Готовый перевод The EDGE Chronicles: The Stone Pilot / The EDGE Chronicles: The Stone Pilot - Воздушные Пираты/Хроники Края: Каменный Пилот: Chapter Three: Zelt Pink-Eye; Глава Третья: Зельт Розовоглазый

— Так, так, так, — послышался грубый голос. — Кого мои умные мальчики поймали в этот раз?

При звуке этого голоса белогривые волки поджали свои хвосты и заскулили в нетерпении. Я подняла голову и увидела возвышающуюся надо мной странную сутулую фигуру. Такого я ещё никогда не видела. Это существо было высоченным, сутулым, с невероятно длинными ногами и руками, с огромными ладонями и тонкими паукообразными пальцами. Его тело было совершенно круглым, и у него почти отсутствовала шея. Под слоями грязи его лицо было белым как снег, за исключением коричневого пятна, простиравшегося от левого глаза до середины щеки. Глаз посреди коричневого пятна был молочного цвета и выглядел точь-в-точь как галька в буром потоке. А другой глаз был розовым.

Он был одет в длинную куртку, сшитую из сотен различных кусочков, каждый из которых был шкуркой какого-либо существа Дремучих Лесов – пестрые и пятнистые кусочки, кусочки из мягкого меха или полосатых перышек — скрепленные вместе в этом, своего рода, лоскутном одеяле. С тяжелого кожаного ремня, охватывающего его живот, свисало множество ловушек, силков, ошейников и цепей, которые тихо позвякивали, когда он двигался.

— Полегче, мальчики, — прорычал он. — Не повредите товар.

Пять из шести волков отступили назад. Шестой же, с голодным блеском в глазах, сделал шаг ко мне, обнажив зубы.

— Тойзер! — проревела странная фигура, кладя руку на ремень. — Полегче, я говорю!

Внезапно его рука дернулась вперед. Вокруг ладони был обмотан кнут, конец которого со свистом пронесся в воздухе и ударил по волчьей морде. Хищник вскрикнул и отступил к остальным, возмущённо глядя на меня.

— Так-то лучше, — сказал он, сузив глаза. — Теперь, давай посмотрим на тебя.

Искоса поглядывая на меня, он расхаживал по кругу. Подойдя к волку, которого ударил, он почесал его за ухом. Тот уткнулся носом в его ладонь и лизнул её.

— Итак, малышка, — сказал он, обращаясь ко мне, — что же во имя Неба и Земли такая кроха, как ты, делает в сердце Дремучих Лесов? Как ты тут оказалась, когда вокруг нет ни одной деревни, ни одной хоженой тропы?

Он нагнулся, деликатно взял меня за руку и помог встать. Я вздрогнула, когда порыв ветра почти содрал с меня накидку и взъерошил мне волосы.

— Ой-ой-ой, да ты неженка, — промурлыкал он, склонив большое пёстрое лицо и разглядывая меня своим розовым глазом. — Старому Зельту придется обращаться с тобой аккуратно. — Он хрипло рассмеялся и защёлкнул на моих запястьях пару тонких наручников.

Я пыталась кричать, умоляя его отпустить меня, но - не могла. Это было, как если бы ветер срывал с языка слова и фразы и мгновенно уносил их далеко-далеко. И, как я ни старалась, здесь, в Навершье, не могла издать ни звука.

Он огляделся вокруг, и его здоровый глаз подозрительно прищурился. — Я не вижу никаких признаков клана или племени. А вы, мальчики?

Волки взвизгнули и обнюхали длинные тонкие ноги Зельта.

— Так, мои нюхачи, пошли! — С этими словами он взял и засунул меня в большой мешок, висевший у него на поясе, и я оказалась в темноте.

Так я оказалась в первом путешествии моей жизни. И хотя я тогда еще не знала этого, но оно стало началом других, ещё более удивительных приключений. Они последовали один за другим, и даже сейчас, когда я стою здесь, у Риверрайза — я знаю, что это ещё не конец моего пути.

Но что бы я ни чувствовала, когда я лежала в успокаивающей темноте мешка Зельта Розовоглазого, это хотя бы уже был не ненавистный ветер на моем лице. Равномерное покачивание и тяжелый топот говорили мне, что меня все дальше унасили от моей красивой пещеры.

По ходу движения Зельт напевал какую-то мелодию и свистел своим волкам; ловушки на его поясе звенели. Лежа в глубине мешка, я почувствовала, как на меня нахлынули горестные воспоминания.

Я вспомнила о своей любимой матери, Лоэс, о нашей светящейся комнате в троговых сотах, о том, как она подготавливала мои бумажные одеяния к Кровавой Церемонии. Я представила злыднетрогов, собравшихся под корневым куполом, подготавливающих поильный корень.

Мне стало больно и беспокойно на душе, когда я представила, как они тщетно ищут меня по всей пещере. Слезы навернулись на мои глаза и я заплакала. Они будут звать меня, чтобы я быстрее пришла, их крики будут становиться все более отчаянными, так как они знают, так же, как и я, что трог, который пропустит Кровавую Церемонию, никогда больше не сможет стать злыднетрогом. Я разрыдалась ещё сильнее, и слезы полились ручьем.

Вдруг, я глупо улыбнулась, осознав что мешок работорговца теперь защищал меня от ужасного жестокого мира снаружи.

— Сюда! Тойзер! Фильзер! Рибб! — прозвучал глухой голос работорговца, звавшего волков.

И я услышала скулеж и рычание волков снаружи, пресмыкавшихся перед работорговцем, бившим их хлыстом, чтобы заставить повиноваться.

Я не знаю, как долго мы шли. Час? Три часа? Шесть...?
Сидя внутри мешка в темноте, я не могла сказать точно. Но хотя я не могла видеть, могла чувствовать, как меняется поверхность, по которой шагал Зелт, слушая звуки, которые издавали его ноги. Они то хлопали по камням, то хрустели по песку, то мягко касались плотной травы, растущей в мягкой, пахнущей глинистой почве. Каждый шаг буквально говорил мне об окрестностях, и я представляла, как мы шли по густому лесу, который потом уступил опушкам и прогалинам, которые затем превращались в болота, потом в пастбища, щебенку и так по кругу.

Более того, несмотря на толщину мешка, я могла различать запахи и даже цвета. Земляную сырость и сочную луговую траву; пыльный запах гравия — едкий и серый; торфяной, ярко-коричневый аромат болота. И пока я лежала в болтавшемся мешке, я вдруг осознала, что обладаю такими талантами восприятия, каких не замечала в нашем уютном пещерном доме.

Несмотря на все это, здесь в темноте, конечно, мои уши были наилучшим источником информации о местности, по которой мы шли. Я слышала, как ветер шелестит листьями на деревьях, журчание ручейков, тихий вой и заглушенные вздохи волков, двигавшихся за нами... И громче всего, мягкое, но настойчивое бряцанье и клацанье множества ловушек, болтавшихся на поясе работорговца.

У меня не было ни малейшего представления о месте, куда мы направляемся но чем дальше мы шли, тем больше я боялась там оказаться.

Позже, гораздо позже я услышала голоса вдалеке. Я довольно быстро привыкла к относительной тишине нашего похода, и посторонние звуки мгновенно вызвали у меня беспокойство. Кто-то один кричал, отдавая приказы и рявкая команды. Остальные казались потерянными и запуганными. Были слышны жалобные протесты и слезные мольбы...

Когда мы стали ближе, я ощутила запах пылающих факелов, смоченных сосновой смолой и воском, и жаровней, полной маслянистого дерева, который испускал плотный едкий дым. Голоса стали громче, и Зельт в качестве приветствия прокричал кому-то своим хриплым голосом:

— Что всё это значит? Хотел меня бросить, Гриддел?

Тонкий вкрадчивый голос прозвучал в ответ: — Конечно нет, Зельт, мой старый друг. Просто хотел запрячь ежеобразов, чтобы сэкономить время. Мы отправимся на рассвете.

Розовоглазый издал горловой смешок, и раздались удары по спине одной из его громадных ручищ.

— Что тебя задержало, Зельт? — спросил Гриддел. — Вдалеке от поселений маловато товара.

— Никогда не угадаешь, Гриддел, — прозвучал ответ, и я почувствовала как Зельт отцепляет мешок со своего пояса. — Как ты думаешь, что это, а?

Мешок покачнулся и я вывалилась на мягкую пыльную лесную подстилку. Вокруг было темно, а факелы, что находились рядом отбрасывали кошмарные тени от большого деревянного фургона и приземистых волосатых животных в упряжи передо мной. Небольшой гоблин с заострённым дергающимся носом сунул свою морду прямо перед моим лицом и сузил свои маленькие коварные глазки.

— Чёрт знает, Зельт, — прошипел он. — Тем не менее, давай загружаться. Всё должно быть готово. Если мы не уедем на рассвете, то товар начнёт умирать прежде, чем доедем до рынка.

С этими словами он схватил меня за руку и потащил к большой двери фургона.

— Осторожно, Гриддел! — поспешал сзади Зельт. — Не повреди этот товар. Это изысканная штучка...

— Тьфу! — выругался Гриддел, грубо швырнув меня в чернильную темноту фургона. — Может быть она еще и слишком изысканна, дорогой Зельт, — прошипел он, крепко хлопнув тяжелой деревянной дверью, — для рыночного крюка!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/31864/110873

Переводчики: jjjrrr, vonavy14