Готовый перевод Ugunszīme / Огненный знак: 2.

Карл ютился на чердаке деревянного дома неподалёку от Цветочного парка. Мольберт, складная кровать, пара коробок с нехитрыми пожитками и несколько стульев. Собственно и всё. А что ещё нужно художнику? Вид на небесную лазурь? Ерунда. Необходимы покой и время. Ведь в последнее время покой Карла нарушался частыми визитами Олафа Шубина. Другом он Карлу не был, так что не слишком ли много он себе позволял? Шубин часто приходил по четвергам, и спустя час важно вставал и говорил:

- Пора идти к Дагмаре. она любит точность.

Карл не мог не отметить, что в голосе Шубина чувствовалась торжествующая радость.

- Почему ты вобще к ней ходишь? - будучи однажды в досадном настроении, спросил Карл.

- Знакомлюсь с интересными людьми. По улицам уже не походишь и газеты просто так не опубликуешь. Это уже другая армия.

- Армия? - усмехнулся Карл, поскольку ответа так и не получил.

Странный тип этот Олаф Шубин. Всегда носиться как одержимый, будто его догоняют и важно хмурит лоб. И глаза неспокойно бегают. Карл бывало видел Олафа когда тот пишет, и тогда предположил, что только такая жизнь успокаивает этого подвижного парня.

Шубин явно интересовался женщинами, хотя и был маленького роста. В силу своего самолюбия этот недостаток он переживал почти трагично. Шубин пытался скрыть свой страх перед другими. Не важно за чем именно. Поэтому Шубин работал как одержимый. И само-совершенствовался. Освоил театральную элегантность и яркий стиль беседы. Своих педагогов он презирал и жестоко пародировал по пьяни, а они оказывались обезоруженными, столкнувшись с вежливостью, больше походившую на детскую игривую дерзость. "Юношеский дух", сказал старый Силиньш, сдаваясь на милость очарованию Шубина.

Карл не мог знать, будет ли Олаф великим художником. Временами он украдкой завидовал выходкам Шубина, его попыткам привлечь внимание, фамильярному отношению к педагогам, тогда как его самого, Карла Добе, никто не хотел воспринимать всерьез. Правда, в последний раз его работа оказалась в центре внимания нескольких критиков и мнение их было не самым лестным. Но об этом Карл не беспокоился. Скорее ему даже нравилось, что его заметили. О Шубине не писали. О нём и его жизни ходили разговоры.

Что этот натуральный пустомеля ищет в обществе утончённой Дагмары? Шубина всегда раздражала любая тема, в которой лишь упоминалось или анализировались личноcти мировой величины. Джотто был законченный формалист, Леонардо - всеядный обжора, Микеланджело - псих и так далее. И зачем только Карл с ним общается? Потому ли, что будет совсем неудобно сказать, что в их послеобеденных посиделках за бутылкой вина не было особого смысла? Хотя Карл обычно слушал. Его уже долгое время терзало ощущение, что всё что он делает - это не его. И хотелось чего-то большего. Хотя натюрморты Карла только назывались так только в силу субъективных взглядов самовлюблённого художника.

Интересно, что Дагмара скажет о его картинах? Двадцатишестилетняя женщина. Совсем одинокая. Невольно приходит на ум разговоры отца, часто озвучивающего классификацию Виктора Эглиша. Была бы Дагмара "очень умной, любопытной и скучной для мужчин, отношения с которыми чаще оказывались непродолжительными"? Нельзя сказать, что Карлу было скучно наблюдать эту даму и слушать острые, ужасающие речи. Может быть её стоит отнести к "образованным, неверным подругам холостяков и любимцев компании, которые не хотят хранить верность, так что отдают своих детей в приют, и в действительности не способны на настоящую любовь"? Детей у Дагмары никаких не было, и сам Шубин никогда пикантностей о её личной жизни не рассказывал. Может быть эта женщина была той третьей категории - "переходящей из рук в руки", с погасшим огоньком души, мелкой чиновницей, неудавшейся творческой личностью, молодой и весёлой гетерой"? Смешно. Если уже столь глубокий талант начинают подозревать в шарлатанстве, то кому вобще теперь верить? Дагмара была очень интересной учительницей. Таким образом можно поверить старику Эглишу. Кто знает, зачем отец заводил такие раздражавшие мать речи, и как знать почему и Карл их запомнил. Ну да, отец, чемпион Европы по баскетболу, ненавидел эмансипированных женщин и их теории. Но Карл был маменькин сынок. Его немного беспокоило то, что Дагмара не считала Карла достаточно яркой и подходящей для своего круга личностью. Да, он уже и подумать не мог о том, чтобы задать в оживлённой беседе вопрос или добавить глубокомысленное замечание или потерять дар речи под влиянием её лекций. Может поэтому ты и сбежал, Карл? Нет, не ври дальше. ТЫ ведь на самом деле боишься. И ещё больше испугался, когда понял, что Шубин это заметил. Поэтому этот парень так скоро и решительно к тебе пожаловал. В какой-то степени это означало его, Шубина, над тобой победу..

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/34730/122369

Переводчики: Krevedko_boo