Готовый перевод The Lion Tamer / Укротительница (фанфик по Гарри Поттеру): 7 глава

От автора:
Так как я получила множество замечаний насчёт сцены отработки у Амбридж, то мне хотелось бы кое-что прояснить. Во-первых, в свои пятнадцать лет у Гарри нет ни доказательства, ни подозрения, что Амбридж не сможет ответить за свои слова. Он не такой, какими большинство из вас были в свои пятнадцать. Даже Гермиона со своей славой супер-умной не может этого знать.

Во-вторых, даже если Гарри может кому-то об этом рассказать, то против него всё равно будут слова Амбридж, потому что она на её кровавом пере наверняка лежат защитные чары. И, беря в расчет фанатизм Амбридж, неужели вы думаете, что она позволит использовать Веритасерум?

Мне очень жаль, что Гарри не настолько умён, как бы вам хотелось. И тем, кому это не по нраву, я могу сказать, что существует огромное множество с таким изменением Гарри. А остальным я могу лишь сказать спасибо зато, что вы читаете меня, вы лучшие! Прошу прощения за громкие слова.

Трансфигурация привычно началась с речи МакГонагалл о приближающихся СОВах. Гарри выслушал, что им стоит ожидать от экзаменов и что профессор готовит им на СОВ в этом году. Наконец она раздала им улиток, чтобы они могли отработать заклинание невидимости.

Гарри, Рон и Гермиона сели вместе. Рон присоединился к друзьям за завтраком, где и объяснил, почему изменил свое мнение.

— После урока Амбридж я был зол, — разъясняет Рон между накалыванием на вилку столько блинов, сколько на ней может удержаться, — И весь остальной день я мог думать только о том, что когда все против тебя, я должен быть на твоей стороны. Ты мой друг, Гарри, а я поступил не очень хорошо. Что бы не случилось, я всегда должен прикрывать тебе спину.

Гарри высоко оценил такой настрой и понадеялся, что Рон вспомнит об этом, когда увидит, как развиваются его отношение с двумя слизеринками.Гарри с каждым днём становилось сложнее не думать о брюнетке. И он, конечно же, знал, почему. Благодаря сестре Дафны и Гермиионе он знал, что он нравится Гринграсс и именно из-за этого она хочет подружится с Гарри. И, если бы Гарри был честен с собой, то мог бы признать, что девушка ему симпатична. Проблема была в том, что он не знал её. В этом же видела проблему Дафна, решившая немного подождать и узнать настоящего Гарри, и это о многом говорило парню.

Он не мог найти ни одной уважительной причины устранить эту проблему. Конечно, не считая Волдеморта. Но каждый раз, когда парень думал об этом, в его голове звучали два попрекающих его за это голоса: Сириуса и Дамблдора.

— Ты не доложен позволять ничему становиться на твоём пути к счастью, — сказал бы директор.

— Мы все в Волдеморта в чёрном списке, независимо от того, общаемся мы с тобой или нет, — звучал голос Сириуса. — Он хочет уничтожить нас просто потому, что мы против него. Не будь идиотом.

И пока он пытался заставить исчезнуть улитку, к нему пришло решение провести с Гринграсс вместе какое-то время. Он ничего не теряет, но многое выигрывает — так зачем пытаться сохранить дистанцию с ней и другими?

— Очень хорошо, мистер Поттер. У вас почти получилось, — похвалила профессор МакГонагалл, мгновенно вернув парня к реальности. Гарри взглянул на свою полупрозрачную улитку и удивился, что почти смог изучить заклинание, думая о Дафне.

— Попытайтесь ещё раз, — МакГонагалл обходила класс, проверяя работу учеников. Она не могла припомнить, чтобы Гарри так быстро справлялся с новым заклинанием. Профессор подумала, что мальчик совершенствуется.

Гарри кивнул, взмахнул палочкой и дотронулся ею до улитки, произнеся заклинание. Он улыбнулся, когда увидел, что та почти исчезла, лишь контуры панциря остались видны. Он отменил заклинание, чтобы попробовать ещё раз, но профессор МакГонагалл поймала его руку.

— Что это? — спросила она, выглядя потрясённой. Гарри выдернул свою руку и покачал головой.

— Ничего, профессор. Всё в порядке, правда, — вежливо ответил он. Поттер всё ещё злился на своего декана, будто бы именно она отправила его на отработку.

Профессор МакГонагал хотела было всё-таки выяснить правду, но наткнулась на многозначительный взгляд Гарри, и решила, что лучше эту тему закрыть. Когда женщина отправилась в дальнейший обход по классу, она оглянулась и заметила, что Гермиона смотрит на неё с нескрываемой досадой. Профессор решила, что ей срочно нужно поговорить с директором.

После обеда друзья отправились на улицу, на первое занятие по Уходу за магическими существами. На входе к ним присоединились слизеринцы, и Гарри остановился, чтобы Дафна и Трейси могли их догнать.

— День добрый, — улыбнулась Дафна.

— Добрый день, — откликнулась Гермиона.

— Привет, — вернул улыбку Гарри.

И никто из них не заметил брошенного на них злобного взгляда Драко и его стаи волчат.

Впятером они подошли к хижине Хагрида, где профессор Граббли-Дёрг уже выпустила на стол несколько непонятных движущихся веток. Профессор высыпала на стол несколько зёрен риса, и эти "ветки" жадно на них набросились.

Выяснилось, что эти существа — лешие. Класс разделился на группы по три человека и каждая группа наблюдала за своим лешим. Гарри попал в группу с Трейси и Дафной, а Гермиона, Рон и Невилл образовали другую группу. Рон был расстроен тем, что его друг предпочёл учиться со слизеринками.

И не только он. Драко Малфой, казалось, готов убить, глядя на то, как Поттер и его однофакультетницы работают вместе, иногда смеясь над проделками маленького существа.

Пока как Рон был больше заинтересован в том, чем занят Гарри, Гермиона смогла поговорить с отчего-то нервничающим Невиллом.

— Они довольно милые, как думаешь? — спросила она, не зная точно, как начать разговор. Невилл только кивнул, избегая встречаться с ней глазами. Гермиона беззвучно выругалась в адрес Джинни, разболтавшей секрет парня. Он и так был ужасно застенчив, а теперь, когда Гермиона узнала, что нравится ему, зажался еще больше.

Она попросила парня подержать лешего так, чтобы можно было зарисовать его лицо. Невил придержал существо, а Гермиона воспользовалась моментом, чтобы разглядеть Невилла. Девушка заметила, что тот начал терять свою детскую пухлость. Его лицо уже не было таким круглым, а в теле, казалось, начинают вырисовываться мышцы. Девушка представила, как он накачался, пока таскал мешки с удобрениями.

Она так же приметила, как аккуратно парень держит хрупкое создание у себя в руках. Ей вспомнилось, как Джинни рассказывала о Святочном балу в прошлом году о том, как вежливо Невилл обращался с девушкой. И хотя танцором он был посредственным, сидеть, когда его партнёрша хотела танцевать, он не мог. Он был замечательным кавалером, и Джинни призналась, что если бы не была так сильно влюблена в Гарри, то попыталась бы встречаться с Невиллом.

Но Гермионе сносный танцор был без надобности. Ей нужен был кто-то, кто в состоянии простимулировать её разум так же, как гормоны. По правде, она знала, что Невилл умён, хотя у него и есть проблемы с запоминанием. Иногда девушке казалось, что он похож на побитую собаку. Она слышала, как Невилл рассказывал о привычке его бабушки постоянно сравнивать его с отцом. Гермиона сомневалась, что можно вырасти уверенным в себе в такой обстановке.

— Можешь теперь ты его подержать? — попросил Нев очень мягко. — Мне нужно попытаться его зарисовать.

Гермиона с улыбкой протянула руку за маленьким лешим. Когда Невилл, передавая создание из рук в руки, случайно дотронулся до неё, у Гермионы по спине пробежали мурашки. Покачав головой, девушка списала это всё на предыдущие свои размышления и не придала этому значения. Тем не менее, этот момент задержался у неё в голове до конца урока.

Дафна не могла припомнить другого такого веселого урока Ухода за Магическими Существами. Она, Трейси и Гарри изрядно повеселились, наблюдая за веткообразным существом и пытаясь накормить его мокрицей. Похоже, больше всего лешему полюбился Гарри, и существу совершенно не хотелось отходить от него, затрудняя этим парню попытки зарисовать лешего.

— Гарри, не забудь проверить карманы, когда будешь уходить. А то вдруг он решит покататься с тобой, — засмеялась Дафна. Когда Гарри улыбнулся ей в ответ настоящей, расслабленной улыбкой, девушка почувствовала, как её желудок сделал кульбит. Его глаза ярко блестели в утреннем солнце и от этого мозг Дафны мягко затуманился.

— Мы слышали, что ты познакомился с Асторией, — усмехнулась Трейси, а Гринграсс бросила на неё взгляд.

— А, да. Она немного... хм... поспешна.

— А ещё она любопытна и раздражает, — хмыкнула Дафна.

— Ну, она не так уж плоха, — развеселился парень.

— Ты с ней не живёшь.

— Она знает, о чём говорит, — весело уверила Трейси, пытаясь отодрать от мантии Гарри лешего. Они втроем должны были аккуратно перемещать маленьких созданий.

— Что бы она тебе там не наговорила, я извиняюсь за неё. Она думает, что всё в мире очень просто и все проблемы легко решаемы. Она иногда действительно не осознает всего.

— Это не проблема. Со мной случались вещи и похуже.

— И вот он снова возвращается, — усмехнулась Трейси, когда леший вырвался из её рук и вскочил на рукав Гарри, пытаясь перебраться на плечо парня.

— Ты нам всё усложняешь, — отругала Дафна лешего, и тот издал пронзительный крик. Компания рассмеялась.

— Кажется, он тебе ответил.

— Отец разговаривал с Министром незадолго до моего возвращения в Хогвартс, — услышали они голос Драко недалеко от их компании. Видимо, Малфой со своими телохранителями подошёл к ним поближе. — Министерство крайне заинтересовано в борьбе с некачественным образованием здесь. Вероятно именно поэтому этого огромного полудурка здесь больше нет. Наверняка он уже получил выписку об увольнении. Как по мне, так давно пора. Сначала эти сумасшедшие гипогрифы, потом те... все, что были в прошлом году.

— А тебе не хочется завести мантикраба в качестве домашней зверюшки, Малфой? Я почти уверен, что ты пытался пронести одного из них к себе домой. Знаешь, говорят, что питомцы похожи на своих хозяев, — подметил Гарри, даже не оборачиваясь взглянуть на высоко вскинувшего голову и холодно смотрящего на гриффиндорца Малфоя.

— Должно быть, он переживает, что его мать может спутать их, — предположила Трейси. Дафна и Гарри дружно прыснули.

Драко покраснел и, прищурившись, бросил взгляд на Трейси.
— Будь осторожнее, Девис. Такого я просто так не спущу. Я могу...

— Да-да-да, пожаловаться папочке, мы помним. Мерлин, мы слышим это так часто, что я уже могу повторить все твои высказывания слово в слово. Драко, как слизеринец слизеринцу. Всем плевать. Это выглядит жалко.

— Жалко? — Малфой повысил голос, и все обернулись, пытаясь понять, в чем дело. Но он не успел добавить и слова, как подошла профессор Граббли-Дёрг и попросила всех вернуться к работе. Гарри и его новые друзья поглядывали на белобрысого слизеринца и посмеивались.

После урока девочки и Гарри присоединились к Рону и Гермионе и вместе направились в замок.

— Кстати, а вы не хотите всех компание присоединиться к нам после ужина в библиотеке? — в голосе Дафны была слышна скрытая надежда. — Мы могли бы заняться домашними заданиями вместе.

— Конечно, — улыбнулась гриффиндорка, но Гарри нахмурился.

— У меня отработка до конца недели. А вот на выходных я обязательно полностью погружусь в домашку.

— Что она завтавила тебя делать? — поинтересовалась Дафна. Гермиона помрачнела, а вот парень просто пожал плечами и неопределенно хмыкнул.

— Писать строчки.

— Не так уж плохо, — оптимистично прокомментировала Трейси.

Гринграсс заметила, как подруга Гарри нахмурилась еще сильнее, но комментировать ничего не стала. Было понятно, что отличнице хотелось высказаться, причём, как казалось Дафне, что-то не очень приятное. Слизеринка решила, что обязательно выяснит это позже.

— А ты, Уизли? Ты к нам присоединится? — поинтересовалась вместо этого девушка, не совсем понимая, зачем она это сказала. Рон и не пытался скрыть своего отношения к ней и ее подруге. Но почему-то Дафне казалось, что стоит попробовать. Ей очень не хотелось вставать между Гарри и его друзьями. Она надеялась, что Рон научится хотя бы спокойно выносить ее присутствие.

Парень только пожал плечами, и Дафна почувствовала, что это всё, на что она может рассчитывать на этом этапе. Распрощавшись, Гриффиндорская троица направилась в теплицу на Гербологию, а Дафна и Трейси вместе со своим курсом пошли на Чары.

— Ты видела реакцию Гермионы, когда я спросила об отработке Гарри? — спросила Гринграсс у подруги.

— Нет. А что?

— Она выглядела так, словно только что проглотила целый лимон. Что-то происходит.

— Например?

— Не знаю. Но надеюсь выяснить сегодня вечером.

— Да уж, я впечатлена сегодняшними событиями. Никогда бы не подумала, что он предложит нам работать вместе. Наверно, Уизли вскроет себе вены или что-нибудь вроде того. Я вообще не понимаю, как он может что-то делать, так вытаращившись на Гарри.

— Интересно, в чем здесь для него проблема. Понятно, почему он недолюбливает Малфоя, но нас-то он даже не знает. А Рон ведет себя так, будто мы собираемся вырвать сердце Гарри и полакомится им.

— Мне кажется, ты не хотела сказать про другой орган, — хихикнула Трейси.

— О, боги! — чуть ли не закричала Дафна — Ты не могла бы перестать быть настолько грубой?

— Наверно.

* * *
После ужина трио разделилось, и каждый пошел по своим делам. Побурчав, Гарри поплелся к Профессору Амбридж. Его упросила Анджелина Джонсон, новый капитан гриффиндорской сборной по квиддичу, попытаться отвоевать вечер пятницу для тренировки к турниру. Гарри был более чем уверен, что полетать у него не получится, но попробовать он обещал.

Гермиона собиралась встретиться со слизеринцами в библиотеке, когда как Рон направлялся черт знает куда и черт знает зачем, но девушка была уверена, что домашнего задания это точно не качается. Она была серьезно настроена не показывать ему своих записей и вообще как-либо помогать парню с домашним заданиям, намереваясь преподать тому урок.

Любимый стол Гермионы оказался не занят, и она положила на него сумку, прежде чем исчезнуть среди стеллажей в поисках книг, которые помогут завершить ее работу. Она уже закончила эссе по Зельям прошлой ночью, но ей нужно было перепроверить пару фактов. А еще был перевод рун и несколько жалких вопросов от Амбридж.

Вернувшись к своему столу, она застала Трейси и Дафну уже в процессе работы.

— Не дождалась нас? — улыбнулась Дафна. Гриффиндорка могла только подать плечами и ответить такой же улыбкой.

— Не люблю терять время — ответила она, и слизеринки лишь синхронно кивнули. Дафна улучила момент и посмотрела, какие книги Гермиона взяла, и тяжело вздохнула.

— Сейчас вернусь, — бросила она, встав и исчезнув за углом.

— Ушла. Отлично, — усмехнулась Трейси. — Гарри что-нибудь говорил о ней?

Гермиона вздохнула и покачала головой.
— Только когда ему приходится защищать дружбу с вами. Теперь, благодаря Астории, он знает, что нравится Дафне, но я не знаю, что он думает по этому поводу.

— Черт.

— Ты знаешь, почему Гарри нравится ей?

— Кто знает? — пожала плечами Трейси. — Я знаю, на что она готова ради него. Это в её стиле — быть верной людям, о которых она заботиться. И она с легкостью заменит половину всех лизоблюдов, которые таскаются за ним.

— Согласна.

— Дело в том, что она сама решила действовать медленно. Будто у нее есть всего лишь одна попытка. Не знаю. Может, если они смогли нормально провести немного времени наедине, то все бы ускорилось.

— Может. Я знакома с ним вот уже четыре года и всё еще многого о нем не знаю.

— Отлично, — Дафна вернулась с необходимыми для ее эссе по Зельям книгами. Открыла книгу и пролистала несколько страниц, пока не нашла то, что искала. Открыв чернильницу и окунув в нее перо, он начала выписывать нужную информацию.

— Гермиона, — мягко начала Дафна, сдерживаясь, чтобы не повысить голос, — что произошло с Гарри на отработке?

В ответ была тишина, и Гринграсс обернулась к словно застывшей Гермионе. Перо девушки упало на пергамент, а рука мелко тряслась от злости.

— Э-эта отвратительная женщина... — процедила Гермиона между срипом зубов, — заставила его...

— Что? — синхронно переспросили слизеринки, наклонившись к говорившей.

— Она заставила его резать его собственную руку. Он писал строчки собственной кровью, — зло прошипела гриффиндорка, и лицо ее покраснело от гнева.

— О чём вы? — Трейси пыталась понять.

— Гермиона, успокойся и расскажи нам все, что ты знаешь.

Девушке потребовалось несколько минут, чтобы успокоится. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Наконец, когда ее лицо приобрело нормальный оттенок, девушка смогла всё им спокойно рассказать.

— Он вернулся с нацарапанными на руке словами. Когда я надавила на него, он признался, что она заставила его взять странное перо, которое писало его кровью и резало его руку.

— Кровавое Перо? — ужаснулась Дафна, — Оно же незаконно. Почему он никому не рассказал?

— Он пытался. Взял перо и направился к МакГонагалл, но жаба связала его заклинанием. Она пригрозила ему, что если он не выполнит задание, то она вышвырнет его из школы, что за ней все Министерство и Гарри не сможет ничего с этим поделать.

Дафна и Трейси выглядели такими же рассерженными, как и Гермиона.

— Настоящая ведьма, — почти прорычала Дафна, — Кровавые Перья вне закона, так откуда у нее есть одно?

— Почему мы всё ещё тут сидим? — возмутилась Трейси, — Мы обязаны кому-нибудь рассказать.

— Нельзя. Во-первых, я обещала Гарри никому не говорить. Мне не следовало рассказывать об этом даже вам. Но, во-вторых, если мы расскажем, то она поймет, что Гарри проболтался, и тогда неизвестно, что она сделает. Её прислало Министерство Магии, а оно хочет заткнуть Гарри рот. Я почти уверена, что именно Министерство отправило тех дементоров, чтобы спровоцировать Гарри применить магию и так избавиться от него.

Дафна побледнела.
— Я могу написать отцу. Думаю, он в состоянии хоть чем-нибудь нам помочь. Он хотя бы может прислать кого-нибудь сюда, чтобы следить за этой дабой.

— Но она работает на Фаджа. Он может просто предупредить Амбридж, и она успеет все скрыть. И тогда это будут всего лишь слова Гарри против ее слов, а после того, как о нём отзывались в газетах этим летом, у Гарри не будет никакой поддержки, — вздохнула Трейси.

— И мы ничего не можем сделать, — Дафна ударила кулаком по столу.

— Я думала об этом. Мы можем только сдерживать его темперамент. Она собирается третировать его в этом году, делать все, чтобы вывести его из себя. Бьюсь об заклад, что она хочет повесить на Гарри еще и смерть Седрика и засадить его в Азкабан без суда.

— Мы думали о том же, — кивнула Трейси. — И как мы будем его контролировать?

— Отвлекая его, — гриффиндорка улыбнулась неожиданно покрасневшей Дафне.

— Что ты имеешь ввиду? — с подозрением переспросила Дафна.

— Я хочу сказать, е если Гарри будет думать о чем-то другом, или о ком-нибудь другом, то вполне возможно, что он не будет отвечать на провокации Амбридж, — Гермиона, казалось, засверкала от удовольствия.

— Я понимаю, о чем ты, — усмехнулась Девис, бросив взгляд на Дафну.

— Стоп, — Гринграсс подняла руки в защитном жесте, — Мы едва знакомы. Еще рано даже думать о...

— Целовашках? — услужливо подсказала Трейси.

— Я не... Это не то, что... — запиналась девушка. Гермиона явно была чем-то довольна.

— Вот видишь, я всего лишь предложила проводить вам побольше времени наедине и узнать друг друга получше. Что из этого выйдет, зависит только от тебя. Я просто подумала, что было бы совсем неплохо, если бы Гарри не высовывался и держал рот на замке, — чуть улыбнулась гриффиндорка.

— Кроме тех случаев, когда он тебя целует, — Трейси улыбнулась во весь рот. Дафна уронила голову на стол, а Грейнджер и Девис мягко рассмеялись, сидя по обе стороны от нее.

— Говорю же, Альбус, я уверена, что здесь нет никакой ошибки. Она заставляет мальчика писать Кровавым Пером, — упорствовала МакГонагалл. Она ворвалась в кабинет директора сразу же, как наступил отбой. Она, естественно, понимала, что пара студентов обязательно отправиться на прогулку в это время, но вероятнее всего, их выследит Филч со своей тощей кошкой. Профессор молчала о своём открытии весь день, зная, что нужно подождать разговора с директором о методах наказания Гарри Поттер преподавателем Защиты.

Когда МакГонагалл вошла в кабинет, то обнаружила, что Альбус не один. Здесь так же присутствовал Северус Снейп.

— Проблема в том, как это доказать, — тяжело вздохнул Дамблдор. — Слова Гарри ничего не весит, и я сильно сомневаюсь, что мы сможем самолично подержать это перо в руках.

— Мы обязаны что-нибудь сделать, все не может так продолжаться, — возмутилась преподавательница Трансфигурации.

— Здесь у нас связаны руки, — признал Дамблдор, — Естественно, что Министр предпринял что-то для успеха своего шпиона. Он уже пытался исключить Гарри. И я не думаю, что во второй раз он потерпит неудачу.

— Она просила меня сварить Веритасерум, — холодно бросил Снейп.

— Зачем? — ошеломленно спросила декан Гриффиндора.

— Могу предположить, что она желает дискредитировать меня в глазах преподавателей. Вполне вероятно, что она пригласит вас на чашечку чая и подмешает вам небольшую дозу зелья. Так как она представитель Министерства, то все, что она вытянет из вас, может быть представлено как доказательство в суде. Я уже понимаю, что совет попечителей настаивает на моём увольнении.

— Они не могут вышвырнуть Вас, — Минерва нервно прикрыла рот рукой.

— И пока они не в состоянии этого сделать, но чем больше Корнелиус нервничает, тем больше он будет настаивать. Думаю, это только начало. Если мои источники надежны, то скоро Хогвартсу грозят интересные изменения, — вздохнул Дамблдор и, сцепив пальцы, перевел взгляд на преподавателей.

МакГонагалл, двигаясь медленно и будто бы скованно, села.
— И мы никак не можем помочь мальчику?

— Боюсь, что на данный момент — нет. Однако, мне кажется, что он найдет поддержку среди своих друзей. Если то, что я слышал, правда, то у Гарри появилось еще несколько друзей.

— Я не понимаю, как это может помочь ему.

— Моя дорогая Минерва, я верю, что Гарри найдет новые силы и мудрость, когда примет в свою жизнь новых людей. И школа, возможно, имеет шанс объединиться.

— Мне кажется, Альбус, ты ожидаешь слишком многого, — коротко заметил Снейп, но Директора не волновали мрачные прогнозы Мастера Зелий. Вместо этого он просто улыбнулся, на что Снейп просто пожал плечами.

* * *
Рука Гарри пульсировала, пока он поднимался по лестнице, возвращаясь после своей отработки. К концу наказания рука закровила. Гарри скривился, когда Амбридж осматривала его руку, схватив ее своими толстыми пальцами.

Парень был прав в том, что она не собиралась отпустить его на тренировку по квиддичу в пятницу. Она посмеялась и напомнила ему, что раз он наказан, то это включает в себя и пропуск тех мероприятий, на которые бы ему хотелось пойти. Это должно помочь Гарри лучше усвоить то, чему она хочет научить.

Он провел еще четыре изнурительных часа в ее компании, разрезая свою кисть пером. Гарри удалось сохранить спокойствие, пока он находился с Амбридж, но теперь его челюсти сводило от долгого напряжения.

И он устал. Он чувствовал себя опустошенным. Пришлось приложить немало усилий, чтобы вести себя так, будто его совершенно не волнует, что он сам себя калечит.

Он только начал перебирать тысячу способов помочь жабе встретить свою смерть, как он уже добрался до портрета и, к своему удивлению...

— Рон?

Рыжий обернулся с таким видом, будто был застукан про попытке стащить печенье.

— О, Гарри, привет. Что ты делал вне гостиной?

— Только вернулся с отработки, а ты?

— О, а я, эм...

— Зачем ты взял с собой метлу? Решил полетать? — У Уизли был удрученный вид.

— Тренировался. Думаю, что попытаюсь попасть в квиддичную команду теперь, когда у меня есть нормальная метла.

— И как? Получается? — без намека на отрицательные эмоции спросил Гарри.

— Я... Я не плох. Фред и Джордж постоянно играли со мной в защите дома.

— Надеюсь, я смогу увидеть твои пробы в команду.

— Амбридж до не отпускает тебя?

— Не-а. Я всё еще хожу на отработку, — скривился Поттер. Назвав пароль, парни вошли в гостиную. Там они увидели Гермиону, сидящую на диване рядом с Невиллом. Они уже почти подошли к ним, когда Гарри уловил едва заметное покачивание головы. Парень быстро взял Рона под руку и потащил его к спальням.

— Что происходит? Почему мы не можем пойти и увидеться с Гермионой? — недоуменно спросил Уизли.

— Она... Она была занята, — Гарри неубедительно запнулся.

— Она всего лишь болтала с Невиллом.

— Просто не обращай на это внимания, приятель. Ради Гермионы, — настоял Гарри. Рон всего на пару секунд просто уставился на него, а потом пошел переодеваться. Гарри проводил его взглядом, думая о том, какая бы была у Уизли реакция, если бы он узнал, что Гермиона нравится Невиллу. Поттер подозревал, что Рону девушка нравится, только вот она сама взаимностью на них не отвечала. Тем более, она сама призналась, что если бы не Гарри, то вряд ли бы они с Роном сдружились.

Эти размышления привели парня к мысли, как бы Рон отреагировал бы на то, что Гарри встречается с Дафной. Уизли был не слишком вежлив с ней сегодня, но, однако, не начал ее обвинять, что уже казалось Гарри хорошим знаком. А еще он заметил, что Гринграсс попыталась пригласить Рона вместе сделать домашнее задание.

До сих пор, как казалось Гарри, Рон был единственным, кто имел что-то против его общения с Дафной. Даже близнецы, презирающие Слизерин, заметно приободрялись при ее имени. Был, конечно, какой-то странный случай с Джинни, но парень не сильно раздумывал об этом.

Поттеру просто хотелось провести с ней немного времени. Одно дело разговаривать на уроках или перебрасываться репликами, встречаясь в коридоре, но так им никогда не узнать друг друга. Гарри знал, что он нравится слизеринке — Гермиона достаточно прозрачно намекнула на это, да и сестра Дафны вчера чуть ли не проорала это на весь Большой Зал.

На соседней кровати захрапел Рон, и Гарри решил, что пора и ему спать. Гора невыполненных домашних работ стремительно росла, и он знал, что ему придется сделать с этим что-нибудь прежде, чем все станет слишком плохо. Возможно, ему придется пропустить завтрак и попытаться сделать хоть что-то. Вероятно, и обед тоже.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/37102/158917

Переводчики: anytina