Готовый перевод DEAD EVER AFTER by Charlaine Harris / МЁРТВ НАВЕКИ: ГЛАВА 9

Никогда не думала, что смогу радоваться тому, что бабуля умерла, но сегодня это было так. Зрелище того, как меня арестовывают и сажают в полицейскую машину, просто убило бы её.

Я никогда не экспериментировала со связыванием и теперь уж точно никогда не буду. Ненавижу наручники.

У меня был момент истины, когда Элси Бек сообщил, что я арестована за убийство. Я ждала, что вот-вот проснусь. Когда в дверь позвонили, я на самом деле не проснулась.

Я все еще сплю. Это не реально, потому что этого не может быть. Что же убедило меня в реальности происходящего? Так это выражение лица Энди Бельфлера. Он стоял позади Элси и был весьма поражен.

Я могла прочесть в его мыслях, что он не считал мой арест правильным. Не с теми доказательствами, которые имелись, Элси Беку пришлось долго и упорно убеждать шерифа в необходимости моего ареста.

Мысли Элси были странными, сплошная чернота. Я никогда ничего подобного не видела и не могла этого понять. Ничего хорошего это не означало. Я чувствовала его решимость упрятать меня за решетку. В его мыслях на моем лбу было вытатуировано "ВИНОВНА".

Когда Энди надевал наручники, я сказала:
- Полагаю, мое приглашение к Халли на вечеринку для будущей матери аннулируется.

- Ох, Соки, - произнес он не совсем к месту.

Надо отдать ему должное, он был смущен, однако, я была не в настроении вести честную игру, так как он ничего не делал для меня.
- Думаю, ты знаешь, что я никогда не причиняла вреда Арлин, - произнесла я, причем очень спокойно. Я гордилась тем, что держусь собранно, потому что внутри просто умирала от унижения и ужаса.

Энди выглядел так, будто собирался сказать что-то (он хотел сказать, что надеется на мою невиновность, но есть некоторые доказательства обратного, их недостаточно, и он не знает, как Элси удалось получить ордер), но он покачал головой и произнес:
- Я делаю то, что должен.

Чувство нереальности происходящего не покидало меня всю дорогу. Мой брат, храни его Господь, стоял у дверей тюрьмы, когда меня туда доставили, услышав о том, что случилось по внутренней связи.

Его рот был открыт, но, прежде чем все гневные слова, которые я прочла в его мыслях, сорвались с его языка, я начала говорить:
- Джейсон, позвони Бет Озиески и попроси приехать сюда как можно скорее.

- Сходи ко мне домой, найди телефон Десмонда Каталиадеса и позвони ему тоже. Еще позвони Сэму и передай, что я не смогу выйти на работу завтра, - поспешно добавила я, в то время как меня завели в тюрьму и захлопнули дверь перед обеспокоенным лицом моего брата. Благослови Господь его сердце.

Если бы все это произошло неделю или две назад, я была уверена, что Эрик или, может быть, мой пра-прадед Найл (принц фэйри), вытащили бы меня и глазом не моргнув.

Но с Эриком я сожгла за собой все мосты, а Найл запечатал себя в стране фэйри по серьезным причинам.

Сейчас у меня был только Джейсон.

Я знала абсолютно каждого человека, которого встречала, в процессе своего заключения. Это был самый унизительный опыт в моей жизни, а это о многом говорит. Я узнала, что обвиняюсь в убийстве второй степени.

Из того, что рассказывала Кеннеди Кейс о своем заключении, я знала, что наказанием за убийство второй степени будет жизнь в тюрьме.

Мне не идет оранжевый цвет.

Есть вещи похуже унижения и тюремной одежды (мешковатая туника и штаны на подтяжках). Я в этом уверена. Но должна сказать, что моя чаша переполнена до краев, и я бы не отказалась от снисхождения и милосердия.

Я так разволновалась, что была рада наконец увидеть дверь своей камеры. Надеясь на одиночество. Напрасно. Из всех возможных людей там была Джейн Бодехаус, она развалилась и храпела на нижней койке. Видимо у нее были приключения, после того, как "Мерлотт" закрылся на ночь.

По крайней мере она спала, так что у меня было полно времени, чтобы приспособиться к новым обстоятельствам. После десяти минут напряженных раздумий я устала от своих мыслей.

Если бы меня спросили, какого это - сидеть без работы, без книги, без телевизора, даже без телефона, - я бы рассмеялась, так как не могла представить такой ситуации.

Скука — и моя неспособность убежать от кошмарных догадок — была ужасна. Возможно, Джейсону было легче, когда он был в тюрьме? Моему брату не нравилось читать, и он не был таким чувствительным к тому же. Надо бы узнать у него, как он справился, когда увижусь с ним в следующий раз.

Теперь между нами было больше общего, чем когда-либо. Мы оба были закоренелыми преступниками.

Он был арестован за убийство в прошлом, так же как и я, и он также был невиновен, хотя доказательства говорили об обратном. Ох, бедная бабуля. Это было бы так ужасно для нее. Я надеялась, что она не видит меня с небес.

Джейн храпела, но ее знакомое лицо создавало какое-то домашнее ощущение. Я воспользовалась туалетом, пока она была в отключке. В моем будущем меня, по-видимому, ждало множество отвратительных событий, но я старалась не слишком забегать вперед.

Я раньше не была в тюремной камере. Она была просто отвратительной. Крошечная, потрепанная, вся в царапинах, бетонный пол, двухярусная кровать. Вскоре я устала от сидения на корточках. Раз Джейн развалилась поперек нижней койки, с некоторыми ухищрениями я взобралась на верхнюю и подумала о всех тех лицах, которые увидела за решетками, пока шла к своей камере: испуганные, любопытствующие, скучающие, жестокие.

Так же как я знала всех свободных людей у нас в округе, я узнавала и большинство мужчин и женщин по ту сторону решетки. Некоторые были просто неудачниками, как Джейн. Но некоторые были очень плохими людьми.

Я была так напугана, что с трудом могла дышать.

И самое плохое - ладно, не самое, но действительно плохое - было то, что я-то была виновата. О, не в смерти Арлены. Но я убила других людей, и была свидетелем многих убийств, совершенных не мной. Я даже не была уверена, что помню их всех.

С ощущением, похожим на панику, я с трудом старалась вспомнить их имена и как они умерли. И чем яростней я пыталась, тем больше путались мои воспоминания. Я видела лица людей, которые умерли не из-за меня.

Но вместе с тем я видела лица людей (или существ), которых я убила: фейри Мурри, например, и вампир Бруно. Вервольф Дебби Пелт. Я не преследовала их из-за каких-то разногласий - все они хотели убить меня.

Я продолжала твердить себе, что защищать свою жизнь - это нормально, но моя совесть сообщала мне, напоминая о всех этих смертях, что тюрьма - не такое уж несоответствующее мне место (хотя я и не была виновата в преступлении, за которое меня сюда посадили).

В этот момент моей жизни я оказалась на самом дне. Я довольно ясно представляла себе, какова я на самом деле, и получила больше времени, чем мне хотелось, чтобы подумать - как же я докатилась до жизни такой. Какими бы неприятными не были первые часы в тюрьме, стало намного хуже, когда Джейн проснулась.

Ее прорвало и сверху, и снизу, и после того, как туалет был открыт всеобщему обозрению, это было просто... омерзительно. После того, как Джейн пережила эту фазу, она была настолько несчастна и так сильно страдала от похмелья, что ее мысли монотонно пульсировали болью и угрызениями совести.

Она снова и снова обещала себе, что исправится, больше не будет столько пить, что ее сыну не придется снова вытаскивать ее из передряг, и что с этого самого вечера она не вернется к пиву и коктейлям.

Или, раз уж она так плохо чувствует себя сегодня, скорей бы уже наступило завтра. Это был намного более практичный подход.

Я безропотно вынесла еще несколько подобных мысленных и словесных циклов, прежде чем Джейн обнаружила, что она не одна, и что ее новая сокамерница - не одна из ее обычных тюремных подруг.

- Соки, что ты здесь делаешь? - спросила она слабым голосом, хотя по идее ее тело уже освободилось от токсинов.

- Я удивлена точно так же, как и ты, - ответила я, - они думают, что я убила Арлин.

- Так она все-таки вышла из тюрьмы. На самом деле, я видела ее, не этим вечером, а накануне, - ответила Джейн, немного оживая, - Я думала, это был сон, или что-то вроде того, потому что была уверена, что она за решеткой.

- Ты видела ее? Где-то около "Мерлотта"? - Не думаю, что Джейн была у "Мерлотта" после того, как мы с Арлин разговаривали.

- Ага, я хотела рассказать тебе вчера, но отвлеклась из-за того разговора про адвоката.

- Где ты видела ее, Джейн?

- Ох, где же я ее видела... Она была... - Для бедной Джейн это стало большим испытанием. Она запустила пальцы в свои спутанные волосы. - Она была с двумя парнями.

Наверное, это и были друзья Арлин, о которых она упоминала.
- Когда это было? - я пыталась спрашивать очень осторожно, потому что не хотела рисковать сбить Джейн с курса.

Не ей одной приходилось прикладывать усилия, чтобы оставаться в форме. Мне пришлось пристально следить и за тем, чтобы мои вопросы были простыми, и за дыханием. После болезненного эпизода Джейн, в нашем маленьком бараке пахло очень плохо.

Джейн старалась вспомнить время и место, где она увидела Арлин, но никак не могла это сделать - было так много сопутствующих мелких событий, мысли о которых очень отвлекали ее от основного вопроса.

Как бы там ни было, Джейн была, в сущности, добрым человеком, поэтому она перебирала свои воспоминания до тех пор, пока не достигла успеха:
- Я видела ее на улице за... ты помнишь того действительно большого парня, который ремонтирует мотоциклы?

Мне потребовалось сделать усилие над собой, чтобы мой голос оставался спокойным.
- Трей Доусон. У него магазин и дом там, где Корт Стрит поворачивает на Кларис Роуд.

Большой магазин/гараж Трея располагался между его домом и домом Брука и Чесси Джонсон, в котором сейчас жили Коби и Лиза. Дома разделял небольшой лесок, а так как дом Трея последний по улице, то там было весьма укромно.

- Да, точно, она была там, за его домом. Дом ведь пустует какое-то время, поэтому мне показалось странным, что это она там делала.

- Ты знаешь тех парней, что были с ней? - спросила я как бы между прочим, стараясь не сорваться на крик.

- Нет, я раньше их не видела. Один из них был высоким, тощим и костлявым, а второй просто обычным.

- Как ты их заметила?

Если бы у Джейн был шанс выглядеть еще более несчастной, то она бы им воспользовалась. Но и без того, она выглядела неважнецкий.

- Ну, той ночью, я решила сходить в дом престарелых и повидать тетю Марту, немного задержавшись дома, чтоб подзаправиться. Когда я добралась до дома престарелых, часы посещения уже закончились, слишком поздно, так сказать. Но по дороге я встретила Хенка Клервотера, знаешь его? Он посещал своего отца. Ну мы с Хенком давно знакомы, он предложил выпить у него в машине, а там одно за другое, сама знаешь как бывает, ну я и намекнула, что лучше припарковаться где-нибудь в более укромном месте. Вот он и свернул в лес через дорогу от дома престарелых, там есть небольшая дорожка через лес, где играют дети. Нам был виден задний двор дома по Кларис Роуд. У них у всех были большие фонари. В общем, света нам хватило.

Хихикнула она.

- Значит, там ты и встретила Арлин, - заметила я, так как думать про Хенка и Джейн мне совсем не хотелось.

- Да, все так и было.

Я подумала: "Черт, это же Арлин, она вышла, и она пыталась убить Соки. Как же так? - Эти мужчины стояли близко от нее. Она передала им что-то, а потом мы с Хенком... начали... "беседу", и больше я никого не видела. Когда я посмотрела туда позже, они уже ушли.

Информация Джейн была очень важна для меня, хоть и весьма сомнительна. С одной стороны, она могла помочь мне отмазаться или хотя бы дать законные основания сомневаться в том, что я принимала участие в убийстве Арлин.

С другой, Джей не назовешь надежным свидетелем, и ее показания опытный коп развеет одной левой.

Я тяжело вздохнула. А Джейн начала монолог о ее долгой "дружбе" с Хенком Клервотером (ни за что в жизни не приглашу его в качестве слесаря после этого), а я погрузилась в свои раздумья.

Моя свидетельница, Карин Живодер, не проснется, пока полностью не стемнеет, что случится еще нескоро. (Уже не в первый раз я повторила про себя, как я ненавижу терять попусту дневное время). Карин была лучшим свидетелем, чем Джейн, очевидно потому, что была проницательной, всегда настороже, и при своем уме.

Конечно, она была мертвой. Иметь вампира в качестве алиби не самое лучшее свидетельство. Пусть они и были гражданами Соединенных Штатов, но к ним не относились, как равноправным людям, и еще долго не будут.

Интересно, станет ли полиция допрашивать Карин сегодня. Может, они уже послали кого-то в "Фангтазию" еще до того, как она легла спать.

Я задумалась над тем, что рассказала мне Джейн. Высокий, худой мужчина, не местный, иначе Джейн бы его узнала. С Арлин.

По соседству с домом, где находились ее дети с Броком и Чейси Джонсон. Позже ночью Арлин убили. Это был большой прогресс.

Кевин, одетый в чистейшую униформу, принес ланч час спустя. Жареная болонская колбаса, пюре и несколько кусочков помидора. Он посмотрел на меня с таким же отвращением, как и я на еду.

- Прекращай уже, Кевин Приор, - сказала я, - Я точно так же могла бы убить Арлин, как и ты рассказать маме, с кем сейчас живешь.

Кевин густо покраснел и я поняла, что сболтнула лишнего. Кевин жил с Кенией уже год, и большая часть жителей города об этом знала.

Но мама Кевина до сих пор притворялась, что ничего об этом не знает, потому что Кевин до сих пор ей персонально об этом не сказал. У Кении не было никаких недостатков за исключением того, что цвет ее кожи не соответствовал требованиям мамы Кевина к его девушке.

- Заткнись, Соки, - рявкнул он. Кевин Приор ни разу в жизни не сказал мне грубого слова. И тут я поняла, что теперь, одетая в оранжевое, для Кевина я перестала быть прежней. Из человека, к которому следует относиться с уважением, я превратилась в того, кому можно приказать заткнуться.

Я стояла и смотрела в его лицо сквозь разделяющую нас решетку. Долго смотрела. Он покраснел еще сильнее. Не было смысла пересказывать ему историю Джейн. Он не стал бы слушать.

Элси Бек вернулся в тюрьму днем. Слава Богу, у него не было ключа от нашей камеры. Он тихо маячил снаружи, сердито поглядывая. Я видела, как он нервно сжимает огромные кулаки.

Он не просто хотел упечь меня в тюрьму за убийство, он бы с большим удовольствием меня избил. Лишь тончайшая ниточка самоконтроля удерживала его от этого.

Его голову все еще окутывало темное облако, но оно уже не казалось таким плотным. Его мысли проскальзывали наружу.

- Элси, - сказала я, - Ты же знаешь, что я этого не делала, правда? Думаю, знаешь. Джейн может подтвердить, что видела двух мужчин с Арлин той ночью.

Хоть из мыслей я знала, что Элси меня недолюбливает как по личным, так и по профессиональным причинам. Навряд ли, он станет преследовать меня (в судебном порядке) на почве личной ненависти. Он конечно, был способен на некую коррупцию, брать взятки например, но Элси никогда не был замечен в совершении какого-либо вида самосуда.

Я уверена, что у него не было никаких личных отношений с Арлин по двум причинам: во-первых, Элси любил свою жену, Барбару, библиотекаря в Бон Темпсе, и, во-вторых, Арлин была расисткой.

Детектив не обращал внимание на мои слова, но я знаю, что у него в мыслях крутились вопросы по поводу правильности его действий. Он вышел со все еще пылающим от гнева лицом.

Что-то было не так с Элси Беком. Потом до меня дошло: Элси действовал, как человек, который был одержим. Это была основная мысль. Наконец-то, у меня появилось что-то новое, о чем нужно подумать; теперь много времени, чтобы собраться с мыслями.

Остальная часть дня прошла мучительно медленно. Очень плохо, когда самое интересное, что случается с тобой за день - это твой собственный арест. Тюремщица женского отделения Джесси Шнайдер прогулялась до холла и сообщила Джейн, что сын не сможет ее забрать до завтрашнего утра.

Джесси не говорила со мной, но ей и не нужно было. Она одарила меня добрым долгим взглядом, покачала головой и ушла обратно в свой кабинет. Она никогда ничего плохого обо мне не слышала, и от этого ей стало грустно, что та, у кого была такая хорошая бабушка, оказалась в тюрьме. Мне тоже стало грустно.

Заключённый, которому администрация лагеря доверяла охрану других арестантов, принес ужин, который был практически повторением ланча. По крайней мере, помидоры были свежими, так как при тюрьме имелся садовый участок. Никогда не думала, что мне смогут надоесть свежие помидоры, но из-за моих собственных разросшихся растений и тюремной продукции, я была бы рада, если бы это был не их сезон.

В нашей камере не было окна, но с другой стороны коридора высоко на стене оно было. Когда в окошке потемнело, все, о чем я могла думать, была Карин.

Я искренне молилась, чтобы она связалась с полицией (если она еще этого не сделала), чтобы она рассказала правду и чтобы эта правда смогла меня освободить. В ту ночь мне не удалось как следует поспать после того, как выключили свет. Джейн храпела, а кто-то в мужском отделении громко кричал до часу ночи.

Я была безмерно благодарна, когда наступил рассвет, и солнце прорвалось сквозь окошко по ту сторону коридора. Прогноз погоды два дня назад предсказал на понедельник солнечную погоду, что означало возвращение жары.

В тюрьме был кондиционер, и в этом заключалась хорошая новость, это означало, что я была недостаточно раздраженной, чтобы прикончить Джейн, хотя пару раз я была очень близка к этому.

Я сидела, скрестив ноги, на верхней койке, стараясь ни о чем не думать, пока Джесси Шнайдер не явилась за нами.

- Вы предстанете перед судьей, - сообщила она, - Идем.
Она отперла камеру и показала нам на выход. Я боялась, что нас закуют в кандалы, но нет. Правда, наручники на нас надели.

- Когда я пойду уже домой, Джесси? - спросила Джейн, - Эй, ты знаешь, что Соки ничего не делала с Арлин. Я видела Арлин с какими-то мужиками.

- Да? И когда ты об этом вспомнила? Когда Соки подсказала? - Джесси, крупная, полная женщина в возрасте около сорока лет, казалось, не относилась слишком враждебно ни к кому из нас, просто она привыкла к тому, что ей постоянно лгут, и не верила ничему из того, что говорят заключенные, да и они слишком многого ей не рассказывали тоже.

- У-у, Джесси, не будь злюкой. Я правда ее видела. Я не знаю тех мужиков. Ты должна выпустить Соки. И меня тоже.

- Я скажу Энди, что ты что-то вспомнила, - сказала Джесси, но я могла с точностью сказать, что она не придала словам Джейн никакого значения.

Мы вышли через боковую дверь прямиком к тюремному фургону. К тому времени за Джесси следовало еще двое заключенных: Джинджер Харт (бывшая жена Мела Харта), верпантера с дурной привычкой расплачиваться недействительными чеками, и Диана Поршиа, страховой агент.

Само собой, я знала, что Диану забрали (что звучало гораздо лучше, чем "арестовали") за выписывание фальшивых страховых исков, но я уже давно не следила за ее делом.

Женщин переправляли отдельно от мужчин, и Джесси, в сопровождении Кении, повезла нас к зданию суда. Я не выглядывала в окно, было слишком стыдно, что люди смогут увидеть меня в этом фургоне.

Когда мы регистрировались, в зале суда стояла тишина. Я не обращала внимания на скамью для посетителей, но, когда адвокат Бет Озиески взмахнула рукой чтобы привлечь мое внимание, я чуть не расплакалась от облегчения.

Она сидела в первом ряду. Заметив Бет, я уловила знакомое лицо за ее плечом.

Тара сидела за лавками юристов. ДжейБи возле нее. Между ними в детских креслах сидели дети.

В последнем ряду сидел Алсид Герво, лидер стаи оборотней Шривпорта. Возле него сидел мой брат Джейсон и вожак его стаи Калвин Норрис. Неподалеку сидел друг и шафер Джейсона, Хойт Фортенберри.

Опекавшая детей Арлин Чесси Джонсон вполголоса разговаривала с Кеннеди Кейз и ее бойфрендом Дэнни Придо, который работал не только в строительном магазине, но также был дневным представителем Билла Комптона.

Справа от Дэнни сидел сверкая глазами Мустафа Хан, дневное лицо Эрика, и приятель Мустафы Уоррен, одаривший меня едва заметной улыбкой. Терри Бельфлер стоял позади, робко переминаясь с ноги на ногу, возле него стояла его жена Джимми.

Грузной походкой вошла Максин Фортенберри, лицо ее было чернее тучи. Она привела еще одну бабулину подругу - Эвелин Мейсон. На лице Максин была маска добропорядочности. Было очевидно, что она впервые в жизни находилась в зале заседаний суда, но, честное слово, сегодня она должна была прийти.

В это мгновение я была крайне изумлена. Почему все эти люди здесь? Зачем собирать их в зале суда именно в тот день, когда у меня слушание? Это выглядело как крайне невероятное совпадение.

А потом я уловила их мысли, и поняла, что никакого совпадения нет. Все они пришли поддержать меня.

Все вокруг стало расплывчатым из-за слез; я шла за Джинджер Харт, идущей к скамье подсудимых. Хоть мне не шла оранжевая тюремная роба, но и Джинджер она тоже не красила.

Ярко-рыжие волосы Джинджер с лежащим на них люминисцентным отблеском просто били по глазам. Диана Поршиа, с ее нейтральным цветом волос, выглядела получше.

На самом деле, мне было все равно, как мы выглядим в тюремных робах. Я пыталась не думать о том, что происходит в это мгновение. Я была настолько тронута тем, что сюда пришли мои друзья, и шокирована тем, что они видят меня в наручниках, и полна надежд на то, что я выйду отсюда... в общем, мне было так страшно, что я просто не могла об этом думать.

Джинджер Харт приговорили к предварительному заключению на суде, так как никто не согласился внести за нее залог, чтобы она могла выйти. Мне стало интересно, почему Кальвин Норрис, вожак верпантер, не захотел внести залог за члена своей стаи - а потом узнала, что это было ее третье нарушение, и ее предупреждали и в первый, и во второй раз, так что его терпение подошло к концу. У Дианы Поршиа залог был; ее муж сидел на последнем ряду, выглядел он грустным и сломленным.

Потом, наконец-то, настал мой черед выступить вперед. Я взглянула на судью - женщина, выглядит добродушной, но проницательной. Имя на табличке - судья Розофф. Я подумала, что ей около пятидесяти. Волосы собраны в пучок, глаза как у чихуахуа, из-за слишком больших очков.

- Мисс Стэкхаус, - сказала она, просмотрев бумаги, лежащие перед ней, - Это ваше обвинение в убийстве Арлин Дэйзи Фоулер. Вы обвиняетесь в убийстве второй степени, которое карается пожизненным заключением. Как я вижу, ваш адвокат здесь. Мисс Озиески?

Бет Озиески глубоко вздохнула. Я вдруг поняла, что она еще никогда не представляла никого, обвиняющегося в убийстве. Я была настолько напугана, что с трудом разбирала разговор судьи и адвоката, но услышала слова судьи: она никогда не видела, чтобы так много друзей собралось к обвиняемому.

Бет Озиески сказала судье, что я должна быть освобождена под залог, особенно с оглядкой на очень незначительные доказательства, связывающие меня с убийством Арлин Фаулер.

Судья повернулась к окружному прокурору, Эдди Каммаку, который никогда не был в "Мерлотте", ходил в молитвенный дом к баптистам и разводил котов породы Мейн Кун. Эдди выглядел таким потрясенным, как будто судья Розофф просила выпустить на свободу Чарльза Менсона.

- Ваша честь, мисс Стэкхаус обвиняется в убийстве женщины, которая была для нее подругой много лет, женщины, которая была матерью и... - у Эдди закончились хорошие слова, которые можно было сказать об Арлин. - Со слов детектива Бек, у мисс Стэкхаус были веские причины хотеть смерти Арлин Фоулер, также Фоулер была найдена с шарфом мисс Стэкхаус на шее позади места работы мисс Стэкхаус. Мы считаем, что ее не следует освобождать под залог.

Мне стало интересно, где Элси Бек. Тогда я заметила его. Он со злостью смотрел на судью, как будто кто-то предложил высечь Барбару Бек на газоне перед зданием суда. Судья посмотрела на сердитое лицо Элси, а затем выбросила его из головы.

- Доказано ли, что этот шарф принадлежал мисс Стэкхаус? - спросил судья Розофф.

- Она признает, что шарф похож на один из тех, который у нее были.

- Никто не видел, чтобы мисс Стэкхаус носила этот шарф недавно?

- Мы не нашли никого, но...

- Никто не видел мисс Стэкхаус с жертвой примерно во время убийства. Нет убедительных вещественных доказательств. Я так понимаю, у мисс Стэкхаус есть свидетель ее местонахождения в ночь убийства?

- Да, но...

В таком случае залог одобрен. В размере тридцати тысяч долларов.

О, да! У меня есть такая сумма денег, спасибо наследству Клодин. Вот только они весьма подозрительно заморожены на моем счете. Дерьмо. Так же быстро, как я смогла подумать обо всех плюсах и минусах, судья сказала:
- Мистер Хан, вы можете поручиться за эту женщину?

Мустафа Хан встал. Может быть потому, что ему не нравилось находиться в зале суда (у него были серьезные разногласия с законом), Мустафа был в полном обмундировании "Блейда" - черный кожаный плащ и кожаные штаны (как он может их носить в жару?), черная футболка, темные очки и обрит наголо. Не хватало только меча, пары пистолетов и ножей, и, зная его, можно было быть уверенной, что все это припрятано где-то неподалеку.

- Мой босс готов. Я здесь, так как представляю его интересы, ведь он вампир и не может появляться днем, - ответил Мустафа, как бы между прочим.

- Боже правый,- выдохнула судья Розофф, приняв во внимание этот факт.
- Это первое. Да, ваш залог устанавливается в размере тридцати тысячи долларов, Мисс Стэкхаус. Так как ваша семья, дом и работа находятся здесь, и вы никогда не жили, где-либо в другом месте, вы вряд ли сбежите. Кроме того, судя по всему, здесь у вас весьма прочные социальные связи.

Она еще раз взглянула в документы, лежащие перед ней и кивнула. Решение судьи Розофф было окончательным и бесповоротным.
- Вы освобождены под залог, пока не состоится суд по вашему делу. Джесси, отведите Мисс Стэкхаус в камеру и подготовьте к освобождению.

Конечно, мне пришлось ждать всех остальных, включая мужчин заключенных, ожидающих решения судьи. Мне нестерпимо хотелось бежать от этой скамьи, на которой сидела со всеми прочими заключенными. Я с трудом сдерживала себя, чтобы не показать язык Элси Беку, ведь он выглядел так, будто его сейчас удар хватит.

Энди Бельфлер встал рядом со своим кузеном Терри. Терри же шептал ему на ухо, что меня выпустили под залог. На лице Энди отразилось облегчение. Терри похлопал Энди по руке, и это выглядело не как знак поддержки "эй, друг". Он весьма четко сказал:
- А я тебе что говорил, дубина.

- Я не виноват,- сказал Энди, немного громче нормы. Судья Розофф посмотрела недовольно.

- Бельфлеры, не забывайте, где вы находитесь,- сказала она и они оба нелепо замерли, изображая внимание. Судья слегка улыбнулась лишь уголками руб.

Когда всем заключенным были предъявлены обвинения, судья Розофф кивнула, и Джесси Шнайдер с Кенией посадили нас в фургон. Секунду спустя, автобус начал загружаться мужчинами-заключенными. Наконец, мы возвращались в тюрьму.

Час спустя я была одета в свою одежду и снова вышла на солнце, свободной женщиной. Брат меня ждал.
- Я не думал, что мне когда-нибудь выпадет возможность отплатить тебе за то, что ты меня тогда вытащила из тюрьмы, - сказал он, и я поморщилась. Я и сама никогда не предполагала, что со мной что-то такое произойдет. - Но вот я здесь, и забираю тебя из тюряги. Ну и как тебе местный сортир?

- О, я подумываю, установить дома такой же, чтобы напомнить себе про хорошие времена. Поскольку он был моим братом, то ввел меня в курс всего за считанные минуты. Мое прозвище теперь было "Арестант", и все имеющиеся бары оттянулись на моей странице в Facebook. Ну и все такое прочее.

- Мишель? - спросила я, когда у Джейсона кончились веселые комментарии. Поскольку мы были вместе всю нашу жизнь, Джейсон понял, что я имела в виду, без полного предложения.

- Она не смогла отлучиться с работы, - сказал он, поднимая на меня глаза, так что я знала, он не врет. Мне даже не надо было заглядывать к нему в голову, что б это понять. - Она, правда, хотела прийти, но ее не пустил начальник.

Я кивнула, могу поспорить, Мишель верит в мою невиновность.

- В прошлый раз, когда мы разговаривали об Эрике, вы с ним были в довольно натянутых отношениях, - сказал Джейсон. - Он он должно быть влюблен в тебя, раз вот так взял на поруки. Это ж ахриненная куча денег.

- Сама в шоке, - ответила я. И это было явное преуменьшение. Исходя из прошлого опыта, когда Эрик злился на меня, он давал мне понять об этом. Когда он решил, что я поступила слабонервно во время убийства нескольких врагов в кровавой бойне, он укусил меня, не потрудившись устранить боль.

Я позволила этому инциденту пройти незамеченным без выяснения отношений, что было ошибкой с моей стороны, но я не забыла о нем. После нашего ужасного спора в ночь перед моим арестом, я не ожидала подобного великодушия от Эрика.

Даже если списать такой поступок на сентиментальный жест с его стороны, это не соответствовало тому, что я знала об Эрике. Я определенно хотела задать Мустафе несколько вопросов, но его нигде не было видно. Не было также Сэма, что было еще более удивительно.

- Куда ты хочешь поехать, сестренка? - Джейсон пытался не выглядеть спешащим, но он явно торопился. Он должен был вернуться на работу, ему пришлось продлить время обеда, чтобы прийти в суд.

- Отвези меня домой, - ответила я, после секундного размышления. - Мне надо принять душ, надеть чистую одежду и, полагаю.. пойти на работу. Если Сэм захочет меня там видеть. Думаю, я сейчас не лучшая реклама для бара.

- Ты шутишь? Да он сходил с ума, когда услышал, что тебя арестовали, - сказал Джейсон, словно я и так должна была знать о том что происходило, в то время как была в тюрьме. Иногда Джейсон думал, что я отчасти еще и "экстрасенс" или даже "всеведущая".

- Правда?

- Да, в воскресенье он ходил в участок, чтобы наорать на Энди и Элси Бека. А затем он миллион раз позвонил в тюрьму, чтобы узнать как ты себя чувствуешь.

И он спрашивал судью, кто лучший адвокат по уголовному праву в этом районе. Между прочим, Холли замещала тебя, пока ты болела и отсутствовала этим утром, только чтобы заработать немного дополнительных наличных для свадьбы. Сказала, чтоб ты не беспокоилась! Она не собирается возвращаться к постоянной работе.

Когда мы достигли Колибри роуд, я подумала, что стала по-настоящему свободна. Я не знала, преодолею ли я унижение того, что была арестована и попала в тюрьму, но я предположила, что, когда излечусь от гнетущего давления приобретенного опыта, узнаю, какой урок хотел преподать мне этим Бог.

Какое-то время я размышляла о том, что нашего Господа протащили по улицам, забросали мусором и судили на площади. А затем распяли.

Ну не то чтобы я сравнивала себя с Иисусом, торопливо сказала я себе, но ведь в прошлом было что-то типа этого, верно? Почти была замучена, затем арестована. Иисус и я имели кое-что общее! Я отбросила эту мысль не только как сильно преувеличенную, а возможно даже богохульную и сосредоточилась на том, что мне делать с новообретенной свободой.

Конечно же, первым делом в душ. Я хотела смыть тюремный запах, да и плюс ко всему я не мылась с утра субботы. Если бы я вернулась в свою камеру после суда, то мне бы пришлось мыться с другими заключенными. Йоу-хоу!

Джейсон молчал всю дорогу до дома, но это не относилось к его мозгу. Он радовался, что Мишель хладнокровно отнеслась к моему аресту, потому что ему было бы очень неудобно, если б его сестра оказалась виновной и из-за этого пришлось бы отложить свадьбу. Джейсон действительно хотел жениться.

- Скажи Мишель, чтобы она приходила посмотреть какое платье подружки невесты я купила и пусть приходит в любое время, - сказала я, когда Джейсон остановился позади дома. После освобождения, мне вернули сумочку и поэтому у меня были свои ключи.

Джейсон непонимающе уставился на меня.

- То, что я купила на вашу свадьбу. Я позвоню ей позже.

Джейсон привык к тому, что я вмешиваюсь в ход его мыслей. Он ответил:
- Хорошо, Сок. И не переживай. Я никогда не верил в то, что ты сделала это. Она получила по заслугам.

- Спасибо, Джейсон. - Я действительно была тронута, и конечно же знала, что он был абсолютно искренним.

- Позвони мне, если я тебе понадоблюсь, - сказал Джейсон и умчался на работу. А я была так рада закрыть за собой дверь и очутиться в собственном доме, что чуть не расплакалась. После того, как пришлось делить тесную тюремную камеру с похмельной Джейн Бодехаус, было так сладко остаться вновь одной.

Я посмотрела на неистово моргающий телефонный автоответчик и была уверена, что меня ожидала пара электронных письма. Но душ в первую очередь.

Подсушивая полотенцем волосы, я выглянула в окно, чтобы посмотреть на развернувшийся пейзаж. Все снова выглядело пыльным, но можно было подождать еще пару дней перед поливкой, благодаря недавнему дождю.

На самом деле, я дождаться не могла, когда снова выйду во двор, потому что после тюрьмы он выглядел невероятно прекрасным. Непомерное разрастание и пышность только увеличились за время моего отсутствия.

Я накрасилась - мне нужно было почувствовать себя привлекательной. Наложила тонну увлажняющего крема на вновь побритые ноги и слегка надушилась. Так было намного лучше. Я чувствовала, как с каждой секундой все больше становлюсь собой - Соки Стэкхаус, совладелицей бара и телепаткой, и все меньше остается во мне от Соки-уголовницы.

Я нажала кнопку "Play" на автоответчике.

Вот они, те люди, которые не верили, что я должна быть арестована: Максин, Индия, мама ДжейБи дю Рона, Пастор Джимми Фалленвилдер, Кэлвин, Бетани Занелли, тренер школьной команды по софтболу и еще семь других.

Я была так тронута тем, что они потрудились позвонить и выразить свои чувства, даже когда я находилась в тюрьме, и была вероятность того, что я никогда не смогла б оттуда выйти, чтоб услышать их ободрительные сообщения. Я задалась вопросом, может, я должна написать благодарственное письмо каждому позвонившему. Моя бабуля написала бы.

Слушая, как голос Кеннеди Кейс сообщал о том, что Сэм сказал мне не приходить сегодня и отдохнуть, я увидела на счетчике еще одно оставшееся сообщение. Зазвучал мужской голос. Я не смогла его узнать.

Он произнес:
- У тебя не было никакого права отнимать мой последний шанс. Я позабочусь от том, чтобы ты заплатила за это.

Я посмотрела на номер. Его я тоже не узнала. Была ли я потрясена решимостью в его голосе? Да. Но я не была удивлена. Я знаю каковы люди на самом деле.

Я могу слышать чужие мысли. Но не могу читать по сообщениям, которые оставляют на автоответчике, но мне не трудно понять намерения по голосу. Мой аноним точно думал именно о том, что сказал.

Настал мой черед сделать телефонный звонок.
- Энди, ты нужен мне, приезжай и послушай кое-что, - сказала я, когда он взял трубку. - Возможно ты не хочешь, но ты ведь должен защищать меня, если я в опасности, так? Я ведь не потеряла это право, когда была арестована?

Соки, - ответил Энди. Он звучал очень устало. - Уже еду.

- И сделай мне одолжение, хорошо? Я знаю, это странно и ты не захочешь делать это, но скажи Элси Беку почистить свой автомобиль. Я не сомневаюсь, что в его авто есть что-то, чего там быть не должно.

В тюрьме у меня было достаточно много времени на размышления, и я вспомнила кое-что: машина Элси была припаркована у леса. Краем глаза я заметила странную движущуюся вспышку. Тот факт, что Элси был так безумно уверен в том, что меня нужно арестовать и обвинить, заставлял меня думать, что он был зачарован.

Все сходилось так хорошо, что я поверила - это правда.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/37432/150386

Переводчики: ognik, kceniya, HST, MeMik

zmeuko, pepperminttea, serenety22, nabu_7888