Готовый перевод Doom - Endgame / Doom - Конец игре: Глава 1

Корабль был длиною 3.7 километра, и я обошел каждый чертов его метр, пытаясь обнаружить источники каждого скрипа и стона, которые откуда-то исходили. Я не удивлялся, когда слышал призрачные шумы, от этих чужеродных Фредов нельзя ждать чего-либо менее кошмарного. Они добрались до нас как инопланетяне в демонических одеждах, играя на всех Юнговских страхах, что терзают человеческую расу, из глубин коллективного чего-то там, Арлин в курсе этого. Сейчас же от их корабля исходили звуки, как будто он трещит по швам... или же Вселенная наконец-то свернулась. Я спускался по влажным заплесневевшим проходам, которые были слишком длинными, узкими и слишком, черт побери, жаркими, слушая как Вселенная несется к концу.

Вниз и прочь. В основном, я двигался по кораблю ради, чего-то вроде, присмотра за младшим капралом Арлин Сандерс, моим призрачным исполнительным офицером, которая разваливалась у меня на глазах. Никто не сходит с ума рядом с сержантом Флином Таггертом, без моего на то согласия. Но тут была Арлин, сидевшая, со скрещенными ногами, на смотровой площадке ("столовой") в кормовой части корабля Фредов, и смотревшая на красный огонек всех звезд в галактике, свернувшихся в что-то капле-образное под воздействием чего-то вроде релятивистского эффекта. Она сидела, не моргая, вглядываясь в коридор времени к Земле сегодняшней, которая, возможно, была той Землей две сотни, а то и больше, лет назад.

Господи, но это звучит меланхолично. Арлин не меняла свою униформу уже три дня, и начала уже завонять место. Я не хотел вмешиваться в ее горе - она потеряла любимого... в смысле, к тому времени, когда мы ступим в грязь в мире Фредов, и набьем там несколько морд, заставив вернуть нас на Землю снова, пройдет уже почти 200 лет для <MUDHOPPERS>. Капрал Альберт Галлатин будет уже век как в могиле. Он был настолько же хорош, насколько и мертв для нее теперь.

Космос - одинокое место, не позволяйте кому-либо говорить Вам обратное. Космонавты окружают себя друзьями и сослуживцами, но это только сдерживает пустоту открытого космоса на небольшом расстоянии. Вы все еще можете ощущать, как она чистит мозг, зондирует слабые места.

Мы пытались играть в различные игры борясь с одиночеством, я пришел со своей любимой - "Горе мне": мы соревновались в том, кто сможет поведать самую депрессивную историю о горе, я или Арлин... помечая бесконечно добавляющиеся детали, различные причины просто открыть люк и быть вышвырнутыми в межзвездную пустоту.

Я всегда выигрывал - не то, чтобы у меня было больше отчаяния, чем у Арлин, но скорее потому, что у меня была большая практика жаловаться на различные вещи.
- Я оставила свою настоящую любовь позади, - она могла бы погоревать.

- По крайней мере, у тебя она была!, - возражал я, - Все, что было у меня - это невеста, и я даже не уверен, что знал ее фамилию.
Сирс и Робак, наша обычно веселая бинарная пара Клейвов, не помогали; они заперлись в кабине и не выходили.

Их даже было невозможно уговорить сыграть с нами в "Горе мне"! Но позже, Арлин стала выигрывать по умолчанию: она была слишком подавлена, чтобы играть. Она просто сидела и таращилась в заднее окно.
Корабль Фредов был примерно цилиндрическим, вращался для создания чего-то вроде искусственной гравитации около 0,8 g на внешней обшивке; вдобавок, в первые несколько дней, было тяжелое ускорение, которое тянуло нас в конец корабля, когда он набирал скорость. Это было удачей, т.к. я всегда ненавидел нулевую гравитацию, всегда. Меня всегда разрывало, всегда кружилась голова, никогда не знал, где верх, потому что не было никакого верха.
Он был длиной 3,7 км, и около 0,375 км в диаметре, я посчитал. У меня было легкое головокружение от вращения - внутреннее ухо никогда не подстраивалось к такому роду дерьма, но все равно это было значительно лучше, чем "плавать и блевать", во время перелетов с Земли на Марс, или на Фобос.

За последние 24 часа, я следовал за Арлин вниз и вверх по кораблю, как только она начинала странствовать, сквозь темноту и мигающий свет. На вкус это место было мерзким, по большей части из-за запаха. Вонь пробиралась к задней части моего языка и оставалась там.

Арлин, должно быть, знала о моем присутствии, но не делала каких-либо попыток заговорить. Случайно, я услышал выстрелы, и подумал что она возможно стреляет в "мертвые" тела пришельцев Фредов. Я не мог в это поверить, она знала что они все еще могут чувствовать боль от пулевых ранений! Потом я поймал ее, разряжающей винтовку в форму человека, нарисованную мелом на переборке в каюте когда-то принадлежавшей судовому инженеру, Фреду которого обезвредили на мостике.

- Что ты, черт возьми, делаешь, А.С.? - спросил я.

- Стреляю, - ответила она, тупо глядя на меня.
Она скользнула руками вверх и вниз по части ствола, вымазывая руки в оружейной смазке, но не придала этому значения.

- Ты стреляешь в стальные переборки, безмозглая слабачка! Как ты думаешь, куда попадают пули, рикошетящие оттуда?

Арлин ничего не ответила. Ее еще ни разу не задело рикошетом, но продолжай бы она стрелять в стальные переборки, это бы произошло в считанные минуты.

Через пару минут, после того как я ушел, я снова услышал выстрелы, но позже она отрицала, что снова стреляла из своей винтовки.

Я вернулся на мостик, чтобы надолго столкнуться лицом-к-лицу с "мертвым" капитаном Фредов. Они не такие как мы... скорее, мы не такие как они, либо какие-либо другие разумные расы в галактике.

Пришелец Фред, как и любой другой, в отличии от человека, никогда не сможет умереть. Даже когда ты изрешетишь его тело, как швейцарский сыр, так что его голубые внутренности и красная кровь станет капать из щелей на палубе, его сознание останется неизменным.

Взорви его башку на куски, и он станет летать призраком, дрейфующим словно невидимый дым, все еще думать, слышать и видеть, чувствовать и отчаянно мечтать. Ты можешь поговорить с ними, они на самом деле могут слышать тебя.

После смерти души Фредов и представителей других рас призываются в своеобразный амфитеатр, где их развлекают красноречивыми песнопениями и танцами невиданной красоты - для того, чтобы поддержать "вкус" жизни до того момента, когда понадобиться их воскресить... При условии, что тело уцелело и воскресший Фред готов заплатить за это.

Я застрелил капитана девять дней назад, когда он лежал на полу, доводя до конца свой план по блокировке курса на мир Фредов. Несмотря на приложенные усилия, ни я, ни Арлин, ни наши нанятые советчики Сирс и Робак - двойная пара Клэйвов, каждый из которых выглядел как нечто среднее
между Магиллой Гориллой и Олли Упом (персонажи американских мультиков 1960-ых гг.) - не смогли выяснить, как сменить курс или хотя бы отключить двигатели.

Я поднял капитана и усадил в кресло второго пилота. Какая ирония... Он мужественно сражался. А теперь пусть посмотрит, где мы находимся. Я стал
прямо напротив этого ублюдка, так, что его глаза впились в меня.

- Как бы я хотел зашить тебя и вернуть к жизни - произнес я, - чтобы убивать тебя раз за разом, пока ты не расскажешь мне, как развернуть этот кусок дерьма. Но я даю слово, что разнесу твой мозг вдребезги до того момента,
как твои приятели найдут и воскресят тебя.

Я обвинял капитана в том, что у Арлин начался психоз; я никогда его не прощу и убью снова, если мне представится такой шанс.

Боже, куда податься на этой штуковине? Никогда не знал, с чего начать, чтобы держать всех в курсе дела.

Сирс и Робак заперлись в каюте; два рта, ревущие в обе глотки, что мы обречены, что нам конец, забейтесь наконец! Одному Богу известно, откуда они нахватались таких выражений, однако все было ясно и так: когда
мы доберемся до мира Фредов, самым логическим исходом для нас станет сожженние в горяченькой плазме, выпущенной из батарей тяжелой артиллерии,
которой окольцована адская планета Фредов.

Я не большой любитель логики. Согласно ей, нас с Арлин сотрут в порошок на
последнем свидании с Фредами. У них было все, кроме чувства родного дома; несмотря на риск, они могли изменить структуру Фобоса и Деймоса в горящий
шарик соплей.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/3390/10738

Переводчики: ViXP, yuli4e4ka, sicilium