Готовый перевод Wind Rider's Oath by David Weber / Клятва Оседлавшего ветер: Глава 12

Глава двенадцать

Альфар Лезвие Топора обмяк в седле, в то время как его мерин усталой рысью шел домой. Сейчас не было дождя - слава богам! - но пастбища и загоны оставались сырыми источниками брызгающей грязи. И они оба - и лошадь и человек, устали в ней плескаться.

Не то чтобы Альфар был недоволен своей работой. Как один из старших управляющих лорда Уодрена Эдингаса он нес ответственность за готовность домов на ферме к возвращению лошадей с зимних пастбищ. Фактически, он был вполне доволен тем, что увидел во время объезда. Конечно, напомнил он себе, помогло то, что Теплые Источники были одним из мест, где традиционно скакуны оставались на зиму. Амбары, откормочные площадки, места для выгула, и - если уж на то пошло - кузнецы, лошадиные лекари и конюхи были заняты всю зиму, а не простаивали без дела, или следили бы за постройками и оставшимися кобылами. Так что в отличие от некоторых других лошадиных ферм на Равнине Ветров, Теплые Источники не закрывались, и все сложное хозяйство работало плавно в течение всего года.

Необычайно ранний уход скакунов из Теплых Источников привел к своеобразному затишью в работе и Альфар в полной мере воспользовался возможностью для окончательного дотошного осмотра. Он ожидал, что лорд Уорден одобрит его доклад, и с нетерпеньем ждал долгой горячей ванны перед заслуженным отдыхом. Возможно именно поэтому ему понадобилось пара секунд чтобы выйти из задумчивости, когда его конь внезапно захрапел и шарахнулся в сторону.

Альфар покачал головой, автоматически отвечая на внезапный выпад мерина натягиванием поводьев и сжатием колен. Успокоив лошадь, он осмотрелся в поисках причины испуга животного. Внезапный, ледяной ужас пронесся по его жилам, вытесняя все удовлетворение от выполненной работы, как будто его никогда и не было.

Он смотрел на зрелище, которое никто из сотойцев никогда не видел. Этот кошмар никто из них и не хотел бы увидеть. Он выскочил из седла и заскользил по грязи в своих сапогах для верховой езды на встречу израненному жеребенку, чтобы успеть поймать его до того, как он упадет в изнеможении.

* * *

"Тораган!" - прошептал Эдингас Бердыш (вид хол. оружия - прим. пер.), лорд-губернатор Теплых Источников, с серым от ужаса лицом. Он стоял с непокрытой головой в огромной конюшне и с недоверием и шоком смотрел на отчаянные усилия конюхов, тренеров и целителей. В отличие от них, он не был погружен в безумное усилие спасти двух самых израненных жеребят, или полуразорванную, безжалостно изрезанную кобылицу. Это значило, что нечему было отвлечь его от зрелища, полного ощущения катастрофы, которое представляли израненные скакуны.

"Только семеро?", спросил он у мужчины, стоящего рядом с ним. В голосе была просьба сказать, что он ошибся. "Неужели только семеро?"

"Пять кобыл и две кобылки (до четырех лет - прим. пер.) ... и восемь жеребят," мрачно ответил Альфар Лезвие Топора. "И две из кобыл ...холостячки. Так что пятеро жеребят, вернувшихся живыми до сих пор," в его голосе звучала невыразимая горечь " - это дети-сироты."

"Фробус побери, да в их табуне было больше сорока взрослых скакунов! Где все остальные?" Эдингас понимал, что Лезвие Топора не сможет ответить на его вопросы, но его ужас, горе и ярость побуждали его задавать их.

"Да чтоб Финдарк вас побрал, Милорд, если, во имя Фробуса думаете, что я знаю?" Альфар сплюнул назад, в его голосе отражались те же эмоции. Он впился взглядом в своего господина, потрясенного до глубины души чудовищностью происходящего. Лорд Эдингас закрыл глаза и глубоко вздохнул. Ноздри лорда-губернатора раздувались, он покачал головой, словно пытаясь избавится от паралича, сковавшего его мысли. Затем он открыл глаза и снова посмотрел на Альфара.

"Вы не знаете, конечно. Не больше чем я, " тяжело сказал он. Он протянул руку и сжал плечо рядом стоящего мужчины. "Простите меня, Альфар. Это все от страха."

"Вам не за что извиняться, Милорд," ответил Альфар. Он повернул голову чтобы посмотреть, как работают окружающие, его лицо казалось выкованным из холодного железа.

"У меня было больше времени на обдумывание, чем у вас, Милорд", мрачно продолжил он через несколько мгновений. "Ничего из того, что я знаю, - ничего природного, по крайней мере, не могло совершить такое. Их раны похожи на укусы, возможно волчьи, но ни один из существующих волков не напал бы на скакуна! И нет ни одного жеребца - ни одного. Что бы это ни было, оно утянуло их всех - восемнадцать из них . . . и пятнадцать кобыл, семь жеребчиков и кобылок, и девять жеребят, если точнее." Он покачал головой. "Это невозможно, милорд. Этого просто не может быть".

"Но это есть, Альфар." Голос Эдингаса был холоден и пуст от горя и безысходности, но в глубине него в железной печи встретились ненависть и ярость в мерцающем огне.

"Я знаю," Альфар потер руки и сжал кулаки. "Боги, как бы мне хотелось, чтобы здесь был всадник ветра - хоть один! Может быть он и его скакун могли бы рассказать нам что там, в этих адских холмах Финдарка, произошло."

Лорд-губернатор Эдингас кивнул и снова посмотрел на изодранных, израненных и измученных выживших, чей табун покинул Теплые Источники едва ли четыре дня назад. Кобылы и дрожащие кобылицы стояли широко расставив ноги, с опущенными головами. Они с отчаянием смотрели на горстку жеребят, которых смогли каким-то образом получить обратно, в их глазах были отголоски ада. Они смотрели на помогающих им людей с фанатичным напряжением, но Эдингас чувствовал их страшное истощение. Чувствовалось, что они прошли через страшную битву, чтобы сохранить даже эту горстку своих детей.

Он понял, что никогда прежде не видел измученных скакунов. Ни за пятьдесят три года жизни, ни за восемнадцать лет губернаторства в Теплых Источниках. Ни разу. Это уже было плохо, но он так же помнил и ужас в их глазах. Он знал, что ничто на земле не способно испугать скакунов. Если б он мог поговорить с ними!

Альфар был прав. Им нужен был всадник ветра и нужен был быстро. Даже если не получится его позвать, они обязаны были сообщить о произошедшем. Потому что свежая мысль сжала его горло ледяными пальцами - то, что произошло с одним табуном, могло произойти и с другим. Или возможно, что еще хуже, что бы ни напало на них на Равнине Ветров, могло бы последовать за ними. Могло бы желать уничтожить остатки табуна. Что бы это ни было, это было не естественным. Но что это могло быть? Что за монстр, что за отвратительное колдовство могло сотворить такое. Не имея представления о том, как ответить на этот вопрос, он понятия не имел, как бороться или остановить нападение. Он даже не знал, можно ли остановить эту силу, если она будет выслеживать и убивать выживших. Но единственное, что он знал точно - до того как Эдингас из Теплых Источников мог узнать, что произошло, он и его подчиненные встанут кругом конюшни с саблями и луками.

"Релхардан!" рявкнул он, призывая к себе своего оруженосца.

"Да, милорд!"

"Выстрой своих людей. Чтоб каждый в полном вооружении и броне! Я хочу, чтобы стены укрепили, и я хочу кордон вокруг этой конюшни. Ничто не должно проникнуть внутрь. Ничто." Его голос дрогнул, и он заставил себя сделать вдох, чтобы успокоиться. "Никто не доберется до них," его голос, казалось, наполнился ледяной сталью, когда он взмахнул рукой в сторону дрожащих скакунов. "Никто!" - прошипел он.

"Да, милорд," - решительно ответил сэр Релхадан. "Я с этим разберусь. Даю слово."

"Я знаю, что делаю", сказал Эдингас голосом, который был более менее нормальным. Он пожал руку Релхадану, и оруженосец целеустремленной трусцой побежла, крича своим подчиненным. Когда он ушел, Эдингас повернулся к Альфару.

"Я знаю, что вы устали, и ваш конь тоже," сказал он. "Но мы должны сообщить об этом барону Телиану. Выберите лучших из наших лошадей, даже если это моя собственная. И скачите, Альфар. Скачите так быстро, как никогда раньше, и расскажите барону все, что вы видели."

"Да, милорд. А вы?"

"Я буду здесь, в этой конюшне, когда вы вернетесь," пообещал Эдингас. "Так или иначе, я буду прямо здесь".

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/37496/135342

Переводчики: Anatar