло, — сказала мне Лакуна, уголком рта, а затем обратилась непосредственно к Рампейдж: — Шипованная броня - это то, что ты носишь постоянно. А это мероприятие - торжественное.

— Ты выглядишь... изумительно! — сказала Глори, её крылья немного расправились.

— Я выгляжу размазнёй, — пробормотала Рампейдж, и обняв себя, порозовела. — В этом наряде, я чувствую себя голой.

— Совсем наоборот, — с явным одобрением, пробормотала Грейс.

— Ты превосходна. Я даже думать не думала, что Потрошитель будет бояться надеть какое-то там платье, — я положила копыто ей на плечо.

— Наглядный пример того, как же много ты обо мне не знаешь, — парировала Рэмпэйдж. — Я надеялась на черное, со всякими там шипами, колючками и черепами... — Она выглядела так, будто вот-вот заплачет.

Глори потеребила свой подбородок.
— Знаешь, я где-то слышала, что в некоторых культурах, белый - это цвет смерти. Так что, если для тебя это так важно, то ты у нас будешь девой смерти.

Я в недоумении взглянула на Глори. В ответ, она шлепнула меня под зад своим хвостом.
— О, точно! А красный...эм... похож на кровь!

— Серьёзно? Ты же сказала это не для того, чтобы меня утешить? — спросила она, протирая глаза.

— Конечно, — произнесла Грейс с серьезным видом — Если подумать, эти жемчужины символизируют эээ... черепа твоих поверженных врагов. А заколка как — вырванное из груди сердце.

Рампейдж вытаращилась на белую единорожку, и хмыкнула.
— Ну-ну. Если мой прикид символизирует все это, то его надо отдать Блекджек. Она ведь и правда съела мое сердце.
Да уж, этот комментарий несколько выбил мою кузину из колеи. Рампейдж, напротив, сменила гнев на милость.
— Ладно. Так и быть. Я надену этот дурацкий, расфуфыренный, кружевной пирог. — она посмотрела на дверь ванной. — Эй! Скотч! Ты готова?

— Это не расфуфыренный пирог! Это Рэрити, — с мягким упреком сказала Грейс.

— Как и моё! — пропищала Скотч вывалившись из ванной. Это определенно было... нечто, хотя вряд ли Рэрити когда-нибудь сотворила бы такое. Это был огненно-розовый боди весь покрытый сияющими неоном зелеными полосками. И это было бы ещё терпимо, но Скотч Тейп взяла на себя смелость... где она успела наложить копыта на этот ярко розовый макияж!? Им же были неровно подведены глаза. И в завершение она уложила гриву в виде шипов с помощью какого-то густого геля.
— Скажи, я офигенно выгляжу в костюме от Рэрити?

— Этот не от Рэрити, — деликатно ответила Грейс. — Он от Свити Белль.

— Это оно! Хочу надеть что-то вроде этого! Быстро! Кто-нибудь дезинтегрируйте меня! — сказала Рампейдж, нетерпеливо топая. — А есть такое же только черное?

— Извини. Это был единственный костюм жеребячьего размера, который был у Чарити. — ответила Лакуна. — И она настаивала на макияже.

— Что? Он же неплохо выглядит, да? — жалобно спросила Скотч.

Грейс, и глазом не моргнув, заявила:
— Безусловно. Безусловно, неплохо.
Затем она взглянула на нас и спросила:
— А как по-вашему? Неплохо?
Тон её голоса намекал, что, осмелься кто-нибудь из нас сказать нечто иное, его бы ждали невыразимо ужасные последствия, так что мы дружно закивали. Оливковая кобылка засветилась от счастья.

Пока мы с подругами шли по коридору к лестнице ведущей в бальный зал, я переводила взгляд с одной из них на другую. Скотч Тейп комментировала как платье Глори делает её по меньшей мере на одну пятую круче. Отставшая Рампейдж выглядела удивительно мило в своей беззащитности. Бу, казалось, чувствовала, что идет на праздник. Лакуна поймала мой взгляд, видения Гала давно минувших лет мерцали в её глазах, в то время как Богиня медленно разрушала остатки моей сопротивляемости. Амулет пустоты выкупил для меня в лучшем случае этот последний вечер.

Может быть я зря теряла оставшееся время, но Богиня заполнила мой разум таким количеством блоков и чисток, что я попросту бросила все попытки сражаться с ней. Я даже не была уверена, смогу ли произнести вслух слово "богиня" после всего что она сделала со мной. Так что нужно было позаботиться о том, чтобы мои друзья смогли справиться со всем когда меня не станет.

Это меньшее что я могла сделать после всего вреда который причинила им.

Мы подошли к лестнице ведущий в танцевальный зал. Принц Сплендид ждал внизу и Глори прерывисто вздохнула. Затем я заметила жеребца в смокинге непринужденно стоящего рядом с ним. Маленький, тощий, с безукоризненно уложенной гривой и невероятно милый. Спокойные голубые глаза смотрели прямо на меня, и на мгновение толпа будто отошла на задний план. Остались только он и я. Каждый мой шаг до самого конца лестницы, казалось длился вечность. Затем он подошел, обернул свое копыто вокруг моего, поднял его к своим губам и прижался ими к кончику. Затем он заглянул мне в глаза, его губы чуть изогнулись.
— Так что, все это часть плана? — спросил он как ни в чем не бывало.

— П-21? — переспросила я, немного ошеломленно глядя на него. Хойти Тойти стоял поблизости в столь же восхитительном темно-бордовом смокинге. Я задумалась где он мог достать столь качественные наряды, но полагаю, будь я гулем вроде него, моей страстью тоже были бы такие вот костюмы.

— Вау. Здорово выглядишь, папочка! — воскликнула Скотч Тейп и перепрыгнув последние несколько ступенек подбежала обнять его.

— Он неплохо почистился, — тепло улыбнулся Сплендид. Затем он перевёл взгляд на Глори и с той же теплотой произнёс:
— Монин Глори.
Пегаска покраснела пуще прежнего и неловко кивнула. Затем жеребец обратился ко мне:
— Ваше Величество. Разрешите ли вы мне сопровождать вас на Гала?

— Мне нужно минутку переговорить с Хойти, — ответила я и жеребец заметно скис.

— Ах, конечно.
Он взглянул на Глори, пытаясь вернуть на своё лицо прежнюю, тёплую улыбку, но пегаска, встав так, чтобы между нею и им была Лакуна, уже направилась в зал. Рампейдж просто окинула его убийственным взглядом и прошла мимо, в то время как Скотч Тейп пристроилась сбоку к П-21 и отправилась с ним. Наконец, взгляд Сплендида остановился на Бу, и та уставилась на него, бестолково моргая. В конце концов, он улыбнулся и подошёл к ней.
— Вы позволите?

Она поглядела на меня, а я взглянула на Грейс и едва заметно покачала головой.
— Быть может, ты проводишь внутрь нас обеих, брат? Прямо как когда мы были маленькими? — сказала Грейс, становясь по другую сторону от Сплендида.

Тот удивлённо моргнул, а затем, слегка улыбнувшись, кивнул.
— Очень хорошо. Вместе, так вместе.
И они последовали в бальный зал следом за Рампейдж.

Когда трое пони отошли, я повернулась к Тойти.
— Хорошо сыграно, — ухмыльнулся гуль. — Прошу, скажи, что ты это сделала намеренно.

— Сделала намеренно что? — непонимающе переспросила я. Гуль только вздохнул и покачал головой, будто я была кобылкой, не разбирающейся в правилах. — Что я должна делать на этом Гала? Когда я смогу сделать объявление? — спросила я, не дождавшись ответа.

— Я поговорил с нужными пони. Всех гостей обыскивают на наличие оружия. Я объявлю, что Гала начинается и ты скажешь пару слов. Тебе скоренько представят несколько пони и ты сможешь свободно пообщаться. Погуляй. Развлекись. Потанцуй, если есть такое желание. Может ты получишь ещё несколько подарков, все они, конечно, будут распакованы. Нет необходимости рисковать получить красиво завёрнутую бомбу. Через несколько часов я объявлю, что ты собираешься сделать заявление и ты обратишься к гостям. Затем получишь отставку. По утру ты отбудешь на Флёр, а мы останемся разгребать последствия, — сказал Хойти, беззаботно помахав копытом, будто говоря о повседневных мелочах.

— Звучит неплохо, — ответила я, мечтая попросить его добавить в план вечеринки «Отключение Контроля Богини». Серьёзно, я была бы рада просто рассказать всё всем пони! Я подошла к гулю.
— Проводишь меня внутрь?

— Ты хочешь войти туда со мной? — спросил он. На его невозмутимом лице на миг проступило выражение удивления.

— Конечно. Почему нет? — спросила я, улыбнувшись и непонимающе приподняв брови. Он пристально поглядел на меня поверх сдвинутых на нос очков. — А чего?

— Ничего. Просто это ещё одно интересное напоминание, почему Король Шикарность выбрал своей наследницей именно тебя, — улыбнулся он, направляясь В зал рядом со мной.

Эпикур, тёмно-зелёный жеребёнок, встал в дверях и кивнул нам обоим.
— Леди и Джентельпони! — громко провозгласил он, жестом останавливая музыку. — Приветствуйте Её Королевское Величество Общества Эквестрии, Королеву Блэкджек и её сопровождающего, сэра Хойти Тойти Кантерлотского!

Мы вступили в зал и на мгновение я была поражена сиянием светящих на меня огней и оглушительным шумом, который едва не заставил меня прыгнуть в ЗПС, чтобы определить цель. Затем я поняла, что никто в меня стрелять не собирается... нет... они топали копытами в апплодисментах, выкрикивали приветствия и скандировали моё имя. Я застыла на месте, желая развернуться и сбежать. Я ни за что не пойду туда, к сотням пони, кричащим и зовущим меня по имени! Пусть меня лучше пристрелят.

Хойти, словно ощутив охватившую меня панику, подцепил мою переднюю ногу своей и придержал меня.
— Просто улыбайся, взойди на трон и, когда доберёшься дотуда, помаши им, — сказал он, подталкивая меня вперёд и начиная двигать меня через зал. Оркестр... а точнее, странные диджеи-робопони из Флэнка... заиграли величественную мелодию двухвековой давности и я, уставившись прямо на трон пошла в дальний конец зала. Пока мы шли через толпу, мне казалось, что, до него дальше, чем до Луны и что я буду идти до него целую вечность. Вокруг меня была, должно быть, величайшая в мире коллекция довоенной одежды. Большинство из этих нарядов не были такими впечатляющими, как надетые на нас платья от Рэрити, но всё-же, их в некоторой степени можно было отнести к костюмам для приёмов.

Я приблизилась к помосту на противоположной стороне зала. Рядом с позолоченным троном на пурпурной подушечке лежала корона. Я заняла своё место и посмотрела на сотни глаз, глядящих на меня. Будь у меня сердце, оно бы наверное остановилось в сию же минуту. Глори села рядом со мной, а П-21 рядом с ней. Они смотрели на меня глазами, полными уверенности. По другую сторону трона встал Хойти.
— Благодарю вас за то, что вы пришли, — сказал он в зал. — Да начнётся Гранд Галопин Гала!

— Чего? — спросила я, моргнув, затем глянула на толпу. — А.
Я улыбнулась, и попыталась выдавить из себя слова, что он мне сказал. Чёрт побери! Ну почему этим занимается не Выходец из Стойла? Она могла бы просто продефилировать сюда, рулить ими всеми за счёт одной своей крутости.
— Эм... Спасибо, что пришли. Пусть вечеринка начинается!

Двое пони в робошлемах, которых я целую жизнь назад повстречала во Флэнке, встали за пульт и начали играть музыку, странное сочетание классической мелодии и современных ритмов.
— Теперь тебе нужно встретить почётных гостей, — сказал мне Хойти. — Пожмёшь им копыта, скажешь "добро пожаловать на Гала" и любезно примешь то, что они принесли тебе в подарок, — пробормотал он, затем оглянулся на моих друзей.
— Вы можете идти. Пообщайтесь. Потанцуйте, если хотите.

— Я останусь с Блэкджек, — сказала Глори, наклонившись и потёршись об меня носом. — Если оставить её одну, она вляпается в неприятности.

— Я хочу танцевать! — взвизгнула Скотч Тейп. — Папочка, потанцуй со мной! — П-21 взглянул на меня с самой странной улыбкой, какую я у него когда-либо видела. Просто счастливой. Вместе они направились туда, где пони Общества кружились парами в центре зала.

Рампейдж обернула хвост вокруг шеи Бу.
— Идём, Бу. Проверим их буфет. Если повезёт, может найдём с кем бухнуть.

— Я присмотрю за ними, — сказала Лакуна вслух.

— Лакуна, — окликнула я, прежде чем она двинулась прочь. Аликорн обернулась, вопросительно глядя на меня. — Постарайся повеселиться, — сказала я ей. На её лице отразилась неуверенность, но затем она чуть улыбнулась и кивнула.

— Блэкджек? — позвала Глори. В её голосе слышалось некоторое беспокойство. Когда я обернулась к ней, она склонила голову на бок, всматриваясь в меня.
— С тобой всё хорошо?

Нет. Не хорошо. Я хотела сказать ей. Я скривила губы, пытаясь выдавить из себя эти простые слова. Сказать ей, что происходит. Сказать, что со мной делает Богиня. Позволить ей помочь. Ощущение было такое, будто в мой мозг воткнули и проворачивают меч, но моё тело замерло без движения. Я не могла произнести ни слова. Если бы моё тело не было синтетическим, я бы уже рухнула на пол. Поборовшись так несколько секунд, я, в конце концов, оставила свою попытку рассказать.
— Я в порядке. В порядке. Просто нервничаю... — хорошо, что я могла сказать хотя бы это.

— Что ж... ладно. Просто... постарайся не обсуждать здесь секс с каждым встречным пони, хорошо? — попросила Глори с озабоченной улыбкой.

— Попробую, — усмехнулась я. То, что последовало за этим, можно было назвать упражнением на скуку. Эпикур объявлял гостей. Всех воротил Общества. Как сказал Хойти, «Паевых дольщиков», будто для меня это что-то значило. Когда они прибыли, Хойти дал мне несколько советов, что сказать. Сначала Сплендид, затем Грейс. Кэрротсы. Оранжи. Хорсшузы. Множество странных пони, которых не знала я, и которые не знали меня. Тем не менее, я получила новый дробовик, шесть коробок спецпатронов и какую-то боевую броню, которая на меня всё равно бы не налезла. Может Скотч до неё дорастёт.

— Принцесса Шарм, — возвестил Эпикур странно дрогнувшим голосом.

Я обернулась к объявленной кобылке... и едва не подавилась, пытаясь сдержаться. Её впечатляющая грива выглядела так, будто её постригали вентилятором. От её хвоста осталось лишь несколько пучков волос, торчащих там и сям. Её некогда девственно-белая шкурка была покрыта пятнами, по меньшей мере, десяти разных оттенков. На её роге было что-то накарябано чёрным маркером. Даже надетое ею роскошное платье не могло скрыть очевидной нелепости её вида.
— Так... так приятно, что ты смогла... заглянуть... — через силу выдавила я.

О, если бы взгляды могли убивать... Кобылка неприятно ухмыльнулась.
— О, я бы не смогла оставить вас без подарка, ваше величество, — сказала она, левитировав со своей спины сумку. Бросив её мне под ноги, она отошла к дальней стороне сцены. Я бросила взгляд на Хойти и развязала шнурок. Если удить по звуку, на гранату это похоже не было. Магией я подняла тонко звякнувшую сумку и заглянула внутрь.

— Что там, Блэкджек? — взволнованно спросила Глори.

Я не ответила. Я чувствовала только... усталость. Сунув в сумку копыто, я зачерпнула и достала пригоршню битых стекляшек. Изогнутых стекляшек. Точно повторяющих изгибы шаров памяти.
— Похоже, она узнала, что своим регентом я выберу не её, — пробормотала я, ссыпая осколки обратно в мешок.

— Хочешь, чтобы я выдворил её с Гала? — тихо спросил Хойти, от чего следующий пони, которого я встречала, занервничал.

— Может приказать устроить королевскую порку? — предложила Глори. Я вяло усмехнулась... возможно, не для неё...

— Нет. Я просто... нет, — вздохнула я. Учитывая то, как мне везёт, это было только начало. Я твёрдо настроилась на то, что сегодняшний вечер закончится какой-нибудь катастрофой, или нападением, или... ещё чем-нибудь таким. Богиня уверенно карабкалась вверх в этом моём списке. Но что я могла поделать? Сбежать? Устроить себе кровоизлияние в мозг, пытаясь выдавить из себя фразу «Богиня берёт меня под контроль!»? Глори нужно доставить домой. Если повезёт, в Тандерхеде её выслушают. А если нет, то П-21 и Рампейдж её поддержат.

Очередная четвёрка «почётных гостей» преподнесла мне бутылку Дикого Пегаса, несколько замечательных изумрудов, магический лучевой пистолет и несколько перезаряженных самоцветных картриджей. Пистолет и картриджи я тут же передала Глори. Та внимательно его осмотрела и усмехнулась.
— Ого. Идеально сохранившийся пистолет Шэдоуболтов! — она повернула пистолет боком и, склонив голову набок, прочла:
— Здесь есть гравировка. «Пыщ-Пыщ»? Кто додумался назвать пистолет пыщ-пыщ?

— С твоей удачей, Рейнбоу Дэш, — поддразнила я, но пегаска шутки не поддержала.

— Тьфу. Как же меня тошнит от Рейнбоу Дэш, — понурилась Глори. — Я устала от её лица и её дурацкой гривы, и её мужеподобного тела, и от того, что пони зовут меня Рэйнбоу Дэш. Я просто хочу снова стать Глори. Скучной, простой, будничной Глори. Эта шутка затянулась и это уже не смешно.

— Прости, — сказала я, слегка потёршись об неё носом. — Иногда я то же самое думаю обо всей моей жизни.

— Ты же не серьёзно, Блэкджек? — спросила Глори, пока моё внимание было приковано к какой-то пони, пытавшейся вручить мне коробку в яркой обёртке и охранники, наконец, выяснили её имя и сопроводили дальше. Я пожала плечами и она, вздохнув, закрыла лицо крылом. — Селестия, дай мне сил.
Затем её крылья и копыта схватили меня за плечи и развернули лицом к залу.
— Посмотри, где ты. Ты - Королева Общества. Никто над тобой не смеётся. Все пони в этой комнате так или иначе уважают тебя. Конечно, иногда ты можешь быть немного проблемной, но смешной? Никогда!

— Но ранения, и обломы, и... всё остальное, — слабо пробормотала я.

— Это жизнь, Блэкджек, — твёрдо сказала она. — Я доверилась Лайтхувсу и матери, Когда не должна была. Мои ошибки едва не погубили отца.
Она опустила голову.
— Я так убедила себя, что была недостаточно разумной, что часть меня была даже рада превращению в Рейнбоу Дэш. Тому, что я стану для тебя полезнее, если буду кем-то более сильным и напористым.

— Так зачем же была вся эта возня с отрезанием гривы и прочим? — спросила я, улыбнувшись в недоумении.

— Потому, что я всё равно была идиоткой, — ответила она, закатив глаза и грустно улыбнувшись. — Ты не единственная пони, кто может лицемерить, Блэкджек. Да, я не хотела этого, но всё равно делала. Пусть немного. Хотя бы ради полётов. Оказаться прикованной к земле было ужасно... так что часть меня была рада превращению в неё. Может потому шутка и сделала это со мной, — вздохнула пегаска и покачала головой.
— Я никогда не заслуживала всего того, что было у Монин Глори. Может для меня просто пришло время принять себя как Рейнбоу Дэш.

— Эй, — я развернулась к ней лицом, заглядывая в глаза, — У тебя есть то, чего у Рейнбоу Дэш никогда не было. У тебя есть отец, чью жизнь ты спасла. Есть сёстры. Есть мать, пусть и чокнутая. Ты в десять раз умнее Рэйнбоу Дэш и в сто раз лучшая пони, чем я. Когда-нибудь это проклятие... заклинание... эта штука закончится и ты будешь смеяться последней.
Она чуть улыбнулась и на мгновение я снова ясно увидела мою сиреневогривую кобылу.

Хойти деликатно покашлял и я, поспешно оглянувшись, заметила, что около сотни пони следят за нашей нежной беседой. Кто-то выглядел возмущённым, других это, похоже, веселило, а остальные просто глазели с отстранённым интересом, словно зрители на стадионе. Я покраснела от кончиков ушей до самых аугментаций и помахала металлическим копытом.
— Привет. Я думаю, с подарками пора заканчивать. Можете просто отправить их в мою комнату, или куда-нибудь туда. Начнём гулянку!

По залу прокатилась волна смешков и я сбежала вниз со сцены. Мои друзья тоже смешались с толпой. По началу пони Общества потянулись ко мне, но что-то во мне, похоже, заставляло их сохранять некоторую дистанцию. Может это из-за светящихся смертью красных глаз? К Грейс, Сплендиду и Шарм они тянулись гораздо охотнее, чем ко мне. Я была здесь временно и все пони знали, что я собираюсь уйти. Это заставляло их смотреть на меня скорее как на нечто любопытное, нежели как на угрозу... конечно, для некоторых из них этого было не достаточно, чтобы оставить попытки убить меня, но всё же.

Из угла зала за ситуацией зорко следил Пейн Трейн. Я знала, что он за считанные секунды может пересечь всё помещение. Конечно, ему придётся расшвырять пони по сторонам, но это не помешает ему защитить своего подопечного. У Хойти была своя собственная аудиенция, где он заверял всех пони Общества, что у меня нет планов задерживаться здесь. Это заставило всех пони затаить дыхание в предвкушении, кого же я выберу. Уже было ясно, что Шарм не в фаворитах, возле неё толпилось меньше десятка пони. На похоронах Короля, их вокруг неё было раз в пять больше.

— Ну, что ж. От пони из стойла до Королевы Хуффа, — произнесла кобыла из толпы и я, обернувшись, оказалась перед Крышечкой. Управляющая Мегамарта взглянула на моё платье и снова на меня, оценивая мою очевидную удачу.
— Я всегда знала, что ты далеко пойдёшь. Всерьёз я этого не ожидала, но тем не менее.

— Что тебя сюда привело? — усмехнулась я.

— Сплендид решил, что я достойна приглашения, — ответила Крышечка. — Если серьёзно, я думаю, он просто пытается наладить линию поставки в Медицинский Центр Флаттершай, но его крышечки не хуже других. Сейчас, с нашими проблемами с зебрами, они совсем не будут лишними.

— Проблемы с зебрами? На северо-западе? Оставшиеся же проворачивают свои дела совсем в противоположной стороне, — нахмурилась я.

— Я понятия не имею, откуда они взялись, но они пугают караванщиков. Они не угрожают. Не скрываются. Они просто стоят лагерями между Мэйнхеттеном и Хуффингтоном. Но они вооружены в двадцать раз хуже любого рейдера и они наблюдают. Конечно, это положительно сказалось на продажах оружия, но все пони знают, что рано или поздно зебры что-то сделают, — ответила Крышечка.

— Тебе стоит подумать об укреплении Мегамарта, — заметила я с беспокойством. — Между Оставшимися и Предвестниками скоро что-то произойдёт. Может перенацелить Пушку так, чтобы она стреляла вдаль, а не вниз. Скоро у тебя могут возникнуть проблемы посерьёзнее, чем с магазинными воришками.
Мои слова встревожили её, поэтому я добавила:
— Жаль, что у меня сейчас совсем нет времени, чтобы разобраться ещё и с Парадайзом.

— А, это? О нём уже позаботились, — тепло улыбнулась жёлтая кобыла.

— Позаботились? Как? Кто? — у меня по гриве пробежал холодок. Если мои ощущения не врали, никто в Хуффе не мог ничего нормально исправить без моего вмешательства! Я тут же предположила худший сценарий...

— Хранитель нашёл четверых весьма способных пони и они помогли выбить силы Красного Глаза. Это было не так уж сложно, так как большинство его войск уже были переброшены в Вечнодикий Лес. Оставалось всего лишь вышвырнуть всякую шваль, — ответила Крышечка, передёрнув плечами в отвращении. — Из них двое гули, а одна зебра, но им это оказалось вполне по силам. Они сказали, что собирают средства на путешествие по всем местам до самого Хребта Разбитого Копыта.

— Ксанти? Снейлс? Кэррион? Сильвер Спун? — спросила я с дурацкой ухмылкой?

— Они, — кивнула Крышечка, затем усмехнулась. — Кстати, Хранитель прилично расстроился, что этим делом занялась не ты.

— Да уж, хоть эта метка и исчезла с моего радара, все остальные остались на месте, — пробормотала я. Всякие мелочи вроде Предвестников и Богини серьёзно отвлекали от решения таких маленьких второстепенных вопросов.

— О, он расстроился совсем не из-за этого! Хранитель надеялся, что ты сделаешь это бесплатно, или по крайней мере, ему не придётся платить тебе столько, сколько он заплатил той четвёрке. Они-то умеют торговаться по-настоящему, — сказала она и уважительно улыбнулась.
— Не обижайся, Блэкджек, но ты слишком часто делаешь что-то, не прося за это соответствующего вознаграждения.

— Мне казалось, это называется «благотворительность», прямо как наша Чарити, — заметила Глори, холодно взглянув на Крышечку.

— Чарити? Где? — в ужасе заозиралась я, чувствуя, как ко мне подкрадывается чувство неизбежной нищеты, но затем заставила себя успокоиться...

— Прямо здесь, — рявкнула кобылка, выныривая у меня из под бока. Я чуть не скаканула прочь, но она пригвоздила меня своим свирепым взглядом.
— Только посмей порвать этот наряд, Блэкджек! Одна слезинка. Одно пятнышко. Одна пылинка и я сожру тебя с потрохами. Поняла?

— Что ты здесь делаешь? — ахнула я. Кобылка была наряжена в светло-розовое платье, украшенное на груди большим тёмно-фиолетовыми цветком. Края платья были украшены такими же цветами, только маленькими. Лоб её украшал венок из лавандовых и белых соцветий.

Чарити закатила глаза к небу.
— Как ты думаешь, где половина этих пони взяла свои наряды? В Мегамарте?
Пара жёлтых кобыл обменялись холодными взглядами, на их лицах играли лёгкие улыбки.
— Шесть, — заявила наконец Чарити с самодовольным тоном.

Крышечка улыбнулась с некоторым превосходством и ответила:
— Семь.

Это немного осадило Чарити, но затем она взглянула на меня и заявила:
— Если считать, сколько мне должна Блэкджек, ясно, что семь должно быть у меня!

Глори переводила взгляд с одной кобылы на другу, а Крышечка возразила:
— Должники и отсроченные кредиты не считаются. Не огорчайся. В прошлом году у тебя было четыре.

— Да уж. С усадьбой и собранным нами хабаром, в следующем году я должна дойти до семи. Может даже восемь, — сказала она, со свистом взмахнув хвостом и с вызовом глянув на Крышечку.

— Только не соверши ту же ошибку, как Ростовщица. Она тоже поднималась до семи. Теперь на тройке. Одна Селестия знает, где сейчас Каприз.

От этих слов Чарити немного погрустнела.
— Каприз на нуле, — сказала она. Крышечка посмотрела на неё удивлённо. — Она умерла в битве при усадьбе. Я хотела раньше тебе сказать.

— Проклятье, — расстроилась Крышечка.

— Эти числа, это...? — непонимающе спросила я.

— Индекс личного богатства. Объём всех ликвидных активов, объектов и имущества пони. Я оцениваюсь по Мегамарту, Чарити по её... почтовому отделению и хранилищу и так далее. Иначе мы едва ли перевалили бы за четвёрку.
Чарити со вздохом кивнула.

— Прошу прощения, а вы двое что, родственники? — спросила Глори, переводя взгляд с одной кобылы на другую.

Чарити прищурилась, будто прицениваясь, сколько можно стребовать с пегаски за глупый вопрос. Крышечка лишь грустно улыбнулась.
— Возможно. Отец не отслеживал, когда и с кем.

Чарити фыркнула.
— Похоже, это единственное, что он делал бесплатно, и то не всегда.
Глори с пылающими щеками взглянула через зал в сторону Сплендида.

Крышечка, тем временем, продолжала:
— Ростовщицу, Каприз и меня он признал как своих дочерей. Чарити...

— В помощи Хранителя не нуждаемся, спасибо. Крестоносцы и сами могут за себя постоять. От взрослых всегда одни неприятности. В кого ни плюнь, — заявила Чарити, указав на меня.

Крышечка вздохнула и покачала головой.
— Когда-нибудь ты поймёшь, что есть ценности и помимо денег, сказала кобыла, благодарно улыбнувшись.
— Блэкджек, — приветливо кивнула она мне и удалилась.

Чарити быстро огляделась по сторонам, а затем поманила меня ближе. Я замешкалась и она снова поманила меня, ещё резче. Наконец, наши лица оказались рядом и она заглянула мне в глаза, ткнув в грудь копытом.
— Одно пятнышко... одна слезинка... И ты моя. Усекла? — я в шоке заморгала и кобылка ухмыльнулась.
— И спасибо.
Отвернувшись, Чарити скрылась в толпе, а я выпрямилась, затравленно озираясь в поисках любых жидкостей, которые могут расплескаться.

Пока я говорила с Чарити, Глори куда-то скрылась, но я заметила ещё кое-кого, кого давненько не видела. Зелёный единорог, Сагитариус из Зодиаков, что-то увлечённо обсуждал с Вайндклапом, гулем-мэром из Митлокера.
— Я не знаю, зачем им это. В этом-то и проблема. У них нет никаких причин, чтобы... — пегас-гуль заметил моё приближение и прервался.
— Блэкджек! Рад тебя видеть. Подумать только, всего лишь на прошлой неделе ты ушла от нас и вот, ты уже во главе Общества, — широко улыбнулся он мне. — Я... надеюсь в ближайшее время ты не планируешь заделаться президентом.

— Политика - это точно не моё. Слишком много заморочек и слишком мало возможностей, чтобы их просто перестрелять, — ответила я. — Как дела в Митлокере?

— Прекрасно! Чудесно! По большей части... — он чуть притих, затем вздохнул и его облезлые уши поникли. — Сказать по правде, я беспокоюсь. Хотя Хайтауэр и разрушен, эта... жижа, о которой ты говорила, всё ещё присутствует в туннелях и коллекторах. Ещё и эти... «слизепони» тоже вылезают из кратера и нам приходится вести постоянные дежурства, чтобы не подпускать их близко. К счастью, они, похоже, совсем безмозглые, но это всего лишь вопрос времени, прежде чем они проберутся внутрь.

— Мне очень жаль. Я могу чем-нибудь помочь? — спросила я с некоторым беспокойством.

— Тебе своих проблем мало? — спросил Сагитариус, покручивая свою тёмно-зелёную бородку.

— Вообще-то об этом я и говорил с Сагитариусом. Мы надеемся нанять несколько профессионалов, чтобы они избавили нас от жижи. Если у нас не получится, нам, возможно, придётся эвакуироваться из госпиталя и перебраться в Рокет Таун в Космоцентре Луны. К сожалению, у нас возникли кое-какие разногласия с живущими там гулями, — сказал Вайндклап, уныло скривив губы. — Они считают, что могут использовать имеющиеся там ракеты, чтобы улететь в землю обетованную. Безумие, конечно, но они всё же часть моего народа. Я, конечно, лучше бы остался в старом-добром Митлокере.

Я понимающе кивнула и обернулась к Сагитариусу.
— Всё же я рада, что тебя встретила. Передай Триаж, что на Роузлак Агрифарм такие поля ХМА, что я едва не умерла. Я устранила несколько охранных роботов и турелей, но я не вижу способа, как можно снова запустить этот объект, если только вы не пошлёте туда роботов, чтобы те вынесли весь мусор до последнего кусочка.

Жеребец задумчиво кивнул.
— Думаю, Вирго с этим разберётся. Благодарю. Передам при первой же возможности.

— Как там Пайсес и Капри? — спросила я с усмешкой.

— Неплохо. Думаю, они по тебе скучают. Тебе стоит как-нибудь их навестить. Мы заменили Тауруса и Джемини, а Лео ушёл в отставку. Он так и не оправился до конца после драки с Рампейдж, — сказал он и нахмурился. — Меня немного беспокоит новая Джемини. Я не склонен доверять пони с тяжёлым расстройством личности, но от неё немало пользы. Новый Лео - грифон. Раньше звался Тайгерхоук. Уж этот-то определённо способен потягаться с Рампейдж. Товый Таурус из Эппланты. Из следопытов. Не слишком разговорчивый, но своё дело знает твёрдо.

— Работы хватает? — спросила я с застенчивой улыбкой. Мой взгляд блуждал по его изумрудной фигуре, его зелёной бородке и неуклонно приближался к его... он кашлянул и я поспешно перевела взгляд на его лицо. Видя, как иронично изогнулись его брови, я усмехнулась:
— Да! Работа! Так как дела с работой?

— Вокруг Хуффа не так, чтобы очень, но вот на остальной Пустоши, о да. Там нет недостатка в пони с крышечками, которые хотят чьей-нибудь смерти. Тем не менее, половина из нас всегда присутствует в Коллегии. Ситуация становится всё более напряжённой и Триаж не хочет, чтобы всё вышло из под контроля.
Он помолчал, затем добавил:
— Профессор вернулась. Ну, или хотя бы её мозг. Его установили в парящего робота и она вернулась к работе в обсерватории.

— Серьёзно?
Если бы мне не грозило завтра стать марионеткой Богини, я бы к ней заглянула. Наверное. Когда-нибудь! Ух, столько всего нужно сделать! Но всё же я поставила мысленную галочку навестить Профессора. У меня были к ней вопросы по поводу кибернетики Койотлов.
— Надо бы мне заглянуть к ней, — сказала я.

— Я думаю, она будет рада. Похоже, она хорошо относится к твоим путешествиям, хоть она и мозг в банке, — ответил Сагитариус. Уверена, так и есть, решила я про себя. В конце концов, она дала мне глаза и уши.

Я взглянула на Вайндклапа и, чуть понизив голос, спросила:
— Как дела у Бон?

Его вежливая улыбка исчезла и он немного неловко поморщился.
— Она... ну... что сказать? Я не эксперт по живым пони. Приспосабливается? Смиряется, я полагаю. Она работает на рынке, сортирует вещи. Не... ну... кхм... — коричневый гуль виновато пожал плечами, затем неловко оглянулся и, заметив накрытый стол, воскликнул:
— Ооо! Я проголодался! Пойду, наверное, подкреплюсь! Прошу прощения! — и, больше не говоря ни слова, он поспешил уйти от неприятного разговора.

Я вздохнула и взглянула на Сагитариуса.
— Можешь сделать мне одолжение? Попроси Триаж устроить для кобылки курс полного медицинского восстановления, или как она там его называет? Пусть засунет её в ту лечащую штуку, или ещё что-нибудь. Я тяжело ранила её, когда была не в себе и я хотела бы, по возможности, поставить её на ноги. — Мне было стыдно, что я не сделала этого раньше, но тогда я была довольно занята.
— Скажи ей, пусть выставит счёт регенту Общества.
Им это по карману.

— А я напомню ей, чтоб не слишком зажимала ресурсы, — усмехнулся он и кивнул мне. — Береги себя, Блэкджек.

Когда Сагитариус ушёл, я позволила себе слегка улыбнуться. Всё складывалось довольно неплохо! У меня по гриве пробежали мурашки и я огляделась. Бомба? Киллер? Должно случиться что-то ужасно пло...

Я почувствовала, что кто-то подошёл ко мне сзади. А-ха! Я развернулась, готовая разнес... Меня схватили как нашкодившую кобылку, подбросили в воздух, закружили и огромный жеребец воскликнул:
— Славный день, Ваше Величество!
Он удерживал меня одним могучим копытом, словно киберпонячью куклу, а другое воздел к небесам.
— Никогда я, Паладин Шугар Эппл Бомбс Стронгхуф, не мог представить, что такая маленькая и хлипкая молодая кобыла дорастёт до таких славных высот! — он прижал копыто ко лбу под своим миниатюрным рогом.
— Это поистине вдохновляет всех нас!
Луна свидетельница, вокруг нас замерцали искры.

К нам торопливо подбежала кобыла.
— Паладин Стронгхуф! Не ты ли обещал не... делать так?! — она говорила с лёгким Троттингеймским акцентом, шкурка её была тёплого оранжевого цвета, коричневатая грива и хвост, а на кьютимарке было изображено что-то вроде печенюшки с маслом наверху.

Меня опустили на пол и он навис над ней.
— Рыцарь Крампетс, давно известно, что дружба это магия, а магия это сила, а сила, это способность делать в этом мире добро! Ты не веришь в силу моей дружбы? Не веришь? — задрожав, он согнул свои мускулистые передние ноги и напряг тело.
— Ощути мощь моей дружбы! Ощути! — потребовал он, топорща усы.

Крампетс отшатнулась и прикрыла копытом пылающее от стыда лицо.
— О, ради всех пони... — затем она строго взглянула на Стронгхуфа, развернулась и врезала копытами ему по макушке.
— Хватит пыжиться!
У Глори отвисла челюсть при виде того, как маленькая кобыла лупит огромного мускулистого жеребца.

Она была едва ли не вдвое меньше го, но к счастью она, похоже, смогла прервать заклинание. По крайней мере Стронгхуф сел, прикрыв голову копытом и сверкающие искры пропали.
— Ох, очень прошу прощения, — смущённо сказал он.

Крампетс вздохнула и, покачав головой, улыбнулась мне и Глори.
— Рада снова вас видеть, Ваше Величество.
Наряд Крампетс был здесь одним из самых скромных: всего лишь жёлтый сарафан и соответствующая шляпка.

— Взаимно, — отозвалась я со счастливой улыбкой. — Вас обоих пригласили? — спросила я. Я не думала, что Стальные Рейнджеры Троттингейма существовали достаточно долго, чтобы уже быть известными Обществу.
— Я не ожидала вас здесь увидеть.

— Если честно, нет. Мы прибыли совсем по другому делу, но раз уж мы здесь оказались, принцесса Грейс была так щедра, что позволила нам принять участие, — она сделала паузу и строго посмотрела на Стронгхуфа. — При условии, что мы будем вести себя пристойно.

— Манеры и этикеты передаются в семье Стронгхуфов из поколения в поколение, рыцарь Крампетс. Узрите мою цивилизованное и чинное поведение, — величество провозгласил он, преклонил передо мной колени и взял моё копыто в свои.
— Королева Блэкджек, для меня большая честь и привилегия встретиться с вами снова. — С этими словами он поцеловал моё копыто.

Крампетс подвигала бровями.
— Уже лучше, только не начни снова искрить или трясти мускулами. И отпусти уже её копыто! — Глори хихикнула и спрятала улыбку за крылом.

Когда моё копыто наконец освободилось, я улыбнулась.
— Так что же вас привело сюда? — это было легче, чем расспрашивать о Стойле Девять Девять. Однако они, похоже, поняли мой вопрос.

Крампетс прочистила горло.
— Ну, позволь во-первых сказать, что твоё стойло, это чудо. Даже если некоторые системы выглядят немного мерзко, всё равно, это шедевр устойчивости. А я ещё думала, что сады Стойла Два были впечатляющими. Думаю, Стойло Девяносто Девять можно было поставить где угодно, и оно было бы жизнеспособным, — взволнованно сказала Крампетс. — Но боюсь, если мы не получим из Троттингейма существенного подкрепления, мы не сможем там остаться. Для такого объекта нужно действительно значительное население. Если бы не помощь выживших, мы...

— Выжившие?! — ахнула я, хватая её за плечи. — Кто? Как? Где?

— Эй, не вцепляйся в пони, Блэкджек! — пришла ей на помощь Глори.

— Тринадцать! — ответила Крампетс, когда я её отпустила. — В зоне обслуживания реактора. Они заперлись на самых нижних уровнях стойла, когда... началась первая атака... и не выходили оттуда. Похоже, они не верили, что всё закончилось, поэтому какая-то пони по имени Риветс сказала им, что они могут сидеть там, пока им не надоест и они сами не захотят выйти.

— Она ни слова мне не сказала! — воскликнула я, тяжело опускаясь на пол. — Я... я думала Скотч Тейп была единственной незаражённой пони! Я... — я почувствовала, как ко мне подкрадывается ужасное озарение. — Они... они знают, как именно стойло было отравлено газом?

Двое пони переглянулись, улыбки исчезли с их ли и я получила ответ на свой вопрос. Стронгхуф положил копыто мне на плечо.
— Мне очень жаль. Когда делаешь то, что правильно, приходится делать тяжёлый выбор. Но это не значит, что другие смогут понять или простить тех, кто этот выбор сделал.

Значит, они знали, что я сделала. Конечно, я и не планировала когда-нибудь вернуться туда, но всё же...

— Среди наших аколитов есть специалист по медицине. В основном ему приходится выявлять опасность биологического заражения в тех руинах, которые мы изучаем. Он нашёл доказательства присутствия твоей инфекции более чем в двадцати убитых пони, — с уважением сказала Крампетс. — Это была мгновенная вспышка заражения. Если бы ты не сделала то, что сделала, я думаю, сейчас была бы заражена уже половина Хуффа. В нескольких закрытых помещениях мы нашли других заражённых «выживших» и, посмотрев на то, что они с собой сделали... я бы никому такого не пожелала.

— И твоё предупреждение по сути нас спасло, — добавил Стронгхуф. — Если бы мы не проявили осторожность, мы могли бы использовать ту же самую заражённую пищу. Нашлись и некоторые, — он в раздражении встопорщил усы, — некоторые Рейнджеры, которые относились к погибшим с меньшим уважением, что едва не привело нас к повторению предыдущей ошибки. Их поведение было исправлено.
Хорошо.

— Мы очистили всю систему переработки и захоронили тела за пределами стойла. Это была тяжёлая и грязная работы. Большая часть времени у нас ушла на очистку, вот где пригодилась бы помощь. Мы послали запрос в Троттингейм, но из-за гражданской войны среди Стальных Рейнджеров надежды на подкрепление сейчас немного.
Она торопливо огляделась и, понизив голос, добавила:
— Официально, мы пришли сюда за биомассой... обрезками растений и всё такое... чтобы залить её в систему вторичной переработки. Но кроме этого, мы пытаемся вернуть к нам любых Рейнжеров, что не присоединились к Стил Рейну.

— А вы можете набирать рекрутов извне? Я могу познакомить тебя с Крышечкой, — предложила я, указав копытом в её сторону.

— Если бы всё было так просто, — вздохнул Стронгхуф.

Крампетс кивнула, соглашаясь.
— Спасибо, но чтобы вступить в наши ряды, простого желания мало. Нам нужны верные последователи, а таких найти довольно сложно. Нам нужны пони, привыкшие к жизни под землёй и к стеснённому жизненному пространству, и при этом готовые следовать порядкам, установленным в стойлах и у Стальных Рейнджерах. У нас всего около тридцати Рейндежов, двадцать аколитов и тринадцать выживших, пытающихся перезапустить стойло, рассчитанное на пять сотен обитателей. Чтобы охватить все важные системы, нам нужно, по крайней мере, две сотни пони с технической подготовкой.

— Что вы планируете делать, если не сможете запустить Девяносто Девятое?

— Мы отключим всё, что сможем, заблокируем дверь, вернёмся в Тротингем и попытаемся набрать достаточно пони, чтобы вернуться и восстановить его, — решительно заявил Стронгхуф. — Мы не собираемся отдавать его мусорщикам. Мы не бросим выживших в переработчик отходов и не оставим их умирать одних в заглохшем стойле.

— Благодарю. Надеюсь, вы найдёте то, что ищете, — сказала я и чуть нахмурилась, вспоминая, что говорила Крышечка. — А вокруг стойла много зебр?

Вопрос, похоже, застал её врасплох и она кивнула.
— Да. Хотя они не выглядят враждебными. Они держатся на расстоянии и мы благодарны за это.

Так что же эти зебры там делают? Я знала, что они действовали на юго-востоке, но моё стойло было на дальней окраине Хуффа. Как они добрались туда так, что никто их не видел? Что они делают?
— Ладно, я поручу Хойти найти для тебя побольше отходов зелени. Сомневаюсь, что он будет возражать против того, чтобы избавиться от мусора.

А Стронгхуф нас не слушал. Он смотрел через зал и в его глазах плясали маленькие звёздочки. Как заворожённый, он двинулся от нас к стоящей у бара Лакуне. Крампетс, Глори и я посмотрели ему вслед с некоторым беспокойством, хотя по-правде сказать, я сомневалась, что от искрящегося взгляда могут быть неприятности. Выражение лица Лакуны с недоуменного, быстро сменилось встревоженным, когда Стронгхуф преклонил перед ней колени.

— Дражайшая Леди, — произнёс он, взяв её копыто в свои. — Такой образец очарования, каким являетесь вы, не должен оставаться в одиночестве в такой вечер. Прошу, позвольте мне, Шугар Эппл Бомб Стронгхуфу, сопровождать вас на этом приёме. Такой красоте и грации как у вас, не подобает прятаться у стенки.

Лакуна в лёгкой панике беззвучно пошевелила губами, затем взглянула на меня. Я махнула копытом, и попыталась послать ей мысленную поддержку, но ментальный блок всё ещё держался. Лакуна перевела взгляд на коленопреклоненного жеребца. Несмотря на её аликорньи габариты, они были почти одинакового роста.
— Д... доблестный сэр. Я, право, не достойна вашей похвалы. Уверена, что здесь есть те, кто больше заслуживает вашего благородного внимания.

— Прекрасная леди! Вы чересчур строги к себе! Если вы не достойны внимания, то Эквестрия, поистине, потеряна навсегда. Молю вас, позвольте мне составить вам компанию и я буду считать себя жеребцом, удостоенным величайшей чести в истории, — взмолился Стронгхуф, не отводя от неё взгляда. Клянусь, казалось прожектор светит лишь на них двоих.

Лакуна огляделась вокруг, будто надеясь, что кто-нибудь возразит. Я подумала было, что она сейчас телепортируется прочь. Пусть только попробует и я притащу её сюда волоком!
— Так не должно быть. Ваш орден заклятый враг моего вида. То, что вы выказываете ко мне такую доброту, может плохо отразиться на вас.

— Пусть так! — презрительно воскликнул он. — Вражда между вашими сёстрами и нашими рыцарями здесь не имеет значения. Только не здесь. Я много слышал о вас, леди Лакуна, и я знаю, как вы отличаетесь от других аликорнов. Вы являете собой невиданную доселе степень доброты и добропорядочности. За это, я никогда не подумаю о вас дурно, что бы ни говорили об этом другие!
Он поцеловал её копыто и фиолетовые крылья покрасневшей лакуны чуть затрепетали.
— Прошу вас, дорогая леди. Окажите мне эту честь и я буду навечно удовлетворён.

Лакуна беспомощно взглянула на Крампетс, Глори и меня. Оранжевая земнопони помахала копытом:
— О, на меня не смотри, я, в любом случае, предпочитаю исключительно кобыл.
Я и Глори одновременно оглянулись на неё, одинаково удивлённо изогнув брови.
— Чего? — буркнула Крампетс, чуть зардевшись.

Наконец, величественный аликорн вздохнула и улыбнулась ему, склонив голову и широко расправив фиолетовые крылья.
— Достопочтенный сэр, я согласна.
Он встал рядом с ней и бок о бок, они направились на танцпол.

Я сдерживалась как могла, но всё же хихикнула и запрыгала на месте с совершенно не королевским видом.
— Да, да, да, да!
О, ну разве может быть что-то более прекрасное?! Тут я нахмурилась и оглядела бальный зал. Что-то должно было пойти не так. Точно! Знать бы, что...

— Ты же Монин Глори, да? — обратилась Крампетс к пегаске и та, озорно глянув на меня, кивнула оранжевой кобыле. — Мне бы хотелось обсудить с тобой кое-что. В спальне Блэкджек мы нашли кое-какие заметки о вирусе и я надеялась, что ты можешь дать несколько советов о том, как нам очистить систему повторной переработки.

Глори нахмурилась, переводя взгляд с Крампетс на меня.
— Я... эм... я не уверена, что сейчас подходящее время...

— О, да брось ты. Это звучит как что-то, что Рейнбоу Дэш не по плечу, — сказала я, тепло улыбнувшись. Глори поколебалась, но затем улыбнулась в ответ. Я не удержалась, усмехнулась и добавила, понизив голос:
— И ты слышала, что она сказала.
Пегаска скептически взглянула на меня, но тоже не удержалась и ухмыльнулась.

— Похоже, у тебя какая-то персональная вендетта против моногамии, да? — заметила Глори.

— Любовь должна быть свободной! — провозгласила я, широко разведя копыта.

— Ты невозможна, — улыбнулась пегаска, покачав головой и повернулась к Крампетс. — Думаю, мы можем немного поговорить об этом. Только давай сперва раздобудем что-нибудь выпить.

Когда пара удалилась, обсуждая тонкости процедуры дезактивации, я широко улыбнулась, но вскоре снова вернулась к прежней задумчивости, ожидая, когда-же произойдёт что-нибудь ужасное.

* * *

Полчаса спустя, я была абсолютно уверена, что всё идёт слишком гладко. Отставшая Богиня. Лакуна. Глори, увлечённая заумными беседами! Что-то обязательно пойдёт наперекосяк. Так обычно и бывает. Моя паранойя достигла такого уровня, что я подняла скатерть и заглянула под стол, ожидая найти там бомбу или что-нибудь в этом роде! Влетающую через крышу Аврору. Вторжение зебр.

Ничего. Я стянула с подноса бутерброд, чтобы проверить его на наличие яда... или просроченного майонеза.
— Блэкджек, что ты делаешь? — спросила подошедшая сзади Рампейдж и застукавшая меня за тем, как я неистово пережёвываю превосходные ромашковые сандвичи. Даже еда здесь была отличной!

— Просто интересуюсь, когда эта вечеринка должна взлететь на воздух, — ответила я, поворачиваясь к ней и оказываясь лицом к лицу с ещё пятью пони весьма бандитского вида. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить их имена, но я бы ни с кем не спутала огромного угольно-чёрного жеребца. Выглядящий так, будто он вырезан из цельного куска оникса, Потрошитель Брут встретил мой взгляд спокойно и уверенно. Блюбелль, кобыла из Горцев, стояла рядом с Кэндлвиком и лавандовой единорожкой Даззлер. Единственным, кого я не знала, был бирюзового цвета пегас с клеймом дашита и кулоном, обозначающим его принадлежность к Халфхартс. Все они были одеты по-походному и на них поглядывали со смесью отвращения и восхищения, будто на "первобытных".

— Вы... я... каким ветром вас сюда занесло? — изумлённо спросила я.

— Я весь вечер задаю себе тот же вопрос, — вздохнула Рампейдж.

Даззлер улыбнулась мне:
— Я думаю, Общество ожидает от нас, что мы вернёмся домой и расскажем, какие они тут офигенные. Я бы сюда и не сунулась, если бы они не задобрили меня крышечками и боеприпасами, — усмехнулась кобыла.
— Для Потрошителя ты неплохо приоделась, Блэкджек, но, похоже, с тебя берут пример, — оскалилась она и покосилась на Рампейдж, от чего та закатила глаза.

— Я б поглядела, как ты в этом будешь драться, — ухмыльнулась Блюбелль.

— Большой Папочка всегда старается, чтобы кто-нибудь из нас присутствовал на Гала. В основном, чтобы быть в курсе новостей о Короле Шикарность, — пояснил Брут своим низким, спокойным голосом. — В основном мы весь вечер скучаем. Потом, когда нам совсем надоедает, мы крушим мебель и смываемся. Это уже традиция.

— Вот только давай сегодня без этого, — отрезала Рампейдж. — Это вечеринка Блэкджек.

— Серьёзно? — удивился Брут, посмотрев на меня сверху вниз. Я попыталась ответить ему тем же взглядом, но он лишь покачал головой.
— Твой статус королевы Общества такая же фикция, как и твоё имя в десятке лучших Потрошителей. Все хотят урвать от тебя кусочек, Охранница. Но ты не принадлежишь никому из нас.

— Глубокая мысль, Брут. Глубокая, — протянул Кэндлвик, закатив глаза.

Я явно была бы не прочь попринадлежать одному мощному чёрному пони. По крайней мере, на ночь. Поглядеть бы, как он может продемонстрировать свою мощь киберкобыле, которая согласилась бы его принять. Я поймала себя на том, что под его взглядом начинаю немного ёрзать бёдрами и чуть резче дёргать хвостом.

Тут хороший подзатыльник едва не впечатал меня в пол лицом.
— Остынь, Блэкджек. Оставь этот вид борьбы до времени, когда вернёшься на Стадион, — кисло сказала Рампейдж.

— Чего?! — воскликнула я, защищаясь. — Я просто на него смотрю! — <i>И раздеваю его. И себя. И подбираюсь поближе... и...</i> Рампейдж начала примериваться для нового подзатыльника и я с большим трудом задвинула эти мысли подальше.

То, что мои знакомые пони принимали участие в Гала, казалось чертовским совпадением, но, учитывая всё, что сегодня происходило, я просто смирилась с этим. Я повернулась к пегасу.
— Мы не встречались.

— Сторм Фронт, — коротко представился он. У него было присущее летунам аппетитное телосложение, но по его голубым глазам было видно, что я его ничуть не интересую. — Приятно познакомиться. Я слышал много интересного об Охраннице.

— Ты из Халфхарт? — спросила я и он, сжав губы, кивнул. — Я сожалею.
Интересно, кого же он потерял, что решил присоединиться к этому скорбному ордену?

— Всё в порядке, — ответил он. — Это случилось пару лет назад. Мы тогда проводили операцию со службой безопасности на поверхности. Она не вернулась. Я просил разрешения остаться, чтобы найти её. Мне отказали. Четырежды. Сказали, что она, скорее всего, мертва. В конце концов, чтобы найти её, я пошёл в дашиты. Нашёл.

— И она?.. — спросила Даззлер.

— Нет. Пошла в рейдеры. Я нашёл её, когда она трахала молодого жеребца, наставив ему в лицо пистолет. Пристрелил её лично, — сказал он, чуть пожав плечами. — Я просто убил её тело. Кобыла, которую я знал, умерла ещё годом раньше.

Рампейдж вздохнула и невесело улыбнулась.
— Вот за что я люблю Халфхартс. Они просто идеально подходят для Хуффа.

— Есть в этом месте что-то такое, — проворчал Брут. — Я повоевал в копях Филлидельфии. Ходил в западную пустынь. Дрался в разрушенных каньонах Мэйнхеттена. Но Хуфф был единственным местом, где я с первой же минуты почувствовал себя как дома. Он с радостью принимает изломанные души и разбитые сердца.
Великолепный пони покачал головой.
— Даже Большой Папочка об этом знает.

— Как он, кстати? — спросила я. — Как идёт восстановление после обстрела с Селестии?

— Снаряды уничтожили половину здания. К счастью, мы этой половиной не пользовались. Стадион уцелел. Восстановимся. Найдём сильнейших и будем процветать. Как и всегда, — ответил он, пожав плечами, будто объяснял очевидный факт. — Большой Папочка столкнулся с коротким бунтом. Очень коротким, потому что он закончился через десять секунд, после того как Большой Папочка вступил в бой.
Жеребец слегка улыбнулся воспоминаниям.
— Есть дисциплинарные взыскания и посерьёзнее, чем получить по роже от жеребца, который тебе в дедушки годится.

Блюбелль фыркнула.
— Всё равно ему не сравниться с Вайт Лайтин. Мамочка заставит его попотеть.

— А как дела у Горцев? — озабоченно обратилась я к ней.

Вопрос, казалось, удивил её, но крепкая голубая кобыла ответила:
— У нас всё как всегда, дерёмся за свою землю и племя. Кстати, Мамочка благодарит тебя за возвращение семейной пушки. Передала её племяннику. Хорошо, что она остаётся в нашей семье. — Она с наглым видом оглядела вечеринку. — И чё меня Мамочка сюда послала? Насилу протолкалась через всех этих зебр.

От этих новостей грива у меня задёргалась.
— Зебры? У вас начались проблемы с зебрами?

— У Горцев всегда были проблемы с зебрами. Обычно, когда они пытаются пройти через горы, мы устраиваем засады на их патрули. Однако эти зебры, — она сплюнула в сторону, — пришли из ниоткуда. Десятки. Даже сотни.

— То есть, эти зебры не переходили через горы? — уточнила я. Кобыла покачала головой.

— Они и на юго-западе, — тихо сказал Сторм Фронт. — Десятки групп расположились вдоль всех бесплодных земель и по всем Непонячьим Землям.
Мой вопрос, видимо, отразился на моём лице, потому что он добавил:
— На юго-западе находится территория Халфхартс. Я ежедневно направляю патрули для выявления угрозы.

— Серьёзно? Я не знала, — удивилась я. Видимо, в Хуффе ещё полно мест, где я не бывала.
— И что эти зебры делают? — спросила я, уже предполагая, каким будет ответ, но не понимая, почему.

— Ничего, — ответил он, подтвердив мои подозрения. Блюбелль насупилась, но тоже кивнула.

— На севере то же самое. Они расположились возле старой базы Айронмейр, — сказал Кэндлвик. — Не знаю, как они туда попали, но они просто сидят без дела. Если подойти слишком близко, они открывают огонь, но всё остальное время они просто торчат там, засунув свои полосатые головы в собственные же задницы. А что? В чём проблема?

— И они хорошо вооружены? — спросила я.

— Штурмовые карабины, антимех-винтовки, пулемёты, — ответил Сторм Фронт. — В каждом лагере примерно по шесть, по десять зебр.

Я представила, как у меня в голове маленькая сиреневая единорожка встала у грифельной доски. В среднем по восемь зебр в лагере на, по крайне мере, двадцать лагерей составляют... потенциально огромную проблему. Зебры из ниоткуда. Хорошо вооружены. Ничего не делают. Сиреневая единорожка нацарапала "ПОЧЕМУ?" и обвела это.
— Почему? — повторила я за ней.

— Может Пустошь волшебным образом заселяет себя небольшими группами зебр, чтобы мы могли их поубивать и захапать их пожитки? — усмехнулась Рампейдж.

— Ну да, мечтай, — фыркнул Кэндлвик.

— Эй, ты же не в курсе! Последние четыре или пять недель мы только и делаем, что натыкаемся на всякий сброд, появляющийся из ниоткуда, чтобы нас прикончить. Мусорщики. Или пони Сангвина. Или эти хреновы Предвестники, — презрительно фыркнула Рампейдж. — Мы просто прогуливаемся мимо и на тебе, они тут как тут! Хорошо, что хотя бы собранные с них трофеи того стоят.

— Что ты думаешь, Охранница? — спросил Брут своим низким, глубоким голосом. На секунду, в его вопросе мне почудился сарказм, но взглянув на него я поняла, что он серьёзно ожидает ответа. Даже иссечённый шрамами, опалённый пламенем Кэндлвик, казалось, прислушивался ко мне.

Ладно, если им и вправду хочется знать...
— Меня не столько волнует то, что этих зебр так много, как то, что они собираются вокруг Хуффа. Даже если их лагеря не велики, их много. А в Пустоши никто не сидит на месте просто так, любуясь пейзажами. Они к чему-то готовятся.

— Может они как-то связаны с тем, что по всей Пустоши начались нападения на рейдеров, — предположил Брут. Я с любопытством взглянула на него и он продолжил, — За последнюю неделю произошло несколько нападений на рейдеров. Мы натыкаемся на тех, кто пережил эти нападения и присоединился к другим бандам. Кто бы за этим ни стоял, он действует быстро и жёстко. Выживших остаётся не так уж много. Жеребцы. Кобылы. Молодёжь. Под удар попадают все подряд. Большинство сжигают в пепел, других забирают. Остальные пропадают без вести.

— Это очень похоже на то, как могут действовать зебры. Они мастера устраивать засады. В то же время, если это так, зачем они оставляют выживших? — спросила Даззл. — Если они что-то задумали, разве они не должны отрезать нас от всех возможных источников подкрепления? — она покачала головой.
— Как думаешь, что мы должны делать?

— Я бы начала готовиться к чему-то плохому. Вооружайтесь. Если понадобится, пополняйте ряды выжившими. Но не глупите и не затевайте грызню друг с другом, — сказала я, чувствуя в своих догадках определённую правоту. Возможно, я ошибаюсь. Может быть, эти зебры пришли сюда по каким-то своим, непонятным мне, зебринским соображениям, но мне всё это не нравится.

В течении нескольких секунд я ждала, что они рассмеются надо мной или отчебучат какую-нибудь ироничную остроумную подколку, но четверо пони кивнули, соглашаясь. Кэндлвик сказал, что какого-то пони по имени Напалм убедить будет непросто, но никому неохота быть растоптанным зебрами, или Охранницей. Я похлопала Сторм Фронта по плечу и кивком головы отозвала в сторонку. Он нахмурился, но всё же отошёл со мной от остальных. Рампедж, похоже, решила, что я флиртую.

«Вопрос безопасности...» шепнула фиолетовой единорожке маленькая розовая пони у меня в голове.
— Ты был в составе разведки Анклава? — спросила я. Он помолчал, оглядывая меня и как бы решая, как много информации о его прошлой жизни можно доверить мне, но кивнул.
— Знаешь что-нибудь о Лайтхувсе?

— Ты о том, кого нельзя называть? — ухмыльнулся Сторм Фронт. — Да уж. Я его знаю. Умный ублюдок. До жути упёртый. Мы все любим Тандерхед, но я точно уверен, что он хочет подмять под Тандерхед весь Анклав.

— Ты знаешь о его биологическом оружии? — спросила я, понизив голос.

— До меня доходили такие слухи, прежде чем я ушёл, — ответил он. — Он искал на поверхности какую-то чуму, чтобы поставить её на вооружение и широко применять. Нейварро дали ему добро, ведь на пегасов она не действует.

— Теперь действует, — мрачно сказала я. — Лайтхувс создал новый штамм. Он планирует использовать его против пегасов, лояльных Нейварро.

Сторм Фронт в шоке уставился на меня.
— Это... это безумие! — это было и моей основной реакцией.
— Если он не планирует использовать это против других поселений вокруг Нейварро. Или чтобы удержать их от вступления в борьбу. Или... нет, он не может пойти на такое.

— Давай просто представим, что он может. Так что ты мне скажешь? — напрямую спросила я.

— Анклав, он... на бумаге... демократический. Мы избираем наших мэров и советников. Конечно, избираться могут только члены Анклава, но каждые десять лет каждое поселение получает вотум доверия на Большой Анклав Пегасов. По-сути это шутка, потому что Нейварро контролирует оружие и всегда следит, чтобы все пони знали, кто за это отвечает. Так что, на самом деле это вотум лояльности. Попробуй не проголосовать за Нейварро и тебя отрежут.
Я припомнила, как кто-то рассказывал мне, как Анклав периодически устраивает «спектакли».
— Если Нейварро лишится вотума доверия, бразды правления должны перейти к следующему по запасам ресурсов поселению. Должны быть назначены новые представители. Нейварро придётся уйти в отставку, или явить всем свою бандитскую сущность.

— Так на каком же этапе выборов в игру вступает биологическое оружие? — спросила я, немного сбитая с толку.

— Им можно контролировать счётчик лояльности. Голосуйте за Нейварро и окажитесь под угрозой заражения.
Я почувствовала, что мне хочется кого-нибудь пристрелить и это, видимо, стало заметно, потому что Сторм Фронт поспешно добавил:
— Я не думаю, что он в самом деле пойдёт на такое. Но как вариант, это позволило бы другим голосовать в пользу Тандерхед не опасаясь репрессий со стороны Нейварро.

Мне начало казаться, что политика вызывает у меня головные боли похлеще, чем Богиня.
— Разве это не из тех вещей, что подрывают и унижают саму суть демократии? «Голосуйте за нас, или мы вас пристрелим». «Голосуйте за нас, или сожрёте своих детей»?

— Ты так говоришь, будто в Анклаве когда-нибудь бывали честные выборы, — цинично усмехнулся Сторм Фронт. — То, что тебе на самом деле нужно понять, это то, что большинство в Анклаве не так уж любят Нейварро. Они бандиты, забирающие себе самые сливки с урожаев и оставляющие другие поселения бороться за выживание. Ты должна либо присосаться к ним как клещ, или привыкнуть посылать бесконечные запросы и получать отказ. Множество поселений поддержат любую оппозицию в надежде, что что-то изменится к лучшему. Даже Тандерхед. В Тандерхед это отлично понимают. Башня является предметом споров, но кроме прочего, через торговлю с поверхностью она поставляет на небо необходимые вещи.

Я вздохнула, чувствуя как нарастает головная боль.
— Хорошо. Суть в том, что я не оставлю такое оружие ни в чьих копытах. Даже если он не использует его против остальной части Анклава, Нейварро может направить его против поверхности.
Жеребец задумчиво кивнул. Люблю умных пони.
— Где, по-твоему, он может держать подобное оружие? Прошу, скажи, что на поверхности!

— В башне Шэдоуболтов, — ответил он без раздумий. — Несомненно. Нейварро хочет захватить Башню, так что он не выложит его на виду. Скорее всего, в верхней части, над единорогами и под командным центром Шэдоуболтов.

— Ясно, — я глубоко вздохнула. — Как какой-нибудь пони может пробиться в башню, если ему вдруг приспичит?

— Никак. Это невозм... — он уставился на меня и замолчал.

— Ты хотел сказать невозможно? — спросила я и он кивнул. — Но кому-то это удавалось?

— Дважды. Перым был Контрейл. Старый пегас, бывший вандерболтовец, ещё сто пятьдесят лет назад. Он пролетел над вершиной башни и приземлился на крышу... что, считай, почти подвиг. Ему пришлось нести с собой собственный источник кислорода и всё равно, после проникновения в командный центр он умер. Другой была жена одного из героев войны. Она пролетела над самым Ядром. Самая безумная вещь из тех, что я когда-либо видел. Кроме весьма реального шанса быть распылённой системой обороны города, ей досталось от ХМА. Каким-то образом она дотянула до старого служебного подъезда под жилыми помещениями и проникла внутрь. Наихреновейщее зрелище.

— Блэкджек, — позвал меня подошедший сзади Хойти. — Почти пора.

— Хорошо, — отозвалась я, оглядываясь на остальных Потрошителей и представителей группировок. — Помните, что я сказала. Расскажите своим. Будьте готовы сражаться.
Я повернулась и пошла прочь в сопровождении блистательно выглядящего гуля.
— Думаю, прежде, чем всё начнётся, мне нужно поговорить с Грейс, Сплендидом и Шарм наедине.

— Я вызову их. Хотя я не уверен, где пропадают Шарм и Сплендид.

— Не сомневаюсь, что ты их найдёшь.
Я посмотрела на гуля, а затем обвела взглядом всю вечеринку.
— Всё остальное готово?

— Это должно быть совершенно ужасающее мелодраматическое зрелище, — протянул он и усмехнулся. — А значит, Обществу должно понравится. Это то, что должно сплотить их на какое-то время.
Он легонько постучал меня по груди.
— Вы довольно опытны в этом, Ваше Величество.

— Опытна? Хойти, меня сегодня четырежды пытались убить и один раз похитили моих подруг! — воскликнула я в недоумении.

— И ты выжила, — ответил он, широко улыбнувшись. — Дражайшая Блэкджек, в политике выживание, это величайшее мастерство. Кто-то даже может сказать, что это единственное, что по-настоящему имеет значение.
Он побежал дальше, оставив меня наедине с моими переживаниями. Рампейдж и бандиты вели себя смирно. Меня всё ещё никто не попытался убить. Неужели эта ночь действительно пройдёт гладко? Это казалось... немыслимо.

— Ваше величество, — донёсся у меня из-за спины знакомый мягкий голос жеребца. — Поздравляю.

В первую секунду я замерла, а затем даже чуть улыбнулась.
— Я так и знала, — пробормотала я, повернувшись и взглянув в доброжелательное розовое лицо Стил Рейна. Жеребец был одет в смокинг, столь же изящный, как у Хойти. Я предположила, что, будучи с Предвестниками, он может заполучить в копыта всё, что угодно.
— Я чувствовала, что всё идёт слишком гладко.

Он изогнул бровь и насмешливо улыбнулся.
— Если тебе кажется, что я здесь, чтобы устроить неприятности, то ты совершенно ошибаешься, — заявил он добродушно. — Я здесь по приглашению Принцессы Шарм.
Он вынул из кармана листок и я отшвырнула его. Стил Рейн вздохнул:
— На тебя свалилось немало переживаний. Я понимаю. Торжественные мероприятия вроде этого, довольно хлопотны. — он протянул копыто и подхватил бокал шампанского с подноса, леветируемого проходящим мимо официантом.
— Хотя, должен признать, Общество предлагает довольно много приятных мелочей. Это почти стоит того, чтобы играть в их глупые игры.

— Итак, дай угадаю. Пока мы разговариваем, твои боевики окружают это место и если я не отдам тебе ЭП-1101, они устроят штурм и вырежут всех пони? — фыркнула я.

— Богини, это было бы довольно драматично, не так ли? — возразил он с усмешкой, от чего мне захотелось пристрелить его прямо здесь. — Сомневаюсь, что ты поддашься и просто отдашь его? Стыдно было бы испортить такую превосходную вечеринку.
Он взглянул на меня, отпил шампанского и добавил:
— Кстати, прекрасное платье.

Моя магическая пуля вдребезги разнесла бокал в его копыте и он скривился, отступив на шаг назад. Несколько пони обернулись в нашу сторону, но не выказали беспокойства. Я шагнула к Стил Рейну, размолов остатки бокала копытом и прорычала:
— Я никогда не отдам тебе ЭП-1101. Никогда. Хватит клянчить.

— Жаль, — сказал он, вытирая шампанское с рукава. — Что ж, можешь не волноваться. Какой бы соблазнительной целью не было сейчас Общество, с его стенами и выстроенной обороной приходится признать, что взять его сейчас силой маловероятно. Мы переходим к плану "Б". И поскольку он не связан с ужасным, отвратительным насилием, я здесь для того, чтобы уделить внимание другим делам, — усмехнулся Стил Рейн.
— Хочешь верь, хочешь нет, но Предвестники делают это ради тебя.

Я едва сдерживалась, чтобы не скользнуть в ЗПС и не послать ему в лицо четыре пули. Если я решусь стать палачом, то я не должна думать о том, чтобы стать лучшей пони. Мне просто нужно запустить команду. Всего лишь нажать кнопку...

Чёрт побери...

С подноса проходящего официанта он подхватил новый фужер и осушил его залпом.
— Так что за дела у тебя здесь? — спросила я его.

— Ну, к тебе они не имеют никакого отношения. Но, если тебе так хочется знать, тут есть определённая персона, которой мы выделяли несколько наших солдат в уверенности, что они принесут нам твои передние копыта. Я думал оставить это на потом, но эта персона настояла, чтобы мы управились с этим, а взамен возвели её на трон. Теперь нам нужно рассчитаться.
Он лениво почесал грудь и оглядел зал.
— И я вижу, Стрелец здесь. Заодно мне нужно поговорить с ним.

— О том, как удалить твой смертельный имплант? — спросила я.

Его улыбка сошла на нет.
— Когнитум... давит на меня... чтобы провести определённые улучшения. Я видел, что она сделала с Авророй и у меня нет особого желания присоединяться к ней. Мне нравится сила, которую ты можешь сбросить в конце дня.
Нахмурившись своим мыслям, он отвернулся, поставил фужер на стоящий рядом стол и с едва заметным содроганием взглянул на мои аугментации.
— Я готов был поспорить, что неудача Авроры увеличит её уровень доверия ко мне. К сожалению, это оказался не тот случай. Она хочет сделать меня более... дополненным.

— Что ж, удачи, — ответила я. Я снова удивилась, насколько положительно милым он выглядит без своей брони. Красивое тело. Спортивное. Энергичное.

Агрр! Нет! Смертельные враги должны быть за чертой, которую я провела! Как Лансер... хотя мне и вправду жаль, что я провела эту черту и... он, похоже, заметил, как я его разглядываю и расплылся в ухмылке от уха до уха.

— Действительно. Всё было бы гораздо проще, если-бы ты просто оставила мне Селестию. Но есть ли у нас время для сожалений? — он грустно улыбнулся. — А теперь, прошу меня простить. Мне нужно встретиться с одной кобылкой по поводу коллекции шаров памяти.

Должно быть это напиток сделал его несколько излишне разговорчивым.
— Ты об этой коллекции? — спросила я, вынимая и встряхивая звякающий мешок со стеклянным крошевом. Стил Рейн моргнул, взял мешок с разбитыми шарами и открыл его. Впервые на моей памяти он выглядел по-настоящему ошеломлённым. Он был в ужасе.
— Шарм решила разбить их из-за того, что я не сделала её своим регентом.

— Это... технические схемы. Технология! Как... — он замолчал, поджав губы и стараясь сохранить спокойствие.
— Скажи мне, что ты наказала её за это... это... оскорбление!

— Она будет смотреть, как её надежды и мечты рушатся у неё на газах. Это считается? — ответила я, удивляясь, как сюрреалистичности моих сопереживаний пони, который периодически пытается меня убить. — Стил Рейн, я и не думала, что ты такой.

— Ну, нам никогда прежде не доводилось встречаться вне поля боя, Блэкджек. Вообще-то я довольно общительный, — ответил он с доброй улыбкой. — Просто так получилось, что мне нравится власть, контроль и способность мгновенно уничтожать моих врагов нажатием курка. Я, на самом деле, довольно простодушный. Хотя, к сожалению, склонен портить общественные мероприятия, — сказал он со вздохом сожаления.
— Теперь, если ты меня извинишь, мне нужно обсудить с той кобылкой сбережение технических достижений прошлого.

— О, нет, этого не будет, — ответила я, удерживая его за переднюю ногу.

Он снисходительно мне улыбнулся.
— О, прошу тебя. Только не говори мне, что ты позовёшь палача. Несмотря на то, что произошло на мосту, я знаю, что ты не убийца, Блэкджек. И ты не из тех пони, что пользуются услугами убийц.
Я резко свистнула и рядом тут же появились несколько охранников.
— И что ты, по-твоему, делаешь? — они обыскали его, но не нашли на нём никакого оружия. Только кулон, который я конфисковала потому что... просто потому.
— Верни это! — выпалил он, протягивая копыто.

— Я читала «Руководство Пинки Пай по тирании», — ухмыльнулась я в ответ. — И хотя ты прав в том, что у меня нет никакого интереса убивать тебя такого безоружного, я ничего не имею против того, чтобы запереть тебя на пару дней.
Маленькая фиолетовая единорожка у меня в голове удовлетворённо кивнула.

Стил Рейн от этого оказался не в восторге. Пока его тащили с вечеринки, он брыкался и кричал о том, как уничтожит меня, Общество и «всехпони». Вот это было больше на него похоже.

Я смутила и унизила противника. Рампейдж держала себя в копытах. Глори вела умные беседы с умными пони. Предвестники не собирались нападать и калечить всех пони в последний момент! А Лакуна вообще танцевала со Стронгхуфом. Может этот вечер и вправду будет...

— Нет. Нет, не хочу сглазить, — пробормотала я, решительно покачав головой. Наверняка что-то должно взорваться мне в морду. Что-нибудь... хоть что-нибудь!

— Этот гость задержан, — с некоторым пренебрежением доложил вернувшийся Хойти Тойти. — Хотя я подозреваю, что половина его протестов была симуляцией. Ни сопротивление, ни попытки сунуть взятку не заставят меня заподозрить, будто он что-то замышляет.

— Замышляет, скорее всего, — ответила я. — Он подошёл прямо ко мне. Он наверняка знал, что я не убью его голыми копытами. Так что... — ну вот, теперь у меня появилось мерзкое ощущение, что я, возможно, становлюсь не лучше, чем он. Я вынула отобранный у него кулон и повертела его магией. Это был простой, покрытый пластиком диск на нейлоновом шнурке. Хотя, что-то в нём было знакомое. Я повесила его на шею и спрятала под платье. Если он беспокоился об этом кулоне, значит чем-то он был важен. Я положила его в конец бесконечного воображаемого списка дерьма, с которым мне нужно разобраться, но до которого у меня, скорее всего, так и не дойдут копыта.

Я оглядела Гала. Не совсем то, что я ожидала от вечеринки, но, по крайней мере, пока не было никакой драки или кровопролития. Бу стояла в окружении десятка пышно разодетых пони и я, нахмурившись, подошла ближе. Если они её обижают...

— Да, очевидно, что политическая ситуация с Обществом Твайлайт это то, что необходимо решать в первую очередь, вы согласны, леди Бу? — спросила кобыла и Бу в ответ склонила голову.

— О, я полностью согласен! Пока будет решаться вопрос с Обществом Сумерек, гораздо более насущной проблемой окажется Красный Глаз и его армия, — тут же подхватил модно одетый жеребец и Бу склонила голову в его сторону. — Я уверен, что вы согласитесь, мисс Бу.

Бу, похоже, гораздо больше интересовалась закусочным кексиком, который жеребец левитировал перед собой. Она потянулась было, чтобы укусить кексик, но другая кобыла потянулась и обняла её.
— Вы совершенно правы, баронесса Бу. Мы разбрасываемся, пытаясь заниматься зарубежными проблемами, хотя у нас и здесь полно забот! Все эти беженцы, стекающиеся в долину, открывают множество возможностей, не правда ли?

Ноздри Бу затрепетали и она глубоко вздохнула. Пони Общества восхищённо потянулись к ней, готовые слушать и тут она чихнула прямо в лицо кобыле. На мгновение все замерли, а затем жеребец воскликнул:
— Слушайте, слушайте! Мы не должны эксплуатировать этих бедняг, Вайндгласс! Берите пример с нашей новой королевы. В ближайшем будущем эксплуатация может принести плоды, но нам нужно смотреть на вещи в долгосрочной перспективе.

Лицо Бу, которая наконец сумела ухватить кексик, пока жеребец был отвлечён, расплылось в сияющей улыбке, что побудило остальных обсуждать сказанное и кивать, соглашаясь с ней. Я не удержалась от ухмылки и направилась обратно. К счастью, кажется никто не собирался беспокоить меня по мелочам. Вместо этого, все пони, похоже, сосредоточили внимание на Грейс и других пони, которые станут по-настоящему важны после моего отъезда.

— Ты всех нашёл? — спросила я Хойти.

— Похоже, что Сплендид готов и ждёт на кафедре, — хмыкнул Хойти. — Храбрится, но, я думаю, он опасается. Шарм, вероятно, дуется, сидя под столом с закусками. Грейс общается с Оранжами. Я ещё месяц буду выслушивать, как я грубо прервал Танжерина, — страдальчески тяжело вздохнул Гуль.
— Работа у мажордома не заканчивается никогда.
С этими словами он повернулся и двинулся через толпу. Мажачего?

Добравшись до небольшой сцены, я увидела, что Сплендид не один. С ним была Глори и я притормозила. Мои усовершенствованные уши были намного лучше прежних, но теперь мне приходилось напрягаться, чтобы разобрать слова.

— Я не понимаю, почему. Раньше ты наслаждалась этим, — вполголоса говорил Сплендид, так что не всякий пони без микрофонов в ушах мог его расслышать. — Ты не можешь этого отрицать.

— Конечно, я наслаждалась этим на физическому уровне, — ответила Глори, покраснев и отведя взгляд. — Ты хорошо отнёсся ко мне. Я думаю, лучше, чем мог бы любой другой жеребец. Но затем... я запуталась.

— Я не хотел, чтобы ты чувствовала, будто тебя использовали, — поспешно сказала Сплендид. — Я готов подписаться под каждым словом...

— Сплендид... я знаю это, но ты совсем не знаешь меня. Ты видишь молодую Рейнбоу Дэш. Я не она. Я серая кобыла с фиолетовой гривой и одним крылом. К тому же лесбиянка, — неубедительно добавила Глори.

— Я вижу верную, умную, сострадательную кобылу, чьи таланты не оценены по достоинству, — ответил Сплендид, повышая голос. — Я люблю тебя, Глори, и, независимо от того, как ты выглядишь, я хочу, чтобы ты стала моей женой.

— Привет! — сказала я, поспешно подбежав к помосту, протиснувшись между покрасневшей парой и обнимая их передними ногами. — Какая вечеринка! Видели этот шикарный стол? А то маленькое представление с Бу и пони из Общества? Бесценно!
Глори готова была провалиться сквозь пол, в то время как Сплендид, судя по его цвету, решил превратиться в мужскую версию Пинки Пай.
— Вот! А как тут дела у вас двоих? — спросила я, улыбаясь так широко, как только могла изобразить.

— Я в порядке! — пискнула Глори. — Чудесно побеседовала о вирусных инфекциях и очистке с помощью соляной кислоты.

— Оранжи в этом году абсолютно восхитительные собеседники, — продолжил Сплендид.

— И ещё мы обсуждали однополую любовь. И... э-э.. кобыл! Ю-ху! — заявила Глори, едва заметно взмахнув копытом.

— И я должен признать, твои друзья весьма интересно дополнили этот званный ужин, — закончил он.

— Это хорошо. Это... действительно... хорошо... — сказала я, не убирая улыбки со своего лица. Хойти вернулся с Грейс и Шарм. Да благословят Богини этого гуля.
— О, хорошо. Вы здесь! Все в сборе! Просто здорово. Это и вправду здорово. Разве не здорово? — сказала я, выпуская пару.

Грейс выглядела удивлённой.
— Да... здорово, — осторожно согласилась она.

— Здорово... — в замешательстве согласилась Шарм.

В конечном счёте все взгляды остановились на Глори. У пегаски нервно дёрнулся глаз и она, указав на Шарм, криво улыбнулась и сказала:
— Мне очень нравится твоя грива!

— Чего? — переспросила кобылка, нахмурившись.

— О, эм, ванная! — и пегаска, взмыв в воздух, метнулась прочь, оставляя за собой радужный след.

Я попыталась выкинуть из головы то, что только что услышала и сосредоточиться на том, что сейчас нужно сказать.
— Итак! Готова поспорить, вам всем интересно, зачем я собрала вас тут вместе.
Ответом мне было молчание.
— Я собираюсь выбрать одного из вас своим регентом. И я хочу, чтобы двое других поклялись ему в верности.

— Прошу прощения? — спросила Грейс, чуть нахмурившись.

— Вы трое очень хорошо дополняете друг друга.
Я взглянула на Грейс.
— Ты решаешь проблемы, оставаясь уравновешенной и заботливой, и беспокоишься о том, что правильно, а что плохо.
Я повернулась к Сплендиду.
— У тебя есть видение и идеи, которые можно воплотить в будущем.
Я взглянула на Шарм.
— У тебя есть хватка. Вместе, вы можете сделать жизнь намного лучше, чем в борьбе и грызне за трон. И жизнь здесь намного лучше жизни в Пустоши. Поэтому я хочу, чтобы двое других публично принесли присягу, пообещав регенту свою поддержку.

— Ясно. И альтернативой будет изгнание? — предположил Сплендид.

— Вполне возможно. Я хочу, чтобы Общество работало лучше, чем это было во время моего визита. Вместе мы можем достичь большего, чем поодиночке.
Я заметила, как у Шарм забегали глазки.
— Кроме того, если вы думаете убить моего посадника и занять его место, то ошибаетесь. Кроме телохранителей, я договорилась с Деусом и если регент будет убит, то поставлю сюда вести дела кого-нибудь не из Общества. Понятно?

###***###
Когда я прошла вперёд и встала перед сценой, ни один из них не выглядел окончательно убеждённым. Хойти несколько раз постучал копытом по бокалу и звон разнёсся по вечеринке. Музыка прекратилась и вскоре все взгляды были направлены на нас.
— Я знаю, что Король Шикарность провозгласил меня Королевой Общества. И я также знаю, что хотя я могу с честью принять его дар, я должна передать его другому, чтобы тот правил вместо меня. Моя миссия в Хуффе сейчас важнее правления группой, какой бы замечательной компанией они бы ни были.
Маленькая жёлтая пегаска внутри меня умилительно улыбнулась.

Я взглянула на корону, лежащую на подушке рядом с троном. Какая тяжёлая золотая штуковина. Передняя центральная её часть была украшена аликорном в окружении пегаса и единорога. Видимо, земнопони не заслужили чести быть представленными здесь. Остальная часть короны была из золота, усыпанного рубинами. Я левитировала её перед собой.
— Я не могу сама носить эту корону, и это бремя слишком тяжело для одного пони.
И к тому же это вызывает слишком много зависти.

Я кивнула Хойти, тот кивнул Эпикуру и зелёный жеребёнок копытами осторожно поднял мой меч. Я левитировала клинок и взмахом, блеснувшим серебром, рассекла обруч. Второй разрез. Третий. И корона, разделённая на три части, зависла передо мной. Я приподняла переднюю часть короны.
— Эту часть я вручаю моему регенту, чтобы тот правил вместо меня до тех пор, пока я не посчитаю нужным вернуться и восстановить эту корону.
И я посмотрела на стоящую передо мной троицу. У каждого из них, даже у Шарм, глаза светились надеждой, что я передам её именно им.

Я перевела взгляд с одного на другого, совсем немного затягивая момент. Затем, преклонив колени, я прижала золотую полоску к её передней ноге. Своими металлическими копытами я легко согнула золото вокруг ноги наподобие небольшого браслета. Наконец, я поднялась. Хойти повернулся и обратился к толпе:
— Позвольте представить вам регента Общества: Принцессу Грейс!

— Нет! — взвизгнула Шарм во всё горло. — Это должна быть я! Я! Только я это заслужила! Отдай это мне!
Кобылка бросилась в ноги к сестре, вцепившись копытами в золото. Грейс, со своей стороны, казалась настолько ошеломлена случившимся, что даже не пыталась отстранить её. Но затем она левитировала Шарм вверх и, удерживая её за загривок, заставила ту зависнуть в воздухе.

— Блэкджек сделала свой выбор и ты будешь его уважать, Шарм, — возразила Грейс.

— Нахер Блэкджек. Нахер тебя! Нахер его! Нахер вас всех! — выкрикивала кобылка, отбиваясь от Грейс. — Я вас всех убью, вот тогда вы пожалеете! Ещё увидите!

— Точно. Думаю, пора с этим кончать, — громко сказала я. — Скотч Тейп! Рампейдж! — пара бросилась к кафедре, глядя нам меня с ухмылками и едва не роняя слюну.

— Да, Блэкджек? — порывисто отозвалась Скотч.

— Звала? — присоединилась Рампейдж.

— Пожалуйста, проводите Шарм в её комнату и научите её следить за языком, — велела я так царственно, как только смогла.

— Да, чёрт возьми! — Рампейдж ухмыльнулась кобылке. — Беги, свинюшка! Беги!
Завизжав, Шарм помчалась к двери, преследуемая моими подругами.

— Платья не порвите! — крикнула я им вслед. Затем вздохнула:
— И кто только придумал назвать её Шарм?

— Думаю, лично она всегда предпочитала обращение "Принцесса", — тихо заметил Хойти.

Теперь все взгляды обратились к Сплендиду. Явно смущённый моим выбором, он криво улыбнулся.
— Мы могли бы спасти Пустошь. За двадцать, или тридцать лет... Мне бы всё удалось.

С помощью взрывающихся ошейников и рабов...
— Так или иначе, я не думаю, что одному пони по силам спасти Пустошь, — спокойно ответила я, чуть улыбнувшись. Я подняла золотую полоску, инкрустированную самоцветами.

Сплендид вздохнул и, с гораздо большим достоинством, нежели его младшая сестра, обратился к толпе:
— Я уважаю решение королевы Блэкджек и клянусь своей родословной помогать её регенту с верностью и прилежанием. Я никогда не подниму против неё оружие и не стану подбивать к этому других. Своим именем, Сплендид, я клянусь.

Я опустилась на колени и обернула золотую полоску браслетом вокруг его копыта. Теперь я осталась с третьей частью короны. Поскольку Шарм не собиралась принимать моё предложение, я взглянула на толпу и прочистила горло.
— Эту часть я сохраню и если мне нужно будет навсегда отречься от престола, она должна быть возвращена, чтобы корона снова могла стать целой.
Замечание, что я могу отказаться от положения, дарованного мне Шикарностью, взволновало толпу.

— Давай, — сказала я, слегка подталкивая Грейс вперёд. — Толкни речь.

— Я готовила слова, — тихо ответила она, — но ты... выбрала меня.
Грейс посмотрела на золото на её копыте, будто до сих пор не могла в это поверить.

— Я хочу, чтобы в Обществе были лучшие пони. Ты лучшая пони для этой работы. После того, как избавитесь от гнилых яблок, можете начать захватывать мир, — сказала я, глядя на Сплендида.

— Да. Полагаю, начать придётся отсюда, — сказала она. Затем прочистила горло и шагнула вперёд, а я отступила назад. Свою роль я отыграла. Хойти обеспечит ей необходимую защиту, а я добавлю кое что от себя, чтобы быть уверенной, что у Грейс будет шанс. Я не собиралась допустить здесь то же, что случилось во Флэнке. И когда Грейс обратилась к толпе, я почувствовала, что маленькая фиолетовая единорожка внутри меня очень гордится тем, какой урок я сегодня выучила. Одно только было странно... почему я так хочу написать об этом принцессе?

Я отступила назад и попробовала прикусить корону. Мммм, сладкое сочное золото и пряный рубин. Тут я заметила Хойти, глядящего на меня поверх очков и, застенчиво усмехнувшись, кивнула в сторону за сценой.
— Мне нужно найти Глори, — сказала я, передавая ему полоску золота. — Придержи это для меня, ладно?

— Ты не хочешь забрать её? — удивлённо спросил он.

— Хойти, я её съем. Это золото такое восхитительное. Мне кажется, там есть ещё и привкус платины. И эти пряные рубины.... нет. Кроме того, может меня завтра испарят.
Я оглянулась на Грейс, рассказывающую Обществу об идеях её и её отца. Похоже, кое-кого это уже заинтересовало и они слушали, а не просто посмеивались над ней. Тогда я обратила своё внимание обратно к Хойти.
— Мне нужно найти Глори. Наверное мне уже можно потихоньку ускользнуть?

— Думаю, да. Только будь здесь к заключительным танцам. — Дай понять, что ты не просто провозгласила и сбежала, — сказал он, протягивая мне копыто.
— Позволь пожать твоё копыто и поздравить с чудесным дебютом. Я был уверен, что ты рванёшь через весь зал стреляя и вопя во всё горло «Выпустите меня!»
Я покачала головой, изо всех сил стараясь не покраснеть и отправилась в направлении, куда улетела Глори.

###***###

В итоге я вверх по лестнице поднялась к балкону, с которого открывался вид на водохранилище. И я замедлила шаг, расслышав голос Глори.
— Я не знаю, что со мной не так. Просто не знаю... это из-за этого тела? Или дело в нём? Или во мне? Что со мной творится?

Затем я расслышала, как ей отвечает П-21.
— Глори, ты прошла через множество изменений. Как и все мы. Но твои изменения куда более основополагающие, чем у большинства из нас.

— Я поверить не могу, что он хочет на мне жениться. Я не могу поверить, что я и в самом деле это обдумываю! — в её голосе слышалась боль и я наклонилась, чтобы увидеть, как она стоит на коленях, а П-21 слегка придерживает её.
— Должно быть всё дело в этом теле. Это должно быть так! Я не вижу никаких других причин, почему меня должно тянуть к нему!

— Он тебе нравится? — спросил П-21.

— Я... это... ты... — залепетала Глори. — Он... милый! Я думала, что он будет прилипчивым и лживым, но он не такой. Он по-настоящему хороший жеребец. И он хочет, чтобы я вышла за него! Он сказал, что любит меня! А с Блэкджек... она говорит то же самое и я знаю, что она имеет в виду, но... — она фыркнула и постучала себя по макушке.
— У меня такое чувство, будто я схожу с ума!

— Ты не сходишь с ума, Глори. У тебя отношения с Блэкджек. Это не неприятно, но несколько сюрреалистично. Проще всего было бы просто прекратить их, но ты не можешь. Было бы лучше, если бы ты ушла от неё, но ты не хочешь. И пусть тебе больно быть рядом с ней, даже если ты не можешь помочь, ты хочешь быть с ней рядом на случай, если она будет в тебе нуждаться.
Он тихонько похлопал её по плечу.
— Я уверен, что таким своим состоянием ты ей не поможешь.

— Ох... вот только не начинай. То, что я кобыла, ещё не значит, что мной управляют гормоны, — отрезала она. — Нельзя говорить, что кобылы слабовольные просто потому у нас начинаются эти дни.

— Глори, я эксперт по кобылам, когда у них начинаются эти дни, — ответил он, прикрыв глаза. — Да, у меня не было выбора в тех услугах, что я оказывал, но я знаю кобыл, и всегда это было больше, чем просто секс. Дакт Тейп нравилось притворяться, будто мы женаты. Мармеладке нужен был друг. Иногда мы даже не занимались сексом. Палетт нравилось заниматься боди-артом. Мисти Хувс хотела, чтобы нас слышали все, чтобы о ней перестали думать, как о маленькой кобылке. Джин Рамми делилась со мной опасениями по поводу своей дочери. Риветс сначала заводилась, а потом жаловалась мне на Смотрительницу, потому что я слушал и не докладывал ей. Каждой кобыле в этот период хочется чего-то особенного. Так что же нужно тебе?

— Я... я... я... не знаю, — запинаясь, ответила она. — С одной стороны... я... в охоте... — последнее слово она произнесла почти униженно. — А с другой мне стыдно... а мне хочется быть смелой и свободной, как Блэкджек, а с третьей мне нужно... попросить прощения. — она сокрушённо покачала головой. — Вот, что мне нужно.

— Так сделай это. Блэкджек поймёт. Ты можешь устроить оргию с половиной Общества и Блэкджек захочется узнать пикантные подробности. Об этом не стоит волноваться.
Тут он усмехнулся и добавил:
— Только, если всё же решишься, убедись, что сможешь принять последствия. Беременность, это последнее, что тебе сейчас нужно.

— У Сплендида есть противозачаточное заклинание... он говорит, что этого требует его положение...
Она покачала головой и застонала:
— Ну почему всё должно быть так запутано?

Я кашлянула и постучала по дверному косяку, прежде чем выйти на улицу. Глори тут же отвернулась. П-21 вздохнул и, улыбнувшись мне, прошёл мимо. Я подошла к пегаске и села рядом.
— Что ж. Интересная ночь. Всё прямо такое... ночновое.

— Прости меня, — сказала Глори, не глядя на меня.

— За что? — спросила я.

— Ох, Блэкджек, ты знаешь, за что! — отрезала она, поднимая на на меня взгляд. Но я только склонила голову набок и подняла брови в недоумении.
— За секс! — пояснила она, разозлившись. — Со Сплендидом. Уф... поверить не могу, что я вообще это сделала.

— Тебе хочется сделать это снова? — вежливо поинтересовалась я. Пегаска заскрипела зубами, выпучив глаза, и отвернулась. Я вздохнула и отвела взгляд.
— Глори... так продолжаться не может. Если это так бесит тебя, мы должны остановиться.

— Блэкджек... — прошептала она, выглядя несколько испуганной. Я смотрела в дождь.

— Для тебя секс и моногамия очень важны. Для меня это не так. Мне вообще сама идея моногамии кажется глупой, — напрямую сказала я, повернувшись к ней.
— Меня не волнует, с кем ты развлекаешься, как часто, или какие вы при этом используете игрушки, пока я знаю, что в конце дня ты окажешься в моих объятиях. Пока есть мы, мне плевать, что есть ещё кто-то второй, третий, четвёртый или пятый. Ты понимаешь? Меня не волнует, — сказала я, особо выделяя последние три слова, затем погладила её гриву.
— Но тебя, да.

— Блэкджек, — тихо повторила она.

— Меня волнует, если тебя что-то расстраивает. Я беспокоюсь о том, что ты чувствуешь себя виноватой. Я волнуюсь о том, что тебе приходится проходить через эти изменения и я не могу тебе помочь. Я волнуюсь о том, что ты чувствуешь. Но мне не важно, что ты играешь в "спрячь морковку" со Сплендидом.
Я прикрыла глаза.
— Возможно, пришло время остановить эти отношения. Всё, что бы я ни делала, причиняет тебе боль.

Она молчала и это было худшим ответом из всех. Ладно, она могла хотя бы рассмеяться и назвать меня неудачницей. Я подняла на неё взгляд и увидела, что она забавно на меня смотрит. Затем она уставилась в ночь как и я.
— Стигиус был хорош?

— Хорош? — я моргнула. Можно и так сказать. — Он был немного чудаковат, но хорош... это да. Может это так принято у них, у "принцев".
Я потёрла подбородок.
— Мне нужен был кто-то приятный и безопасный, и, прежде всего, кто-то, с кем у меня нет отношений. Я его использовала, — призналась я, пожав плечами и глядя в ночь. — Не самая благородная вещь из тех, что я когда-либо делала, но он был в этом достаточно приятен и даже помог мне, хотя мог просто смыться. Наверное и я была в этом деле не так уж плоха.
Я повернулась, ожидая увидеть на её лице выражение негодования но, к моему удивлению, Глори улыбалась.

Она подошла к перилам и, сложив на них копыта, посмотрела в ночь.
— Я просто пыталась сделать это, не умирая от стыда. Это определённо было иначе... чувствовать, как он двигается. Совсем не так, как с тобой. И несколько жарче, чем я ожидала, — хихикнула она, взглянув на меня.
— Знаешь, что забавно? Я всё время сравнивала его с тобой. Блэкджек делает это так и Блэкджек делает эдак. Больше всего... мне хотелось, чтобы ты была там со мной. Мне хотелось сравнивать, разнообразить и наслаждаться этим. И конечно же, я немедленно решила, что я извращенка.

— Почему? Что такого в том, чтобы поразвлечься втроём? — я заржала и ткнулась носом ей в ухо.

Пегаска рассмеялась и потрясла головой.
— Меня удивляет даже сам факт, что ты так легко об этом спрашиваешь.

— Глори, если для тебя это важно, я не против подключить кого-нибудь ещё.
Она застонала и закрыла лицо крыльями.
— Мы могли бы позвать Сплендида и посмотреть, как он управится с парой кобылок.
Пегаска застонала ещё громче и я ухмыльнулась.
— Или Грейс? Я думаю Грейс была бы весьма признательна.
Взвыв в отчаянии, Глори замахала копытами, пытаясь стукнуть меня.

Наконец, вздохнув, она посмотрела на на меня и прижалась головой к моему плечу.
— Может быть ты и права, Блэкджек. Возможно мне стоит начать меньше думать и больше экспериментировать. Попробовать что-нибудь с другими кобылами. Посмотреть, какой опыт я смогу из этого извлечь.
Затем она подняла взгляд на меня.
— Ты ведь всегда будешь рядом со мной, если я буду в тебе нуждаться, правда?

— Всегда, — ответила я.

Она потянулась и поцеловала меня в щёку.
— Спасибо, Блэкджек, — шепнула она и ушла.

Я проводила её взглядом, затем закрыла глаза и со вздохом покачала головой. Тут подошёл П-21 и взглянул на меня. Просто... посмотрел на меня с лёгкой улыбкой и теплом во взгляде.
— Итак... это тоже часть плана?

— Плана? — я криво улыбнулась. — Я настолько далека от планов, что просто плыву по течению. Лично я ждала, что всё взлетит на воздух. Кажется, большинство моих «планов» заканчивается именно так.

— Ну, если тебе это нужно, — спокойно сказал он и протянул мне копыто. Я приняла его, но затем повернулась и прижалась головой к его шее. Он ощущался... приятно.

— П-21? — тихо позвала я.

— Ммм?

— Ты по-прежнему ненавидишь меня?

— Блэкджек, когда дело касается тебя, я не знаю, что сказать, — усмехнулся он. — Но нет. Нет, не ненавижу.

— О, — отозвалась я, обнимая его покрепче. —
Это... приятно.

Он проводил меня к бальному залу.
— Потанцуем? — спросил он с улыбкой.
С этим вопросом, кажется, ко мне обратилось сразу множество взглядов кроме его. По залу прокатился вихрь шепотков о том, что королева собирается танцевать. На нас смотрели Лакуна и Стронгхуф. Грейс блаженно улыбнулась и одобрительно кивнула. Царственно улыбнулся Сплендид.

Я перевела взгляд на П-21.
— Ты... танцуешь?

— Не нужно так удивляться, — ответил он, выгибая бровь в наигранном высокомерии. — Я отлично подготовлен в различных навыках. Мне было бы приятно использовать их по собственному усмотрению, а не под угрозой иглы.

Оу. Верно. Я оглянулась вокруг, заметила бар у шведского стола и леветировала к себе первую попавшуюся бутылку. Мой верный рог меня не подвёл, я оценила янтарные переливы Дикого Пегаса и залпом осушила проклятую бутылку. Отправив сжиженную храбрость воевать с искусственной печенью, я отставила опустевшую бутылку и улыбнулась жеребцу.
— Ладно. Давай сделаем это.

Не знаю, выпивка ли это была, или компания, или музыка, но он вывел меня в центр танцпола и музыка заиграла. Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три... я начала с простых па, которые в меня до этого вдалбливала Грейс. А потом я посмотрела в его глаза и цифры просто растаяли. Он двигался и я двигалась вместе с ним. Я была уверена, что смотрюсь по-идиотски, но я же была Блэкджек. Что мне терять?

И когда песня закончилась, мы пошли на вторую. Я делала то, что делал он, двигалась также, как двигался он, и смеялась. Мы кружились, и я заметила, великолепно кружащихся в танце Лакуну и Стронгхуфа. И Грейс с розовым жеребцом, танцующих рядом с нами. Глори и Крампетса. И, прежде чем я это осознала, П-21 поменялся с Глори. Затем Глори сменилась Сплендидом. А ещё после нескольких напитков мир превратился в прекрасные размытые переливы голубого и белого.

Я припоминала, что видела Брута и Стронгхуфа, которые мерились мускулатурой и, казалось, были окутаны ореолом мужской силы. Рубашки и ремни лопались под напором бугрящихся мускулов и в итоге жеребцы дружески стукнулись копытами. Скотч Тейп скакала между двумя роботизированными диджеями и играла музыку, от которой хотелось меньше кружиться и больше прыгать. И все танцевали под это, потому что и я танцевала. Рампейдж боролась в хуффрестлинг со Стронгхуфом и Брутом, даже не помяв платье. И ночь всё длилась, и я смеялась, и смеялась, и не могла остановиться.

А потом меня отвели в постель, мою собственную, или ещё чью-то... и перед глазами мелькало голубое и белое... и платье слетело прочь, и были поглаживания и поцелуи... такие замечательные поцелуи. И прикосновения языка в тех местах, которые так охотно отзывались на ласки, и, наконец, вечер действительно кончился во взрыве, после взрыва, после взрыва...

Всё-таки довольно хорошая ночь...

* * *

Когда я проснулась, музыка уже закончилась. Было далеко за полночь. Моя печень переработала алкоголь, но похмелье задержится ещё на некоторое время. Я лежала в объятиях другой пони, купаясь в запахе пота и других, куда более пряных ароматах. Уткнувшись носом в мягкую, прекрасную пони, я кое-как разлепила глаза. Мммм, синее. Глори всё-таки вернулась. И, судя по ощущениям у меня за спиной... с ним. Сплендид? Медленно и осторожно я приподнялась. Вокруг валялись пустые бутылки из-под шампанского пустые стаканы. Я подумала, напивалась ли она когда-нибудь прежде.

Затем я оглянулась и замерла. Нет. Вовсе не Сплендид. Покраснев куда больше, чем даже после секса, я высвободилась из его объятий. П-21 чуть приоткрыл глаза и пьяно улыбнулся.
— Уже пора? — вяло пробормотал он. — Не надо звать медиков. Они подумают, что я плохо старался.

— Чшшш... — прошептала я, наклоняясь и целуя его в лоб. — Не волнуйся. Мне просто нужно заглянуть в комнату для кобылок.
Он расслабился, закрыл глаза и я, погладив его густую гриву, осторожно выбралась из постели. Отступив на пару шагов, я поглядела на лежащую в постели пару и почувствовала, как у меня внутри всё переворачивается, но теперь у меня не было иного выбора.
— Отведи её домой, — шепнула я ему на ухо. Он едва заметно улыбнулся и кивнул во сне. Я прошла мимо измятых бесценных платьев и рассыпанных по полу атрибутов вечеринки, проскользнула в ванную и закрыла дверь.

Я подошла к раковине. О, Луна, мне точно не помешало бы привести себя в порядок. Жаль, что я не могла вспомнить подробностей. Наполнив раковину водой, я начала умываться. Затем отложила мочалку, глубоко вздохнула и взглянула на себя в зеркало.

Из зеркала на меня смотрела голубая единорожка с серебряной гривой. Со вспышкой позади меня появилась Лакуна.
«<i><b>Пора</b></i>», — просто сказала Богиня у меня в голове.

Да, пора. Связь Богини со мной снова восстановилась и теперь, чтобы удержать её подальше, простого похмелья было недостаточно. Хуже того, она не собиралась угрожать моим друзьям, или давать мне ещё какой-нибудь повод, чтобы я могла сопротивляться. Я даже не могла разозлиться, чтобы поколебать её контроль. Мы были в Единстве. Как она и хотела, нравится мне это, или нет. После того, как я более-менее очистилась, я переоделась в свою одежду и подняла меч. Осторожно, я срезала свой ПипБак. Теперь моим друзьям никак не отследить меня и я не смогу послать даже малейшую мольбу по радио, чтобы они попытались разорвать контроль Богини. В ближайшее время Богиня заменит мне и ПипБак и ЗПС. У неё в Единстве имелся ПипБак-техник, чьих знаний было достаточно, чтобы я могла его установить.

— Ну? И что дальше? — спросила я зазеркальную кобылу.

Она полностью завладела моим телом и сказала мне. Не последовало никакого вскрика в голос. Ни борьбы, которая могла бы разбудить моих друзей. Ничего. Рог Лакуны вспыхнул и мы исчезли во вспышке.

Наш путь лежал в Мэрипони, чтобы убить ЛитлПип.

Заметка: Достигнут максимальный уровень.

(Примечание автора: Вот и разрешилась ситуация с Обществом. Я знаю, многие хотели бы увидеть падение Богини, но это на самом деле помешало бы развитию главы и я действительно думаю, что Богиня заслуживает собственной отдельной главы. Мне всегда хотелось написать эту главу. Настоящая хорошая ночь для Блэкджек. Надеюсь, она всем понравилась.

Я надеюсь дописать главу о Богине до переезда. Здесь с работой туго, так что мне, наверное, придётся переехать в Вегас. Так что коробочка для чаевых всегда открыта для щедрых пони. Также, более чем приветствуется отзывы и критика. Жду их на форуме Cloudsville. Хочу сказать спасибо всем, кто дочитал до этого места, Kkat за создание FoE, Bronode и Hinds за редактуру и Squeak за то, что заглянул. Надеюсь, что эта глава была приятной. Берегите себя.)

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/28544/165707

Переводчики: Caringhide, joltius, Unheavyshadow, turkeevm

Foxundor, fantom_zero, Centergg, Freshman

Solayter, Clairen