Готовый перевод Richard Dawkins The Oxford Book of Modern Science Writing / Ричард Докинз Оксфордская книга публикаций современной науки: John Tyler Bonner from LIFE CYCLES / Джон Тайлер Боннэр из «ЖИЗНЕННЫЕ ЦИКЛЫ»

Джон Тайлер Боннэр

из «ЖИЗНЕННЫЕ ЦИКЛЫ»

■ Биологи поняли, что если они хотят разобраться, как какое-то великое искусство эволюции состоялось, огромной помощью будет то, если это произошло несколько раз, поскольку это дает нам основание для сравнения.

Генетический код, к сожалению, вероятно, возник только однажды (или если были конкурирующие коды, возможно они напоминали разработанные Криком и Гамовым, но они больше не с нами).

Если мы хотим получить сравнительную перспективу о том, как генетические коды эволюционировали, мы должны будем ждать, пока не обнаружится внеземная жизнь, что, вероятно, означает ждать вечно.

Многоклеточность — объединение клеток в тела — развивалось несколько раз.

Одно из такого независимого развития столь чуждое и странное, что оно, возможно, также развилось на Марсе; и потусторонняя перспектива, которую это предоставляет нам, могла бы осветить нашу собственную более знакомую многоклеточность.

Никто не знает больше о формах слизи, чем Джон Тайлер Боннэр, и он здесь рассказывает нам о них.

Я никогда не встречался с ним, но я уже давно чувствую близость с его гениальным и образным стилем письма. ■

Начало

Я посвятил свою жизнь слизевикам.

Это может показаться своеобразным занятием - ограниченным, в лучшем случае, слегка противным в худшем. Но позвольте мне объяснить, почему она очаровала меня и как она открыла мне глаза, чтобы я захотел не только понять, что заставило их жить, но как они вписываются в общую картину живых существ и каковы принципы, которые объединяют всю жизнь.

Слизевики чрезвычайно общий организм, широко распространенный во всем мире.

Тем не менее, потому что они микроскопические и живут в основном в темноте почвы, их трудно увидеть, и по этой причине они были мало известны до последних лет.

Однако, если взять маленький кусочек верхнего слоя почвы или перегноя из практически любого места и принести его в лабораторию, можно легко выращивать их в маленьких чашках Петри, содержащие питательной среду прозрачного агара.

Там, в сильный микроскоп, можно проследить их жизненный цикл, который для меня всегда был зрелищем необычайной красоты.

Слизевики начинают как инкапсулированные споры, которые раскалываются и из каждой споры появляется одна амеба.

Эта амеба сразу начинает питаться бактериями, которые представлены в качестве пищи, и примерно через три часа питания она делиться на две части.

При таких темпах это не займет много времени и чтобы съесть все бактерии на поверхности агара у них обычно уходит около двух дней.

Затем наступает магия.

После нескольких часов голодания эти полностью независимые клетки сливаются в сосредоточенные скопление, чтобы сформировать массы клеток колбасообразной формы, каждая из которых теперь действует как организованный многоклеточный организм.

Он может выползать на свет, ориентироваться в тепловой разнице, и показывать организованное единство другими различными способами.

Это похоже на маленького, прозрачного слизняка приблизительно в один миллиметр длиной (действительно, эту мигрирующую массу амеб теперь обычно называют 'слизняком').

Они имеют четкие передние и задние концы и их тело покрывается тонкой слизистой оболочкой, которую они оставляют позади, по мере движения, похожие на микроскопические, свернутые колбаски.

После периода миграции, при этом длина во многом зависит от условий непосредственной среды обитания слизняка, его рост останавливается, установившись вверх он медленно преобразовывает себя в тело плодоношения, состоящее из тонкого конического стебля в один или несколько миллиметров в высоту, заканчивающимся шаром спор на его кончике.

Эти замечательные метаморфозы начинаются с передних клеток слизня, которые станут клетками стебля.

Они образуют небольшой, внутренний цилиндр целлюлозы, который постоянно расширяется на конце.

По мере этого, передние клетки вокруг верхней части вновь созданного цилиндра вливаются в цилиндр, как фонтан текущий в обратном направлении.

В результате наконечник цилиндра (который является стеблем), поднимается вверх.

Далее масса последующих клеток, которые должны стать спорами, поддерживаются восходящим наконечником, и таким образом масса спор поднимается вверх.

Во время этого процесса каждая амеба в массе споры становится спорой, заключенной в толстостенную оболочку в форме капсулы, готовое начать воспроизводство следующего поколения.

Клетки стебля в тонком, коническом цилиндре целлюлозы становятся большими с огромными, внутренними вакуолями; во время этого процесса они умирают, израсходовав свои последние запасы энергии на постройку толстых стенок из целлюлозы.

Это замечательный факт, что передние клетки с другой стороны — лидеры у ползающего слизняка — умирают, в то время как отстающие клетки в задней области превращаются в споры, каждая из которых может начать новое поколение.

Слизевики, кажется, поддерживают старый армейский принцип, чтобы никогда не выходить вперед — никогда не вызываться добровольно ни для чего.

Этот весь жизненный цикл (который, оказывается, бесполым) в лаборатории занимает около четырех дней .

Организмы очень легко выращивать, и во многих отношениях это делает их идеальными для экспериментальной работы.

Вид, описанный мною, только один из пятидесяти, что делает возможным сравнительные исследования.

Сегодня в этом современном, техническом мире, можно просмотреть свои эксперименты с необычайной легкостью.

Например, у меня в лаборатории есть видеокамера на микроскопе, и на экране я могу отслеживать результаты любой операции, которую я выполняю с мигрирующим слизняком.

Если я наблюдаю его в течение двух часов, я могу немедленно воспроизвести все изменения на этом промежутке времени, таким образом, эти два часа могут быть ускорены до двух минут.

Возможность посещать лабораторию каждый день, восторг предвкушения.

Жизнь экспериментального биолога это тянущиеся минуты и часто будничные детали включающие бесконечные, разочаровующие эксперименты, которые не удаются, но награды, хотя и редко, бывают велики.

Внезапно и так волнительно, когда что-то происходит правильно и дает озарение, как это работает.

Несколько лет назад старый друг, который был ветеринаром находился в больнице восстанавливаясь после операции.

Когда я его навещал зашел его хирург и мой друг представил меня как 'доктора Боннера'.

Хирург спросил меня: "Вы зверек или крупное животное человек? Не задумываясь, к его недоумению, я ответил, что я был 'крохотным животным человеком'.

Я часто вспоминал об этом эпизоде на протяжении многих лет, когда помогал студентам возродить их больные культуры в здоровые и процветающие.

Одна из моих главных ролей в жизни, стало быть, связана со слизевиком ветеринаром.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/35417/126608

Переводчики: Irina73