Готовый перевод Starcraft II: Flashpoint (Christie Golden) / Starcraft II: Точка кипения (Кристи Голден): CHAPTER THIRTEEN

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

2500

Бар "У Сэма" был по дороге. Не слишком тихий, не слишком шумный, не слишком светлый и не тёмный, в общем, то что надо. Джим хотел, чтобы Сара почувствовала себя комфортно. Он также желал показать ей что-то стоящее, не какую-то там забегаловку, едва прошедшую санитарный осмотр. Он бывал здесь раньше и подружился с Сэмом и барменами. Это, конечно, не бар Нечестивца Вэйна, в котором он и Тикус проводили столько времени, что он стал почти домом. Сколько времени утекло с тех пор. Джим больше не нуждался в крутившихся вокруг обнажённых красотках или громкой музыке. Ему хотелось достойного разговора, когда тянуло поговорить, и холодного как лёд пива, которое можно было мирно потягивать в моменты тишины. Бар "У Сэма" мог предоставить и то, и другое.

Он старался не смотреть на часы и не удавалось, пытался не оборачиваться к двери и также терпел неудачу. Она опаздывала. Может быть, она решила не приходить. Разочарование резало его при одной такой мысли, но не думаю, что он мог винить её. Это была совершенно новая ситуация для неё. Связь... отношения... роман... он не знал, как правильно назвать то, что было новым и для неё тоже. Он только было протянул руку, чтобы положить несколько кредитов на стойку и в конце концов почувствовал её позади себя. Он повернулся, случайно, и так, чтобы она не знала, как он был рад её появлению, даже подготовил несколько хитроумных и прохладных комплиментов, чтобы поприветствовать её.

Он был ошеломлен, "Ты выглядишь... потрясающе."

Стоящая перед ним была действительно Сарой Керриган, но определенно не та Керриган, которую он знал. Он знал "призрака", тело которого обволакивал с ног до головы специальный костюм, что позволял ей появляться и исчезать по желанию. Он знал "убийцу", который превратил убийство в танец, даже если она имела много партнеров в этом мрачном вальсе. Он знал "солдата", который даже если и ставит приказы под сомнение, повинуется и делает всё от неё возможное.

Он никогда прежде не видел эту женщину.

Сара нашла платье - Бог знает как - но оно подходило так, как если бы изначально предназначалось только для неё. Это одежда не была сногсшибательно красивой, откровенной и соблазнительной. Это был простой, обычный зелёный сарафан длинной до щиколотки и коротким топом. Он открывал бледные, скульптурные плечи с крепкими мышцами, но всё-таки весьма женственными и покрытыми веснушками. Впервые с тех пор, как он встретил её, её длинные рыжие волосы не были убраны в "конский хвост", а были распущены и свободно падали на скульптурные плечи во всей своей огненной красе. Небольшая шпилька в форме бабочки забирала прядь волос за ухо. Её грудь была прикрыта, но не было намека на декольте. Удивительно тонкие ноги были перетянуты ремешками сандалий, и она нервно перебирала ногами.

Сара Керриган. Нервничала.

"Спасибо," произнесла она, одарив его мимолетной улыбкой. "Я... надеюсь, что подобающе оделась. Некто одолжил мне это.”

"Идеально, дорогая," сказал он, вставая и отодвигая для нее стул, как отец научил его делать. Он ещё раз убедился, что у неё была поразительно безупречная фигура. Было ли что-нибудь в ней, что не было идеальным?

"Много вещей", сказала она, затем огорчилась. "Черт. Сожалею об этом. Храбрюсь - ты же знаешь."

"Дорогая, пока ты не назвала меня снова свиньей, можешь читать всё, что хочешь. Я хочу быть открытой книгой для тебя." Слова сами шли и он осознанно придал им такое значение. Она поняла, и её поза стала расслабленной, а её улыбка более искренней. Он заметил, что её рот был слишком широким для её лица и подумал, что хотел бы поцеловать её. К его удивлению, она покраснела и посмотрела вниз, её волосы упали ей на лицо. Он протянул руку и накрыл её ладонь своей.

"Теперь, что я могу предложить тебе выпить?"

Она слегка пожала своими элегантными и сильными плечами. “Я понятия не имею. Я не пью, за исключением тех случаев, когда Арктур даёт мне в руки что-нибудь."

"Давай начнем с прекрасного холодного пива в этот жаркий день," сказал Джим. "И мы пойдем отсюда. Ох, и попробуй это" - добавил он, указывая на некоторые жаренные закуски. "Они вкусные".

2504

"У меня здесь хорошее положение, поэтому еда здесь лучше, чем на Гиперионе", сказал Джим, совершенно невозмутимо. Он указал на тарелку с лапшой в соусе и поставил её перед ней. "Попробуй. Это вкусно".

Она взглянула на него. "Ты умеешь много, Джим Рейнор, но повара среди них нет. И я припоминаю, ты говорил об этом ранее. Я, наверное, не стану доверять твоим кулинарным решениям”. Она ненавидела жареные закуски.

Он улыбнулся, довольный тем, что она вспомнила. Может быть, ей тоже это напомнило те приятные моменты из прошлого. Их было немного - они не успели сделать больше хороших воспоминаний - но они были невыразимо дороги для него. Казалось, она тоже ценила их.

- Наверное, - допустил он. Затем беспечно ухмыльнулся. - Но ты же не станешь возражать, что она приготовлена с не меньшей заботой, чем еда на Буцефале.

"Ну, это же правда.” Она осторожно взглянула на пищу, и посмотрела на него одновременно с недоумением и отвращением.

"Ох, да ладно, это обычный паёк и я знаю ты пробовала их раньше!" - запротестовала он, изображая обиду. Затем, смягчившись, он сказал, "Да, это довольно жутко, но это лучшее, что я смог найти здесь. Подожди, пока мы не вернемся на Буцефал. Я думаю, если там еда достаточно хороша для Валериана, то она вероятно чертовски вкусная, учитывая как он избирательно относится к тому, что пьет."

Ошибкой было сказать это. Улыбка Сары, которая только начала слабо появляться, окончательно исчезла. Тем не менее, она попыталась сесть. Он был там, чтобы помочь ей и ухватил обеими руками её под мышки и потянул вверх. Когда-то у неё были сильные руки с тугими мышцами. Теперь же они, казались, просто тонкими и мягкими, и он почувствовал знакомый укол. Она должна получить помощь, реальную помощь, и очень скоро.

"Это тебе", сказал он. Сара не делала никаких усилий, чтобы поесть и просто смотрела на еду. Она оттолкнула весьма непривлекательную бурду равнодушным взглядом. Он смотрел на неё около пяти минут молча, потом сказал "Дорогая? Это не ребрышки, но ты должна поесть".

Она пожала плечами, а потом, как насупившийся ребенок, положила вилкой еду в рот.

Джим боролся с безысходностью и страхом. Он смог подавлять их внутри примерно еще две минуты, потом не выдержал.

"Сара, ты далеко не глупый человек, которому не по силе сделать это. Но я должен тебе сказать, ты сейчас сидишь и занимаешься глупостями. Ты знаешь, что ты должна есть. И тем не менее, просто размазываешь эту еду у себя по тарелке. Знаешь и то, что ты можешь поговорить с кем-нибудь обо всем, что произошло или же с тем, кому сможешь открыться. Ты не должна морить себя голодом и держать всё то, что произошло с тобой внутри себя. Теперь я понял, что ты не тот тип людей, который кладет голову доктору на коленки, но будь на твоем месте, я бы подумал, что после всего того, через что мы прошли с тобой вместе, я бы уже почувствовал, что есть тот, с кем можно поговорить. Ты не одна."

В первое время она не отвечала, а просто продолжала сидеть, опустив глаза. Это расстраивало его больше, чем он хотел было признавать видя её такой, настолько вялой и безразличной - ту, которая была огнем и страстью, закрылась внутри и возможно контролировала, но -

- Сара -

Она дотянулась и сжала его руку, крепко. Он пожал её руку. Почти сразу же, она отпустила его руку и оттолкнув свою еду, легла снова. Она свернулась в тугой комок, отвернувшись от него.

"Сара?"

"Я не голодна, Джим. Просто идти. Я хотела бы побыть немного одной.”

Джим понял, что это не к добру. Он знал, о чём она будет думать. Он почувствовал укол вины, зная, что упоминая их свидание, он подтолкнул её к этому. Он не мог до неё дотянуться, не мог помочь ей. Он словно тянулся к тому, кто вот-вот сорвётся в пропасть. Она должна цепляться за его руку. Только тогда он смог бы её оттащить от пропасти. А Сара в свою очередь, похоже не была способна держаться за что либо.

Или, возможно, она просто не хотела.

Он зарылся лицом в свои руки и долгое время надеялся, что она повернется и скажет хоть что-нибудь. Легкое гудение больничного оборудования и мягкий, почти незаметный звук падающей жидкости из капельницы, были единственными источниками шума в комнате.

Он не произнёс не слова. Просто поднялся и вышел. Он не знал, куда шел, и его это не волновало. Он просто позволил ногам вести его сквозь пустое поместье, принадлежащее некогда Скутеру О’Банону. Сейчас оно принадлежало чертёнку с розовыми волосами. Джим бродил по коридорам, сжатые кулаки в карманах, голова опущена, невидящие глаза не замечали увядшей красоты дома. Он не разглядел даже Тикуса.

Он видел только Сару, она лежа в его объятиях, ее кожа была такой бледной, что почти светилась в тусклом свете...

2500

Они пили пиво, болтали и смеялись, угощаясь закусками. Потом стало поздно и Сара, прикончив последнее пиво, спросила: - Что теперь?
Джим без колебаний и лишних слов просто протянул ей руку.

Она не была пьяна. Джим не представлял Сару Керриган, которая на столько потеряла бы над собой контроль, чтобы напиться. Однако, она не возражала против расслабляющего действия алкоголя. Сара выпила ровно столько, чтобы щеки зарумянились, а глаза засверкали. Раньше Джим никогда не видел её такой. Более того она подарила ему смех. Смех Сары был музыкальным, чуть хрипловатым и более настоящим, чем смех любой другой женщины. За исключением, возможно, смеха Лидди.

Лидди, я так тебя любил. Всегда буду любить. Я оставался верным тебе до последнего твоего вздоха, и после... Но, детка, тебя больше нет. И я знаю ты бы меня поняла, и хотела бы, чтобы я был счастлив. И... я думаю, что это возможно.

Он почувствовал, как что-то внутри него расслаблялось по мере того, как мысль обретала силу. Джим почувствовал, что тяжесть исчезает. А он до сих пор не подозревал, насколько тяжело ему было. На сердце вдруг полегчало, и он понял что это правда. В этот момент рядом с этой женщиной Джим Рейнор был счастлив, вопреки ужасам войны, которая бушевала вокруг них и вопреки инопланетянам, которые казалось бы вечно наступают им на пятки. Он смотрел на Сару и он был счастлив.

Поэтому он протянул руку. Она смотрела на него довольно долго. Часть бесхитростной радости исчезла по мере того, как она принимала решение, должен ли перейти приятный вечер во что-то другое. Что именно? Ничто из них не знал. Будет ли это конец? Или начало?

А за тем она вложила свою сильную ладонь в его.

Он не позаботился включить свет в маленькой каюте, которая являлась его комнатой. В ней всегда горели тусклые огни безопасности, чтобы при крайней необходимости Джим мог быстро найти дверь. Сейчас простая комната купалась в мягком голубом освещении. Джим закрыл дверь, затем прижал Сару к ней и склонился для поцелуя.

Их первый поцелуй был нежным, лёгким и ищущим. Сара была непривычно неопытной, стыдливой и неловкой, в обычных обстоятельствах являясь образцом точных движений и грации. Джим слегка улыбнулся напротив её губ и продолжил её целовать, поскольку ему просто не хотелось останавливаться.

И она ответила. Сначала колеблясь, потом со всевозрастающей страстью, которая как чувствовал Джим скрывалась под строго контролируемой оболочкой. Её руки обвили его и, отбросив скромность, Сара выгнулась вверх, став такой же ненасытной и жаждущей, как и он.

Джим не хотел, чтобы это произошло вот так - дико и впопыхах. Только не в их первый раз. Ему пришлось приостановить её. Нежно, но настойчиво заставить понять, что она может не только давать, но и получать, обучить, что терпение вознаграждается.

* * *

Она первая прервала сладкую тишину после их соития.

- Ты не видишь её, - сказала она так тихо, что он едва услышал. Это не был вопрос. Это было утверждение.

- Чего я не вижу, дорогая? - шепнул он в ответ. Её голова покоилась на его широкой груди. Ухо прижато так, что она слышала каждый стук его сердца. Её волосы нежные, как красный шёлк, обволакивали их обоих. Пальцы Сары медленно и нежно чертили узоры на его коже. К этому моменту страсть утихла, но было ясно, что она всё ещё желала быть связанной с ним.Она не двигалась и не смотрела на него.

Она не ответила сразу. Затем тем же почти неслышным голосом сказала:
- Темнота. Эта темнота всё ещё... во мне.

Её голос дрогнул. Джим хотел сжать её покрепче, но удержался. Сара была похожа на дикое животное, готовое сорваться с места при любом неверном движении с его стороны. Она закроется от него, если он станет давить на неё слишком сильно. Джим продолжил поглаживать её руку, чувствуя, что её беспокоит что-то ещё. И через мгновение она продолжила.

- Это... пугает меня иногда. Она такая сильная... такая могущественная.

- Во всех нас есть и свет, и тьма перемешанные между собой. - Тихо сказал Джим: - Я делал много вещей, которые выглядят со стороны чертовски плохими. Также как и ты. Но, милая, сейчас у тебя есть свобода выбора. Ты ведь приняла решение согласится на свидание сегодня. Ты выбрала и выбрала меня. Всеми богами клянусь - все, что я вижу в тебе сейчас - это свет. Свет такой яркий и чистый, что я не могу оторвать глаз от него.

Сара подняла голову. Её глаза поблескивали в слабом свете, когда она посмотрела на него. Скорей всего она читала его мысли. Его это не волновало. Он хотел, чтобы она это сделала. Может тогда она сможет посмотреть на себя его глазами. Джим нежно улыбнулся, поднял руку, чтобы погладить красный шелк её волос, затем поднёс локон к своим губам.

- Я знаю, что именно ты видишь, - сказала Сара, - и, думаю, что я не должна игнорировать это, но - тебя здесь нету.
Она пригнула голову, - А я есть. Эта тьма... Джим, пожалуйста, пообещай мне кое-что.

- Что именно?

Она сглотнула. Джим почувствовал, что она никогда не перед кем не была столь беззащитной, как в этот момент с ним. Эта мысль внезапно наполнила его сердце чем-то очень-очень важным.
- Пообещай мне, что, если эта тьма когда-нибудь поглотит меня - ты остановишь её. Любой ценой.

Он открыл рот. Затем снова закрыл и продолжил гладить её нежное бледное тело. Джим не знал, что сказать или сделать.

- Обещай мне! - Голос Сары был резок, но не от злости, а от страха.

Она не будет поглощена тьмой. Только не после того, что она уже пережила. У неё была ужасающая мощь, и бессовестные люди заставляли её делать чудовищные вещи. Но наконец Сара Керриган принадлежала самой себе. Она никогда не станет чьей-то игрушкой. А значит, она никогда не перейдёт на сторону тьмы.

Он посмотрел в её глаза с уверенностью и любовью и, приподняв рукой её подбородок, сказал: - Дорогая, если это позволит тебе расслабиться в моих руках, тогда ладно. Я обещаю.

2504

Я обещаю.

Сарины ресницы, затрепетав, приоткрылись. В этой комнате, которая служила больничным изолятором, никогда не было темно благодаря всем этим маленьким поблескивающим огонькам на панели и мягкому освещению ночью. Было достаточно темно, чтобы она догадалась, что настали ранние утренние часы.

Она задумалась о разговоре состоявшемся между ней и Джимом ранее. Он не мог знать о чем она думает. Он не догадывался о том, что каждый раз, когда он заставлял её говорить о том, "что произошло", она снова переживала это: переживала "смерть", которая стала для неё облегчением, муки тела, трансформирующегося в новую форму, вид и звуки умирающих в агонии людей, становившимися либо пищей, либо сырым генетическим материалом для зергов. Её зергов.

Зергов, которые обрушились на испуганную, но решительную женщину, пытающуюся спасти свою кричащую дочь.

- Мама! Мама! - Девочка не хотела уходить. Не хотела хвататься за протянутые ей сильные руки незнакомца, которые пытался спасти ей жизнь. Она боролась.

Тщетно. Всё тщетно. Мать, дочь и добрый незнакомец - все будут мертвы в течение нескольких секунд...

Джим хотел думать, что за всё несла ответственность Королева Мечей, в которой в нездоровом союзе слились Сара Керриган и зерг. Может он был прав.

Но Сара так не думала.

Она медленно перевернулась, и была одновременно удивлена и не удивлена, увидев фигуру, развалившуюся в кресле напротив неё. Его голова была откинута назад, рот слегка приоткрыт. Тихий храп вырывался из него. Сара закрыла глаза.

Я обещаю.

Всё же, когда тьме была дана полная омерзительная сила, он не остановил её любой ценой.

Нарушил ли он своё обещание? Или всё-таки Джим видел, что вопреки тому что она думала, чем стала и что творила, тьма не смогла полностью поглотить её?

Внезапно горячий и сильный гнев пронзил её. Она не знала на кого или что. Откуда то послышался громкий стук. Её глаза распахнулись, когда она услышала приглушенное проклятье какого-то, работающего в ночную смену, медика.

- Что произошло? - послышался удивлённый голос.

- Чёрт побери, если я знаю! - произнёс другой голос.

Зато Сара знала.

Это сделала она. Она почувствовала гнев, и выбрав наугад что-то в комнате - даже не зная что - стала фокусироваться на предмете до тех пор, пока... это сломалось? Взорвалось?

Джим сразу проснулся. Бдительный и готовый к борьбе. Его рука тянулась к пистолету на боку.

- Ты в порядке?

Веский вопрос. Подумала Сара, но кивнула.
- Что-то сломалось. Слов она не выбирала. Сара не была готова думать о последствиях.

Джим оглянулся. Увидел, что повреждениях уже позаботились, и кивнул сам себе. Он повернулся к ней спиной.

- Я знаю, что ты попросила меня уйти, но... я бы лучше остался здесь. Я тебя не побеспокою, если ты захочешь снова поспать.

- Всё в порядке. Ответила Сара. Телекинетический взрыв принёс временное облегчение. - Я думала о той ночи. О том, что произошло. О своих словах.

Да, я тоже. - Тихо сказал Джим. Он помолчал мгновение, потеряв нить мысли. Ты знаешь, Арктуру не нравилась идея о тебе и мне вместе.

- Конечно, нет. - Произнесла Сара с некоторым ехидством в голосе. - Если бы мы стали близки, мы бы перестали зависеть от него. Он не смог бы нами больше манипулировать. Арктур боялся, что мы будем оказывать друг на друга дурное влияние.

- Если, упомянув дурное влияние, ты имеешь ввиду хорошее, к примеру, думать самостоятельно то, да. Он почти проговорился об этом, когда один из его мелких шпионов заметил тебя, покидающую мою квартиру.

Сара замерла, вся превратившись в слух. - Что он сказал?

- Стандартное дерьмо в стиле Менгска. - ответил Джим с той честностью и прямотой, которая так ей нравилась. - Он сообщил, что пытается помочь мне, предупредить, чтобы я не пострадал.
Джим умолк, очевидно, ожидая саркастических комментариев с её стороны, но Сара продолжала молчать. После паузы, которая стала казаться почти неловкой, он продолжил:
- Что ты не тот тип женщины, в которую может влюбиться такой парень ка я. Что ты не какая-то невинная маленькая девочка, которая нуждается в спасении, а... - Он резко остановился. Саре не нужны были её телепатические способности, чтобы понять, что произошло. Он всё ещё не отошёл ото сна и не совсем сознавал, что именно он говорит.

- Продолжай, - попросила она.

- Это не важно. Просто, ну ты знаешь, как я и говорил, обычные вещи.

- Джим, что он сказал?

Джим вздохнул, - Сказал, что ты оружие. Чудовище. Опасна.

-... понятно.

- Мне... кажется, что именно тогда впервые я начал понимать, что этому ублюдку доверять нельзя.

- Он был прав.

- Знаешь, да, в этом есть некоторая правда. Сара, тебя тренировали быть оружием, и именно так тебя использовали. А потом ты стала думать самостоятельно, оспаривать приказы и, прозрев, увидела, насколько он плох. Ты стала оружием, которое внезапно перестало стрелять туда, куда тебя нацеливали. Ты была оружием, которое могло обратиться против него. Именно поэтому он попытался избавиться от тебя. Только тогда было создано чудовище. - Джим наклонился вперёд и взял её за руку. - Но то что сотворил один Менгск, я смог обратить при помощи другого Менгска. Ты снова Сара, милая, и я тебя больше не брошу. Никогда.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/34718/125139

Переводчики: Ammarrilliss, Diomancheg